Текст книги "Пригородная готика (ЛП)"

Автор книги: Брайан Кин

Соавторы: Брайан Смит
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Брэдли и остальные члены команды прибыли сюда из своего родного Нэшвилла. Селеста прилетела из Нью-Йорка в близлежащий международный аэропорт Харрисбурга, а затем добралась до места встречи на такси. Ожидая, пока остальные выйдут из фургона, Селеста огляделась. Она уже скучала по Нью-Йорку. Здесь, в пригороде Ланкастера, штат Пенсильвания, было несколько проблесков цивилизации, в которые, хоть и с натяжкой, можно было записать и "Кикерс". Тупое название, даже для спорт-бара, но ей было все равно, лишь бы там можно было поесть. Она была голодна. Когда Брэдли и остальные подошли к ней, Селеста заметила вдалеке большое здание, едва различимое на горизонте и расположенное в стороне от шоссе. Она решила, что это, должно быть, "Вестгейт Гэллери".

– Привет. – Брэдли улыбнулся, сверкнув отбеленными зубами, обнял ее и поцеловал в щеку. – Как поездка?

– Ужасно. – Она слегка отстранилась, поморщившись от его несвежего, отдающего кислятиной дыхания. – Они заставили меня носить маску всю дорогу. Как доехали?

Брэдли пожал плечами.

– Чак всю дорогу ныл о Ковиде, – сказал Стюарт.

– Я не ныл, – отозвался Чак, шаркая рядом с ними. Судя по голосу, у него была отдышка. – Я просто думаю, что тебе следует предостерегаться.

– Я надевал маску каждый раз, когда мы останавливались, чувак. И я использовал дезинфицирующее средство для рук после того дерьмового общественного туалета в Мэриленде.

– Да, но ты не дезинфицировал руки, после того как заправлялся. Что если человек, который пользовался топливным насосом до тебя, был заражен?

Стюарт пожал плечами.

– Они сказали, что так заразиться нельзя.

– Кто сказал? – спросил Чак. – Реддит^[2]?

– Да.

– Может хватит? – Селеста оборвала их перепалку взмахом руки. – Я есть хочу.

Брэдли кивнул Чаку.

– Доставай оборудование.

Одри нахмурилась.

– Ты что, решил записать, как мы едим?

– Нет, я хочу записать нашу встречу здесь. Потом поедим.

Чак и Одри вернулись в фургон за оборудованием, а Брэдли попросил Селесту встать под наружным фонарем на краю парковки.

– Представь, что мы только сейчас увидели друг друга, – сказал он.

– Сначала съешь мятную конфету.

Он усмехнулся.

– Что, пахнет изо рта?

– Как будто там что-то сдохло.

Все еще ухмыляясь, он поспешил к фургону и порылся в бардачке. Одри и Чак вернулись, и оператор начал устанавливать камеру. Одри открыла пластиковый пакет и начала раздавать маски с логотипом "Затерянные места".

– Не забудьте надеть это, – напомнила она.

Селеста застонала.

– Я весь день провела с маской на лице. В аэропорту, потом в самолете, потом в такси. Я ненавижу эти гребаные штуки.

– Они никому из нас не нравятся, – сказал Брэдли. – Но нам нужно продвигать этот товар.

– И нам не нужен хейт в комментариях. Такие, как Чак непременно станут возмущаться, увидев нас без масок, и будут обвинять нас в том, что мы не соблюдаем рекомендуемые меры защиты от Ковида, – сказал Стюарт.

Нахмурившись, Селеста надела маску, поправила волосы, чтобы скрыть под ними резинки.

– Готовы? – спросил Брэдли.

Чак показал ему большой палец, поднятый вверх.

– Эй, как дела, ребята? – Брэдли посмотрел в объектив камеры и сделал вид, что только что вышел из фургона. – Я Брэдли. Если вы впервые смотрите наше видео, не забудьте подписаться на канал и нажать кнопку "Нравится"! Возможно, вы захотите посмотреть и другие наши видео, например, о заброшенном отеле "Хигдон"^[3], колледже Ноксвилла^[4], парке развлечений «Лейк Шоуни»^[5], Сентрейлия^[6] и бывшей тюрьме штата Теннесси^[7].

