Текст книги "Пригородная готика (ЛП)"

Автор книги: Брайан Кин

Соавторы: Брайан Смит
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Чак кивнул.

– Знаю.

Они оба замолчали, неловко переминаясь с ноги на ногу. Чак почесал затылок и проследил за ее взглядом, тоже наблюдая за проносящимися мимо автомобилями. Одри довольно хорошо его знала, чтобы увидеть, как тот набирается смелости, чтобы что-то сказать или спросить.

– Что у тебя на уме, Чак?

– То же, что и у тебя. По той же причине ты удрала из-за стола.

– Селеста.

– Да. Слушай, она мне тоже не нравится, но сейчас мы мало что можем с этим поделать.

Одри хмыкнула.

– Серьезно? Я думаю, нам стоит поговорить со Стюартом. Узнать его мнение. Может, он тоже терпит эту сучку только ради Брэдли. Не поверю, что она может кому-то нравится.

– Я бы не был так уверен в этом. Ты видела, как она ведет себя с остальными.

Одри закатила глаза.

– Ты имеешь в виду этот фальшивый флирт? Ее лицемерие и слащавые комплементы никого не обманут. Стюарт падок на лесть, но он не дурак. Я уверена, что он видит ее насквозь. Я думаю, он терпит ее, только из-за того, что не хочет ссорится из-за нее с Брэдли.

– Вот и я о том же. Они давно дружат. Стюарт никогда бы не пошел против Брэдли и не рискнул бы критиковать его леди.

Одри фыркнула.

– Леди? Это обращение как можно меньше подходит Селесте Синклер. Леди, черт возьми. Эта сука – просто шлюха, на которой пробу ставить негде. Ебаная пизда.

Чак вытаращился на нее.

– Ну это уже... это немного грубовато, нет?

– Нет, блять! Это блятская правда, и ты это знаешь. Ты видел ее Инсту. Ее дерьмо граничит с порнографией. Не знаю, как ее еще не заблокировали. Одни позы, в которых она предстает на фото, шокируют, и бог знает сколько еще там видео с тверкингом^[9] и трясущимися сиськами.

– Да ладно, Одри. Мне она тоже не нравится, но судить ее только по тому, что она выкладывает у себя в блоге такой контент не правильно. Сейчас уже 2020 год, верно? Раскрепощение больше не подлежит осуждению. Секс-позитивные люди тоже нуждаются в поддержке, разве не так?

– А еще мы должны носить маски и социально дистанцироваться, но где ты видел, чтобы это кто-то делал? К черту этот секс-позитив. Я вполне лояльна ко всем этим новомодным движениям, но не когда дело касается этой суки. Селеста гадит на нас при каждом удобном случае. Да пошла она. Надеюсь, она подхватит вирус. С меня хватит этого дерьма.

– Да...

– Я, блять, серьезно, Чак. Мне все это надоело.

– Так что ты предлагаешь? Уйти из команды? Начать вести собственный канал?

Одри пожала плечами.

– Надеюсь до этого не дойдет, если мы откроем Брэдли глаза. Как я уже сказала, при первой же возможности нам нужно серьезно поговорить со Стюартом. Если я права, и он такого же мнения об этой суке, втроем мы сможем предъявить Брэду ультиматум.

– Думаю, стоит попробовать. – Нахмурившись, Чак снова почесал затылок. – Но стоит быть готовым к тому, что Стюарт может стать на сторону Брэдли.

– Ну и хер тогда с ними. К черту все это. Мы уйдем из команды. Создадим свой канал. Возможно, на Twitch или на другом каком сервисе.

Чак скептически смотрел на нее, и девушка ожидала, что он станет возражать, но парень просто пожал плечами и сказал:

– Ладно.

Это было типично для Чака. Он всегда избегал конфликтов, и готов был согласится с любым решением, в данном случае с ее.

Она взяла его за руку и повела обратно к спорт-бару.

– Слушай, хочешь пока повременим с этим? Мы поговорим об этом позже и решим, что делать, когда вернемся домой.

Он вздохнул с явным облегчением.

– По-моему, звучит неплохо.

Они вернулись к остальным. Одри заверила всех, что чувствует себя уже хорошо, на свежем воздухе ей полегчало.

