Текст книги "Среди Миров"

Автор книги: Дмитрий Щербинин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Вот, наконец, и эта ветвь. Осторожно разгребая листья, Владар пополз к её краю. Вот увидел приоткрытое окошко. За окошком стоял стол, а на столе горели несколько высоких свечей. Владар даже почувствовал запах горячего, ароматического воска, который от них исходил.

За столом, повернувшись к нему спиной, сидела царевна Анна. Она смотрелась в обрамлённое золотистой каймой зеркало и поправляла свою причёску. На царевне было лёгкое, светлых тонов платье, и, глядя на её тонкие, нежные руки, на её хрупкие пальцы, Владар с облегчение подумал: "Ну, она то не может быть поддельной. Не знаю, как ей удалось выжить в этом, захваченном врагами дворце, но это ей удалось…"

Вдруг Анна обернулась к окну, посмотрела прямо на Владара; но так как она была на свету, а он оставался в глубокой тени – она не могла его увидеть. Всё же она спросила своим красивым, сильным голосом:

– Здесь есть кто-то?

Как же обрадовался Владар, когда услышал этот голос. Он уже готов был отозваться, но в это мгновенье в двери опочивальни царевны раздался весьма громкий стук. Анна спросила:

– Что такое?

– Откройте, царевна.

– Я не могу. Я занята.

– Вы должны открыть. Вы не можете проявлять своеволие.

– Ну, хорошо…

Анна зашла за штору, оттуда доносились некие шелестящие звуки, и Владар был уверен, что она переодевается в более приличествующее к встрече гостя платье. Но потом произошло такое, от чего Владар не смог сдержать возгласа. Его глаза расширились, а на лбу выступила испарина.

Дело в том, что из-за занавески высунулись нежные руки царевны, но держались они ни что-нибудь, а голову Анны. Глаза этой головы были широко раскрыты и ничего не выражали.

Голова была аккуратно поставлена на стол перед зеркалом. Затем руки царевны высунулись уже в другом месте и дёрнули за верёвку. В результате, дверь распахнулась.

В опочивальню тут же вошёл высокий, облачённый в одежду золотистых тонов человек, в котором Владар не без труда признал старшего брата Анны Ягомира. Впрочем, по его через чур порывистым, неестественным движениям можно было догадаться, что Ягомир уже подменён на механизм.

Не выражая на своём вытянутом, бледном лице никаких эмоций, Ягомир перевернул лежавшую на столе голову царевны Анны шеей вверх, и начал что-то в ней перебирать тонким пинцетом.

Вот он сказал:

– Сегодня усыпляющий газ был опробован на заключённых. Что молчишь, разве тебя это не интересует? А? Опыт был проведён успешно. Теперь уже недолго осталось ждать. Давай, выходи… Не хочешь? Не понимаю я этого. Ты прямо как человек. Точнее – как капризная баба. Неужели в тебе присутствует нечто от настоящей царевны? Но что я говорю? Конечно, это невозможно… Так, готово… Выходи, выходи, надевай эту голову…

Из-за партеры появились руки Анны, она приняла голову, затем – щелчок, и вот она уже вышла. Встала возле раскрытого окна и, вновь глядя в сторону Владара, которого не могла видеть, спросила:

– Так когда же будет проведено большое усыпление?

– Скоро… очень скоро. Точная дата уточняется.

Поддельный Ягомир произнёс:

– У меня такое впечатление, что за нами кто-то наблюдает.

– С чего ты взял?

– Вон, кажется, на том дереве кто-то притаился. Вдруг это один из вредителей? Я слышал, что сегодня в парк пробрался преступник и его до сих пор не удалось схватить. И зачем ты открываешь окно? Зачем тебе только нужен этот так называется свежий воздух? Ведёшь себя, словно человек.

– Да, ты прав. Ни к чему это, – и поддельная Анна закрыла окно.

Расстроенный Владар начал спускаться вниз. В голове бились горькие мысли: "…Проклятый Шегъгоръраръ! Вот и Анну заменили, превратили в механическую разборную куклу. Так и до моего родного мира Яблочный доберутся, и родителей механизмами сделают… Но нет, не допущу этого! И, прежде всего, предотвращу злодейство, о котором слышал. Что это, интересно, за усыпляющий газ такой?.."

