Текст книги "Соблазнитель для мамочки (ЛП)"
Автор книги: Дженни Бара
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
Дыхание участилось, и внизу живота разлился жар.
– Дилан?
Сердце подпрыгнуло от этого вмешательства, и я вынырнула из своих мыслей.
Он приподнялся на локте и посмотрел на меня сверху вниз. Что, черт возьми, я творю?
– Прости.
Он вскинул бровь.
– Ты точно в порядке?
– Угу. – Я отвернулась от него. Я была в полном порядке. Просто на взводе.
Если бы я никогда не видел, как Дилан кончает, если бы мы никогда не спали вместе, я бы не знал, что означает этот прерывистый вдох. Я бы не знал, что ее щеки розовеют, а сама она прикусывает нижнюю губу, когда возбуждена. Я бы не сгорал от этого знания.
Но я видел ее оргазм – и когда мое лицо было у нее между бедер, и когда я был глубоко внутри нее. Не один раз. Так что я все понимал. И я жаждал ее.
Она отвернулась ко мне спиной, но это ничуть не решило мою проблему.
Я рухнул на подушки и уставился в потолок. Каждый раз, когда она втягивала воздух, мой член отзывался пульсацией. Она была так близко. Руки чесались дотянуться и коснуться ее.
Сегодня вечером она вошла в комнату – эти роскошные безумные кудри, сияющие золотистые глаза – и у меня внутри все перевернулось. С каждым днем мне все труднее было удерживаться, чтобы не поцеловать ее розовые губы. С каждой ночью становилось все тяжелее спать рядом, зная, что она мне не принадлежит.
А тут еще этот чертов книжный клуб и разговоры о секс-сценах с полицейскими. Боже. Даже из гостиной мы с Беккетом слышали каждое слово. Что я сделал в прошлой жизни, чтобы заслужить именно такую пытку?
Мы – двое взрослых людей, которые хотят друг друга, лежим в одной постели, и это желание уже граничит с болью. Если я проведу рукой по ее гладкой коже и скользну под шорты, я обнаружу, что она промокла и готова. В этом я не сомневался.
Часть меня отчаянно хотела сказать «к черту все» и именно так и поступить.
Но я не мог. Как бы сильно я ни желал тела Дилан, я хотел, чтобы это было чем-то большим, чем просто разрядка. А мы до этого еще не дошли.
Поэтому я сцепил зубы и принялся мысленно повторять показатели отбивающих Американской лиги, делая вид, что не замечаю жара, исходящего от женщины рядом со мной. Игнорируя аромат кокоса в воздухе. Отрицая то, как ее душа взывает к моей.
– Наверное, мне все-таки нужно мороженое.
Слава богу. Я отбросил одеяло и буквально выскочил из кровати. Переодеваться не требовалось – я спал в таком количестве слоев одежды, что это даже смешно. Сегодня на мне было две пары боксеров под тренировочными штанами, просто на всякий случай. Я явно сходил с ума.
– Вишневый «Близард»? – Я сунул ноги в шлепанцы и направился к окну.
– Пожалуйста.
Я выскользнул наружу. Ночь была теплой и влажной. Солнце давно село, но густой зной никуда не делся. Два проспекта и квартал до мороженого. Два проспекта и квартал обратно. Прогулка пошла мне на пользу. Она немного проветрила мой одурманенный похотью мозг, так что, когда я вернулся через окно, у меня появилось хоть какое-то подобие контроля над своими мыслями и реакциями.
Дилан сидела у моего коврика для пазлов и работала. До ухода я собрал от силы деталей двести, но пока меня не было, она увеличила их число вдвое.
Она подняла подбородок, виновато поморщилась и бросила детальку обратно в кучу.
– Прости.
Я опустился на пол рядом с ней, не обращая внимания на хруст в коленях, поставил мороженое и поднял ту самую детальку, которую она держала.
– Не извиняйся. – Я протянул ей кусочек. – Ты же знаешь, я нахожу это милым – когда ты собираешь пазлы.
– Просто... – она покрутила деталь в пальцах, прежде чем вставить ее на место, – это твой способ снять стресс. Не хочу его у тебя отбирать.
– Это может быть нашим общим способом, – предложил я.
