Текст книги "Одержимость (ЛП)"
Автор книги: Дж. Уорд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 28 страниц)
Глава 49
– Поэтому вы понимаете, почему нам интересно, где вы были.
Когда вопрос дошел до Джи-Би, он, сохраняя спокойствие, улыбнулся детективу, который сидел напротив него за столом для допросов.
Ранним утром ему позвонили из Отделения Полиции Колдвелла с просьбой приехать, и он, разумеется, подчинился. Он же не тупой.
И он посмотрел достаточное количество эпизодов «Первые 48 часов»[157]157
«В первые 48 часов» – американский документальный ТВ-сериал. Каждый эпизод показывает случаи расследования реальных дел, фокусируясь на важности первых двух суток в раскрытии преступлений (т.к.по статистике большая часть дел раскрывается в первые 48 часов).
[Закрыть], чтобы знать, как себя вести.
– Вы просто выполняете свою работу, – сказал Джи-Би, буднично пожимая плечами. – Но мне больше нечего добавить.
Детектив… как там его звали?.. де ла Труз?... улыбнулся ему в ответ.
– Скажем, Вы могли бы объяснить, почему не упомянули о ваших отношениях с Дженнифер Испи.
Джи-Би сцепил руки на коленях и предусмотрительно не разрывал зрительного контакта. – Потому что не было никаких отношений.
– Придираетесь к словам, хорошо. Но Вы не сказали нам, что спали с ней.
– Это было не на постоянной основе, Детектив. Да ладно вам, я весь в работе, у меня нет личной жизни. У нас было несколько общих друзей, и да, мы переспали пару раз, ничего серьезного. Я не думал, что это имеет отношение к делу.
– Девушка была убита в театре, где вы оба работали, и Вы не подумали, что рассказать о ваших прошлых отношениях – хорошая мысль?
– Мне нечего сказать. Я певец, а не юрист.
Парень пролистал свой блокнот. – Я также слышал, что Вы – актер.
– «Аренда» – мой первый мюзикл.
На него обратился карий взгляд. – Режиссер сказал, что Вы играете непринужденно.
– Рад слышать.
– Он говорит, что Вы способны показывать нужные эмоции как по волшебству.
– Это свойственно выступлениям вживую.
Де ла Кто-то-там снова улыбнулся. – Да, так и есть. Что приводит меня к другому вопросу. Один из промоутеров джаз-концерта, на котором Вы пели на бэк-вокале… как звали певицу? Миллисент?
– Миллисент Джойсон.
– Да, она самая. Так или иначе, промоутер сказала, что перед выходом в ту ночь на сцену, вы спорили с Дженнифер в ее офисе. В стеклянном, от пола до потолка?
Джи-Би ждал этого.
– Она была недовольна мной.
– И почему?
– Как я уже сказал, нас не связывали постоянные отношения. Но она хотела этого. И она высказала мне все претензии.
– Относительно?
Джи-Би сделал шоу, потерев подбородок. – В ту ночь ко мне пришла женщина, к которой я проявляю искренний интерес. Я спросил руководство, могу ли воспользоваться пригласительным билетом, которые они зарезервировали для VIP-персон… ну, если, конечно, что-то осталось. Билеты были, и Дженнифер должна была оставить билет на выдаче для моей девушки. Также она должна была дать мне пропуск за кулисы. Когда я пришел за бейджиками, она устроила скандал.
– Кейт Дугласс, верно?
Окей, он слегка удивился, что у них было имя.
– Да, это она. В смысле, женщина, которую я пригласил.
– Она также должна была пообедать с Вами вчера.
– Да, мы собирались съесть по сэндвичу в комнате отдыха. И очевидно, в виду произошедшего…. нам это не удалось.
Как, черт возьми, они пронюхали…
Какое-то время детектив продолжал наступать, прощупывая слабые места, подсказывая, очевидно, пытаясь подставить подножку. Но Джи-Би оставался верным легенде и заданному тону… спокойному, настроенному на сотрудничество и собранному.
В конечном итоге парень закрыл свой блокнот. – Ну, тогда у меня остался всего один вопрос.
– Дерзайте.