– Жуткие видосы, – подхватил Стюарт.

Брэдли кивнул.

– Мы только что подъехали к спорт-бару в Ланкастере, штат Пенсильвания, где договорились встретиться с прекрасной Селестой. Я уже вижу ее, вон она, ожидает нас.

Селеста подыграла ему, в который раз поражаясь стремительному преображению флегматичного Брэдли, который всего минуту назад с сонным видом расхаживал у фургона, в энергичного блогера, с воодушевлением подающего материал зрителю. Он напоминал ей персонажа книги Стивенсона – доктора Джекила, превращающегося в мистера Хайда, потому что даже со способностью Селесты изображать различные настроения, примеряя разнообразные образы на камеру, ее актерские навыки весьма уступали той фанатичной отдаче, с которой Брэд лицедействовал в кадре.

Показушно обнявшись с Селестой, он снова повернулся прямо к камере и опустил маску. Она сделала то же самое, напомнив себе, что должна держаться от него на расстоянии шести футов. Стюарт был прав. Им не нужны были тролли, оставляющие язвительные и негодующие комментарии о том, что они пренебрегают социальной дистанцией в условиях пандемии.

– Наш пункт назначения сегодня – торговый центр "Вестгейт Гэллери", – продолжил вещать Брэдли. – В прошлом это был успешный коммерческий объект, ежедневно посещаемый тысячами покупателями. Этакий памятник безудержному потребительству. Теперь это пустой, заброшенный остов, служащий мрачной метафорой смерти американской мечты и обвинительным актом всех пустых обещаний западного капитализма.

– Звучит интригующе, – подхватила Селеста, и надула губки, как ей казалось, соблазнительно.

– Интригующе, – согласился Брэдли, – но и опасно. Но... это никогда не останавливало нас раньше, потому мы – команда исследователей затерянных мест. Мы не боимся. Мы рискуем. Только на нашем канале зрители смогут вместе с нами проследовать туда, где годы не ступала нога человека. Вот почему вы остаетесь с нами и подписываетесь на наш канал. Мы – абсолютные лидеры в этом деле.

– Чертовски верно, – сказал Стюарт. – Кстати, может хватит этих слащавых бахвальных речей? Потому что если я не получу порцию горячих крылышек, то никакого зрелища не будет, брат.

– Остынь, братан. Сейчас поедим. – Брэдли снова повернулся к камере. – Во-первых, давайте кое-что проясним. Сегодняшняя экспедиция может быть самой рискованной из всех, что мы предпринимали. Мы наняли проводника, который скоро подъедет, но мы не знаем, с чем столкнемся внутри торгового центра. Здание было заброшено уже много лет. Есть вероятность, что мы столкнемся со скваттерами, а что мы знаем о скваттерах, банда?

Одри подняла руку.

Брэдли указал на нее.

– Да, Одри?

– Они непредсказуемы.

– Именно! В большинстве случаев они безобидны, хотя все же лучше держаться подальше от них. Но иногда скваттеры могут быть опасны. Они могут быть психически больными или наркоманами. Или и то, и другое. Велика вероятность, что они не носят маски и не дезинфицируют руки.

Селеста кивнула.

– Каждый должен носить маску, как и мы.

– Я никогда не выхожу из дома без нее, – поддакнул Стюарт. – И если вы посетите наш сайт, тоже сможете получить одну из наших масок с логотипом "Затерянные места". Помните, герои носят маски.

– Помимо коронавируса, – сказал Брэдли, – всегда существует потенциальный риск насилия при встрече со скваттерами. Вот почему мы всегда держимся вместе. Старое клише верно. Сила в количестве. Так что... давайте будем осторожны, и будем веселиться!

Чак опустил камеру.

– Вроде неплохо.

– Ты уверен, – спросил Брэдли. – Может, сделаем еще один дубль? Я не хочу повторения того, что произошло в Сентрейлии.

– Все в порядке, – заверил его Чак.

– Селеста, – окликнула девушку Одри, – хочешь, мы сделаем несколько снимков для твоего Инстаграм?

