Текст книги "Одна ошибка (СИ)"
Автор книги: Дарк Коулт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 33 страниц)
– Эй, с тобой всё в порядке?
Николай встряхнулся и улыбнулся своей фее.
– Прости. Немного забылся.
***
Камал сидел в своём стильно обставленном кабинете их роскошного офиса и разбирал по косточкам проект нового контракта. Но вот уже битый час ему не удавалось полностью сосредоточиться на работе. Неизвестно, что было тому причиной: то ли усталость от работы, на которой он порой проводил по двадцать четыре часа в сутки, то ли нервное напряжение, что он испытывал дома.
Отсутствие нормальных отношений с женой, осуждающие взгляды прислуги, искоса бросаемые на него, – всё это не способствовало его желанию чаще бывать дома. Он чувствовал себя лишним. Казалось, весь обслуживающий персонал был на её стороне. Даже Джек – его преданный наставник – отвернулся от него, словно дал клятву безмолвствовать в его присутствии. Да ещё и сегодняшний прощальный разговор с Игорем не давал ему покоя, и Камал всякий раз мысленно возвращался к нему.
Откинувшись в кресле, Камал решил, что нужно выбросить всё из головы и снова пересмотреть контракт – от его работы зависела деятельность всей фирмы и тех людей, что работали там. По громкой связи он попросил секретаршу принести ему очередную порцию кофе. С хрустом потянувшись, Камал заставил себя подняться и прошёлся по кабинету, чтобы размять затекшее тело. Из широких окон кабинета трёхэтажного офиса была видна стройка, которую вела их фирма. Несмотря на зиму, работа шла полным ходом, насколько это было возможно в такую погоду.
Строительная компания «New star», которой он руководил в настоящий момент, принадлежала ещё Алимову-старшему. При руководстве отца строительство было не основным направлением, а только ширмой для прикрытия преступной деятельности и для отмывания незаконно полученных доходов. Камал, с согласия отца взяв власть в свои руки, перенаправил денежные потоки и начал развивать именно строительство, которые стало приносить очень неплохие доходы. Он уже почти утроил первоначальный капитал, доставшийся ему от отца. Оказывая услуги непосредственно по строительству, Камал развивал и смежные отрасли, связанные с этой деятельностью: архитектурное и проектное бюро, свои заводы по производству непосредственно стройматериалов, материалов для вентиляции и теплоснабжения, сантехнических изделий и тому подобное. То есть клиент получал определённую выгоду от реализации проекта под ключ.
Алимов-старший гордился своим сыном и считал, что такую хватку он унаследовал именно от него. Правда Камал сумел серьёзно расширить дело, привлекая заёмные средства банков, чем раньше Алимов-старший пренебрегал. Начиная свою деятельность в девяностые годы, он пользовался для развития бизнеса средствами бандитского общака. Так что можно было понять, какие у него были устремления и возможности их реализации. Но, как говорится, за всё нужно платить. Лёгкие на первый взгляд деньги часто приводят к тяжёлым последствиям. И, как это ни печально, его криминальная деятельность привела его к такому неизбежному финалу.
В кабинет вплыла его секретарша Алина, изящным движением поставила перед начальником кофе и преданно заглянула в глаза:
– Что-то ещё?
Мужчина не обратил на неё никакого внимания. Её соблазнительные позы так и остались совершенно невостребованными. Он только буркнул, делая небрежный жест рукой:
– Нет, идите.
Быстро прихлёбывая кофе, Камал вновь ушёл в размышления…
Сегодня рано утром они встретились с Игорем на кухне, столкнувшись за ранним завтраком. Никого ещё не было – все спали. После того, как мужчины утолили голод, произошёл их разговор. Во всяком случае Игорь хотел этого, а Камал не возражал.
– Ну вот и расстаёмся… – произнёс Игорь с грустью.
– Удачи тебе дружище, – пожелал Камал.
– Хотелось бы и тебе пожелать того же.
– Да, конечно. И мне удача не помешает.
Игорь встал, походил немного около стола, потом подошёл к окну. Камал ждал его дальнейших слов, и друг наконец решился:
– Дружище, позволь мне дать тебе один совет…
– Игорь, ну какие советы. Ты ведь сегодня уезжаешь и надолго. Давай оставим все советы на потом, а лучше выпьем за твою экспедицию, – и он потянулся за бутылкой виски.