Через полчаса они погрузились в фургон, и отправились в "Вестгейт Гэллери".

* * *

Оказавшись в кинозале, Майкл удивленно озирался, ощущая, что его отбросило на несколько десятилетий назад во времени. Ряды покрытых плесенью кресел были прикручены к полу, покрытому затертым до дыр ковролином бордового цвета. Сиденья были обращены к пустому экрану, обрамленному потрепанными грязными занавесями – тоже бордового цвета. Кресла были меньше и значительно менее удобными, чем те, которые устанавливали в современных кинотеатрах, большими, мягкими и комфортабельными. Даже спустя столько лет в помещении все еще слабо пахло несвежим попкорном.

Майкл словно вернулся в свое детство, и его охватила глубокая меланхолия. Все здесь казалось таким знакомым и родным.

Дверь за ним захлопнулась. Вскрикнув от испуга, он обернулся, ожидая увидеть за спиной подкрадывающуюся к нему тварь. Но позади никого не было.

Эта мерзость играла с ним, как кошка с мышкой. Майкл не верил, что она отказалась от преследования. А возможно оно специально гнало его в определенное место.

Он отвернулся от двери и еще раз осмотрел зрительный зал. В задней части зала, высоко над последним рядом, находилось окно проекционной будки. Именно оттуда шел тусклый свет. Тот не мог быть тем отблеском, который он видел под дверью – такой слабый луч не мог пробиться через мглу зала и просвечивать под створкой. Мужчина уставился на окно и увидел, как свет замерцал, когда перед его источником промелькнул неясный силуэт.

Наверху явно кто-то был, кто-то наблюдал за ним оттуда прямо сейчас.

Майкл пожалел, что не подобрал оброненный фонарик. Он ощупал карманы в поисках чего-нибудь, чем можно будет защититься, и тут понял, что где-то потерял маску и ключи. Без ключей он не сможет отпереть ни одну из дверей наружу, таким образом оказавшись запертым здесь с этим кошмаром на паучьих ножках. Это привело его в отчаяние.

Он помнил, что у кинотеатра были стеклянные наружные двери. Можно было попытаться выбраться через одну из этих дверей. Стекло, несомненно, было толстым, и пробить его будет непросто, но других вариантов выбраться отсюда не было.

У Майкла был порыв припугнуть того, кто находился в проекционной будке, заявив, что уже вызвал полицию, но потом усомнился, что это напугает того или тех, кто обитает здесь и занимается такими жуткими вещами, как расчленение людей. А уж доказательств этих кошмаров он уже сегодня навидался вдоволь.

Внезапно в зале загорелся свет, пусть и тусклый, но вполне сносно освещающий помещение. Видимо перед тем, как он вбежал сюда, кто-то выключил освещение, потому что именно его отблеск виднелся из-за двери. И вот теперь этот кто-то вновь включил свет, явно с какой-то целью, и риелтор подозревал, что явно не ему в помощь.

Майкл решил побыстрее убраться из зала и поспешил по ближайшему проходу, заглядывая по пути между рядами кресел, опасаясь, что кто-то может прятаться в тени, и периодически поглядывая на проекционное окошко, но никакого мельтешения внутри будки больше не замечал. Добравшись до двери на противоположном стороне зала, беглец остановился и пригляделся к двери. Не желая рисковать получить еще один разряд тока, Майкл ткнул ее мыском ботинка. Незапертая дверь распахнулась, и он выглянул в темный вестибюль, который казался пустым, если не считать еще одного высокого мусорного бака. От того исходила прогорклая вонь, такая же, как и от ведра в кладовке.

К черту, – подумал он. – Я больше не повторю подобную ошибку.

Риелтор обошел мусорный бак стороной, торопясь миновать вестибюль, и заметил двустворчатые двери, которые, по его предположению, должны были вести в холл. Прежде чем открыть их, Майкл попытался заглянуть в маленькие стеклянные окошки, вставленные в двери на уровне глаз, но ничего не смог разглядеть. Они были заляпаны, а по ту сторону двери было слишком темно.