– В таком виде? – Селеста закатила глаза. – Я весь день провела в дороге. Посмотри, какой у меня видок. Никакого макияжа, прическа в полном беспорядке, а на этих штанах для йоги дырка.

– Извини, – холодно отозвалась Одри.

– К тому же, – продолжила Селеста, – эта помойка – ужасный фон. Можешь себе представить, что я напишу под фотографией? Привет всем, вот я в какой-то забегаловке под названием "Кикерс" в пригороде Пенсильтуки.

– Кстати говоря... – Стюарт повернулся в сторону спорт-бара. – Давайте поедим наконец!

Селеста передала свою маску Одри. Стюарт и Брэдли сняли свои и тоже отдали девушке. Одри положила их обратно в пакет, отправив туда и свою. Чак свою снимать не собирался. Одри бросила пакет с масками в фургон, заперла машину, и отправилась догонять остальных, которые направились в закусочную.

Улыбаясь, Селеста взяла Брэдли за руку, наклонилась и прошептала ему на ухо.

– Ты сплотил войска, шеф.

Брэдли рассмеялся.

– Не смог бы сделать это без тебя, детка.

Селеста снова улыбнулась и сжала его руку.

– Чертовски верно, ты не смог бы. И никогда не забывай об этом, или я отрежу твои гребаные яйца.

* * *

Майкл моргнул, не понимая, что происходит. Во рту пересохло, а язык был как наждачная бумага. Он разлепил губы и почувствовал вкус крови. Пощупав кончиком языка полость рта, мужчина обнаружил, что прикусил внутреннюю сторону щеки. Что произошло? Риелтор вспомнил, как его ударило током, когда он дотронулся до дверной ручки. Потом...

Что было потом, он не помнил. Наверняка, все это время он был без сознания. Судя по тому, как болела голова, он, должно быть, упал и ударился о бетонный пол. Мужчина осторожно ощупал голову и поморщился, нащупав большую шишку. Но открытой раны не было. Медленно он снял маску и глубоко вдохнул.

Что бы ни случилось, ему чертовски повезло, что он остался жив. Майкл пожалел, что не вернулся к машине и не взял новые латексные перчатки взамен выкинутых порванных. Возможно, будь на нем перчатки, он бы избежал удара током, что бы его не спровоцировало.

Майкл сплюнул на пол скопившийся во рту кровавый сгусток, а потом огляделся в темноте в поисках фонарика. В конце концов он нашел его у стены справа от себя. Застонав, мужчина потянулся за ним, но прежде успел схватить его, почувствовал шорох сверху. Звук был тихий и почти неслышимый. На лицо ему посыпались частички мелкого мусора.

Что за хрень?

Он прищурился, пытаясь разглядеть что-то в темноте и прислушался. Поскольку шум не повторился, риелтор решил, что это просто оседает старое здание.

Майкл снова надел маску, а затем взял фонарик. Чтобы убедиться в своей правоте, он направил луч прямо вверх.

И закричал.

То, что свисало с потолка, тоже закричало, перекривляя его.

Это была не птица, не насекомое, не крыса. Даже не бездомный, обустроившийся в заброшенном здании. Это было чудовище. Из распухшего серого туловища, испещренного язвами, торчало несколько тонких паучьих лапок. Тело твари лишь отдаленно напоминало человеческое, как и голова на вытянутой, потной шее. Наиболее отвратительной частью тела был гротескно огромный пенис, который свисал снизу гнойного торса, как туго набитый носок. Из сочащегося отверстия на кончике члена выступало что-то острое, металлическое и покрытое черной жижей. Как будто кто-то хирургическим путем вживил лезвие от канцелярского ножа внутрь массивного члена этой твари. Но рассмотрев внимательнее, он понял, что это вовсе не кусок металла торчит из члена. Это было жало.

Существо замолчало. Майкл тоже. Оно зашипело и замотало головой, когда Майкл вскочил на ноги и снова бросился к двери.

Риелтор схватился за дверную ручку и снова отлетел назад, когда тело пронзил еще один разряд тока. Мужчина рухнул на левый бок, при падении почувствовав острую боль в руке, как при переломе. Очевидно, это и был перелом.

