355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Барб Хенди » Об истине и зверях (ЛП) » Текст книги (страница 10)
Об истине и зверях (ЛП)
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 22:40

Текст книги "Об истине и зверях (ЛП)"


Автор книги: Барб Хенди


Соавторы: Дж. С. Хенди
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 32 страниц)

Глава 9

Монотонный скрип колес телеги смешивался с цокотом копыт, звуча в голове Винн, даже когда они вставали лагерем на ночь. Один день сменял следующий, пока караван не остановился на двое суток, чтобы починить колесо одной телеги, и тогда она осознала, что прошла больше чем половина месяца.

Линия фургонов пересекла широкую долину между высокими горными хребтами, вздымающимися впереди на северо-востоке. Покрытые травой каменные холмы перетекали в торчащие зеленой щеткой жиденькие леса, и деревья выдавали различие в местности больше всего. Меньше елей и сосен, как на землях Нуманской Империи, и больше широколиственных. Утоптанная грунтовая дорога была так стара, что часто попадались камни, вымытые ливнями.

Как и время года, распорядок дня Винн тоже изменился. Она весь день вела фургон, в то время как Чейн и Красная Руда спали под тентом у противоположных бортов фургона. Они просыпались вечером и стояли на страже всю ночь.

Тень только дремала в течение дня, сидя на скамье рядом с Винн, но она никогда, казалось, не спала крепко. Часто, она внезапно поднимала голову, бдительно осматривая дикую местность. Чаще всего она делала так, когда они проезжали через леса. Ее бдительность начала раздражать Винн. И слишком часто она сама начинала всматриваться в деревья, ожидая, что услышит голоса Стихийных Духов в своей голове.

Но деревья были тихи, и фургон катился дальше. Скоро леса покрыли всё место между холмами.

Однажды, ближе к сумеркам, когда Чейн и Красная Руда ещё спали, Винн увидела проселочную дорогу, пересекающую ту, по которой они ехали, прямо перед первым фургоном каравана. Вскоре появилась ещё одна с другой стороны. Они доехали до развилки.

Вождь Адрино объявил остановку. Он приблизился к фургону Винн, его тяжелая коса качалась из стороны в сторону, пока он шел. Он указал налево, на северо-восточную дорогу.

– Эта ведёт к землям Лхоинна и А'Граихлонну, – сказал он. – Держитесь дороги и доедете до открытой равнины. Их лес за ней, а столица не намного дальше, – Адрино указал на юго-восточную дорогу. – У нас есть несколько стоянок вдоль южных предгорий долины, – он поглядел на Тень, затем назад на Винн, и кривая улыбка растянула его рот. – Скажи своему бледному другу и гному, что они хорошо потрудились. Некоторые из моих людей совсем обленились и привыкли спать по ночам.

– Спасибо за все, – ответила Винн, хотя она была озадачена. Караван не направлялся в земли Лхоинна: возможно, у них не было груза, чтобы торговать там.

Адрино кивнул, все еще улыбаясь, и отвернулся. Но вдруг он остановился и хмуро посмотрел на север.

– Патрули Лхоинна… строги ко всякому, пересекающему равнину.

– Что ты имеешь в виду?

Он пожал плечами.

– Никогда не понимал этого. Они не позволяют проливать кровь там, ни для охоты, ни для защиты, и даже раненым не дают проехать. Держите оружие вложенным в ножны или вообще уберите, и езжайте в медленном темпе.

Его слова заставили что-то шевельнуться на задворках ума Винн – что-то об открытой области на пути к эльфийскому лесу. Она не могла вспомнить, что это, уже не говоря о том, где она об этом услышала.

– Ты не знаешь, почему? – спросила она.

– У любого народа есть такие древние действия, причины которых забыты. Все это просто традиция. Но отнеситесь к этому с должным уважением, поскольку эльфы смотрят на это серьезно.

Винн кивнула, почему-то забеспокоившись. Адрино отвесил краткий поклон и ушел. Когда караван поехал дальше, и Винн в свою очередь достигла развилки, она направила фургон на проселочную дорогу.

Тень немедленно села на скамье, её уши встали торчком, пока она наблюдала, как караван удаляется. Она обернулась, прижалась плечом к Винн и с гневом выдохнула.