Игорь запрещающим жестом остановил его и сказал:
– Будь добр, выслушай меня. Виски оставь, сейчас не до спиртного.
– Ну, хорошо, только покороче.
Игорь начал, как в воду нырнул:
– Ты губишь свою жизнь и жизнь Сони. А ведь она любит тебя.
Камал поморщился, как от зубной боли.
– Ты всё сказал?..
– Нет-нет, не перебивай. То, что она беременна, ничего не меняет. Она очень тяжело перенесла твою мнимую смерть. Мы тогда очень беспокоились о её душевном здоровье. Но всё же она выдержала и устояла.
– Ну, конечно же, разве её может сломить чья-то смерть?! По-моему, только отсутствие рядом мужика станет для неё настоящей трагедией. Она – похотливая мартовская кошка! – разозлился Камал. – А кто будет рядом – ей всё равно, лишь бы мужик был. Не зря она так быстро переключилась на Дмитрия.
Этот момент в жизни Сони всегда возмущал его. Почему она не хранила ему верность?! Неужели её любовь так быстро прошла?! И была ли она вообще?!
– Да пойми ты, Камал, если она потеряет тебя снова, для неё это станет настоящей трагедией! Я вообще не понимаю, как эта хрупкая девочка ещё держится.
– Ну как-то держится. Сначала она потеряла меня – но быстро успокоилась, вышла замуж вновь, потеряла Дмитрия – и опять пережила, не моргнув глазом. Нечего о ней так уж беспокоиться!
Камал не мог понять, почему Сони все жалеют. А он?! Почему его никто не понимает?!
– Ты слепой, Камал. Ты не видишь, как Сони любит тебя! Порой я сомневаюсь, любит ли меня Наталья так же, как тебя – Сони.
– Ты преувеличиваешь, – отмахнулся Камал.
– Может быть, может быть… И всё же… береги свою любовь. Такое чувство даётся только раз в жизни и то не всем.
– Неужели? – съехидничал Камал.
Он всё же не послушался Игоря и плеснул себе виски в стакан. А ещё мысленно воздвигнул между ними стену. А Игорь продолжал стучаться в эту стену с упорством, достойным лучшего применения.
– Не вини её в грехе, которого она не совершала. Она не изменяла тебе. То, что она переспала с другим уже после твоей смерти – не считается грехом. Мало ли какие причины послужили тому. Может быть, ей было очень плохо, и она в своём безволии прислонилась к мужскому плечу и даже не поняла, как оказалась в его постели. Что ты её обвиняешь и так грубо отзываешься о ней? Никакая она не мартовская кошка! – Игорь даже не заметил, как начал размахивать руками от волнения. – Ты не видел её тогда, как видел её я. Больше недели она отказывалась от еды, узнав от твоей смерти, и я насильно посадил её на капельницы. Ты знаешь, и это я говорю тебе как врач, бывает так, что человека невозможно спасти, если он не хочет жить. У Сони была своего рода лихорадка: она дрожала, будто от холода, и при этом её кидало в жар от высокой температуры. Мы старались почаще колоть ей снотворное, чтобы снять состояние стресса. Слава Богу, произошёл какой-то перелом, и она пошла на поправку, только совсем перестала улыбаться. Все её утешали как могли. Камал, я прошу тебя, перестань мучить Сони. Она отстрадал своё. Постарайся с ней хоть как-то примириться. И ещё я подозреваю… что ты нуждаешься в этом больше, чем она. Потому что ты стал другим. Ты очень изменился. У тебя самого тайный недуг, который гложет тебя изнутри. Я же вижу…
Игорь замолк, не в силах больше что-либо говорить. Ответ Камала прозвучал совсем неуверенно:
– Это всего лишь слова…
Сказав это, он спрятал свои глаза от друга, заслонившись стаканом с виски.
