Текст книги "Арагонская Ост-Индская Компания (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Распопов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 16

15 октября 1460 A . D ., замок Монтеса, Хатива, королевство Арагон

– Дон Луис, к вам прибыла сеньорита Паула Джудиче, – доложил пожилому магистру, находившемуся в небольшой личной часовне, молодой послушник.

Тот, не прервал молитву, сначала закончил её и только через пять минут, перекрестился, поднялся с колен и проходя мимо смутившегося подростка отвесил ему лёгкого подзатыльника.

– Ты вместо того, чтобы ждать меня Армандо, – обратился он к сыну своего близкого друга, – пригласил бы в гостевой зал гостью и устроил бы её там.

Юноша покраснел от этого справедливого укора и опустив голову, едва не вприпрыжку побежал впереди главы ордена.

При виде юной девушки, ожидавшей магистра в окружении двадцати вооружённых швейцарцев, Луис Деспуиг сразу вспомнил, кто путешествует по графству без мужского сопровождения, лишь с одними швейцарскими наёмниками. Слухи об этом давно кружили по всему королевству, особенно в части того, что сам король Хуан II принял её у себя во дворце и даже, неслыханное дело, принял оммаж вместо её сеньора, задержавшегося в Риме по делам Святого престола и не сумевшего прибыть вместе с остальными дворянами, на принесение общей вассальной присяги королю, при его воцарении на трон Арагона.

– Сеньорита Паула, – он склонил голову, – как поживает маркиз де Мендоса?

– Спасибо, дон Луис, – девушка склонилась в почтительном поклоне, – хорошо, и того же желает и вам.

– Идёмте в зал, вы голодны? – пригласил магистр гостью, с любопытством её разглядывая, впрочем, он был такой не один. Поглазеть на красавицу сбежались все свободные послушники и даже рыцари. Все же посмотреть там было на что, даже дон Луис старался не смотреть на открытые плечи девушки, одетую в какое-то красивое и явно безумно дорогое платье, сшитое не по моде их королевства. Здесь женщины и тем более незамужние девушки одевались куда как скромнее.

Обеденный рыцарский зал ордена Пресвятой Девы Монтесской был крайне скромен, зато вмещал много людей, так что, заняв отдельный стол магистра, где он обычно обедал только с высшим руководством ордена, они дождались, когда послушники принесут им простую скромную еду.

На удивление магистра, девушка от всего попробовала понемногу и даже похвалила качество принесённой ей пищи.

– Ваше прибытие явно связано с делами маркиза, – не спросил, а утвердительно проговорил магистр ордена Монтесы.

– Да дон Луис, разумеется, – Паула легко улыбнулась, потянулась к небольшой замшевой сумочке, висевшей у неё на плече, и достала оттуда запечатанное письмо, – сеньор Иньиго попросил меня лично его вам доставить.

Луис Деспуиг протянул руку, взял письмо и осмотрел печать из сургуча, на которой значился герб банкирского дома Медичи. Как знал дон Луис, с собственным родом у маркиза были какие-то недопонимания, так что ему было запрещено использовать герб рода, так что он ставил герб тех, с которым был тесно связан по бизнесу.

Взломав печать, магистр не сильно удивился, что само письмо лежало внутри пустой бумаги, в которую оно было вложено, так делал только маркиз и никто более.

Пробежавшись взглядом по крайне скупым строкам с просьбой о помощи, а также предложением выплат за неё, магистр поднял взгляд на терпеливо ожидавшую его ответа девушку.

– Маркиз упоминает вас, как того, с кем я могу заключить эту сделку, а также получить аванс, – задумчиво проговорил он, словно заново увидев перед собой хрупкую и нежную девушку, которая оказывается могла ворчать суммами до пятидесяти тысяч флоринов. Просто огромные деньги по любым меркам! Что показывало уровень доверия к ней самого маркиза, и дону Луису следовало быть с девушкой тоже более деликатным.

– Я знаю, что большинство послушников, сеньор Иньиго уже у вас забрал, дон Луис, – склонила голову Паула, – но он надеется, что рыцари могут послужить ему, в качестве защиты от наёмников, присланных герцогом Милана.

– Да, он указал причину возникших проблем, между ним и герцогом, – кивнул головой магистр, – и случившееся не делает чести последнему.

