Текст книги "Соблазнитель для мамочки (ЛП)"
Автор книги: Дженни Бара
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)
– Не вздумай, – крикнул он, когда я наклонилась за сумками. Он подбежал к нам и закинул сумку Лиама на плечо. – Глядя на это, я как-то теряю надежду. – Перехватив чехол Кортни и мой чемодан, он кивнул в сторону мужчин.
– Наоборот, надейся на лучшее. – Ведь трое моих самых любимых мужчин стояли рядом, смеялись и обсуждали общие интересы. Если сегодня вечером я полажу с семьей Кортни хотя бы вполовину так же хорошо, то, может, у нас все получится. – Мне кажется, у вселенной на нас свои планы.
Брат запрокинул голову и застонал.
– Кстати о планах: там внутри какая-то женщина, утверждает, что она твой стилист.
Это Делия все устроила. В жизни бы о таком не подумала, но когда Делия предложила позвать визажиста, я согласилась. Вечер предстоял важный, я хотела произвести хорошее впечатление, так что в этом вопросе полностью положилась на нее.
– Неужели кто-то решил заделаться важной персоной? – подколол брат.
– И это говорит мне крутой адвокат? Разве не ты только что вел развод той звезды футбола?
Брайан кивнул, пропуская меня вперед на крыльцо, и зашел следом в папин одноэтажный дом. Отец жил в этом небольшом коттедже площадью в сто сорок квадратных метров с тех пор, как они с мамой поженились – им тогда было по девятнадцать. Стоило мне переступить порог, как на меня нахлынул родной запах дома.
– Именно. – Брат откашлялся и встал рядом. – Мой опыт в семейном праве позволяет мне идеально подготовить соглашение об алиментах и план воспитания ребенка специально для тебя.
– Ты обещал познакомиться с Кортни, а не донимать его, – отрезала я, сверля его взглядом.
– Я не позволю тебе снова оказаться в ловушке, как в прошлый раз. Теперь мы все спланируем заранее. – Брайан бросил сумки у лестницы.
– Привет! – В гостиную выпорхнула энергичная девушка лет двадцати с розовыми волосами. – Я Сэди. Готовы к преображению? Как вы и просили, вас ждут вишневый ледяной коктейль и хот-дог.
Сердце екнуло, и на губах заиграла улыбка. Похоже, без Кортни тут все-таки не обошлось.
– Одну минуту. – Я стерла улыбку с лица, повернулась к брату и ткнула пальцем ему в грудь. – Мне нужно собираться. Я не хочу, чтобы мы опоздали из-за меня. Но ты обещал прийти сегодня, чтобы просто познакомиться с Кортни. И ничего больше. Только поэтому я согласилась.
– Я помню, что говорил. – Он засунул руки в карманы и покачался с пятки на носок.
– И? – Я скрестила руки на груди.
– И я соврал. Я составлю договор, который гарантирует, что о тебе и твоем ребенке позаботятся. – Брайан не отвел взгляда. – Когда Лиам был маленьким, я летел через всю страну, чтобы помочь тебе. Но в этот раз, Дил, я уже здесь. И я требую, чтобы ты была защищена.
Я тяжело вздохнула и сникла. Брат и так многим пожертвовал ради меня.
– Ты слишком практичный. Просто будь вежлив.
– Обещаю, я со всем разберусь.
Вообще-то я просила совсем о другом.
– Фрэнк, машина просто класс. – Я выбрался с пассажирского сиденья и откинул его, чтобы Лиам мог выпрыгнуть следом.
Когда Фрэнк предложил немного прокатиться, я не ожидал, что нас не будет целый час, но зато мы успели поболтать. К моему облегчению, в нем чувствовался тот же внутренний свет, что и в его дочери. Каким-то образом это располагало к себе и позволяло любому человеку рядом с ним чувствовать себя непринужденно.
– В следующий раз, когда будешь в городе, прокатишь меня на своем «Чарджере» семьдесят восьмого года. – Фрэнк захлопнул дверцу.
– Договорились, – кивнул я.
– Ты тоже здесь будешь переодеваться? – спросил Лиам.