Он спрыгнул с нижней ветви и, пролетев три метра, мягко приземлился. Уже собирался бежать, как вскрикнул от пронизывающей боли в ноге. Глянул – оказывается, это крупный чёрный пёс, который бесшумно поджидал его, вцепился ему в лодыжку.

Свет сразу от нескольких ручных фонарей ударил Владара в лицо, раздался окрик:

– Отпусти его, Трезор!.. Он уже никуда не убежит…

Пёс послушно отпустил Владара, которыё действительно уже никуда не мог убежать, потому что нога нестерпимо болела, и почти не слушалась его.

Всё же он попытался сказать:

– Вы ничего не понимаете. Я воин. Имя моё – Викибур. Я могу вам бумаги показать. Это недоразумение.

– Мы всё понимаем. И ты пойдёшь с нами. Дыши свежим воздухом, пока можешь. Ведь тебе предстоит ох как долго сидеть в темнице.

Владара повалили на землю, связали ему руки и ноги, затем подняли и понесли.

Глава 10

…Наконец сознание вернулось к Марии. Приоткрыв глаза, она увидела тёмно-матовую поверхность, которая простиралась во все стороны, и отгораживала захваченное Шегъгоръраром пространство от остального Многомирья. И Мария находилась внутри этого захваченного пространства. Воздух здесь был пронизан тёмно-багровым свечением и казался более тяжёлым и даже непригодным для дыхания, чем обычный…

Девушка увидела несколько миров. Ближайший мир – Тогост, тот самый, в глубинах которых так долго спало ОНО, был расколот на несколько крупных кусков, которые висели на незначительном расстоянии друг от друга. К двум кускам прицепились громоздкие металлические механизмы и что-то там делали. Не остались без внимания Шегъгорърара и другие захваченные миры. На них тоже что-то происходило, но, что именно, из-за дальности невозможно было разглядеть.

Впрочем, не всё было так мрачно. К Марии подлетели два орла. Конечно, девушка сразу узнала их. Это были те самые гигантские, учёные орлы, которые прежде носили её и Сашу. Один был почти совершенно белым, другой – с золотистым отливом. Одного звали Белушем, другого – Златиным. Белуш принадлежал Марии, она его и подозвала. Крикнула:

– Белуш! Родной мой, лети-ка сюда!..

И Белуш подлетел к ней так близко, что девушка смогла ухватиться за обрывок металлического ошейника, который свешивался с его шеи.

Перебравшись к нему на спину, Мария произнесла:

– Как же вам удалось спастись?.. Ведь мы вас, с дура ума, привязали тогда на Тогосте. А потом началось это бедствие. Увернулись, стало быть, от буравов? А они ваши цепи и перебили? Ну, молодцы вы…

Белуш, равно как и Златин, не мог ничего ответить, но, кажется, понимал девушку. Во всяком, случае, Белуш кивнул. Тогда Мария произнесла:

– Эту проклятую завесу нам сейчас пробить невозможно. Так что неси меня на Влаащу, – и повторила отчётливо. – На Влаащу.

Конечно, Белуш понимал эту команду. Он и сам бы ещё раньше полетел на мир Влаащу, где был выращен и воспитан, где находился небольшой Светградский гарнизон, во главе которого стоял Ингмар. Но всё же Белуш чувствовал, что Мария где-то поблизости и что её нельзя бросать одну.

Златин же знал, что его хозяина Саши нет поблизости, но всё же и орёл не отставал от своего приятеля Белуша. Вот и теперь они вместе полетели к миру Влаащу.

Мария сидела, не обращая внимания ни на сильный встречный ветер ни даже на зловещие металлические механизмы, которые перелетали, усердно выполняя некую работу, на значительном расстоянии. Девушка думала о Саше, гадала – жив ли он; и, конечно, сильно волновалась о нём, своём любимом…

По истечении примерно двух часов уже отчётливо можно было разглядеть мир Влааща. Получилось так, что он находился на самой границе новых владений Шегъгорърара. Тёмно-матовая завеса проходила по его поверхности, разделяя мир надвое. Таким образом, одна половина Влааща находилась вне сферы, а другая – в плену у Шегъгорърара. И ещё Мария сразу сообразила, что Влааща не был разорван на две половины. Ведь если бы это была так, то оставшаяся внутри половина отделилась бы от матовой завесы, а она крепко прилипла к ней. Значит, можно было пробить туннель к свободной половине и вырваться в Многомирье. И Мария решила, что именно об этом в первую очередь и скажет Ингмару.