– И вы всё же медлите с вынесением решения, – поняла Паула, что мужчина тянет с ответом.

– Проблема только в том, дорогая сеньорита, – вздохнул Луис Деспуиг, – что формально, мы подчиняемся королю Хуану, и если выделение части рыцарей и послушников я ещё могу сделать, то полностью заняться делами маркиза, я не смогу в ущерб службе короны.

– Дон Луис, – Паула показала на письмо в его руках, – ни я, ни маркиз не хотим ссорить вас с королём, поэтому давайте поступим так – если король призовёт вас на службу, вы покинете нас, без всяких штрафов с нашей стороны.

Магистр изумлённо посмотрел на девушку.

– Вы можете мне обещать подобное, юная сеньорита? – удивился он, – в письме маркиза нет об этом ни слова. А что будет, если он не захочет подтвердить ваши слова?

– Дон Луис, – девушка тяжело вздохнула, поскольку сама не была в этом уверена, но, с другой стороны, Иньиго никогда не бил ей по рукам, когда она проявляла инициативу в делах, в которых нужно было проявить гибкость, – если маркиз выставит вам штраф, я оплачу его сама, поскольку у вас есть моё слово.

Старый рыцарь изумлённо посмотрел на Паулу, такое он привык слышать от рыцарей, а не от юных девушек, чьи умы обычно были заняты женскими делами.

– Я подпишу договор, – наконец решил он, – ваше слово там будет залогом того, что если король Хуан призовёт нас, пока мы будем помогать маркизу, мы уйдём и на нас не будет наложены никакие штрафы или вынесены обиды с его стороны.

– Да будет так, – Паула спокойно посмотрела на магистра.

– А вы очень интересная девушка, сеньорита Паула, – рыцарь задумчиво посмотрел на гостью, – вы с кем-то уже обручены?

Девушка легко улыбнулась.

– Обручена со службой своему сеньору, дон Луис, – пожала она плечами, – ну и ещё по его велению и по зову своего сердца строю вместе с одним священником собор и монастырь при нём.

– Такая хорошая хозяйка и не при муже, – задумчиво проговорил рыцарь, поскольку найти жену, которая самостоятельно ведёт хозяйство, да ещё и которой можно поручить такие суммы денег, было очень непросто и можно сказать везением, а тут прямо перед ним сидит одна из таких женщин, да ещё и писанная красавица при этом.

– Сеньорита Паула, могу я вас попросить остаться у нас на пару дней, – обратился он к ней, – у меня будет к вам ещё одно предложение.

– Конечно, дон Луис, – девушка если и удивилась, то не сильно, – я в полном вашем распоряжении.

– Благодарю вас, – он встал и подал руку, чтобы помочь девушке, которая в его глазах за всего один разговор выросла от простого проводника воли маркиза, до весьма интересного приобретения, если всё, что он сейчас задумал, выгорит.

* * *

16 октября 1460 A . D ., Генуя, Генуэзская республика

Неожиданно найденную монету всё же пришлось снять с шеи и убрать в шкатулку с драгоценностями, поскольку она действовала на меня подобно магниту, всё время хотелось чувствовать себя сильным, а что было более опасно для меня, ненароком это демонстрировать, причём это было настолько выше меня, что я понял, что просто однажды попадусь на этом. Поэтому волевым усилием я снял с шеи монету и спрятал её. Мне нельзя было привлекать внимание таким способом, поскольку уже и без этого дворяне и священники, слыша моё имя удивлённо скидывали головы. О награждении меня «Золотой розой» было оповещение по всем епископствам и приходам, так что было не удивительно, что моё имя стало известно во многих местах.

Вот и в Генуе, едва я переступил порог дома, который снимал, меня встречал крайне довольный граф Латаса, с ехидной улыбкой на губах.

– А кто это к нам приехал? Боже, да это же обладатель «Золотой розы», надежда и опора матери-нашей церкви! – трагично всплеснул он руками, при виде меня.

– Что уже и досюда новости добрались? – хмуро заметил я, подставляясь под руки Марты и Камиллы, чтобы сняли с меня плащ и дорожный камзол.

– Добрались, ещё мягко сказано Иньиго, – хмыкнул Сергио, дождавшись, когда с меня снимут верхнюю одежду и только затем обнимая, – все углы дома мне уже тут сбили, узнавая, не вернулся ли ты.

