Текст книги "Воронья душа. Том 2 (СИ)"
Автор книги: Даша Романовская
Соавторы: Анна Морион
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)
Несмотря на тьму, окружающую меня, я словно видела Астрид, упершую ладони в бока, и Эванса, с таким виноватым выражением лица, что мне хотелось просто пожалеть его и поддержать добрым словом. Он ведь не знал, что сделает меня слепой. Он пытался помочь, но немного ошибся… Бывает. Порой, желая помочь, я сама делаю странные поступки… Например, я отправилась в путь, чтобы спасти жизнь ненавистного мне мужчины… Какая нелепость. Но даже в этом Эванс был лучше меня: он заботился о нас, в то время как я подвергала нашу компанию угрозам и опасностям.
– Иди, Эванс. Мы будем тихими усталыми путницами. У нас есть монеты, и мы без труда достанем по комнате. А когда ты справишься в конюшне, просто приходи. Мы предупредим хозяина таверны, что ты с нами, – мягко сказала я, желая сгладить возмущение Астрид и поддержать друга.
– Но ты беспомощна, как дитя… – начал было Эванс.
– Со мной Эддер, Астрид и Фреда. Думаю, их сил хватит, чтобы защитить меня, – улыбнулась я. – Ступай в конюшню и не беспокойся о нас.
– Иди, Эванс. Я буду ждать тебя в нашей комнате, – уже более ласковым голосом сказала Астрид. – За меня тоже не бойся. Я буду хорошей девочкой.
– Зная твой характер, моя дорогая озорница, я, скорее, боюсь за безопасность и жизнь этих людей, – тихо рассмеялся маг, а затем послышался приглушенный стук копыт и тихое счастливое ржание лошадей.
– Пойдемте, дамы, – сказала Эддер, и мы двинулись вперед.
Мы переступили порог, и я тотчас почувствовала духоту, а ужасная вонь заставила меня с трудом подавить рвотный рефлекс. Мне хотелось сбежать, пусть бы обратно под дождь, но я помнила о том, что в моем чреве теперь живет тот, кто не желал бы, чтобы его мама простыла или заболела. Нет уж, лучше потерплю. Надеюсь, в спальных комнатах вонять будет меньше. Если нет, попрошу Эванса попробовать убрать неприятный запах магией. Кто знает, как долго нам нужно было бы идти до следующей таверны? Да еще и под таким ледяным ливнем.
Но переменился не только запах: едва мы вошли, гул и ор в зале вдруг затихли, и люди начали громко перешептываться. И я знала почему: три красивые молодые девушки, одни, без охраны… Хорошо еще они не видят наших с Эддер дорогих платьев и драгоценные камни Астрид, спрятанные под нашими длинными плащами.
Понимая, что мой нынешний вид может отталкивать еще больше, я низко склонила голову и натянула на лицо капюшон плаща так низко, как только это было возможно.
– Какие малышки! – раздался мужской бас, от которого я даже вздрогнула. – Куда это вы залетели, а, бедные птички?
– Мир вам, добрые люди! – приветливо и громко сказала Эддер.
На секунду шепот в зале исчез, а затем зал наполнился громким хохотом, свистом и причмокиванием губ. Я тут же наполнилась омерзением к этому месту, к этим людям и нашему униженному положению.
– Слыхали, как нас назвали? «Добрые люди»! – вдруг послышался все тот же бас.
– Ох, умора!
– А птички-то не только красивые, но еще и глупые!
Эти и другие крики, еще похлеще и еще похабнее, слышались со всех сторон.
– Я разорву их всех! – прошипела Астрид.
Я слышала, как среди этого хохота часто-часто забилось сердце Астрид, и каким прерывистым стало ее дыхание: она желала использовать свою магию, чтобы проучить этих нахалов, да и я желала того же, но это было бы слишком дорогой роскошью для всех нас.
– Не обращай на них внимание, Астрид. Будь выше этих людей, – спокойным тоном сказала я.
– Пусть только попробуют распустить свои руки! Оторву! – процедила сквозь зубы Астрид. – Свиньи!
– Нам нужно купить комнаты. Как только мы поднимемся наверх, о нас все забудут, – поспешно сказала Эддер, и мы быстро направились вперед.
