Текст книги "Юрист с Рублёвки. Том 3 (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Бурдин
Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)
Это тоже было очень хорошо…
– Сколько вы хотите?
– Пятьдесят тысяч в месяц. В эту сумму включена коммуналка, я её сам оплачивать буду, но… – Он заметил мой прищур. – Вы не переживайте, никто вам посреди месяца ничего не отключит! Я плачу исправно! И это помещение не последнее. Так что жалоб у меня нет!
Я прошёлся по кабинету, проверил розетки, открыл окно, прислушался. Тихо. Только голуби на карнизе ворковали.
– Мне нравится, – сказал я, повернувшись к Ивану. – Но мне нужно два дня на оформление документов. Можете придержать?
– Два дня – могу, но залог бы… – Он виновато улыбнулся. – Десятка – пойдёт. Но только два дня, вы меня тоже поймите, претендентов в этом районе много…
– Договорились. Я свяжусь с вами завтра.
Мы обменялись контактами, я перевёл ему десять тысяч после сверки документов и его паспорта и вышел на улицу. И вот тут я осознал, что да – я буду работать именно в этом месте.
Хорошо там было, на первое время… разрастусь, найму себе команду, и, наверное, перееду в другое место, а этот офис станет районным. Скорее всего.
В ту же секунду послышался телефонный звонок. Я потянулся к карману, достал телефон и посмотрел на незнакомый номер. Точнее, казалось, что он был знаком, но я его не записал по какой-то причине.
– Слушаю. – Я никогда не говорил «да», когда брал трубку от неизвестных. Ну, чтобы дозвонов было поменьше.
– Алексей Дмитриевич?
– Слушаю вас.
– Это Потанин. Владимир Сергеевич. Мы вчера с вами созванивались!
«Блин, да, точно… Я же сам обещал ему сегодня позвонить».
– Добрый день, Владимир Сергеевич.
– Я… звонил в эту… контору, где вы работали. Когану?
– Угу…
– Мне сказали, что вы там больше не числитесь. Что-то не понял, то ли вы не могли меня принять, то ли чего ещё. Я, честно говоря, растерялся.
– Владимир Сергеевич, всё верно. Я больше там не работаю. Открыл свою практику.
– Вот как! – В его голосе мелькнуло облегчение. – Тем лучше. Мне нужен именно вы. Лично. Я объясню при встрече.
– Когда вам удобно?
– Сегодня. Днём. Я могу подъехать куда угодно.
Я посмотрел на часы, подумал и через пару секунд ответил:
– Давайте в три. Кафе «Урбан» на Пятницкой. Знаете?
– Знаю. Буду в три.
Потанин приехал раньше, чем мы договаривались, ну и я поступил так же. Не было у меня привычки опаздывать. В общем, я увидел его ровно в тот момент, когда подъехал серебристый седан. Машину я узнал, как и самого Потанина.
Им был крупный мужчина сорока девяти лет. Я ему когда-то помогал с его компанией по оборудованию. Была у него поставка европейского оборудования, но из-за санкций кое-что неприятное приключилось. В общем, дело я сделал, он не потерял средства и нашёл поставщика в «Тула Привод». Нормальный мужик, ничего плохого я про него не мог сказать.
И вот же ж… мы опять с ним встречаемся, правда, я теперь не Громов, а Смирнов.
Он посидел в машине ещё минут пять, сверяясь с часами, и после вышел. Как только он увидел меня, а здесь, кроме меня, никого больше не было, он тут же прибавил шагу и протянул мне руку:
– Алексей Дмитриевич! Добрый день!
«А если бы я опоздал? Вам было бы неловко».
– Добрый день, Владимир Сергеевич. Присаживайтесь.
Мы сели, он заказал чай, я – кофе и салат. Пока официант приносил заказы, Потанин огляделся, будто проверяя, не подслушивает ли кто. Потом наклонился ко мне.
– Мне вас порекомендовал Аркадий Семёнович Векслер, – начал он. – Сказал, что вы – единственный юрист в Москве, который решил его проблему без суда и без лишней крови.
«А раньше таким юристом был покойный я… – пролетела мысль. – Эх…»
– Векслер? – Я чуть приподнял брови, сделав вид, будто удивился. – Приятно слышать.
