Текст книги "Эмин. Чужая невеста (СИ)"
Автор книги: Ая Кучер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)
Глава 37. Дина
Меня тянет броситься вслед за Эмином. Повиснуть на его шее, позволить прижать к себе крепко-крепко. И он бы обязательно остался со мной, так ведь бывает во всех мелодрамах?
Но я стою на месте, провожаю мужчину взглядом. Сжимаю пальцы в замок, кусаю губу, чтобы не сделать ничего глупого. Эмин уходит, а у меня всё внутри обрывается.
– Вернись в дом, – летит сухой приказ, который я послушно выполняю.
Двери захлопываются, где-то далеко скрепят колеса по гравию. Он уезжает! Уезжает непонятно куда, на разборки с Мамедовым, которые из-за меня произошли.
Рискует!
А я ничего не могу с этим сделать.
– Здравствуйте, – выдаю глухо, самое нелепое, что можно сказать. Я стягиваю пальто, прижимаю к себе, словно он защитит от Саида.
– Давай, – забирает у меня верхнюю одежду, бросает на вешалку. – Пошли в гостиную.
Мужчина подталкивает меня ладонью в спину, мягко направляет. Обычный жест вежливости, но я дёргаюсь. Ускоряюсь, лишь бы никто меня не касался.
Не хочу больше.
Мне нужно сохранить прикосновения Эмина, как фантомные покалывания под кожей. Я цепляюсь за это, мой личный ориентир в творящемся безумии.
Саид – пугающий. Незнакомый.
Эмин когда-то пугал меня своей непредсказуемостью, мыслями, спрятанными за маской холодной безразличностью. И взглядом своим, по которому ничего нельзя прочитать.
У Саида глаза живые, взгляд цепкий, там горит интерес и внимательность, капелька настороженности. Впустил в дом диковинку, а не знает, как с ней обращаться.
Но дядя Эмина – сильный, крупный. Если я с Эмином не могла справиться, Юнуса оттолкнуть… Меня передергивает от воспоминаний. Сглатываю, понимая, что против Саида совсем ничего не смогу сделать.
Взгляд бегает по комнате, ищу хоть что-то, чем можно защититься. Эмин не привёз бы меня сюда, не будь он уверен в безопасности. Но это только мысли! А мне нужно физически почувствовать, что никто не посмеет тронуть.
Только в гостиной почти ничего нет, один шахматный стол. Фигурками в мужчину бросаться, чтобы он не подходил? Представляю это и на истеричный смешок пробивает.
– Располагайся, – кивает на диван, не приближаясь. – Могу в комнату отвести.
– Нет! Нет, здесь хорошо, спасибо.
Комната наверняка на втором этаже. Оттуда будет выбраться сложнее, снова из окна выбираться… А здесь выходная дверь близко, если повезёт, то я смогу выбежать…
Жмурюсь на секунду, стараясь собрать осколки эмоций, отодвинуть подальше. Сегодня… Не знаю, ощущение, что Мамедов добился своего. Сломал что-то во мне, раскрошил, как и хотел.
В прошлый раз было не так страшно, хотя я была совершенно не готова. Выхода не было, но… Но я смогла это перешагнуть, рискнула выбрать Эмина, до конца оставалась собой.
Теперь – что-то потерялось, не могу найти, восстановить себя, как сгоревшую картину. Фрагментов не хватает, на месте смелости – зияющая дыра, которую залатать не получается.
Мне хочется вернуться в нашу с Эмином квартиру, потрепать щенка по шерстке, забраться в постель… Нет, сначала в душ! До красноты стоять под горячей водой, жесткой мочалкой тереть кожу, избавляясь от чужих прикосновений. Выскрести из памяти всё, до крови расчесать голову, пока Юнус не исчезнет оттуда.
Я вжимаюсь в стену, когда слышу шум наверху. Кто-то быстро спускается по лестнице, врывается в гостиную. Девушка, чуть старше меня. Я выдыхаю, понимая, что она не сможет мне навредить.
– Саид! – девушка пронзает нас взглядами, разворачивается к мужчине. – Что происходит?