А вот последние фразы Игоря прозвучали для него предостерегающе:
– Камал, ну не будь же ты дураком! Вы с Сони созданы друг для друга. Нельзя же так по живому резать, вы же две половинки одного целого. А ребёнок… Ребёнок – не помеха для вашего счастья. Дети – вообще дар Божий! Как бы тебе не пожалеть потом, когда станет совсем поздно…
Камал очнулся и понял, что сидит за столом, облокотившись на него локтями и уперев лоб в сжатые руки. Вспоминая этот разговор и прокручивая его раз за разом, словно заевшую пластинку, он вдруг начал осознавать, что, возможно, Игорь и прав, и всё не так, как ему видится. Может быть, со стороны виднее.
«Она отстрадала своё… отстрадала… своё…» – эхом отдавались в мозгу слова друга.
И тут он услышал свой внутренний голос. Это был, наверное, голос совести, которую он всячески топил в вине, в злости и жестокости по отношению к жене.
«Неужели ты не видишь, что твоя жена невиновна?.. Ведь Сони нужна тебе, как воздух, как сама жизнь…»
Перед глазами опять возникли сцены той ночи и надругательства над женой.
«Ты тиран и деспот! Ты и так уже наказал её! Она не заслужила такого! А вдруг она не простит тебя! А если она уйдёт – уйдёт совсем – что ты потом будешь делать?!»
И эти слова гонгом стали стучать в голове, как самый настоящий приговор преступнику. Не выдержав внутреннего раздрая, Камал с трудом стянул с шеи галстук, что душил его, резко вскочил и ринулся к двери. Ему нужно на воздух. Он не может больше находиться в этой духоте.
Увидев пролетевшего мимо начальника, секретарша только округлила глаза в удивлении, не успев спросить, какие инструкции Камал оставляет ей, так спешно куда-то убегая.
Покинув офис, Камал с наслаждением вдохнул свежий морозный воздух. Перед глазами предстала светящаяся яркими огнями улица и поток машин с зажжёнными фарами. Как-то быстро наступил вечер, и в небе, несмотря на набежавшие облака, то здесь, то там поблескивали звёзды. Небольшой снежок медленно и красиво падал на землю, покрывая тонкой пеленой людей и проезжающие машины. Камал поднял голову вверх и начал ловить ртом эти лёгкие снежинки, тут же таявшие на его разгоряченном лице. Простояв так несколько минут, он понял, что замёрз и пора возвращаться в офис. Старушка-зима никуда не делась и своим посохом насылает колючий ветер и наметает сугробы. Зато холодный воздух принёс ясность голове и упорядочил мысли. Только бы ещё найти решимость в себе.
«Я должен дать нам ещё один шанс… Наш брак не должен разрушиться. Мы ведь нужны друг другу…»
Камал улыбнулся, взглянул на часы. Ого! Уже четверть восьмого! Нужно одеваться и ехать домой.
«Да, я должен это сделать! – Он был твёрд в своём решении: ехать домой и мириться с Сони. Но словно кто-то подтолкнул его мысли в другом направлении, и Камал даже немного испугался. – Нужно спешить! Лишь бы не было поздно! Боже, помоги мне!»
Глава 7 – «Кошмарная ночь»
Бом-бом-бом-бом…
Большие настенные часы в холле пробили одиннадцать. Дом затих. Ни звука, ни шороха. Камал сидел в одиночестве в холле и потягивал виски. Тишина давила, в его душе поднималось какое-то мутное чувство, что теперь он даже не знает, о чём думает его жена, чего ждёт от этой жизни… Когда он, наконец-то, понял, как ему нужна Сони, её, как назло, не оказалось дома; и весь его порыв к примирению сейчас утонул в стакане спиртного. Сони отдалилась от него настолько, что он не знает: а придёт ли она вообще сегодня. Неужели он потерял её?.. Равнодушная и холодная луна за окном освещала гостиную мёртвым светом и не добавляла оптимизма его мыслям.
Часы отсчитывали двенадцатый час, а Сони всё не было. Вот где она в такое позднее время? Это гадкое чувство ревности, которое он пытался убить в себе, вновь поднимало голову, жаля его душу змеиными укусами, словно Медуза Горгона. Наверное, она опять перед кем-то вертит хвостом. А он-то, дурак, мчался домой на всех парах, а теперь вот сидит и ждёт неизвестно чего. Камал почему-то забыл, что Сони беременная. В его голове мелькали отвратительные картины измены жены. Мужчина накрутил себя до такой степени, что внутри всё жгло от еле сдерживаемого гнева.
