Текст книги "Соблазнитель для мамочки (ЛП)"

Автор книги: Дженни Бара

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Шей: Кое-кто наконец сдался и позволил этому потрясающему мужчине вскружить себе голову!

Делия: Да неужели? Ты откуда знаешь?

Шей: У нас общая стена. Слава богу, что это не стена Кайла и Лиама.

Я: Это верно, Лиам был бы не в восторге. Но да, мы с Кортни решили, что стоит использовать наше время, чтобы просто быть счастливыми.

Шей: Думаю, там все гораздо серьезнее.

Я: Ты твердишь об этом с самого начала.

Шей: И я буду счастлива, когда окажусь права.

Лив: Ну, я-то точно счастлива.

Я: Бэкс тоже довел тебя до финиша три раза?

Лив: Я не это имела в виду, но...

Шей: Ненавижу вас обеих.

Делия: У тебя полно игрушек, Шей. Поверь мне, они не хуже, а то и лучше мужчин.

Я: Нам действительно нужно найти тебе парня, который знает, что делает.

Лив: Поддерживаю.

Делия: То, что вы обе отыскали себе по единорогу, не значит, что остальным так же повезет.

И вообще, мы договаривались: больше никаких мужиков в доме!



Я:Как там мои девочки?

Светлячок: Все отлично, просто устали. Рады, что ты завтра вечером будешь дома.

Я: Жду не дождусь. Предложение нанять няню для детей все еще в силе.

Светлячок: Ни за что. Помогать растить детей друзей – это привилегия. К тому же я сойду с ума от скуки без своего детского сада.

Я: Хочешь открыть филиал в Бостоне?

Светлячок: Мы обсуждали это, но пока малышка не подрастет – нет.

Я: Ну, если от меня что-то потребуется...

Светлячок: Что угодно?

Светлячок: Гифка: многозначительно играет бровями

Я: Я сейчас в самолете в Атланту со всей командой, так что никакого секса по телефону сегодня.

Светлячок: Гифка: толпа разочарованно гудит

Я: Вчера был последний раз. Я тебя предупреждал.

Светлячок: Знаю. Значит, завтра тебе придется это компенсировать.

Я: О, поверь, у меня на этот счет большие планы.

– Я много об этом думал. Пожалуй, на этом варианте и остановлюсь.

Голос Кортни вырвал меня из сна. Он вернулся поздно ночью после шести выездных матчей. Было уже за два, когда он наконец забрался в постель и притянул меня к себе. Но сейчас его не было рядом. Он лежал на животе чуть ниже по кровати, положив одну руку мне на бедро и опершись локтем о матрас. Подперев щеку ладонью, он спрятался за завесой светлых волос, упавших на лицо. Со стороны казалось, что он не говорит по телефону, а просто беседует с кем-то невидимым.

– Пока меня не было, я все про тебя разузнал, – он провел большим пальцем по резинке моих шорт. – Знаю, ты меня еще не слышишь, но хочу начать сейчас. Чтобы к двадцати четырем неделям, когда ты сможешь различать мой голос, я уже натренировался.

Сердце сжалось. Боже, какой же он невероятный.

– К тому же мама чувствует, что ты девочка. Если ты хоть немного на нее похожа – а я на это очень надеюсь, – то наверняка чувствуешь, что я здесь.

Я заставила себя дышать ровно, чтобы не выдать себя. Я словно подслушивала чужую тайну, но это была самая трогательная сцена в моей жизни. Мне не хотелось, чтобы он умолкал.

– Сегодня я иду гулять с твоим старшим братом. Потом расскажу, как все прошло. Думаю, к твоему появлению мы с Лиамом станем друзьями. Но даже если нет, тебе повезло, что у тебя есть он. Он будет тебя очень сильно любить.

Я пыталась сдержать улыбку, но не смогла.

– Твоя мама больше не притворяется, что спит, так что уделю-ка я немного внимания ей. – Он наклонился и коснулся губами полоски кожи между моими шортами и футболкой. – Люблю тебя.

От этих слов, прошептанных прямо в кожу, в горле встал ком, а внутри захлестнула волна чувств. И к дочке, и к мужчине, который становился лучшим спутником, о каком можно только мечтать. Он так естественно вошел в мою жизнь, сразу взяв на себя роль друга, опоры, а теперь и любовника, что мне хотелось, чтобы это никогда не кончалось. Но в то же время мне было страшно при мысли о том, что будет, когда он наконец расскажет о ребенке родителям.