– Ничего, пусть ещё пооббивают, поскольку тебе придётся срочно уехать, – я показал ему на свою комнату.

– Что-то случилось? – сразу насторожился он, становясь серьёзным.

– Да, герцог Милана объявил мне войну и будет теперь гадить, где только придётся, – вздохнул я, проходя в комнату и показывая графу закрыть за собой дверь и сесть на стул, – я отправил всем предупреждение, но пока я здесь занимаюсь кораблями, тебе нужно лично проконтролировать, что в графстве, а главное в маркизате, всё идёт так, как я поручил.

– Понимаю, – нахмурился он, – ты уже что-то предпринял?

– Да, попросил Паулу отвезти письмо в орден Монтесы, – кивнул я, – будет хорошо, если рыцари придут нам на помощь и помогут с охраной дорог и деревень.

– Если в Аликанте Паула уже занимается этим, тогда мне лучше сначала отплыть на острова, – задумчиво проговорил Сергио, – помогу новоиспечённым баронам, если у них возникли проблемы.

– Согласен, это хорошее предложение, – подтвердил я его слова, – как дела у тебя тут?

– Как ты и просил, морально разлагал местных торгашей, так что члены про-миланской партии уверены, что едва Франческо Сфорца вышлет в Геную свои войска, как ты тут же в испуге уберёшься из города, оставив всех без своих заказов, – с улыбкой ответил граф, – так что не буду сильно удивлён, если уже следующим летом, как просохнут дороги, здесь будет войско герцога.

– Отлично, хоть что-то идёт по плану, – обрадовался я, похвалив его за старания.

– У тебя как? – поинтересовался он, – чем занимался, кроме римских бандитов? Купцы, прибывающие оттуда говорят отрубленные головы до сих пор не сняли со стен, хотя ты давно оттуда уехал, все боятся, что ты вернёшься и накажешь всех за самоуправство.

Я криво улыбнулся.

– Пусть боятся, меньше проблем доставят мне в следующий раз, – ответил я, и затем ответил на первый его вопрос, – а так, ещё съездил в Венецию, обзавёлся полезными знакомствами, кстати хорошо, что ты напомнил мне об этом…

– Иньиго! – Сергио тут же стал креститься, – только не снова, эти твои гениальные планы!

– Заедешь сначала в Неаполь мой друг, – задумчиво почесал я затылок, – нужно будет проследить за ещё одним крайне важным делом.

– Что на этот раз? – мужчина иронично посмотрел на меня, – понравилась торговля христианами? Или смотришь уже выше, на продажу христианских святынь?

– Выкуп пленных из Османского плена! – оскорбился я на его шуточки.

Мой ответ поверг его в шок.

– Что? Ещё раз повтори пожалуйста? – Сергио был явно сильно изумлён, – я точно говорю с Иньиго де Мендосой?

Я иронично на него посмотрел.

– Проконтролируешь, что Бенедетто Котрульи понял правильно мои распоряжения и галеры приходят в Неаполь и уходят из него по графику, – сказал я, – в Остии освобождённых пленных должны будут принимать монахи, мне обещал этим заняться кардинал Виссарион Никейский, так что туда можешь тоже заехать, но только чтобы убедиться, что эти договорённости выполняются.

– Иньиго, – Сергио посмотрел на меня задумчивым взглядом, – я не верю, что ты решил измениться, или с этой перевозкой дело нечисто?

– Всё чисто, действую вместе с кардиналом и венецианцами, – деланно оскорбился я, – и только из христианского сострадания.

– Фух, – он облегчённо выдохнул, и перекрестился, – я уж подумал ты решил стать монахом и аскетом, даже испугался за тебя.

– Чего это ты мне не веришь? – обиделся я на него.

– Если в деле замешены венецианцы, которые делают что-то из христианского милосердия, значит я за тебя могу быть спокоен, вы просто задумали с ними какую-то особенно мерзкую пакость, – облегчённо вздохнул он, явно продолжая надо мной издеваться.

– Ну не так чтобы уж мерзкую, – я стеснительно шаркнул ножкой, понимая, что ему всё равно придётся рассказать всю правду.

– Но пакость! – радостно подхватил он, – что вы там придумали с этими бессовестными торгашами, которые мать родную продадут на невольничий рынок Константинополя за хороший навар с этого?