Я морщусь, думая, что помешала здесь своим присутствием. Сейчас ещё сцена ревности будет, а мне этого совершенно не нужно. Наверное, это жена Саида, о которой говорил Эмин. Уверена, что он называл имя, но оно не осталось в голове.
Молчу, позволяя этим двоим разобраться между собой. Чем меньше внимание ко мне, тем легче дышать. Впиваюсь в ладонь ногтями, пока кожу не начинает тянуть от боли.
– Пташка, я ведь говорил, что приедет девчонка Эмина.
– Жена, – я влезаю, хотя не должна. Ощетиниваюсь, приподнимаю подбородок и смотрю на эту парочку. – Я не девчонка Эмина, я его жена.
Это вообще сейчас не важно. Мелочь на фоне всего, что произошло сегодня. Но если я не скажу, не напомню сама себе, кто я для Хаджиева, то рассыплюсь пеплом прямо тут.
– Видишь? Жена, – хмыкает, разворачиваясь к девушке. – Ты забыла?
– Я всё помню! Но ты не говорил, что собираешь бедную девчонку запугивать!
– Пташка, не нагнетай. Я не…
– Ты – да. Посмотри на неё, да она вся трясётся и боится. Тебя.
Чертыхаюсь, потому что теперь все взгляды обращены ко мне. Саид словно сканирует меня, ищет подтверждение чужим словам. А я подбираюсь, скрещивая руки на груди.
Нельзя показывать страха.
Одна слабина и больше от тебя не отстанут.
– Не выдумывай, – качает головой, но смотреть не прекращает.
– Саид, я прекрасно помню, как выглядит девушка, которая тебя опасается. Знаешь сколько времени я выглядела так же? А Эмин, между прочим, ни разу меня не пугал. Не хочешь отплатить ему тем же…
– Ника, не нарывайся.
Девушка легко отмахивается, а я пытаюсь запомнить её имя. Она направляется ко мне, мягко улыбаясь. Не выглядит опасной, в отличие от её мужа. Кажется…
Да, Эмин говорил о ней. Вскользь, рассказывая о своей семье. Та самая девушка, которая решила остаться с мужчиной, несмотря на всё плохое между ними.
– Не переживай, ладно? – произносит мягко, словно боится моей истерики. Но все слёзы закончились, просто очень страшно. И мерзко от произошедшего. – Всё будет хорошо, может, ты присядешь?
– Хорошо.
Я соглашаюсь, медленно приближаясь к дивану. Напряженно слежу за Саидом, чувствую себя в западне. Жду подвоха, не могу расслабиться. И внутри всё натягивается тетивой напряжения…
Когда Саид достает пистолет.
Я неотрывно слежу за оружием, пока мужчина приближается ко мне. Останавливается рядом, а после… После протягивает пистолет мне, отводя дуло в сторону шахматной доски.
– Пользоваться умеешь? – ошарашивает вопросом, я качаю головой. – На курок желательно не нажимать, если не хочешь кого-то задеть. Держи.
– Зачем? – сжимаю холодный металл с опаской, словно он сейчас начнёт стрелять сам по себе.
– Я без понятия, как тебя успокаивать, – роняет раздраженно, но не злобно. – С оружием будешь себя лучше чувствовать?
– Наверное…
– А мне ты такого не предлагал.
Ника хмурится, стреляет взглядами обиды, но после улыбается, прижимаясь к мужу. Я аккуратно откладываю пистолет на мягкие подушки, накрываю ладошкой.
Хаджиев прав – так я чувствую себя чуточку лучше. Не уверена, что смогу выстрелить даже при желании, но… При этом нет такого дикого страха, что я совершенно никак не справлюсь с нападением.
– Пташка, иди к себе, – Саид подталкивает девушку к выходу, но та не двигается. – Сейчас же.
– Но…
– Ты не будешь в комнате, где девчонка… Жена Эмина может выстрелить случайно. Ясно? Иди к Адаму, поиграйте в шахматы, ещё что-то. Займи себя чем-то.
– Хаджиев… Ладно.
Вздыхает, признавая поражение. Мягко улыбается мне напоследок, пытаясь приободрить, а после оставляет нас. Теперь мне нужно следить лишь за одним человеком. Так даже лучше.