Кортни станет чудесным отцом, как бы ни отреагировали его родные. Уиллоу – я как раз пробовала это имя на вкус – будет счастливой девочкой.

Я отогнала страхи, когда он пододвинулся ближе.

– Кажется, ее энергии имя Уиллоу очень нравится.

Он улыбнулся.

– Оно и мое любимое. Как поживает мама Уиллоу этим утром? Отдохнула? Вчера ты была совсем без сил.

– Прости, – я прижалась к его плечу. – Обещала, что дождусь тебя, но просто вырубилась.

Шла двенадцатая неделя. Судя по всему, предстоящий второй триместр задаст мне жару. Сон стал моим лучшим другом. После его игр у меня едва хватало сил дождаться звонка. Обычно после ужина я сразу проваливалась в небытие.

– Не извиняйся. Тебе нужен отдых. Я просто рад, что пару дней ты будешь рядом. В четверг мне снова уезжать на девять матчей. – Он поцеловал меня в макушку, а потом перевернул так, что я оказалась на спине, а он навис сверху. – Хочешь, я останусь сегодня дома и помогу с детьми вместо того, чтобы возиться с «Чарджером»?

– Лиам меня убьет. – Сын всю неделю, пока Кортни был в разъездах, только и говорил что о машине. Если я оставлю Кортни дома работать нянькой, Лиам будет дуться несколько дней.

– Знаю, но я постоянно в разъездах и переживаю за тебя.

После перерыва на матч всех звезд у него было две домашние игры, а потом он уехал на неделю. На этой неделе он дома всего три дня, а затем снова в путь на девять. Даже учитывая, что Лив и Беккет иногда ездят с командой, я только в последнюю неделю осознала, как часто Кортни не будет дома. Но вместо того чтобы изводить себя, я решила наслаждаться каждой минутой.

Я убрала волосы с его лица и ободряюще улыбнулась:

– Сегодня ужин у Делии, так что, когда все вернутся, мы с тобой купим вишневый слаш, а потом завалимся смотреть кино.

Кортни поиграл бровями и приник губами к моей шее.

– Кино и отдых, значит? – пробормотал он. – М-м, мне нравится эта затея.

Мне тоже. Теперь, когда я узнала, на что способен Кортни, никакой вибратор его не заменит.

– Дилан! – крикнула Лив сверху. – Десятиминутная готовность, соня!

Кортни застонал, уткнувшись мне в шею. Жаль, что у Лив и Беккета выходные не совпадают с графиком игроков.

– Пойду в душ. Скоро буду. – Он повалился на подушки и выпустил меня из объятий.

– Так нечестно. Ты не можешь довести до конца дело сам с собой и оставить меня ни с чем. – Я притворно надулась.

Он рассмеялся, и в его голубых глазах заплясали искорки утреннего света.

– Душ будет самый обычный, Светлячок.

Делия завезла трех старших девочек в летний лагерь по пути на работу. Финн и Кай с упоением резались в «Марио» на приставке в комнате Кая, а Лиам стонал под одеялом, жалуясь на громкость. Я бы и рада была помочь парню – с каждым днем я все лучше понимала его желание проспать полдня, – но правило в нашем таунхаусе было простым: с восьми тридцати утра до восьми тридцати вечера никаких ограничений по шуму.

– Чем займемся сегодня, Аделин? – спросила я, усадив ее в центр своей кровати.

В кармане завибрировал телефон. Я достала его, чтобы проверить уведомление.

Бекс: Не волнуйся. Она смывается.

Я перечитала сообщение дважды и пожала плечами, бросив телефон на одеяло. Если я не понимаю, о чем речь, значит, это не важно. Не успели мы с Аделин составить план на день, как в комнату вошел Кортни в одних спортивных шортах, и я лишилась дара речи. Черт. Широкоплечий, гладкий и загорелый. Этот мужчина был идеален.

Я облизнула губы, не сводя глаз с его груди. Гормоны явно давали о себе знать. Уж не знаю, винить в этом беременность или самого Кортни.

– Лиам не говорил, во сколько хочет идти в гараж? – спросил он, вытирая мокрые волосы серым полотенцем.