«Останься… Винн… люди…»

С этими словами прибыла вспышка памяти о ночи, когда Духи напала на Винн.

– Это – единственный путь, – ответила она, но и сама она наблюдала за ближайшими деревьями.

Чем дальше они ехали, тем ближе они подступали. Тень нервничала, пытаясь смотреть сразу во все стороны. Но вскоре, гораздо раньше, чем она ожидала, впереди появился просвет. Винн направила лошадей к прогалине на краю леса.

Перед ней простиралась открытая равнина, поросшая высокой травой, которая мягко колыхалась на ветру. Винн показалось, что она разглядела поросли белых полевых цветов, но они были слишком хорошо укрыты травой, чтобы сказать это точно. Дальше был край обширного леса, более дремучего, чем тот, который она только что проехала, простирался он в обе стороны насколько хватало зрения.

Сначала, деревья казались не слишком далеко, но вскоре Винн поняла свою ошибку. Дорога, вьющаяся между ними, по ширине была похожа на нить. Самые высокие из тех деревьев были огромными древними великанами.

Винн никогда не была здесь прежде, но вид был пугающе знаком.

Тень зарычала, посмотрела налево и придвинулась ближе к Винн. Послышался ровный, далёкий перестук копыт.

Три всадника на полном скаку врезались в травянистую равнину. Задняя пара держала поводья одной рукой, и сжимала длинные деревянные пики в другой. Лидер держал только лук. Но когда они подъехали ближе, первое, на что обратила внимание Винн, были их волосы и глаза.

Большие и миндалевидные, их янтарные глаза пылали в свете заходящего солнца. У всех троих были пшеничного или песочного цвета волосы, убранные назад в высокие хвосты, перехваченные металлическими кольцами, и узкие кончики их ушей были хорошо видны. Они были в желтовато-коричневых кожаных одеяниях со стальными украшениями, которые соответствовали сверкающим эполетам на плечах. Бегущие по диагонали перевязи на их груди и пояса были цвета бледного золота. Когда они приблизились, стали видны немного изогнутые рукояти мечей, высовывающиеся из-за их правых плечей.

У Винн отлегло от сердца. Это, должно быть, пограничники, которых упоминал Адрино. По крайней мере, как Хранительница, она могла бы попросить их проводить её.

Лидер осадил свою высокую красновато-коричневую кобылу перед лошадьми фургона.

– Веасграл айлеач, – сказала Винн, приветствуя его.

Его строгое лицо расслабилось и он насмешливо поднял тонкую бровь. Винн заметила серебряную пряжку в виде листа на его поясе, хотя другие два не носили таких. Он кивнул, и его тонкие губы открылись, но он так и не ответил.

Его взгляд остановился на Тени, и он с шипением втянул воздух. Ужас исказил его лицо, прежде чем смениться гневом.

– Валхачкасейя! – выплюнул он.

Винн напряглась, услышав это грязное ругательство, которым часто пользовался Лисил. Она переняла его дурную привычку, но никогда не слышала, чтобы так ругались на нее. Прежде чем она смогла заговорить, лидер потянулся к левому плечу и зажал зубчатый наконечник стрелы в пальцах.

– Отгони фургон назад, женщина! – скомандовал он на эльфийском.

– Что? Но я же не сделала… – начала Винн.

– Сейчас же… похитительница!

– Бывший служитель Банаэ, какие проблемы? – прорычал Красная Руда из фургона.

Винн услышала шелест позади, но не отводила взгляда от лидера патрульных. Ее фургон еще даже не въехал на равнину, а он хочет, чтобы она отступила?

– Я не понимаю, – сказала она по-эльфийски. – Почему мы не можем…

Рука лидера скользнула вниз через его лицо.

Винн услышала треск совсем близко, и Тень разразилась громким лаем. Между ними вибрировало древко стрелы, его наконечник глубоко засел в дереве около ее бедра.

– Заставьте её! – прокричал лидер.

Другой патрульный опустил своё копье, и дыхание Винн остановилось, когда он направил его в её сторону и сделал выпад. Копье встало между ней и Тенью, прежде чем она смогла двинуться. Тень схватила его зубами, когда наездник попытался передвинуть его к Винн.