Опасливо мужчина толкнул одну из створок и прислушался. За дверью было тихо и темно. Он распахнул дверь шире и проскользнул внутрь. Однако вместо просторного холла, Майкл оказался в широком коридоре. По обоим сторонам прохода располагались двери в другие кинозалы. Впереди был короткий пандус. Темнота здесь была почти осязаемой, а тишина – пугающей. Шаги Майкла затихали, пока он медленно спускался по пандусу. Он видел перед собой не дальше вытянутой руки.

Спустившись с пандуса, мужчина уже смог различить смутные очертания билетных касс, когда включилось верхнее освещение. Майкл вскрикнул в испуге. За билетными кассами мелькнула чья-то тень. Что бы там ни было, оно не особо пряталось. Темный силуэт вышел из тени и навалился на стойку. Майкл окаменел при виде гротескного мутанта. Этот внешне более походил на человека, несмотря на видимые уродства, чем паукообразная тварь. Существо было явно мужского пола, несмотря на то, что оказалось обряжено в кожаное платье. На его голове красовалась шляпа.

Майкл огляделся вокруг, отчаянно ища что-нибудь, чем можно было бы отбиться от жуткого существа, и неожиданно заметил, что пол движется. Приглядевшись, он понял, что это не пол движется, а целая потревоженных армия тараканов.

Человек в кожаном платье опустил шляпу перед Майклом и слегка поклонился.

– Рад, что вы смогли присоединиться к нам. Как раз к началу представления.

Закричав, Майкл снова бросился бежать, давя ботинками разбегающихся тараканов.

Глава 5

Логан осторожно выбрался из Мустанга. Оставив дверь открытой, он озираясь, сделал пару шагов в сторону от машины. Уродца видно не было. Может быть, ему это действительно просто привиделось? Учитывая количество выпивки и травы в его организме, он бы так и подумал, если бы остальные тоже этого не видели. Он обернулся к машине и увидел Кэма, выползающего с заднего сиденья. Он выглядел нервным и взвинченным. Девушки остались внутри. Лиззи все еще была в отключке. Тара смотрела на него широко раскрытыми глазами, едва сдерживая слезы.

Кэм подошел к Логану, ежась на прохладном ветерке, поскольку в спешке не успел одеть рубашку и был только в поношенных синих джинсах и ботинках. Закурив, он осмотрел парковку заброшенного торгового центра.

– Похоже, этот гребаный мутант или кто он там был, успел удрать отсюда, – заключил он.

Логан кивнул, хотя опасался радоваться раньше времени.

– Ну, спасибо, блять, ему за это. Я не бздун, но этот парень меня бы в бараний рог скрутил одной левой, и голову открутил бы, как крышку у бутылки.

– Я видел один документальный фильм на YouTube. Ты знаешь, что отрубленная голова еще несколько минут после отсечения сохраняет сознание? Она думает, видит и все понимает.

Логан вздрогнул.

– Это пиздец.

Кэм пожал плечами.

– Ну, я не знаю, оторвал бы тебе тот ублюдок голову или нет, но ты определенно обосрался. Причем во всех смыслах.

– Пошел ты, Кэм.

– Эй, я просто говорю тебе все как есть. – Кэм отбросил недокуренную сигарету и красноречиво посмотрел на Лиззи. Затем снова повернулся к Логану. – Ты позволяешь этой обдолбанной шлюхе вертеть собой как ей вздумается. Ты тряпка, брат.

Логан сжал кулаки.

Кэм откинул челку с глаз.

– Что ты ерепенишься, Логан? Что теперь, ударишь меня? Я говорю тебе это только для твоего же блага. Я понимаю, что ты неравнодушен к этой сучке, но она просто использует тебя и при этом раздвигает ноги практически перед каждым встречным. Она – шваль, чувак, и ты заслуживаешь лучшего.

– Закрой свой рот, придурок. Она, блять, тебя услышит.

– Ты серьезно? Она вырубилась на хрен. Лиззи сейчас ни хрена не слышит.

Логан протяжно вдохнул. Его трясло от злости. Он задержал дыхание, надеясь успокоиться. Выдохнув, он разжал кулаки.

– Ты мог бы уважительнее обращаться со мной, Кэм. Я думал ты мне друг.

– Так и есть. Неужели ты не понимаешь, брат? Я говорю это, потому что я твой друг. Мне чертовски надоело видеть, как тобой пользуются. Ты же не дурак. Ты должен понимать, что рано или поздно она разобьет тебе сердце, так или иначе. Она либо перестанет давать тебе, либо поймает передоз и окажется в могиле.