Я поднялась и повернулась к нему. Увидев его, я ахнула, и у меня внутри все екнуло.

– Бу-у, – Аделин ткнула в него пальчиком.

– Бу? – переспросил Кортни, бросая полотенце на кровать.

– О господи. – Сердце бешено заколотилось. Дело дрянь. Ох, Лиам, что же ты натворил?

– В чем дело? – Кортни нахмурился, оглядывая комнату.

– Твои... – я сглотнула, пытаясь взять себя в руки, но тщетно. Сдержать улыбку было невозможно. – Твои волосы.

Он побледнел.

– Там что, опять этот гребаный паук? – он схватил полотенце и принялся остервенело тереть голову.

Я обогнула кровать и забрала у него полотенце.

– Никаких жуков, Самсон.

– Бу-у, – снова повторила Аделин.

Тут я уже не выдержала и прыснула.

– Да, Адди, они определенно синие.

– Что? – глаза Кортни округлились.

В дверном проеме показались мальчишки: внизу Финн, над ним Кай, а сверху Лиам – выстроились в ряд, как заправские комедианты.

– Мы его поймали! – Финн влетел в комнату, подпрыгивая и победно вскидывая кулаки.

– Я не думал, что сработает, но Босс был прав! – хохотал Кай.

– Ни фига себе, – выдохнул Лиам с глазами по пять копеек. – Клянусь, это не я, но они реально, ну очень синие.

– Какого черта тут синее? – Кортни ворвался в ванную.

Секунду спустя раздался крик. Даже сквозь приступы хохота в коридоре его слова были слышны отчетливо:

– Ему конец. Я убью Беккета!

– Ты сколько раз голову мыл? – крикнул Лиам из-под «Чарджера», поднятого метра на два над полом.

– Три, – я провернул ключ, пытаясь ослабить один из болтов, держащих глушитель.

Он выбрался из-под машины и пожал плечами.

– Да ладно, уже не так страшно выглядит.

Я с досадой выдохнул и снова заставил плечи расслабиться. Еще два часа назад мои волосы были неоново-синими. Теперь, когда я выкинул свой фиолетовый шампунь в мусорку и воспользовался средством Дилан, они приобрели лишь голубоватый отлив. Будто мои светлые волосы не позеленели в хлорированном бассейне, а стали цвета морской волны. Надо будет придумать достойную месть для Беккета. И планирование этой диверсии вместе с Лиамом точно входило в мои планы на сегодня.

– Хочешь открутить эти два последних? – я протянул Лиаму ключ. – А я подхвачу глушитель.

– Эта штука будет просто зверь. Труба такая прямая, что от рева окна задрожат.

Я и не подозревал, как много Лиам знает о тачках, пока неделю назад невзначай не показал ему три варианта новых глушителей. После первого же разговора стало ясно: пацан не просто любит машины. Он в теме по уши.

– Мне уже не терпится послушать, как она будет «отстреливать».

– Еще бы, – согласился он. – Это твой первый «Чарджер» или раньше были другие? – спросил он, когда я снова нырнул под днище с металлической трубой в руках.

– Эту «Хеллкэт» я взял год назад, но в гараже у родителей стоят еще две.

– Каких годов? – Лиам помог мне опустить старый глушитель на пол.

– Семьдесят восьмого и две тысячи восьмого.

– Солидно. – Лиам кивнул. – «Чарджеры» – это четко, но моя цель – когда-нибудь купить «Ауди е-трон ГТ».

– Значит, любишь обтекаемые формы. – Уважаю. Машина стоящая. Не совсем тот «мускул», который нравится мне, но Лиаму она бы подошла.

– У нее изгибы шикарные, да и говорят, в управлении она просто мечта.

– Можем съездить на тест-драйв, если хочешь.

Лиам замер, его глаза округлились, но через полсекунды он уже смотрел на меня с прищуром.

– Меня не надо подкупать, так что завязывай с этими замашками богатого козла.

Так. Похоже, пришло время нам с ним обсудить эту тему.

– Я стараюсь не вести себя как богатый козел.

Он усмехнулся.

– Ага, заметно. Живешь в разваливающемся доме с двенадцатью другими людьми. На работу ездишь с кем-то в складчину. Единственное, на что ты тратишься, – это места в ложе для нас с мамой и ее счета в доставке еды.