И тут вдруг в тишине послышался звук подъехавшего автомобиля и заглушаемого мотора. Камал мгновенно вскочил на ноги, с грохотом опустил почти пустой стакан на стойку мини-бара, приготовившись встретить того, кто войдёт в дом. Послышался переливчатый смех Сони, и отворилась входная дверь.
– Проходи, я приготовлю кофе, – услышал он голос жены.
– Нет, я лучше пойду домой. Поздно уже, – ответил Николя.
Сони не успела ничего сказать, как её перебил обозлённый и под градусом Камал:
– Решил поскорее унести ноги?
Николай на автомате закрыл входную дверь, а Сони потянулась к выключателю. Гостиную осветила люстра под потолком. Камал, вскинув руку, прикрыл глаза от слишком яркого света.
– Камал, – удивлённо посмотрела на мужа Сони.
Она никак не ожидала встретить мужа так поздно. Он так часто оставался в офисе и никогда не предупреждал её о своём возвращении, что женщина уже и не ждала от него хоть какого-то внимания. Камал стоял рядом со стойкой мини-бара, сжав кулаки, и вся его поза дышала злобой и непримиримостью.
– Где ты шлялась?! – прорычал он с яростью.
Николай тут же постарался переключить внимание грозного обвинителя с Сони на себя. Он быстро пересёк комнату и остановился рядом с другом.
– Успокойся, Камал. Мы всего лишь провожали Игоря с Натальей. Самолёт улетел с опозданием, поэтому мы и задержались. – Окинув внимательным взглядом своего друга, Николай отметил его встрёпанный вид, а потом учуял и запах алкоголя. Он с тревогой спросил Камала: – Ты что, пьян?
Камал отпихнул Николя в сторону, чтобы тот не загораживал от него жену, и громко вскричал, обращаясь к Сони:
– Значит, пока я вкалываю до седьмого пота на фирме, ты здесь развлекаешься за моей спиной! И с кем? Снова с моим другом?! Какая же ты сука!
Сони в отчаянии взглянула на Николя и только сумела прошептать:
– Ты всё не так понял…
– Я всё понял именно так, как вижу сейчас. Ты изменяешь мне на каждом шагу, а после строишь из себя невинную овечку!
– Да как ты смеешь так оскорблять собственную жену, мать твоего сына?! – вскричал Николай.
Камал повернулся к нему и, ткнув указательным пальцем в его грудь, жёстко проговорил:
– А с тобой я позже разберусь!
Сони поспешила защитить ни в чём не повинного мужчину и смиренно обратилась к тому с просьбой:
– Николя, не надо, не вмешивайся. Лучше оставь нас наедине.
В ответ он всплеснул руками и чуть ли не в отчаянье воскликнул:
– Ну как я могу оставить вас в таком состоянии! Ну, ребят, давайте отложим все разборки на завтра. Утро вечера мудренее. Ты проспишься, Камал, а Сони устала – ей нужно отдыхать. Не забывай, что она беременна.
Такая трогательная забота друга о его жене ещё больше взбесила Камала, и он в своём алкогольном безумии прорычал уже совсем несусветное:
– Тогда забирай её с собой! Иначе… я придушу её собственными руками!
Такого уж точно никто не ожидал. Сони и Николай застыли, не в силах ничего сказать. Да и о чём можно говорить с безумцем.
Камал, смерив жену презрительным взглядом, ядовито произнёс:
– Как же я был глуп, решив, что одна измена ничего не значит! Какой же я был идиот, что питал надежды на сохранение нашего брака! Видеть тебя не могу! Ты мне противна! – И добавил, глядя на Николя: – Я не дурак и видел, как ты всегда пускал слюни, глядя на мою жену! Забирай это чудовище себе!
Отвернувшись от них, Камал стремительно зашагал к лестнице, ведущей на второй этаж. Перепрыгивая через две ступеньки, мужчина быстро скрылся из вида.
Соболиная шуба, висевшая на руке Сони, скользнула вниз и упала на пол, а женщина покачнулась и схватилась за спинку кресла, чтобы не упасть.
Опять эта дурацкая ревность! Ну сколько можно! И что теперь? Камал будет ревновать её ко всем мужчинам в её окружении? Что с ним происходит?!