– Зачем Вы спускались в подвал в вечер, когда убили Дженнифер?
Джи-Би нахмурился. – В смысле?
– Не знаю, в курсе ли Вы, но камеры наблюдения были установлены месяц назад. Уровень преступности в той части города вырос, и владельцы театра боялись взломов. Все лестницы сейчас под наблюдением. У нас есть запись, где Вы возвращаетесь из подвала примерно в десять.
Чтоб… его.
Секунду.
Джи-Би улыбнулся и снова пожал плечами. – Я спускался, чтобы поупражняться с голосом.
– Что, простите?
– Я так понимаю, вы были в том коридоре?
– Да. Был.
Ведь там нашли тело, да-да. Но Джи-Би не стал озвучивать это… в конце концов, лучшая возможность скомпрометировать себя – упомянуть подробности, которых тебе не сообщали.
– Тогда вы знаете, что он просто бесконечный в длину, от одного края комплекса до другого. Естественно, там сама лучшая акустика в здании. Я спускался, чтобы поупражняться в гаммах… там изумительное эхо; реально в одиночку исполнить «барбершоп»[158]158
Стиль «барбершоп», возродившийся в начале ХХ в. в Америке, сейчас переживает бурный расцвет во всем мире. Это квартетное или хоровое пение а`cappella, сопровождаемое танцевальными движениями и драматическим действием. Певцы «барбершоп» превращают каждую песню в маленький спектакль, стремясь подарить людям радость от общения с искусством.
[Закрыть].
Детектив сузил глаза. – Никто не слышал пения в тот вечер.
– В этом вся соль. Если закрыть пожарную дверь внизу лестницы, звук не пойдет дальше.
– Ты серьезно думаешь, что я поверю, что ты спускался в подвал исполнять йодль[159]159
Йодль (нем. Jodeln) в культуре различных народов – особая манера пения без слов, с характерным быстрым переключением голосовых регистров, то есть с чередованием грудных и фальцетных звуков. Принятое у тирольцев название этого жанра – йодль (йодлер, йодлинг) является звукоподражательным.
[Закрыть] в ту же ночь, когда была убита девушка, и никто не видел тебя и не слышал твоего пения?
– На чистоту, хорошо? Участие в «Аренде» может стать моим прорывом. Да, Колдвелл – это регион, но мне удалось обойти пятьдесят парней моего возраста с моим диапазоном голоса, за эту гребаную роль. Режиссер – полный придурок, все это знают, но у него также репутация на всю страну. Если я не возьму нужные ноты? Он вышвырнет меня, и заполнит место другим. – Джи-Би наклонился. – И Вы серьезно думаете, что я не мог тренироваться поздно вечером, чтобы спеть правильно?
– Что ж. У вас есть ответы на все вопросы, не так ли?
– Я просто говорю правду. Делайте, что считаете нужным. – Джи-Би посмотрел на часы. – Слушайте, неудобно говорить, но через полчаса я должен быть на работе.
– Где вы работаете?
– На похоронах. Наверное, вы знаете девочку? Она была убита не так давно… Сисси Бартен?
Детектив пропустил руку сквозь коротко-стриженные волосы. – Да. Я знаю ее.
– Вы уже нашли убийцу?
– Да.
– Хорошо. Рад слышать. – Джи Би посмотрел вниз. – Ее семья попросила спеть. Наверное, слышали меня на ее выпуске из старшей школы в прошлом году… друг моего друга связался со мной, разве я мог отказать? Это ужасно, то, что произошло с ней.
– Произошедшее с Дженнифер Испи тоже было ужасным.
– Кстати, как ее убили?
– Я тоже об этом думал. Можно взглянуть на ваши руки?
– Конечно. – Джи-Би вытянул обе ладони, покрутив ими.
На них ничего не было. Он же использовал промышленные перчатки, которые можно использовать при работе с химическими веществами. Толстые перчатки, очень толстые… и покрывали руки до локтей.
Сейчас они плавали в Гудзоне.
– Хотите взять образцы? – спросил он.
– Интересно, что Вы об этом подумали. Вы, случайно, не поклонник «Места преступления»?