Я вскинул бровь, чувствуя одновременно и облегчение, и еще большее напряжение, если такое вообще возможно.

– Мы сейчас работаем в гараже, который я купил исключительно ради того, чтобы возиться со своей уникальной «Хеллкэт».

Лиам хмыкнул и покачал головой.

– Ну, допустим.

– Насчет тест-драйва – это не подкуп. – Я пожал плечами. – Просто подумал, что нам будет весело. Так что если передумаешь – дай знать.

Пока я устанавливал глушитель, Лиам внимательно изучал меня. В его зеленых глазах читалась смесь надежды и недоверия.

– Поможешь? – спросил я.

Час спустя новые глушители были на месте, а машина снова стояла на колесах.

– А ты реально не промах в железках. – Лиам взял с верстака банку колы и отпил.

– Ты тоже. – Я сел рядом и откупорил бутылку воды. В гараже был кондиционер, но изоляция здесь никудышная, так что в такие жаркие дни прохлада была чисто символической. Радовало одно: дома мне придется снова идти в душ, и, может, эта синева с волос сойдет еще немного.

Как бы мне ни хотелось, чтобы он просто получил удовольствие от сегодняшнего дня, у меня был скрытый мотив. Я хотел побыть с ним наедине и поговорить по душам.

– Я знаю, что у нас все налаживается, но, парень, было бы здорово не жить в вечном страхе, что ты снова ополчишься против меня. Так что я хочу быть уверенным: отныне мы с тобой в ладах.

Его зеленые глаза сузились.

– Мы в ладах.

– Точно?

Он вздохнул и сделал долгий глоток колы. Вытерев рот запястьем, он окинул меня взглядом.

– Я люблю свою маму, но ты ведь понимаешь, что она со странностями?

– Со странностями? – Я бы подобрал другое слово для Дилан.

Он наклонил голову, отбрасывая рыжие волосы с глаз.

– Вот этого я и боялся. – Нахмурившись, он загнул один палец. – Моя мама говорит все, что взбредет ей в голову. – Он загнул второй. – Она верит, что кристаллы могут отвечать на вопросы. – Третий палец присоединился к остальным. – Она думает, что видит вокруг людей цвета, которые подсказывают ей, кто они такие. – Четвертый палец. – Она утверждает, что «чувствует» всякие вещи. – И, наконец, пятый. – Она верит в какой-то великий вселенский план. Где мы просто плывем по течению и радуемся жизни.

Все те недостатки Дилан, о которых говорил Лиам, я в ней обожал. Она была глотком свежего воздуха. Другой. И уверенной в себе. От нее исходила та спокойная убежденность, которой я не встречал до знакомства с ней.

Он вскинул бровь.

– Меня выперли из двух последних школ за драки с придурками, которые над ней смеялись.

Этого я не ожидал. Дилан упоминала, что у Лиама были проблемы в прошлой школе, и я знал, что она перевела его на домашнее обучение, но никогда не расспрашивал о причинах.

Грудь сдавило так, что стало трудно дышать, а по жилам ударила ярость.

– Прости, что?

– Ага. Люди считают ее странной и издеваются, – он цедил слова медленно, то ли давая мне время их переварить, то ли окончательно разуверившись в моих умственных способностях. – Если ты ее не знаешь и не понимаешь, какая она крутая и как часто ее безумные пророчества сбываются, то да, над ней будут смеяться.

– Я бы никогда себе такого не позволил. – И я бы пришиб любого, кто посмел бы над ней подшучивать.

– Ты – нет, – он покачал головой. – Сначала я думал, что от тебя будет легко избавиться. Решил, что ты все равно свалишь, и хотел, чтобы это случилось раньше, чем все успеют привязаться.

– Я никуда не уйду, – пообещал я.

– Да, я это уже просек. – Лиам пожал плечами. – Круто, что ты берешь нас на игры, знакомишь с друзьями и командой. И что ты всем даешь понять, как сильно на ней помешан.

Я уперся локтями в колени и подался вперед, готовясь к неизбежному «но».

– Но ты из Миллеров. В твоем окружении полно людей, которые сочтут ее чудачкой и будут судить. Не будь наивным. Мы с мамой уже проходили это с моим биологическим отцом. Мы знаем, что надо быть начеку. Но я боюсь, что мама об этом забыла. – Он опустил голову и вздохнул.

