Текст книги "Арагонская Ост-Индская Компания (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Распопов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Рыцарь серьёзно на меня посмотрел.

– Море ещё холодное, а плыть далеко, вы уверены, сеньор Иньиго? К тому же не все из них умеют плавать.

– Сеньор Аймоне, – я спокойно посмотрел в глаза рыцарю, – я пообещал отцу Иакову, что больше не буду закапывать людей живьём.

– А поскольку мест для повешения у нас не так чтобы много, – я показал на мачты, – то просто всех отпустите, пусть плывут, куда хотят.

Рыцарь больше не стал спорить, а кивнул и пошёл отдавать приказы. Вскоре отовсюду стали раздаваться отчаянные крики, проклинающие рыцарей и меня в первую очередь, но всех пленных столкнули с кораблей в воду и стали расцеплять суда, не слушая горестные крики тех, кто, не умея плавать, тонул первым.

Рыцари, пока корабли готовили к отплытию, изредка косо посматривали на меня, словно надеясь, что я отменю свой приказ, но я был неумолим, поскольку чем больше я перебью наёмников, тем меньше будет желающих воевать против меня. Нехитрый лозунг, который я решил взять себе на вооружение и им руководствовался, принимая сложные решения, поскольку прекрасно понимал, что даже отпусти я всех этих людей, через час они снова поднимут против меня оружие. Судьба солдата удачи была слишком прибыльным, хотя и конечно опасным делом.

Так что дождавшись, когда мы наконец тронулись по направлению к бухте, я сказал рыцарям.

– Никому про наши с вами подозрения ни слова, не будем пугать людей, а я пока подумаю, что можно будет с этим сделать.

Оба мужчины, лишь мне поклонились, принимая приказ.

Глава 26

– Сеньор Иньиго, вы весь в крови! – на костылях, с трудом преодолевая качку, ко мне заспешил Марк.

– К счастью, в этот раз, это не моя кровь, – вздохнул я, принимая его помощь, – вроде бы.

– Давайте я вас осмотрю, – тут же предложил он и поскольку служанок у меня с собой не было, всё же боевой поход, а Джабари был занят раздеванием трупов и снятием с них всего ценного, я разрешил парню раздеть меня, поскольку он вроде бы искренне хотел помочь.

Он, преодолевая качку и собственное бессилие снял с меня одежду и вытер мокрыми полотенцами, которые оказывается загодя намочил.

– Сестра мне рассказала, как за вами ухаживать, – смущённо ответил он, видя мой недоумённый взгляд на мокрые полотенца, – я подумал, что если с вами только я и Джабари, то хотя бы так буду приносить вам пользу. Или вы против?

Я пожал плечами, будто у меня на корабле был какой-то большой выбор из слуг.

– Хорошо, можешь вместе с Джабари прислуживать мне, – кивнул я, и парень радостно закивал.

– Для меня это честь, сеньор Иньиго.

– Раньше ты не хотел надолго расставаться с сестрой, а сейчас так спокойно отплыл со мной, – поинтересовался я у него, пока он открывал сундук и приносил мне свежий костюм.

– В первую очередь изменилась сама Жюльетта, сеньор Иньиго, – он протягивая мне чулки, пожал плечами, – сеньорита Паула сильно на неё влияет. Так что мне пришлось лишь принять её такой, какой она стала, всё же мы оба становимся взрослыми и рано или поздно расставание было неизбежным.

Услышав его весьма здравые рассуждения, я согласился с ним.

– Сеньор Иньиго, – в мою маленькую каюту заглянул Джабари, – вам нужна помощь?

– Уже нет, – я покачал головой, показывая, что уже переоделся, – как там обстановка наверху?

– Трофеи собрали, корабли расцепили, так что скоро выдвинемся, сеньор Иньиго, – ответил он, – если я вам не нужен, могу я тоже умыться, а то я липкий от крови и боюсь у вас что-то испачкать.

– Да, конечно, – отпустил его я, – мне пока Марк поможет.

Негр поблагодарил меня и исчез, а я направился наверх, чтобы проверить его слова.

На берегу бухты, откуда и отошли напавшие на нас корабли, находился небольшой лагерь, который оказался в спешном порядке оставлен, когда они увидели, что дело проиграно. Я поручил обыскать его, вдруг обнаружится что-то интересное.