– Для чувака, которому его же девушка дает только по праздникам и который бухает каждый день и закидывается наркотой, ты слишком много на себя берешь.

– Это другое, – парировал Кэм.

– Черта с два, ты чертов лицемер. Готов поспорить, что...

Подвеска Мустанга скрипнула. Они повернулись и увидели Тару, вылезающую из машины. Она испуганно огляделась вокруг.

– Вы уже починили машину?

Логан покачал головой.

– Похоже, что мы ее починили?

– Нет. По-моему, похоже на то, что вы, ребята, устроили какие-то гребаные разборки.

Логан покосился на Кэма. Затем раздраженно фыркнул и покачал головой, вытирая рот тыльной стороной ладони.

– Мы просто разговариваем.

– О чем?

Оба промолчали, но поскольку Тара продолжала требовательно смотреть на них, Логан пожал плечами и ответил:

– Ни о чем, правда.

Тара нахмурилась.

– Сомневаюсь. Вы бы видели свои физиономии. Такое ощущение, что вы готовы порвать друг друга. Я уж не говорю про ваши огненно-красные ауры.

Логан моргнул.

– Что?

Тара подошла к Кэму и положила руку ему на спину.

– У каждого человека есть аура, Логан. Большинство людей их не видят, потому что их восприятие мира очень ограничено. Но такие люди, как я, чувствительные и настроенные на природу, вибрации вселенной и прочее, видят их.

– Ага.

– Я серьезно. Ты знаешь моего кузена, который живет в Мариетте?

Логан кивнул.

– Того, который работает в пиццерии "Гарганос"?

– Да, это он, только он больше не работает в "Гарганос". Теперь он работает в ночную смену в "Таргет". В общем, он какое-то время встречался с пуэрториканской девушкой, и она оказалась замешана в brujeria.

– Что это? – спросил Кэм. – Типа какого-то наркотика или типа того?

– Нет, дурачок. – Она ткнула его локтем в бок. – Это южноамериканское колдовство. В общем, один из соседей моей кузины был амишем, который знал, как делать пау-вау^[10], и он помог ей, а позже, когда мы тусовались однажды ночью, он научил меня читать ауры.

Логан нахмурился.

– Парень-амиш научил тебя быть экстрасенсом?

– Ты мне не веришь? Ну и ладно. Ты волен думать, что хочешь. Я же уверена в своей правоте, поэтому мне не важно чье-то мнение. К тем, кто не видит, нужно относиться с состраданием и пониманием. Так сказал Леви.

Логан взглянул на Кэма. Не сдержавшись, оба заржали.

– Козлы, – обругала их Тара. – Однажды вы увидите, как все обстоит на самом деле, что мы существуем бок о бок с другими реальностями, измерениями и существами в идеальной небесной гармонии, и когда этот день настанет, я буду ждать извинений от вас обоих.

– Непременно, – снисходительно кивнул Логан. – Как только, так сразу.

Это снова рассмешило Кэма. Логан захохотал вслед за ним. Оперевшись о плечи друг друга, они сотрясались от смеха.

– О, да пошли вы оба в пизду! А ты, Кэм, в особенности.

– Я только что оттуда, детка.

– Ну, надеюсь, тебе понравилось, потому что это был последний раз на долгое время. Я заслуживаю большего, чем дерьмовые насмешки.

Она полезла обратно в машину, нащупывая что-то на заднем сиденье. Обычно Логан старался не пялится на девушку своего приятеля, но этот вид был настолько соблазнительным, что он не смог удержаться. От ее длинных голых ног в облегающих шортах, которые раньше были джинсами скинни, парень не мог оторвать глаз. Кроме шорт, на Таре были только сандалии и крошечный фиолетовый топ – то есть, практически ничего не оставалось для воображения.

Только через пару секунд Логан понял, что Кэм заметил его интерес.

– Прости, – смущенно извинился он.

Кэм усмехнулся.

– Не парься.

Тара вылезла из Мустанга с сумочкой в руках. Она закинула ремешок себе на плечо и демонстративно продефилировала мимо парней.

Кэм нахмурился.