Она молча изучала меня. Дилан обычно ко всему относилась спокойно. Казалось, ее редко что-то всерьез тревожит, но сегодня в ее глазах бушевал шторм. Слегка улыбнувшись, я взял ее за руку. Ее прикосновение, как всегда, ударило током, и, судя по тому, как по ее предплечью побежали мурашки, она почувствовала то же самое. Как бы сильно она ни старалась удержать нас в этом лимбе «просто друзей», между нами была связь. И я намерен ее укреплять.
– Мне бы хотелось, чтобы у нас появилось что-то свое.
Она судорожно вздохнула и улыбнулась.
– Да, думаю, мне бы тоже этого хотелось.
От этих слов мое сердце буквально воспарило. Я не удержался и притянул ее к себе для объятия – радостного, победного. Потому что, черт возьми, это признание стало для меня огромным шагом вперед.
Она прильнула ко мне.
– Ты классно обнимаешься. – Отстранившись, она ухмыльнулась и взялась за мороженое.
– В любой момент, когда тебе понадобится объятие, мои руки к твоим услугам, Светлячок. – Я подхватил детальку прямо у нее из-под носа. – А теперь говори, куда это вставлять, потому что ты в этом деле соображаешь куда лучше меня.
Смеясь, она отправила в рот ложку мороженого и следующие пятнадцать минут учила меня своим хитростям.
Когда она зевнула в третий раз за несколько минут, я убедил ее лечь в постель. Обычно я не обнимал ее, пока она не уснет, но сегодня ждать не хотелось. Поэтому я закинул руку ей на талию и притянул к своей груди. Это был риск. Я почти ожидал, что она отодвинется и сохранит дистанцию, но она уютно прижалась ко мне. Как две ложки в ящике. У меня еще не было всего, чего я хотел. Но, по крайней мере, сейчас у меня было это.
От оглушительного стука задрожала дверь вместе с косяком.
– Тут вообще-то очередь. – Лиам сегодня снова был в ударе. Просто чудесно.
– Две минуты. – Я сверкнул глазами на дверь, будто именно она была виновата в моем паршивом настроении с самого утра.
– Забудь. Пойду наверх.
Вообще-то я старался мыться в раздевалке на стадионе. Мало того что эта ванная размером с консервную банку – душ висит на уровне груди, и приходится сворачиваться в крендель, чтобы намочить голову, – так еще и вечная очередь, а горячей воды кот наплакал.
Но сегодня я проснулся в окружении нежной кожи, чувствуя грудью шелковистые волосы Дилан, и мне просто необходимо было снять напряжение. В раздевалке это сделать не получилось бы. А поскольку со своей задачей я уже справился, то определенно нарушил правило шестиминутного душа, о котором Делия твердила без умолку.
Я пригнул голову чуть не до пупка, смывая кондиционер, и нащупал флакон с гелем. Выдавил немного на ладонь и принюхался. Запах не такой, как у того, что остался на стадионе. Больше я его не куплю, тем более что от него по коже пошло странное покалывание. Быстро ополоснувшись, я схватил полотенце и обернул его вокруг талии.
Я открыл дверь в коридор как раз в тот момент, когда Лиам мелькнул и скрылся в кабинете Шей. Мальчишке там находиться не полагалось, но он делил комнату с Каем, так что я не мог винить его за желание побыть в одиночестве.
Вытирая голову маленьким полотенцем, я зашел к себе и вздрогнул – из-под нашей кровати внезапно вынырнула Дилан.
– Прости, я телефон искала. – Она подняла мобильник и потрясла им. – И как он только под кровать угодил?
Надо купить ей Apple Watch. Она вечно где-то бросает телефон. Через два дня перерыв на матч всех звезд закончится, и я снова уеду. Мысль о том, что я не смогу проверить, как она, или просто поболтать, уже заставляла меня нервничать.
Она обошла кровать, склонив голову и поджав губы.
– Что это…? – Она окинула меня взглядом с головы до ног. Если бы выражение ее лица не металось между крайним недоумением и тревогой, мне бы даже польстило, что она меня рассматривает. – Что у тебя с волосами?
С волосами?
Руки сами собой взлетели к голове. От этого резкого движения полотенце на талии ослабло и, прежде чем я успел его подхватить, упало к моим ногам.
Глаза Дилан округлились.
– Матерь божья.