– Вы уж не обижайтесь, красотки, у меня порой такой сброд собирается, что даже бездомные собаки обходят это место стороной… Эти упыри сейчас напьются и будут спать под столами. Нужно начинать брать с них плату за ночлег! – Этот старческий женский голос, перешедший в грубый смех, должно быть, принадлежал хозяйке заведения.
– Ничего страшного. Нам нужны две комнаты до завтра. Самые чистые и уютные, – мягко сказала Эддер, и тотчас раздался звон монеты.
– За такую блестящую монетку я вам и муженька своего отдам в прислуги! – довольно воскликнула хозяйка таверны.
– Щедрое предложение, добрая женщина, но нам нужны лишь комнаты и горячая еда. Прикажите принести ее наверх, – приказала Эддер. – И еще: с нами наш брат, он сейчас в конюшне. Когда он зайдет, скажите, что мы уже наверху и ждем его.
– Скажу, деточка… Эй, Петер! Подойди-ка к своей бабуле! – крикнула хозяйка таверны.
– Что, бабуля? Чего надо? – Прозвучал рядом со мной тонкий детский голос.
Сколько было этому мальчику? Семь? Восемь? А впрочем, какая разница? Не об этом мне сейчас нужно думать!
– Отведи-ка этих… Э-э… Гостей наверх. Открой для них самые дальние комнаты. Живо, малец! – строгим тоном сказала хозяйка своему внуку.
– Пойдемте! Я вам все покажу! – радостно прощебетал мальчик, словно не обратив внимания на недружелюбие своей родной бабушки. – Вам понравятся наши комнаты! Клопов и блох там нет! Их недавно потравили…
– Иди, иди! И придержи свой язык, поганец эдакий, а не то голову оторву! – прикрикнула на него бабуля, и мне вдруг стало очень жалко этого бедного ребенка, которого, скорее всего, не любят, о котором не заботятся и которого постоянно унижают… А может, и бьют. Нужно будет спросить Эддер, не имеются ли на мальчике следы побоев. Но что я смогу сделать? Вмешаться? Рассказать этой старой грубой женщине, что детей бить нельзя? Но разве она послушает? А может, предложить ей отправить ребенка в Стурьфьель, в королевский дворец, где он сможет ходить в школу, созданную леди Сульвай, моей свекровью? Я должна что-то предпринять!
– Уже идем, бабуля! Пойдемте! – послушно откликнулся бедняга Петер, и мы начали подниматься по довольно крутой скрипящей лестнице.
К счастью, Эддер была идеальным проводником, и я шла смело и без колебаний. По дороге я все размышляла о бедном мальчике, и, вдруг споткнувшись обо что-то, упала лицом вниз, да так ловко, что Эддер не удалось удержать меня.
– Ой! Плохой знак! – услышала я испуганный возглас мальчика. – Слепые приносят зрячим проблемы и горести…
– Забудь о том, что видел! – перебила его Астрид. Ее голос был сладким и чарующим. – Забудь, а в обмен на это я дам тебе две золотых монеты!
– Две? Если дадите две, то вряд ли забуду, а вот, если пять, то точно память отшибет!
– Ловкий малый! Ну же, держи да помалкивай! Ну, и что же ты видел?
– Ничего такого. Она упала, наверное, ударилась. Ничего больше.
– Верно! А теперь показывай нам комнаты, малыш.
В это время, с помощью Эддер, я уже стояла на ногах и ругала себя в душе: моя неловкость раскрыла меня! Должно быть, при падении, капюшон сполз с моей головы, и Петер увидел мои белые, без зрачков, глаза. Слепые люди считаются в Калдвинде предвестниками беды, и их боятся и ненавидят почти так же сильно как демонов.
– У Астрид талант к увещеванию! – со смехом прошептала мне на ухо Эддер.
– Прости! Кажется, я подставила нас под удар! – также шепотом извинилась я. – Что, если этот ребенок все же расскажет обо мне всем сидящим в зале? Они нападут на нас!
– Не нападут, а если осмелятся, как уже было сказано, Фреда хорошо полакомится человечиной, – спокойным тоном ответила Эддер.
– Скажи, на мальчике есть побои? – спросила я, идя за своей проводницей по коридору.
– К сожалению. У него разбита губа, а на виске виден большой синяк, совсем свежий. Если бы ты только видела его бабушку! Порой люди бывают куда страшнее самых ужасных и опасных монстров. – Было мне ответом.
