Текст книги "Круги на воде (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Шебалин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Имена охотников при этом, как и в случае с рабовладельцами, оставались тайной, а их раскрытие требовало новых вложений в навык оценки. Но что хуже, так это всё те же условия для снятия стигмы: воля или смерть героя-охотника, специальные навыки.

Хотя, стоп. Разница между «редкими» и «специальными» навыками должна быть существенной. И это дарило определённую надежду, что избавиться от нежелательных маркеров будет попроще, чем решить проблему с угодившей в рабство Викой. Да и не моя это проблема, если уж по-честному. Хотя бы потому, что я догадывался, кто именно поставил одну из меток. И утром я планировал выяснить это наверняка.

Глава 3

– Сон – основа здоровья. Один из краеугольных его камней. А тот, кто пренебрегает им или жертвует его частью во имя мирской суеты, рискует это самое здоровье подорвать. Однако же, не стоит забывать о мере, ведь и от лишних часов, проведённых в неге, пользы тоже не будет никакой. Лишь вред от праздности, да от отлёжанных боков.

– Ну и кто это сказал? – ещё моргая и не до конца проснувшись, Вика посмотрела на декламирующего истины меня. – Кто-то из шибко умных, но давно померших людей?

– Не-а, – ответил я. – Сам только что придумал. Завтрак почти готов. Иди умывайся и садись за стол. Тебе кофе с молоком или чёрный?

– Эспрессо, – ответила она, с героическим усилием стягивая с себя покрывало. – Не порть мой напиток ничем.

– Как скажешь, – не обиделся я, у всех ведь свои вкусы. Себе я уже принялся взбивать молоко капучинатором.

Оставив оккупированный вчера диван, Вика поплелась в ванную комнату, на ходу борясь с остатками сна. А вернувшись оттуда, первым делом достала свой смартфон, чтобы проверить сообщения и пролистать новостную ленту.

– Дэм, какого чёрта⁈ – воскликнула она, даже немного меня напугав. – Всего 5 утра!

Ну да, вчера мы уснули рано, в связи с чем я решил начать этот день тоже пораньше. Чего так орать-то?

Я молча поставил перед ней чашку эспрессо, и Вика на какое-то время застыла, просто вдыхая его аромат. Новых возражений не последовало, как и претензий к поданному следом завтраку. Я даже не сразу понял, что между нами возникла какая-то неловкость. Допив свой кофе, девушка продолжала молчать, погружённая в свои невесёлые мысли, а я не знал, как подступиться к важным для меня вопросам.

– Результаты пришли, когда ты уже уснула, – осторожно начал я. – Не стал тебя будить.

– Угу, – кивнула она. – Зато сегодня не церемонился и по́днял в такую рань. Ты жаворонок что ли? Никогда не доверяла жаворонкам.

– Интересно, почему?

– Как можно доверять людям, которые готовы променять сегодняшний день на то, чтобы поскорее начать новый?

– Нет, я не жаворонок. И не сова. Но раз уж речь зашла про доверие, то давай начистоту. Для чего ты поставила на меня метку?

Не сказать, что мой вопрос застал Вику врасплох. Но хотя бы заставил её на время отказаться от своего образа взбалмошной и импульсивной богачки, за которым она так умело прятала свою проницательность и интеллект.

– Временно и без злого умысла, – наконец ответила она. – Не хотела потерять ценный кадр.

– И когда планировала снять?

– Да ещё вчера, если бы ты согласился принять наше предложение. Я не могу ставить больше одной метки, а вещь полезная. В сценариях может пригодиться. Но как ты понял? Какой-то редкий навык?

– Редкий? – заинтересовался я.

– Ну да. Метку охотника ты тоже в магазине не найдёшь. Для этого нужно что-то вроде… предрасположенности. Ковчег чувствует её и начинает подбрасывать тебе варианты.

– Даже страшно предположить, на кого ты охотилась до того, как стала героем.

– На людей, – как ни в чём не бывало ответила Вика. – Я соучредитель и исполнительный директор рекрутинговой компании HuntingRus. Между прочим, входит в тройку лидеров рынка восточной Европы.