Я еще раз кивнул и пошел за ним по ступеням к крыльцу. Мне нужно было только переодеться в смокинг, таков и был план. Переступить порог гостиной оказалось все равно что перенестись в тысяча девятьсот девяностый год. Везде идеальная чистота и куча фотографий в рамках. Засунув руки в карманы, я принялся разглядывать те, что висели ближе к двери. На одном снимке Дилан было лет тринадцать. В ней уже тогда угадывались черты Лиама. На другом она стояла в академической шапочке и мантии. А вот фото, где она держит на руках рыжеволосого младенца. Оба сияют и улыбаются в камеру.
– Она всю жизнь была моей радостью. – Отец Дилан взял у меня из рук фотографию, где она была с Лиамом.
– Я прекрасно понимаю почему.
Фрэнк взглянул мне в глаза.
– Да, я это почувствовал. Как бы я ни старался не лезть в дела дочери, должен признать: мне кажется, ты ей подходишь.
– Спасибо. – Я был искренне тронут его словами и протянул руку для рукопожатия.
Он отстранил мою руку и вместо этого крепко меня обнял.
– Я позабочусь о ней. И о Лиаме, и о Уиллоу.
Отец Дилан усмехнулся, отстраняясь.
– Значит, ты тоже веришь в ее теорию, что будет девочка?
У меня внутри все немного екнуло, и я нахмурился.
– А вы сомневаетесь?
– Я никогда не сомневаюсь в своей Дилан.
Напряжение, начавшее было нарастать, тут же отпустило. В этом мы с ним сходились.
Посмотрев на свою сумку, висевшую на спинке дивана, я спросил:
– Где я могу переодеться?
Он указал на небольшую туалетную комнату в другом конце комнаты. Запершись, я сменил джинсы на темно-синий смокинг с тонким золотистым галстуком, который сестра оставила у администратора отеля. Я заскочил в номер перед тем, как забрать Дилан и Лиама с крыши Miller Estate. Забросив джинсы и футболку в сумку, я выключил свет и вышел, прислушиваясь к доносившемуся из коридора смеху Дилан.
Кто-то кашлянул у меня за спиной, заставив вздрогнуть. Сердце бешено заколотилось, когда я резко обернулся.
Посреди гостиной стоял мужчина примерно моего возраста с темными волосами и хмуро смотрел на меня.
– Я Брайан, брат Дилан. – Он протянул руку. – Хотел обсудить с тобой кое-какие детали.
В нем угадывалось сходство и с Дилан, и с Фрэнком. Золотистые глаза – как у сестры, и каштановые волосы с рыжеватым отливом – как у отца. И все же в нем было нечто совершенно иное. Дилан, наверное, назвала бы это энергетикой или аурой. Его присутствие не успокаивало и не дарило мира. Не то что у нее или Фрэнка.
– Поговорим минуту на кухне? – Он кивнул в сторону задней части дома.
Я кивнул, прошел за ним в старомодную кухню и, перекинув пиджак через спинку деревянного стула, сел напротив.
– Дилан наверняка упоминала, что я адвокат. – Брайан пододвинул ко мне визитку.
«Мерфи и Мэхон. Брайан Мэхон. Семейное право».
Я провел языком по зубам. Нет, Дилан об этом не говорила.
– Ясно.
– Ты ведь в курсе ситуации с отцом Лиама? Знаешь, как полтора года после рождения ребенка бабушка с дедушкой мотали Дилан нервы? Как заставляли ее проходить одну проверку за другой ради обычного теста ДНК, чтобы доказать отцовство Бретта? Ты в курсе, что они запретили Бретту помогать собственному сыну? Не то чтобы он сам горел желанием.
В животе все сжалось, а в душе вскипела злость – как и каждый раз, когда я вспоминал об этом подонке.
– Ей пришлось бросить учебу, чтобы растить его. Каждый день был для них борьбой.
Когда он закончил, я сделал глубокий вдох через нос.
– Я знаю, что отец Лиама – козел.
Брайан отмахнулся.
– Отец Лиама – слабак, который сразу встал по стойке смирно, стоило родителям помахать у него перед носом черной картой «Американ Экспресс».
Я не знал, что из этого хуже.
– Так вот, с Дилан такое больше не повторится.
Еще бы. В этом я был с ним полностью согласен, но сам подтекст заставил мою кровь закипеть.
– И? – Я приподнял бровь.
– И я здесь как адвокат Дилан, чтобы мы пришли к соглашению.
Я отпрянул. Его слова ударили под дых.