Николай подошёл к Сони, поднял с пола шубу и потянулся к ней в желании поддержать, но женщина выставила вперёд руку в запрещающем жесте.
– Нет-нет, не нужно! – вскрикнула она. – Всё нормально… извини… Будь добр, иди домой. А мы сами тут как-нибудь разберёмся…
Николай, понурив голову, положил шубу на спинку кресла и с грустью произнёс:
– Хорошо. Если ты настаиваешь, я пойду.
Она даже не заметила его ухода – так тихо закрылась входная дверь. Женщина с трудом поднялась в свою комнату. Войдя внутрь, она с изумлением уставилась на громаднейший букет цветов, лежащий на кровати. И только сейчас она в своей памяти вычленила из потока гневных слов, брошенных ей Камалом, фразу о его желании сохранить их брак. Ведь он сегодня вернулся так рано, чтобы помириться с ней, а её просто не оказалось дома.
Это какой-то рок, в самом деле! Что ж ей так не везёт-то!
Вылетев пулей из своей спальни, она побежала в отдалённое крыло дома, держа путь в одну из гостевых комнат, где иногда в последнее время ночевал муж. Она толкнула дверь. Та была заперта изнутри на ключ. Сони безрезультатно стучала в дверь, умоляя Камала открыть ей. Но муж был глух к её просьбам. Женщина в отчаянии сползла вниз по двери и, оказавшись на полу, горько заплакала. Когда слёзы закончились, Сони с трудом поднялась и бледной тенью двинулась к себе в комнату.
На следующее утро они так и не увиделись. Сони спала, как убитая, а потом, мучимая головной болью, с трудом поднялась с постели. Хмурое утро за окном не добавляло радости. Когда она спустилась в столовую и увидела Джека, тот поведал ей о том, что Камал уже уехал. От него она узнала все подробности: её муж встал спозаранку, собрал чемоданы и уехал в очередную командировку. Обещал вернуться не раньше, чем через пару недель.
Отсутствовал Камал больше месяца. За это время он не звонил домой и не узнавал новости. Он всё время пытался разобраться в себе, в своих чувствах к жене и решал, что ему дальше делать. Этим он занимался одинокими вечерами в гостиничных номерах, сидя перед телевизором и бездумно переключая каналы, или уставившись в ноутбук, смотря международные новости. А ещё у него было много работы с предприятиями и поставщиками. Бесконечные звонки, переговоры – одним словом обычная жизнь занятого бизнесмена. Он очень сильно устал и поэтому ехал домой, надеясь, что там он отдохнёт от этой суеты, пообщается с сыном, а потом, может, и с женой как-то всё наладится…
Войдя в дом, на пороге он встретил своего старого слугу Джека и уже от него узнал о том, что в их семье случилось радостное событие – Сони родила ребёнка. То, чего он подспудно страшился все эти месяцы, свершилось. Камал выпустил свою поклажу из ослабевших рук и в отрешённом состоянии слушал говорливого Джека. Оказалось, что Сони родила девочку. К сожалению, роды оказались преждевременными, ребёнок родился крохотным и слабеньким – всего кило восемьсот. И сама Сони ещё не оправилась от тяжёлых родов.
Камал какое-то время, нахмурившись, слушал его, после чего, не проронив ни единого слова, отвернулся и пошёл на выход. Джек только и успел бросить ему вслед:
– Неужели ты даже не поднимешься к Сони?!
Ответом ему послужил звук тяжело хлопнувшей двери. Джек, открыв рот, в удивлении смотрел на него.
***
Камал стремительно покинул дом и сел за руль.
Что теперь делать? Куда ехать?
Он машинально завёл двигатель и бездумно ехал по городу, не зная, кому теперь излить свою боль и отчаяние.
А чего он ждал? Что беременность Сони рассосётся сама по себе, пока он будет отсутствовать? А теперь нужно принимать сложившееся положение вещей – новорождённый ребёнок теперь всегда будет стоять между ним и Сони. И этого уже не изменить…
Тут его взгляд отвлёкся на яркую неоновую вывеску ночного клуба, и Камал зарулил на стоянку увеселительного заведения.