– Я в курсе, – кивнул я. – Ваша компания забраковала мою анкету соискателя ещё на этапе предварительной подачи, отказавшись подгружать её в свои базы.

– Да брось, то было три года назад. За это время мир кардинально изменился.

– И теперь ему нужны новые кадры?

– Скорее уж новые герои, – поправила Вика. – Те, кому их статус не достался просто так.

– И что это значит?

– Да ровно то, что ты услышал. Ты не задумывался, по какому алгоритму Ковчег отбирал людей? Почему именно так проранжировал всех нас? Я изучала досье многих героев, пока их не начали закрывать грифом конфиденциальности. Благо, такая возможность у меня была. И знаешь, что их всех объединяет? Да практически ничего! Разве что, все они без особых дефектов в плане здоровья. Мужчин втрое больше, чем женщин. Возраст варьируется от 20 до 45 лет. И нет никакой привязки по отраслям или сферам жизни. Эти люди не сделали ничего выдающегося, о них не писали статьи для википедии и не снимали репортажи. Нет, я не говорю ничего плохого. Хватает там и крутых специалистов, и интересных людей. Но в мире проживает 10 миллиардов человек, и среди них явно нашлись бы те, кто своими достижениями и навыками переплюнул бы отобранных Ковчегом кандидатов. Да даже в базе моей компании хватит таких кандидатур. Так какого хрена кто-то стал героем, а кто-то нет?

– И каков же ответ? – задал я резонный вопрос, но Вика лишь развела руками.

– Я не знаю. Зато точно вижу схожесть тех, кого угораздило разместиться на одну ступень ниже. Синдром «сбитого лётчика» есть у каждого претендента.

– Даже у тебя? – я с сомнением посмотрел на девушку. Та хоть и продолжала кутаться в халат, но её дорогущие шмотки по-прежнему лежали на спинке дивана, дожидаясь свою хозяйку.

– Конечно. Но, если ты не против, я бы не хотела об этом сейчас говорить. Чтобы раны лучше заживали, их не стоит теребить.

– Вика, давай начистоту. К чему ты клонишь?

– К тому, что потенциал преодолевших трудности претендентов выше, чем у тех, кто стал героем с самого начала. Ковчег испытывает нас, заставляет развиваться. И я верю, что это неспроста. Я сняла с тебя метку, но предлагаю не терять связь. Позвони мне, если надумаешь присоединиться к нашей затее.

Вика выудила из кармана халата визитку и положила её на стол. И когда только успела её туда спрятать?

– Я подумаю. Но что насчёт тебя? Ты получили результаты сценария?

– Да. И от этого моё настроение на нуле. Так что, надеюсь, ты не обидишься, если я сейчас переоденусь и отбуду по своим делам. Тем более, что машина за мной уже приехала.

– Конечно.

Я поднялся из-за стола первым и убрал пустую посуду. А затем дожидался Вику, пока она переодевалась в ванной комнате. Заодно посмотрел очередную порцию репортажей про вчерашние события. Ничего нового там не было, лишь новые подробности, да шокирующие кадры.

Уже прощаясь на пороге, Вика всё-таки позволила себе немного откровений.

– Я знаю, у тебя много вопросов. Как и у меня к тебе. И я надеюсь, что вскоре мы сможем доверять друг другу и делиться информацией более свободно. А пока я просто желаю тебе не наделать глупостей.

– Береги себя, – пожелал я ей в ответ.

Дверь закрылась, а я вновь остался в гордом одиночестве. Но перед тем, как дальше двигаться по своему расписанию, я всё же не удержался и выглянул в окно, выходящее во двор. Что ж, машина, приехавшая за Викой, была такой же дорогой, как и её вчерашний образ на неожиданно оборвавшемся свидании. Чтобы окончательно проверить её историю, я набрал в поисковике Hunting Rus, и довольно быстро нашёл информацию о Виктории Наумовой, соучредителе и бывшем исполнительном директоре компании. Официальная информация о текущих акционерах была закрытой, но из ряда архивных статей выходило, что свою долю она продала под давлением другого мажоритария и позже дважды пробовала оспорить эту сделку через суд. Тут даже предполагаемая сумма договора была указана, и, подсчитав количество нулей, я удивлённо присвистнул. Деньги уж точно не были её мотивацией для участия в сценариях.