– Он, кстати, просил передать: бумаги по генераторам пришлёт на днях. Закрутился, говорит.
– У меня похожая с ним ситуация, только в другом масштабе!
– Слушаю вас.
– В общем, смотрите, я владею компанией «Потанин и партнёры». Мы занимаемся поставками промышленного оборудования. Оборот у нас прям конкретный…
«Доход от поставок, на моей памяти, достигал шестидесяти миллионов в месяц чистыми, – вспомнил я. – А ещё у вас четыре подрядные организации по наладке. Дом на Рублёвке, жена – младше вас на двадцать лет, а ещё у вас нет наследника по медицинским причинам».
Озвучивать это я, конечно же, не стал.
– … и у меня… – он замялся, – возник спор с партнёром. Он же мой бывший заместитель.
«Бесчастнов Сергей Константинович, – тоже вспомнил я. – Лис до мозга костей».
– … год назад мы открыли совместный проект – отдельное ООО, на паях. Доля была шестьдесят на сорок, где моя доля большая, так как я основной… в общем, мой вклад был больше. А сейчас он утверждает, что я вывел из ООО активы, и требует компенсацию. Угрожает судом.
– На каком основании он считает, что вы вывели активы?
– На основании того, что я перевёл часть оборудования на баланс основной компании. Но это было оговорено изначально! У нас есть протокол общего собрания участников, решение принято. Просто… протокол составлен небрежно. И Бесчастнов теперь говорит, что подпись там не его.
«Знакомая песня. Протокол, подписи, небрежность…»
– Владимир Сергеевич, я готов взяться за это дело. Но есть одно условие.
– Какое?
– Я работаю самостоятельно. У меня своя контора. Если вас это устраивает – мы подпишем договор, и я начну работу.
– Конечно, устраивает! Мне-то что? Лишь бы дело было сделано. Я звонил этому вашему Когану, и мне там такого наворотили… То ли вы заняты, то ли не работаете, то ли ещё чего. Я трижды звонил!
– Коган – отдельная история. Давайте о деле. Мне нужны все документы по ООО. Учредительный договор, устав, протоколы, банковские выписки. Всё, что есть. И… насчёт оформления: мы сможем всё сделать через пару дней, как я закончу структурировать своё дело. Это же может подождать?
Я заметил сомнение на его лице и тут же дополнил:
– За документы я возьмусь сразу же. Просто договор составим чуть позже, как я закончу процедуру регистрации.
– Э-э-э… – Ой, и тут Когана напомнил. – Ладно… завтра сможете начать?
– Да, разумеется.
Он протянул руку, и мы пожали друг другу ладони. Договорились так: сканы он пришлёт сегодня же вечером, а с подлинниками приедет ко мне в офис, как только я закончу с регистрацией, – тогда же и подпишем договор. Я поставил себе напоминалку на телефоне и убрал смартфон.
Когда Потанин ушёл, я допил кофе и откинулся на спинку дивана. Вот так, спокойно, без суеты – новое дело, новый клиент, и никто не орёт на меня из-за двери кабинета. Никто не роется в моих папках. Никто не запрещает копать туда, куда нужно копать.
Я расплатился и вышел на улицу. Позвонил Ивану – владельцу офиса.
– Иван, в общем, я уже всё решил. Завтра подъеду, чтобы мы с вами заключили договор.
Услышанное явно понравилось Ивану. Он сразу же выпалил на одном дыхании:
– Отлично! Я подготовлю документы к одиннадцати.
– Договорились.
В пятницу к одиннадцати мы с Иваном подписали договор, и он отдал мне ключи. Остаток пятницы и суббота ушли на то, чтобы обустроить мой собственный офис.
Мебель заказывал не самую дорогую, да и запас средств не хотелось прям очень сильно тратить. В общем, взял самые обычные офисные столы из ЛДСП, стулья с тканевой обивкой, два стеллажа и небольшой журнальный столик для приёмной. Всё вместе вышло на двадцать три тысячи.
Также заказал табличку на дверь в свой кабинет: «Смирнов Алексей Дмитриевич». И вывеску «Юридические услуги – Смирнов А. Д.». Открыл ИП. Оформил его через банк, заявление подал электронно. Система «всё включено»: регистрация, электронная подпись, счёт. За час управился. Всё чисто, всё легально. Алексей Дмитриевич Смирнов, индивидуальный предприниматель, вид деятельности – юридические услуги. Платёжный документ пришёл на почту, выписку из ЕГРИП обещали прислать в течение трёх дней. А по вечерам я сидел над сканами, которые прислал Потанин.