Она снова уставилась на меня. Но это был не восторг, а скорее ужас.
Опустив подбородок, я осмотрел себя, пытаясь понять причину ее испуга.
Проблема обнаружилась мгновенно. Волосы.
Слава богу, на голове они были на месте. Но вот на всем остальном теле их почти не осталось. Я поспешно схватил полотенце, прикрывая мужское достоинство и свои теперь совершенно гладкие яйца. К лицу прилила кровь, а сердце ушло в пятки. Какого черта у меня выпадают волосы по всему телу?
Дилан подошла ближе и провела пальцем по моей руке. Несколько волосков тут же отделились и прилипли к ее коже.
– Ты что, воспользовался кремом для депиляции Делии?
Вот почему гель пах так странно. В груди все сжало, дышать стало трудно, и я стиснул зубы, чтобы не выругаться. Первый раз решил помыться дома, и кто-то подлил мне в гель эту дрянь. Спасибо еще, что лицо не умыл, а то остался бы без бровей.
– Я… э-э… – После того случая с грудинкой ничего не происходило, но это только потому, что я еще не брал свой гель. Как бы мне ни хотелось заложить Лиама, я не стал. – Да, я иногда им пользуюсь. – Наглая ложь. Бывало, конечно, просили для фотосессий. – Ну, сама понимаешь. – Я сглотнул. – Меньше волос – меньше сопротивление воздуха.
Между ее бровей пролегла морщинка.
– Я думала, это только для пловцов. – Она снова оглядела меня и рассмеялась. – Но черт, вот это преданность делу. Тотальная.
Она качнула головой и вышла из комнаты.
Вздохнув, я вытерся, прощаясь с остатками растительности на теле. Ну и сопляк. Натянув шорты и футболку, я выудил из баула фен. Но не успел я включить его в розетку, как свет моргнул и погас.
Свет вырубили? На улице даже дождя нет. Может, перепады напряжения? В доме стояла жара под 32 градуса. Хотя тут и была центральная система охлаждения, работала она так же хреново, как и все остальное в этом месте.
Стоило мне выйти в коридор, как там появился Лиам. Он озирался, прикусив губу и нахмурившись. Ковырнул ковер носком черного кеда.
– Меня там не было.
Ложь прозвучала почти шепотом, а на лестнице послышались шаги.
– Демоническое отродье, Пучок. Кто выбил пробки? – Бекетт замер на площадке и смерил хмурым взглядом фен в моей руке. – Ты что, серьезно решил посушить волосы?
Я стоял в коридоре, с моей головы на футболку капала вода, в руках я сжимал этот агрегат, хотя даже не успел воткнуть его в сеть.
– А что, нельзя?
Правила в этом доме были просто идиотские.
– Какой-то утиный электрик, который делал здесь проводку, посадил кухню и эти две комнаты на один предохранитель, – Бекетт махнул рукой в сторону кабинета Шей, а затем на комнату Дилан у меня за спиной. – Если работает микроволновка, а ты включаешь оконный кондиционер в кабинете или пылесос… – он снова сердито уставился на мой черный фен, – …или сушишь свои чертовы волосы? Щелк! – Он вскинул руки.
Лиам бросил на меня умоляющий взгляд, и я считал его немое послание. Это он включил кондиционер – скорее всего, хотел охладить кабинет Шей. Тот самый кабинет, в который ему строго-настрого запрещали заходить раз десять с тех пор, как я здесь поселился. Последний раз ему пригрозили, что отберут наушники, с которыми он почти не расставался, если застукают его там еще хоть раз.
Он украл мои счастливые носки, подлил острого соуса в еду, а теперь еще и добавил средство для депиляции в мой гель. У меня была доля секунды, чтобы решить: вести себя как взрослый или как друг. В итоге я все еще надеялся наладить с ним отношения.
– Прости, босс. Мне никто не сказал, – я пожал плечами.
Рядом со мной Лиам заметно расслабился.
Бекетт покачал головой.
– Ну еще бы, ты ведь не можешь без фена. Иди включай автомат. Раз уж ты собираешься выбивать пробки каждый раз, когда тебе приспичит навести красоту, то сам и будешь все исправлять.
Лиам изо всех сил старался не рассмеяться. Красавец, парень. Я только что спас твою задницу, а ты надо мной издеваешься? Может, это безнадежно. Может, пора уже на него забить.