– Дилан сама об этом просила?
– Нет. – Он хмуро уставился в стол. – Дилан планирует жизнь не так, как другие. Она скорее плывет по течению.
Пусть его мнение о Дилан и казалось несправедливым, я немного расслабился. Уж этот чертов разговор я как-нибудь выдержу, если инициатива исходит только от Брайана.
– Давай начнем с того, как ты представляешь себе время с ребенком. Как хочешь решать вопрос с алиментами. Праздники. Все в таком духе. Так мы сможем составить соглашение, которое устроит вас обоих. Ну, чтобы мы все понимали друг друга. – Он откинулся на спинку стула, изучая меня взглядом.
Я глухо рыкнул.
– Понимали друг друга? Давай начнем вот с чего: я не ее бывший.
Брайан выставил ладонь, словно пытаясь меня утихомирить, но я не замолчал. Да, он ее брат, и я надеялся, что мы не станем врагами, но ему нужно было уяснить, кто я такой.
– Я подпишу любую чертову бумагу, которую ты мне подсунешь, но запомни: мой план на воспитание ребенка включает в себя то, что я буду с ней каждый божий день, когда я не на играх с Revs. Буду готовить ужин. Укладывать ее спать. Помогать с уроками. Все это. – Я махнул рукой. – Мой план по алиментам? Я куплю Уиллоу, Дилан и Лиаму все, что им нужно. И, скорее всего, большую часть того, что они просто захотят. Праздники? Я буду с ними. Каждый из них. Точка. Так что пиши свой план. Но знай – это пустая трата времени, потому что я никуда не уйду.
Брайан моргнул, раскрыв рот от изумления.
От дверного проема откашлялся Фрэнк.
– Брайан, я ценю твое желание позаботиться о сестре. Но ты только что оскорбил достойного человека. Ты должен перед ним извиниться. – Золотистые глаза Фрэнка, так похожие на глаза дочери, сузились, когда он посмотрел на сына. – Мы не судим людей по поступкам других. Я учил тебя не этому. Дай Кортни шанс показать, кто он такой. Лично я рад, что он влюбился в твою сестру. Этой семье не помешает еще один любитель машин.
Он ухмыльнулся мне, и я не смог сдержать ответной улыбки.
– Ладно. Я не хотел тебя обидеть. – Брайан фыркнул и закатил глаза. А, вот у кого Лиам научился этой манере. Ясно, малец и его дядя были скроены из одного материала. Из довольно циничного и ворчливого.
Я слегка склонил голову.
– Я благодарен всем, кто присматривает за Дилан, и знаю, что в конечном счете ты делаешь именно это. – Я протянул ему руку.
Он вздохнул и ответил на рукопожатие.
– Прости, что принял тебя за очередного безответственного папашу.
Я просто пожал плечами.
– Но, – он снова прищурился, – я буду наблюдать. Гарантирую: если ты обидишь мою сестру или ее детей, я превращу твою жизнь в ад в суде по семейным делам.
Я улыбнулся.
– И правильно. Если я обижу Дилан, то так мне и надо.
Это его наконец рассмешило.
– Черт, у тебя такие благие намерения, что тебя даже угрожать тяжело.
– Вот! Я же говорил! – выкрикнул Лиам из соседней комнаты. – И мама готова.
Поднявшись, я снял пиджак со спинки стула и надел его, горя желанием сбежать после этого тяжелого разговора. Я вышел из кухни, но застыл на пороге гостиной. Брайан, шедший следом, с глухим звуком врезался мне в спину.
– Прости, – буркнул я, но мой взгляд был прикован к Дилан.
Она была прекрасна каждую минуту каждого дня. Рано утром, с растрепанными волосами и следами от подушки на щеке, она поражала меня своей красотой. В конце долгого дня, когда она едва доползала до нашей комнаты и падала лицом в кровать, я не переставал ею восхищаться. Но от женщины, стоявшей сейчас передо мной, у меня буквально отнялась речь.
Элегантное платье облегало каждый изгиб ее тела. Волосы ложились на плечи тяжелыми локонами. Глаза, обрамленные длинными ресницами, сияли. Ткань платья подчеркивала каждую искорку в их радужке. Полные губы были накрашены темно-красной помадой. Она была сексуальной, она была ослепительной. Она была моей.
– Вид вполне приличный, – пошутил Брайан.