Потом я позвонил Кате.
– Алло?
– Катюш, привет. У меня для тебя есть новость.
– Какая?
– Я открыл свою контору. Офис в переулке у Пятницкой. Мебель уже стоит, осталось технику подключить. Ты как? Ещё не передумала?
– Вы серьёзно⁈ – Её голос звенел. – Нет, не передумала! Конечно, нет!
– Тогда в понедельник жду тебя к девяти утра. Адрес пришлю сообщением. Будешь моим первым сотрудником.
– Алексей Дмитриевич, я… спасибо! Я буду!
– И ещё… мне нужен второй человек. Как администратор… может, у тебя есть кто из знакомых на примете? Ну, чтобы с мозгами была.
– Я подумаю!
Я убрал телефон и оглядел кабинет. В понедельник здесь… ух! Радости было – полные штаны! Пробыл в офисе ещё пару часов, делал звонки, нанимал работника, чтобы провёл проводку к пожарным датчикам. Созвонился с Иваном, согласовал приход инспектора на среду. И когда я собирался на выход, на телефон позвонила Полина:
– Алексей Дмитриевич, – она говорила тихо, почти шёпотом. – Можно вас попросить?
– Что случилось, Полин?
– Мне нужно с вами встретиться…
– Коган?
– Нет… это личное!
«А у неё-то что произошло?»
– Полин, я сегодня занят… может, в понедельник утром?
– Хорошо. В понедельник. Куда приехать?
Я продиктовал адрес нового офиса.
– Приезжай к девяти. Только… Полин, если ты пришла уговаривать меня вернуться к Когану – даже не трать время.
– Нет. Не за этим.
– Тогда до понедельника.
Часы в этот момент показывали начало пятого вечера. Я ещё раз осмотрел своё новое место, заулыбался и вышел на улицу. Поёжился от ветра, и телефон опять зазвонил…
– Да что это такое…
Я достал его.
– Вера?
– Алексей… – Я впервые слышал панику в её голосе. Не такую, как после последней встречи, а прям конкретную. – Мне нужна помощь! Срочно! Пожалуйста!
– Что случилось?
– Я не могу рассказать это по телефону. Просто… просто приезжай. Прямо сейчас.
Она сбросила вызов. Через секунду пришло сообщение: адрес и номер квартиры. Улица Большая Полянка, дом двенадцать, квартира восемь.
«Блин, что за дела-то?»
Глава 19
Я прикинул маршрут до Большой Полянки сразу после звонка и чуть не рассмеялся. Параллельная улица! Пешком – минут десять.
«Хоть в чём-то сегодня повезло…»
Я тут же перезвонил Вере, но трубку она не взяла. Так что я написал ей, что буду минут через десять, и направился к дороге.
Ответ пришёл, когда я уже вызвал такси: дождь разошёлся, и идти пешком не хотелось. В общем, она меня прям ждала.
Водителем такси экономтарифа был молчаливый мужчина среднеазиатской внешности, который, как только увидел сумму и маршрут, сказал мне:
– Маля… блиска, брат.
Но мне было плевать. Так что я откинулся на спинку сиденья и попытался привести мысли в порядок. Получалось не очень… моя новая жизнь в теле Алексея Смирнова продолжала подкидывать сюрпризы с частотой игрового автомата. А что-то игрульки я очень не любил.
Машина тут же встала в пробку на Пятницкой. Я смотрел на мелькающие витрины, на людей, прячущихся под зонтами, и размышлял о том, почему Вера позвонила именно мне.
Да и что там была за проблема такая? Но идей не было. Нет, точнее, идеи были, но все они казались мне сущим бредом, начиная с озабоченного соседа и заканчивая рэкетирами какими-нибудь…
Даже с пробкой мы доехали минут за десять… и увиденное меня удивило. Я слышал от Веры слова про ипотеку в новостройке, но мы подъехали к сталинке на Большой Полянке. А там всё как положено: подъезд с кодовым замком, массивные дубовые двери, обитые медью. Я набрал код из сообщения, дверь с тяжёлым щелчком поддалась. Лифт старого образца, с решётчатыми дверцами, пополз вверх. Квартира восемь. Я позвонил.