Я вздохнул.
– Ладно, где он?
Бекетт указал в конец коридора.
– В подполе.
Ну разумеется, он должен находиться в единственном месте, которое еще теснее моей ванной-консервной банки. Я уже направился туда, когда до меня дошел смысл прошлых разговоров об этом подполе.
Погодите-ка.
Я резко обернулся к Бекетту.
– В том самом, где змеи?
Он поджал губы.
– Ну… Видел я там парочку, но они обычно просто уползают, когда я пробираюсь мимо.
Я взглянул на Лиам а, тот лишь пожал плечами.
– Что, боишься змей, Пучок? – Бекетт качнулся на пятках с ехидной ухмылкой.
Тонких ползучих демонов с немигающими глазами и вечно мелькающими языками, чьи пасти раскрываются в четыре раза шире их собственного тела? Юрких тварей, которые заглатывают живую добычу целиком и оставляют ее гнить в желудке днями, выпирая огромным бугром? Мерзких рептилий, которые сбрасывают кожу, оставляя после себя призрачные ошметки?
Да, черт возьми, я до смерти боюсь змей.
– Можно попросить маму, она сходит, – предложил Лиам.
Заставить беременную женщину, на которую я из кожи вон лезу, чтобы произвести впечатление, лезть в грязную дыру со змеями? С тем же успехом я мог бы сразу признать себя полным ничтожеством. Уверен, после такого я бы окончательно потерял уважение к самому себе.
– Нет, я сам. – Сдерживая панику, готовую вот-вот вырваться наружу, я развернулся и поплелся к подполу. Шанс, что в доме действительно окажется змея, невелик, верно? Они просто меня разыгрывают, так ведь? Наверняка. Но в этом доме возможно все что угодно.
– Спустись на три ступеньки и иди в маленькую дверь. Увидишь щиток, он прямо по курсу, – крикнул мне вслед Бекетт.
Называть это дверью было явным преувеличением. Она не доходила мне даже до пояса. Недобрый знак. Если я открою ее и увижу там змею, я просто закрою ее обратно. И все. Никаких проблем.
Я медленно приоткрыл дверцу, и в нос ударил запах старой пыли. Я приготовился к худшему. Но ничего не случилось. Только темнота и ступенька. Я достал телефон и включил фонарик. В луче света показался пол – то ли земляной, то ли бетонный, покрытый многолетним слоем пыли. Повсюду были опорные столбы и балки под потолком, но в основном все заросло паутиной. Сотни нитей паутины. Примерно в двух с половиной метрах впереди виднелся щиток. Путь к нему был более-менее свободен. Вот только выпрямиться в полный рост было невозможно. Меня передернуло от мысли, что придется ползти, так что я решил идти на корточках.
Я еще раз посветил фонариком. Пол был ровный, значит, под грязью все-таки бетонная плита. Зажав телефон в зубах, чтобы свет падал под ноги, я присел и сделал два шага к цели. Я справлюсь. Еще два шага. Еще один, и за спиной что-то хрустнуло. Черт.
Я резко развернулся и издал какой-то пронзительный и позорно громкий звук. Потерял равновесие. Проклятье. Я дернулся в другую сторону, пытаясь устоять, но перестарался и, прежде чем успел сообразить, повалился вперед. Пытаясь снова поймать баланс, я ткнулся лицом прямо в слой липкой паутины. Снова вскрикнул и рухнул в пыль.
– Фу-у… – Я начал судорожно отбиваться от вязких нитей.
Сверху раздалось деликатное покашливание, и меня ослепил свет фонаря.
– Ты в порядке? – спросил Лиам. Из-за яркого света он казался лишь темным силуэтом.
Я лежал в грязи, возможно, под боком у пары змей. В волосах запуталась паутина, а пахло здесь так, будто кто-то сдох. Ни черта я не был в порядке.
– Н-н… – я осекся и попробовал снова, на две октавы ниже. – Все нормально.
– Помощь нужна?
Смахнув с лица еще одну паутину, я заставил сердце биться ровнее и подавил панику, которая едва не накрыла меня с головой. Нужно было всего лишь включить этот проклятый автомат и убраться отсюда. Где мой телефон? После того как Лиам приглушил свой фонарик, я ни черта не видел. Не уверен, что его помощи можно доверять, но немного света мне бы сейчас не помешало.