– Я хочу сделать что-нибудь для него. Хочу попросить его бабушку отправить его в Стурьфьель, в школу.
– Это очень благородно с твоей стороны, Сильвия, но оставь это на другой день: когда ты вернешься к своему супругу и излечишь его, то можешь еще раз приехать сюда, уже как законная королева Калдвинда, и забрать мальчика, – посоветовала мне Эддер.
– У меня не будет такой возможности, – тихо сказала я и крепко сжала руку подруги. – Я еще не говорила ни Эвансу, ни Астрид… После того, как мы вернемся в Калдвинд, я попрошу у Дерека развод и отправлюсь в родной Фламмехав. А если он откажет, я сбегу… И ты сбежишь со мной.
Эддер ничего не ответила, и я слышала лишь глухой топот наших ног.
– Я все решила. Я спасу этого человека, но жить с ним больше не смогу. Я ненавижу его всем своим сердцем. Он ничего не будет знать о ребенке, – решительно заявила я.
– А если он все же узнает? Ты забыла о силе Белого Талисмана? Он потребует своего наследника, а если ты откажешь, он уничтожит всех демонов, всех до одного! – с чувством шепнула Эддер.
– Не уничтожит, – мрачно усмехнулась я. – Я была глупа и не видела ключа из этой ловушки, который был совсем рядом и лежал под моими ногами. Но теперь он не сможет победить меня. И, если он вновь нападет на Фламмехав, я уничтожу его войско и его самого. Сотру их в порошок. Никто не посмеет отнять у меня моего малыша!
– О чем ты? Твои речи изумляют меня…
– «Топор Мертвеца», Эддер. Самое могущественное оружие во всем мире. Талисман Андрады – ничто по сравнению с тем, чем владею я! Я спасу Дерека, но пусть он побережется! Я Сильвия Росси, наследная принцесса Фламмехава, и пора бы мне вспомнить об этом!
– Ты сама не своя. Тебе нужно отдохнуть, – ласково сказала Эддер. – Я знаю тебя, Сильвия, и знаю, что…
– Ты знала меня, когда плела мою судьбу. Теперь же я плету ее сама, и та Сильвия, которую ты знала: мягкая и слабая, осталась в прошлом. Я не желаю жить как этот бедный мальчик, этот Петер: терпя боль, ненависть и насмешки.
Это был первый раз, когда я знала, чего хочу и что сделаю.
Хватит жить для других! Я должна жить для себя и моего ребенка! Хватит страданий и слез! Дерек уже никогда не причинит мне боль. Иначе я уничтожу его. Уничтожу после того, как спасу ему жизнь.
Глава 28
POV Сильвия
– Это говоришь не ты, а твоя усталость, – утверждающим тоном сказала Эддер. – Ты свободна поступать так, как считаешь нужным, но должна помнить, что, если ты возьмешь в руки «Топор Мертвеца», то никогда не сможешь стать той Сильвией, которую мы знаем. Вместо тебя будет жить что-то ужасное, всесильное. Ты, должно быть, знаешь, почему это оружием прозвали «Топором Мертвеца»?
– Нет, но разве его название имеет какое-то значение? – усмехнулась я.
– Как было сказано много раз, только это оружие может убивать Чудовищ, только в нем имеется такая мощь. Но что именно придает ему эту мощь? Души тех монстров, которые были убиты с его помощью. Это оружие всасывает в себя силы и души тех, кого убивает, а когда это оружие использует или даже касается тот, в чьем сердце живет Тьма, эти души завладевают его телом и стремятся отомстить. Теперь ты понимаешь? – тихим и немного строгим голосом поведала мне Эддер. – Вспомни, что с тобой случилось, когда ты просто прикоснулась к нему в лавке Альвисса. Он, конечно, идиот, поместил Смерть прямо на витрину, перед глазами у всех желающих… Прародитель Альвисса был великим магом, и именно ему Бог приказал скрыть «Топор» ото всех, чтобы тот больше не соблазнял сердца охотников обрести власть и темные силы. Тот последний, кто много веков назад использовал «Топор», чтобы убить морского монстра-змея, обитающего в море и съедающего все на своем пути, был светлым магом, сильным и могущественным, однако «Топор» оказался сильнее его светлой души и нашел в ней ненависть, которая открыла душам монстров путь к свободе. Они завладели этим магом, и он едва не уничтожил Эммерленд. Его удалось остановить лишь самому Люциферу, Властителю Ада.