Дверь открылась практически мгновенно. Вера стояла на пороге. На ней был шёлковый халат тёмно-зелёного цвета, влажные волосы небрежно собраны на затылке. Лицо без макияжа выглядело уставшим, но по-своему очень притягательным.
– Проходи. – Она отступила в сторону, пропуская меня внутрь. – Извини за вид, у меня тут потоп. Это мамина квартира: мама в санатории, а я здесь живу, пока в новостройке ремонт. И вот – дождалась.
«Потоп? А сантехники тебе на что?»
Я прошёл по коридору, выложенному тёмной плиткой, и оказался на кухне. Картина предстала передо мной поистине апокалиптическая для аккуратного человека. Из-под раковины, где проходили трубы водоснабжения, шла вода. И не знаю, сколько на самом деле прошло времени, но она уже залила половину кухонного пола, подбираясь к толстому ковру в гостиной. На полу стояли два алюминиевых таза и пластиковый, но они не справлялись с напором.
– Я пыталась перекрыть общий вентиль в подъезде, – Вера говорила быстро. – Но он закис. Позвонила в ЖЭК, они сказали, что бригада будет только через три-четыре часа…
– А запорный кран под раковиной? – Я скинул ботинки, потому что ступать в лужу в обуви не хотелось, и прошёл к мойке.
– Он сорвался. – Вера виновато посмотрела на меня. – Я пыталась сама его закрутить, но он только сильнее начал течь. Я испугалась.
Я присел на корточки, засунул голову под мойку. Фонарик телефона высветил проблему: гибкая подводка к смесителю лопнула по шву. Металлическая оплётка разошлась и… ну, по идее, нужно было просто перекрыть стояк. Но раз общий вентиль закис…
– Есть разводной ключ? И любой кусок ткани, – попросил я, не вылезая из-под раковины.
Вера секунду помедлила, а потом я услышал её торопливые шаги. Она вернулась с небольшим набором инструментов и старым махровым полотенцем.
– Ключ маловат. – Я повертел в руках разводной ключ на 24. – Но попробовать можно. Держи полотенце.
Я обмотал тканью место разрыва, пытаясь хотя бы частично снизить поступление воды… Вера присела рядом, прямо на мокрый пол, совершенно не заботясь о своём халате, и прижала полотенце к трубе.
В общем, мысленно ругая саму ситуацию, я ключом поджал то, что осталось от крана, и струя превратилась в редкую капель. Совсем перекрыть не вышло, да и для этого… пришлось прям попотеть. Причём я вымазался, промок до нитки, так ещё и каждый раз, когда пытался применять силу, случайно задевал плечом Веру. Которая… тоже была очень мокрой, и…
Она не носила нижнее бельё. В один из моментов я понял, что уткнулся не туда, куда стоило, но голову не поворачивал. Не хотел знать, насколько ей было неловко.
– Готово, – пробормотал я, пытаясь вылезти, и в очередной раз задел Веру, ну уже рукой…
– Грубовато, – послышалось от неё.
Я поднял взгляд, увидел, за что держался, ну и…
Да нет, не покраснел. На ощупь, так сказать, было приятно, да и Вера не краснела. Я буркнул что-то типа «случайно» и вылез. После достал телефон, набрал номер службы аварийных сантехников, который нашёл в интернете. Объяснил ситуацию, ну и диспетчер пообещала прислать мастера в течение получаса.
Через двадцать минут раздался звонок в дверь. Я открыл, встретил дядьку с инструментами, и тот первым делом перекрыл общий стояк – закисший вентиль поддался ему с третьего раза. Потом поменял подводку и кран. Через пятнадцать минут Вера отдала пять тысяч, и дело было сделано. Оставалось только… убраться.
«Делов-то…»
– Одного не пойму, – заговорил я, сидя на стуле и глядя на разводы на полу. – Почему ты сразу частную аварийку не вызвала? Их в интернете десятки, приезжают за полчаса.
Вера стояла посреди хаоса, мокрая с ног до головы, и вдруг рассмеялась. Проигнорировав мой вопрос. Смех был звонкий, настоящий, без капли той деловой натянутости, к которой я привык.