– Можешь подсветить и присмотреть, чтобы змеи не подползли?
– Запросто. – Пространство снова озарилось светом, пока он осматривал углы. Первым делом я нашел свой телефон. Он лежал экраном вниз, так что свет был полностью закрыт землей. Я отряхнул его, выключил фонарик и сунул в карман. Хоть мне и предстояло снова идти в душ, как только я выберусь, ползти к щитку на четвереньках не хотелось совершенно. Поэтому я снова присел и на карачках быстро добрался до ящика, а потом пулей метнулся обратно к Лиаму.
Он попятился, когда я приблизился, и как только я выскочил из проема, мы с грохотом захлопнули дверцу.
Уголок рта Лиама пополз вверх, когда он меня оглядел, но в ту же секунду его глаза округлились, и он едва не сел на задницу, отпрянув от меня.
– О… о черт! – Он врезался в стену за спиной.
Чего это он психует? Я глянул через плечо, но дверь была плотно закрыта, и, похоже, никакая живность наружу не прорвалась.
Он ткнул в меня пальцем:
– Т-твои волосы!
А, паутина. Я поднял руку, чтобы смахнуть ее, но в этот момент что-то зашевелилось прямо на макушке. Сердце сжалось.
– Что это, мать вашу? – Я поднес руку ближе и замер. Хотел ли я трогать то, что там сидело? Черт возьми, нет. Я снова опустил руку. Но и оставлять это на себе я не собирался. Снова потянулся к голове, и существо зашевелилось. И зашипело. Оно, мать его, зашипело! Ну нет, я к этому не прикоснусь. – Что там такое?
Лиам сглотнул.
– Самый здоровый паук, которого я видел в жизни, и он ползет к твоему лицу.
– Сними его! Сними! – Я замахал руками и заорал, не заботясь о том, что голос сорвался на визг пятилетнего ребенка. – Сними. Его. На хрен!
Лиам затряс головой так неистово, что его наушники закачались на шее, а волосы захлестали по лицу.
– Я к нему не притронусь!
– Возьми что-нибудь!
Он оттолкнулся от стены и бросился к чулану под лестницей.
Шипение стало громче, когда паук переполз мне на ухо. В панике я со всей силы хлопнул себя по волосам. Раздался негромкий стук о стену, и паук длиной сантиметров семь-восемь сполз на ковер.
Вернулся Лиам с двумя метлами в руках. Он прищурился, глядя на это мерзкое чудовище.
– Может, просто оставим его?
– Ну уж нет. Не хочу, чтобы эта тварь оказалась сегодня в моей постели.
Его брови взлетели чуть ли не до корней волос.
– Ты что, остаешься?
Глядя на его ошарашенное лицо и слыша этот недоверчивый тон, я наконец понял истинную причину всего происходящего. Он решил, что если будет изводить меня достаточно долго, я сбегу. Этому пацану еще многое предстоит обо мне узнать.
Я приосанился и посмотрел ему прямо в глаза:
– Пока твоя мама меня не выставит, я никуда не уйду. Так что давай прикончим эту тварь, чтобы она не ползала по нашим лицам сегодня ночью.
Он содрогнулся.
– Да. Этого мне точно не хочется.
Забрав у него одну метлу, я кивнул:
– Заходи с той стороны. Я останусь здесь. Будем бить его метлами, пока не сдохнет.
– Хороший план. – Он серьезно кивнул и занял позицию.
Мы оба замахнулись…
– Вы чего тут оба раскричались?
Вздрогнув, я вскинул голову. Дилан стояла у подножия лестницы, недоуменно нахмурившись. Ступенькой выше замерла Делия, подбоченясь и склонив голову набок. Ее маленькие копии за спиной приняли ту же позу.
Ладно, признаю, выглядели мы нелепо.
– Ма, тут самый огромный и мерзкий паук в мире!
Дилан закатила глаза и решительно прошла мимо нас. Прежде чем я успел возразить или оттащить ее от зверя, она сгребла его в горсть и направилась к своему окну.
Я даже не знал, чего во мне больше: смущения, восхищения или благодарности за то, что мне не пришлось касаться этой штуки.