– Сергио, не говори так! Они все крайне порядочные люди! – возмутился я, – мне очень понравилось гостить в Светлейшей.

– Разумеется, нисколько в этом не сомневаюсь, – тут же согласился он со мной, – вы же одного поля ягоды. Давай рассказывай уже, что мне нужно будет делать на самом деле, а не прикрытое выкупом христиан из плена.

– На галерах, на которых будут перевозить пленных, будет руда, – тихо сказал я, – проследи пожалуйста, что со стороны властей Неаполя не будет проблем с разгрузкой кораблей, тем более что венецианцы пообещали пролоббировать этот вопрос у короля. Ну и желательно присмотри одним глазом, чтобы в Остии и на заводе эту руду получали и перерабатывали, как и всю остальную.

– Всё выглядит крайне просто, но я задам всего один вопрос Иньиго, – иронично сказал граф, – откуда эта руда? У венецианцев нет больше рудников.

– Может нет, а может и есть Сергио, отстань от меня, я не вдавался в такие подробности, – помахал я руками, – и вообще я устал с дороги!

– Ага, – он радостно поднял в воздух указательный палец, – а вот она и мерзость. Не буду даже вслух говорить какая.

– Вот и молчи, – предостерёг я его, – все, кто нужно в курсе, остальным знать это не обязательно.

Он изумлённо на меня посмотрел и вздохнул.

– Ладно Иньиго, я всё сделаю, если тебя прикрывают те, кто сам же и должен был это осуждать, – покачал он головой, – что-то ещё?

– Это сейчас самое главное, – я покачал головой и на всякий случай его предупредил, – и лучше молчи про то, что увидишь, это никого не касается.

– Не хуже тебя это понимаю, – серьёзно кивнул он, – сколько у меня есть времени?

– Только чтобы закончить дела здесь и собраться, боюсь герцог не будет нас долго ждать, – вздохнул я.

– Тогда неделя, – согласился он и поднялся со стула, – ладно, переодевайся, отдыхай, подробности расскажешь мне уже завтра.

– Спасибо Сергио, – поблагодарил я его, – я даже не знаю, чтобы я без тебя делал.

– Оплата за мой труд велика, – пожал он плечами, – я знаю, за что стараюсь.

– Безусловно, – согласился я, – но всё же, я правда тебе бесконечно благодарен.

Он улыбнулся и пожелал мне хорошего отдыха.

Когда он ушёл, ко мне заглянула Марта.

– Ванна и ужин, синьор Иньиго?

– Да Марта, спасибо, – кивнул я.

Глава 17

17 октября 1460 A . D ., замок Монтеса, Хатива, королевство Арагон

Утром Пауле прислуживала Жюльетта, которая дрожала словно осиновый лист, поскольку в замке, где жил магистр ордена Монтесы, было слишком много мужчин и юношей. Француженка не привыкла к подобному мужскому вниманию, которое её окружало эти дни, пока они гостили в стенах замка, где был расположен рыцарский орден.

– Вот трусиха, – хмыкнула Паула, сидя перед своим небольшим зеркалом, поскольку руки у служанки дрожали ровно так же, как и сама хозяйка, никак не совладея с причёской своей госпожи.

– Сеньорита Паула, вы сильная, а я нет, – жалобно посмотрела на неё Жюльетта, – мне десять человек предложили свою помощь, пока я несла вам ведро воды! Десять!

– Посмотрим, что мне приготовил дон Луис, – задумчиво проговорила Паула, – его интерес к тому, что я не замужем, был слишком очевиден.

– Думаете он сделает вам предложение? – всплеснула руками француженка.

– Он монах, глупая, – фыркнула Паула, – хотя если он предложит мне разумный вариант, я подумаю над его предложением.

В дверь комнаты постучали и когда Паула ответила, что можно войти, внутрь заглянул крайне смущённый молодой рыцарь.

– Сеньорита Паула, магистр просит вас спуститься к нему, – стараясь не смотреть на двух красивых девушек, пробормотал он и постарался побыстрее удалиться.

Паула поднялась и осмотрела себя с помощью зеркала, всё было отлично. Шикарное платье, драгоценности, она была привычно хороша.

– Идем, – довольная собой, Паула вернула зеркало на столик, и пошла к двери.