– Ты выглядишь, как будто тонул. – Она вытерла лицо рукавом халата.
– Ты тоже не очень похожа на королеву корпоративного права. – Я улыбнулся в ответ. – Так почему ты не додумалась их позвать?
– Критическое мышление, – парировала она. – Пойдём, я дам тебе полотенце и сухую футболку. У меня осталась одежда бывшего… – она осеклась на полуслове и махнула рукой. – В общем, она чистая.
Я переоделся в её ванной. Футболка оказалась мне почти впору, разве что чуть узковата в плечах, спортивные штаны чуть большеваты, но лучше, чем ничего. Трусов, разумеется, не было. Так что мне пришлось снять свои, выжать их и повесить на полотенцесушитель.
Когда я вышел обратно, Вера уже заварила чай. Так что меня дожидались чашка и сушки. Левина жестом пригласила меня сесть, после наступила реально неловкая пауза. Я не мог свести с неё глаз… она не переодевалась, так что мокрый халат прилип там, где нужно… и картина была приятная.
– Алексей. – Она обхватила чашку обеими руками. – Спасибо тебе. Я реально не знала, что делать.
– Вера, при чём тут критическое мышление? – я спросил это прямо, глядя ей в глаза и стараясь не смотреть на грудь.
Она отвела взгляд на окно.
– У меня были контакты. И я позвонила в ЖЭК. Но… – Она сделала паузу. – Мне нужен был ты.
Слова… были весьма громкими, я бы сказал. Но я ничего на это не ответил, молчал и ждал продолжения.
– Мне нужен был именно ты, Лёша. Я могла вызвать сантехника… дозвониться до соседа… он строитель… но…
– Но? – переспросил я, когда наступила пауза.
– Но я хотела, чтобы приехал ты. После того разговора в ресторане, после того, как ты так спокойно… – она не договорила, о чём думала, и решила «закончить». – Я поняла, что хочу видеть тебя. Просто – тебя.
Сложилось так, что мы очень долго говорили. Вера делала очень прямые намёки на интим, но я игнорировал их. Не хотелось. Вот физически, конечно, хотелось, но это был слишком глупый шаг в данный момент.
Так что я ушёл от неё поздно ночью. Мы не перешли черту, но напряжение между нами было… в общем, оно было. На прощание она поцеловала меня в щёку. Я шёл к остановке такси и думал только о ней. О Вере, которая открылась мне с совершенно новой стороны.
Воскресенье я почти целиком проспал, а понедельник начался с ощущения абсолютной новизны. Я стоял перед зеркалом в своей квартире, завязывал галстук и не мог сдержать лёгкой улыбки. Сегодня я шёл на свою территорию.
Офис у Пятницкой встретил меня запахом свежей краски и нового линолеума. Проводку для пожарной сигнализации рабочие закончили ещё в субботу, пока я сидел у Веры, – Иван лично заходил проверить и прислал фото. А с утра на почту упала выписка из ЕГРИП и реквизиты счёта. Всё, можно работать.
В половине девятого пришло сообщение от Полины: «Алексей Дмитриевич, простите, сегодня не получится. Потом всё объясню». Я перечитал его дважды. Сначала «это личное», теперь «потом объясню»… Ладно. Захочет – расскажет.
В девять утра заявилась Катя. Она ворвалась в приёмную: глаза горели, щёки раскраснелись от быстрой ходьбы.
– Доброе утро! – Она поставила на мой новый стол коробку с печеньем и термос с кофе. – Я тут кое-что принесла. Думала, нам понадобится сахарок для энергии.
– Доброе утро, Екатерина. – Я кивнул на её место. – Готова к работе?
– Ещё бы! – Она села за свой стол и тут же включила компьютер, который я купил в субботу вместе с остальной техникой.
Без четверти десять у входной двери припарковался серебристый седан. Я увидел его из окна. Владимир Сергеевич Потанин вышел из машины, поправил пальто и уверенным шагом направился к двери. Колокольчик звякнул.
Катя профессионально встретила его, приняла верхнюю одежду и проводила в мой кабинет. Я встретил его у двери.
– Проходите, Владимир Сергеевич. Присаживайтесь.
Мы сели за новые столы. Потанин огляделся, оценивая офис, и по его улыбке я понял – ему пришлось по нраву.