– Нет, – солгал он.
– Убийство Дженнифер было очень жестоким.
Ага. Он спустился с ней вниз и провел до самого черного входа, который был закрыт наглухо, без окон поблизости, практически в зоне другого почтового индекса. Перчатки он затолкал в задние карманы, и Дженнифер даже не обратила внимания на то, что он взял их с собой. Он выключил свет и разговаривал с ней, пока она не уступила; потом развернул ее так, будто хотел поиметь сзади…
И впечатал лицом в стену. Бамс! Плеск. Кровь повсюду. А потом он сделал это снова и снова…
Грязно, очень грязно.
Но он должен был выпустить пар. В подобных ситуациях, когда он совершал подобное раньше, насилие имело очищающий эффект… и чем больше он поддавался этому, тем чище чувствовал себя впоследствии.
Когда она перестала дергаться на полу, он перевел дыхание и начал думать. Да, он предусмотрительно захватил перчатки, но, как и после сессии хорошего секса, он чувствовал себя слегка одурманенным.
Следующий шаг – убраться отсюда подальше… и отмыться ко всем чертям. Вот как он оказался в служебном помещении… где его нашла брюнетка.
На самом деле, секс вышел крышесносным. Но он надеялся, что она сразу после покинула город… и что убийство Дженнифер не пойдет дальше местной прессы.
Что ему не нужно – так это чтобы она сложила два плюс два для ОПК. А обнаружив его без футболки в комнате с разнообразными чистящими средствами в ночь, когда какую-то цыпочку убили в подвале?
– Позволите?
– Что, простите? – сказал он, сосредотачиваясь.
– Взять образец из-под ногтей?
– Да, конечно.
Детектив постучал по столу костяшками и встал. – Это не займет много времени. Сделаем все как можно быстрее, чтобы Вы смогли успеть на похороны.
– Спасибо… и если я понадоблюсь – крикните.
– О, так и будет. – Детектив помедлил у двери. – У Вас много поклонников в Колди.
– Я просто пытаюсь пробиться, как и все остальные.
Мужчина кивнул. – Если решите выехать из города или за пределы штата, позвоните мне, ладно?
Джи-Би намеренно нахмурил брови. – Я вроде как подозреваемый?
– Рассматривайте это за банальную вежливость, хорошо?
На этих словах Джи-Би оставили одного в пустой комнатушке. Когда сердце пустилось вскачь, первым инстинктом было желание соскочить со стула и пройтись, но ему ли не знать. По углам натыканы камеры.
Камеры, которые ловят каждое движение…
– Ну… это ж надо так, – прошептал он под нос, его охватил некий трепет.
Он увернется от этого, в конечном итоге. Несмотря на камеры на лестнице, о которых он не знал… и которые должны представлять столько же проблем, как и та брюнетка.
Однако же судьба благоволила ему. Когда он был в той служебной комнате, до того, как его обнаружила брюнетка? Он помнил мигание ламп… мог поспорить, наверняка, пробел в информации вызван скачком напряжения. Потому что этот детектив с проницательным взглядом зацепился бы за запись его и Дженнифер, спускавшимися вместе в подвал.
Именно это они сделали перед тем, как он убил ее.
Да, никакой «вежливости» касательно выезда из города, будь у копов такие доказательства… он уже сидел бы в тюрьме.
Что-то точно случилось с камерой на лестничной площадке.
И слава Господу.
Он, без сомнений, был его спасителем во всем этом, подумал Джи-Би с улыбкой.
Глава 50
Так много людей, подумала Кейт, окинув взглядом притвор[160]160
в раннехристианских храмах – входное помещение представляющее собой крытую галерею или открытый портик, как правило примыкавший к западной стороне храма.
[Закрыть] Собора Святого Патрика.
Последние два часа прошли на периферии, в наблюдении за бесконечным потоком скорбящих. К счастью, она нечасто бывала на подобных службах… но прекрасно знала смену в демографии: чем моложе человек лежал в гробу, тем шире толпа, более разноликая. Когда старики покидали этот свет, обычно приходили только старые друзья да немного молодых, с кем они состояли в близких родственных отношениях.