Спустившись вниз, и не обращая на десятки взглядов им вслед, Паула подошла к знакомому столу, за котором сидели двое мужчины: магистр и неизвестный ей, даже старше дона Луиса старик, лицо которого несмотря на морщины украшали десятки шрамов. При появлении Паулы, даже магистр ордена Монтесы изумлённо вскинул брови и поднялся со своего места, чтобы встретить и усадить девушку на стул с высокой спинкой. Паула лёгким жестом отправила Жюльетту прочь, оставшись наедине с двумя мужчинами.

Старик, внимательно разглядывал её и качал головой.

– Лучше бы я потерял зрение, чем слух, – наконец вздохнул он, – такой красоты я не видел уже очень давно.

Паула заинтересованно посмотрела на него, затем на магистра ордена.

– Сеньорита Паула, барон Бенжамин де Виларгут поражён вашей красотой, мгновенно влюбился и просит вашей руки, – объяснил он ей слова своего друга, с лёгкой улыбкой на губах.

– А на самом деле? – тут же холодно поинтересовалась девушка.

– Луис объясни ей пожалуйста, – попросил старый мужчина, который во время ответа Паулы приложил к правому уху большую трубку, похожую на горн.

– Барон мой учитель и боевой товарищ, – вздохнул магистр, – к сожалению битвы и старость не щадят никого и чем старше он становится, тем меньше он может доверять тем родственникам, которые его сейчас окружают.

Паула заинтересованно посмотрела на обоих.

– Я давно слышал о вас, сеньорита Паула, – магистр склонил голову, – даже сеньор Фелипе высоко отзывался о вас и вашей деловой хватке, простите, если это сравнение с мужчинами, оскорбило вас.

– Наоборот, воспринимаю это только как комплемент дон Луис, – улыбнулась мужчине Паула, – это приносит в мою жизнь понимание, что я небесполезна.

Мужчины переглянулись.

– Ты был прав Луис, – улыбнулся старик, – горда, знает себе цену и очень красива.

Он с трудом поднялся со стула и подойдя к девушке протянул ей руку.

– Синьорина Паула, я Бенжамин де Виларгут, барон Альбаида, прошу вас стать моей женой.

Изумлению девушки не было предела, и если бы в обычное время она сразу бы отвергла это предложение, но сейчас, она хоть и не взяла протянутую руку, но спокойно ответила.

– Я бы хотела сначала услышать все причины этого внезапного сватовства.

Мужчины улыбнулись, а барон склонил голову перед девушкой.

– Отдаю дань ещё и вашему уму, сеньорита Паула, – сказал он и вернулся на место.

– У меня составлено завещание, что в случае моей смерти, часть земель, прилегающих к Ордену Монтесы, отойдут ордену, – продолжил старый барон, – также мой сын Луис ужасный транжира и мот, и я не уверен, что в случае моей смерти он и родня по линии моей жены не подкупят того нотариуса, у которого хранится нынешнее моё завещание, чтобы не выполнять мою последнюю волю.

– Найдите тогда другого, – Паула повела плечами.

– Этот уже третий, – хмуро заметил сам магистр, а барон качнул в согласии головой.

– В общем, мне нужна хозяйка в доме, которая соблюдёт все договорённости с Луисом после моей смерти, – спокойно сказал барон о своей будущей кончине, смотря прямо в глаза Пауле.

– Вы хотите бросить меня на растерзание своей родни? – Паула улыбнулась старику.

– Ну, судя по тому, что я о вас услышал сегодня от Луиса, сеньорита Паула, – барон пожал плечами, – это им не повезёт с вами, а не вам с ними.

Девушка широко улыбнулась.

– С этого момента, барон, жду от вас больше подробностей, – спокойно сказала Паула, – что требуется от меня, а главное, что я получу, приняв столь щедрое предложение.

Мужчины изумлённо переглянулись между собой, но магистр пожал плечами.

– Я говорил тебе Бенжамин, что такую жену, как сеньорита Паула, мы вряд ли с тобой найдём за то время, какое тебе отвёл Бог.

– И я всё больше убеждаюсь в правдивости твоих слов, – кивнул старик, снова обращаясь к Пауле.