– Отличное место, Алексей Дмитриевич. Светло, чисто, спокойно. Не то что эта ваша контора у Когана – я туда три раза дозвониться не мог!
«Ну, как бы я ни был недоволен своим бывшим начальником, перегибать бы не стоило…»
– Я старался, – сухо ответил я. – Сканы я посмотрел. Теперь давайте подлинники.
Он выложил на стол толстую папку. Внутри были учредительные документы совместного ООО, протоколы заседаний, банковские выписки и копии договоров.
– Суть вы знаете. Добавлю только цифру: Бесчастнов хочет двадцать миллионов, иначе суд. Поговорить по-человечески не вышло, он закрылся. Нанял какого-то юриста, и тот начал слать мне официальные претензии.
Я взял протокол общего собрания участников, на котором было принято решение о передаче активов, и приложенную к нему претензию.
– Владимир Сергеевич, а на чём держится их претензия? – Я кивнул на лист.
– Вот. – Он ткнул в последнюю страницу. – Ссылаются на заключение. Юрист Бесчастнова нашёл какого-то консультанта, который специализируется на корпоративной безопасности. Тот «проверил» наш протокол и написал, что подпись Бесчастнова не его, а решения о передаче вообще не было. Я этого консультанта в глаза не видел.
«Консультант по корпоративной безопасности?» Я задумался. «Хм, очень знакомая формулировка… слишком».
– Вы знаете имя этого консультанта?
– Нет. В заключении только название какой-то фирмы, а фамилии нет. Бесчастнов говорит, типа это коммерческая тайна.
Я откинулся на спинку стула и задумался…
Чёрт возьми, если за этим стоял Лебедев, то у меня появился легальный повод копать под него по-новому! Схема знакомая, ну вот реально знакомая! И получалось, что я вновь мог начать рыть под него! Забыв нахрен про дело в конторе Когана и про Корнеева!
– Я помогу вам, – сказал я Потанину. – Но нам предстоит большая работа. Первым делом я подготовлю ответ на претензию Бесчастнова. Затем мы будем готовить иск об исключении его из общества или оспаривании его требований. И мне нужно будет найти этого «консультанта».
– Деньги для меня проблемы не представляют. Гонорар обговорим сейчас?
Я назвал цифру втрое больше моей доли с самого крупного гонорара у Когана. Потанин даже не «ойкнул» и не сказал ничего против. Он достал ручку и подписал договор, который Катя распечатала не так давно… ну и деньги пришли ко мне спустя минут пять, не больше!
Проводив Потанина, я вернулся в кабинет. Катя заглядывала через стекло двери, сияя улыбкой.
– У нас первый клиент! – Она постучала и вошла. – Алексей Дмитриевич, это успех!
– Это только начало, Катюш. Давай готовить письмо Бесчастнову.
Я сел за ноутбук и начал набирать текст.
Ближе к четырём часам дня, когда ответ на претензию Бесчастнова был готов, а Катя ушла на почту отправлять его заказным письмом, зазвонил мой телефон. На экране высветилось имя «Семён Борисович». Я несколько секунд смотрел на дисплей. Трубку брать не стал. Телефон звонил долго, настойчиво. Потом звонок оборвался. Секунд через тридцать пошёл вызов снова. Я снова проигнорировал его. В третий раз Коган написал сообщение: «Смирнов, ответь. Это важно».
Я смахнул уведомление и убрал телефон. Если там что-то действительно важное – пусть пишет официально. Судиться со мной ему не с чего: клиентов я не переманивал, дела передал.
Внезапно накатила усталость. Я решил закрыть офис пораньше. Катя вернулась с почты, я отпустил её домой, закрыл дверь на ключ и вышел на улицу. Погода была мерзкой. Ветер бросал в лицо крупные капли дождя. Я поднял воротник пальто и вызвал такси в сторону дома. До Бутова по вечерним пробкам ехать было минут пятьдесят.
Вышел я чуть раньше, буквально в минуте ходьбы от дома, ибо улицу перекрыли. И, обходя «ремонт» через детскую площадку у моего ЖК, я замедлил шаг. Потому что увидел Софью в кофейне…
Она сидела за столиком у окна. Напротив неё сидел мужчина. Высокий, в хорошем костюме. Они о чём-то оживлённо разговаривали. Софья улыбалась. Она пила кофе, и её лицо было расслабленным…
Я остановился за деревом, наблюдая за ними. Внутри поднялась волна горечи. Мужчина наклонился к ней, взял за руку. Она не отняла ладонь. Наоборот, ответила на его жест, сжав его пальцы. После они смеялись.