– Эй... куда это ты собралась?

– Подальше от тебя, придурок.

Кэм поспешил за ней.

– Тара, подожди. Да подожди ты! Я ничего такого не имел в виду. Просто мы все на нервах, и это была просто разрядка. Вот и все.

Он схватил ее за руку, но она вырвалась.

– Не трогай меня, блять!

– Ладно! Господи...

– Просто оставь меня, блять, в покое. Я серьезно.

Кэм поднял руки вверх в знак капитуляции.

– Ты же не пойдешь домой пешком. Ты знаешь, как это далеко?

– Я дойду до магазина "Индюшачий холм" возле съезда с шоссе, а оттуда на такси доберусь до дома.

– До туда почти миля отсюда. На улице темно. А что насчет той штуки, которую мы видели здесь?

– Мне насрать.

– Тара, подумай своей гребаной башкой. Если хочешь, вызови такси, но хотя бы подожди здесь, в машине, где тепло.

– В машине не тепло. Она, блять, сломана. Как и ты, неудачник.

– Тара, это небезопасно!

– Отвали.

Она развернулась и пошла прочь, направляясь через парковку.

Кэм вскинул руки.

– Невероятно!

– Чувак, пусть идет, отпусти ее, – посоветовал Логан. – Этот гребаный монстр уже давно сбежал.

Кэм покачал головой.

– Ей просто нужно выпустить пар, – продолжил Логан. – Завтра извинишься.

– Не, братан, это все хуйня. Она никогда так на меня не злилась. Никогда. Все кончено, я чувствую это.

– Извини.

Кэм пожал плечами.

– Все нормально. Это же не конец света, верно?

– Да, я думаю, это...

Его прервал крик.

* * *

Майкл остановился, как только увидел уродливых существ, преградивших ему путь к выходу из кинотеатра. В отличие от урода-паука, они не выглядели как результат какого-то безумного научного эксперимента, который пошел наперекосяк. Они походили на выводок, получившийся после многолетних кровосмесительных связей и подвергшихся безумным мутациям. Но, несмотря на физиологическое различие паукообразной твари и бандой представших перед ним выродков, мужчина не сомневался, что они были из одного клана, действуя совместно. Ползучая гадина загнала его именно туда, где остальные уроды устроили ему ловушку.

Но в еще большее замешательство его привела не стайка уродцев, преградивших ему путь – морально он был готов к подобной встрече, подозревая, что мерзкая тварь гонит его в нужном ей направлении – а разбитые входные двери и наружные витрины, осколками рассыпавшиеся по холлу. Пустые окна были забиты толстыми деревянными досками и завалены другим хламом. Последний шанс выбраться отсюда был потерян. Теперь ловушка захлопнулась со всех сторон.

Четыре уродца, преградившие ему путь, были деформированы в разной степени. У одного из них, более крупного, из плеча рос маленький сросшийся близнец, а в руках он держал бейсбольную биту, ершащуюся гвоздями. Рядом с ним стоял циклоп с глазом посередине лица. Перекидывая из руки в руку ржавый пожарный топор, циклоп был самым крупным из них. Два других в сравнении с ними были совсем мелкими. Один напоминал тучную версию одного из жевунов из "Волшебника страны Оз". У него было перекошено лицо, словно его отдубасили по голове с одной стороны. Из мелких пор на его коже и из распухшего живота сочилась какая-то зеленая жижа. На нем была пара подшитых оранжево-черных штанов и кожаный ошейник с шипами на массивной, похожей на хобот шее. Другой коротышкой была единственная женщина среди них. И такая же толстая, как и ее мелкий собрат. Ее повисшие, покрытые бородавками груди выпирали из потрепанного платья. Лицо и руки тоже были покрыты бородавками. На шее у нее было ожерелье из костей. Оба мутанта были вооружены тесаками для разделки мяса, испачканные свежей, еще капающей с лезвий кровью.

Майкл судорожно всхлипнул.

Я в такой жопе, какую можно было только найти.

Уроды стояли в отдалении друг от друга. Майкл размышлял, стоит ли попытаться рискнуть проскочить между ними, но грозное оружие в их руках поумерило его пыл. Но и сдаваться он тоже не собирался. Последний отчаянный рывок к возможной свободе мог быть его единственным шансом.