– Крупные бродячие пауки безобидны, – крикнула она из своей комнаты.
– Ага, конечно, безобидны, – пробурчал я.
Я посмотрел на Лиама, ища поддержки, и впервые в жизни он мне улыбнулся. В кармане завибрировал телефон. Я достал его и увидел уведомление о счете от «Мамком». Четыре тысячи долларов, а в описании значилось: «штраф за мат».
Я перевел взгляд с экрана на Лиама – он все еще улыбался.
Оно того стоило.
– Поместимся все на обратном пути? – спросил я, поднося стакан к губам.
Все жаловались на смузи Шей, втихомолку называя их болотной жижей, но как протеиновые коктейли они были вполне недурны. К тому же она постоянно меняла рецепты, так что вкус не успевал приестся.
– Уточните состав «всех», потому что всю команду я сюда тащить точно не собираюсь, – отрезал Беккет.
Дилан хихикнула.
– А если бы он захотел позвать в гости друзей?
Делия склонила голову набок и захлопала длинными ресницами, глядя на Беккета.
– Ну да, поиграть в песочнице.
Лив хлопнула ладонью по столешнице.
– Вы двое сначала его подначиваете, а потом делаете вид, будто удивлены его злости.
– Никто из них не удивлен. Это их конечная цель, – заверил я ее.
Дилан обожала мутить воду, а потом со стороны наблюдать за последствиями. Обычно я и сам не прочь подыграть, но этот разговор с Беккетом был важен. Если Дилан и Лиам не поместятся, я поеду сегодня на своей машине. Их интересы для меня важнее странного желания Беккета ездить всем вместе.
– «Все» – это ты, я, Лив, плюс Лиам и Дилан. Они сегодня едут на стадион.
Беккет замер с кружкой у рта.
– Почему ты говоришь об этом только сейчас? Я бы спланировал… ой! – Он качнулся вперед и едва не выронил кофе. – Ливи, какого черта?
– Что-то не так? – Дилан перевела взгляд с меня на Лив, сидевшую за столом.
– Все отлично. Кортни нам все решил. – Она улыбнулась подруге.
– Я спросил у Лив, – вставил я, когда Беккет начал ворчать.
– Потому что Беккет ответил бы «нет», – рассмеялась Дилан.
Вовсе нет. Беккет был бы только рад их видеть, но он бы тут же прибрал все к рукам. Потащил бы Лиама к себе в кабинет, представил бы сотрудникам и наверняка провел бы его в такие места, куда мне хода нет. Но вчера мне наконец удалось пробить броню Лиама, и мне нужно было заработать еще несколько очков, чтобы закрепить успех и проскочить стадию его вечных огрызаний. Может, со временем мы даже станем друзьями.
Лив наклонилась и что-то прошептала мужу на ухо.
– Ладно, Диппи-Ду, ты и это Отродье можете приходить на стадион когда захотите. Я велю Чарли подогнать к вечеру «Эскалейд». Можешь утром не брать свою машину.
С какого перепугу Беккет так настаивал, чтобы я ездил с ними? Сначала я не возражал, думал, они с Лив ко мне присматриваются. Но сейчас? На шестой-то день? Это уже просто странно. О бейсболе он расспрашивал меня куда дольше, чем о чем-либо, связанном с Дилан.
Обычно перерыв на матч всех звезд я проводил с ребятами, которые были в игре. В этом году я впервые за долгое время не поехал туда в качестве основного кетчера Национальной лиги. Неуверенность нашептывала, что я теряю хватку. Рассудком же я понимал: тот молодой парень из Metros просто занял место, на которое меня раньше выбирали болельщики.
Лишнее время дома с Дилан стало своего рода благословением. Или, как говорила Дилан, у вселенной на все свои планы. Когда я думал о жизни так же, как она, меня отпускало. Словно на мне больше не лежала обязанность следить, чтобы в жизни все шло по струнке.
Но как бы там ни было, из-за того что я всю неделю околачивался на стадионе, у меня оставалось слишком много времени на раздумья. Я тренировался, ходил на занятия, но если бы не отчеты, которые Беккет подсовывал мне один за другим, и не списки игроков, которых он просил оценить, я бы точно сошел с ума. Гнетущий страх перед тем, что я буду делать после завершения карьеры, постоянно лез в голову. Особенно когда Беккет настаивал, чтобы я помог ему найти мне замену.