Я лишь рыкнул через плечо. Когда он отступил на шаг и поднял руки, я снова повернулся к своей женщине. В три шага я пересек комнату и обнял ее. Моя ладонь коснулась обнаженной кожи на ее спине, когда я притянул ее к себе.
– Ты идеальна, – прошептал я.
Сегодня эта женщина, всегда уверенная в себе, свободная и легкая, была напряжена как струна. Я чувствовал это по ее застывшей осанке и видел в неуверенном выражении лица.
Опустив взгляд, я посмотрел на ее шею, ожидая увидеть пальцы, перебирающие кристалл, который она никогда не снимала, но там было пусто.
– Где твой розовый кварц?
Она приподняла черный клатч.
– Не хочу портить общую золотую гамму.
У меня сжалось сердце от того, как нервно она сжала губы. Черт. Я хотел, чтобы Дилан было комфортно, чтобы она оставалась собой. Я забрал сумку из ее рук и достал серебряную цепочку. Мягко улыбнувшись, я взял ее за плечи и развернул спиной к себе. Затем осторожно застегнул ее любимое ожерелье под локонами.
Она повернулась обратно, покусывая нижнюю губу.
– Оно не будет смотреться. Оно же не золотое.
– Все идеально. Цвета нашей вечеринки – серебро и золото. – И я буду проклят, если не заставлю ее надеть то, что ей хочется.
– Ты уверен? – Она коснулась кулона, и напряжение, сковавшее ее, мгновенно отпустило, хотя бы немного.
– Моя семья полюбит и его, и тебя.
Появление в «Уэст-Эдж» под руку с Кортни не было похоже ни на что из моего прошлого опыта. Стоило нам выйти из лимузина, как вокруг защелкали и замигали камеры. При каждой вспышке Кортни притягивал меня к себе и улыбался, а потом непринужденно перекидывался парой слов с фотографами. Он называл им мое имя и без всяких колебаний представлял своей девушкой. От его привычной тревожности не осталось и следа.
Наверное, потому что она вся целиком переселилась в меня. Что подумает о мне его семья? Знают ли они про Лиама? Не расстроены ли они втайне из-за моей беременности? К счастью, мое платье, хоть и облегающее, было не настолько тесным, чтобы крошечный животик стал заметен.
Как только мы вошли в здание, имя Кортни выкрикнули с другого конца зала. Он возвышался над толпой, так что не заметить его было трудно. Мгновение спустя парень примерно моего роста с серебристым ирокезом в пять сантиметров хлопнул его по спине и притянул для объятий.
– Клинт. – Кортни рассмеялся. – Отличная победа на прошлой неделе. Еще одна в запасе осталась?
– У меня в запасе всегда есть еще одна гонка. – Мужчина повернулся ко мне. Осторожно взяв меня за локти, он наклонился и поцеловал меня в обе щеки. – Ты теперь мой самый любимый человек.
Я растерянно моргнула, а Кортни рядом со мной предупреждающе рыкнул.
– Ой, да брось ты, пещерный человек. Она красавица, но, – Клинт отступил на шаг и скрестил руки на груди, демонстрируя свой серебристый костюм, – у нее совсем не тот «комплект оборудования». К тому же твоего брата мне хватает за глаза.
Его брата?
– Зато благодаря тебе я стану дядей! – Он хлопнул в ладоши. – Жду не дождусь, когда смогу баловать этого малыша.
Позади меня кто-то громко откашлялся. Я обернулась и увидела уменьшенную копию Кортни. Ростом он был чуть меньше ста восьмидесяти и далеко не такой широкоплечий, но в темно-синем костюме выглядел как Кортни в миниатюре. Правда, у этого мужчины светлые волосы были стянуты в низкий хвост.
– Не пугай девушку Корта до смерти, пока она с нами не познакомилась. Тебя бывает слишком много. Дай ей время привыкнуть. – Мужчина подошел к Клинту, качая головой, и положил руку ему на спину. – Я Джейми, брат Кортни, а это мой муж, Клинт Миллер.
– Также известный как лучший гонщик в истории сток-каров.
Джейми и Кортни фыркнули в унисон.
– И при этом – сама скромность, – Джейми закатил карие глаза.
Прежде чем я успела осознать этот разговор, чей-то высокий голос выкрикнул имя моего мужчины.