Мир Влааща был покрыт густым высоким лесом, под кронами которого протекали несколько рек. Причём, несмотря на тридцатикилометровые размеры Влааща, ни одна из этих рек не пересекалась и имела свой характер. Так были реки медлительные, задумчивые, с тёмными, печальными водами; а были реки быстрые, почти горные, с леденистой водой, которая могла и ободрить и даже заморозить. Вообще же, под высоченными кронами Влааща всегда, даже и в дневное время царил полумрак. Вот в таком полумраке и была выстроена небольшая Светградская крепость. Сверху её практически невозможно было увидеть; ну а когда надо было взлететь на дозорных орлах, то нажимали специальные рычаги, отчего начинали крутиться колёса, податливые кроны раздвигались и открывался путь в небо.

Мария знала, где укрыта крепость, но не надеялась, что деревья раскроются перед ней. Она уже подумывала – достаточно ли она ловка, чтобы спрыгнуть на крону одного из деревьев и спуститься вниз, когда эта самая крона начала отодвигаться в сторону.

Белуш и Златин издали радостные вскрики и устремились в образовавшийся проход. Только они промелькнули среди верхних ветвей, как эти ветви вновь поползли друг к другу и плотно сплелись.

Вскоре орлы опустились на деревянную, огороженную площадку. Открылись двери. Появился Ингмар, и ещё несколько воинов. Первым к соскочившей с орла Марии подошёл Ингмар. Спросил:

– А где Саша?

– Он улетел в Многомирье.

– Значит, вырвался. Ну, повезло ему!

– Не совсем так. Мы были внутри мира Тогост, а там, в самом его центре спало железное существо.

– Чудище?

– ОНО не злое и не доброе. Но ОНО поглотило Саша.

– Ничего себе, не злое – проглотило! Рано, значит, я за Сашу обрадовался. Погиб друг. Эх…

– Нет, ты не понял, Ингмар. Проглотило, это не значит – уничтожило. Там, внутри ОНО можно жить… Ну, по крайней мере, некоторое время жить. Всё же я не представляю, чем в его железной утробе можно питаться. Но я в Сашу верю. Он ведь такой ловкий, он из любой передряги вырвется.

– Я тоже верю. А чудовище это или как ты называешь его – ОНО. В такое трудно поверить… раньше я бы подумал: разыгрываешь меня, но после того, что произошло, я уже ничему не удивляюсь.

И Ингмар кивнул вверх, туда, где среди близко сплетённых ветвей пробивалось багровое свечение.

Мария спросила:

– А ты знаешь, что Влааща разделен на две половины? Попал на самую границу Шегъгорърара?

– Знаю. Я уже был, там у самой границы. Представь себе, Влааща ещё некоторое время пытался вращаться. От этого на границе образовались незначительные холмы и трещины. От этого могла бы либо сорваться поверхность Влаащи, либо же вообще – этот мир раскололся бы на части. Но, к счастью, вскоре вращение прекратилось.

– Ну и вы…

– Да, конечно, сейчас мы пытаемся пробиться к противоположной, свободной половине Влаащи, но, так как заградительная стена углубляется в почву, нам это пока что не удалось.

– А как вы пробиваетесь?

– Лопатами.

– Да уж – не самые мощные орудия, – невесело молвила Мария.

– Что есть, тем и пользуемся.

– Ну а что насчёт рек? То есть, я хотела спросить: эта завеса и их течение перекрыла, нельзя ли поднырнуть?