Но не в случае с Сисси Бартен.
Здесь были люди всех возрастов… дети, подростки, полно студентов, некоторых Кейт узнавала и обнимала. Были молодые семьи и люди средних лет, также старшее поколение.
Большинство из них останавливались посмотреть на рисунки и картины Сисси, словно использовали творчество в качестве проводника к ней.
Гроб будет закрыт, так, по крайней мере, сказали Кейт… и это хорошо. Было очень сложно, не видя Сисси… и может, от этого Кейт хотелось рыдать… но она прочитала в «ККЖ» об убийстве. Изуверское. Очень.
– Большое спасибо.
Подпрыгнув, Кейт обернулась. Возле нее стояла мама Сисси, казалось, женщине было сто лет.
– За что… о, за то, что принесла ее работы? – Кейт покачала головой. – Это честь для меня.
– Вы будете на погребении? В «Сосновой роще»?
– Конечно. Разумеется.
– Мой муж хотел бы оставить все здесь, а потом забрать, когда мы закончим на кладбище, если Вы не против? Мы отвезем картины домой.
– У меня есть портфолио, которые Вы можете забрать себе… они помогут сохранить работы.
– Спасибо. – Женщина взяла руку Кейт, сжала ее. – Вы были ее любимым преподавателем. Она постоянно говорила о Вас.
Глаза Кейт наполнились слезами.
– Я благодарна Вам за Ваши слова… она была невероятно талантливой девочкой, прекрасной в общении. Мне просто… очень жаль.
– Я тоже.
Они обнялись, держа друг друга в объятиях мгновение, которое, казалось, длилось вечность. А потом кто-то подошел поговорить с Миссис Бартен, и Кейт отошла в сторону, чтобы промокнуть глаза.
Сложно. Это было невыносимо сложно.
Отойдя в сторону, она посмотрела сквозь старую стеклянную раму в помещение церкви. Скамейки вдоль длинного нефа, которые вчера она видела пустыми, были забиты людьми, головы поворачивались из стороны в сторону, пришедшие разговаривали друг с другом. Даже находясь на улице, Кейт слышала разговоры, покашливания время от времени, ерзание несметного числа ног, треск старой древесины занимаемых мест.
Посмотрев на широкий боковой придел, она снова нашла взглядом алтарь, и, сосредоточившись на фигуре Иисуса на кресте и потрясающих витражных стеклах, подумала о своих родителях.
Истинные верующие. Они посвятили себя религии всем сердцем, душой и разумом, их вера превратила сложное сочетание мифологии и библейской истории в живое предписание для всего, что они делали.
Она осуждала их за это, но никогда не заглядывала дальше себя… или их чувств. Но стоя перед церковью, смотря на омраченные горем лица, она впервые в жизни задумалась, может, стремление ее родителей нести успокоение и наставление людям подобным образом – благое дело...
Уберите «может». На самом деле, они неустанно повторяли ей, что просто хотят помочь… вот, что двигало ими.
Кейт не слушала. Ей было слишком больно, чтобы взглянуть на все с их точки зрения. Но сейчас… Если бы ей представилась возможность сделать что-нибудь с этим горестным событием, если бы она могла сказать что-нибудь или чем-нибудь помочь… она бы сделала это…
– Кейт?
Кейт дернулась, услышав свое имя…
– Джи-Би?
– Привет. Вот так сюрприз.
Когда он наклонился, желая обнять, она обхватила его руками.
– Что ты здесь делаешь? – Она что, ведет себя как привратник? – В смысле, я не ожидала встретить тебя здесь. Ты знал Сисси?
Он отстранился и покачал головой. – Семья попросила меня спеть.
– О, это мило с твоей стороны.
Он, повторяя ее действие, отклонился на бок и рассмотрел толпу по ту сторону стекла. – Много народу.
– Я думала о том же.
Ее глаза быстро прошлись по нему. Длинные волосы были убраны назад и перевязаны на затылке, черный костюм и галстук, белая рубашка. Обувь начищена, и от него пахло свежестью, словно он только вышел из душа.
Он выглядел хорошо, как и всегда.