– Как забавно, что Эванс может держать этот «Топор» в руках и оставаться собой. Неужели в его душе нет ни капли Тьмы или ненависти? – с удивлением заметила я, внимательно слушая едва слышимый голос Эддер.
– Как видишь. Но твоя душа – клад для «Топора» и тех, кто в нем обитает.
– Но почему тогда ты внушила мне, что он нам нужен? Зачем, если я не могу использовать его? – в свою очередь, строго спросила я.
– Если ты помнишь, я никогда не говорила, что именно ты должна использовать его в битвах, – сдержанно ответила мне Эддер. – Вам было сказано добыть его, а уж затем вы бы решили, что ты не будешь касаться его, что, впрочем, вы и сделали. Эванс будет использовать «Топор», а тебе нужно держаться от него подальше. Предупреждаю тебя: если жажда мести завладеет тобой настолько сильно, что ты применишь против Дерека и его армии «Топор», мне придется выступить против тебя, во благо всего Ваккерланда.
– Ты права… Я совсем не подумала об этом, – устало прикрыла я глаза. – И все же: пусть я не буду использовать «Топор», Дереку не достать меня в Фламмехаве. Если будет нужно, я убью Андраду и лишу Калдвинда его защиты… Да, Эддер, так далеко я готова пойти, чтобы жить свободно и больше никогда не чувствовать за своей спиной тень Дерека Мёрксверда. Я поняла это только сейчас. Ведь я – этот мальчик Петер. Но я не буду терпеть издевки и побои! Я старалась поступать мудро и угождать этому мерзкому человеку, а в ответ получала лишь насмешки и угрозы… Больше никогда! – с чувством выдохнула я.
– Поговорим об этом позже. Кажется, мы пришли, – шепнула мне Эддер, и я инстинктивно приподняла ногу, чтобы переступить порог. – Что ж, все не так плохо, как мне казалось. На удивление довольно чисто и опрятно.
– И здесь не так ужасно пахнет, – улыбнулась я. Эта маленькая радость заметно приподняла мое настроение. – Как ты думаешь, можно ли здесь заказать лохань горячей воды?
– Думаю, что за лишнюю золотую монету ты получишь все, что попросишь, но не советую купаться здесь: кто знает, кто мылся в этой лохани до тебя? Сама видела, какие грязнули посещают эту таверну… – Она вдруг тихо рассмеялась. – Прости!
– Не стоит извинений, Эддер! – невольно подхватила я ее смех. – Возможно, я не видела их, но чувствовала своим носом, а это еще отвратительнее!
– Что-то еще нужно? За дополнительную плату можете… – Послышался рядом с нами тонкий голос Петера.
– Нет, спасибо. Просто передай своей бабушке, что мы ждем горячего ужина. Пусть прикажет подать в наши комнаты, – ответила ему Эддер. – И помни: ты ничего не видел.
– Не видел! Еда сейчас будет! – радостно откликнулся мальчик, и я услышала, как он побежал по коридору обратно к лестнице.
– Ну, что, встретимся после ужина и обсудим наши дальнейшие действия? – спросила Астрид. – Наша с Эвансом комната находится прямо напротив вашей, если что будет нужно.
– Отличная идея. Нужно свериться с картой: чувствую, мы забрели в какую-то глушь, – сказала Эддер. – Но сперва немного отдохнем.
– Сейчас вернется Эванс. Я скажу ему, чтобы прихватил с собой карту, – ответила Астрид. – Встретимся позже! Зовите!
Я услышала, как захлопнулась дверь, и поняла, что Астрид решила уединиться.
– Нам нужно снять эти мокрые платья. Давай помогу. – Эддер стала расстегивать мой корсет, а когда он был снят, я тотчас почувствовала прекрасное чувство удобства и свободы. Затем платье последовало за корсетом, и я осталась в одной нижней рубашке, прилипшей к телу.
– Наши мешки! Слава богам магии, не промокли… О, простите! – вдруг раздался скрип открывающейся двери и сконфуженный голос Эванса. – Вот, кладу их на пол… Еще раз простите, в следующий раз буду стучать! – Дверь закрылась.