Винн выдохнула:

– О, семь адов!

Это всё было не из-за неё. Это было из-за Тени.

– Я могу всё объяснить, – вскрикнула она, забывшись и переключившись на нуманский. – Просто позвольте мне…

Другое копье ударило ее в плечо.

Винн упала со скамьи фургона, хлопнувшись на землю рядом с ним. Она только перевернулась, когда услышала треск откинутой ткани тента. Последовал глухой стук совсем рядом с ней, и она услышала приглушённое рычание.

Над ней, в перчатках, плаще и шарфе стоял Чейн, его лицо было затенено кожаной маской и очками. Она могла только вообразить, на что он похож в глазах эльфийского патруля.

– Нет, – простонала Винн. – Ох, нет!

* * *

Чейн слышал, как Винн говорит с кем-то, но не мог понять ни слова. Это, скорее всего, был эльфийский, поскольку он несколько раз слышал странные, лирические переливы в голосе Винн. Хотя он и не бездействовал, но был словно опьянён и едва мог думать. Он не принимал микстуру уже несколько ночей, и её действие начало проходить.

Его внимательность увеличилась, когда Красная Руда прорычал:

– Бывший служитель Банаэ, какие проблемы?

Винн что-то прокричала, а затем ее прервал треск древесины.

Чейн услышал – почувствовал – это через фургон. Что-то ударило в скамью над его головой. Когда Тень зарычала, Чейн стал отчаянно нащупывать свою маску и очки.

– А джеанн а-шеос е! – прокричал сердитый, но мелодичный голос.

– О, семь адов! – хрипло выдохнула Винн.

Последовали крики и стук копыт, прозвучавшие уже тогда, когда Чейн рывком откидывал холст. Он перемахнул через борт фургона, приземлившись почти на Винн. Она лежала на земле, держась за плечо, и он потянул оба меча из ножен.

Три эльфийских всадника перекрывали путь фургону. Из скамьи торчала стрела. Тень рычала и огрызалась на эту троицу.

Это был всё, что Чейну нужно было знать.

– Нет… ох, нет! – прошептала Винн.

Он даже не глянул вниз, а выдохнул одно только слово:

– Тень!

Он перепрыгнул через Винн одновременно с Тенью, которая лапами уперлась в древко толстого копья и бросилась вперёд.

* * *

Через мгновение после того, как Чейн перепрыгнул через Винн, она поднялась на ноги, держась за бортик фургона, но Тень уже тоже атаковала. Собака, зажатая с двух сторон копьями, напролом кинулась на лидера патрульных. Оба отпрянули от испуганной, вставшей на дыбы лошади. Из задней стороны фургона поспешно выскочил Красная Руда, нехорошо прищурившись.

– Все вы! Остановитесь! – прокричала Винн. – Еан бартва-на!

Первый всадник направил свое копье поверх скамьи в ее голову.

Винн поднырнула под него, а затем кто-то схватил заднюю часть ее плаща. Она попыталась обернуться, но её откинуло назад, и девушке пришлось схватиться за заднее колесо фургона.

– Отойди и останься там! – приказал Красная Руда.

С другой стороны фургона горой вырос всадник.

– Сзади! – вскрикнула Винн.

Красная Руда отшатнулся, когда тупое копьё нацелилось прямо в его голову. Наконечник теперь смотрел в сторону, но лошадь наездника неслась прямо на него. Рот Винн открылся, и она отпрянула от колеса фургона, рефлекторно пытаясь дотянуться до Красной Руды и оттолкнуть его в сторону. Но гном не отступил. Только вытянул вперёд руки.

Его тяжелые ботинки заскользили по земле и камням под весом лошади. Она остановилась, и он пошёл вперёд.

Массивные руки Красной Руды обвились вокруг плеч лошади, и он с обеих сторон схватился за седло. Всадник опустил свое копье и потянулся к рукояти меча. Прежде чем Винн прокричала предупреждение, Красная Руда выпрямился.

Всадник издал удивлённое восклицание, когда передние копыта его лошади оторвались от земли.