А для меня были. И если не раздобыть очередную порцию кредитов, то очень скоро придётся попрощаться с этой вполне себе уютной квартирой и вернуться на социальное дно.

Я покрутил в руках визитку, оставленную Викой на столике. Пожалуй, это самый очевидный способ, чтобы поправить своё финансовое положение. В то, что деньги у этого загадочного объединения бывших претендентов имеются, я уже не сомневался. Осталось убедиться в их честности и адекватности. Но кроме как познакомиться лично, иных вариантов я не видел.

В общем-то, для себя я уже решение принял. Но почему-то не захотел озвучивать его Вике, пока она ещё была здесь. Что это, попытка набить себе цену, или же неосознанное желание защитить уязвлённую мужскую гордость? Если первое, то, возможно, в этом был смысл. А если второе – то от такой глупости моё самолюбие может пострадать ещё больше.

Словно подслушав мои мысли, телефон завибрировал, а на экране высветился неизвестный номер. Хотя не совсем. Цифры полностью совпадали с теми, что были указаны на аскетичного вида визитке. Невольно улыбнувшись, я ткнул пальцем в экран.

– Только не говори, что успела соскучиться.

– Как знать, – не стала отрицать госпожа Наумова. – Может, я уже сожалею о своей нерешительности. Ты ведь теперь как-никак звезда.

– С чего ты это взяла? – с закравшимся подозрением уточнил я.

– С того, что возле твоего подъезда дежурит съёмочная бригада. И судя по тому, с каким безразличием они отнеслись к моей персоне, им интересен именно ты.

– Твою мать. И как только меня все находят?

– Поверь мне, эти искатели сенсации могут разнюхать что угодно. Меня больше интересует, что ты будешь с ними делать?

– А какие у меня варианты: или уходить огородами, или прибить их по-тихому.

– А просто пообщаться и дать интервью ты не рассматривал? По мне, так это самый безопасный способ разрядить ситуацию и избавиться от излишнего внимания.

– И зачем тогда предупреждаешь?

– Чтобы ты хотя бы оделся поприличнее, прежде чем выходить во двор. А ещё, чтобы заранее придумал историю поправдоподобнее.

– Сама же говоришь, что им не правда нужна, а сенсация.

– Ну так дай им её. Но только расскажи всё так, как тебе нужно.

– А может, ты лучше пришлёшь мне своего адвоката?

– Ха-ха, очень смешно. Удачи тебе.

В трубке раздались гудки, а я с сомнением посмотрелся в собственное отражение на глянцевом экране. Ну да, побриться не мешало бы. Как и подстричься. Во всём этом захлестнувшем меня водовороте событий я напрочь забыл о поддержании нормального внешнего вида. Не то чтобы меня это так сильно волновало, но и в словах Вики была правда. Если уж на тебя всё равно охотятся папарацци, то лучше попасть в их объективы в приличном виде. И с той версией событий, которая удобна мне, а не той, которую они решат продать зрителям сами.

Когда я привёл себя в порядок и спустился во двор, караулящих меня там репортёров я не обнаружил. Зато в дальнем конце двора появился неприметный минивэн, который раньше здесь не парковался. Если где-то и имеется засада, то, пожалуй, только там. Прогулявшись немного по двору, я плюнул на конспирацию и двинул в сторону подозрительной машины. Её водитель принципиально смотрел в сторону, что лишь подтверждало мою догадку. А когда уже собирался постучать в сдвижную дверь, та почти бесшумно отъехала в сторону, и из минивэна выпорхнула молодая репортёрша с очень даже знакомым мне лицом.

– Вот так встреча, – искренне удивился я. – Не ожидал увидеть тебя в такой роли. Решила больше не испытывать судьбу в качестве претендента?

Саша, которую я впервые видел в обычной одежде, немного смутилась, но не стала отнекиваться.