Неловкость Эванса позабавила меня: не голой же он меня увидел! На мне все еще нижняя рубашка, хоть и мокрая. Да и вообще, этот маг забавляет меня целый день: сперва, по ошибке, сделал меня слепой, теперь вот зашел без стука и сам себя оконфузил.
После того, как мы переоделись и поужинали принесенным нам ужином, немного подгорелым, но съедобным, Эддер начала тихо шептать себе под нос: «Нет, не сейчас. Завтра, моя дорогая… Я понимаю, да… Но сейчас не самый лучший момент».
– С кем ты разговариваешь? – поинтересовалась я.
– С Фредой. Она сильно проголодалась. – Было мне ответом.
– Но разве она не может полакомиться мухами? Она ведь сейчас совсем маленькая, – заметила я.
– Может, но моя девочка бывает упрямой и настаивает на чем-то более крупном… Как сейчас… Фреда, я не могу отпустить тебя одну… Нет, я должна быть здесь с Сильвией…
– Иди, Эддер, иди и не бойся за меня. Эванс и Астрид рядом, и, стоит мне крикнуть, они сразу прибегут, – решительно заявила я. Мне не хотелось заставлять бедную Фреду голодать, но я надеялась, что она не будет есть людей, а найдет поблизости парочку оленей или, на худой конец, коз.
– Раз ты настаиваешь, Сильвия. – В голосе Эддер прозвучала благодарность. – Я запру тебя на ключ, чтобы никто не смел потревожить тебя.
– Не стоит. У меня есть к тебе просьба: отправь ко мне Эванса, а когда будешь внизу, скажи хозяйке таверны, что я желаю побеседовать с ней, – попросила я.
– Ты все-таки решила настоять на том, чтобы она отправила мальчика в школу?
– Да, а если она не пожелает расстаться с ним ради его блага, в нашу беседу вступит мое золото.
– Хорошо. Сделаю, что ты просишь. Мы скоро будем.
Эддер вышла из комнаты, и уже через пару мгновений в мою комнату постучал Эванс. Первым делом мой друг вновь извинился за то, что в прошлый раз ворвался без стука, на что я со смехом убедила его в том, что не злюсь, отчего он вздохнул с облегчением. Также он принес с собой карту, на которой, сказал он, сделал заметки, которые хотел бы обсудить со мной, но я предложила подождать возвращения Эддер и прихода Астрид. Им тоже необходимо было знать, где мы и что будем делать дальше.
– Сейчас зайдет хозяйка таверны. Не мог бы ты усадить меня так, чтобы она не увидела моих глаз? – попросила я Эванса.
– Да, конечно, – без колебаний ответил тот и провел меня к жесткому креслу, которое перед этим повернул к камину. – Но что ей нужно?
– Не ей, а мне. Ты все услышишь. Просто посиди пока, и в нужный момент я скажу тебе, что нужно сделать… А вот и она. Пусть зайдет!
Эванс поспешил открыть дверь.
– Я уже не в том возрасте, чтобы по лестнице бегать, как молодуха какая-то! Чего вам надобно? – недовольно проворчала пожилая женщина, войдя в комнату и тяжело дыша.
– Я хотела бы поговорить с вами о вашем внуке, – прямо сказала я, сидя к старухе спиной.
– Что уже успел натворить этот поганец? Я ему задам! – тотчас процедила сквозь зубы хозяйка трактира. – Так и будете ко мне спиной сидеть, как будто я прокаженная?
– Не примите это обстоятельство за невежливость. Я высокородная особа, попавшая в вашу таверну по случайности, и не желаю огласки. Вы сами знаете, какая репутация у вашего заведения, – заявила я.
– Высокородная дама в моей таверне! Да вы видать заплутали, раз ко мне пришли? – уже более уважительным тоном промолвила хозяйка.
– Именно. Но вернемся к делу: ваш внук Петер ничего не натворил, но наоборот показал себя умным и порядочным мальчиком… – начала было я.
– Дурак дураком! Такой же, какой была его мамаша! Принесла в подоле, а сама померла при родах! Повесила на меня этого мальца! – презрительно выплюнула старуха.
– В таком случае, я помогу вам избавиться от этой ненужной ноши: отправьте мальчика в Стурьфьель. Там он будет ходить в школу при королевском дворце…
– Ага, чтобы потом он мне на голову сел, этот нахлебник? Нет уж, пусть работает и отрабатывает свой хлеб! – вновь позволила себе старуха прервать мою речь, что начинало выводить меня из себя.