Красная Руда сквозь стиснутые зубы испустил гортанное рычание. Он повернулся боком, не выпуская седла. Всадник и лошадь начали сваливаться на бок, а затем оба укатились с дороги в заросли кустов.

– Держись подальше, ты, яанну-билле! – прокричал Красная Руда, пока его противник пытался подняться.

Лязг стали привлёк внимание Винн. Третий наездник выхватил меч и пытался оттеснить Чейн с травы равнины к фургону. Ему, по крайней мере, удавалось держать Чейна на расстоянии, а вот Тень…

Винн промчалась мимо Красной Руды прежде, чем он смог схватить ее.

Тень оттеснила лидера патрульных вдоль дороги на равнину. Мужчина, парируя ее атаки, держал меч, но пока он был вложен в ножны. Винн видела только один способ закончить это быстро.

– Чейн, ни в коем случае не проливай крови! – прокричала она.

Он проигнорировал ее и отступил, пытаясь найти уязвимое место у своего противника. Эльф-патрульный переместился, не отводя взгляда от Чейна, но остановился, заметив Винн, и двинулся в её сторону. Это было его ужасной ошибкой и единственной возможностью, на которую Винн сейчас могла надеяться.

Винн бежала вперёд сломя голову и лишь пригнулась, когда патрульный поднял меч.

– Винн! – вскрикнул Чейн.

Маленькое плечо Винн врезалось в бок эльфа. Она упала, покатившись по высокой траве, но продолжила вслепую двигаться к своей цели. Когда она встала на ноги, ее плечо еще сильно болело, и она пошатнулась.

Эльф поднялся с травы с длинным, изящно изогнутым мечом в руке.

– Отступи, Чейн, – призвала Винн, и повернулась к его противнику лицом. – Никакой крови! На-фуил!

Эльф дрогнул. Прежде чем он передумал, она повернулась и побежала к Тени.

Лидер стоял в трёх шагах, моментально реагируя на выпады собаки, когда она пыталась перейти в наступление. Он не дал ей сделать и шага вперёд, но его меч был теперь обнажён.

Очевидно, традиция не проливать кровь распространялась только до той границы, где мужчина сдерживал маджай-хи. Но лидер держал свое лезвие в обороне и не готовился нанести удар.

Патрульный, наверно, подумал, что Винн выкрала священного маджай-хи из их леса. Но если они остановятся, чтобы подумать, то у нее, возможно, будет минута, чтобы всё объяснить. Она собиралась въехать, а не уехать, с их земель.

– Тень, остановись! – прокричала Винн, сопротивляясь мысли схватить собаку, и обратилась к лидеру. – Я не похитительница – на-ре-упар! Я не крала маджай-хи. Она сама пришла ко мне… а а'чеавариам…

– Я понимаю тебя, женщина, – ответил лидер на отличном нуманском.

Тень прервала их громоподобным рыком, отступив и подобравшись у ног Винн. Лидер несколько секунд удивлённо смотрел на нее, а затем подал голос:

– На-барт – а'грейм айче туаг!

Винн оглянулась, когда он приказал своим людям вернуться на места.

Чейн стоял прямо позади нее, спиной к ее спине. В левой руке у него было более короткое лезвие, опущённое вниз, а гномский меч наизготовку в правой. Его противник стоял вне досягаемости меча, смотря на начальника.

Позади около фургона застыл в кустах с поднятым кулаком Красная Руда. Винн могла только предположить, что под ногами у него был третий патрульный.

Это было недоразумение, но она должна была это предвидеть. Она видела, как Ан'Кроан в первый раз отреагировали на Мальца, путешествующего с людьми. Здесь, насколько она знала, маджай-хи не жили среди Лхоинна, как среди Ан'Кроан, уже не говоря о том, чтобы водиться за пределами их земель.

Винн шагнула назад и коснулась локтя Чейна:

– Всё в порядке. Я смогу…

Ее голос оборвался, когда она почувствовала дрожь в его руке. И он не прекратил дрожать от ее прикосновения.

– Чейн?

Она оглянулась, а затем коротко осмотрелась.

На западе позади нее солнце только садилось за верхушки деревьев над фургоном. Внешней защиты Чейна было недостаточно для того, чтобы он смог долго выстоять против солнечного света.