– Они не причинят тебе вреда, – сказал голос позади него, – если ты не будешь пытаться бежать. Повернись. Посмотри на меня.

Майкл колебался, не горя желанием поворачиваться спиной к уродам, но и не желая оставаться спиной к тому, кто стоял за ним. Наконец, он выдохнул и обернулся. Парень, с которым он столкнулся у касс – в платье и шляпе – усмехнулся.

– Повезло, что ты вошел в эту часть здания, а не к Доктору Полночь.

– Я... что?

– Большая часть скота оказывается там. – Урод махнул рукой, указывая вглубь торгового центра. – А ты нет. Тебе сказочно повезло.

– Что вам от меня нужно?

– Ты видишь мою шляпу?

– Да...?

– Знаешь, кто носит шляпу? Люди шоу-бизнеса. И у нас сегодня шоу.

Четверка уродцев захихикала. Один из них поскреб своим оружием по плитке пола. Майкл вздрогнул.

– Что... что за шоу?

– Специальное шоу. Только для тебя.

– Послушайте, мистер... я не знаю вашего имени...

Урод в платье снял шляпу и ерничая поклонился.

– Я – Скаг.

Майклу показалось, что он уже слышал это странное имя раньше. Наморщив лоб, он попытался вспомнить, и память услужливо напомнила ему о той надписи, которую он видел на наружной стене торгового сердца:

Здесь был Скаг.

Прошедшее время в контексте фразы Майклу показалось насмешкой, потому что это подразумевало, что автора граффити здесь уже быть не должно. Однако Скаг оставался здесь, затаившись в заброшенном торговом центре вместе с бандой подобных себе. Судя по выцветшей надписи, они здесь уже давно обосновались. Так что все, кто считают, что торговый центр заброшен, глубоко ошибаются – он вполне даже обитаем, населенный кровожадным выводком скваттеров. Этому месту нужен был не агент по коммерческой недвижимости, а гребаная тактическая группа, вооруженная огнеметами.

Майкл прочистил горло.

– Ну... мистер Скаг, меня зовут Майкл. Майкл МакКафферти.

– Привет, Майкл.

– Привет. Я из "Босман-Клайн".

Скаг нахмурился.

– И это мне должно что-то сказать?

– Ну... этой компании принадлежит эта недвижимость. Этот торговый центр. Как представитель компании, я...

– Не владеет. Не "Босман-Клайн". Не ты, Майк. И я пошутил. Я знаю, что такое "Босман-Клайн". – Он повернул голову и сплюнул на пол. – Очень хорошо знаю.

– Оооо... – Майкл поднял руки в успокаивающем жесте. – Послушайте, я понимаю ваше возмущение и готовы отстаивать свои права. Теперь, когда я самолично убедился, что вы и ваши... друзья... обустроились здесь, я готов засвидетельствовать это в суде^[11]. Если вы... позволите мне уйти, конечно. Я могу порекомендовать вам несколько солидных адвокатов.

Скаг покачал головой.

– Ты не можешь уйти. Как я уже сказал, мы приготовили для тебя представление.

– Какое к черту представление, – вышел из себя Майкл, – когда вы понятия не имели о моем существовании?

– Ну, не для тебя конкретно. Для тех, кого ты представляешь.

– "Босман-Клайн"?

Скаг пренебрежительно махнул рукой.

– Мы знали, что они снова кого-нибудь пришлют сюда. Мы были готовы к встрече представителя. Практиковались в кинематографе.

– В чем практиковались?

Скаг не ответил. Майкл решил попробовать другую тактику.

– Послушайте, уверяю вас, я не желаю вам зла. Честно. Я даже не знал, что торговый центр обитаем.

– Следуй за мной, – приказал Скаг. – Если не пойдешь сам, тебя потащат.

Он отвернулся от Майкла и махнул рукой в направлении пандуса, ведущего к кинотеатрам.

– Сюда.