– Я вижу, как жестоко вы с ним обращаетесь. Если мальчик вам не нужен…
– Как это не нужен? Он у меня работает!
– Он ребенок, и вы не имеете права заставлять его работать! – прикрикнула я, не в силах сдержать свой гнев на эту мерзкую старуху.
– Имею! Я его вырастила и кормлю с собственного стола!
– Это ваша обязанность: он ваш родной внук! – напомнила я.
– Чего чего? – Старуха вдруг громко расхохоталась. – Внук! Ага! Еще не хватало! Это бастард, которого нагуляла одна из моих таверных девок! Проезжал тут как-то знатный господин! Напел ей обещаний да клятв, а она ему и отдалась! А на следующий день этого господина и след простыл! Сама девка, как я уже сказала, померла в родах, а сама круглая сирота была, вот я ее бастарда и взяла на свое попечение! Взяла! Не выбросила! Не свиньям скормила! Вырастила! А бью я его, так это воспитываю! Если не понимает с первого раза, всегда кулак помогает! В школу его хотите! Не отдам! Ему ничего больше нужно, кроме как знать свое место!
– Прекрасно, не желаете отдать его в школу, так отдайте мне! Будет чистить моих лошадей, – настойчиво сказала я, готовая на все, лишь бы освободить бедного Петера из этого Ада.
– Отдать? Вы чего это? А кто мне зал мыть будет? Кто будет гостей по комнатам разводить да навоз конский убирать? – брезгливо сказала хозяйка таверны.
– Эванс! Покажи, пожалуйста, этой доброй женщине, что она получит, если отдаст мне мальчика, – сказала я другу, и тот, поняв меня с полуслова, весело позвенел золотыми монетами. Золото звенело не только весело, но и громко: должно быть, Эванс взял не меньше пригоршни.
– Так вы сразу бы и сказали! Нужен вам, значит! Он лошадей чистит за раз, да так, что лоснятся! Будет служить вам верой и правдой! – медовым голоском произнесла старуха.
Прекрасно. Именно то, на что я рассчитывала: таким личностям только покажи золото, они готовы и душу Дьяволу продать.
– Я забираю его навсегда, – предупредила я. – Считайте, что вы продали его мне.
– Да пожалуйста! Делайте с ним, что хотите! Хоть кожу живьем снимайте! Ну, давайте уже по рукам, и я забираю золото, а вы мальчонку!
– Берите золото и ступайте. Скажите мальчику, что завтра он отправляется с нами.
– Я ему мешок в дорогу соберу, все его тряпье… И еще пирог с собой дам! Рыбный! – лебезила передо мной старуха и, когда Эванс передал ей монеты, она поспешила «в комнату Петера, собирать его в дальний путь».
– Берешь с нами того смешного мальчишку? Должен сказать, он очень силен для своего возраста. Тащил на себе огромный мешок с мукой, – задумчиво протянул Эванс, подходя ко мне.
– Силен, говоришь? Как выглядит этот мальчик? – спросила я: в моем разуме возникли подозрения.
Кто был тем знатным господином, который соблазнил бедную крестьянскую девушку, сделал ей ребенка и исчез из ее жизни? Кто передал Петеру эту несвойственную детям физическую силу?
– Темноволосый, серые глаза… Постой-ка! Ты же не думаешь, что отцом этого мальчугана является твой муж король Дерек? – вдруг изумленно воскликнул Эванс.
– Очень похоже на то. Этот негодяй только и умеет, что соблазнять и насиловать, – с горечью в душе ответила я, в который раз вспомнив о том, как он надругался надо мной в нашу первую ночь.
Если он поступил так низко со мной, принцессой Фламмехава, что ему мешало затуманить голову бедной простушке и уложить ее в постель? Но, возможно, я ошибаюсь? Возможно, это все же был не Дерек? Мне нужно увидеть Петера, и тогда я смогу сказать точно, а на данный момент это были лишь догадки и подозрения.
– В любом случае, я считаю, что брать в наш квест ребенка очень глупо и эгоистично. Нас ждут битвы, в которых детям места нет, – тихо сказал Эванс, и я почувствовала, как он взял мою ладонь в свою.