Оно и правда нашлось, наёмник, который сломал себе ногу, собирая дрова и его товарищи бросили его при побеге. Меня позвали к нему, правда при моём появлении он побелел и стал умолять его убить, но не закапывать здесь на острове.

– Ваша слава, сеньор Иньиго, – услышав его слова, тихо сказал мне сеньор Аймоне, – бежит теперь впереди вас.

– Было бы что хорошее, сеньор Аймоне, – вздохнул я, – а не вот это вот всё.

Рыцарь хмыкнул и обратился на французском к наёмнику.

– Вы нас ждали?

Тот испуганно косясь на меня, закивал.

– Да сеньор, наш капитан получил письмо, и сказал, чтобы мы были наготове.

Сеньор Аймоне покосился на меня, но я кивнул, показывая ему продолжать допрос.

– Сколько вас? Есть ли ещё люди на острове.

– Нет сеньор, – тот покачал головой, – мы были отдельными отрядами, нападая на поселения, но три дня назад нас всех привели сюда, к ожидавшим кораблям.

– Почему не напали на суше? – поинтересовался у него рыцарь, – у вас же было численное преимущество.

– Капитан побоялся, что оттуда, – наемник показал рукой куда-то на запад, – к вам может прийти подмога, так что сказал, что раз нас больше, то этого хватит, чтобы захватить вас в море, чтобы вы никуда не сбежали.

– Чем вы тут занимались?

Раненный замолчал, но пинок рыцаря по сломанной ноге заставил его вскрикнуть от боли и признаться.

– Убивали и грабили тех, кого могли поймать, – явно нехотя ответил он на неудобный вопрос, – ну или если могли захватить пленных, то передавали их затем генуэзцам или неаполитанцам.

Рыцарь посмотрел на меня, показывая, что я могу ещё о чём-то спросить, но похоже было, что это всё, что знал простой солдат, так что я отрицательно покачал головой.

Сеньор Аймоне, обнажая кинжал сделал пару шагов и лёгким движением воткнул сталь в сердце раненого наёмника, обрывая его жизнь. Следующим движением, показывающим большую практику в этом, он вытащил кинжал из тела, так чтобы не испачкаться брызнувшей из раны кровью и вытер его об одежду наёмника, третьим движением убирая оружие обратно в ножны. Я лишь мог восхититься тем, с какой лёгкостью и практичностью всё это было осуществлено.

– Чувствуется богатая практика, – похвалил его я, – ни капли крови на вас не попало, сеньор Аймоне.

Рыцарь вздохнул.

– Не то, чтобы мне это нравилось сеньор Иньиго, но что делать, моя жизнь в постоянных сражениях.

– И я рад, что вы на моей стороне, – улыбнулся я, и беря его за локоть, повёл обратно к лодкам, на которых мы прибыли на берег.

– Вы оставайтесь здесь, бухта очень удобная, да и лагерь уже обоснован, – тихо говорил ему я по пути, – а мы с сеньором Фелипе поедем туда, куда указал наёмник перед смертью, там явно должно быть поселение.

– Хорошо, сеньор Иньиго, – согласился со мной госпитальер, – я прикажу выгрузить вашу повозку.

– Благодарю вас, сеньор Аймоне, – поблагодарил его я и пошёл искать рыцаря ордена Монтесы, чтобы сказать ему о том, что мы сейчас будем делать.

Дождавшись, когда мою повозку соберут и впрягут в неё лошадей, я попрощался с рыцарем-госпитальером и отправился в путь, по утоптанной конями грунтовке.

Дорога не была долгой, уже через пару часов я первым увидел высокие крепостные стены небольшого форта, который стоял, перекрывая сразу две дороги. Наличие не крепости, а небольшого форта, явно предназначенного для наблюдения и отражения небольших групп противника, меня сильно удивило, поскольку в этом чувствовался военный подход к делу.

Наш большой отряд тоже заметили, поскольку загудел горн и к форту отправили солдат, чтобы те в нас не стреляли. Вскоре там началась суета и уже через десять минут, оттуда вырвался всадник, которой доскакав до передового отряда, поговорил с ними и подъехал к моей повозке уже в сопровождении их.

Увидев меня внутри, он радостно вскрикнул и спрыгнул с лошади, опустившись передо мной на одно колено.

– Ваше сиятельство! – его голос был полон радости, – я так рад вас приветствовать на ваших землях! Это огромная честь для меня, встретить вас первым!