Винн повернулась и схватила его руку.

– Залезай в фургон, быстро, – прошептала она по-белашкийски, так, чтобы никто больше не понял. – Я смогу справиться с этим, и…

– Нет! – выпалил он, хотя это вышло надтреснуто от дрожи.

– Не будь идиотом, – она потянула его за руку в сторону фургона, хотя и не могла сдвинуть его с места. – Тень и Красная Руда здесь. Просто сделай так, прежде чем тебе станет хуже, и кто-нибудь что-нибудь заподозрит.

Он стоял, пока она не потянула его за руку снова.

Чейн повернул голову, но всё, что видела Винн, это невыразительную кожаную маску и темные круглые линзы. Он наконец отвернулся, медленно и по широкому кругу обходя своего противника.

Винн повернулась к лидеру, не зная, как объяснить странную внешность Чейна, и, в конце концов, даже не стала пробовать.

– Посмотрите на меня, – сказала она, проводя рукой по своей короткой мантии. – Я – Хранительница Знаний из Колм-Ситта, приехала, чтобы доставить официальное сообщение от моего Совета Преминов в вашу миссию Гильдии. Так что, пожалуйста, либо сопроводите меня в город… либо уйдите с моего пути.

Тень вышла вперед, рыча на лидера патрульных. Он даже не вздрогнул, но пока смотрел на нее, задумчиво наморщил лоб. Маджай-хи, прибывшая издалека, была готова напасть на него из-за человека.

Но это было последним способом, которым Винн когда-либо хотела войти в земли Лхоинна, особенно впервые.

* * *

Чейн лежал под холстом в фургоне, внимательно прислушиваясь. Он слышал стук копыт лошадей слева и справа и знал, что патруль все еще рядом с их тронувшимся фургоном. Но он мог также расслышать своих спутников.

Красная Руда прошептал:

– Зачем они искали у наших лошадей раны прежде, чем позволить нам выехать на равнину?

– Я не знаю, – ответила Винн.

Не знал и Чейн. Он все еще ломал голову над указанием Винн, что кровь не должна пролиться в этом месте.

– Подожди! – взволнованно прошептала Винн. – Останови фургон.

Фургон покачнулся, останавливаясь.

– Что случилось? – спросил Красная Руда.

– Посмотри на это, – выдохнула она.

Чейн нахмурился. Сейчас было не время восхищаться окружающим пейзажем.

– Просто цветы, – насмешливо заметил гном. – Странные, но ничего…

– Это не просто полевые цветы, – ответила Винн. – Это – анасгиах, священный…

– О чём вы говорите? – прервал третий голос.

Странный акцент и резкий тон выдали лидера патрульных, который наконец представился как Альфахк.

– О цветах, – ответила Винн. – Почему анасгиах растёт здесь?

Последовала долгая пауза.

– Ты имеешь в виду анамгиах? – спросил он. – Это исцеляющая и очищающая трава, которая растёт только в диких условиях, как на этой спокойной равнине.

Чейн уже пытался одеть маску и очки. Премин Хевис исправила его точно так же, когда он показал ей свои переведенные примечания из «Семи Листьев Жизни». Если он расслышал правильно, один из этих семи компонентов был здесь, везде вокруг него.

– Да, хм… это то, что я имела в виду, – ответила Винн.

Чейн слышал, как Красная Руда цокнул языком, а затем щелкнул вожжами. Когда фургон покачнулся, Чейн выглянул из-под края холста.

Солнце не полностью село, и он скрипнул зубами, когда его свет упал на очки. Он ждал, пока зрение приспособится, надеясь, что не пропустит то, что заметила Винн. Фургон катился вперед, и вдруг что-то белое мелькнуло в высокой траве за краем дороги.

Взгляд Чейна, запертый в границах очков, немедленно скользнул в ту сторону.

Кучка крошечных цветов жемчужно-белого цвета почти мерцала в меркнущем свете. Их подобные листьям соцветия росли в группах, переливающихся словно белый шёлк. Стебли были настолько темно-зелеными, что казались почти черными.

Всё, чего хотел Чейн – это вытянуть руку и схватить их. Потом они уедут. Но пока фургон ехал вперёд, он искал это растение взглядом, хотя его обзор был слишком ограничен. Он заметил еще только два проблеска белого слишком далеко в траве, чтобы видеть ясно.