«Чёрт возьми, что я делаю?»
Через минуту они вышли из кофейни. Я шагнул назад, пытаясь скрыться за углом, но было поздно. Софья обернулась и увидела меня. Её смех оборвался. Лицо мгновенно побледнело. Она отдёрнула руку от мужчины. Тот удивлённо посмотрел на неё, а потом перевёл взгляд на меня.
Софья быстро что-то сказала ему, развернулась и почти бегом кинулась в противоположную сторону. Мужчина постоял секунду, пожал плечами и пошёл к припаркованной иномарке.
Я стоял на тротуаре, не в силах пошевелиться. Всё то время, пока я ломал голову над её молчанием, она просто… нашла кого-то другого. Или он был у неё всегда?
Я развернулся и медленно побрёл к своему подъезду. Ноги были ватными. Войдя в квартиру, снял обувь и пальто, бросил всё на пол. Прошёл на кухню. Открыл холодильник, посмотрел внутрь, закрыл. Взял бутылку воды, налил в стакан, выпил залпом.
Мне нужно было отвлечься от мыслей, которые крутились вокруг Софьи. Причём я понимал, что просто лечь спать – не выход. Сон бы тупо не пришёл. Так что я сел за стол, открыл свой ноутбук, чтобы хоть чем-то занять мозг.
Я сидел в темноте и смотрел на пустую строку поисковика. Думал, а как я отвлекусь?
И тут идея пришла сама собой. Я начал вбивать в поиск старые новости. «Громов… смерть… катастрофа…»
Архивы СМИ выдавали уже знакомые строчки… но всё это было враньём. Через час просмотра всевозможных новостных лент я откинулся в кресле и прикрыл глаза.
Дело вообще никак не шло… Через пять минут тишины я открыл текстовый редактор и начал выписывать всё, что помнил про то самое старое дело. Суммы, даты, названия компаний. Про Лебедева я уже вспомнил многое, а вот название фирмы-заказчика всё время ускользало. А тут всплыло само: «ИнвестТрейд». Это был один из моих давних крупных процессов. Деньги уходили через цепочку подставных фирм, а крайним сделали финансового директора – моего клиента. Подписи-то на всех бумагах стояли его.
Лебедев работал на «ИнвестТрейд» внешним консультантом. Писал отчёты, по которым уходили деньги, и схемы, которые невозможно было отследить. Я добился, чтобы его вызвали в суд свидетелем. Он не пришёл – ни на первое заседание, ни на второе. А потом его и вовсе не смогли найти: растворился. Без него доказательств не хватило, дело закрыли, и крайним остался мой клиент.
Я посмотрел на фамилию Лебедева, потом переключился на открытую новость о своей гибели. А если он имел отношение и к этому?
Зацепиться было не за что. Между тем делом и моей гибелью прошли годы. Пока я связывал их только потому, что в обоих случаях остались вопросы.
Две зацепки. Первая – сам Лебедев. Вторая – документы «ИнвестТрейд». Если те схемы, по которым Лебедев работал тогда, совпадут со схемами, которые он применяет сейчас, я смогу доказать его причастность к систематическому мошенничеству.
Но как до него добраться? Всё, что я собрал по делу Воронина, отдал Когану, а тот передал Корнееву. У меня нет официальных бумаг. Я не могу пойти в полицию и сказать: «Я знаю, что Лебедев – преступник, потому что в прошлой жизни он, кажется, причастен к моей смерти». Меня упекут в психушку.
Значит, нужно действовать через Потанина.
– Ответ на претензию уже отправлен. Теперь надо получить это заключение целиком… – начал я думать вслух. – Потом, в суде, ходатайство об истребовании доказательств: все бумаги по ООО, все консультационные договоры… и…
И там я бы просто нашёл Лебедева. Вот в этом я был уверен на все сто процентов. Плюс ко всему у меня была Левина – с её опытом финмониторинга и бывшими коллегами в банке.