– Вы сеньорита получите титул баронессы с большей частью земли после моей смерти, кроме той, что отойдёт ордену Монтесы. Сыну я оставлю самый минимум, настолько он и остальная родня мне надоели своими склоками и интригами, – объяснил он, – а поскольку вы в этом разговоре высказываете ум и здоровую прагматичность, то всё что вам будет нужно, это после свадьбы прожить со мной, до моей смерти.

– Выполнение супружеских обязанностей? – спокойно поинтересовалась Паула.

На что старик ей улыбнулся.

– Мне очень лестно сеньорита, что вы думаете, что у меня осталась ещё мужская сила, но если вы не откажитесь просто спать со мной рядом в одной постели, согревая мои старческие кости своим теплом, то я буду только этому рад.

– Мне нужно будет получить ещё согласие моего опекуна и приёмных родителей на этот брак, – заметила Паула, – они вряд ли откажут мне, к тому же если я сама попрошу их об этом, но не спросить, я не могу.

– Разумеется, сеньорита Паула, – согласился барон.

– И я связана службой у маркиза, – продолжила она, – после свадьбы я смогу продолжить её?

– Минимум год вам придётся пожить в моём поместье, – барон пожал плечами, – чтобы все видели, что вы моя настоящая жена. Я познакомлю вас с соседями, с родственниками, и если до этого времени я не умру, то дальше вы можете заниматься своими делами.

– Для меня это приемлемо, – покивала головой Паула, – обязанности хозяйки дома?

– По желанию, сеньорита Паула, у меня есть толковый управляющий, но, если вы возьмёте власть в свои руки, я не буду против, – улыбнулся мужчина.

Паулу давно терзали мысли о её устройстве в жизни и обществе, поскольку она зависла, не будучи женатой, но и не свободной, и разумеется, получить мужа, да ещё и на таких условиях, можно было только мечтать в её текущем положении.

Сколько бы она ни представляла себя вместе с Иньиго, но с каждым годом становилось понятно, что этого не будет никогда. Недавний граф, стал уже маркизом и они с графом Латаса тихо шептались уже о герцогствах для друг друга, а если Иньиго станет герцогом, то Паула так далеко окажется от его постели, что даже подойти не сможет к ней так близко, как это происходит сейчас.

Быть же вдовой и баронессой с неплохим приданным и определённым положением в обществе, не ловя на себе презрительные взгляды остальных из-за своего статуса 'любовницы, определённо стоило нескольких лет мучений с роднёй престарелого дворянина. К тому же ясно понимая, что ему недолго осталось, он и ищет себе на это время надёжную жену, которая не предаст и не обманет. Опять же она всегда сможет теперь рассчитывать на помощь ордена Монтесы, который был прямо заинтересован в том, чтобы она была женой барона, до его кончины.

Все эти мысли промелькнули у ней в голове и она, подняв голову, спокойно обратилась к барону Альбаида.

– Сеньор, отправляйте к моим приёмным родителям в Неаполь и маркизу Мендосе официальное сватовство, с тем фактом, что невеста уже согласна, – улыбнулась девушка обоим мужчинам.

– Я рад, что вы дорогая согласились, – облегчённо вздохнули оба старых интригана, а ей ответил магистр ордена, – и конечно, никакой официальный договор мы составлять с вами теперь не будем, орден Монтесы придёт на помощь графству Аликанте по зову своего сердца.

– Мне ещё егеря нужны с собаками, – скромно призналась ему Паула.

– У меня прекрасная псарня и отличные загонщики, – ответил ей уже сам барон, – и конечно для будущей супруги я их дам без всяких колебаний.

– Тогда я вернусь в город, и буду ждать официального разрешения от своего опекуна и родителей, – согласилась девушка, – только пожалуйста не сильно затягивайте с ним, поскольку если получить согласие от родителей можно будет легко, то поймать маркиза, бывает иногда очень проблематично. Письма ему гуляют от Флоренции, Рима и Неаполя, до Португалии и Генуи. Сейчас он должен быть в последнем названном мной городе, но если вы не поторопитесь, то только сам Господь будет знать, где он окажется в следующий момент.

– Подтверждаю, маркиз очень активный молодой человек, – с улыбкой заметил магистр ордена, – поздравляю Бенжамин, твоя будущая жена, дала тебе первый дельный совет.

Старик улыбнулся, и поклонился Пауле.