Мерзость пробежала по потолку, стрекоча, как насекомое. Жало, торчащее из пениса существа, удлинилось. Стало видно еще больше черной маслянистой субстанции. Капли ее попали на лоб Майкла, обжигая, как кислота.

Существо снова зашипело на него. Звук был гортанный и мужчине показалось, что то пытается с ним общаться, угрожая ему на своем чудовищном языке.

Майкл покачал головой.

– Какого черта...

Он вскочил с пола, придерживая сломанную конечность, и побежал в противоположном направлении, вглубь заброшенного торгового центра.

Глава 3

Песня Church of Disgust «Veneration of Filth» закончилась, и Логан Кребс извлек компакт-диск, положил его в футляр и достал другой.

Звуковая система старого Мустанга была безнадежно устаревшей. Функции беспроводной связи не было, поэтому потоковая передача музыки с телефона или другого устройства была невозможна. Не было ни вспомогательного разъема, ни проигрывателя компакт-дисков. Только AM/FM-радио и допотопный кассетный проигрыватель.

Это стало проблемой, когда Логан унаследовал Мустанг после смерти отца. Он хотел ездить в доставшейся ему машине с музыкой. Слушать хорошую музыку, а не попсовый хлам, который передавали по радио. Отец оставил в бардачке несколько кассет с записями Guns N' Roses, Anthrax, Sick Of It All, The Hellacopters, Body Count, King Diamond, AC/DC, Kix, Biohazard и Social Distortion, и хотя все они были замечательными и навевали приятные воспоминания об отце, слушать одни и те же записи вскоре надоедало.

Тогда Логан начал покупать старые кассеты с хэви-метал на иБэй, что было весьма затратно, учитывая, что у него практически не было денег. Некоторые из этих старых кассет были относительно дешевыми, но цена других зашкаливала немыслимые пределы. Он и не подозревал, что старье может так дорого стоить. Звучание с них было посредственным, к тому же старые магнитофоны часто зажевывали пленку, приводя ее в негодность. Для него оставалось за гранью понимание мотивов продавцов, которые устанавливали такие высокие цены на свой товар, но еще больше его обескураживали покупатели, которые брали эти кассеты за такие деньги.

В итоге Логан был вынужден применить творческий подход. Он купил в ломбарде старый портативный CD-плеер с кассетным адаптером, который позволял слушать компакт-диски в Мустанге. Это было лучше, чем слушать хрипящие записи на аудиопленке, хотя устройство иногда выходило из строя. Провод адаптера коротило, и иногда музыка прерывалась. Это раздражало, но проблема решалась простым шевелением провода. И благодаря своему ноу-хау он теперь мог слушать такие новинки, как Bile Lords, Your Kid's On Fire, Broken Hope, Charred Walls of the Damned и Church of Disgust, которых не было на кассетах.

Многие недоумевали от музыкальных предпочтений Логана. В основном ему нравилась музыка десятилетней давности и тех современных групп, творчество которых основывалось на старых веяниях. Большинство лучших композиций было записано задолго до его рождения. Слушая такую музыку на устаревшем оборудовании, он ощущал себя в той эпохе, из которой она пришла, особенно сидя в старом Мустанге, который был родом из тех же времен.

Парень заменил компакт-диск Church of Disgust на De Mysteriis Dom Sathanas группы Mayhem. Выпущенный в 1994 году, этот альбом пионеров блэк-метала по-прежнему был одним из самых зловеще звучащих композиций, которые Логан когда-либо слышал, и прослушиванию совсем не мешали слабые потрескивания адаптера. Это придавало даже некоторый шарм агрессивной музыке, особенно когда он был под кайфом.

Как сейчас.

В данный момент музыка выполняла еще одну важную функцию, заглушая звуки траха Кэма Полсона и Тары Берк на заднем сиденье. Ну... почти. Старые динамики Мустанга грохотали во всю мощь, но вздохи и ахи все равно прорывались сквозь дребезжание колонок. Даже если бы он не слышал их, Кэм и Тара так яростно трахались, что машина раскачивалась. Как бы Логан ни старался не обращать на это внимания, от этих страстных стонов и ритмичному покачиванию салона он уже начинал заводиться, что доставляло ему неудобство, особенно торчащий в штанах член, который некуда было пристроить, потому что Лиззи отключилась рядом с ним на переднем пассажирском сиденье.