– Корт! – звала потрясающая женщина постарше. Ее руки и лиф платья были покрыты золотым кружевом, а от талии шелк расходился каскадами атласа. Ярко-голубые глаза эффектно выделялись на этом фоне.
– Мам. – Он повернулся и поприветствовал ее поцелуем в щеку. – Это Дилан. – Он протянул мне руку.
Я сглотнула подступившее волнение, пока она изучала меня взглядом.
– Корт, ты описал ее совершенно неправильно, – упрекнула она.
У меня внутри все похолодело – она нахмурилась и обошла сына, приближаясь ко мне. Что бы она ни сказала, я приму это с улыбкой. Наверняка мне доводилось слышать вещи и похуже.
– Ты просто красавица. – Прежде чем смысл слов дошел до меня, она огорошила меня, крепко обняв. – Совершенно ослепительна. Поверить не могу, что ты на тринадцатой неделе беременности. Тонкая как тростинка! – Она отстранилась и сердито посмотрела на сына. – Ты следишь, чтобы она нормально ела? Или мне прислать к вам нашего повара?
– Давай не будем начинать ворчать в самом начале вечера, Эвелин. – Мужчина постарше, с такими же светлыми волосами, как у сыновей, встал рядом с миссис Миллер. – Если ты еще раз вот так упорхнешь через весь зал и оставишь меня один на один с этими напыщенными идиотами, я не смогу промолчать.
– Ты и так никогда не умел держать язык за зубами. – Она закатила глаза и взяла меня под руку. – Я Эвелин, а это мой муж Крейг. Мы были так рады, когда Кортни рассказал нам о тебе.
Глядя на всю эту компанию, я не смогла сдержать смешка. Глаза Кортни светились радостью, когда он смотрел на меня поверх головы матери.
«Я же говорил – не волнуйся», – беззвучно произнес он одними губами.
– Корт, принеси Дилан воды. Ей нужно пить больше жидкости. – Миссис Миллер махнула сыну рукой.
– Как скажешь, мам. – Он встретился со мной взглядом, молча спрашивая, справлюсь ли я без него минутку.
Я кивнула. Его семья была самой яркой палитрой желтых и синих красок, что я когда-либо видела. Я уже их всех полюбила.
– Корт почти ничего нам не рассказывал. Мы знаем, что ты живешь в Бостоне и у тебя есть пятнадцатилетний сын, но я бы хотела узнать о тебе побольше. Давай присядем. – Она потянула меня за руку, мягко увлекая к дверям в конце зала. – У статуса хозяйки вечера есть свои плюсы: один из них – мне не обязательно часами стоять на этих ужасных шпильках.
– Как я вас понимаю. У меня уже ноги гудят, – улыбнулась я.
Официант у двери кивнул и открыл ее перед нами. Бальный зал был украшен великолепными цветами и драпировками из золотого шелка. Персонал наполнял бокалы водой, а по залу прохаживались лишь несколько человек.
– Мама! – упрекнула блондинка в усыпанном стразами серебристом платье, она оставила своего собеседника и поспешила к нам.
Это наверняка была Тейлор, сестра Кортни. Даже если бы она не окликнула мать, ее рост и черты лица буквально кричали о принадлежности к семье Миллер. Но в отличие от остальных, встретивших меня с улыбкой, эта женщина хмурилась.
– Я же сказала, что сама разберусь с «Маленькими пальчиками». Ты думала, я не справлюсь?
Сердце у меня немного екнуло, а в голове все перемешалось. При чем тут мой детский сад?
– О чем ты говоришь? – спросила Эвелин, слегка наклонив голову.
Тейлор вздохнула и принялась меня разглядывать.
– Не представляю, как матери удалось затащить тебя сюда сегодня. До тебя же совершенно невозможно дозвониться.
– Я ужасно неорганизованна, когда дело касается телефона. – В последнее время я сознательно старалась исправиться, даже начала носить Apple Watch, но все равно редко отвечала кому-то, кроме Лиама, Кортни и близких друзей из Бостона.
– Я пыталась раздобыть твой номер или номер Зои, но натыкалась на глухую стену. – Тейлор повернулась к матери и нахмурилась. – Понятия не имела, что ты пойдешь на такие крайности, чтобы мне помочь.
Я проследила за ее взглядом и посмотрела на Эвелин – та стояла с нахмуренным лбом и поджатыми губами.