Ночной клуб был битком набит. Тут можно было увидеть и компании бизнесменов, и отвязную золотую молодёжь, и каких-то субъектов, похожих на бандитов, и совершенно непонятных личностей, по виду наркоманов, разбитных женщин и явных проституток. Веселье было в самом разгаре. Вино лилось рекой, на танцполе выплясывали пьяные гости. По подиуму двигались полуголые танцовщицы в перьях и блёстках под улюлюканье и свист толпы. А когда стриптизёрши наклонялись ниже, призывно демонстрируя свои прелести, то пьяные посетители засовывали мятые купюры им в трусы.
Камал безразлично оглядел зал и медленно подошёл к свободному столику вдалеке от сцены. Мужчина заказал себе бутылку виски и вновь погрузился в раздумья…
Он даже не заметил, как на соседний стул уселась какая-то особа. Подняв глаза, Камал увидел перед собой совсем молоденькую девушку, вызывающе одетую и сильно размалёванную.
– Развлечься не желаешь? – томно произнесла она, соблазнительно выпятив свою грудь.
– Что?.. – отвлекшись от раздумий, спросил он.
– Может, развлечёмся, красавчик? – с улыбкой повторила девица.
Камал налил себе в бокал виски, глотнул обжигающего напитка и грубо сказал:
– Не хочу!
Уже довольно давно его не тянуло к продажным женщинам. После женитьбы он вообще оставил привычки молодости в прошлом. Когда случились известные всем события с его женой, Камал, ведомый мужскими желаниями, брезговал связываться с проститутками и предпочитал женщин из общества, тем более недостатка во внимании он никогда не испытывал. Красивая внешность и наличие денег распахивали любые женские объятия.
Камала только удивила молодость этой разбитной девицы. Взглянув на неё пристальней, он понял, что девушка под кайфом. По её лицу бродила какая-то кривая ухмылка, глаза странно блестели, а взгляд был расфокусирован. Оглядывая её лицо, он невольно отметил густо подведённые глаза и яркие красные губы: «Да-а-а… наштукатурилась она знатно. К такой даже подходить страшно: тронешь – и всё осыплется». Его глаза опустились ниже, к довольно глубокому декольте вызывающего наряда: «Бо-о-оже, а буфера-то какие! Того гляди, выпрыгнут из платья. Прямо секс-бомба на выезде!»
Он не сдержался и рассмеялся своим мыслям. Девушка не обратила внимание на его реакцию, будучи в невменяемом состоянии. Она придвинусь ближе и опять замурлыкала, словно кошка:
– Ну, может, познакомимся?
– Может… – безразлично выдал Камал.
– Бейби, – протянула девушка руку.
Камал проигнорировал её и вдруг спросил:
– Сколько тебе лет, малышка?
– Это имеет какое-то значение? – Она призывно облизнула свои ярко накрашенные губы и, чуть помедлив, ответила: – Семнадцать…
И тут их общение перебил какой-то мужик бандитской наружности. Схватив девушку за локоть, он довольно грубо сказал ей:
– Эй, Бейби, ты чего это сбежала! Пойдём развлекаться!
Детина вытащил девушку из-за стола и потянул её за собой на танцпол. Камал совершенно невозмутимо посмотрел этой паре вслед, ему было не до них. Наоборот, без посторонних лучше думалось. И его мысли вновь устремились к Сони и к родившейся недоношенной девочке, что стала теперь для него одним большим и неразрешимым вопросом…
– Скучаешь… друг?! – послышалось рядом.
Камал поднял голову и взглянул на говорившего. Перед ним стоял какой-то смуглый мужик, крепкий и мускулистый, накаченный, как Шварценеггер.
– Чего тебе? – спокойно ответил он.
– Ты что, не узнал? – поразился незнакомец, а потом наглая улыбка растянулась на его губах, и он начал тихо напевать: – Граждане грабители, пьяницы, губители…
Что-то знакомое было в лице незнакомца. К Камалу приходило постепенное понимание, кто перед ним. Он улыбнулся и ответил:
– Тунеядцы, алкаши…
И тут незнакомец присоединился к Камалу, и они закончили вместе:
– Вы в моей судьбе – куши!
Мужчина похлопал его по плечу и сел рядом.
– Какими судьбами, Гарик? – спросил его Камал.
Гарик в прошлом был одним из его охранников, что приставил к нему когда-то его отец, и даже был его приятелем. А потом он попал в какую-то передрягу и был арестован. Что послужило тому причиной Камал не знал, а отец ему не рассказывал. С тех пор они не виделись.