Он хотел было уже войти на смартфоне на порносайт и быстренько вздрочнуть, но вспомнил, что его тарифный план был отключен за неуплату.

Логан сделал еще одну затяжку и посмотрел на Лиззи. Она выглядела умиротворенной и почти ангельской во сне, если не обращать внимания на слюни, стекающих с уголков ее рта. Между ее раздвинутых ног стоял полупустой уже пятый выпитый сегодня стакан бурбона. Она сама выпила почти всю бутылку, но именно пара таблеток "Окси"^[8], принятые ею, отправили ее в страну грез. По мнению Логана, смешивать алкоголь и опиоиды было глупо, но Лиззи и разумность были несовместимы. И такая ее бесшабашность всегда удивляла его, потому то девушка на самом дела была довольно умна, и все же продолжала вести себя глупо и безрассудно.

Она не была его девушкой в общепринятом смысле, они просто вместе тусовались и трахались. Учитывая то, что она гордилась своей полиаморностью, Лиззи и сама не считала его своим парнем, но Логан, не смотря на это, полагал себя самым близким ей человеком, и всегда присматривал за ней. Узнав об этом, она наверняка бы разъярилась, поскольку не хотела быть никому обязанной, поэтому он делал это тайно. И поэтому Логан с тихим отчаянием наблюдал за каждым ее безрассудным увлечением. Он постоянно беспокоился, что в одну из таких ночей она переборщит и прикончит себя. И ему было неприятно осознавать, что если это случится, то он ничем не сможет ей помочь. Даже малейшие его намеки на то, что ей стоит быть осторожной, не вызывали у нее ничего, кроме ярости. Бесполезно было даже пытаться образумить ее. Иногда ему хотелось полностью разорвать с ней отношения и умыть руки, чтобы в дальнейшем, когда она доведет себя до могилы, что по его мнению случится рано или поздно с ее образом жизни, не терзаться чувством вины.

И все же... он просто не мог этого сделать, потому что чертовски любил ее. Логан знал, как отреагирует Лиззи, если он когда-нибудь признается ей в своих чувствах. Она мгновенно разорвет с ним любые отношения и никогда больше с ним не заговорит.

Возможно, это был бы самый легкий путь – просто покончить с этим, сказать Лиззи, что он влюблен в нее, чтобы она бросила его и избавила от дальнейших терзаний.

Логан всегда впечатлял ее интеллект. Будучи трезвой, Лиззи была самым умным человеком, которого он когда-либо встречал. Она говорила об искусстве, истории и науке, рассказывая ему такие вещи, о которых он даже не подозревал. Она могла бы поступить в любой колледж, если бы только захотела. Но она к этому не стремилась, даже не делала попыток.

Логан сделал еще одну затяжку и обнаружил, что косяк догорел. Он положил окурок в бардачок и поудобнее устроился на сиденье. Его стало клонить в сон, и веки отяжелели.

Его мысли переключились на БМВ, который недавно проехал по стоянке. Парень за рулем выглядел типичным "белым воротничком". Логан решил, что он, скорее всего, безобиден.

Его веки опустились. Он услышал чей-то храп и смутно понял, что сам издает его, погружаясь в сон.

Внезапно его что-то разбудило. Парень встрепенулся, открыл глаза и увидел, что над капотом что-то нависает. Кэм и Тара, судя по шуму на заднем сиденье, продолжались трахаться как кролики. Зевнув, Логан выпрямился на сидении и потер глаза, прищурившись глядя в лобовое окно. Ничего не различив в темноте, он включил фары и вытер конденсат с запотевшего стекла.

– Вот дерьмо!

Фигура, стоявшая перед машиной, была похожа на человека. Распрямившись во весь рост, та казалось неестественно высокой. Это нечто можно было принять за баскетболиста, если бы не вторая голова, растущая на его плече. Существо было практически обнаженным, и Логан озадачено рассматривал его сморщенную кожу. Набедренная повязка, сделанная из старой рваной рубашки, была туго затянута у него на талии, составляя единственный предмет одежды. Руки у него были невероятно длинными, а кисти, так вообще гротескно огромными. Число пальцев на руках превышало нормальное количество, что сразу бросалось в глаза. Надбровные дуги мутанта нависали над глазами, отчего те казались утопленными, а челюсть выпирала, как волчья пасть. Лицо второй, более миниатюрной головы имело безгубый рот с крошечными желтыми зубами, обточенными до клинообразных клыков.