Мне хотелось все отрицать. Хотелось заявить, что люди, с которыми я общаюсь, лучше, чем он думает. Но мог ли я это гарантировать? Пожалуй, нет. К несчастью, в моем мире хватало подонков, которых я на дух не выносил. Как бы то ни было, в одном я был уверен твердо.

– Ты ведь знаешь, что мама называет меня Самсоном?

– Ага, еще одна ее странность. – Он закатил глаза и отпил газировки.

– Я поначалу тоже не понимал, – я усмехнулся. – А потом дошло. Есть легенда об одном огромном красавце, который был очень силен.

– И при этом очень скромен? – съязвил Лиам.

Я ухмыльнулся и покачал головой.

– Я к тому, что у него были длинные волосы. И вся его мощь заключалась в них.

– Это тот чувак, которому нельзя было стричься?

Я кивнул.

– Он самый. Как я и сказал, вся магия была в волосах. Когда я впервые встретил твою маму, я хотел уложить прическу, прежде чем мы пойдем в бар. Все только о моих волосах и говорят. Это вроде как моя фишка, понимаешь?

– То есть твоя сила в волосах?

– Она так меня подкалывает. – Я распустил пучок, и мои синеватые волосы рассыпались по плечам.

– Хочешь сказать, она не права?

– Я знаю, что она не права. Это история о человеке, который отдает свою силу, потому что любит женщину и доверяет ей. Ему не нужны волосы. И хотя свои я люблю, они мне тоже не нужны. Я чувствую себя сильнее всего, когда твоя мама мне улыбается. Так что, если кто-то снова назовет ее странной, зови меня. – Я сжал кулак.

– Вам обоим реально надо завязывать с этой милотой, – Лиам закатил глаза, но уголок его рта дернулся, будто он сдерживал улыбку.

– Хочешь проверить звук? – я кивнул на машину.

– Еще бы! – Он вскочил, как мальчишка в рождественское утро.

Рев был именно таким громким, как мы и надеялись. Настолько, что по дороге домой мы поймали на себе несколько гневных взглядов. Мы заскочили купить упаковку леденцов для Дилан и только успели вернуться, как у меня в кармане завибрировал телефон.

Глянув на экран, я поморщился. Не то чтобы я не любил общаться с матерью, просто мне еще предстояло обсудить с ней Дилан, и я надеялся сначала немного подготовиться.

– Привет, Корт. Твой отец тоже на линии.

О, мой счастливый день. Если они оба нашли время позвонить, значит, им точно что-то нужно.

– Что случилось? – я прижал трубку плечом и начал спускаться в комнату Дилан.

– Мы хотели обсудить детали благотворительного вечера. Осталось всего две недели. – Мама пустилась в подробный рассказ о цветовой гамме для нашей семьи, которую они выбрали вместе с моей сестрой, но я пропустил это мимо ушей. Я редко посещал подобные мероприятия, и мне было глубоко плевать, какого цвета одежду выберет моя родня.

Когда я вошел в комнату, Дилан там не было. Закрыв за собой дверь, я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Я опустился на кровать, понимая, что не смогу положить трубку, не рассказав им о Дилан и ребенке.

– Мы добавили серебряный, потому что Тейлор права – золото ей совершенно не идет. Но поскольку ты так и не подтвердил, с кем придешь, я не знала, хватит ли этого.

– Что? – переспросил я.

– Я же говорил, он забыл, – пробурчал отец. До этого он не проронил ни слова.

Мать вздохнула.

– Речь об открытии нового корпуса. Строительство больницы задерживается на два месяца, но мы планировали этот вечер полтора года и не можем его перенести. – Голос ее звучал резко. Я не сомневался, что она раздражена задержкой, и легко мог представить выражение ее лица в этот момент. – Как бы то ни было, это событие отмечено в твоем календаре уже несколько месяцев.

Я скривился. Она была права, и руководство клуба пошло навстречу графикам, утвержденным в Нью-Йорке еще до моего обмена, но я совсем позабыл о гала-вечере.

– Ты ведь не настроил других планов? – вмешался отец. Эти двое всегда поддерживали друг друга, так что признание в забывчивости автоматически отправило бы меня в их черный список. Их союз был примером для всех нас. И именно того же я хотел для себя в будущем.