Я, дождавшись, когда Джабари откроет дверку повозки и спустит ступеньки, не спеша выбрался и подошёл к стоящему на колене человеку, который был, судя по одежде и мечу на поясе, либо наёмником, либо дворянином.

– Благодарю вас любезный, – поблагодарил его я, – как я могу к вам обращаться?

– Ваше сиятельство, меня зовут сеньор Альфонсо Парет, – быстро представился он, подняв на меня взгляд, – я племянник барона Менорского.

– О-о-о, – обрадовался я, протягивая дворянину руку, помогая ему встать, – встаньте юноша, это лучшая рекомендация, какая только может у вас быть.

Молодой парень лет восемнадцати, с восхищением посмотрел на меня.

– Идёмте в мою повозку, расскажите мне о том, что у вас здесь происходит, – пригласил я его к себе и он радостно согласился и помог мне снова взобраться внутрь.

– Ваше сиятельство, простите, но как вы здесь? Когда прибыли? – глаза парня едва не светились от восторга.

– Ещё утром, но были вынуждены принять бой, на нас напали, – объяснил я ему.

– А-а-а, так вот что это был за грохот такой, что мы услышали, – он понимающе закивал головой, – я отправил гонца в замок, чтобы предупредить дядю, но ответа пока не получил, что мне делать.

– Он вас и поставил во главе этого форта? – полюбопытствовал я.

– Да, ваше сиятельство, – согласился парень, – наша задача лишь нести охрану и предупреждать о нападениях, так что нас немного внутри, всего двадцать человек и мы постоянно меняемся.

– Отличная организация, – удивился я, – кто это придумал, сеньор Альваро?

– Нет, ваше сиятельство, барон Форментерский, – ответил парень, – он объездил весь остров, составил карту и затем нарисовал на ней вот такие маленькие крепости, а также несколько больших, который прикрывают поселения на острове.

– Бернард⁈ – обрадовался я, – он тоже здесь?

– Уже нет, ваше сиятельство, – покачал головой парень, – барон уехал на другие острова, я слышал это от дяди, что он там вместе с флорентийским архитектором, кто строил это всё, делают такие же крепости и оборону.

– Прекрасно, – я обрадовался, что люди здесь не сидели без дела, если очень серьёзно подошли к вопросу собственной безопасности, – кроме местных, кто-то ещё сюда прибыл?

– Да, конечно, ваше сиятельство, – затараторил парень, – сюда переехали три наших рода, поскольку всем раздавали землю в лен, а также я слышал на соседний остров прибыли швейцарцы, но я их ни разу не видел.

– Какие прекрасные новости! – воодушевился я и сняв с пальца перстень, протянул его парню, – держите Альфонсо, как память о нашей встречи.

– Спасибо ваше сиятельство! – парень несколько раз поклонился, принимая от меня подарок, – благодарю вас!

Тем временем мы остановились у форта, и заметили, как вдали заклубилась пыль, так что сеньор Фелипе отправил разведку узнать, кто это сюда едет, да ещё и в таком количестве.

– Это дядя! – первым узнал баннеры на копьях у скачущих всадников Альфонсо, радостно показывая на них рукой, – это барон Менорский!

Я, с широкой улыбкой на лице, тут же покинул повозку и когда всадники ускорили бег своих скакунов, радостно раскинул руки в стороны, дожидаясь, когда мне в них упадёт потный и пыльный барон.

– Сеньор Иньиго! Радость-то какая! – сеньор Альваро не сдерживаясь, сильно меня прижимал к себе, – наконец-то!

– Взаимно, сеньор Альваро, – я покачал головой, когда мы разжали объятья и я посмотрел на загорелого, пропылённого, но абсолютно счастливого человека, – даю вам слово, не было ни дня, чтобы не вспоминал вас и Алонсо добрым слово. Без вас всё не то.

– Мы каждый день молились за вас, сеньор Иньиго, – радостно кивал мужчина, – как бы трудно нам ни было, мы верили и надеялись, что вы про нас не забыли.

– Идём, поговорим в форте, – пригласил его я, и показал на парня, который скромно ждал, когда мы закончим разговор, – кстати, спасибо вам за племянника, этого молодого человека совершенно точно ждёт блестящее будущее.

Сам Альфонсо расплылся в широкой улыбке, а сеньор Альваро довольно прищурился.

– Спасибо, сеньор Иньиго, – поблагодарил меня он, – Альфонсо и правда неоценимый мой помощник.