– Мария, ведь всего только четыре часа прошло с тех пор, как началось это безобразие. Да – мы пробовали поднырнуть. Ничего хорошего не получилось. Нашего смельчака отбросило назад, да с такой силой, что он едва жив остался. Впредь надо действовать осторожнее. Ещё неизвестно, все ли реки перекрыты до самого дна, и вообще – неизвестно, как глубоко эта завеса пробила почву… Неизвестно, чего ждать…

И, только Ингмар произнёс эти слова, как багровое свечение стало меркнуть, послышался пронизывающий, тяжёлый гул. Стоявшие поблизости воины переглядывались, спрашивали друг у друга:

– Что это?

Мария произнесла:

– Когда я была на Тогосте, некие металлические громады начали долбить почву. Так они добрались до самого центра мира…

– Как бы и здесь такой беды не приключилось, – молвил Ингмар.

Но, только он успел это произнести, как именно такая беда и приключилась. И земля и деревья сильно содрогнулись, а затем начали мелко, настойчиво трястись.

Мария воскликнула:

– Долго мы здесь мы не продержимся! Надо улетать, и скорее!

Ингмар смотрел вверх, но из-за близко сомкнувшихся ветвей мало что можно было увидеть. Впрочем, угадывались очертания чего-то громадного, что вполне могло раздавить всех их, вместе с крепостью.

И Ингмар произнёс:

– Деревья и сейчас нас защищают. Скрывают от вражьих глаз.

– Говорю тебе – эта защита недолговечная, – произнесла Мария. – Ещё недолго и разворотят весь Влааща.

– Предлагаешь на орлах улетать?

– Да.

– Но вот, если мы полетим, то нас точно заметят.

– Здесь нет безопасного места, Ингмар. Куда ни сунься, а везде смертельная опасность. По крайней мере, я предлагаю не отлетать далеко отсюда. Быть может, когда Влааща будет разрушена – хоть ненадолго откроется проход, и мы успеем вылететь к свободному небу.

– Эх. Тяжело. Тяжело… Чем больше людей – тем труднее. Я отвечаю сразу за многих, и не имею права никого здесь оставить…

С напряжённым, мрачным выражением Ингмар отдал указания – всем готовиться к отлёту, и ничего с собой не брать, так как вылетать придётся уже в ближайшие минуты. Ещё надо было предупредить тех людей, которые работали у границы, копали почву (у них, правда, имелись свои орлы).

Почва дрожала всё сильнее и сильнее. Вздрагивала и скромная Светградская крепость. И, хотя крепость строили из крепких брёвен, на славу – это не могло уберечь её от трещин, которые разрывали почву и становились всё более широкими. Вскоре крепость могла попросту провалиться в одну из этих трещин.

Открыли орлиные башенки и теперь эти величественные, сильные птицы слетались к своим хозяевам. Подлетел орёл и к Ингмару.

Всё же на всех орлов не хватало. Для обычных людей, в том числе и для жён, и для детей воинов предназначался обычный летучий корабль. Но корабль этот казался теперь совсем не надёжным. Люди не хотели в эти страшные минуты расставаться со своими близкими, и поэтому на некоторых орлов садилось сразу по несколько человек. Например, отец, жена и несколько детей.

Ингмар поглядывал на это неодобрительно, говорил:

– Возможно, придётся спасаться от погони, увёртываться. А смогут ли орлы лететь достаточно быстро, неся такую тяжесть?

В ответ же слышал:

– Ты, конечно, наш начальник, мы тебя уважаем, но чего ты хочешь от нас сейчас? Чтобы мы посадили своих родных на неповоротливый деревянный корабль? А что с ними будет потом? Что будет с нами? Как мы будем смотреть со своих стремительных орлов на то, как они гибнут? Этого ты хочешь?..

Ингмар ответил:

– Сейчас поступаете, как знаете, а я бы просто хотел спасти вас.

Ещё не все успели усесться на орлов, а землю уже расколола настоящая пропасть. Светградская крепость находилась как раз на краю этой пропасти, и начала крениться вниз.

Белуш, на спине которого сидела Мария, взлетел. Не отставал и Златин, на спине которого за неимением Саши, разместился один из воинов, а также и молодая жена. Ингмар удерживал своего орла.

Мария крикнула:

– Летим, Ингмар!