– Дай мне поводья, – сказала Винн.

– Зачем? – спросил Красная Руда.

– Мы скоро въедем в лес, и править должна я.

Это не было нормальным ответом на вопрос Красной Руды, но многое сказало Чейну. Винн рассказывала ему о событиях, произошедших с ней в Эльфийских землях Ан'Кроан, и то, что Малец разузнал о древних ордах Врага.

Никакой не-мертвый не может войти в эльфийский лес. Или, по рассуждениям Винн, никакой лес, защищенный древним деревом под названием Святилище или его потомком на родине Чейна.

Сам лес почувствует любую нежить и перепутает его с безумием и страхом. Тогда прибудут маджай-хи, чтобы изгнать или убить это. Когда Чейн путешествовал с Вельстилом, тот расчётливый сумасшедший тоже упоминал это.

Как не-мертвый, такой как Вельстил, мог узнать об этом и выжить?

Чейн провёл большим пальцем по кольцу пустоты, плотно сидящему на его среднем пальце левой руки. Возможно, лес не знал, что Вельстил был там. Чейн приготовился, выжидая.

Он не знал, что произойдёт, и Винн тоже волновалась об этом. Он лежал так, как ему показалось, очень долго, задаваясь вопросом, как близко к лесу они подъехали. Его терпение подходило к концу, когда, наконец, его заторможенность начала уменьшаться.

Солнце наконец село?

– Чейн, можешь выходить, – мягко сказала Винн. – Мы здесь!

Чейн откинул холст в сторону и услышал, как Тень, сидящая ближе всего к нему, обиженно фыркнула, когда угол плотной ткани шлепнул ее по спине. Вокруг была темнота, и он, присев на одно колено, снял очки и маску. Они были окружены деревьями.

Винн обернулась через плечо, посмотрев сначала на него, а затем за него. Он проследил за ее пристальным взглядом до двух эльфийских патрульных, едущих позади фургона. Они оба обратили внимание на внезапную перемену в его внешности и немного нахмурились, но смолчали.

Альфахк ехал впереди. Это было не слишком хорошо. Если Чейн окажется неправ относительно кольца, то Винн попытаются задержать за то, что она привела не-мертвого на их землю.

Вдруг Чейн начал чувствовать… нечто.

Нервное подергивание прошло через его тело. Возможно, это был только эффект фиолетовой смеси, усиленный его беспокойством. Он всмотрелся в деревья вокруг. Они были везде. Одно высилось прямо рядом с фургоном, и он инстинктивно отстранился.

Ствол был толщиной как небольшая крепостная башня, и такой широкий, что фургон ещё не достиг противоположной стороны, прежде чем всадники позади поравнялись с ним.

Покалывающий, раздражающий зуд начал беспорядочно появляться на коже Чейна. В лесу не было и малейшего ветерка, но ощущение было такое, будто потоки песка, подкинутого бурей, хлестали его по лицу и рукам.

Покалывание усилилось.

Это вызвало память о том, как он играл рядом с муравейником совсем ещё ребёнком. Чейн помнил насекомых крошечного размера, ползающих по рукаву его рубашки, ища способ войти… узнать, кто он такой. Он медленно повернулся, начиная дрожать, пока не столкнулся с Тенью, сидящей на противоположной стороне скамьи.

Она тихо наблюдала за ним, ее большие, прозрачные глаза казались слишком яркими в темноте.

Чейн отвернулся. Он знал, что защита леса, независимо от того, что охраняло его, не была суеверием. Ощущения многое сказали ему, и он снова нервно провёл большим пальцем по кольцу, которое носил.

Но его мысли не были затуманены пеленой страха.

– Ты в порядке? – с тревогой прошептала Винн.

– Да… я в порядке.

* * *

Винн вытащила кристалл холодной лампы, резко потёрла его о бедро, пока тот не засветился, и передала Красной Руде.