Разумеется, я не стал бы просить её совершить преступление, но мог попросить разобрать схемы по открытым данным – глазами человека, который такие цепочки видел сотнями…
«Чёрт, не хочется ввязывать в это Веру, да и пользоваться возможностями. Но… всё-таки это моя смерть».
Я посмотрел на часы, а там была уже половина третьего ночи. Я просидел за ноутбуком хрен его знает сколько! У меня даже глаза слезились от усталости, но мозг работал на пределе.
– Завтра, – сказал сам себе. – Завтра я начну рыть под этого урода… и если он реально замешан в моей смерти…
В этот момент загорелся телефон, пришло сообщение от Веры:
«Спишь?»
Глава 20
Я посмотрел на экран телефона и задумался… а к чему бы этот вопрос⁈ Затем свернул уведомление и ещё раз глянул на часы…
Половина третьего ночи, к слову…
«Блин, и чего ей надо?»
Отвечать сразу не стал. Не, ну а что? Время позднее…
Выключил экран, улёгся в постель и… мне десяти минут хватило, чтобы понять: не усну! Вообще никак! Я даже пытался считать овец и ворон…
Но мозг, напичканный стратегиями, юридическими нормами и воспоминаниями о прошлой жизни, категорически отказывался отключаться. Он работал, как проклятый сервер, который никто не догадался поставить на техобслуживание.
Я сел, потёр виски, тяжело вздохнул и поплёлся на кухню. Заварил себе ромашковый чай. Сам я цветочное на дух не переносил, а коробку эту мне когда-то сунула Софья – мол, «для нервов»…
Подумав об этом, я тут же «вспомнил» про Софью. Ну, как вспомнил? Сначала вспыхнула хорошая картинка, а потом та… неприятная.
Я попытался выбросить из головы Софью с тем мужчиной в кофейне.
«Да кого я обманываю?»
Короче, суть была в том, что, думая о Вере, я невольно вспоминал Софью, и меня это смущало просто критически! Нет, я не пытался забыть о ней, я просто заставил себя переключиться на другие рельсы.
Я набрал ответ: «Нет. Не сплю. Что случилось?»
Ответ пришёл через минуту: «Ничего страшного. Просто не спится. Хочешь прокатиться?»
Прокатиться. В половине третьего ночи?
Я несколько секунд смотрел на мигающий курсор, а потом набрал её номер.
– Вера, – сказал я, когда она взяла трубку, – у тебя что-то случилось? Опять потоп? Или кто-то снова угрожает?
– Лёш, у меня всё хорошо. – Её голос звучал ровно, без паники. – Я просто устала сидеть в четырёх стенах. Москва ночью красивая. Ты когда-нибудь ездил по пустому Садовому?
«Разумеется, ездил… очень много… видела бы ты ночной Мадрид…»
– Я вообще-то собирался лечь спать.
– Да блин, чего ты такой скучный? Я просто… хочу часик-другой покататься. Не спится мне совсем…
– Точно всё хорошо?
– Да, Лёш. В общем, я заеду за тобой через полчаса. Кофе купим…
Я хотел отказаться, честно. Просто сбросил бы вызов, выключил бы свет и лёг бы спать…
Но именно в этот момент всю усталость просто смахнуло. Впрочем, а почему бы и нет⁈ Плюс после её голоса внутри меня что-то щёлкнуло.
Может, сказалось напряжение последних дней. Может, желание забыться. А может, я просто хотел посмотреть на ночную Москву из окна хорошей машины.
– Ладно, – ответил я. – Жду.
Через двадцать минут я уже стоял у подъезда и ёжился от прохладного воздуха. Глядя на блестящую от дождя дорогу, я почувствовал, как меня немного пробрало ностальгией. Я вспомнил, как катался с бывшей женой, когда ещё всё было хорошо. Вспомнил, как мы с моим водителем, когда были особо сложные дела, вылетали за город посреди ночи. Вспомнил…
Да многое вспоминал, только толку-то от этого? Стало бы мне легче? Не факт. Хотелось бы мне провести время в компании красивой и умной женщины? Да, пожалуй.
Тёмно-синий «Мерседес» Левиной выехал из-за поворота и плавно притормозил у бордюра. Я сел на переднее сиденье. В салоне играла какая-то тихая инструментальная музыка, джаз или босса-нова.