– Тейлор, что за чушь ты несешь? Ты вообще познакомилась с девушкой Кортни?
Глаза Тейлор метнулись ко мне и расширились, она прикрыла рот рукой.
– Боже мой.
– Что ты на этот раз выдала, Тейлор? – Кортни положил руку мне на бедро и протянул бокал на длинной ножке с чем-то, что явно не было водой.
Ее лицо стало каменным, когда она перевела взгляд на брата.
– Ты встречаешься с Дилан Мэхон и ни разу мне об этом не сказал?
Он выпрямился во весь рост и весь напрягся рядом со мной.
– А почему это должно быть проблемой? – проговорил он сквозь зубы.
Она вскинула руки кверху.
– Да не проблема это! Но я же все уши тебе прожужжала о том, что хочу открыть детский сад и ясли прямо в нашем офисном здании. Моя помощница Лейла в полном восторге от «Маленьких пальчиков».
О. Тревога внутри утихла, и я улыбнулась.
– Лейла Робинс? Обожаю ее девочек.
– Да! – Тейлор снова сосредоточила все внимание на мне. – Мы переезжаем, так что Miller Estates и фонд Миллеров теперь будут в одном здании. Я на все готова, чтобы открыть филиал вашего сада в этом офисе.
Детали начали казаться мне знакомыми. Как раз перед моим отъездом в Бостон Зои заикалась о том, чтобы открыть сад в каком-нибудь офисном центре, но прежде чем мы успели это обсудить, я уехала, и мы решили расширяться поближе ко мне. Она одна тянула четыре филиала в Джерси, и на тот момент ей было не до новых проектов. Я совсем забыла, что такая идея вообще была.
– Довольно. – Эвелин хлопнула ладонями по платью. – Вы знаете мои правила: никаких разговоров о бизнесе на моих мероприятиях.
– Но это же лучший сад в Джерси, и я стою прямо перед хозяйкой...
Ледяной взгляд Эвелин заставил дочь замолчать.
– Ладно-ладно.
Я наклонилась поближе к Тейлор.
– Я попрошу Кортни скинуть тебе номер Зои. Уверена, мы что-нибудь придумаем.
Она бросилась мне на шею.
– Ты теперь мой самый любимый человек!
Эвелин закатила глаза, а я едва сдержала улыбку, глядя на их препирательства.
– А это что? – спросила я Кортни, принимая наконец бокал с розовым шипучим напитком и двумя вишенками на дне.
– Это «мам-оза» с вишней, – мягко ответил он. – Сделано на виноградном соке, так что Уиллоу это не повредит.
– А как же вода? – спросила Эвелин, выгнув бровь и глядя на сына.
Кортни пожал плечами.
– Моей девочке захотелось вишни.
Я сделала глоток, и крошечные пузырьки заплясали на языке.
– Мне нравится.
– Я так и знал. – Он ласково улыбнулся и принялся поглаживать меня по пояснице. Затем отступил и выдвинул стул за столом своей семьи. – Тебе стоит присесть.
Я послушалась, а Эвелин и Тейлор тут же заняли места по бокам от меня, засыпая вопросами один за другим, пока двери не распахнулись и первые из девятисот пятидесяти гостей не начали расходиться по своим местам. Крейг подошел, чтобы оставить бокалы белого вина для жены и дочери, а затем увел Кортни пообщаться с группой мужчин в смокингах.
– Даже представить не могу, как планировать все это до мельчайших деталей, – сказала я, оглядывая толпу. – Как вы выбираете, кого куда посадить?
– Это все светские интриги, – рассмеялась Тейлор. – Мама, конечно, сидит за главным столом с нами и теми, кого пригласили мы. – Она вздернула подбородок, выискивая кого-то в зале. – Черт, я потеряла Кейси. – Она махнула рукой. – Ну и ладно. Он не первый раз меня сопровождает и знает, что я не буду с ним нянчиться. Сам найдется. А в остальном все зависит от суммы пожертвований и маминых симпатий. Чем ближе человек к сцене, тем выше его статус. – Она закатила карие глаза. – Никто не хочет оказаться в дальнем углу, потому что потом весь год все будут помнить об этом и понимать: мама их терпеть не может.