– Ни хрена себе!

Логан услышал, как Тара пыхтит на заднем сиденье и просит Кэма остановиться. Тот раздраженно хрюкнул.

Тварь приосанилась, потом, перегнувшись через капот, ухмыльнулась обеими пастями. Скуля, Логан вжался в сиденье. Затем резко потянулся к ключам, висящими в замке зажигания. Заметив его порыв, существо снаружи повернуло голову, ту, что побольше, и, казалось, к чему-то прислушивалось.

– Что это за хрень? – невнятно промямлил Кэм, наконец заметив чудовище у машины. От оксикодона он едва мог связать слова в фразу.

Прежде чем Логан успел ответить, существо отступило назад и побежало, двигаясь пружинистым, широким шагом. Логан наблюдал, как оно перепрыгнуло через кустарник и исчезло из виду.

Парень протяжно выдохнул.

– Ребята, скажите, что вы это тоже видели?

– Да, блядь! – крикнул Кэм. – Это ведь не массовая галлюцинация, верно? Мы оба видели одну и ту же гребаную тварь, так?

– Я не знаю. Ты видел уродливо высокого ублюдка, похожего на мутанта, с крошечной второй головой на левом плече?

Кэм кивнул, разинув рот.

– Да...

– Я хочу домой, – истерично выкрикнула Тара. – Логан, валим отсюда!

– Хорошая идея, – согласился тот, кивая. – Это лучшее предложение за весь вечер.

Логан повернул ключ в замке зажигания. Когда мотор не взревел, он нахмурился и попробовал снова.

Кэм наклонился вперед, просунув голову между подголовниками передних сидений.

– Что такое?

Логан попытался завести машину в третий раз.

– Ничего. Вот что. Двигатель заглох.

– Пошел ты, Логан! – крикнула Тара, одеваясь. – Это не смешно!

– Разве похоже, что я прикалываюсь? Машина не заводится! Как в фильме ужасов, блять!

Тара захныкала.

– Открой капот и проверь. Может где-то проводок отошел, – посоветовал Кэм.

– Щас, – рявкнул Логан. – Сам выйди и, блять, проверь.

– Это твоя машина, чувак!

– Это из-за твоего траха мы здесь застряли.

– Как насчет того, чтобы сыграть в "Камень, ножницы, бумагу"?

– Да пошел ты, – выругался Логан. – Какая на хрен игра!

Они злобно уставились друг на друга. Обоих колотило в страхе. Лиззи зашевелилась на пассажирском сиденье. Она открыла глаза, моргнула, а затем вытерла нить слюны, тянувшейся из уголка рта.

– Что происходит? – пробормотала она. – Чего вы орете?

Логан глубоко вздохнул.

– Двигатель заглох, а снаружи какой-то монстр.

Девушка посмотрела на него, как на идиота, снова моргнула, а затем вновь свернулась на сиденье и закрыла глаза. Ее сопение заглушали только всхлипы Тары.

* * *

Луч фонарика безумно плясал по шлакоблочным стенам и потолку коридора технического обслуживания. Фонарик дрожал в руке Майкла, улепетывающего со всех ног от чудовища из самых страшных кошмаров. Пульс зашкаливал, грудь горела. Стрекотание паукомонстра затихло позади, но в ушах зазвенело, и он не решался им доверять, боясь оглянуться и увидеть эту жуть, следующую за ним по пятам.

Я слишком молод для сердечного приступа, – подумал он в панике. – Какого черта я ходил в спортзал три раза в неделю?

Луч фонарика пробежал по закрытой металлической двери впереди справа от него. Поспешно подойдя к ней, беглец протянул дрожащую руку, но замер, так и не коснувшись дверной ручки. Что, если эта дверь была под током, как та, что вела на выход?

Но Майкл все же решил рискнуть.