– Я знаю, но ты сам слышал, что представляет собой эта ужасная женщина. И, если это ребенок Дерека, я должна забрать его отсюда и привести к отцу, чтобы тот заботился о нем и нес за него ответственность. Мы справимся. Все вместе, – улыбнулась я. – Знаю, я слишком мягка… Но послушай меня, Эванс. – Я нахмурилась и сжала его ладонь. – Когда мы вернемся в Стурьфьель, я отдам Дереку противоядие и потребую у него развод. Если он не даст мне развод, я уничтожу Белый Талисман Андрады, а потом покину дворец посреди ночи и сбегу в Рёванн. Я больше не желаю бороться с Дереком и не желаю видеть его. При мысли о нем моя душа содрогается от ненависти и омерзения…
– Пожар! Горим! Матерь Божья, спаси нас! – вдруг раздался в коридоре истошный женский вопль.
– Пожар? Только этого сейчас не хватало! – недовольно буркнул Эванс, а затем едва ощутимо поцеловал мою ладонь. – Куда ты, туда и я, моя королева! Пусть Дерек и король, но моя верность принадлежит тебе! Мы с Астрид всегда будем следовать за тобой! Но сейчас я схожу вниз и попробую помочь потушить пожар… Все и так знают, что я маг: мои глаза меня выдали… Справлюсь быстро! Будь здесь! Я закрою тебя на ключ!
И, не дав мне сказать ни слова, Эванс выбежал из комнаты, закрыл за собой дверь и провернул в замке ключ.
Люди на первом этаже вопили, а до меня уже начал доноситься запах дыма, и я надеялась, что Эванс потушит этот вдруг возникший пожар до того, как я успею задохнуться или отравиться угарным газом.
– Что за невезение сегодня? – пробормотала я, устало прикрыв ладонью глаза.
Вдруг я четко услышала, как был вставлен и провернут в замке ключ, затем дверь, поскрипывая, открылась, и в комнате раздались мягкие, едва слышимые шаги.
– Кто здесь? – строго спросила я, однако я знала: в комнате был незнакомец. Я смогла определить это по запаху незнакомого мне одеколона, смешанного с потом. – Вон из моей комнаты!
Однако мне никто не ответил, но я услышала шорох бумаги, вновь шаги, скрип двери, и вновь дверь была закрыта на ключ с той стороны.
– Что, черт побери, происходит? – прошептала я.
Слепая! Беспомощная!
– Кто это был? Зачем он вошел и откуда у него ключ? – продолжала шептать я, надеясь, что какой-нибудь волшебный голос ответит мне на мои вопросы.
Прошло около пяти минут, показавшихся мне вечностью, и вскоре дверь в который раз открылась, и я услышала довольный голос моего друга.
– Свеча упала на стол, залитый каким-то крепким напитком, и тот загорелся, вместе со стульями и бородами парочки мужиков! – радостно сообщил Эванс. – Потушить все это ничего не стоило, но ты бы видела, с каким благоволением в глазах люди смотрели на меня. Магов здесь любят!
– Эванс, здесь кто-то был. У кого-то есть ключ, – напрямик сказала я, вскакивая с кресла.
– Ты не ранена? Что произошло? – тотчас подлетел ко мне Эванс.
– Нет, нет, я в полном порядке! Но мне показалось, что он что-то забрал с собой… Шелестела бумага, – доложила я.
– Бумага? Сейчас, дай мне глянуть… – Эванс стал расхаживать по комнате. – Маги огня и молнии! Нас ограбили! Карта… Карта с растениями для противоядия! Она пропала!
Глава 29
POV Сильвия
– Карта! – изумленно воскликнула я. – Но никто не знал о ней и ее ценности. Кому она могла понадобиться? Вор находился в комнате всего минуту, я уверена!
– Не волнуйся так, мы что-нибудь придумаем, – бодро сказал на это Эванс.
– Я ничего не понимаю и ничего не вижу! Какая же я бесполезная! – с нервным смехом бросила я и, полная стыда за свою слабость, закрыла лицо ладонями.
– Не стоит корить себя, это я виноват: не нужно было оставлять тебя одну. Да и не ты же промахнулась с заклинанием и лишила себя зрения. – Спустя мгновение, я ощутила теплую ладонь Эванса на своем плече.