Я вжимаюсь в мягкую спинку, забираясь на диван с ногами. Обувь я скинула вместе с пальто, а теперь мне не во что кутаться, прячась от внимания Саида.
– Выпьешь что-то? – предлагает, направляясь к столику на колесах.
– Нет, спасибо.
– Как хочешь, – плещет себе что-то из графина, падает на кресло напротив. – Что тебе рассказывал Эмин?
– Ничего?
Пожимаю плечами, подбирая каждое слово. Я не представляю, что за отношения у мужчин. Эмин стрелял в него, а Саид спокойно принимает чужую жену и дает ей оружие.
Сумасшествие какое-то.
Но не мне лезть, у меня отец вообще дочь продал, не лучше.
Вот только я не собираюсь говорить ничего, что может навредить Эмину. Лучше молчать и рассматривать вид за окном, чем подставить собственного мужа. Мужа, который сейчас неизвестно где.
– Дина, я не стараюсь узнать секреты, – Саид усмехается, расслабленно потягивает напиток. – Лишь хочу знать, как много тебе нужно объяснять.
– Я всё понимаю. Молчу и не вспоминаю о том, что произошло. Я вообще ничего не видела, ослепла, – меня несёт, но тормоза не работают. – Знаете, бывает такое. Оп и потеряла память. Так что сегодняшнего дня вообще не существовало.
– Я рад, что ты понимаешь. Но я о другом. Это проблема Эмина, чтобы ты его ментам не сдала. Ты знаешь, что такое кровь за кровь?
– Эм… Да. Эмин говорил.
Кажется. Он столько всего мне говорил в первые дни, но это сейчас лежит на дне воспоминаний, не так просто достать. Я никогда не вникала в его криминальные дела.
– Если кто-то тронет вас, то вы бьете в ответ, – подбираю самое простое объяснение. – Да?
– Не совсем. Если кто-то тронет семью… У нас с Эмином своя история, но знаешь, что он сделал, когда тронули Нику?
Киваю.
Помню – репортаж на дорогах о том, как нашли голову без тела. Отец тогда постарался, чтобы запугать меня будущим с Эмином. Только это стёрлось от того, каким удивительно мягким мужчина бывал со мной.
– Потому что кровь за кровь, – теперь у этого больше смысла. – Самим семью трогать можно, а другим – нет?
– Вроде того. Я надеюсь, что до тебя дошло – ты тоже часть семьи.
– С каких это пор? Я вас не знаю, а вы – меня.
– Разве ты не Хаджиева?
– Это просто фамилия.
– В нашем мире одной фамилии достаточно. Но ты здесь в безопасности, никто тебя не тронет. Мы девочек не обижаем.
– Серьезно? А Ника…
Замолкаю, я почти ощущаю, как загоняю себя в ловушку. Говорю лишнее. Саид – не мой муж, с ним чесать языком не стоит. Тем более так откровенно.
Но можно подумать, что я не помню этого факта о Хаджиевых! Там же все поголовно себе жен выбрали так, что я бы никогда не смирилась. Конечно, Ника не выглядела запуганной, скорее – счастливой.
Только всё равно неправильно, что между ними случилось.
– Я смотрю, Эмин много с тобой болтал, – бросает чуть зло, крепче сжимает бокал в руках. – Он меня убить хотел.
– Ну… Я должна его осудить?
Должна, естественно! Это правильно, со всех сторон. Не злить Саида, пусть он и повторяет о семье. Моральный аспект, в конце концов. И не загреметь в тюрьму как пособница.
Но я ведь сказала Хаджиеву правду, когда узнала о его делах.
Меня пугает муж-тиран.
А муж-преступник… Ну, у всех свои недостатки.
Меня тоже выдержать не легко.
– Не должна, – Саид впервые за разговор смеётся. – Теперь понятно, почему он за тебя уцепился. Но раз ты с Эмином, то должна понимать, что Хаджиевы своё не отпускают.
– Вы – не отпускаете, – поправляю, отчего-то тянет в перепалку. – А Эмин никогда не держал меня силой. Он не такой.
– Пару недель назад у него не было никакой девчонки, а теперь появилась жена. Так быстро влюбилась?
