Текст книги "Третья могила прямо по курсу (ЛП)"
Автор книги: Даринда Джонс
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 21 страниц)
Родные положили куклу с ней в гроб, так никогда и не узнав о ее поступке. Услышав, как обо мне говорят ангелы, она обменяла куклу на нож, чтобы стать моим хранителем, пока не появится настоящий. Мне бы никогда не хватило духу сказать ей, что справлялась она не очень. В конце концов, главное – намерения.
– Это самое удивительно, что я когда-либо видел, – пришибленно пробормотал Гаррет. Когда мне удалось на нем сосредоточиться, я заметила, какое благоговение отражается у него на лице. – Будто тысячи брюликов сияют в солнечных лучах. Красота неописуемая.
Я сделала глубокий вдох, прочищая мысли, уткнулась лицом в шею Артемиде и поинтересовалась:
– Не пора бы тебе вернуться в тело?
Гаррет не ответил, и я подняла голову, чтобы взглянуть на него.
Он смотрел на меня, пытаясь понять, что я чувствую.
– Ты этого хочешь?
– Тебе там нужно быть.
Он склонил голову и оказался у двери в спальню раньше, чем я успела моргнуть.
– Тебе нужно выяснить, на что ты способна.
– Достала меня уже эта фразочка, – помрачнела я.
– Я слышал Фэрроу. Он хочет, чтобы ты разобралась с этим дерьмом из-за какой-то там войны. Мне казалось, он преувеличивает. Но я слышал кое-что еще, и я был не прав.
– Я над этим работаю, – устало отозвалась я. Мне хотелось только зарыться в Артемиду и уснуть.
– Знаешь, если эта война будет хоть вполовину такой страшной, как думает Фэрроу, тебе и правда надо поскорее все выяснить.
Чудесно. Еще один любитель загадки позагадывать. То, что доктор прописал.
– Ты-то что об этом знаешь?
– Я знаю, что они на подходе, Чарльз. – Взгляд Гаррета стал предупреждающим. – И адски злы.
Не успела я расспросить о деталях, как он испарился. Надеюсь, отправился в собственное тело и там и останется.
Я придвинулась к Артемиде. Исходящий от нее холод приятно успокаивал. Повиляв коротким хвостом, она уткнулась носом мне в шею. Перед тем как уснуть, я еще раз посмотрела на дверной проем, в котором только что стоял Гаррет.
Мужики. Что с них взять?
Бонус
21 марта 2012 года, 19:18
Проблема с Чарли
Без решеток и монотонной рутины жизнь снаружи чуждая и незнакомая. Я словно очутился в другом мире, попал в другую галактику. Мне говорили, что так будет. В первую очередь, те, по чьей милости я оказался за решеткой. Через десять лет до них дошло, что они допустили ошибку, и меня освободили. Но пошли они все к черту. Десять лет – слишком большая плата за то, чего я не совершал. Перед тем как я вышел, меня предупредили: поскольку я сел слишком молодым, на воле мне придется трудно. Ежедневные мелочи вроде оплаты счетов и покупки продуктов станут проблемой. Однако мне ничего не нужно. В том, чтобы быть сыном врага номер один всего человечества, есть свои плюсы. Месяцами я могу жить на одной воде. Могу даже двинуть в Антарктиду и обойтись без пальто.
Но в Антарктиде нет ее.
И все же жить в реальном мире – испытание похлеще, чем казалось поначалу.
Я в душе затхлого номера в отстойном отеле. Вытираюсь полотенцем и ловлю свое отражение в разбитом зеркале над раковиной. От правого плеча до левого бедра тянутся темно-красные полоски – подарок от сбежавшего из ада демона. Здесь, на Земле, он нашел лишь свою смерть, но боролся отчаяннее, чем я ожидал. Через пару дней раны заживут, но я не хочу, чтобы она их видела. Ни эти, ни другие. Я и без уродливых следов – чудовище.
В битом отражении мелькают обрывки татуировок, и я опускаю глаза, глядя на них. По отдельности – это всего лишь черные отметины на коже, но вместе они составляют карту, ключ к вратам ада. Дар моего отца. Если слишком долго смотреть, я провалюсь в этот лабиринт. Меня только что выпустили из тюрьмы на Земле, и последнее, чего я хочу, – попасть в тюрьму преисподней. Не уверен, что мне хватит сил сбежать оттуда снова, поэтому отвожу взгляд и смотрю вверх. Изучаю свое лицо. У меня карие глаза. Никогда ничего особенного в них не видел, но, кажется, людям, и мужчинам, и женщинам, они нравятся. Вот почему, выходя на улицу, я стараюсь ни с кем не встречаться взглядом. Но они все равно смотрят, и их неспособность отвести глаза лишает меня самообладания, поэтому я ослепляю их. Ненадолго, ровно на столько, чтобы пройти мимо. И тогда я чувствую их взгляды спиной. Горячие. Жаждущие. Умоляющие меня остановиться. Обернуться.