Его голубые глаза снова обратился к ней. – Я получил вчера твое сообщение.
– О, слушай, насчет случившегося в театре, я понимаю, как все усложнилось.
– Они даже вызвали меня в участок на допрос. – Когда она округлила глаза, Джи-Би покачал головой. – Они со всеми так. Это сумасшествие… но ты же понимаешь, кто-то умер, и они должны найти убийцу.
Очередные похороны, подумала Кейт. Для еще одной семьи, ячейки общества.
– Ты в порядке? – спросила она.
– Да, в норме. Просто выдался тяжелый день.
– Даже представить не могу. Слушай, я не читала газет и не выходила он-лайн после того, как это произошло… кто она?
– Просто женщина. – Он поморщился. – В смысле…
– Я поняла тебя. И, милостивый Боже, если я могу чем-нибудь помочь, дай мне знать.
Он улыбнулся ей. – Ты лучшая… и я запомню твои слова.
Мгновенно она ощутила вину. Но, да ладно, сейчас не время говорить ему, что у них статус «только друзья». Или думать о чем-то кроме Сисси и ее семьи.
– Где ты сидишь? – спросил он, кивая на помещение церкви.
– Где-то сзади. Я также поеду на погребение.
– Как и я. Не хочешь поехать вместе?
Она кивнула. – Да, спасибо. Было бы замечательно.
Он поцеловал ее в щеку, а потом прошел через двойные двери, прямо к алтарю… где разговаривали двое мужчин в облачении.
Наверное, ей лучше найти место. Они скоро начнут.
Подойдя к дверному проему, Кейт заметила что-то краем взгляда. Это был смотритель, которого она встретила вчера, он был одет в спецодежду грязно-зеленого цвета. И смотрел прямо на нее, на его лице отражалась скорбь, казалось, он лично знал Сисси.
Он поднял руку и помахал ей, и когда Кейт махнула в ответ, смотритель отвернулся, проходя вдоль дальнего края скамеек, осматривая собравшуюся толпу, будто скорбел вместе с ними. А потом он сделал нечто странное. В передней части церкви он сел рядом с девочкой, лет четырнадцати… у нее были такие же длинные светлые волосы как у Сисси.
Наверное, это сестра Сисси.
Значит, он друг семьи.
– Можно пройти? – спросил кто-то позади нее.
– О, простите. – Кейт отошла в сторону, пропуская женщину с коляской.
Когда Кейт снова оглянулась… смотритель уже исчез.
***
– Уверена, что хочешь этого?
Сисси слышала в пол-уха, и что она смогла разобрать, дошло до нее словно через эхо-камеру, звуки бесконечно повторялись, наслаиваясь один на другой, так, что она вообще не могла разобрать, что ей сказали.
Стоя на лужайке перед величественным собором, она чувствовала себя призраком, которым она и была, пришедшие на похороны не замечали ее присутствия… и ангела, стоявшего рядом с ней.
Она колебалась, приходить или нет. Когда Чилли кинул газету на крыльцо тем утром, она не собиралась читать ее… но развернув «ККЖ», увидела собственную фотографию на обороте.
И узнала, когда и где будут проходить ее собственные похороны.
Эдриан настоял на том, чтобы прийти с ней, и она была рада этому, на самом деле. Поездка на Харлее хорошо прочистила ее разум… но все полетело в форточку, когда они припарковались перед церковью, в которую она ездила почти каждое воскресенье своей жизни. А потом она начала узнавать людей, которые по широкой дорожке шли к главному входу: ее няня с мужем и своим ребенком в коляске. Ее учитель пения из начальной школы. Люди, с которыми она жила на одной улице.
Она-то думала, что увидеть родителей и сестру – хуже быть не может. Наверное, это было правдой… но насколько труднее будет это испытание?
– Я хочу войти, – сказала она. Но она не шевельнулась.
– Сюда. – Огромное предплечье мелькнуло в ее периферийном зрении. – Я провожу тебя.
В итоге Сисси цеплялась за массивные бицепсы ангела, когда они прошли через открытые двери.
– Мои рисунки… – прошептала она, оглядываясь по сторонам.