Майкл почувствовал, как что-то твердое уткнулось ему в спину. Он догадался, что это, скорее всего, его ткнули бейсбольной битой, утыканной гвоздями. Пленник зашагал вперед, следуя за Скагом. Остальные бежали за ним, посмеиваясь и фыркая. Майкл изо всех сил старался подавить страх. Скаг был здесь главным и, несмотря на безобразный вид, оставался самым адекватным среди этого сброда. Его же приспешники были мало того, что отвратительны внешне, но и казались совершенно безумными. Он полагал, что любое его неосторожное движение, которое покажется им подозрительным, выльется в болезненное наказание. Поэтому риелтор даже не раздумывал о побеге, понимая, что ему или выпустят кишки или отрубят голову, а потом выкинут ее в мусорный бак.

Они поднялись по пандусу, а затем пошли по коридору в сторону кинозалов. Майкл пробежал по этому коридору всего несколько минут назад, но теперь, никуда не торопясь, он смог разглядеть детали интерьера. Витрины вдоль стен, в которых когда-то размещались афиши анонсируемых фильмов, теперь в основном пустовали, а те немногие пожелтевшие плакаты, что остались, были испещрены аляповатыми, похабными рисунками и граффити – гротескными половыми органами и карикатурно-порочными изображениями жестокости и насилия. Похоже, здесь порезвились подростки. Несколько раз он встречал на стенах странную повторяющуюся фразу – OB RULZ – вырезанную или нарисованную аэрозольной краской. На ковре были коричневые пятна, он был усеян мертвыми насекомыми и мусором. Плесень расползлась по мрачным стенам, а с потолка и светильников свисали пряди паутины.

На одной из стен Майкл заметил пожелтевший плакат, прикрепленный к стене. Изображение на нем выцвело до неразличимых пятен, но надпись оставалась частично разборчивой: «Странствующий карнавал братьев Флаэрти». Окончание слова «карнавал» было замазано грязью, но особой эрудиции не требовалось, чтобы понять его.

Так вот откуда взялись эти уроды! Какой-то старый передвижной карнавал? Существовали ли такие карнавалы в настоящее время?

– Идем, – поторопил его Скаг. – Не обращай внимания на этот плакат. Джакс, скажи детям, что я не хочу видеть это на нашей территории. Это дерьмо Полночи. Не наше.

Один из мутантов позади Майкла зычно рыкнул. Майкл подпрыгнул в испуге. До сих пор никто из них, кроме Скага, не произнес и звука. Ну, если не считать паукообразную тварь, но та была скорее зверем, чем человеком. Хотя и остальных этих существ людьми можно было назвать с большой натяжкой.

– Кинотеатр – это наша территория, – продолжал Скаг. – Таков был уговор. Территория нашего клана. Не их. Этому дерьму здесь не место.

Скаг открыл одну створку двухстворчатых дверей и махнул ему рукой. Майкл сразу ощутил знакомую вонь, исходящую от большого мусорного бака в углу, и понял, что они направляются в той же кинозал, который он поспешно покинул несколько минут назад. Однако сейчас большое помещение заливал верхний свет, хотя менее зловеще оно не стало выглядеть. Кинозал был в таком же ужасном состоянии, как и все остальное здание.

Пока он шел по проходу, его несколько раз пихнули и подтолкнули сзади. Поднявшись на несколько рядов вверх, Скаг указал Майклу на ряд кресел, намекая занять место. Майкл повиновался, стараясь сохранять спокойствие, но у него задрожали руки, а губы онемели и распухли. Ему было холодно, но он обильно потел.

Шок, – подумал мужчина. – У меня шок. Паника. Нужно держать себя в руках. Не показывать им свой страх.

Он глубоко вдохнул через нос и тут же пожалел об этом. Амбре, которое источали его похитители, были как из застоявшейся канализации. Кашляя, Майкл стал протискиваться по ряду, пока Скаг не велел ему остановиться. Он вдохнул, на этот раз через рот, и буквально почувствовал вкус вони.

Скаг уселся на кресло. То скрипнуло под его весом. Он похлопал по сиденью рядом с собой.

– Садись.

Майкл изо всех сил старался сохранить спокойный тон.

– Что вы собираетесь со мной сделать?

– Ну... – протянул Скаг, повернувшись к пленнику. – Если ты не станешь меня слушаться, я отрежу твой член, повешу его сушиться и сделаю мужскую жвачку.

Майкл вытаращился.

– М-мужскую жвачку?

– То, что у вас называется вяленой говядиной. А теперь садись.

– Но... социальное дистанцирование...