– Я уже давно в городе. Просто мы не сталкивались. Отсидел своё и вернулся.
– А что с тобой было? Я так и не узнал, за что тебя арестовали, и отец не сказал.
– Да так… – помедлил Гарик, но вдаваться в подробности не стал. – Всё уже в прошлом. Сейчас всё нормально. Ты сам-то как? Я слышал, у тебя жена, сын, и ещё один ребёнок недавно родился. Поздравляю! – ехидно улыбнулся Гарик.
Камал нахмурился. Его не удивило то, что его бывший охранник знает почти всё о его семье. Он был неприятно поражён тем, что сейчас из уст постороннего человека слышит о рождении ребёнка, потому что сам только что узнал об этом. Откуда этот пройдоха знает такие вещи?..
– Ну, родился, и что! – разозлился Камал.
– Ну зачем ты так со мной? Я же твой старый друг всё-таки. – Гарик позвал официанта и заказал ещё виски.
– Ладно, извини, – ответил Камал. – Я не со зла. Просто настроение хреновое. Ты один гуляешь?
– Нет, с друзьями. – Гарик посмотрел в сторону входа и показал глазами на группу мужчин: – А вот и они!
Человек пять парней, по виду мало чем отличающиеся от местной шпаны, гогоча и улюлюкая в сторону стриптизёрш и расталкивая пьяных посетителей, пробирались мимо подиума в их сторону. Гарик разлил виски по бокалам…
Ну а дальнейшие события в сознании Камала понеслись вскачь и в пьяном угаре, словно окружающий пейзаж за окном скорого поезда, в компании Гарика, его друзей и той девицы, что подсаживалась к нему раньше.
***
Сони лежала в своей спальне, любуясь своей малышкой, которая, блаженно посасывала грудь, прикрыв глазки и засыпая. Тишина царила в доме.
Внезапно она услышала отдалённый грохот и какой-то шум, по-видимому, в гостиной внизу. Сони встала, уложила ребёнка в кроватку и, затянув поясом красивый шёлковый халат, пошла узнать, что происходит.
С площадки перед лестницей она увидела внизу компанию каких-то незнакомых мужчин, которые шумели, громыхая всем, что попадало им на пути, громко переговаривались и грубо хохотали.
Сони решила позвать Джека, чтобы тот разобрался со всем происходящим. Она медленно спускалась по лестнице и тут вдруг, сквозь фигуры гостей, увидела мужа, сидевшем на диване. Самое ужасное было то, что у него на коленях сидела какая-то размалёванная малолетка.
Молодая женщина весь месяц вспоминала мужа, мечтала увидеть. И вот увидела… В пьяной компании, да ещё с какой-то куклой. Ей было очень горько. Сони спустилась в гостиную, подошла к мужу и, стараясь не выдать себя дрожащим от возмущения голосом, произнесла:
– Камал, что тут происходит?!
Тот мутным пьяным взором посмотрел на жену и, ссадив с колен девицу, встал и ехидно протянул:
– А-а-а, моя дорогая жёнушка! Ребята, познакомьтесь, это моя жена!
Все голоса стихли. Сони почувствовала себя не в своей тарелке. Она стояла в окружении незнакомых мужиков, которые смотрели на неё оценивающими и наглыми взглядами, и чувствовала себя загнанной ланью под дулами охотничьих ружей. Сони нервно запахнула халат, стягивая его на груди.
В тишине послышался кашель, и раздался голос Джека:
– Дочка, что происходит?
– Ничего! – гаркнул Камал. – Пошёл вон!
Джек в недоумении посмотрел на Сони, не понимая причины такого поведения Камала. Женщина поспешила его успокоить:
– Всё в порядке, Джек. Поднимись к Джимми и Кириллу. Посмотри, как они там.
Джек с сомнением переминался с ноги на ногу, явно не решаясь уходить, но успокаивающий взгляд Сони и гневное нахмуренное лицо Камала вынудили его покинуть гостиную. Он поднялся по лестнице и пошёл в отдалённое крыло особняка, в комнаты детей, куда не доносился шум из гостиной.