– Да, после того случая я решила завязать с прежней работой и вновь попробовать себя в журналистике.

– Вот только эта история тебя всё равно не отпускает. Разве мало в мире новостей, которые ты могла бы освещать? Но ты сегодня здесь, чтобы раскопать что-нибудь интересное о том ужасе, который на этот раз пережили другие люди.

– Я… Я прежде всего хотела увидеть тебя. И сказать тебе спасибо. Ты спас меня тогда, вытащил из того кошмара. Я далеко не сразу поняла, как много ты сделал ради малознакомого тебе человека. Наоборот, пока пряталась в той земляной дыре, проклинала тебя за то, что оставил меня одну. Была так напугана, что боялась дышать. А когда всё закончилось, и я вернулась домой, то не смогла там оставаться. Повсюду эти ролики и баннеры, на которых красуются герои, реклама очередного стрима или шоу… В общем, я собрала вещи и сбежала прочь из города. Ютилась у родителей какое-то время, страшилась высунуть нос на улицу. Пару раз получала сообщения о недоборе, и тогда меня начинало трясти от панической атаки. Ну а потом… Потом много думала и решила, что должна вернуться, чтобы начать всё заново. Карьера и работа помогает отвлечься и не думать о том, что меня опять может затянуть в сценарий даже против моей воли. А вчера я увидела тот ролик и не поверила своим глазам. Даже вызвалась взять у тебя интервью, сославшись на то, что тебя знаю. Но если честно, я до последнего не была уверена, что это действительно ты. Дэм, ты стал героем!

Понятно. Если отфильтровать хорошо отыгранную сумбурно-благодарственную часть, то выходило, что Александра решила воспользоваться нашим знакомством в своих личных целях. И руководство канала посчитало это достаточным аргументом, чтобы назначить её интервьюером. Вопрос в том, стоит ли ей подыграть или же сразу послать к чёрту.

– И что ты хочешь от меня узнать? – спросил я.

– Правду, что же ещё. После того видео многие называют тебя настоящим героем, но хватает и тех, кто считает, что ты облажался. В Тирамэйт Кампани даже готовят иск.

– Интересно будет посмотреть, что они мне инкриминируют.

– Важнее, как к этому отнесутся люди. И я могу помочь тебе с этим. Мы первые нашли твой адрес, но это не значит, что в ближайшее время тут не появятся другие репортёры. Однако, ты можешь доверять мне. Если дашь развёрнутое интервью нашему каналу, то интерес к твоей персоне сильно ослабнет. Никто не любит быть вторым и постить уже отработанный кем-то другим материал. Ну, что скажешь?

– Скажу, что та Саша, с которой я пару раз пересекался во время сценариев, мне нравилась больше.

– Безвольная и слабая? Ну уж нет. Я хочу стать другой. И стану.

Теперь в голосе появилось природное упрямство. Хоть что-то настоящее.

– На какой канал ты работаешь?

В ответ на мой вопрос она протянула своё аккредитационное удостоверение. Prime Time – не самый популярный ресурс, но один из тех, кто вовремя перепрофилировался и от того стремительно набирал аудиторию. Наверное, неплохой для меня вариант.

– И какие гарантии вы мне дадите, что не извратите моё интервью по своему желанию?

– Я бы никогда не… – начала было Саша, но, видя моё скучающее лицо, сменила тактику. – Мы можем заключить стандартное соглашение с передачей тебе исходника.

– Это меня устроит. Где будете записывать? К себе домой я вас, прочистите, не впущу.

– Лучше всего в студии, но можем и на нейтральной территории. Кафе, парк, спортивная площадка… Оборудование у нас с собой, парни всё настроят и сделают в лучшем виде.

Качество съёмки меня волновало мало. А вот наличие посторонних глаз и ушей – очень даже.

– Хорошо, отправляемся в студию. Но никаких вопросов о моём прошлом, а также о пути становления героем. Это ясно?

– Договорились.

– Тогда давайте приступим. У меня на сегодня ещё много чего запланировано.