– Это никак не связано с нежеланием уходить на покой, – кожа гостевого кресла скрипнула под моим весом, пока я просматривал спецификацию, которую он пододвинул через свой огромный стол. Волосы, еще влажные после душа, падали на щеки.
– Я позвал тебя сюда не для того, чтобы ты отказывался, – проворчал он.
– А для чего тогда? – Я выпрямился и собрал волосы в пучок, закрепив их резинкой, которую всегда носил на запястье. – Я понимаю, что в следующем сезоне мне придется начать работать со сменщиком. Это логично, мне уже тридцать пять. У меня в запасе остался один сезон, от силы два.
– В чем тогда проблема? – Беккет вызывающе вскинул бровь.
– Льюис не подходит. У тебя в составе три питчера, которых нужно успокаивать каждый раз, когда они выходят на горку. – Команда, которую собирал Беккет, через пару лет должна была возглавить Американскую лигу. Парень он умный, но иногда упускал тонкости общения между игроками. – У некоторых твоих питчеров короткий фитиль. Другие жутко нервничают. И ты выбираешь самого вспыльчивого типа в лиге, чтобы он их урезонивал? Как ты себе это представляешь?
– Он лидирует в лиге по хоум-ранам. Я представляю это так: мы будем больше забивать и чаще побеждать. – Беккет с силой постучал пальцем по бумаге.
Проигнорировав его жест, я откинулся на спинку кресла. Статистику Льюиса я знал.
– Я понимаю, чем притягателен леворукий кетчер, который машет битой как заведенный. – Когда-то я и сам был таким. В двадцать пять я лидировал в Metros по среднему показателю отбивания и числу пробежек. – Но через два года, когда возраст даст о себе знать и тело начнет сдавать, он перестанет быть твоим главным ударником. И ты останешься с неуравновешенным парнем, который не умеет вести игру. Хочешь водить своего кетчера за ручку так же, как ты возишься со своим руководством? – Я скрестил руки на груди. – Тебе нужен тот, кто будет управлять игрой, сидя за тарелкой. Кто-то сообразительный, а не тот, кому диктуют каждый шаг из офиса.
Беккет поджал губы и прищурился – сначала на меня, потом на бумаги.
Раздался стук в дверь, и заглянула Лив.
– Не знала, что ты здесь. Я только что высадила Дилан и Лиама в раздевалке. Они тебя ищут.
Черт. Я хотел встретить их внизу.
– Желаю удачи. – Я встал и вышел за дверь.
– Здесь все гораздо больше, чем я себе представлял, – Лиам оглядел раздевалку, пристально изучая нескольких игроков, которые сидели на диванах в центре зала. – У каждого свое место, а не просто шкафчик.
В тот день, когда Беккет привел нас всех на игру, мы сидели в комнате отдыха для семей, но сюда не заходили: парни тогда принимали душ, переодевались и общались с прессой.
Лиам был прав – помещение оказалось куда просторнее, чем я ожидала, и намного чище. Никакого мусора или грязной одежды, как в школьных раздевалках моих времен. В каждом шкафчике аккуратно висели форма и снаряжение. Больше всего вещей было в секции с табличкой «Миллер», но даже при обилии защиты у Кортни все лежало по полочкам. Перед каждым шкафчиком стоял белый складной стул с логотипом Revs. Светлое дерево шкафов было отполировано до блеска, а в воздухе пахло чистотой.
– Погоди, – я развернулась на темно-синем ковролине. – Разве вы не заходили сюда после матча пару месяцев назад?
– Нет, – Лиам нахмурился. – Забыла? Беккет велел нам уходить сразу после того, как Аделину стошнило.
Это правда, но…
– Откуда же у тебя взялись носки Кортни, если тебя здесь не было?
Его брови взлетели чуть ли не до линии роста волос.
– О чем ты вообще говоришь?
В его глазах не было ни искорки, ни намека на усмешку, губы не дрогнули. Странно. Он выглядел по-настоящему сбитым с толку.
– Ну, это что-то новенькое, – один из парней поднялся с коричневого кожаного дивана и направился к нам.