– И я обязательно его учту, – серьёзно сказал он.

* * *

18 октября 1460 A . D ., Генуя, Генуэзская республика

Сергио оказался прав, с самого утра следующего дня ко мне потянулись делегации ото всех партий города, чтобы увидеть «Золотую розу». Я всех конечно же приветливо привечал, и не только показывал шедевр ювелирного искусства, но и рассказывал подробно, как её получил и в какой обстановке всё происходило. В век отсутствия надёжной передачи информации, слухи и рассказы от участника событий были главным источником получения новостей, так что торговая аристократия города была крайне довольна уделённым им вниманием, и они тут же приглашали меня ответно в гости к себе и заверяли, что все наши договорённости с ними выполняются.

Но больше всех меня порадовали оба рыцаря, которые сияющие, словно новенькие золотые флорины, едва я освободился от обязанностей хозяина дома по приёму гостей, потащили меня в гавань, где на воде покачивались пять кораблей с флагами Арагона: четыре каравеллы и новенький вивальди.

– Это как? Это что? – я изумлённо потыкал пальчиком в возрождённые, словно фениксы из пепла, каравеллы.

– Мы поговорили с мастерами корабелами и уговорили их заново собрать наши корабли, – довольно ответил мне сеньор Фелипе, – они не сильно этого хотели делать, но мы были настойчивы.

Стоящий рядом сеньор Аймоне покивал головой и похлопал по ножнам своего меча.

– Я бы даже сказал, неприлично настойчивы, – хмыкнул он.

– Вы уже пробовали «Изабеллу» на море? – тут же поинтересовался я, радуясь, что у меня снова есть больше одного корабля.

– Да сеньор Иньиго – довольно кивнул синьор Фелипе, – и она превосходна! Быстра словно ветер, а как управляется! Просто сказка.

– Нам конечно пришлось немного разобраться в ваших улучшениях, – косо посмотрел на меня госпитальер, – и изумляться тому, как вы здорово всё придумали.

– Надеюсь местным корабелам и остальным любопытным, вы не передали это ваше изумление? – усмехнулся я ему.

– Конечно нет, синьор Иньиго, – оба рыцаря мне поклонились, – но остаётся открытым вопрос, как мы будем сражаться, поскольку вы не стали ставить баллисты на «Изабеллу» и запретили нам делать большой заказ на арбалеты для команды.

– Вот тут тоже есть небольшой секретик, – тихо ответил я им, – и он ждёт нас в Неаполе, если венецианцы успеют всё сделать, как я просил.

– Нам хотя бы его расскажите? – заинтересованно посмотрел на меня синьор Аймоне.

– Не сейчас мои дорогие рыцари, – я положил обе руки на их локти, – об этом вы узнаете в Неаполе, куда мы с вами и направимся, раз у нас целых четыре корабля, а не как я думал, один.

– Ещё два очень близки к завершению, синьор Иньиго, – сказал довольно синьор Фелипе, – думаю осталось лишь несколько месяцев, а потом за ними, будут просто череда окончаний строительства других вивальди, но это уже только в следующем году, наверно ближе к лету. Все верфи Генуи работают сейчас только на вас, мы следим за строительством каждого корабля.

– Кто останется здесь, чтобы приглядывать за корабелами? – поинтересовался я.

– Думаю Прохор, вы его помните синьор Иньиго, – задумчиво ответил синьор Аймоне, – он немного выучил местный язык, так что в состоянии присмотреть за стройкой.

– Да, он учил меня своему языку, когда мы плыли в Португалию, – подтвердил я, – согласен, он неплохая кандидатура.

– Тогда скажите, когда мы отплываем, синьор Иньиго, – синьор Фелипе посмотрел на меня с большой надеждой.

– Если у вас всё готово, то хоть завтра, – улыбнулся я ему, – но прежде сменим флаги.

– На какие, синьор Иньиго⁈ – тут уже удивились оба рыцаря.

– Мы ведь говорим всем, что хотим искать путь в Индию, – хитро улыбнулся я, – так что не будем всех разочаровывать. Я попросил цех ткачей изготовить нам новые флаги и уже сегодня я прошу вас разместить их на мачтах кораблей. Не волнуйтесь, вы сами всё скоро увидите.

Оба рыцаря тяжело вздохнули от моих вечных недомолвок, но смирились.