Около дюжины ее работ было вывешено на мольбертах полукругом в фойе, пастели и чернила, картины маслом, все она сделала на искусстве как профилирующем предмете.
– О, Боже мой, я помню, как нарисовала вот эту прошлой осенью. – Подойдя ближе, она встала перед изображением колдвелловских мостов, которые она исполнила в ржавых оттенках осени. Она закончила ее прямо на берегу Гудзона, просидела в лучах солнца два часа с палеткой и холстом, а также убежденностью, что жизнь бесконечна… и это ли не хорошо.
Внезапный вой органа подсказал, что служба вот-вот начнется.
Поторапливаясь, она пересилила странный ужас и прошла через двойные двери притвора в само помещение церкви. Все было таким же, как она помнила, и это по-странному шокировало.
Независимо от данных календаря, она все еще думала, что пропадала в аду несколько веков.
Глава 51
Дьюка достал молчаливый пассажир сомнительного вида, который уселся на пассажирское сидение. Пока они объезжали парк за парком, сукин сын просто сидел рядом, периодически закуривая.
Без единого гребаного слова.
Но, черт, могло быть и хуже, подумал Дьюк. Любитель поболтать довел бы его до ручки.
– Последний, – сказал он, обращаясь скорее к себе.
Проехав через кованные железные ворота кладбища «Сосновая роща», он посмотрел на часы на приборной панели: три тридцать. Хорошо.
Парень рядом с ним, наконец, выказал толику реакции – выпрямился на сидении и нахмурился.
– Хэй, не против, если мы поедем вот по этой дорожке?
– Мне без разницы. Мы должны осмотреть всю территорию.
Повернув на извилистую дорогу, Дьюк смотрел поверх надгробий, не замечая их. Нет, он смотрел на кедры и тополя, дубы и сосны, выискивая погнутые ветки или полумертвые стволы.
Кладбищу катастрофически не хватало денежных средств, оно было на грани разрухи… пока не вмешалось городское управление и не взяло громадные расходы на содержание на себя.
Но в робин-гудовском обличии была скрытая подоплека: по слухам, на территории была похоронена матушка мэра… черта с два он позволит вылететь всему в трубу, пока находиться на посту.
Так что да, муниципальные работники сейчас отвечали за чистку снега и крупные проекты, небольшой команде смотрителей осталось лишь косить сорняки.
Плевать. Дополнительные часы для него, что значит…
Он понял, что происходит, еще перед тем, как подъехал ближе… Лексус Кейт стоял в ряду припаркованных сбоку автомобилей.
Длинный, очень длинный ряд автомобилей.
Дьюк проехал мимо них, не планируя останавливаться… но потом он увидел знакомое лицо. И нет, это не его женщина привлекла его внимание. А ублюдок, стоявший рядом с ней.
Он ударил по тормозам.
– А они здесь что, блин, забыли? – услышал он своего напарника.
Забавно, он думал о том же.
Оба синхронно вылезли из грузовика.
Очевидно, погребение уже завершилось, народ расходился мрачными группами, разговаривая, рассасываясь при дневном свете.
С чувством полной нереальности происходящего Дьюк наблюдал, как светловолосая голова Кейт повернулась к мужчине с длинными темными волосами, убранными назад, с лицом с обложки журнала. Они подошли к группе из трех человек, стоявших над могилой, и после социально-приемлемых объятий отошли и двинулись в сторону ее автомобиля.
Дьюк сделал шаг вперед раньше, чем понял, что двигается. А потом пошел на перехват им.
Кейт увидела его первой, и выражение на ее лице мгновенно изменилось, узнавание затмило печаль.
– Дьюк! Привет! – крикнула она, помахав рукой.
Посмотри на меня, подумал Дьюк. Посмотри на меня, сукин сын.
Глаза его брата метнулись в сторону, и было невероятно приятно наблюдать, как все тело ублюдка напряглось, будто ему залепили пощечину. Также на его лице на мгновение отразилось смятение, когда он наблюдал, как Кейт бросилась вперед, широко распахнув руки для объятия.
Когда она подошла к нему, Дьюк более чем с радостью услужил ей, прижимая к себе, поверх ее головы смотря на своего проклятого братца.