– Нет-нет, вовсе нет, – соврал я.

– Прекрасно. Хочешь, чтобы Тейлор подобрала тебе пару? Уверена, она найдет симпатичную брюнетку, которая будет отлично смотреться в золотом.

Раньше я частенько брал в сопровождение подруг сестры, но теперь все было иначе. Настал подходящий момент, и, сделав глубокий вдох, я начал рассказ с самого начала. Спустя двадцать минут, так и не поняв, прошло ли все лучше или хуже, чем я ожидал, я повесил трубку и поднялся наверх.

Делия стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюле, а Дилан сидела у стойки.

– Где дети? – я подошел к ней со спины и начал разминать ей плечи. Она негромко застонала и буквально растеклась на стуле.

– Как же хорошо... Ты можешь стоять так вечно?

– У него в конце концов руку сведет, – Делия обернулась к нам. – На твою машину точно начнут жаловаться из-за шума. Ты же в курсе?

Дилан снова блаженно промычала. С каждой секундой она расслаблялась все сильнее.

– Ты сама уладишь эти жалобы или мне нанимать адвоката? – я усмехнулся, глядя на Делию.

Она покачала головой и вернулась к плите: – Ну ты и придурок.

– Так где дети? – спросил я снова, целуя Дилан в макушку.

– Лив и Беккет повели своих в парк. Лиам ушел в магазин комиксов, а Кай с моими девчонками собирают позвоночник Бобби, – отозвалась Делия.

Я заглянул в дверной проем столовой: на раскладном столе между детьми были разложены открытые книги и крошечные косточки.

Убедившись, что Дилан окончательно размякла, я склонился к ней и прошептал:

– Послушай, Светлячок. – Ее кудри щекотали мне щеку. – Мне нужна услуга.

– Если поделаешь так еще пять минут, я тебе точно отсосу.

В груди отозвался низкий смешок.

– Я имел в виду другое, но от такого предложения никогда не откажусь.

Она развернулась на стуле, и я убрал руки.

– Если это как-то связано с розыгрышами, которыми вы с Беккетом заразили детей, то я пасую.

– Нет, с розыгрышами я и сам справлюсь. – Лиам мне в этом уже подсобил. Мы заказали несколько пар обуви, точь-в-точь как у Беккета, но на полразмера меньше. Перед нашим отъездом Лиам, Финн и Кай их подменят. Так что все девять дней пути у Беккета будут ныть ноги. – В следующую пятницу мои родители устраивают небольшую вечеринку в Нью-Йорке. Это в поддержку больницы...

– Ты только что назвал бал Миллеров «небольшой вечеринкой»? – Делия резко обернулась, размахивая огромной ложкой, с которой капал томатный соус.

Я стиснул зубы и бросил на нее свирепый взгляд, безмолвно призывая ее заткнуться.

– Мои родители хотят с тобой познакомиться, так что я подумал: не хочешь составить мне компанию?

– Вообще-то, это будет главное светское событие сезона в Нью-Йорке. Ты не с того боку заходишь, – не унималась Делия. Судя по всему, бессловесное общение было не ее коньком.

Я «заходил» именно с того боку, который был важен для меня, а не для нью-йоркских светских львиц и карьеристов.

Метнув в Делию еще один красноречивый взгляд, я посмотрел на Дилан. Черт. Она была бледнее тени.

– Твои родители хотят, чтобы я пришла? – почти прошептала она.

– Конечно. – На самом деле, они просто настаивали. Так что, хоть я и преподносил это как предложение, выбора у нее не было. По крайней мере, с их точки зрения. – И я бы очень хотел, чтобы ты пошла со мной.

Откинув голову, она просто смотрела на меня. Глаза расширены, лицо белое. В голове снова всплыли слова Лиама, сказанные днем. А потом – замечания родителей. Мне было важно, чтобы она доверилась мне. Чтобы знала: я ее поддержу. Она вцепилась в кристалл на шее и принялась возить его по цепочке туда-сюда.

Наконец она кивнула, и я выдохнул – кажется, я все это время не дышал.

– Ладно, я пойду. – Она оперлась ладонями о зеленую столешницу и поднялась. – Пойду прилягу.

Я проводил ее взглядом и повернулся к Делии.

– Поможешь мне сделать так, чтобы ей было комфортно?

Делия качнула головой, и ее хвост мазнул по плечу.