– Да, – я отвечаю без сомнений, понимая, что это действительно так. Раздосадовано вздыхаю, потому что это признание не для того Хаджиева. – У нас всё без капли принуждения. Я уйду, если захочу, у нас нормальные отношения. Именно поэтому я и выбрала Эмина. Что смешного?
Меня жутко раздражает Саид! Больше не пугает, а бесит. До покалывания в пальцах, язык немеет от желания нагрубить ему. Взрослый мужчина, а так откровенно веселится над моими словами.
Я больше никогда не буду осуждать Эмина.
Потому что мне сейчас тоже хочется подстрелить его дядю.
– Ничерта ты не понимаешь, жена Эмина, – супер, теперь у меня кличка появилась. – Если бы ты знала моего племянника, то не говорила бы такого.
– Почему?
– Если ты стала Хаджиевой… То выбирала не ты, а Эмин. С самого начала онрешил, что ты будешь его женой. Уйти у тебя не получится.
– Ошибаетесь.
Саид пожимает плечами, не признавая мою правоту. Я тоже не собираюсь сдаваться. Если он себе девушку похитил… Или это был другой мужчина? Неважно.
Не значит, что все такие!
И мой муж намного лучше их всех вместе взятых.
Но небольшая перепалка с Саидом помогает мне. Отвлекает и расслабляет, напряжение постепенно уходит из моего тела. Если уж мне ничего не было за спор, то бояться нечего.
Я даже спокойно отправляюсь с мужчиной в столовую, когда Ника зовёт на ужин. Торможу, замирая на пороге, когда на меня смотрит мальчишка с хмуростью, а потом срываюсь обратно.
Черт, ну надо же было так!
– В чём проблема? – Саид следует за мной, его тон полон недовольства. – Дина, Эмин поручил мне тебя. Если что-то случается, то я должен знать. Но я не мой племенник, я не буду с тобой нянчиться.
– Вот, – киваю на диван, где лежит оружие. – Я забыла, а там ребёнок – вдруг возьмет?
– Черт, – морщится, но не спешит забрать. – Тебе он ещё нужен? Мартышку с гранатой я к семье не подпущу.
– Я не мартышка! Да, берите, – отмахиваюсь, понимаю, что след Юнуса на моей душе уже не такой отчетливый. – И вы врёте.
– О чём?
– Что не будете со мной нянчиться. Иначе вы бы с семьей сидели или дела решали. А не болтали со мной, рассказывая про кровь за кровь.
Саид качает головой, но мне чудится в его глазах одобрение. Он забирает оружие, ведёт меня на ужин. И он проходит совсем не ужасно. Мужчина почти всё время молчит, а Ника заполняет тишину разговорами.
И мальчик у них забавный, который настойчиво требует, чтобы я научилась играть в шахматы. Я мысленно прикидываю его и Никин возраст, пытаюсь подсчитать.
Она его в восемнадцать родила?
Мне восемнадцать, но я совсем не готова.
Это же…
Уф.
Я жую картофель, но совсем не чувствую вкуса. Оборачиваюсь на каждый звук, надеюсь увидеть Эмина. Почему его так долго нет? Почему он мне не звонит?
Господи, лишь бы с ним ничего не случилось.
Я никогда не молилась, но сейчас готова на всё. Я знаю, что не виновата в том, что у Мамедова беда с головой. Но всё равно вина душит, обвивает лозой, сдавливает грудь.
Из-за меня он рискует.
Из-за меня пропадает неизвестно где.
А я даже в своих чувствах боюсь признаться, хотя с каждой секундой уверена всё больше в том, что Эмин – мойчеловек. Ему бы я простила и мое похищение, и если никогда от себя не отпустит.
Главное – пусть возвращается.
Ко мне или нет.
Просто…
Я смотрю на то, как Саид треплет по волосам мальчика, а Ника прижимается к нему. У них всё так хорошо, приторно-сладко, у меня зубы сводит от их счастья.
Глупо, по-детски завидно.
Потому что я хочу к своему мужу. В его объятия, прижаться и снова заговорить о том, что Мамедов сделал. Всё-всё рассказать, зная, что Эмин даже от прошлого меня защитит.