Она так стремилась добраться сюда, что была неосторожна и забыла про здравый смысл. Ей даже в голову не пришло, что присутствие Тени может вызвать отрицательную реакцию у Лхоинна, уже не говоря о драке. Теперь, сопровождаемая вооруженным эскортом, она не могла выкинуть из головы все, что узнала в свое время среди Ан'Кроан о не-мертвых и эльфийском лесе.

Словно чтобы усложнить задачу, она просто ввезла Чейна сюда.

Не было никакого шанса проверить всё осторожно. Они оба знали, что так будет, но действительность находилась на далеком расстоянии от ожидания. Это для него и нее походило на слепую азартную игру, но все, что она могла сделать, это надеяться, что тонкое бронзовое кольцо защитит его.

Он, казалось, был в норме, хотя его глаза были широко открыты и смотрели в пустоту. Когда он потёр кольцо на пальце, она заметила, что его левая рука дрожит.

Красная Руда хранил молчание, изучая их окружение, и Винн посмотрела вперед.

Над ними нижние ветви самых больших деревьев были толще, чем ее тело. Выше они изгибались и переплетались. Через этот навес не было видно ни одной звезды. И было слишком тихо.

– Что это там, впереди?

Винн вздрогнула от голоса Чейна, раздавшегося прямо над её плечом. Сначала, она ничего не могла увидеть за Альфахком и его лошадью. Но потом впереди показался небольшой огонёк, переросший в несколько огненных точек. Когда они приблизились, огоньки оформились в настоящие огни. И некоторые из них были слишком высоко над землей.

– Дома… на деревьях?.. – прошептал Чейн.

Винн не могла разобрать то, что видел он. Чейн гораздо лучше, чем она, видел в темноте. Тень гавкнула один раз, и Винн повернула голову. Собака посмотрела назад и гавкнула еще раз – один-единственный, прозвучавший поразительно знакомо.

Винн вспомнила систему Мальца, которой он пользовался с Лисилом и Магьер. Он использовал один лай для того, чтобы сказать «да», два для «нет» и три для «не знаю» или «не уверен». Тень подсмотрела это в каком-то воспоминании Винн и добавила к своему собственному словарю?

Тень гавкнула еще раз.

Винн нахмурилась и снова посмотрела вперед. Возможно, это было хорошо, но прямо сейчас выглядело тревожно.

– Не только дома, – добавил Чейн, он как будто разговаривал сам с собой, и указал вверх над плечом Винн. – Это какая-то лавка.

Впереди не было никакого признака города или любого большого поселения, но они, должно быть, достигли его предместий. Даже Красная Руда вытянул шею и удивленно посмотрел вверх.

Глаза Винн приспособились к свету огней с высоты больших деревьев. Самые толстые ветви были размером со стволы нормальных деревьев. Между ними простиралась сложная система проходов.

По ним в сумерках ходили люди. Высокие эльфы вышагивали по дорожкам, лестницам и лестничным площадкам, обходя конструкции, смонтированные вокруг стволов, или сидели на ветвях потолще. Из того немногого, что Винн могла разобрать, проходящие под мерцающими фонарями из стекла и светлого металла не проявляли никаких признаков страха высоты.

– Сумасшествие, – категорично заявил Красная Руда. – Ноги должны стоять на твердой земле, как им и предназначено.

Винн наморщила свой маленький носик, вспомнив, как он назвал патрульного во время стычки.

– Не вздумай когда-либо снова назвать одного из них яанну-билле – «ребенком куста», – тихо сказала она ему.

– Это я сгоряча, – шепотом ответил он.

Гномы были любопытным и толерантным народом. Винн никогда не думала, что будет путешествовать с тем, кто среди них мог бы считаться ханжой. Это тоже отделяло Красную Руду от его народа – и все больше разоблачало его маскировку. Он все еще был одет как ширвиш Отца Языка, который был мудрым и мирным странником, как говорилось в гномских священных легендах.

Чейн наклонился вперёд, перегнувшись через её плечо. Она наблюдала, как его внимательный взгляд в восхищении осматривает высоты. Он иногда казался высокомерным и мог быть внешне холоден, но новые события неизменно приковывали его внимание. Если бы Чейн не был убит и поднят как нежить, то он, несомненно, стал бы истинным ученым.