А он ответил:

– Я командир, и я улечу последним…

Светградцы включили механизмы. Закрутились колёса, натянулись канаты и верхние ветви деревьев раздвинулись в стороны. Открылась багровеющая часть неба, и стал видно громадное, похожее то ли на паука, то ли на осьминога создание, которое обхватило своими металлическими отростками Влаащу и дробило его почву, вгрызалось в недра этого мира.

Мария уже видела нечто подобное, и хотя и ей было не по себе – всё же она постаралась не проявлять своих чувств, а некоторые, особенно женщины и дети не выдерживали. Они закрывали глаза и лица ладонями, плакали, хотели спрятаться, но прятаться было негде.

Ингмар кричал через рупор своим зычным голосом:

– Не разлетайтесь! Держитесь вместе! Иначе потом не найдём друг от друга…

Но, когда по воздуху прокатился тяжеленный, словно бы вдавливающий вниз гул, когда вместе с этим звуком задвигался один из многометровых отростков – не выдержали и некоторые орлы и некоторые наездники. Они полетели вверх, одновременно забирая и в сторону, чтобы держаться подальше от этого ужасающего создания…

Наконец, когда взлетели последние орлы, и когда Светградская крепость накренилась так, что, того и гляди – упадёт, взмыл и Ингмаре на своём орле – светло-серебристом Ладане.

Мария старалась держаться поближе к Ингмару. Всё же за последние месяцы он был для неё самым близким, после Саши, человеком. И, потеряв, пусть и не навсегда, Сашу, ей не хотелось разлучаться и с Ингмаром. Сначала они собирались лететь к границе Влааще, чтобы предупредить тех, кто там пробивался, но те воины уже оседлали своих орлов и спешили навстречу.

Ингмар кричал через рупор:

– Все ли здесь?!

Ему, также через рупор отвечали:

– Трудно сказать! Всех не пересчитаешь, но, кажется, некоторых понесло в другую сторону…

Ещё несколько голосов наперебой потребовали:

– Летим отсюда! Летим подальше от этой страхолюдины! А если оно нас схватит?! А если раздавит?!

Мария же крикнула:

– Когда Влааща развалится, у нас, быть может, появится шанс вырваться из этой Шегъгорърарской сферы.

Ингмар, через рупор ответил:

– Да, возможно, образуется пробоина.

А Мария подхватила:

– …Но она не будет долговечной. Её края сомкнуться! Так что надо будет пролетать быстро!..

А к Влааще приблизились ещё несколько железных громад-чудовищ. Они тоже начинали буравить почву. Даже с расстояния в несколько километров были видны трещины, которые расходились в разные стороны по поверхности этого мира. И Светградская крепость и прилегающая к ней часть леса рухнули в такой провал.

Мария спрашивала:

– Чего же они хотят?! Пробивают землю, к самому центру мира пробиваются! Ради чего?! Неужели – только затем, чтобы разрушить!..

И вот наступил тот момент, когда половина Влаащи раскололась на несколько частей. Открылось металлическое ядро этого мира – примерно километр в диаметре. Вот это ядро и схватили своими могучими отростками железные монстры, потащили прочь, в глубины владений Шегъгорърара…

И виден стал разрез – вторая половина Влаащи, которая находилась в Многомирье. Теперь эта половина вздрогнула и медленно поплыла в сторону. Виден стал и приятный лазурный свет, и несколько белых облаков, и даже пара миров, находившихся в опасной близости с тёмно-матовой сферой, но всё же ещё укутываемых солнечными лучами.

А края в этом разрыве заколыхались и с чавкающим, неприятным звуком устремились друг к другу.

Тогда Ингмар закричал:

– Скорее! За мной!!

И первым, на своём Ладане полетел к этому проёму. Мария старалась не отставать от него.

Но вот раздались новые крики, новый пронзительный, железный свист. Мария оглянулась и увидела металлических созданий, не слишком больших в размерах, но всё же очень опасных. Подобных она уже видела с Сашей на гибнущем Рогосте, а теперь они настигали орлов.

Заметил эту новую опасность и Ингмар. Он крикнул:

– Не останавливайтесь! Вперёд!