Сын, скорее всего, знал его имя, но я не слишком внимательно следила за играми, чтобы узнать его в лицо. В его светло-каштановых волосах виднелись идеально подобранные светлые пряди. Я не могла понять, натуральные они или мне стоит спросить номер его парикмахера.
Он остановился перед нами и ухмыльнулся.
– Прекрасная дама и фанат Metros.
– Здравствуйте, – улыбнулась я.
Лиам рядом со мной насупился.
– Ты нам не нужен.
– Лиам! – я ткнула его локтем в бок. В животе завязался узел. Только этого не хватало – чтобы мой ребенок разозлил еще одного игрока Revs.
Мужчина лишь рассмеялся. Он был хорош собой: прямой нос, белые зубы, ямочки на щеках. Не так, чтобы внутри все переворачивалось и перехватывало дыхание, как при виде Кортни, но все равно красавчик.
– Вы друзья мистера Лэнгфилда, верно? – его карие глаза метнулись к сыну, а затем снова ко мне.
– Да. Его жена, Лив – моя лучшая подруга, – я протянула руку. – Я Дилан, а это мой сын Лиам.
– Кайл, – представился он, сияя улыбкой.
Лиам вздохнул.
– Знаете, чего вам не хватает? – Кайл развернулся и вальяжно пошел через комнату.
– Спорим, ты нам сейчас расскажешь, – пробормотал Лиам, глядя, как Кайл остановился у углового шкафчика.
– Веди себя прилично, – прошипела я.
Я бы не придала этому значения, если бы поведение Лиама выставляло в дурном свете только нас с Беккетом. Беккету в любом случае было плевать. Но если Лиам сегодня будет вести себя как заносчивый придурок, это расстроит Кортни. И где он сам? Он обещал встретить нас здесь, но так и не ответил на мое сообщение, когда мы приехали. Лив была уверена, что он в раздевалке, когда высаживала нас.
– Ма, я не надену джерси этого парня, – сын глянул на свою зеленую футболку Metros, а затем на Кайла, который вернулся с формой под номером 29 в руках. – Я не болею за Revs.
Это уж точно. Однако на футболке Metros, в которой он пришел, значились имя и номер Кортни. Лиам потихоньку начал к нему оттаивать. Если бы Кортни увидел его в ней, это наверняка сделало бы его день.
– Может, примеришь? – Кайл протянул белую джерси в синюю полоску. Лиам скрестил руки на груди, но прежде чем он успел наотрез отказаться, я вмешалась.
– А можно мне примерить?
Вскинув бровь, Кайл протянул форму мне. Я крутанулась и продела руки в огромные рукава. Кайл был далеко не таким крупным, как Кортни, но джерси все равно висела на мне палаткой, так что я быстро завязала концы узлом поверх своего темно-синего сарафана.
Кайл усмехнулся и окинул меня оценивающим взглядом.
– Выглядит отлично… – он снова посмотрел мне в лицо, но тут же отвел глаза в сторону, словно глядя мне через плечо. – Эй, Шамми. Ты в порядке?
Я обернулась и улыбнулась: к нам подошел Кортни, возвышаясь над всеми. Воздух мгновенно наполнился ароматом его кедрового одеколона. Я бы никогда не подумала, что кедр станет моим любимым запахом, но чем больше времени я проводила с Кортни, тем больше ценила этот пряный древесный аромат.
Он на мгновение приподнял руку, но тут же опустил ее и сжал пальцы в кулак. Его обычно спокойная голубая аура сейчас помутилась от темных оттенков, будто его накрыло штормом эмоций. Он посмотрел на мою джерси и резко вдохнул носом. Улыбка, которой он нам ответил, казалась вынужденной.
– Извините. Беккет задержал меня наверху.
Я отмахнулась. Он был занят, и мы это понимали. Совершенно ни к чему было из-за нас переживать.
– Вы знакомы с Шамми? – спросил Кайл.
– Мы к нему и пришли, – Лиам убрал волосы с глаз привычным жестом.
– А-а, – Кайл перевел взгляд с одного на другого. Он открыл было рот, но тут же захлопнул его и отступил к центру комнаты, где на ковролине красовался огромный логотип Revs. – Ну, развлекайтесь.
– Спасибо, что встретил их, Полосатый, – Кортни снова мимоходом глянул на меня и нахмурился.