Стиснув зубы и изо всех сил стараясь подавить дрожь, он взялся за дверную ручку. К счастью, его не тряхнуло и не откинуло в сторону в болевом шоке. Мужчина вздохнул с облегчением и повернул ручку. Дверь была не заперта. Он поспешно открыл дверь и направил луч фонарика внутрь, осветив полки из нержавеющей стали с покрытым пылью уборочным инвентарем, лежащим на них. В центре кладовки стояли швабра и ведро. В помещении ощущался резкий запах, но он не мог определить его источник.

Майкл быстро нырнул внутрь и закрыл за собой дверь. Та казалась крепкой и имела замок. Он подумал, что еще можно подпереть ее стальными полками для дополнительной защиты. Риелтор повернул замок, а затем подошел к швабре, решив, что сможет использовать ее в качестве оружия. Вонь становилась все сильнее. Потянувшись к ручке швабры, Майкл заглянул в ведро.

В грязной воде плавала раздутая человеческая голова.

Майкл попятился назад, прижав руку ко рту, пытаясь сдержать тошноту. Горло горело от желчи. Он сорвал с лица маску и тяжело задышал, избегая смотреть в ведро.

Мужчина провел лучом фонарика по полкам и увидел среди чистящих средств другие ужасающие свидетельства творящегося здесь безумия – несколько человеческих черепов, различные кости и банки с органами, плавающими в мутной жидкости. В одной из банок лежала пара глазных яблок со зрительными нервами, тянущимися за ними, и напоминающими головастиков. Он отшатнулся, едва подавив крик. Ему казалось, что глаза изучающе смотрят на него. С трудом справившись с дверным замком, Майкл, пошатываясь, вывалился из кладовки и побежал дальше по коридору, всхлипывая и подвывая. Переоборудовать это здание под что-то иное было невозможно. Его нужно было сжечь, разнести на куски и сровнять с землей. К черту комиссионные. К черту и бизнес с недвижимостью, если уж на то пошло. Если каким-то чудом ему удастся выбраться из торгового центра живым, он займется какой-нибудь другой работой. Чем-то безопасным и приятным. Будет жарить гамбургеры, или, может быть, станет выгуливать собак. Неважно. Это не имело значения, лишь бы больше никогда не соваться в заброшенные здания, подобные этому и похожие на портал в гребаный ад.

Пот каскадом струился по его лицу. В груди защемило. Майкл увидел впереди еще одну дверь. Эта дверь была открыта, и он увидел за ней мерцание. Ему пришло в голову, что паукообразный монстр может увидеть луч его фонарика, поэтому выключил тот и сосредоточился на крошечном огоньке впереди. Мужчина проскочил в дверь, задыхаясь, и врезался на бегу в металлический мусорный бак.

– Черт...

Даже без фонарика Майкл мог сказать, что эта комната значительно больше, чем кладовка. Он избегал заглядывать в мусорный бак, боясь, что там может скрываться еще один неприятный сюрприз. Озираясь, он искал источник света, отблеск которого заметил за мгновение до того, как вбежал в помещение. С опаской беглец закрыл за собой дверь и подождал, пока глаза привыкнут к темноте. Только тогда он заметил вторую дверь в дальней части комнаты. Свет шел из-под нее. У него возникло искушение проверить, что за ней, но благоразумие заставило его остаться на месте.

В темноте трудно было определить назначение этого помещения. Может быть, когда-то это была комната отдыха? Стены казались черными. Приглядевшись, Майкл понял, что они действительно выкрашены черной краской. Он заметил строительные леса и несколько лестниц, прислоненных к стене в углу. Обогнув мусорный бак, риелтор прошел вглубь комнаты и вскоре заметил что-то на стене в виде трех вертикальных колонн, расположенных на равном расстоянии друг от друга. Нахмурившись, он подкрался ближе. Через мгновение Майкл понял, что смотрит на задние стенки трех высоких колонок.

Колонки, – подумал он. – Этот мерцающий свет...

Майкла осенило, что он находится в комнате, непосредственно примыкающей к шестизальному кинотеатру торгового центра. Он попытался вспомнить чертежи и планы, которые изучал в офисе, и решил, что дверь должна вести за один из киноэкранов, а значит, мерцающий свет мог исходить только от кинопроектора.