Я никому так не доверяла.
Но ему… Ему да, безоговорочно.
Я подрываюсь с хлопком двери, едва не опрокидываю стул. Судя по тому, как реагирует Саид, я не ошиблась. Это не охранник зашел и не его знакомый. Это…
Я мчусь к выходу, а после торможу в метре от Эмина. Жадно рассматриваю его, у меня холодеет от царапин на его лице, от сбитых костяшек. Он бледный, и нахальная усмешка – ни капли меня не обманывает.
– Саид… – голос Ники где-то далеко, его не существует.
Есть только Эмин.
Живой. В порядке.
Я хочу прижаться к нему, но смотрю и остаюсь на месте. Словно если прикоснусь, то всё окажется иллюзией. А я такого не выдержу.
– Адам, наверх, – Саид приказывает, я слышу шаги за спиной, на сама не двигаюсь. – Оставьте нас. Все.
Нет.
Я врастаю в пол, не собираюсь слушаться Хаджиева старшего. У меня есть муж, он мне пусть приказывает. Но я не сдвинусь с места, не смогу. Только смотрю и смотрю на Эмина.
Не хватает времени осознать всё, насмотреться.
Прочувствовать его.
Я не думала, что кто-то может стать настолько необходимым за месяц.
– Приехал, значит, – Саид усмехается, и я понимаю, что что-то не так. Мозги взрываются, острые иголки бьют по интуиции. – Смело.
– Здесь моя жена. Красавица, иди наверх, ладно? – мотаю головой. Ни за что. – Не удачный момент, чтобы спорить.
– Я не спорю. Я просто никуда не иду.
Здесь Эмин, зачем мне куда-то уходить? Я помню про чужие порядки, которые сейчас нарушаю. Может, Саид привык, что жены послушные и не спорят. Но, хах, ему досталась бракованная невестка.
Хочется истерично смеяться, лишь бы не плакать сейчас.
Что-то назревает.
– Жена тебя не спасёт, Эмин.
– Знаю, Саид. Давай уже закончим со всем. Красавица, пожалуйста, уйди в другую комнату. Тебе не стоит здесь быть.
Что происходит?
Кто и кого должен спасти?
Атмосфера в доме накаляется, и я не собираюсь этого пропускать. Мне кажется, словно сейчас что-то произойдёт. Если хотя бы на мгновение отвернусь, то всё разрушится.
Воздух сжимается, кислорода критично не хватает.
Всё скручивается, водоворотом уносит сознание.
Я даже закричать не успеваю от неожиданности.
Звучит громкий выстрел, а Эмин оседает на пол.
Глава 38. Эмин
Черт, а это больно.
Грудь обдает огнём, отдает осколками в позвоночник.
В фильмах по-другому было. Ничерта не получается сохранить самообладание, остаться сильным. Сгибаюсь пополам, кажется, что сейчас лёгкие выплюну.
– Эмин!
Я слышу крик Дины, она прижимает ладони к моему лицу. Вибрирует вся. Я пытаюсь отмахнуться, но ничего сказать не получается. Дышать хочется чуточку больше, чем успокоить девчонку.
– Порядок, – всё-таки говорю, задержав дыхание. – Нормально. Уйди.
– Уйти? Вы… Вы совсем? Эмин!
Жаль, что не пустил пулю в голову дяде.
За то, что моя девчонка сейчас всхлипывает.
Мысли ускользают, пока я стараюсь собраться. Не показать слабость, только как-то хреновато получается. Сжимаю зубы, пытаюсь сдвинуться, проверяя, не сломало ли ребро от выстрела. Весь бок кусает жаром, намекая, что с ощущениями я разберусь не скоро.
Если вообще будет время.
– Отойди, Дина, – Саид рявкает, заставляя меня собраться.
– Не смей. Говорить. С ней. Так.
Злюсь на себя за то, что пресловутый болевой шок обходит меня стороной. Было бы намного легче, а сейчас прижимаю руку к груди, чувствуя, как сердце сходит с ума.
Но я сверну дяде шею, даже если это будет последнее, что успею.