Мы зашли в форт и затем в совсем небольшую караульную, по всему было видно, что это место и правда использовалось только как временное убежище и люди здесь только несли службу, не живя долгое время.

– Рассказывайте, – нам поставили стулья и принесли вина, чтобы мы промочили горло, но я, разумеется, к нему не притронулся, только сеньор Альваро по чуть-чуть потягивал из кубка, рассказывая мне текущую обстановку и расклад сил. Поведал он чуть больше, чем рассказал нам наёмник на берегу, но только в части большого переезда родственных им семей из Кастилии, а также швейцарцев, живших и правда на соседнем острове, которым владел Бернард. Также он поделился своей болью.

– Письмо от вас о противостоянии с Миланом, сеньор Иньиго, прибыло вовремя, – рассказывал он, – это позволило нам укрепиться и окружить стенами поселения как местных, так и свои, так что появившиеся наёмники не стали для нас неожиданностью, а лишь постоянной головной болью.

– Похоже я сегодня разбил большую из них часть, но кто-то всё же сбежал, – перебил я его, вызывая удивлённое восклицание, – так что отправьте новости по островам, пусть пришлют сюда информацию по оставшимся отрядам, я прибыл почистить тут всё.

– У вас много людей? – поинтересовался он с сияющим взглядом, подразумевая явно военных.

– На ваших наёмников хватит, – улыбнулся я ему, – тем более, что, оказавшись здесь, я могу отправить корабли обратно в Аликанте, за пополнением.

– Отличные новости, сеньор Иньиго! – обрадовался он, – просто отличные.

Обговорив с ним и с сеньором Фелипе наши дальнейшие действия, я отправил рыцаря обратно, чтобы он забирал всех, кроме охраны кораблей, и двигался с сеньором Аймоне вслед за мной, а сам под защитой отряда сеньора Альваро, отправился в его крепость.

Глава 27

2 апреля 1461 A . D ., Мальорка, Балеарские острова

Новость о том, что я прибыл на главный остров Балеарских островов и, по сути, свои личные владения, со скоростью молнии облетела соседние три острова и уже через четыре дня я обнимался с Сергио, Алонсо и Бернардом, которые примчались на Мальорку так быстро, как только смогли. Я обнял даже смущённого маэстро Аристотеля Фиораванти, поблагодарив его за такие прекрасные укрепления, возведённые за столь короткий срок. Разумеется, мы сразу же устроили пир, я раздал и передал во все церкви на островах щедрые пожертвования, в общем эти дни впервые за последние полгода были наполнены у меня веселой и праздничной суетой, в окружении близких мне людей.

После праздников настало время дел и личных встреч, во время которых я выслушивал каждого о проблемах и насущных делах и либо принимал решения сразу выделяя деньги, или же брал время подумать. Но проговорил я о проблемах и делах со всеми, хотя всё обычно сводилось к одному – большие желания и маленькое финансирование. Но здесь уже я был строг, поскольку одно дело крепости и оборона, другое дело улучшение жизни приезжих и местных крестьян. На это у меня денег сейчас точно не было, так что приходилось отказывать.

Когда встречи закончились, бароны разъехались по своим островам, продолжать борьбу с оставшимися наёмниками и отстраивать свои острова, а горестно вздохнувший граф Латаса отправился на одной из каравелл в Аликанте, поскольку получил задание от меня присмотреть за наймом мавров на мою службу, а также ходом выкупа крестьян из их плена. Он стал жаловаться, что я гоняю его как простого гонца, на что я резонно спросил, кому я ещё могу доверять, как себе? Этот аргумент у него крыть было нечем, так что поворчав ещё для приличия, он спустя какое-то время тоже отправился в путь.

У меня же было большое желание осмотреть и остальные острова, хотя бы одним глазком, но как обычно в моей жизни, все планы разрушило всего одно письмо. Пришло оно с кораблём, доставшим с материка инструменты для крестьян и едва глянув откуда оно, я с тревогой вскрыл его.

– «Иньиго, спаси нас!», – значилось там самой первой строчкой.

– «Её высочество забеременела, и Энрике отзывает нас с Альфонсо в Сеговию», – неровные буквы, написанные детским почерком, плясали, не оставляя у меня сомнений в том, кто был отправителем данного письма.

– «Я не хочу ехать, но сеньор Чакон говорит, мы не можем ослушаться королевского приказа, к тому же мама и он сам с сеньорой Кларой остаются здесь, им запретили переезжать!».