А про себя подумал: "Эх, жалко – в такой спешке отлетали, а надо было рассадить воинов и их семьи: женщин и детей на разных орлов; так, по крайней мере, можно было бы руководить битвой. Но и сейчас ещё не всё потеряно…"

Ингмар внимательным взглядом окинул летевших поблизости, и отобрал тех воинов, которые славились своей силой и ловкостью, а также – летели одни. Вот к ним то он и обратился:

– Вижис, Таргун, Пагол, Викинрод, Паллаз – за мной!

И он развернул своего орла Ладана навстречу настигавшим их железных созданий. Воины послушались своего командира – полетели за ним. А Мария, хоть Ингмар и не звал её, тоже повернула своего Белуша.

Ингмар продолжал командовать:

– Приготовьте гарпуны с сетями. Не стрелять до тех, пока я не отдам указа.

Эти гарпуны, равно как и колчаны со стрелами и клинки были закреплены сбоку от седел. И вот теперь наездники на орлах вытаскивали гарпуны, наводили их на приближающихся чудищ.

– Разлетайтесь в стороны, чтобы враги оказались между вами! – распорядился Ингмар.

Потом, когда до паукообразных чудищ оставалось с десяток метров, а до столкновения – секунда, Ингмар заорал:

– Да-а-а-вай!

И ещё когда только начался этот вопль, воины уже выпустили гарпуны. Засвистели они, рассекая воздух, расправляя за собой сети. Гарпуны были железными, врезались в железных пауков со скрежетом, но не могли ни пробить их, ни зацепиться. А вот сети делали своё дело – пауки запутывались в них, резко изменяли направление своего полёта, иступлёно дёргались из стороны в сторону.

При этом не все орлы успели уклониться. Пауки задевали их своими клешнями, переворачивали, ломали им крылья. Вот один воин был выброшен из седла. Взмахнул было клинком, пытался отразить нёсшуюся на него клешню, но были переломлены и клинок, и рука воина. Следующим ударом запутавшийся в сети монстр разбил смельчаку череп.

Ингмар, а за ним и Мария заложили крутой вираж, и с двух сторон понеслись на одного паука. Он замедлил своё движение, расставил клешни. Свистнули гарпуны. Тот гарпун и летевшую за ним сеть, которые выпустила Мария, паук успел отбить, но сеть Ингмара обхватил его, паук крутанулся, задёргался, и вдруг разорвал сеть. Это ему нелегко далось. В результате одна из клешней оказалась сломанной. Но вдруг паук оказался рядом с Ингмаром, ударил уцелевшей клешнёй по Ладану.

Бедный орёл погиб – у него была сломана шея. Следующим должен был погибнуть Ингмар, он вылетел из седла и, уже был не в состоянии управлять своим полётом. Он кувыркался в воздухе, а металлический паук должен был разорвать его.

Вот тогда и пришла на помощь к Ингмару Мария. Она направила своего Белуша к нему, протянула руки, намериваясь подхватить, но Ингмар уже и сам ухватился за край её седла, подтянулся, уселся позади неё, обнял…

– Скорее! Вперёд! Улетаем отсюда! – кричала Мария.

Всё решали мгновенья, а Ингмар и Мария, отвлекая пауков, эти мгновенья потеряли. Большинству Светградских воинов удалось вырваться из сферы, но некоторые, в том числе и Ингмар с Марией, не успели.

Края разрыва через чур быстро сползались друг к другу, и вот уже столкнулись, накрепко склеились; нечего было и думать пробить эту преграду. Зато подлетали новые и новые железные пауки. Сражаться с ними было уже бессмысленно: жалкая кучка храбрецов несомненно погибла бы в такой схватке.

Ингмар крикнул в рупор:

– Летите за нами! Быть может, удастся вырваться!!

И они летели вблизи от тёмно-матовой поверхности. Три орла несли своих наездников. Всего – четырёх человек. Орлы боролись за свою жизнь, но просто не в состоянии были оторваться от чудищ, которые двигались быстрее них.

Мария повернулась в седле, прижалась к груди Ингмара и молвила:

– Нет, я не хочу видеть этого…

А Ингмар ответил:

– Нет. Ещё не всё потеряно. У нас ещё есть шанс.