Из толпы мужиков вышел накаченный тип и, подойдя к Сони, схватил её руку и фамильярно приложился к ней губами. Это был Гарик.
– Ну и жёнушка у тебя, дружище! – воскликнул он. – Просто класс!
Раздался одобрительный гул и цоканье пьяной толпы. Камал вдруг поднял руку, голоса стихли. Мужчина ухмыльнулся и ядовито спросил жену:
– А где же наша малышка? Где ты её прячешь?
Сони поражённо молчала, опешив от его развязного тона. Не дождавшись ответа, Камал молча развернулся и пошёл в сторону лестницы на поиски её дочери. Сони с ужасом смотрела, как пьяный шатающийся муж поднимается на второй этаж. Она испугалась за свою малышку и рванула вслед за ним.
– Камал, что ты собираешься делать? – Её сердце зашлось и затрепыхалось в груди, словно раненая птица.
– Хочу взглянуть на твою дочь, – повернувшись, сказал Камал, выделяя слово «твою».
Снизу раздался голос Гарика:
– Эй, Камал, познакомь и нас с твоей малышкой!
Сони заметалась, не зная, что делать. Она пожалела, что отпустила Джека. Да ещё и Николя отослала зря – ведь он бы смог её сейчас защитить. Она бежала за мужем не отставая.
Камал вошёл в спальню, приблизился к кровати и вытащил свёрток с малышкой, держа её в руках, как обычную тряпичную куклу.
Видя такое отвратительное отношение мужа к ребёнку, Сони, ведомая материнским инстинктом, в отчаянии бросилась наперерез Камалу, который пошёл на выход из комнаты. Она тянулась к малышке, но муж был выше и ей не удалось перехватить свёрток. Сони вскричала:
– Сейчас же положи её! Она не игрушка!
– Отойди! – прикрикнул на неё муж.
Он походя задел Сони своим телом. Она отлетела в сторону, словно пушинка, и, не удержавшись на ногах, упала.
Она ещё не успела подняться, как муж вышел из комнаты, похитив её дочурку.
Камал был настолько пьян, что не понимал, что делает. Этот ребёнок, что сейчас был у него в руках, не вызывал в нём никаких эмоций – только сильное неприятие, словно это был камень на дороге, мешавший ходьбе.
Мужчина вышел на площадку и поднял свёрток с девочкой двумя руками, показывая пьяной компании.
– Вот она! Познакомьтесь!
– Давай её сюда! – крикнул Гарик снизу, вставая под балюстрадой второго этажа. – Бросай, я поймаю! – и протянул руки вперёд.
Сони была в ужасе. Это была какая-то фантасмагорическая игра пьяных ублюдков. Она подскочила к мужу, пытаясь отобрать дочь.
– Нет! Нет! Не надо, Камал! Она же твоя дочь…
Услышав ненавистные слова «твоя дочь», руки Камала дрогнули от всплеска ярости к неверной жене. В этот момент малышка завозилась, захныкала, заёрзала в его руках, дёргая ручками и ножками. Он не удержал её, девочка выскользнула из его рук и полетела прямо вниз…
Как такое могло случиться, Камал так и не понял.
Ребёнок закричал. Протянутые руки Гарика дрогнули, и девочка, не встречая преграды, упала на пол.
– Не-е-е-ет!!! – дикий крик вырвался из груди Сони.
Она даже не поняла, как оказалась внизу, будто и не было этой крутой лестницы. Повисла оглушающая тишина. Сони опустилась на пол рядом с ребёнком. Она ещё не верила, что ребёнок погиб, ещё надеялась, что сможет ей помочь. Но всё было напрасно: ушибы девочки, полученные при падении, не давали никакой надежды – ребёнок не дышал.
Сони обняла обмякшее тельце в лёгком одеяльце, пропитанном кровью, прижала к груди, целовала разбитую головку своей девочки и приговаривала:
– Тш-ш-ш, моя девочка… тш-ш-ш, моя крошка… спи, милая… Я не дам тебя в обиду, моя малышка…
Так, сидя на полу, Сони тихо плакала, медленно раскачиваясь, будто в трансе. Взгляд женщины остекленел, как будто она оказалась на краю бездонной пропасти, и от падения вниз уже не спастись. Её душа отказывалась принимать произошедшее. Она не вмещала в себя эту боль.