От вспышки сверхъестественной ярости лицо Джи-Би стало практически уродливым, но, разумеется, он быстро скрыл реакцию. Он всегда был хорош в этом. Мало кто знал его истинное лицо.
– Я не ожидала встретить тебя здесь, – сказал Кейт, прижимаясь к груди Дьюка.
Он наклонился и поцеловал ее, прямо в губы. – Я на работе. Ты как?
– Было тяжело. Я не думала, что будет так сложно.
Джи-Би подошел к ним.
– Привет.
Кейт нахмурилась.
– Вы знакомы?
– Да, знакомы. – Джи-Би протянул ладонь. – Как жизнь?
Дьюк пожал его гребаную культю по одной причине – он не хотел втягивать Кейт во все это больше, чем требовалось. Она сделала свой выбор, причем верный… и это предел ее участия.
Он также собирался рассказать ей обо всем, по возможности как можно раньше… решил это сегодня днем. Но не здесь, на гребаном кладбище, через две минуты после похорон ее студентки.
Джи-Би улыбнулся как гаденыш, коим он и являлся.
– Так, Кейт, ты можешь подбросить меня до моей машины? Мне нужно на репетицию.
Она отступила назад.
– Да, конечно. – Она посмотрела на Джи-Би. – Не оставишь нас на минутку?
Да, Джи-Би, чеши отсюда, козлина.
Только Дьюк понимал, насколько взбешенным был парень, когда он кивнул, будто ничего не произошло, и ушел прочь.
Кейт повернулась к нему и провела руками по предплечьям. – Я рада видеть тебя.
– Я тоже. Счастливое совпадение.
– Слушай, если ты не против, я бы хотела поехать домой и закончить сегодня работу. Учитывая все происходящее, я боюсь, что отстану по срокам, дэдлайн уже близко. Если я поднажму, то смогу все закончить и тогда…
– Да. Конечно. Просто позвони мне, хорошо? Я буду рядом.
– Идеально. Спасибо тебе. – Она приподнялась на носочках и быстро поцеловала его. – До скорой встречи?
– Я весь твой, миледи. – Он заправил прядку за ее ухо. – В любое угодное для Вас время.
Он наблюдал, как она удаляется к своей машине, остановившись, чтобы пропустить минивен, прежде чем перейти дорожку.
Когда она ушла, Джи-Би сидел на ее пассажирском сидении.
С разделявшего их расстояния Дьюк буквально чувствовал ненависть, словно в шею вонзили нож для колки льда… и мгновение он хотел окрикнуть Кейт.
Его брат был дерьмом, но не убийцей.
И это был момент триумфа, разве нет? Сам того не желая, он, казалось, выиграл затеянную им игру.
Когда Кейт уехала куда они там собирались, Дьюк не мог вообразить, о чем они разговаривали. По крайней мере, у Джи-Би на него ничего не было; он всегда избегал темных делишек. Что парень скажет ей? Расскажет, как Дьюк встречался с женщиной, а Джи-Би встал между ними, поимел ее и оставил с ребенком в беде?
О да, это ударит по нему самому.
Так странно…. Джи-Би питал ненависть с самого рождения, словно было определенное количество благодетели, которую разделили между ними… и большая часть отошла Дьюку.
А ведь он едва ли был Добрым самаритянином.
Гляньте только, что он хотел сделать с Кейт.
Пока не осознал свои чувства, ага.
***
Джим шел по газону к могиле. И по мере приближения он ругал сам себя. Разумеется, Сисси захочется присутствовать на собственных похоронах… именно он должен был отвезти ее. Но он не знал дату проведения… и, что еще преступнее? Не потрудился выяснить.
Большинство пришедших уже расходились, но не Сисси со своей семьей. Могила, прямоугольная яма в земле, зияющей пастью принимала в себя останки Сисси в гробу. Мама, папа и сестра Сисси стояли с одной стороны… Сисси с другой. Ее семья смотрела вниз, а Сисси – на них.
Эдриан, стоявший сбоку, кивнул ему.
– Как она справляется? – спросил Джим, подойдя к парню.