Я никогда не останавливаюсь и никогда не оборачиваюсь.
Мне надоедает смотреть на свое человеческое обличие, так похожее на истинное, и я покидаю физическое тело, обманывая себя, будто просто хочу убедиться, что с ней все в порядке. Сейчас где-то там слишком много моих бывших братьев, которые хотят только одного – добраться до нее. До того, что есть только у нее одной. До самой ее сути – до портала в рай. В сам рай.
Я несусь по улицам Альбукерке, радуясь, что никто меня не видит. Что никто не хочет меня больше, чем сделать следующий вдох. Потому что в иных обстоятельствах их голод иссушает, а когда я не обращаю на них внимания, их разочарование становится почти осязаемым.
Просачиваясь сквозь стены ее квартиры, я чувствую, как ускоряется ее пульс. Она знает, что я здесь. Но не видит меня, потому что я не материализовался. И это хорошо, учитывая, как я сейчас выгляжу. Она стоит перед раковиной в ванной, закутанная в полотенце. Из него водопадом греха льются длинные ноги. Влажная ткань так плотно ее облепила, что я вижу все изгибы ее фигуры, похожей на песочные часы. Длинные волосы темными мокрыми прядями ласкают ее спину. Она смотрит вниз, поднимает голову и бросает взгляд золотистых глаз через плечо, прямо на меня. Но она не знает наверняка, где я, поэтому осматривается дальше.
Не могу удержаться. Подаюсь к ней и легко касаюсь поцелуем ее губ. Впитываю ее надрывный вздох, а она облизывает нижнюю губу, прикасается к ней кончиками пальцев, будто изучая, исследуя. Потом прикусывает ее белыми зубами и скрещивает руки на груди, давая мне понять, что не уступит. И так всегда, когда я оказываюсь рядом.
– Ты же знаешь, что можешь показаться. – Ее голос дуновением свежего ветерка проходит по моей горячей коже.
Изогнув одну бровь, она продолжает оглядываться. Ждет. Притворяется, будто не надеется. Но я слышу, как шумит под ее кожей кровь, чую, как разливается тепло у нее между ног. Пусть лицо ее выражает раздражение, но тело не врет. Предательство в греческих масштабах.
– И ты все еще меня бесишь, – добавляет она и прислоняется к раковине.
Не могу сдержаться – окутываю ее собой, прижимаюсь к ней. У нее вырывается тихий стон, она пытается меня оттолкнуть, но сейчас я для нее – просто мощный поток обжигающего воздуха. Я мог бы материализоваться, но не стану. Не сейчас. Вот когда исцелюсь… Если исцелюсь. Если мне представится еще один шанс. Вокруг и везде демоны, которым нужна она – это прекрасное создание, стоящее передо мной. Она изо всех сил цепляется за разум и тает в тепле, которым я ее окружил. Откидывает голову, и я склоняюсь, чтобы поцеловать ее в шею. С ее губ срывается едва слышный стон, поощряя меня действовать, стать материальным, чтобы войти в нее и увидеть звездопад.
Нет. Не сейчас. Не так. Скрипя зубами, я отступаю. Она тут же покрывается мурашками, но теперь от холода. Обнимает себя, трет руками и хмурится.
Она говорит изменившимся голосом. Интонации мягче, не такие решительные. И боль, которую я ощущаю в ее груди, заставляет меня пожалеть о том, что я сегодня пришел.
– Ну как? Получил, что хотел? Такой реакции ты ждал?
Поскольку она не кричала и не билась в оргастических судорогах у меня в руках, то нет. Ничего я не получил. Может быть, в другой раз.
Проблема с Чарли состоит в том, что я отдал ей свое сердце с самого первого взгляда – много столетий назад. Одна ее улыбка озарила черный шелк вечности. И к ней потянулась вселенная, словно все планеты, звезды и луны стремились лишь к одному – оказаться рядом с ней. Мне точно известно, каково это. Мне посчастливилось узнать ее задолго до того, как она была рождена на Земле. В этом мире, который не заслуживает ее так же, как и я.
Но вот сейчас она передо мной. С высоко поднятой головой. Глаза мерцают золотом.
– А теперь, раз уж ты выполнил свою миссию, не пошел бы ты на хрен? Мне еще над делом работать.
Она отворачивается и начинает расчесываться. Узнает ли она когда-нибудь, кто ее настоящий отец? И какая удивительная у нее родословная? У всех ангелов смерти есть семьи, но ее семья – королевских кровей. Она принцесса среди воров.
Нет, она определенно заслуживает кого-то лучше, чем я.
Я ухожу. Возвращаюсь в свое тело. Делаю глубокий вдох, представляя себе демонов, которые пришли за ней в этот мир. И с новыми силами выхожу на охоту.