Скаг нахмурился, в недоумении глядя на него.

– Что?

Майкл колебался. Возможно эти уроды даже не знали о КОВИД-19. Судя по тому, что до сих пор никто не знал, что они поселились здесь, очевидно, что никто их не видел. Эти гады вероятно сидели здесь безвылазно, не контактируя с обществом, поэтому и не знали о происходящем в мире, как и мир не знал о них.

– Социальное дистанцирование, – повторил он. – Необходимо держаться на удалении друг от друга.

– Так и есть. Наши люди остаются здесь. Люди Полночи остаются в остальной части торгового центра.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – сказал Майкл.

– Я тоже не понимаю, что ты имеешь в виду.

– Пандемия, – объяснил Майкл. – Коронавирус. Много заболевших. Рекомендовано сохранять дистанцию, чтобы не заразиться друг от друга.

– Ааааа! – Скаг кивнул и пожал плечами. – Я слышал об этом. Нас это не касается. Мы не заразные. А теперь... садись. Больше я повторять не буду.

 Майкл опустил сиденье и опустился в кресло. Он почувствовал, как пружины упираются ему в спину, и ощутил запах плесени. Парень со сросшимся близнецом, растущим из плеча, опустился на сиденье справа от него, широко расставив ноги и упираясь головкой бейсбольной биты в спинку кресла перед собой. Майкл сомкнул колени, избегая соприкосновения со своими жуткими соседями. Крошечная вторая голова мутанта повернулась к нему и улыбнулась. Через мгновение то же самое сделал и его старший брат.

– Ты нравишься Гаксу. – Голос двухголового был удивительно глубоким и мелодичным.

– Что... кто такой Гакс? – заикаясь пробормотал Майкл.

Все еще ухмыляясь, тот погладил свою вторую голову.

– Это Гакс. А я – Джакс. И мы оба ждем-не дождемся, когда можно будет тебя съесть.

– Э... съесть?

– А ну заткнулись, – шикнул на них Скаг. – Разговаривать в кинозале – плохой тон. Мы никогда не были в кино до того, как нашли это место, но так написано в правилах поведения в кинотеатре.

Майкл с трудом сдерживался, чтобы не завопить. Пугающие намеки и само нахождение в обществе безумных уродов ввергли его в такой ужас, что, даже логически понимая, что никто не придет ему на помощь, ему хотелось голосить во всю мощь своих легких, хотя бы для того, чтобы выбросить накопившиеся эмоции. Здесь он помощи не найдет, ему нужно было самому думать, как спасаться. Но из-за зловония, исходящего от похитителей, зловещей обстановки и собственного панического ужаса он пребывал в оцепенении, не в состоянии мыслить.

Его взгляд задержался на платье Скага. Кожа была странной, разных оттенков и узоров. На левой груди красовался рисунок розы, а по подолу вился какой-то символ. Майкл дважды моргнул, с ужасом поняв, что это вовсе не узоры. Это были татуировки, а кожа была человеческой, нескольких жертв, судя по цветовому разнообразию. Он отшатнулся в отвращении, но не смог отвести взгляд. Потом вдруг понял, что платье смотрит на него. На боку было пришито вытянутое лицо, застывшее в вечной муке.

– Тебе нравится? – Скаг усмехнулся. – Я их все сам шью.

– Я...

Скаг неожиданно наклонился вперед и боднул Майкла головой, а потом обратился к двуглавому.

– Нам нужна камера. Где Клаво?

Джакс встал и крикнул:

– Клаво! Пора.

Внизу у киноэкрана появилась миниатюрная фигура. Переместившись в центр экрана и повернувшись лицом к своим малочисленным зрителям, карлик поднял старую видеокамеру. Светящаяся точка на устройстве мигала, показывая, что идет запись.

– Отлично. – Скаг повернулся и помахал рукой в сторону проекционной будки.

Мгновение спустя свет в зале погас, и экран осветился.

Майкл понятия не имел, чего ожидать, и был слегка удивлен, когда заиграло устаревшее приветствие от руководства кинотеатра. На экране появились мультяшные персонажи, отправившиеся на ночной киносеанс, а голос за кадром призывал зрителей проявлять уважение к другим посетителям кинотеатра и не разговаривать во время сеанса.