– С дороги, Дина, – Саид усмехается, но тон сбавляет.
– Черта с два! На меня приказы мужа не действуют, а твои – тем более.
Чертыхаюсь, оттянуть красавицу в сторону. Но та стойко на своём стоит. Между мной и дядей, до боли напоминая другую картину. Только у меня нет шанса удержать маску на лице, скрывая острую боль.
Слабак.
– Я ровняю счет. Выстрел за выстрел, Дина. Знакомо звучит?
– Всё нормально, – ловлю её ладонь, убрать с дороги. – Красавица, уйди.
– Ты… Господи, он выстрелил в тебя. Ты ранен и ты… Заткнись. Мы сейчас уедем… Я вызову скорую и…
– Ещё один выстрел впереди. За машину, помнишь?
Всё помню, хотя в голове каша.
Справедливо.
Я знал, что будет так. Хотя, ничерта. Думал – будет хуже, больнее. Это ещё… Если не контрольный выстрел в голову, то обойдусь малым наказанием. Не страшно.
Я бы хуже сделал.
– Нет, хватит! – Дина, черт, не слушается. Не вовремя характер показывает. А я почти дыхание в норму провёл. – Ты не посмеешь в него стрелять.
– Кто мне указ? Ты?
– Да. Ты семью не трогаешь. Я – семья. В меня стрелять не будешь, значит, и в него не попадешь.
Я даже на секунду перестаю ощущать своё тело, никакого дискомфорта. Только ладонь, которую красавица сжимает. Так глупо закрывая меня собой. Плевать, что Саид может четким выстрелом снять меня, попав в голову.
Всё равно приятно.
Морщусь, когда девчонка задевает грудь. Место, куда пришлась пуля, обдает жжением и новой волной. Скручивает, огнём горит. Надеюсь, что судорожный вздох никто не услышал.
– Отлично, – Дина кивает сама себе, резко разворачивается ко мне. – Я не вижу раны. Эмин… Ты…
– Выдыхай, красавица, – хотя у меня это плохо получается. – Нормально. Этот су… Он резиновыми стрелял. Жить буду.
– Резин… А ты… Ты мог и раньше сказать!
Красавица, блин.
Бьет именно туда, где сильнее всего ноет. Вряд ли специально, но силы не жалеет. Едва второй раз не сгибаюсь, из последних сил беру всё под контроль. Стойко терплю, позволяя красавице повиснуть на моей шее.
Всхлипывает громко, а я на дядю смотрю.
«За её слёзы – ответишь».
Саид усмехается зло, мол, его Ника так же переживала, когда пистолет был в моейруке. Переживала. Только Ника для меня – что-то вроде проекта по спасению.
А Дина вызывает раздражение внутри, что не могу ей спокойствие организовать.
– Ненавижу, Хаджиев, – утыкается в мою грудь, цепляется за пальто. – Вас двоих.
– Я же говорил, чтобы шла наверх. Зря переживала, – говорить получается рвано, но уже прогресс. – Меня слушать нужно, красавица.
– Слушала бы я тебя, то была бы женой Мамедова.
Эта фамилия для меня триггером срабатывает.
Накатывает лютой злостью, ощущением, что слишком мягко поступил.
Не сдержался, растягивая чужие мучения.
А надо было.
– Поговорим, Эмин? – Саид оружие прячет. Ощущение, что если рискнет снова, то красавица сама в него стрелять начнёт. – В кабинете.
– Потом, – отрезаю, тяну Дину в сторону. – Сначала я с женой поговорю, после – с тобой.
Крышей поеду, если сейчас всё не спрошу. Пока от боли загибался, как-то забылось. Но теперь возвращаются все слова, которые этот подонок мне говорил.
Звенят в голове.
А мне хочется до кости счесать руки, удар за ударом.
Жаль, что с Мамедовым больше не получится разобраться.
Вместо этого я по памяти иду в кабинет дяди. Столько лет здесь не был, но всё кажется привычным. Ничего не поменялось, только больше декора появилось. Ясно кто здесь хозяйничает.
– Эмин, что ты… Ох! – Дина вскрикивает, когда хлопком закрываю дверь. И прижимаю девчонку к ней. – Что ты делаешь?