Эдриан пожал плечами.
– Прекрасно. Вот как.
– Оу. – Джим прокашлялся. – Да. Хорошо.
К слову о недопустимом. Он же не бесился на парня за то, что тот отвез девочку на собственные похороны.
Вау. Просто блеск.
Ее родители буквально с осязаемой печалью приобняли их живую дочь и отвернулись, оставляя Сисси позади.
– Оставь нас на минутку, хорошо? – попросил Джим.
Не дождавшись ответа, он подошел к Сисси.
– Привет.
Она подпрыгнула, будто от удивления.
– Ой, привет.
Он тут же понял, что с ней что-то не так. Но, да ладно, будто есть чему радоваться?
– Как ты себя чувствуешь?
– Хорошо. Ну, знаешь, нормально. Все в порядке. Прекрасно.
Джим хотел обнять ее и прижать к груди. Хотел, чтобы она цеплялась за его тело, пытаясь найти точку опоры. Он хотел быть тем парнем, к которому она обратится, когда ей понадобится что-нибудь.
Вместо этого, они просто стояли бок о бок, она не сводила взгляд со своей матери, отца и сестры. На ее лице отражались столь мощные чувства, они были словно материальным объектом, с весом, плотностью и возможностью взять в руки.
Видит Бог, эти чувства с ней останутся на долгое, очень долгое время.
Он только собрался сказать ей, как он сожалеет, как Сисси тряхнула головой и встретила его взгляд.
– Так, как работа?
Странно, что она спросила, учитывая, через что Сисси сейчас проходит, но, может, она хочет отвлечься?
– Хорошо. Все в порядке. Вроде как.
Похоже, в эту игру могут играть двое.
Она кивнула на высокого, темноволосого мужчину, которого Джим преследовал последние двадцать четыре часа.
– Это душа?
– Да.
– Оу.
– Слушай, Сисси, я могу…
Сделать что? Отвлечься еще на какое-то время? Нереально. Девина здесь, конечно, не показалась, но эта сучка вечно что-то замышляет.
«Нельзя обвинять девушку за попытку».
Боже, он не мог поверить, что ей удалось проникнуть сквозь его заклинание вокруг особняка. Дерьмо, ему нужно рассказать о произошедшем Эдриану. Он, конечно, усилил чары на доме. Может, они ослабли, потому что он вел себя слишком самонадеянно…
– …он тоже ангел?
Он встряхнулся. – Что, прости?
– Второй парень? Рядом с моей бывшей учительницей?
Джим обернулся. – Не уловил. Ты о чем?
– Возле Лексуса. Певец с хвостом. У него тоже нимб… но все видят его.
В двадцати пяти ярдах от них, блондинка садилась в джип с высоким мужчиной с длинными черными волосами. Они не казались особо счастливыми, но вокруг них точно не было никакого сияния.
– Я не совсем понимаю, о чем ты, – нежно сказал Джим. Черт, он хотел поехать с ней домой…
– У парня нимб над головой, как у нас с тобой.
Вывернув голову, Джим нахмурился. – Нимб?
Сисси закатила глаза и описала небольшой круг вокруг головы. – Ты не видишь нимб над моей?
– Нет. Ничего не вижу.
– Мда. А я вот вижу. У тебя такой же.
Окей, не важно.
– Слушай, не хочу этого делать, но я должен идти.
Дьюк Филлипс оглядывался по сторонам, будто в его поисках, и если Джим не появится через секунду-две, парень решит, что начинает сходить с ума… дело плохое, учитывая тот факт, что Джим топчется на месте с этой душой.
– Все в порядке, делай свое дело. – Сисси посмотрела на Эдриана. – Думаю, мы прокатимся. Мне нужно прочистить голову. Я чувствую себя… очень странно… сейчас.
Джим стиснул зубы.
– Хорошо. Да, конечно. Понимаю. Я заскочу позднее, хорошо?
– Конечно.
Именно она отвернулась первой и направилась к его напарнику, не оглядываясь назад. Что до Эдриана? Когда она подошла, его лицо было таким нежным, каким Джим его никогда не видел.
Чудесно. Просто охренеть как прекрасно.