– «Спаси меня!», – разумеется оно было подписано Изабеллой, а после её подписи, уже сам сеньор Чакон добавил для меня несколько строчек от себя, объясняя всю серьёзность ситуации.

– «Сеньор Иньиго, до нас доносятся тревожные вести, что вы заняты противостоянием с герцогом Сфорца, но Изабелла и Альфонсо не могут себе найти место. Никто из них не хочет уезжать из Аревало, к тому же без бывшей королевы и меня с супругой, но Его высочество Энрике, требует к себе только брата и сестру, так что я сам очень переживаю за их будущее, поскольку с рождением наследника у короля, они могут стать разменной монетой в политических играх. Я тоже прошу вас помочь инфанте и принцу».

– М-да, – я несколько раз перечитал письмо, от которого прямо-таки веяло паникой и отчаянием. Ладно ещё Изабелла, её можно было понять, но если сам сеньор Чакон высказывал обеспокоенность, то, пожалуй, мне нужно и правда мчаться в Аревало.

Заглянув в нейроинтерфейс, я убедился, что это время было самым сложным в жизни Изабеллы и наложило след на её формирование, как личности, поэтому мне определённо точно не стоило оставлять всё на самотёк, а потому я позвал к себе обоих рыцарей и объявил им, что оставляю им «Изабеллу» и три каравеллы, а сам мчусь на всех парусах в Кастилию. При этом их задача продолжать чистить острова и море вокруг наших островов от пиратов и прочих залётных личностей.

– Через месяц свадьба сеньориты Паулы, сеньор Иньиго, – мрачно напомнил мне рыцарь ордена Монтесы, – будет странно, если вы, её опекун, не приедете. Все подумают, что вы на неё обиделись.

Он был прав, я об этом не подумал, но проклятая судьба всегда давала мне нелёгкий выбор и сейчас было ровно также: на одной чаше весов была Паула и её важное событие в жизни, на другой будущее Изабеллы, которая конечно будет помнить того, кто помог ей в сложное время. Что для лично моего будущего, когда она станет королевой, было куда как важнее.

– Нам всем приходится делать в жизни сложные выборы, сеньор Фелипе, – я показал ему письмо, – я не могу оставить инфанту в опасности.

Рыцарь поклонился мне.

– Но, с другой стороны… – я задумчиво почесал подбородок, поскольку в голову мне внезапно пришла отличная идея, – пора, пожалуй, воспользоваться тем, что я задаривал дорогими подарками человека, который для меня пока ничего не сделал. Убью этим двух зайцев одним выстрелом: если она откажется помочь мне, значит не получит больше дорогих подарков, если же согласится, то только покажет, как благодарна мне и я для неё что-то значу.

– Она? – рыцари переглянулись между собой, – вы уверены, сеньор Иньиго, что сеньорита Паула будет рада видеть на своей свадьбе вместо вас, другую женщину?

– Эту будет рада, – улыбнулся я, и сказал, обращаясь к сеньору Фелипе, – отправляйтесь в Аликанте, перехватите там графа Латаса, попросите его сразу ехать в Сарагосу и попросить от моего имени Её высочество поехать на свадьбу к Пауле и барону Альбаида.

– Вы хотите попросить королеву поехать на свадьбу своей любовницы? – рты у рыцарей открылись.

Я поморщился.

– Да, это как-то совсем плохо звучит, – согласился я с ним, – давайте просто устроим королевский визит к своему вассалу, а его свадьба станет просто приятным дополнением этого визита.

– Сеньор Иньиго, – сеньор Фелипе покачал головой, – визиты королей планируются за годы вперёд! Нужно же всё подготовить, оповестить всех соседей, а вы хотите, чтобы барон организовал приём за месяц?

– А мы и ему не скажем об этом визите, – я изворачивался как мог, – будет просто приятный сюрприз от меня.

– Визит королевы, приятный сюрприз? – оба рыцаря посмотрели на меня, словно на умалишённого.

– Ладно, сделаем проще, – я, устав с ними спорить, достал письменные принадлежности и вытащив из сумки вексель, проставил там сумму в пятнадцать тысяч флоринов и протянул его сеньору Фелипе, – пусть Сергио попросит личную встречу с королевой и дипломатично скажет, что она получит этот вексель, если посетит замок моего старого друга и её вассала, который хотел бы видеть свою королеву перед своей смертью.