– Правду, красавица, – рычу, едва контролирую слова. – Давай, всё.
– О чём ты… Я не понимаю.
– Не ври мне!
Бью ладонью по двери, глухой хлопок заполняет комнату. Девчонка вздрагивает, смотрит перепугано. Но в глазах мелькает понимание, и от этого у меня всё внутри леденеет.
– Я тебе говорил, чтобы всё рассказала? Говорил. А ты мне соврала.
Потому что должен был подготовиться.
Знать, по чему Мамедов будет бить со всей дури, подталкивая к краю. И он бил. Умело. Уверен был, что выберется, ржал. А потом хрипами захлёбывался, поняв, что на помощь никто не спешит.
И всё равно задеть смог.
– Это что? – достаю из кармана пальто фотографии, отдаю красавице. – Объяснишься? Не люблю, когда мною манипулируют.
Одному такому я голову снёс.
Тахир заслужил. Мы обсуждали лишь то, что я дяде хочу отомстить. Меня не интересовал его бизнес, дела. И другие не должны были пострадать. А Тахир пошел по своему пути.
Заплатил за это.
Дину, естественно, я не трону. Не смогу, даже если захочу очень сильно. Но гнев закипает, бьет в голову, все тормоза сгорают. Вжимаю две ладони в дверь, по бокам от лица девушки.
Лишь бы не сжать её.
Не навредить.
Рано.
– Это… Я не понимаю, – красавица хмурится, рассматривает фото. – Это не я. То есть, я… Но такого не было!
А я, когда увидел, готов был умереть на месте. Думал, как всё разгребу с остальными. Ведь если смотреть на цветные картинки, то получается – я действительно украл чужую невесту.
Девушка рядом с Юнусом. Прижимается, улыбается. В центре города, ни капли страха на лице. Моя Дина рядом с Мамедовым! Словно у меня бред, не помню её перепуганной в доме бывшего друга.
Красочные, яркие фотографии.
Настоящие, другие бы Мамедов не рискнул показывать. Доказал всем вокруг, что он прав в нашей ситуации. Если бы я не пахал так сильно, не выполнял чужие поручения целый месяц – поддержки бы у меня не осталось.
– Не было такого! – её голос дрожит. Проводит пальцами по своей копии в платке, машет головой. – Я бы никогда… Ты же видел меня.
– Видел. Может, вы поругались? А я подвернулся под руку.
– Знаешь что?! – взрывается, но также быстро гаснет. Не шутит, как обычно, никакой язвительности. – Это ложь, фотошоп. Правда! Эмин, поверь мне. Ты же всё знаешь.
– Знаю, красавица.
Не был уверен до конца. Увидел фотографии, и мне голову снесло от мыслей. Всё ложь, а Дина – прекрасная актриса. Столько времени не могу различить её манипуляцию, вдруг повёлся как дурак?
Но реакция девушки – лучший показатель.
Не лгала.
Моя.
– Знаешь? – переспрашивает облегченно. Касаюсь её щеки, мягко глажу, кивая. – А наезжать обязательно было?
– Для профилактики. Но я знаю, что платки ты не любишь. Так легко рассыпалась ложь Мамедова.
– Да, точно. Но как он это сделал? Такое впечатление, что это действительно я рядом.
– Узнаю. Другое мне расскажи. С ребёнком что, Дина?
– С ребёнком?
– С беременностью твоей.
«Жаль, что твоего щенка из неё не вырезал».
После этого сорвало контроль.
Убрал быстрее, чем тот успел заучить главное правило. На красавицу смотреть никому нельзя, не то что касаться. Мамедов знал, куда бить. Как довести до срыва, чтобы сделал одно движение, заканчивая месть.
– Ох, Эмин, это… – мягко касается, забираясь под пальто. Гладит бок, словно зверя успокаивает. – Это Юнус сказал? Я соврала ему, я боялась, что он… Просто так ляпнула, хотела, чтобы не трогал. Ты поэтому злишься на меня? А ты почему, кстати? – приходит в себя, бровь вздергивает. – Что я могла забеременеть или потому, что тебе не сказала?