– Вот почему те четыре стола в самом конце всегда пустуют. – Эвелин подняла свой бокал. – Но тебе все же придется найти Кейси до начала приветствия. Мы все восьмером должны быть в зале.
– Мне лучше сбегать в дамскую комнату. Мой мочевой пузырь не выдержит долгой приветственной речи. – Я отодвинула стул и поморщилась, когда мне снова пришлось ловить равновесие на этих ужасных босоножках на шпильке. Как Делия умудряется ходить в таких целый день?
– Ты в порядке? – Эвелин посмотрела на меня с тем самым обеспокоенным видом, какой часто бывал у ее сына.
– Все хорошо. Сами знаете, как это бывает: беременность и ноющие ноги всегда идут в комплекте. – С этими словами я поспешила в сторону уборной.
Я не успела пройти и полутора метров, как столкнулась с одной из тех немногих личностей, которых надеялась больше никогда не встречать.
– Дилан? – Голос Мириам сорвался на визг, а на лице застыл неподдельный ужас.
– Здравствуйте, миссис Ченнинг. – Я попыталась обойти ее, но она вцепилась в мою руку, вонзая длинные ногти в кожу.
– Я же предупреждала: не смей использовать нашу фамилию, чтобы попадать на мероприятия такого уровня, – прошипела она. – Ты забыла, что мы обещали сделать, если ты хоть словом обмолвишься о той «ситуации»? Именно так она называла внука, которого ни разу не видела. Ситуация. – Ты правда готова вернуть всю сумму, которую получила?
Это была одна из многих причин, по которым Лиам носил мою фамилию, а не Бретта. С самого первого дня они настаивали, чтобы я не делала ничего, что могло бы связать меня с их семьей, и даже заставили подписать соглашение о неразглашении.
Хотя Бретт и виделся с Лиамом несколько раз в год, это всегда происходило вдали от его родственников и в строжайшей тайне.
– Никто ничего не знает, – заверила я ее, пытаясь незаметно высвободить руку из ее хватки.
Она купила мое молчание за двести тысяч долларов. Это дало мне возможность обеспечивать Лиама после тех первых тяжелых полутора лет и позволило открыть «Маленькие пальчики».
– Ты здесь по делам своей никчемной детсадовской затеи? – Она смерила меня яростным взглядом, ее темные глаза так и лучились ненавистью. – Наше место вон там. – Она указала на стол неподалеку. – Только не говори, что тебя посадили с нами. У меня нет ни малейшего желания объяснять, откуда мы знакомы.
Я перевела взгляд на места всего в одном столе от моего и с трудом сглотнула вставший в горле ком.
– Миссис Ченнинг, никто не знает о нашей связи. Вы об этом позаботились. – На этот раз мне удалось вырвать руку из ее хватки. Но ее ногти впились мне в кожу, оставив полосу красных отметин.
– Мириам? – окликнула ее Эвелин у меня за спиной.
Миссис Ченнинг нацепила фальшивую улыбку и повернулась к матери Кортни. Воспользовавшись заминкой, я ускользнула без лишних слов. Руки и колени дрожали, пока я спешила прочь.
Я не успела миновать и соседний стол, как чьи-то сильные пальцы обхватили мое запястье. Я вздрогнула, сердце подпрыгнуло к самому горлу.
– Светлячок, что за черт? – Кортни навис надо мной, не отрывая взгляда от царапин на моей руке. Его челюсти сжались, а рука, державшая мое запястье, задрожала. Он едва сдерживал ярость. – Что здесь произошло?
– Ничего. Все в порядке, – заверила я его, не желая усугублять ситуацию.
Но при следующем шаге в ногу выстрелила резкая боль, и я поморщилась. Черт, как же болят ноги. Теперь еще и рука ныла. На глаза навернулись слезы. Я была не в силах сейчас разбираться с родителями Бретта. Да и вообще никогда. Мне просто хотелось сбежать.
– Малышка. – Гнев Кортни словно испарился, он притянул меня к себе.
Я вскрикнула, когда он подхватил меня на руки и легко прошагал мимо последних столов в коридор. Он опустил меня на скамью возле дамской комнаты и опустился передо мной на корточки.
– Мне больно даже смотреть на твои ноги. Снимай их.
– Я не могу. – Я покачала головой, перебирая пальцами кристалл и пытаясь впитать его успокаивающую энергию.