Сеньор Фелипе взял у меня протянутую бумагу.

– Вы хотите подкупить королеву, сеньор Иньиго? – недоверчиво переспросил он.

– Вы бы отказались сеньор Фелипе съездить в небольшую поездку, за пятнадцать тысяч золотых? – поинтересовался я у него.

– Разумеется нет сеньор Иньиго, я в жизни не видел столько денег, – помотал он головой, – но то я, простой рыцарь, а Её высочество – королева!

– Пусть тогда Сергио торгуется, сеньор Фелипе, но не больше чем на тридцать тысяч, – решил я, выписывая ещё один вексель и протягивая его рыцарю, – потому что за тридцать тысяч, Его высочество Хуан сам туда рванёт быстрее ветра, я знаю, о чём говорю.

Оба рыцаря были поражены моему цинизму, но спорить не стали и качая головами пошли выполнять приказы.

* * *

21 апреля 1461 A . D ., Сарагоса, королевство Арагон

– Вы хотели меня видеть граф? – королева сидела в своих покоях, в окружении фрейлин, и конечно же приняла посланника, от человека, который делал так много для королевства хорошего.

– Да Ваше высочество, – Сергио, внутренне проклинавший Иньиго всю дорогу до столицы королевства, поскольку тому в голову пришла очередная сумасбродная идея, заставил себя широко улыбнуться и низко поклонится.

– Прошу вас, говорите, – улыбнулась ему ответно Хуана.

– Могу я попросить вас оставить в комнате только самых доверенных ваших фрейлин? – попросил он, – разговор будет немного деликатным.

Хуана удивилась, но молча показала выйти всем, кроме двух своих лучших подруг, в верности которых она не сомневалась.

– Вы интригуете нас граф, – заинтересованно она посмотрела на склонившегося в благодарности перед ней дворянина.

– Если честно, Ваше высочество, – начал он крайне смущённо, тщательно подбирая слова, – я сам немного не в своей тарелке от той просьбы маркиза, с которой он отправил меня к вам, но вы наверно знаете, он всегда несколько экстравагантен.

– Да, граф, мы слышали, как он закапывает людей живьём, – улыбнулась королева, – это можно назвать экстравагантностью, да.

Сергио вздохнул.

– Его добрый друг, барон Альбаида очень стар, но думаю вы и так это знаете, это верный и преданный вассал Ваших высочеств.

– Конечно, барон всегда приходил на помощь короне в самые сложные времена, – кивнула королева.

– Так получилось, что единственной мечтой барона Альбаида, которому осталось немного на этом свете, это увидеть вас и спокойно умереть, – продолжил Сергио.

– Что же, мы всегда будем рады видеть его у себя во дворце, – недоуменно посмотрела на Сергио королева, – пусть приезжает в любое время.

– В этом и есть загвоздка, Ваше высочество, – Сергио снова сделал печальный вид, – барон не выдержит этой дороги.

– Он настолько плох? – королева расстроенно покачала головой, – не знала этого. Жаль, передайте ему наши глубочайшие сожаления и пожелания скорого выздоровления.

– Да, благодарю вас Ваше высочество, обязательно ему передам ваши слова, – поклонился Сергио, – но, с другой стороны, вы ведь знаете, как Иньиго предан своим друзьям.

Королева осторожно кивнула.

Сергио достал вексель и протянул его одной из фрейлин, которые внимательно прислушивались к разговору, девушка взяла бумагу и отнесла её королеве, которая при виде указанной там сумму удивлённо вскрикнула.

– Да, Ваше высочество, – поклонился граф, – маркиз умолят вас, поехать и проведать барона Альбаида, а возможно и проводить его в последний путь.

Хуана изумлённо посмотрела на графа Латаса, который без зазрения совести давал ей взятку.

– Вы хотите меня купить граф? – нахмурилась она, презрительно убирая вексель от себя на стол, словно ядовитую змею.

– Конечно же нет, Ваше высочество, – заюлил тот, – только ваше время, не более того.

Сергио не успел продолжить, как в комнату вошёл хмурый король. Рядом с ним теперь всегда был канцлер, который помогал слепнущему королю передвигается и опознавать людей.

При его появлении все встали, а граф низко поклонился правителю.

– Мне сказали, посланник от Иньиго прибыл к вам, моя королева, – он кинул Сергио, здороваясь, а обращаясь к королеве, – что-то важное?