– Проклятье. Я собиралась сказать, что у меня нет времени обставлять твою смерть как несчастный случай, но ты взял и включил этого своего «милого парня».

– Просто скажи, что мне делать. – Потому что если у Дилан хватит смелости дать моей семье шанс, то я уверен: они ее полюбят. А все остальные могут катиться к черту.

Беккет: Почему у меня ноги болят?

Я:С чего ты взял, что я могу это знать?

Беккет: Немногие обладают средствами и возможностями, чтобы подменить всю мою обувь.

Я: Гифка: странный парень пожимает плечами.

Беккет: Гифка: мужчина указывает двумя пальцами на свои глаза, а затем вперед.

Я: Я сейчас умру со смеху. Ты в самолете в пластиковых шлепках.

Беккет: Спи чутко.

Я: Гифка: мужчина истерически смеется и хлопает ладонью по столу.

– Не беги к лопастям! – крикнула я Лиаму, стараясь перекрыть гул мотора.

Он бросил на меня через плечо взгляд в духе «мне не пять лет», но шагу не убавил.

– Тебе понравится, – заверила меня Лив.

В это время Беккет и Лиам грузили сумки в вертолет, стоявший прямо на парковке стадиона Revs.

– Я просто нервничаю.

Я согласилась пойти на этот званый ужин с Кортни, но его не было всю неделю. Вертолет приземлился здесь, Беккет и Лив вышли, и теперь машина готовилась доставить нас с Лиамом в Нью-Йорк. Все это находилось за пределами моей зоны комфорта.

Но Кортни не хотел, чтобы мы четыре часа ехали одни. Он настоял на перелете, чтобы мы могли провести побольше времени в Нью-Йорке с моим отцом. Кортни сам все устроил: договорился, чтобы Лиам провел пятницу и субботу с дедушкой в Бруклине, пока мы будем в центре. Моей единственной задачей на неделю было мерить платья с Делией. И одолжить у нее туфли на каблуках, от которых мои ноги точно взвоют.

– Не бойся. – Лив обняла меня за плечи и притянула к себе. – Ты им понравишься.

Я едва заметно кивнула, хотя ни капли в это не верила. Я не смела даже надеяться, что смогу вписаться в его мир. Если не получится, я буду раздавлена, а я больше не позволяла себе ломаться. Уже очень давно.

Я взглянула на «умные» часы, которые Кортни подарил мне пару недель назад.

– Да, тебе пора, – подтолкнула меня Лив.

Скрепя сердце я побрела к вертолету, а ветер нещадно трепал мои волосы.

Забравшись внутрь, я выслушала указания пилота насчет наушников и ремней безопасности.

– Обалдеть как круто, – раздался в наушниках голос Лиама, когда мы оторвались от земли.

Мне хотелось согласиться, но тяжелый ком тревоги в животе подавлял любой восторг. Кортни замечательный, мне дорога каждая минута с ним, но знакомство с родителями...

Сердце ныло при мысли о том, чем может закончиться эта поездка. Откинувшись на кожаное сиденье, я достала из кармана леденец, надеясь, что это поможет унять тошноту.

Я не привыкла к светским приемам. И сегодняшний вечер виделся мне только так: родители Кортни заявляют, что мне не место в семье Миллер. Они поставят ему ультиматум, и на этом нам конец. Я сжала висевший на шее кварц, стараясь впитать его успокаивающую энергию. Каким бы ни оказался прием у Миллеров, Кортни вел себя с моими друзьями безупречно. Он искренне пытался найти подход к каждому. Так что я сделаю все возможное, чтобы произвести хорошее впечатление, хоть и понятия не имею, как это сделать.

Через час вертолет сел на крышу одного из многочисленных небоскребов, рассыпавшихся по горизонту Нью-Йорка. Я увидела Кортни, и сердце пропустило удар. Он был похож на статую из Парфенона: невероятно статный, широкоплечий и внушительный. Его внешность совершенно не вязалась с мягкой, нежно-голубой аурой.

Когда мы оказались на земле, он, пригнувшись под вращающимися лопастями, протянул мне руку. Светлые волосы летели в лицо – от временной краски, в которую он покрасился две недели назад, не осталось и следа. Стоило нам отойти от вертолета, как он наклонился и поцеловал меня.