Саша просияла и пару раз быстро кивнула. А затем сделала шаг в сторону от распахнутой двери минивэна, тем самым приглашая внутрь. Помимо водителя тут обнаружилось ещё двое парней в брендированных кепках компании, которые с энтузиазмом со мной поздоровались.

Сорок минут на машине, и ещё почти час в ожидании, пока подготовят меня и студию, и вот, получите звезду эфира. Шучу. Как не пытались Саша и Ко вытащить из меня душетрепательные подробности, я оставался скуп на такого рода детали и старался свести всё к скучным фактам. Ну и к безмерной помощи чешского героя Плеша, по моим словам, сделавшего львиную часть работы. Впрочем, тут я душой не кривил. Без него я, наверное, даже до крыши не смог бы добраться. Также я не забыл упомянуть героизм претендента Матвея и некоторых сотрудников компании, которые, буквально рискуя жизнями, удерживали вместе со мной наш последний рубеж обороны. Их имён я, к сожалению, не знал, но, думаю, для репортёров не составит труда раздобыть эту информацию, чтобы наделать сопутствующего контента с компиляцией из их историй. В общем, я очень постарался «размазать» нашу «победу» (а вместе с ней и ответственность) на как можно большее количество действующих лиц. А под конец выразил глубочайшее сожаление о том, что несмотря на все предпринятые усилия нам не удалось избежать такого количества жертв. И поэтому мы должны стать ещё сильнее, чтобы защищать людей в будущем.

После окончания съёмки, Саша, как и обещала, передала исходник записи, который я приобщил к внимательно изученному соглашению.

– Ещё раз спасибо за то, что согласился на моё предложение, – сказала она, но уже не под запись. – Я, правда, рада за тебя. Ты, кажется, нашёл в себе силы изменить свою судьбу.

Хотел бы я сказать ей то же самое. Но врать не хотелось.

– Саша, Ковчег никого не выпустит. Только вчера погибло несколько сотен претендентов, которые и не думали участвовать в этом хаосе. Нужно…

– Я знаю. Но теперь я буду другой. Если угораздит, то я хотя бы смогу сделать из этого свой новый репортаж.

Она несколько натянуто улыбнулась, а я сделал вид, что поверил её браваде.

– Хорошо. Будь осторожна.

Я уже собирался развернуться, как девушка неожиданно тронула меня за руку.

– Слушай, Дэм. Ты же теперь знаешь, как меня найти. Так что, если понадобится помощь, звони. Договорились?

Я кивнул, после чего направился к лифту.

– И я это не только про работу говорю! – вдруг услышал я в спину.

На это я, не оборачиваясь, помахал рукой, предпочитая не давать сейчас опрометчивых обещаний.

Время было околообеденное, так что вопрос, что делать отпал сам собой. Выбор пал на корейский ресторанчик, где, как я помнил, подавали хороший куксу. Несмотря на наступивший август погода по-прежнему стояла жаркая, и холодный суп – было то, что нужно для поднятия моего настроения.

Память меня не подвела, а ресторан за эти годы не перестал держать марку. Однако насладиться едой мне не дали. Едва я успел отправить пару ложек себе в рот, как телефон вновь завибрировал. На этот раз, номер определился, так как ранее я уже сохранял его себе в базу.

– Добрый день, господин Макрис. Чем обязан твоему звонку?

– Хотел предложить тебе сделку, – не стал ходить вокруг да около он. – Как на счёт того, чтобы вступить в Гермес?

– Алексей, только не говори мне, что тоже воодушевился тем коротким видео, которое вчера попало в сеть.

– Не только им. Мои люди навели справки и… Если коротко, то мне нужен кто-то со статусом нового героя.

– И зачем же?

– Об этом я не стану говорить по телефону. Но если есть желание и интерес, то подъезжай в офис гильдии. Обсудим всё с глазу на глаз.

– Сейчас?

– Чем раньше, тем лучше.

Похоже, что составленное мной расписание полезных дел на сегодня можно смять и выкинуть в урну. А надо ли оно мне? Надо. Вступать в Гермес планов у меня не было. Но и упускать хорошую возможность обменяться информацией тоже не хотелось.