– Нет, мой супруг, – холодно сказала Хуана, – к тому же граф нас уже покидает.

Взгляд канцлера был более остёр, чем у Его высочества и вексель банка Медичи он сразу же заметил, о чём тут же шепнул королю на ухо. Тот мгновенно взбодрился и показал пальцем на место, где тот лежал.

– Вексель! Что тебе предлагает Иньиго?

– Поездку к барону Альбаида, чтобы я проводила его в последний путь, какая наглость! – королева покачала головой, – я удивлена подобным беспардонным поведением маркиза и графа Латаса, посмевшим мне предложить подобное!

Король взмахом руки прервал её словоизлияние, обратившись к склонившемуся перед ним дворянину.

– Сколько он предложил, граф?

– Пятнадцать тысяч, Ваше высочество, – Сергио впервые за долгое время почувствовал, как у него горят уши от стыда.

– Что? Сколько? – изумился Хуан.

– Барон де Виларгут, близкий друг Иньиго, – Сергио ничего не оставалось, как продолжать врать, – так что он буквально исполняет его последнюю волю.

– Это нехорошо, – король захапал вексель из рук канцлера себе, – Бенжамин де Виларгут наш верный вассал и всегда приходил нам на помощь.

– Я это и пытался донести до Её высочества, – Сергио от удивления, что король неожиданно поддержал его игру, расправил плечи, – и Боже упаси подумать, что я пытаюсь кого-то купить. Просто Иньиго понимает, что нужно всё организовать, подготовить, лошади, припасы, не за свой же счёт королю отправляться в это путешествие.

– Маркиз как обычно, всё предусмотрел, – Хуан задумчиво посмотрел на Сергио, – когда нужно быть у барона?

– Через две недели, – быстро ответил тот, начиная понимать, что похоже очередной безумный план Иньиго может осуществиться, – вряд ли он протянет больше.

– Если бы маркиз добавил столько же, – король потряс векселем, – я сам с большим удовольствием посетил бы барона Альбаида, который является и моим близким другом тоже.

От удивления в том, что он торгуется с самим королём, у Сергио на секунду наступил мгновенный ступор, но он слишком долго был в политике, чтобы не собраться.

– Ваше высочество, сейчас конечно война, лошади дорого стоят, как, впрочем, и припасы, но не настолько же, – поклонился он Хуану, – давайте добавим ещё хотя бы десять тысяч.

– Маркиз стал настолько мелочным? – удивился король, – я очень скучаю по своему другу Бенжамину и хотел бы его посетить, но и маркиз должен меня понять, моей свите тоже нужно чем-то питаться в дороге.

Сергио молча достал из-за пазухи ещё одну бумагу, с проставленной суммой и протянул её королю. Канцлер быстро сказал сумму, которая была там написано и Хуан, обретая хорошее настроение прямо на глазах, обратился к Сергио.

– Граф, можете заверить маркиза, я буду во владениях барона Бенжамина де Виларгута, ровно через две недели.

– Ваше высочество, наша общая благодарность за ваш визит не будет знать границ, – дворянин не мог поверить своим ушам и глазам. План Иньиго и правда осуществился. Не поехала королева, но зато визит самого короля, это просто огромная честь для любого дворянина! Правда обычно не столь сумбурный, но в этом и был весь Иньиго.

– Когда следующий раз он приедет в Сарагосу, мы с ним поговорим о размерах его благодарности, – хитро улыбнулся король и бережно, словно родных детей, прижимая к груди векселя, заторопился из покоев королевы.

Граф, низко склонившись при его уходе, затем поклонился в сторону королевы, только что понявшей, что тридцать тысяч флоринов, просто ушли из её рук. Причём это были деньги, которые она могла потратить на что угодно.

– Граф, – Хуана недовольно поджала губы, – мы больше не хотим видеть вас у себя.

– Как вам будет угодно, Ваше высочество, – Сергио поклонился и тоже быстро вышел из её комнаты. Был ли он удивлён поведением королевы? Ничуть. Человеческая благодарность была вообще понятием крайне спорным, он лучше всех об этом знал, а благодарности королей вообще не существовало в природе.

– «Ну хотя бы Иньиго сэкономит теперь на подарках, – с иронией думал он, покидая королевский дворец, – зная его, думаю максимум, что теперь достанется королеве, это заколка и то наверняка серебряная».