Дыхание перехватило, когда его мягкие губы коснулись моих. От того, как этот мужчина целовался, хотелось просто раствориться в нем и никогда не возвращаться в реальность.

– Хм, вишня – мой новый любимый вкус, – прошептал он.

– О господи, – простонал Лиам. – Ну подождите хотя бы, пока высадите меня у деда, прежде чем набрасываться друг на друга.

Кортни тихо рассмеялся мне в губы. У обочины нас ждал черный автомобиль, при нашем приближении водитель открыл заднюю дверь. Кортни помог мне сесть, а Лиаму разрешил устроиться впереди.

– Как там Уиллоу и ее мама сегодня? – Он положил ладонь мне на низ живота и принялся описывать успокаивающие круги. – Знаю, что ждать еще несколько недель, но мне не терпится почувствовать, как она толкается.

– Мы дали ей имя и накупили розовых вещей, но вообще-то мы до сих пор не знаем наверняка, что это «она», – проворчал Лиам с переднего сиденья.

– Перестань быть таким занудой, – осадила я его.

– Кто-то же должен им быть, раз от вас двоих этого не дождешься. – Лиам с напускным недовольством откинулся на спинку кресла.

– Я открыл для нее накопительный счет на обучение. По-моему, вполне практично, – вставил Кортни. – И для тебя тоже.

От этого признания у меня перехватило дыхание. Он ни словом об этом не обмолвился, но, когда он крепко сжал мою ладонь, я расслабилась. Тайком открыть фонд на колледж для Лиама – это было так в его духе.

– Что?! – выпалил Лиам, оборачиваясь.

– Разве ты не планируешь поступать? – Кортни склонил голову набок.

– Планирую, – кивнул Лиам, и его глаза заблестели.

– Вот и я так подумал. Видишь? Я тоже умею быть практичным.

Сын закатил глаза в своей излюбленной манере, но не смог сдержать широкую улыбку.

– Ты ему нравишься, – пообещала я, когда Лиам снова отвернулся.

– Это взаимно, – ответил Кортни.

То, что проблема в отношениях Лиама и Кортни осталась позади, было огромным облегчением. Но впереди маячил вечер, и это не давало мне расслабиться по пути к папиному дому.

– Ничего себе! – выпалил Кортни двадцать минут спустя. – Это что, «Камаро» шестьдесят девятого года?

– Ага. Дедуля прямо как ты: тоже променяет любые изгибы на мощный движок. – Лиам выскочил из машины и рванул к «Камаро».

Помог мне выйти, Кортни тут же последовал за ним, они с моим сыном наперебой восторгались отцовской классикой в идеальном состоянии.

Покачав головой, глядя на их восторг, я обошла машину и подошла к багажнику.

– Мне занести ваши сумки? – спросил водитель.

– Нет, что вы, не нужно. – У Лиама была дорожная сумка, у Кортни – чехол для костюма, а у меня – маленький чемодан. Я вполне могла донести их сама.

Входная дверь громко захлопнулась, привлекая мое внимание. Там, под полосатым красно-белым козырьком, стоял отец, скрестив руки на груди и сердито хмурясь.

– Кто-нибудь собирается помочь моей беременной дочери с вещами, или вы решили, что она всю дорогу будет сама таскать тяжести?

Кортни вытянулся в струнку и резко обернулся к отцу.

– Простите, сэр. – И без лишних слов поспешил ко мне.

Отец сбежал по ступеням и остановился прямо передо мной. Обняв его худощавую фигуру, я сказала:

– Обычно он за этим следит, просто его отвлек твой любимый ребенок.

Отец просиял, глядя на машину. Мы все подшучивали, что ее он любит больше всех нас.

– Красавица, правда?

Забыв про багаж, Кортни поднес кулак к губам и снова принялся разглядывать автомобиль.

– Черт, эти черные полосы на белом кузове... просто блеск.

Отец хлопнул его по спине и ухмыльнулся:

– Слава богу, идиот, обрюхативший мою дочь, хотя бы понимает толк в хороших машинах.

С этими словами они снова побрели к «Камаро», в очередной раз про меня забыв.

Из дома вышел мой брат. Солнце играло в его рыжевато-каштановых волосах, он только покачал головой. Я всегда ему завидовала: Брайану повезло унаследовать папин темный оттенок, а не мамину огненную рыжину.