Дома, маленькие и побольше, прятались в листве наверху, мешая различить, где кончается один и начинается другой. Все были сделаны из досок, хотя Винн показалось, что некоторые крыши покрыты мхом. Ветви огромных елей, дубов и гигантских кленов затмили деревья, которые она видела вдоль дороги.

Одна мерцающая вспышка света у земли попалась ей на глаза. Не все жилища были построены на ветвях.

Эти более низкие строения были укрыты темнотой, только несколько фонарей были расставлены вдоль проходов между ними. Возможно, они предназначались для торговли или ремесла. Почему так оказалось? Почему Лхоинна выбирали эти странные дома на высоте, в противоположность более диким общинам Ан'Кроан, живущих в деревьях?

Тень заскулила и придвинулась к Винн. Девушка отшатнулась, поглаживая щеку собаки.

Внезапные воспоминания о диких эльфийских землях Ан'Кроан всплыли в голове Винн, но это были не ее воспоминания. Лес Лхоинна должен был показаться Тени не таким, как её родина, и Винн надеялась, что это не заставит юную маджай-хи слишком тосковать по дому.

– Альфахк… веасг'ар-айлеач!

Лидер патрульных придержал лошадь, когда его позвали по имени. Винн тоже натянула вожжи, пытаясь найти источник приветствия. Высокий эльф стоял у перил лестницы, украшенной резьбой и увитой виноградными лозами. Было трудно рассмотреть его, но соседний фонарь заставлял его длинные, распущенные волосы вспыхивать серебром.

– И вам справедливого вечера, советник, – ответил Альфахк на их языке.

– Что привело вас в столь позднее время, командир? – спросил советник. – И почему Шейиф сопровождают приезжих…

Винн была слишком занята этим неизвестным ей словом, чтобы заметить длинную паузу. Этот термин не был из эльфийского, который она знала, или из более старого диалекта Ан'Кроан. Корень «шиф» означал «тишину» или «спокойствие», иногда «безмятежность». Возможно, то, что она услышала, было чем-то еще более древним.

– Старый смотрит на нас, – прошептал Чейн сзади.

– Это действительно странно, – ответил Альфахк и строго посмотрел на Винн.

Нет, не на неё, а на Тень.

– Я поговорю с тобой завтра, – сказал старший.

К тому времени, когда Винн снова подняла на него взгляд, он уже ушел. Альфахк цокнул языком, и его лошадь пошла дальше. Щелкнув вожжами, Винн направила фургон вперед.

В разрывах между строениями на деревьях не было и намёка на цивилизацию. Жилища скоро стали встречаться всё чаще, и расширенные проходы начали соединяться со следующими. Число зданий между крупных стволов на траве тоже возросло, хоть Винн пока и не могла в темноте, слегка подсвеченной огнями фонарей сверху, как следует рассмотреть, что это.

Фургон сделал плавный поворот, и темнота, казалось, отхлынула от деревьев.

Море света ударило в глаза Винн, когда Альфахк повернул в последний раз. Ее глаза защипало, пока их кавалькада проезжала через живую арку из двух деревьев, возвышающихся рядом.

Винн все еще прикрывала глаза от яркого света, когда А'Граихлонна – «Благословлённая Лесом» – заслонила собой весь её обзор.

* * *

Сау'илахк появился на дороге на расстоянии броска камня от края огромного леса. Он пошёл сюда после того, как обнаружил караван на другой дороге: Винн с ним больше не было. Он понял, что она в одиночку пересекла заросли этих древних деревьев на пути к Хранителям Лхоинна.

Сау'илахк не мог последовать за ней, но что насчёт Чейна?

Дорога была единственным путём, которым мог проехать фургон. Если бы Чейн остался позади, он ждал бы здесь. Или он каким-то образом вошёл туда?

Невозможно – если только не то странное тонкое кольцо.

Сау'илахк вздрогнул, смотря на травянистую равнину. Это было горькое место, о котором он услышал ещё в дни своей жизни. Так много началось и так много закончилось здесь. Много лет назад граница, проходящая там, где пожухлая трава осени встречалась с бессмертной зеленью леса, значила очень много. Победные волны войны остановились именно здесь. Но войну закончило не это.

Всё выглядело так, будто Возлюбленный просто сдался.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю