Текст книги "Эмин. Чужая невеста (СИ)"
Автор книги: Ая Кучер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)
Ая Кучер
Эмин. Чужая невеста
Пролог
– Выпусти меня!
Бросаюсь к двери, понимая, что мужчина закрыл её. Запер меня наедине с ним. И никто не услышит моих криков за громкой музыкой и весельем.
Хорошо им!
У них праздник.
А меня против воли взяли в жены.
– Дина, – мужчина усмехается, качает головой. – Прекрати шуметь и раздевайся.
– Нет! Это не свадьба, а фарс!
Меня похитили. Чужачку, которая не имеет ничего общего с их традициями. Пусть других девушек воруют посреди ночи, а меня не трогают. Я на это не соглашалась.
Отступаю от Эмина, юбка пышного платья путается под ногами, замедляет. Оглядываюсь, будто сейчас появится путь к спасению и меня отпустят. Потому что просто принимать свою судьбу я не буду.
Ещё чего!
Я смотрю на мужчину, которого не знаю. Хищный. Опасный. Он подбирается медленными шагами, загоняет в угол. А мне некуда бежать, не к кому.
Семья отказалась от меня. Мне честно сказали, что не помогут. Сами привезли сюда, отдали монстру. А он лишь заплатил им, как за товар, которым я теперь себя чувствую.
Нельзя сопротивляться, будет хуже.
Но и подчиниться я не могу.
– Я не буду…
Вжимаюсь спиной в балконную дверь, холод щиплет кожу. Сердце бьется так громко, что мужчина точно его слышит. Усмехается, не собирается меня щадить.
О нём шептались за спиной.
О крови на его руках, зверствах.
Даже семья для него ничего не значила. Что моя глупая мольба не трогать?
Эмин Хаджиев – мужчина, которого все считали мертвым.
Мужчина, который нарушал традиции.
Нарушил все договоренности, взяв меня в жены.
Что ему нарушить обещание не трогать меня сегодня?
* * *
– Отпустите меня!
Кричу, когда два громили заносят в комнату. Держат под руки, я даже пола не касаюсь. Отчаянно кручусь, стараюсь выбраться. И едва не падаю, когда мужчины отпускают.
Уходят, хлопнув дверью. Ругаются и называют бешеной, будто сами не ведут себя как дикари! Бросаюсь вслед за ними, но щелкает дверной замок. Они просто закрыли меня.
Украли и заперли!
Заявились в отель, выдернули из кровати и потащили за собой. Ничего не объяснили. А все вокруг отводили глаза и делали вид, что не замечают моих криков.
Я ведь даже не хотела ехать в этот город, но папа настоял. Сказал, что ничего страшного не произойдет. Девушек здесь давно не похищают, традиций таких больше нет.
Чтобы он сейчас сказал?!
– Я в полицию заявлю!
Кричу, но в ответ тишина. Осматриваю комнату, ищу что-то, чем можно себя защитить. Обычная спальня, где даже ножниц нет. Только ваза, которую я крепко сжимаю в пальцах.
– Поехали, милая, тебе понравится, – передразниваю слова отца, часто дышу, лишь бы не заплакать. – Там красиво, аж дух перехватывает.
И сейчас я действительно не могу дышать. Задыхаюсь от мысли, что ещё со мной сделают. Ведь похищением дело не закончится. Меня не для этого сюда привезли.
А для…
– Хватит кричать, девочка.
Я резко оборачиваюсь, рассматриваю незнакомых женщин перед собой. Они все что-то держат в руках: сверток белой ткани, у другой поднос со сладостями, ещё букет красных роз.
Только одна, самая старшая, пришла без ничего. И именно она выступает вперед, походит ко мне ближе.
– Нужно тихой быть, смиренной.
– Смиренной? Я хочу уйти! Вам… Вам выкуп нужен? Я позвоню папе, он вам заплатит. Щедрую сумму, если вы ничего со мной не сделают.
– За тебя уже заплатили, Дильнара. Твоему отцу.
– Что?
Не верю. Нет. Отец не позволил бы кому-то так забрать меня. Зачем? Он ведь приехал сюда в гости к другу. На чью-то свадьбу, а меня пригласил за компанию.
Зачем ему брать деньги от кого-то?
Уверена, что папа уже ищет меня. Узнал о моей пропаже, обратился в полицию. Они ведь помогут, да? Мне только нужно дождаться и не позволить со мной что-то сделать.
– Отпустите меня. Живо!
– Дильнара, прояви уважение к старшим. Невоспитанная девчонка.
– Невоспитанная?
Крепче сжимаю в ладонях вазу, а после отправляю её в стену. Хрупкое стекло разбивается со звоном, мелкими осколками падает вниз. Женщины охают, а я уже тянусь за второй вазой.
Пусть только подойдут.
Но женщины не двигаются. Лишь говорят между собой на языке, который я не понимаю. И недовольно головой качают. Я тоже очень недовольна, но их это не заботит.
– Довольно, – старшая взмахивает рукой, останавливая меня. – Прояви уважение, Дильнара.
– Дина. Меня зовут Дина. Ди-на. Может вы меня перепутали с кем-то? Хотите, паспорт покажу? Я даже в полицию обращаться не буду, честно-честно.
Обещаю, отходя подальше от женщин. Они ведут себя так, словно всё нормально. Похищать молодых девушек из отеля для… Чего-то! Наверняка подлого и низкого.
От этой мысли всё холодеет внутри. Тело покрывается мурашками, липкий страх окутывает. И кто-то надеется, что я буду вести себя тихо? Ещё чего! Я не собираюсь просто ждать, пока за мной придут.
– Не веди себя, как дикарка, Дильнара, – женщина упрямо коверкает мое имя. – Никакой ошибки нет. Тебе стоит быть благодарной, что выбрали тебя.
– Благодарной? За то, что меня силой привезли сюда? Зачем вообще?
Дрожу от мысли, что со мной здесь могут сделать. Это чужая страна, чужие порядки. Я ничего о них не знаю, не догадываюсь, какие традиции о них. И что они могут со мной сделать.
– Это большая честь, стать женой такого уважаемого господина.
– Женой? – та белая тряпка оказывается платьем, которое одна из женщин раскладывает на кровати. – Я не выйду ни за кого замуж!
Замуж, Господи.
Прижимаю ладони к лицу, не верю, что они действительно об этом говорят. Замуж? За человека, которого я не видела никогда в жизни? Не бывать этому.
Никто не заставят меня сказать «да».
Пусть хоть что делают, но сегодня я не стану ничьей женой.
* * *
Стала.
Не смогла сбежать.
И теперь смотрю на Эмина, который не собирается меня жалеть.
– Теперь ты моя жена, Дина.
– Нет!
Вскидываю голову, из последних сил держу в себе подступающие слёзы. Не так всё должно было быть, по-другому. Я думала, что смогу сбежать отсюда, избавиться от свадьбы.
Я не собиралась выходить за мужчину, которого не знала. Меня привезли и отдали, а я…
Я ничего не смогла сделать.
– Эмин, – шепчу имя незнакомца, чью фамилию теперь ношу. – Не нужно, пожалуйста. Давай просто поговорим…
– Ты знала, на что шла, красавица. Ты согласилась и стала моей.
– Но я не твоя! Я…
Я задыхаюсь. От паники, нехватки кислорода. От сильного запаха мужчины: терпкий, мускусный, пьянящий. Эмин вжимается в меня. Проводит ледяными пальцами по моему лицу.
Но я знаю, что он легко может причинить боль. Видела, как он сегодня расправлялся с другим мужчиной. Случайным гостем, который попытался остановить Эмина.
– Моя.
Одно слово, которое звучит приговором. Клеймом, которое Эмин вешает на меня. Решает всё, присваивает. Такие мужчины, как он, привыкли получать всё. По щелчку пальца решать кому жить или умирать.
Кого похитить.
Кого сделать своей.
– Ты. Моя. Жена, – чеканит каждое слово, будто вбивает в меня это. Мелкие иголки проникают в сердце, терзают. – И это не обсуждается. Это понятно?
– Меня украли!
Подаюсь к нему, надеюсь, что он вспомнит. Что я не хотела, не приезжала сюда по собственной воле. Меня просто выдернули ночью из комнаты, в одной ночнушке привезли к незнакомому мужчине.
Собственный отец, который пришел на свадьбу и ничего не сказал. Только злился, что я не могу быть послушной. Угрожал, что вся семья пострадает, если я откажусь.
Если даже папа так поступил…
То о каком сострадании я могу просить бандита?
Преступника.
Безжалостного мужчину, чья ладонь опускается на мою талию. Дергает меня на себя, ткань трещит под его напором. В Эмине столько силы, что его ничего не остановит.
Но я стараюсь.
– Я предупреждал тебя, Дина.
Его шепот окутывает, когда мужчина тянется к моим волосам. Запускает в них пальцы, запрокидывает мою голову. Нависает ледяной глыбой. И глаза у него такие же. Кристально-голубые, холодные.
Ни капли жалости.
– Не сопротивляйся мне, красавица. Ты приняла сегодня решение. Разве нет? Разве ты отказала мне? Выбрала себе другого жениха?
Щеки горят от стыда, потому что я этого не сделала. Не спорила, когда нас женили. Ни слова не сказала против, потому что другого выхода не оставалось.
Либо сказать Эмину «да», либо…
Внутри всё сжимается протестом и липким страхом. Я знаю, что мне не сбежать от него. Никуда не деться. Эмин найдёт везде.
И у него есть это право, ведь сегодня я стала его женой.
– Ты ведь не хочешь, чтобы кто-то пострадал?
Он поглаживает мою талию, тянет ближе. В его действиях ни капли нежности, напоминает, что он не такой. Он будет брать то, что считает своим. А я теперь принадлежу ему.
Просто вещь.
Я боялась, что это произойдёт раньше. Как только меня похитили, как только втолкнули в комнату к незнакомому мужчине. Боялась, что никто не будет ждать ночи.
Но Эмин дождался.
И теперь хочет свою плату.
– Мне нужно повторить, Дина? Потому что если я это сделаю…
– Нет. Я поняла.
Киваю, хватаясь пальцами за тонкую ткань платья. Я знаю, теперь всё зависит от Эмина. Никто не остановит его, если мужчина решит сделать что-то со мной.
По их законам, моя жизнь в его руках.
– Можно… Можно мне минутку?
Я глупо надеялась, что меня не тронут. Что всё обойдётся и Эмин окажется не таким монстром. Он обещал, что не причинит мне боль, если я буду тихой.
Но не обещал не сделать меня своей.
И я не успела придумать, как мне сбежать. Что делать, как избавиться от тугого кольца на пальце. А теперь лихорадочно соображаю. Если выскользнуть в коридор…
– Зачем?
– Я… Схожу в ванную. Освежусь. Всего пару минут, Эмин. И я… Я не буду сопротивляться.
– Не будешь?
Гости не обратят на меня внимания. Я весь вечер мозолила им глаза своим белоснежным платьем, что ещё пару минут? Проскользну в чью-то машину, незаметной выеду из территории.
Пока Эмин кинется меня, я буду уже далеко.
Я смогу!
Смогу избавиться от него.
– Потом.
Одним простым словом разрушает весь мой план.
– Ты сказала мне «да», красавица. И скажешь ещё не раз. А пока… Пока у нас брачная ночь.
Сказала.
Вышла за Эмина.
Лишь бы не становиться женой другого.
Только теперь не уверена, что сделала правильный выбор.
Глава 1. Эмин
– Я не выйду за него замуж!
Девчонка громко возмущается, орёт на весь дом. Морщусь от этих звуков, жалею, что приехал раньше. Но давний партнер пригласил, не было возможности отказаться от встречи.
А теперь слушаю, как невеста возмущается. Что-то звенит наверху, разбивается. Боюсь представить, в какую копеечку влетит этот предсвадебный мандраж.
Но традиции есть традиции. У некоторых принято как можно громче возмущаться. А то вдруг решат, что она слишком просто согласилась? Усмехаюсь, жду, когда крики утихнут.
– Эмин, дорогой, – Мамедов встречает меня широкими объятиями. – Рад видеть тебя. Как ты?
– Да я вас тут всех!..
Я бы с удовольствием послушал, чем девчонка угрожает, но сосредотачиваюсь на деле. Я здесь не для того, чтобы в чужие порядки вмешиваться.
– Прости за это, – Юнус разливает по бокалам напитки, протягивает мне. – Невеста немного не в духе.
– Я слышу. В чём проблема?
– Видимо, недовольна платьем.
– Я о деле.
Не поддерживаю шутку, потому что такую истерику не закатывают на пустом месте. Мамедов протягивает мне документы, и я стараюсь сосредоточиться на них.
Меня не волнует, что в чужой семье происходит.
Юнус был приверженцем давних традиций, и невесту себе должен был найти такую же. Удивительно, что девчонка не тихо ждёт свадьбы. Снова чем-то бросается.
Разбитое стекло звенит на весь дом, заставляя поморщиться. Буквы расплываются перед глазами. Приходится несколько раз моргнуть, чтобы сосредоточиться.
Сжимаю челюсть, повторяю себе раз за разом. Не моё дело, кого Мамедов берет в жены. Три раза уже свадьбу играл, уверен, что четвертый развод тоже не за горами.
Не. Мое. Дело.
– Громкая, – друг усмехается, поправляя свадебный смокинг. – Не думал, что она такая.
– Ты её вовсе не видел?
– Видел, конечно. Красавица. Давно за ней присматривал, но всё повода не было. Знаешь ведь, как это бывает…
Не представляю. Когда я привозил девчонок ко мне, они балаган не устраивали. Может, разбивали случайно вазу или бокал, но были заняты совсем другими. И сполна оплачивали ущерб.
А здесь…
Прочищаю горло, стараясь вспомнить, зачем вообще связался с Мамедовым.
«Идиот»– услужливо подсовывает внутренний голос.
Так и есть. Но в моем мире чем больше знакомств, тем лучше. Я крупно насолил собственной семье. Удивлен, что ещё жив и они никого не прислали разобраться.
А у Мамедова – сети по всей стране разбросаны. И не только в этой. Если решу окончательно уехать, то он всегда поможет по старой дружбе. Организует и новое имя, и защиту.
Подстраховку всегда нужно иметь.
Хотя мы с другом знаем, что я нужен ему больше. Юнус не любит руку марать, а я беру всю работу на себя. Решаю то, с чем другие разобраться не могут. И хорошо на этом зарабатываю.
– Замуж?! – почему нельзя было сделать хорошую звукоизоляцию. Крики девчонки царапают изнутри. – Я его даже не знаю! Я не пойду…
– Ты её даже не видел?
Не могу больше терпеть, откладываю документы в сторону. Потом решу, как с целью разбираться. Но сейчас сознание жжет одной мыслью. Неприятной, вязкой.
Невеста явно не хочет замуж.
Так не кричат для вида.
– Я? Видел, конечно. Лучшая из моих невест. Ты сам ещё увидишь и поймешь, почему тяну в брак. Таких девочек нужно сразу брать, пока во взрослый мир не убежали. Это она меня не видела.
– Не было ужина с родителями?
Обычно хотя бы это организовывают. Сватовство, знакомство. Не все слушают мнение дочерей, но хотя бы для галочки. Чтобы можно было в глаза девушке смотреть.
Не чувствовать удушающего стыда, что её насильно замуж выдают.
Я знаю, что здесь это нормально. Слово старшего – закон, и его нужно уважать. Не спорить и выходить за того, на которого отец пальцев укажет. Я рос здесь, малая родина.
И я знал, что просто не будет, когда ехал на эту свадьбу. Морально готовился. Давал себе наставления, что влезать нельзя. Никто не поймёт, если я вдруг защитником выступлю.
Убеждал, что всё поменялось. Новые законы и правила. Больше свободы, когда дочерей спрашивают. Тем более, я здесь всего на несколько дней. Что могло случиться?
– Её отец добро дал, а девчонка… Не наша, неправильно воспитана. Её только привезли.
– Привезли? Юнус, ты её украл?
– Не беспокойся, Эмин. Это не та проблема, которую тебе нужно решать.
Юнус смеётся, а я косо улыбаюсь. Не проблема, естественно. Подумаешь, девчонку украл. Ещё и не нашу, которая подобного поведения не одобрит. Не поймёт.
– Я вас всех засужу! Нет, не трогайте меня!
Усмехаюсь этому крику. Девчонка не сдается. Видимо тетушек Мамедова строит и нервы им треплет. Не хотел бы я попасться невесте под горячую руку. Дикая, боевая. Такая и прибить может.
– Ты прав, Юнус, она громкая.
– Ничего. Пару воспитательных уроков, – Мамедов показательно сжимает кулак, ухмыляясь. – И станет послушной.
– Довольно.
Рывком поднимаюсь, в висках давит. Я знал, что возвращаться сюда нельзя. Дядя увёз давно, в других реалиях растил. Тоже жестких, но там всё по-другому устроено.
И теперь это…
Я эту девчонку знать не знаю, но и слушать не могу. Её вопли и плач, который отчетливо просачивается сквозь стены. Крики утихают, но от этого не легче. Она к таким порядком не привыкла.
Чужачка.
Но Мамедова это не волнует.
– Я выйду, освежиться надо, – поясняю на растерянный взгляд друга.
– Хаджиев, можешь здесь…
– На свежем воздухе лучше думается. А ты к свадьбе готовься, жених, – похлопываю его по плечу, направляясь к выходу. – Я изучу документы и обсудим, договор?
– Как скажешь, ты у нас решала.
Нельзя влезать.
Не моё дело.
Мамедов мне нужен.
Повторяю, потому что это жесткая проверка для моих принципов. Я всегда считал, что это низко. Без согласия в жены брать или в постель тащить. Грязно.
И с такими людьми старался не общаться. Кто ж знал, что Юнус окажется подобным мудаком? Я видел его прошлую жену, та казалась довольной всем. И откуп при разводе получила.
Мамедову давно за сорок, а и ему бес в ребро ударил.
И меня под дых бьет.
Потому что…
Ну не могу я так.
Спокойно смотреть, когда девушки страдают.
– Что за…
Отшатываюсь, когда меня по голове бьет. Сверху прилетает чем-то твердым. Оглядываюсь, пока не замечаю на земле ярко-зеленый тапочек. Тру затылок, на котором точно шишка будет. И едва успеваю словить второй.
А меня-то за что?
Я поднимаю взгляд, понимая, что из окна веревка торчит. Связанные между собой простыни. Чумная. Решила, что так сможет выбраться? И не боится упасть?
Отхожу в сторону, наблюдая. Это не моё дело. Но и сообщать о побеге невесты я не обязан. Так ведь? Меньшее, что я могу сделать, чтобы не чувствовать себя подонком.
– Ой! – вскрикивает, раскачивается. – Мамочки.
– Держу.
Сжимаю бедра девчонки, пока та себе шею не сломала. Легкая как пушинка. Даже не кричит, когда помогаю спуститься вниз. Мягко опускаю на землю, рассматривая.
Черт.
Девчонка совсем, з пронзительными зелеными глазами. Хлопает длинными ресницами, смотрит пристально. Ежится от холодного воздуха, в тонком халатике стоит. Нашла в чём бежать посреди зимы.
Злюсь. На всех махом. И на девчонку, которая именно сейчас решила на глаза попасться. И на Мамедова. Знает же, что я это не одобряю. Против семьи пошел из-за подобных традиций. А друг всё равно на свадьбу пригласил.
И на себя злюсь, гнев закипает, в черепушку бьет. Потому что не могу глаза закрыть, отвернуться. Надо Юнусу крикнуть, пусть забирает пропажу. Но язык не поворачивается.
Кулаки чешутся, хочется кому-то кровь пустить. Разобраться, потому что это не нормально. Ни капли. Этой девчонке впору на первые свидания бегать и с подружками сплетничать.
Сколько ей, восемнадцать?
Двадцать максимум.
Не наша, да.
Светлая кожа, белоснежная. И тонкая такая, что венки на ладонях проступают. Поправляет волосы, удивительного оттенка. Из серебряного в каштановый перетекает. Бесит, когда волосы красят, но этой…
Этой идёт всё, пожалуй.
Мамедов не соврал – действительно красивая. Вся такая ладная, миниатюрная. Глаз не оторвать, даже если очень постараться. И смотреть на неё нельзя, и моргать не хочется.
– Отдадите? – кивает на тапочки, протягивает руку. – Спасибо.
– Здесь забор под три метра.
– Справлюсь, – гордо вздергивает подбородок, смотрит с вызовом. – Глупо надеяться, что вы в полицию позвоните, да?
– Прости, но здесь без моей помощи придётся справляться.
– Но… Вы сейчас позовёте охрану? Пожалуйста, я…
– Нет, – отступаю в сторону, делаю рукой приглашающий жест. – Вперёд, Дика.
– Меня зовут Дина.
Дина.
Перекатываю имя на языке. Резкое и нежное одновременно. Лучшее описание для девушки, которая дрожит передо мной. Но при этом держится уверенно, старается изо всех сил. Не пугается меня, но и не просит помочь.
Умная.
– Иди, Дина, пока тебя не хватились.
Недоверчиво смотрит на меня, медленно отступает. Показательно обращаю внимание на папку в руках, перелистываю информацию. Не вижу девчонку, пусть бежит, куда хочет.
Может, получится?
И я не при делах.
«Идиот»– повторяет сознание.
И я не спорю.
Я и сам не против бы с подобной девчонкой встретиться пару раз. Может, даже на свидание сводить, если сильно зацепит. При условии, что меня не пристрелят раньше.
Но под венец тащить…
Нет, не для меня.
– Хаджиев! – Юнус выскакивает, взъерошенный, с мокрой головой. – Ты девку эту видел?
– Нет. А что случилось? Свадьба отменяется?
– Ещё чего. Динка характер показывает, но он быстро сломается. Ладно, если увидишь…
– Преступники! Бандиты!
Крик уши режет. Неприятно. Цепляет что-то внутри. Крючком впивается и дёргает. Хочется сказать, чтобы не трогал её и прекратил цирк. Девушка четко «нет» сказала.
– Вот и порешали. Эмин, я отлучусь, переодеться надо. Окатила водой, дурная. Видимо, до свадьбы не поумнеет без помощи.
Мамедов так просто об этом говорит, что меня подташнивать начинает.
Цивилизация сюда, видимо, пока не добралась.
Меня. Это. Не. Касается.
Моё дело – заказ выполнить, друга поздравить и уехать обратно в столицу. Разгребать то, что сам натворил. Дядя вот-вот охоту на меня объявит, мне новые неприятности не нужны.
– Не надо!
Черт.
Не могу слушать.
Решать надо.
Спасать красавицу или нет?
Глава 2. Дина
– Я откажусь.
Гордо вздергиваю подбородок, складываю руки на груди. Замуж, вот ещё. Я даже на свидания не ходила ни разу. Отец повторял, что слишком рано, потом всё успеется.
А теперь меня украли, чтобы выдать за незнакомого мужчину.
В голове не укладывается, что так могут поступить. Кто вообще ожидает, что это поможет создать семью? Я при любом удобном случае попытаюсь убежать.
– Нельзя без согласия брать, – повторяю, уворачиваюсь от ладони женщины. – Не трогайте меня! Я не буду к свадьбе готовится, вы тут все с ума посходили?
– Скоро гости приезжать будут, – повторяет, как заведенная. – Тебе нужно быть готовой. Платье надень, улыбайся. От тебя ничего не требуется, только молча стоять.
– А я молчать не буду.
Не знаю, откуда во мне столько смелости берётся. Всегда казалось, что я в такие моменты буду плакать или просить отпустить. Но вместо этого голос прорезается.
Нет, не позволю им себя сломить.
Мне только восемнадцать, я не собираюсь становиться женой какого-то незнакомца. Меня дома Паша ждёт, мой парень. Не парень, конечно, потому что папа не одобрил. Но мой… Кто-то.
– Откажусь! – повторяю громко, надеюсь, что до всех дойдёт. – Перед всеми гостями откажусь.
– Не откажешься, – грубый бас заполняет комнату.
– Нельзя же, Юнус…
– Можно, тетушка Аза. Она меня перед другом позорит. Вышли.
Я во все глаза рассматриваю незнакомца. Жмусь к стенке, не свожу с него глаз. Мужчина не просто взрослый, он старый. У него морщины на лице и залысины по бокам.
И крупный. Мамочки, какой крупный. Раздавит и не заметит. Или ударит так, что живого места не останется. Этот Юнус надвигается, неспешным шагом подходит. Загоняет в угол.
– Что вы делаете?
– Невесту свою воспитывать буду.
– Вы? Вы меня…
Вся смелость улетучивается, оставляя вместо себя дрожь. Я трясусь и боюсь представить, как мужчина будет «воспитывать». Если для него похитить не проблема, то и другое…
Заглядываю за плечо мужчины. Надеюсь, что кто-то остановит его. Но в комнате пусто, все ушли. Оставили меня на растерзание этому монстру. А я не знаю, что мне делать теперь.
Не успеваю подумать. Я сжимаю в руках вазу, а в следующую секунду всё оказывается на мужчине. Вода стекает по нему, а несколько роз застревают на его широких плечах.
Мужчина ошарашенно смотрит на меня, а я сама не понимаю, что натворила. Сжимаю крепче вазу, но Юнус её вырывает. Рывком отправляет в стену, рядом со мной.
– Дрянь.
– Не надо.
Прошу сдавленно, вскрикиваю, боясь, что осколки зацепили. Но нет, на пальцах нет крови. Только один взбешенный мужчина, которого никто не остановит.
– Жена должна быть послушной, Дильнара, – коверкает моё имя, но сейчас не решаюсь поправлять. – И смирной. А ты…
– Я поняла! – вскрикиваю, когда он сжимает мои плечи. Тянет к себе. – Поняла. Мне жаль, извините. Я нервничаю просто. Меня крадут в первый раз. Я… Я больше не буду кричать. Я… Я надену платье! И молчать буду, честно. Извините.
– Как быстро ты смирной становишься.
От удовольствия в его голосе мне противно. Но часто киваю, лишь бы он отстранился. Запах перегара забивает лёгкие, от мужчины несет чем-то терпким и противным.
Задерживаю дыхание, пока мужчина от меня не отстраняется. Делает шаг назад, раздраженно смахивает лепестки с пиджака. Смотрит оценивающе, но потом кивает. Отступает от меня.
– Мне просто время нужно, – тараторю, стараясь убедить мужчину. – Всё быстро так! Мне даже не дали осознать всё. В одиночестве.
– Будет тебе время в одиночестве. Собирайся. Услышу хоть писк – вернусь.
– Не услышите.
Потому что я оставаться здесь не собираюсь. Жду, когда дверь хлопнет, и только тогда начинаю дышать. Бросаюсь к окну, распахиваю его и расслабленно выдыхаю.
Не так высоко, всего второй этаж. Я могу… Могу спуститься вниз и подобраться к забору. Главное, за пределы территории выбраться, а там разберусь, как мне домой вернуться.
А Юнус пусть кого-то другого воспитывает.
Я боюсь, что сейчас кто-то зайдёт. Сдергиваю с кровати покрывала и простыни, связываю между себя крепкими узлами. Я надеюсь, что они будут крепкие, выдержат мой вес.
Привязываю один конец к ножке стола, дергаю, проверяя. Вроде, не должно отвязаться. А даже если упаду, то не так высоко. Всего второй этаж, это не конец мира.
Не представляю, как я буду в одном халате бежать. Короткий, легкий, совсем не согревает. А на улице разгар зимы, сугробы. Но лучше околеть, чем за этого замуж выйти.
Ни уважения, ни манер. Одна сила, которой мужчина не постыдился пользоваться. Подлец. Меня передёргивает, как вспоминаю его взгляд. Цепкий и развязный. Всю меня осмотрел, как вещь.
– Пожалуйста.
Прошу у высших сил, когда сбрасываю свой «трос» за окно. Снимаю тапочки, отправляя их вниз. Жаль, больше нечего с собой прихватить. Но времени думать нет.
Забираюсь на подоконник, хватаюсь руками за тонкие простыни. Пальцы дрожат, соскальзывают. Мне кажется, что я сразу вниз полечу. Но нет, держусь, вишу на вытянутых руках.
Говорила мне мама, чтобы я больше спортом занималась. Никогда не повредит. Хотя бы умела спускаться по канату. А каждое движение вызывает боль в мышцах.
Я не уверена, сколько длится спуск. Несколько секунд или целую вечность? Только знаю, что скоро меня хватится. Кто-то из тех «тетушек» снова придёт меня поучать.
До земли остается всего ничего, когда пальцы разжимаются. Цепенеют от холода, и не могу держаться. Хватаюсь из последних сил, но вот-вот сорвусь и сломаю себе что-то.
– Ох, мамочки.
– Держу.
Крепкие ладони сжимают моё тело, тянут вниз. Мужчина легко прижимает меня к себе, а потом медленно опускает. Ноги подкашиваются, когда я оказываюсь на земле.
Холодно, жутко. Кожу щиплет и стоять неудобно. Не убилась, так заболею. Но это такая мелочь, что даже не обращаю внимания. Только ищу свою тапочки, а нахожу их в руках незнакомца.
– Отдадите?
Мужчина без вопросов отдает, внимательно меня разглядывает. А я только украдкой поглядываю, не понимая, что будет дальше. Сейчас всех позовёт или лично к Юнусу отведёт?
Незнакомец трет затылок, треплет темные волосы. Медлит, а я его могу рассмотреть лучше. Аккуратно подстриженную бороду, расстёгнутые пуговицы рубашки. Он не такой огромный, как Юнус, не вызывает паники и страха.
– Здесь забор под три метра.
– Справлюсь, – у меня другого выхода нет. – Глупо надеяться, что вы в полицию позвоните, да?
Спрашиваю, затаив надежду. Крошечную, ядовитую. Он не выглядит как мой жених недоделанный. Кажется, даже с сочувствием смотрит. Мужчина должен понимать, что это всё неправильно.
– Прости, но здесь без моей помощи придётся справляться.
– Но… Вы сейчас позовёте охрану? Пожалуйста, я…
– Нет. Вперёд, Дика.
– Меня зовут Дина.
Ещё один! Разве так сложно моё имя запомнить? Короткое, красивое даже. А они коверкают, на свой лад переделывают. Но мужчина тут же отступает в сторону, машет мне рукой.
Пропускает.
– Иди, Дина, пока тебя не хватились.
И я бегу, срываюсь с места. Пока незнакомец не передумал, не стал звать охрану. Лёгкие горят от бега, перед глазами всё расплывается. Пытаюсь найти лазейке в заборе, найти, как выскользнуть наружу.
Почти до дверцы добираюсь, как меня перехватывают.
И назад тянут.
К злому Юнусу, который теперь не пощадит.
– Преступники! Бандиты!
Кричу, не могу остановиться. Понимаю, что нужно помолчать, но это не помогает. Я умру, если бороться не буду. Если просто замолчу и приму, что они со мной сделать хотят.
Кручусь, царапаюсь. Один из охранников грубо толкает меня на кровать, заносит руку, а я сжимаюсь. Жду боли, но её нет. Несмело приоткрываю один глаз, понимаю, почему он остановился.
Юнус сам разобраться хочет.
Возле него женщина, которую Азой зовут. Кажется, что так. Она что-то мужчине пытается объяснить, руки заламывает. Неужели решила защитить меня? Не верю в это.
Но жду, вдруг всё обойдётся?
Хотя бы до избиений не опустятся, оставят меня в покое. Тру щиколотку, которая болит от бега, с тревогой слежу за их разговором. Послушает Юнус свою тётку или нет?
– Гости следы увидят.
Произносит вперемешку с непонятными фразами. А, гости, конечно. За чужое мнение переживает, ничего больше. А похищение и насилие это нормально, никаких претензий.
– Значит, без следов будет, – Юнус кивает. Специально произносит так, чтобы я поняла. – Не мешайте нам.
Забиваюсь к стенке, в дальний угол кровати. Платье сбивается в ногах, и я его на пол скидываю. Прикрываюсь подушкой, единственным, что под руку попадается.
Мужчина дергает на себе промокшую рубашку, отбрасывает зло. А потом тянется к ремню, расстегивает показательно. Медленно достает из шлевок брюк, складывает пополам.
– Что вы… – язык не слушается, меня напряжением топит. – Что вы делаете?
– Воспитывать буду, – бросает зло и резко, на кровать забирается. Обхватывает мою ногу, тянет на себя. – Раз ты словами не понимаешь.
– Не надо! Не трогайте, – барахтаюсь, но мужчина прижимает своим весом. Давит. В нос ударяет его запах, от которого начинает тошнить. – Гости же! И… Позор, если с синяками буду.
– Под платьем не заметят, – обещает так, словно это успокоить должно. – Зато ты урок усвоишь. Ласковой будешь. Пару раз хватит, чтобы сломалась. Сама виновата.
– Я не… Не виновата. Я не хочу. Просто не хочу.
– Захочешь, Дильнара.
– Меня зовут Дина!
– Ты будешь отзываться на то имя, которое я тебе выберу. Даже если «эй» буду называть, то только кивать будешь. Поняла меня? Если нет, то я по-другому объясню.
– Поняла! Я поняла.
Соглашаюсь, но понимаю, что мужчина не остановится. Хочет наглядно показать, что меня ждёт. Вбить в голову, чтобы я была послушной и не возникала. Не пыталась больше сбежать.
Слёзы душат, стекают по лицу. Страх сдавливает лёгкие, я не представляю, что меня ждёт. Кричу, когда Юнус тянет мои волосы, до звезд перед глазами.
Пожалуйста. Пожалуйста, пусть сейчас кто-то его остановит. Я молюсь и выдыхаю, когда в дверь раздается настойчивый стук. Замирая, прислушиваясь. Пожалуйста, заберите этого монстра.
И мужчина поднимается, роняет ремень рядом. Двигается к двери, раздраженно руки потирает. Но, видимо, у него есть дела важнее, чем сейчас мной заниматься.
Только надолго ли кто-то отвлечет Юнуса?
Или он быстро к наказанию вернётся?