– Может ты и прав, но, будь я немного находчивее, возможно, мне удалось бы прогнать или напугать этого вора. – Убрав ладони от лица, я обхватила пальцами колени и с силой сжала их.
– Не известно, как бы мы, зрячие, поступили в подобной ситуации. Ты ничего не видела, и тебе было страшно, но это нормально, когда в твои покои вламывается невесть кто. Лучше подумай том, что могло бы случиться с тобой и твоим ребенком, если бы ты, будучи незрячей, вступила с неизвестным противником в бой.
Эванс был прав: что, если бы вор решил убрать свидетеля, пусть и слепого? Мы до сих пор не знаем, кто этот человек. То, что он ходит на двух ногах, еще не делает его обычным воришкой, это мог быть профессионал своего дела, который, возможно, обладает магическими способностями. Если бы в итоге я отделалась травмами или шоком, то для моего ребенка все могло бы закончиться не так хорошо, он мог бы погибнуть. Да и карту вор нашел подозрительно быстро. Что-то в этой таверне было нечисто, и я намерена была выяснить, что, возможно не сейчас, но по возвращению в Стурьфьель точно!
– Ты прав. Сейчас я чувствую себя слепым котенком, которого может удавить каждый желающий, – с горечью усмехнулась я.
– Ты правильно поступила, что не стала драться за карту. – Слегка похлопав меня по спине ладонью, Эванс присел рядом со мной и взял меня за руку. – Мы найдем новую карту, пока не знаю, где, но я обещаю найти выход.
– Ты всегда так добр ко мне, – улыбнувшись, заметила я. – Даже не знаю, как смогу отплатить тебе за твои помощь и доброту.
– Ничего не нужно. Ты моя королева, и я обязан служить тебе верой и правдой. – Мне показалось, что маг улыбнулся.
В моем окружении и раньше были те, кто хорошо относились ко мне, дарили мне ласку и заботу, но, в случае с Эвансом, все было иначе. Младший Валлас стал для меня кем-то особенным. Нет, я не была влюблена в него, и обычной дружбой это тоже нельзя было назвать. У меня никогда не было брата, но отношения между братом и сестрой в моем представлении должны быть именно такими. Кто бы мог подумать, что я смогу обзавестись столь верным другом, которого назову братом, в холодном, мрачном Стурьфльеле, где за каждым поворотом скрывается опасность.
Забавно. Этот чертов дворец Мёрксвердов оказался губительным не только для меня, но и для его владельца. Когда воины моего мужа вторглись в Рёванн, и лезвие его меча коснулось моей шеи, мне показалось, что народ любит его, что каждый из стоящих рядом с ним людей, готов отдать жизнь за своего короля, а на самом деле только бравые солдаты и рады были видеть его в своем окружении. Простой люд так и ждет его скорой кончины. Зачем я вообще продолжаю эту бессмысленную миссию? Скорее всего я вернусь и застану короля погребенным под каменной плитой. Мне пора решить: продолжить путь, рискнуть всем и стать ненавистной, но королевой Калдвинда, а в будущем объединить земли людей с землями демонов, или же поскакать прямиком в Фламмехав и дать Тьме поглотить Мёрксвердов. Мое решение должно быть окончательным и бесповоротным.
– Эванс, скажи мне, если бы тебя вынудили стать королем ненавистных людей и ненавистного королевства, а потом перед тобой встал бы выбор: бросить их и жить счастливо в родном королевстве, рядом с близкими и твоим ребенком, или же продолжить быть королем, которого ненавидят, пытаться изменить мнение людей о тебе, растить ребенка в постоянном страхе за него, и при этом выдержать груз ответственности за тех, кого тебе доверили. Как бы ты поступил? – Я грустно улыбнулась и крепко сжала ладони друга.
– Боюсь, я не смогу ответить на этот вопрос, однако скажу, что убегают слабые. Однажды я сбежал от Якуба, не стал бороться за наши братские узы, и к чему это привело? Не так давно мне пришлось вернуться в Эммерленд, и я предстал перед родным братом в магических оковах. В сложившейся ситуации сложнее всего было объяснить ему, что я не враг и что мне по-прежнему не наплевать на то, что наши отношения испорчены. Если бы тогда я не сбежал, возможно, все было бы иначе. – После этих слов маг замолчал и взглянул на дверь. Должно быть, он о чем-то крепко задумался.