Я оценивающе глянул на объём заказанной порции, затем прикинул кратчайший маршрут до гильдии.

– Буду через час.

– Хорошо, жду.

Телефон замолчал, а я смог вернуться к еде, подозрительно косясь на этот кусок чёрного стекла в титановой оправе. Когда примерно на середине тарелки он ожил вновь, я чуть было не поперхнулся. Ну кому ещё не терпится пообщаться со мной сегодня?

Одного взгляда на номер хватило, чтобы аппетит испортился окончательно. Представитель международного пула кредиторов, ждущий от меня перечисления очередного транша в пользу родственников погибших членов экипажа Странника. А ведь в этом списке были жена и уже взрослый сын Марка. Интересно, поверь они в правду о своём муже и отце, продолжали бы требовать с меня деньги? Не знаю. И, возможно, уже никогда не узнаю.

Звонок я отклонил. Конечно, это не решит проблему, так как дедлайн наступает уже завтра, а после него за работу примутся приставы. Взять с меня пока что нечего, но превратить мою жизнь в ад они сумеют.

Без былого энтузиазма поковыряв ложкой в супе, я отставил его и направился до ближайшей станции метро.

* * *

Добравшись до штаб-квартиры гильдии, я удивлённо огляделся по сторонам. Ещё вчера новости пестрили кадрами, как люди начинают собираться на митинги возле штаб-квартир геройских объединений, а сегодня тут практически никого не было. Два десятка пикетчиков с намалёванными от руки баннерами не в счёт. Таких активистов и до вчерашних событий можно было частенько встретить в разных локациях Москвы. Обычно они были вооружены лишь своим энтузиазмом, да плакатами с кричащими, но пустыми фразами по типу «жизни гноллов важны», «чудеса не требуют оплаты» и даже «Ковчег – это яблоко Евы». Поэтому особой угрозы для властей не представляли.

Но ведь вчерашние события грозились вылиться в куда более опасное движение. И как-то очень уж быстро сошёл на нет весь праведный гнев рядовых граждан.

Внутри здания также было спокойно и без суеты. Даже была небольшая очередь из претендентов, ожидающих получения выплат за участие в сценарии. Я чуть было по старой памяти не свернул в том же направлении, но вовремя опомнился и двинул к стойке ресепшена.

– Добрый день, – поприветствовала меня девушка. – Чем я могу вам помочь?

– Меня ожидает господин Макрис.

– Секунду, – она застучала по клавишам и, уточнив, что хотела, улыбнулась мне ещё раз. На этот раз шире и радушнее. – Идёмте, я провожу вас.

Кабинет Алексея находился на 13-м (предпоследнем) этаже и вид имел потрясающий, выходя угловым панорамным окном на оживлённый перекрёсток. Сам заместитель главы гильдии одет был в костюм тройку (пусть и не самый строгий) и производил впечатление руководителя крупной фирмы, а не героя класса F+. Или уже выше?

Так и подмывало применить на нём оценку, но осторожность всё-таки победила.

– Кто бы мог подумать, что после того раза мы встретимся вновь, – вместо приветствия покачал головой Алексей. – Я хорошо разбираюсь в людях, иначе бы не совмещал геройскую беготню с этой должностью. Но в тот раз я ошибся. Не разглядел в тебе потенциал и стремление.

– И теперь решил исправиться и предложить мне достойное место в вашей гильдии?

– Других у нас нет.

Дождавшись приглашения, я уселся на удобное кресло за столом. Прямо напротив второго по значимости человека в гильдии.

– Неужели всех героев собеседуют в этом кабинете? – спросил я.

– Нет, но многих. У нас тут не Оплот. И почти всех своих людей я знаю лично. Это сильно помогает в организации работы. С каждым годом герои становятся всё своевольнее. Они чувствуют свою избранность. И всё меньше хотят подчиняться навязанным кем-то правилам. Особенно, если эти кто-то не такие же герои как они.

– И это ещё одна причина, по которой ты совмещаешь свои обязанности?