Проигнорировав мои возражения, он расстегнул ремешки на моих шпильках и снял туфли одну за другой. Оставаясь внизу, он поднял голову и пристально посмотрел на меня:
– Рассказывай, кто эта женщина и что, черт возьми, она тебе наговорила.
Я вздохнула и поникла.
– Это мать Бретта.
Кортни резко вдохнул, и его синие глаза, обычно полные тепла, стали ледяными.
– Ничего страшного. Просто частью нашего уговора было то, что я никогда не попытаюсь войти в их круг общения. В том соглашении, что я подписала, есть дурацкий пункт: я буду должна им кучу денег, если попытаюсь использовать их имя, чтобы хоть как-то повысить свой статус.
Челюсти Кортни сжались, он задышал так часто, что я испугалась, как бы у него не начался приступ гипервентиляции.
Я погладила его по щеке и заставила посмотреть на меня.
– Не волнуйся. Она понятия не имеет, почему я здесь. Я просто не буду попадаться ей на глаза.
Он сделал глубокий вдох носом, затем еще один.
– Сходи-ка в дамскую комнату. Я подожду тебя здесь.
Я поджала губы и склонила голову набок.
– Правда, все нормально.
– О, скоро так и будет. – Он вскочил и легко меня поцеловал. – Иди, а потом вернемся к маминому торжеству.
Кивнув, я встала. Без этих проклятых туфель стало гораздо легче. Однако, когда я вышла из уборной, Кортни нигде не было. Я оглядела коридор в обе стороны – никого.
Только я собралась пристроиться на скамейке и ждать, как дверь в бальный зал распахнулась и появился Кортни, причем с пустыми руками.
– А где мои туфли? – спросила я.
– В мусоре. От всего, что причиняет тебе боль, нужно избавляться, так что я их выкинул. – Он потянулся к моей руке. – Пойдем, мама нас ждет.
Переплетя свои пальцы с моими, он повел меня через двери в огромный обеденный зал. Гости уже сидели на своих местах, а официанты суетились вокруг стола, стоявшего через один от нашего.
– С туфлями я разобрался, а с остальным мусором разобралась мама. – Кортни кивнул в сторону конца зала, где стояли те самые пустые столы, о которых говорила Эвелин. У меня перехватило дыхание, а сердце ушло в пятки. Потому что там, в самом дальнем углу, сидели Мириам Ченнинг с мужем.
Кортни не замедлил шаг и не остановился. Он просто потащил меня к сцене.
У меня все упало внутри, я потянула его за руку.
– Я не могу выйти туда босиком.
– Почему? – спросил он, оборачиваясь.
Черт. Этот мужчина ничего не понимал. Я только-только начала чувствовать, что, возможно, смогу вписаться в его семью, но если он вытащит меня туда в таком виде, я их опозорю. Я махнула рукой в сторону сцены, собираясь все это объяснить, и тут заметила. Вся его семья уже была там. На Клинте были зеленые носки с номером двадцать четыре. Рядом стоял Джейми в коричневых носках. Из-под серебристого платья сестры Кортни выглядывали ярко-бирюзовые ногти на ногах. Черные носки ее спутника дико смотрелись с темно-синим костюмом, а мистер Миллер, никого не стесняясь, стоял в коричневых носках. Ног его матери не было видно под платьем, но мне и не нужно было их видеть, чтобы понять – она тоже без обуви. Тогда я опустила взгляд и посмотрела на носки Кортни.
На глаза навернулись слезы. Я яростно заморгала, прогоняя их, пока мы пробирались к остальным. Тейлор широко мне улыбнулась, а Клинт заигрывающе поиграл бровями. Даже губы Джейми тронула едва заметная усмешка, когда он взглянул на нас. И дело было не только в том, что я стояла рядом с ними, – я кожей чувствовала, что меня приняли в семью. Кортни крепко держал меня за руку, пока его мать произносила приветственную речь, а когда она пригласила гостей на первый танец, он проводил меня со сцены и заключил в объятия.
Он оказался намного лучше всего, на что я могла надеяться, и в этот миг все, чему я так долго сопротивлялась, накрыло меня с головой. Я любила его. Поэтому я приподнялась на цыпочки и поцеловала его. С меня хватит – я больше не собиралась бороться со своими чувствами к этому человеку. К мужчине, который танцевал на торжественном вечере в носках со светлячками.