Откуда, черт возьми, в здании, годами отключенном от электросети и других коммуникаций могло быть электричество?

Оттуда же, откуда подавалось к двери, бьющей током.

Может быть, кто-то запустил генератор? Если да, то он его не слышал. Не было и запаха бензиновых испарений. Может быть, они незаконно подключились к сети снаружи и пиратствуют?

Майкл задумался, решая куда теперь идти. Вернувшись в коридор, он рисковал столкнуться с монстром. Но свет из кинотеатра пугал его не меньше. Где у него было больше шансов на спасение?

Позади него загрохотала дверь. Затем что-то врезалось в нее. Майкл выронил фонарик, и тот покатился прочь от него.

За дверью раздалось рычание и стрекотание монстра.

Дверь снова загрохотала. Петли застонали. С потолка посыпались пыль и частички штукатурки. Паукообразная тварь шипела, пытаясь прорваться внутрь.

Закричав, Майкл побежал к свету.

Глава 4

Выбежав из спорт-бара, Одри столкнулась с компанией парней из студенческого братства. Те вели себя развязно, будучи под хмельком, оживленно жестикулировали и пересмеивались. Она стала протискиваться мимо них, расталкивая локтями. Один из них, не заметив девушку, что-то рассказывая приятелям, сделал размашистый жест рукой и едва не заехал Одри по лицу. Уворачиваясь от удара, девушка врезалась ему в плечо и случайно толкнула парня, тут же поспешив прочь.

– Смотри куда прешь, тупая сука!

– Извини, – сказала она, обернувшись. – Из-за этого гребаного спрея для тела "Axe", которым ты намазался, у меня глаза заслезились, и я тебя не заметила.

Его приятеля дружно заржали и зашушукались. Чувак ошалел от такой наглости незнакомки, а потом разозлился. Сжав ладонь в кулак, он сделал пару шагов к ней.

– Что, блять, ты только что сказала?

Одри пожала плечами.

– Отвали от меня, пока я не подожгла твой гребаный гель для волос. У тебя на голове столько химии, чтобы...

– Пошла ты!

Парень, заколебавшись, неуверенно снова шагнул к ней, но один из его приятелей схватил его за руку.

– Да ладно, чувак, – сказал его друг. – Не кипятись. Она того не стоит. Кто-нибудь снимет это дерьмо на свой телефон, и потом по инету будет гулять вирусное видео, где ты дерешься с бабой.

Одри кивнула.

– Твой друг прав. Не цепляйся ко мне, иначе я тебя на весь мир ославлю. А теперь иди и поплачь в другом месте, белый мальчик.

– Белый мальчик...? – Он нахмурился в недоумении. – Ты же сама белая, тупая сучка.

Проигнорировав замечание, Одри направилась к фургону. Она полезла в сумочку и достала полупустую пачку сигарет и дешевую пластиковую зажигалку. Все повсеместно уже перешли не вейпы, но ей не нравилась эта претенциозная ерунда. Сунув сигарету в рот и прикурив, она закинула пачку и зажигалку обратно в сумочку и с наслаждением затянулась. Оглянувшись, девушка увидела, что компания парней уже удалилась.

– Козлы...

Она устремила взор вдаль, выдыхая дым через нос, не вынимая сигарету изо рта. Смех доносился с открытой площадки для отдыха. Через динамики играла веселая музыка, эхом разносясь по парковке. Машины проносились мимо по шоссе, сверкая фарами. Она завидовала всем тем людям, которые проезжали мимо, не останавливаясь в этом захолустье, рядом с этим дурацким спорт-баром, где были вынуждены услужливо улыбаться ненавистной женщине, сидящей за столом напротив них.

Она услышала хруст гравия слева от себя. Одри повернулась и увидела Чака, идущего к ней. Девушка вздохнула, выдыхая дым.

Он указал на сигарету кивком подбородка.

– Я думал, ты пытаешься бросить?

– Пытаюсь, но, очевидно, не совсем успешно. Во всяком случае, еще не бросила. – Она бросила окурок себе под ноги и затушила его ботинком. – Курение меня успокаивает. Ты знаешь сам.