– Верно, – одобрительно кивнул на мою догадку Алексей.

– Осталось разобраться, как в эту схему укладываюсь я со своим статусом нового героя.

– Причин пригласить тебя в Гермес много. Ты умён, целеустремлён, а ещё невероятно везуч. А твоя замкнутость – не врождённая черта, а следствие случившихся с тобой жизненных потрясений. Так что, несмотря на своенравность ты готов к командной работе.

– Вот оно что? А я-то думал, почему меня не берут на работу. Оказывается, я просто неправильно составил своё резюме!

– Правильная подача – половина успеха. И если хочешь, могу дать ещё один полезный совет. Вторая его половина – это знать себе цену.

– Да? И во сколько Гермес оценивает мой найм?

Алексей в ответ лишь спокойно пододвинул ко мне контракт, одиноко лежащий на чистом и не загромождённом бумагами столе.

И хоть я не собирался принимать его условия, договор я читал с большим интересом. Тем более, что мне уже было с чем сравнивать. Что ж, в Гермесе платили больше. Или же это для меня предусмотрены какие-то персональные условия? Подозрение в этом лишь окрепло, когда я добрался до пункта «выполнение специальных поручений». 100%-я надбавка к бонусу за выполнение сценария – это, конечно, сильно. Что же это за специальные поручения такие? Наверняка, весь его интерес к моей кандидатуре кроется именно там.

Отложив дочитанный контракт, я вновь встретился глазами с Макрисом.

– Что-то хочешь уточнить? – спросил он.

– Нет, – покачал я головой.

– И каков твой ответ?

– Пожалуй, откажусь.

Надо отдать должное Алексею, он и бровью не повёл. Лишь поинтересовался:

– Могу я узнать причину?

– Не скрою, условия хорошие. Но я в целом не планирую пока присоединяться ни к одной из гильдий.

– Рассчитываешь на одиночные миссии? Или же на волю случая в обязательных испытаниях? Удача не всегда будет на твоей стороне. А когда она поворачивается к тебе спиной, лучше, чтобы и твою спину кто-нибудь прикрывал.

– Наверное, для этого у меня пока слишком мало доверия. Как ты и сказал, в моей жизни было достаточно потрясений, чтобы разучиться верить в бескорыстность людей. Куда проще рассчитывать на их заинтересованность в тебе.

Алексей отреагировал не сразу. Какое-то время он всё тем же безразлично-вежливым взглядом смотрел на меня. Ну а я отвечал ему тем же. Наконец, устав играть в гляделки, он вздохнул и полез во внутренний карман пиджака. Оттуда он извлёк фотографию и положил её сверху на контракт. С него на меня глядела юная и симпатичная девушка, чертами лица напоминающая самого Алексея. Снимок был слегка потёртым, с заломанным краем, и наверняка был сделан не для сегодняшней встречи, а для личных целей.

– Моя дочь, Элени. Тут ей всего 18, но с того момента прошло уже 5 лет. Мы с ней не в лучших отношениях. Не то чтобы ссоримся, нет. Скорее она делает вид, что меня не существует. Впрочем, точно также она поступает по отношению к своей матери. Она вообще сбежала из дому сразу после нашего развода и решила оборвать с нами все связи. Своенравная и гордая, а ещё очень талантливая. Ей прочили роль примы в Михайловском театре. Но травма лодыжки обрушила все карьерные планы.

– С твоими связями это точно не проблема. От последствий любой травмы высокоранговый герой-лекарь избавит её в тот же день.

– Верно. Но тебе ли не знать, как надламывается характер, когда мы испытываем жизненный крах. Она не хочет принимать помощь и не желает возвращаться на сцену. Работает учителем танцев в Коломне, и делает вид, что ничего такого в её жизни не было: ни выступлений на большой сцене, ни семьи, которая её подвела.

– Если ты хочешь, чтобы я оказал ей психологическую поддержку и помог вам вновь сблизиться, то ты точно выбрал неподходящую кандидатуру. Мне бы со своими тараканами договориться…

– Я хочу, чтобы ты помог ей выжить. Три года назад Ковчег по своей прихоти решил наделить меня статусом героя. А мою единственную дочь сделал претендентом. Я даже не хочу думать, какова вероятность такого события, но оно случилось.