– Второе, естественно, – отвечаю, не задумываясь, а красавица выдыхает облегченно. – Ты…
– Нет. Мы же… Всегда с защитой, – бормочет, смущаясь. – Но это хорошо, что если я всё-таки забеременею когда-то, то ты меня не бросишь.
– Не брошу.
Беременность Дины – это прекрасный способ посадить красавицу под замок. И выходить не будет вечность, не позволю. Внутри до сих пор давит от мысли, что я мог не успеть.
Потерять её.
Так что – ребёнок за ребёнком отличный вариант.
А к её тридцати годам, возможно, меня немного опустит.
Девчонка заметно расслабляется, больше не реагирует на мое состояние. Хотя меня все ещё трясёт, но Дина ни капли не боится. Улыбается легко, а после смело тянет мою кофту вверх, осматривая покрасневшую кожу.
– Больно?
– Щекотно.
Фыркаю, не собираясь расстраивать Дину такими мелочами. Пару дней и всё пройдёт, жить буду. Опускаю взгляд, понимая, что уже наливается огромный синяк.
– Почему ты мне не сказал? Ты ведь знал, – тычет пальчиком в мой пресс, намного ниже места удара. – А я волновалась! Я так испугалась, Эмин.
– Это наши разборки с дядей. Считай семейной фишкой. Стрелять друг в друга. Но… Неважно.
– Договаривай. Хаджиев! Ты… Ты знал, что он в тебя будет стрелять, но не знал – какими пулями? Ты… Ты думал, что он тебя убить может?
Пожимаю плечами, отмахиваясь от вопроса. Красавица у меня умная, она всё прекрасно понимает. Да, шел на казнь и не собираюсь за это оправдываться. Я виноват, Саид мог убрать в любой момент.
Неважно, какая у меня была мотивация.
Я пытался убить собственного дядю.
Логично, что меня убьют в ответ.
– Зачем? – спрашивает хрипло, прижимает ладошку к моему животу. – Зачем ты… Ты же мог умереть!
– Я живой мертвец, красавица. А тебе нужна была защита. Я ведь обещал тебе, что моя семья позаботиться о тебе.
– Ты – моя семья!
Я даже не останавливаю Дину, когда та начинает махать кулаками. Бьет меня по груди и плечам, обходит поврежденное место стороной. Удары у неё хорошие, сильные.
Девчонка выплёскивает свою злость, страх, не только за мой поступок – весь день у неё плохой получился. Поэтому я не держу, позволяю это. Только прижимаю, когда начинает снова плакать.
– Ну всё, моя хорошая, – шепчу, глажу по волосам. Целую в висок, а Дина отворачивается, прячет свои слёзы. – Всё закончилось, слышишь? Мамедова больше нет, он тебя не тронет. Никто не тронет.
– Ты… Ненавижу тебя. Очень сильно.
– Знаю, красавица, знаю. Ненавидь.
– Пфф, мне твое разрешение не нужно. Мужа можно ненавидеть просто так.
– Кстати, об этом…
Я вздыхаю, впереди самый сложный разговор.
Слова девчонки, сказанные недавно, очень крепко застряли в голове. Выжигают мозг, подталкивая к непростому решению. Правильному, но… Самое правильное – всегда чертовски трудно сделать.
Я бы с удовольствием похитил сейчас красавицу и увёз так далеко, как только можно. Но стою на месте. Цепляюсь за собственные принципы, чтобы окончательно поехавшим не стать.
– Красавица, – шепчу, на секунду прижимаясь к её губам. Ловлю короткий вздох, втягиваю запах её тела. Моя прекрасная жена. Пока что моя. – С Мамедовым всё закончилось. Помнишь, что мы обсуждали в самом начале? Когда я предложил брак.
– Смутно.
Хочется послать всё.
Замять разговор и жить дальше. Неправильным браком, которого не должно было быть. Но я так не могу, да и сама Дина сказала, что её подобное не устраивает.
У нас всё неправильно, Эмин.
Мы женаты фиктивно.
У людей всё в другом порядке.
А я хочу, чтобы у Дины всё было правильно и по-настоящему.
– Красавица, – не даю себе шанса передумать. – Нам нужно развестись.