Да уж, невероятное само по себе совпадение. Впрочем, лишь подтверждающее, что любая отличная от нуля вероятность может в конечном итоге найти своё воплощение.

– И как ты планировал использовать кого-то со статусом нового героя?

– Элени отказалась от участия в сценариях, она живёт обычной жизнью и старается держаться от всего, что связано с Ковчегом, подальше. Но ты был прав. Недобор претендентов случается всё чаще. Многие их них расторгли свои договоры или просто не подают заявки на участие. Не так давно её утянуло на миссию, где пострадали несколько человек. Героям всё меньше есть дела до безопасности претендентов. Всё больше они сосредоточены на собственном выживании и положительном исходе миссии. И у меня нет сомнений, что в скором времени это может повториться. Мне было бы спокойнее, если бы я знал, что за ней кто-то приглядывает.

– Что ты имеешь в виду?

– Я знаю, какое право даёт своим бывшим претендентам Ковчег. Если её жребий снова выпадет, я хочу, чтобы ты отправился следом в этот же сценарий и обеспечил её безопасность.

Я даже опешил от такого предложения. Кому, как не Алексею знать, как много «но» есть в его плане. И видя моё замешательство, он поспешил развеять сомнения:

– Она не снимая носит кольцо, которое мы подарили ей на совершеннолетие. В нём запрятаны датчики, которые отслеживают её местоположение и пульс. В прошлый раз, как только её затянуло по недобору, они перестали подавать сигнал. Если это случиться вновь, я буду знать, что произошло.

– Но у тебя будет не больше минуты, чтобы как-то отреагировать.

– Поэтому договорённость с тобой мне нужна уже сейчас.

– И как ты себе это представляешь? Я заявлюсь в чужой сценарий со словами «простите, кто из вас Элени?».

– За это не переживай. Сбои в работе гильдий случаются редко, но всё же случаются. Очередной такой не станет чем-то из ряда вон выходящим, и Гермес возместит потери другой стороне. В крайнем случае сошлёмся на твой статус и сработавший обязательный призыв. Тем более, что никто доподлинно не знает, как именно он работает. Что касается моей дочери, то лучше бы ей оставаться в неведении.

– А как быть с тем, что я лишь недавно стал героем. Толку от меня будет немного.

– Ошибаешься. Да, у тебя низкий ранг. Но теперь я знаю о тебе чуть больше. Ты смелый, и какое-то время будешь быстро прогрессировать. Возьмёшь F уже этой осенью. А вот, чего у тебя не отнять, так это опыта выживания в нестандартных ситуациях. Такого добра у тебя уже сейчас больше, чем у подавляющего числа героев. Твоей задачей станет не прохождение сценария, а защита от опасности одного конкретного человека. И свою оплату ты получишь вне зависимости от успеха основной миссии. Кстати, об этом. Если вопрос в сумме гонорара, то я готов увеличить надбавку до 200%.

Получить втрое больше стандартной цены – заманчивое предложение. Особенно на фоне дедлайна оплаты очередного транша по искам. Но когда это случится? И случится ли вообще в обозримом будущем? Заключать договор с гильдией только ради такой возможности точно не стоит.

– И всё-таки я откажусь от контракта. Я также не могу обещать исполнить твою просьбу в частном порядке, так как мы оба не знаем ни даты, ни времени. Я попросту могу быть пустой или сам находиться на миссии. Но если такое с твоей дочерью всё же случится, то мой номер у тебя есть.

– А у тебя есть время подумать над предложением Гермеса ещё раз.

На том мы и расстались.

Решив сделать хоть что-то запланированное на сегодня, я отправился домой, чтобы собраться на тренировку. Но и здесь не обошлось без постороннего вмешательства. Очередной звонок, который так и подмывало проигнорировать, застал меня уже перед дверью. На этот раз номер был неизвестен, а звонивший представился главным юристом Тирамэйт Кампани.