Текст книги "Во всем виновата книга. Рассказы о книжных тайнах и преступлениях, связанных с книгами"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Энн Перри,Джеффри Дивер,Джон Коннолли,Микки Спиллейн,Нельсон Демилль,Кен Бруен,Лорен Эстелман,Уильям Линк,Дэвид Белл
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 29 страниц)

Коломбо вгляделся в нее еще внимательнее.

– Ничего, особенно учитывая, сколько денег стоит на кону. Вполне естественно, что вы хотите убрать кузена с пути.

– Вы имеете в виду наследство? По-вашему, я хочу получить пирог целиком?

– Угу. Именно это я имею в виду.

– Вам кто-нибудь говорил, что у вас пронизывающий взгляд, лейтенант?

– Да, жена, кажется, однажды говорила. Но вы не ответили на мой вопрос.

– Какой вопрос?

– Вы сдали кузена из-за денег? Чтобы получить пирог целиком?

– Если честно, отчасти да. Даже в основном. Но дело в том, что убийство не должно сойти ему с рук.

– Дело в том… – задумчиво пробормотал он. – Том. Первый том каталога.

– Да хоть четвертый! – взвилась она. – Я принесла вам убийцу на блюдечке с голубой каемочкой, а вы толкуете о той чертовой книге. Наверное, Трой был прав насчет вас.

– В чем именно?

– В том, что вы звезд с неба не хватаете. А сами вы как думаете?

Коломбо пожал плечами:

– Люди относятся ко мне по-разному. Такова жизнь.

– Вам действительно все равно, что о вас говорят?

– Наверное. Я просто делаю свое дело так, как считаю нужным.

Его ответ не удовлетворил Марселлу. Она явно была недовольна равнодушием Коломбо.

– Вы не верите, что он мне признался?

Коломбо начал расстегивать пуговицы на своем плаще.

– Отчего же, это вполне вероятно. Но я считаю вас весьма коварной особой. Вы же сами сказали, что выудили у него признание.

– Так идите и допросите его!

Коломбо положил ногу на ногу и сцепил пальцы на колене.

– Легко сказать. Вам он, может, и признался, но мне вряд ли признается. Ваши слова против его. Полагаю, вы не записали разговор на пленку? И свидетелей у вас нет?

– По-вашему, я ношу в сумочке диктофон на тот случай, если кто-то признается в убийстве?

Коломбо улыбнулся:

– Действительно, глупый вопрос. Извините. Хотя если вы подстроили свидание, то могли бы и диктофон захватить.

Она саркастично засмеялась:

– И вот еще что, лейтенант… Вы занимаетесь любовью с женой в присутствии свидетелей?

Очко в ее пользу. Он порозовел от шеи до корней волос. Марселла сразу поняла, что выбила его из колеи, и испытала удовольствие.

– Нет-нет, я не об этом! Еще раз извините. Но я должен был спросить, потому что обстоятельства бывают разными.

На этот раз она засмеялась искренне.

– Так вы не станете его допрашивать? Я вас правильно поняла?

– Отчего же, непременно допрошу. Но он может заявить, что вы ему помогали. – Он сделал короткую паузу. – Возможно, так и было.

Предположение ничуть не встревожило ее.

– Не беспокойтесь, я с ним справлюсь, – сказала она. – Вам не надоело сжимать свое колено?

– Да, действительно. – Он опустил ногу на землю. – Порой я слишком увлекаюсь и не замечаю, что делаю.

Марселла невольно развеселилась.

– Ладно. Разумеется, он станет отрицать, что признался мне в убийстве после секса. Что вы намерены предпринять в этой связи?

– Копать в нужном направлении.

– В каком же?

Коломбо встал с кресла.

– Мне нужно найти надежные улики. И поскорее, пока кто-то из вас не получил половину состояния вашего дядюшки.

– Почему? – удивилась она.

– Богатый наследник или наследница может нанять лучшего адвоката в стране. Окружной прокурор этого не любит, и я его не осуждаю.

– А я осуждаю. Он хочет, чтобы все прошло легко и быстро, не желая опоздать к ужину? И это называется усердной работой на благо страны?

Коломбо снова пожал плечами:

– Другого окружного прокурора у нас нет. Спасибо за разговор. Я очень вам благодарен.

– Пожалуйста. – Она тоже встала. – Если Трой будет меня донимать, я обращусь к вам за помощью.

– Думаю, вы бы не стали убивать дядюшку собственноручно. Наняли бы кого-нибудь. Киллера, знакомого или даже кузена.

– Чтобы он меня шантажировал? Вы считаете меня полной дурой?

– О нет, мисс, вовсе нет. – Он шагнул в сторону двери. – До свидания.

Коломбо вышел. Полы расстегнутого плаща хлопали его по ногам.

В тот же день, около трех часов, Трой зашел в кабинет Коломбо. После обеда он получил сообщение, что коп снова хочет его видеть.

– Что на этот раз, лейтенант? – спросил он.

– Я побеседовал с вашей кузиной.

Трой напрягся.

– Вот как?

– Она сообщила кое-что очень интересное о вас. Якобы после секса вы признались ей в убийстве.

Трой широко улыбнулся, чтобы скрыть злость. Предательница!

– Я и правда признался.

– Вы признались?! Вы признаетесь в преступлении? – удивленно переспросил Коломбо.

Трой поудобнее развалился на стуле.

– Ей чертовски хотелось это услышать. Я уловил намек и пошел у нее на поводу. Решил, что это такая постельная игра, и подыграл. Соврал, чтобы затащить ее в кровать еще раз. Она явно возбудилась при мысли, что я убил дядю. Довольно некрасиво, но ничего криминального.

Коломбо, похоже, был удивлен.

– Надо же! Вот это объяснение! С таким я еще не сталкивался. Отличный способ выскользнуть из ловушки. Вы двое – это нечто.

Коломбо оперся ладонями о стол и встал.

– Знаете что? Я не думаю, что вы солгали, мистер Пеллингхэм. Она заподозрила вас в убийстве, и вы сознались. Или она подговорила вас убить дядю.

Трой злобно топнул ногой:

– Идите к черту. Я соврал, чтобы завалить ее еще раз… или много раз. А теперь предъявите свои доказательства, если они есть. Я знаю, что у вас ничего нет.

– Заносчивость до добра не доведет.

Трой не испугался.

– Ну так где доказательства? Хватит тянуть кота за хвост.

Коломбо достал из журнала регистрации лист бумаги.

– Думаете, я обвинил бы вас в убийстве без веских доказательств?

Трой резко откинулся на спинку стула, как будто его толкнули в грудь.

– Я жду, – чуть менее уверенно сказал он.

– Вы опрокинули книжный шкаф на дядю, а когда увидели, что старик еще жив, забили его до смерти книгой.

– Пустые выдумки. В суде вас на смех поднимут.

Коломбо посмотрел на лист бумаги.

– Заключение лаборатории – не выдумка.

– И что же в нем написано? Надеюсь, что-нибудь веское.

Коломбо швырнул заключение на стол.

– Вас выдала книга. Орудие убийства.

– Что? – со злобным недоверием переспросил Трой.

– Да, вы стерли отпечатки с обложки. И все же на книге остался отпечаток.

– Где?

Коломбо взял книгу со стола.

– Видите обрез? Края страниц идеально подогнаны друг к другу.

Трой видел, и у него начали потеть ладони.

– Вот почему я снял у вас отпечатки. На обрезе нашелся сносный частичный отпечаток. При пролистывании он исчезает.

Коломбо зашуршал страницами.

– Когда вы били старика закрытой книгой, то нечаянно оставили отпечаток на ровном обрезе. – Он взял книгу со стола. – Вот, попробуйте на этой.

Трой нерешительно протянул руку, и Коломбо дал ему книгу. Трой посмотрел на обрез, но ничего не сказал.

– Взгляните на название, – предложил Коломбо, набирая на телефоне добавочный номер.

Трой посмотрел на обложку. «Уголовный кодекс Калифорнии». Он поднял взгляд и мрачно уставился на Коломбо.

– У вас будет уйма времени, чтобы прочесть его. Двадцать лет в тюрьме за убийство первой степени.

На другом конце линии взяли трубку.

– Пагано, зайди ко мне. Нужно произвести арест.

Трой швырнул тяжелую книгу обратно на стол.

– Теперь ваша бессердечная сексапильная кузина получит все дядюшкино наследство, – добавил Коломбо.

– Вот сучка, – пробормотал Трой.

– Она знала, что это ваших рук дело, мистер Пеллингхэм, но у нее не было нашей лаборатории.

– Или вас, – с горечью сказал Трой.

Коломбо пожал плечами со своей обычной скромностью:

– Или меня.

Лора Липпман
Книгокрад

Тэсс Монаган старалась полюбить стильный магазинчик детской книги, который открылся пару лет назад на Двадцать пятой улице Северного Балтимора, где издавна было много букинистических лавок. Магазинчик – само очарование, на застекленной террасе стоят яркие креслица и стульчики, ручная майна умеет говорить «Привет, дорогуша!», «Эй, кто там?» и, самое замечательное, знаменитый рефрен из «Ворона» – «Больше никогда».

Тэсс обожала постер с Арнольдом Лобелом[43]43
  Арнольд Лобел (1933–1987) – популярный американский детский писатель.


[Закрыть] напротив входной двери: дюжий бородач сидит в уютном домике, окруженном башнями из зачитанных книг. Тэсс одобряла тот факт, что сопутствующие товары там действительно были сопутствующими, кроме мягких игрушек и боа из перьев в стиле Фэнси Нэнси[44]44
  Фэнси Нэнси – героиня детских книг Джейн О’Коннор.


[Закрыть]. Тэсс радовалась тому, что подарочную упаковку предоставляют бесплатно круглый год и что в магазине можно заказывать букинистические издания. Тэсс с нетерпением ждала, когда ее дочка, двухлетняя Карла Скаут, подрастет и сможет тихо сидеть на субботних «часах чтения», хотя всерьез опасалась, что с этим придется подождать до поступления в колледж. Но больше всего Тэсс восхищала нелогичность решения: открыть книжный в наше время, когда многие считают книги анахронизмом.

Жаль только, хозяйка «Детского книжного» не любила детей…

– Аккуратнее! – рявкнула черноволосая хозяйка в не по-осеннему холодный октябрьский день, когда Карла Скаут походкой Франкенштейна двинулась к нижней полке книг с картинками. Вообще-то, руки у Карлы Скаут чистыми не были: они вдвоем сейчас предавались любимому пороку мамы – поеданию шоколадно-арахисовых плиток из магазина Эдди. Тэсс спикировала на дочь с салфеткой в руках и смущенно улыбнулась хозяйке.

– Извините! – сконфуженно улыбнулась Тэсс. – Книги она любит до умопомрачения. Порой в буквальном смысле.

– Вам помочь? – спросила хозяйка так, словно видела Тэсс впервые. Кредитка Тэсс с этим не соглашалась.

– Мы ищем подарок на день рождения, но уже кое-что придумали. Моя тетка работает в детской муниципальной библиотеке.

Тэсс умолчала о том, что ее тетка, владелица книжного в другом конце города, с удовольствием закажет любую книгу по себестоимости. Просто ей очень хотелось, чтобы этот магазинчик, близкий к ее дому, процветал, как и все местные заведения, – не самый простой жизненный принцип, хотя простых принципов вообще нет. Ночами, когда дочка спала, а в доме царила тишина, Тэсс украдкой наведывалась в интернет-магазины, так упрощающие жизнь. Как же без них?

– Вы, наверное, одна из этих? – спросила хозяйка.

– Из каких именно?

Хозяйка показала на айпад Тэсс, торчавший из сумки без застежек.

– Ой нет… То есть да, я покупаю цифровые книги, в основном те, которые нужны для дела. Программу-читалку использую для больших документов. Я много работаю с документами, а их удобно загружать в айпад и носить с собой.

– Да, конечно. – С этими словами хозяйка закатила глаза и ушла за ширму из цветастого ситца, отделявшую магазин от ее рабочего места, словно считала разговор с Тэсс чересчур утомительным.

– Извините! – чуть слышно прошептала единственная служащая магазина, молодая женщина с обильным пирсингом и уточкой Джемаймой[45]45
  Уточка Джемайма – героиня сказки Беатрис Поттер «История об уточке Джемайме».


[Закрыть], вытатуированной на правом предплечье. Хозяйка вышла из-за шуршащей ширмы с сумочкой в руках.

– Мона, я попью кофе, потом в банк.

Тэсс подождала, думая, что хозяйка сядет на велосипед – может, даже с корзиной для кусачих дворняжек, – но та зашагала по Двадцать пятой улице, наклонив голову из-за сильного ветра.

– У нее трудные времена, – объяснила девушка с утиной татуировкой. Мона, так назвала ее хозяйка. – Сами понимаете. Больше всего ее бесят те, кто приходит с читалками. Они выуживают у нее информацию, а потом загружают цифровые книги или покупают по дешевке в интернет-магазинах.

– Ну, вряд ли многим нужны детские книги в цифровом виде.

– Вы не поверите, но они бывают нужны. Есть даже интерактивные книги доктора Сьюза, хотя я не очень доверяю методике «Читай сам». По-моему, очень важно, чтобы родители читали своим детям.

Тэсс сконфуженно покраснела: она тоже загрузила на айпад «Хоп-хоп-хоп» и несколько игр, хотя пока что Карле Скаут больше всего нравилось открывать, а потом стирать мамины имейлы.

– Она злится, потому что у нас внезапно начались кражи, – продолжала Мона. – Исчезает все самое дорогое и красивое, например Гюго или книги с иллюстрациями Калдекотта[46]46
  Рэндольф Калдекотт (1846–1886) – английский художник и иллюстратор.


[Закрыть]. А вот книги Ньюбери[47]47
  Джон Ньюбери (1713–1767) – английский издатель, который считается зачинателем издания детской литературы в англосаксонских странах, превратившим издание книг для детей в стабильное и прибыльное дело.


[Закрыть] – никогда. Воры явно выбирают иллюстрированные издания, хотя и не самые редкие: их мы держим под замком.

Мона показала на шкаф, тянувшийся вдоль прилавка и заполненный книгами в отличном состоянии: «Элоиза в Москве»[48]48
  «Элоиза в Москве» – книга американской писательницы Кей Томпсон, четвертая в серии об Элоизе, написана в разгар холодной войны.


[Закрыть], несколько книг Мориса Сендака, «Эмили из Дип-Вэлли»[49]49
  «Эмили из Дип-Вэлли» – книга американской писательницы Мод Харт Лавлейс.


[Закрыть], «100 платьев» Элинор Эстес, которую Тэсс не читала, «Эпамидондас и его тетушка»[50]50
  «Эпамидондас и его тетушка» – книга американской писательницы Сары Коун Брайант.


[Закрыть] с крайне неполиткорректной обложкой.

Тэсс мигом сменила амплуа, из затурканной мамаши превратившись в частного детектива-профессионала, консультирующего по вопросам безопасности. Она огляделась по сторонам.

– Маленькие залы уютны, но это же рай для воров. У вас есть сигнализация и колокольчик на двери, а камер нет. Сумки и рюкзаки досматривать не пробовали?

– Пробовали, но Октавия сама запуталась, а в стрессовой ситуации… Она проявляет себя не с лучшей стороны, скажем так.

– Октавия?

– Ну да, хозяйка.

Стоило назвать имя, и хозяйка – тут как тут – влетела внутрь с кофе в руках.

– Всегда забываю, что банки работают до трех, кроме пятницы. Ну и ладно, взнос у меня небольшой. – Хозяйка посмотрела на Мону, и лицо ее смягчилось. Она была моложе, чем думала Тэсс: даже пятый десяток не разменяла. Но ее старили черные волосы и строгий вид. – Если хочешь, выпишу тебе чек сегодня, но если ты можешь подождать до пятницы…

– Конечно, Октавия. Тем более Хеллоуин на носу. Еще немного, и люди начнут закупаться к праздникам.

– Станет больше людей в магазине. Больше отвлекающих факторов. Больше шансов.

Октавия поглядела на Карлу Скаут. Девочка сидела на полу с книгой Виллемса Мо[51]51
  Виллемс Мо (р. 1968) – американский художник, создает детские книжки, мультфильмы, работает в театре и на телевидении.


[Закрыть] и «читала». Тэсс подумала, что Октавия невольно растрогается. Что может быть очаровательнее читающей малышки? Тем более вот этой малышки, которой хватило здравого смысла унаследовать папины светлую кожу и густые темные волосы, отросшие до плеч. К тому же Тэсс одела ее в кожаный бомбер от «Гэп», красные джинсы и футболку фанатки группы «Клэш». «Какая миленькая!» С начала дня Тэсс слышала это уже раз сорок и приготовилась к сорок первому.

– Она испачкала книгу шоколадом, – пожаловалась Октавия.

Да, испачкала. А книжка «Не давай голубю водить автобус»[52]52
  Книга Виллемса Мо.


[Закрыть] у них уже была. Но теперь оставалось лишь смириться с покупкой испорченной книги.

– Я оплачу ее вместе с другими покупками, – пообещала она, понимая: не стоит отнимать у Карлы Скаут то, ради чего она притихла. – Насколько я понимаю, вас беспокоят кражи?

– Мона!

Октавия гневно взглянула на продавщицу. Под таким взглядом Тэсс съежилась бы, а девушка лишь пожала плечами.

– Октавия, стыдиться тут нечего. У нас воруют не потому, что мы плохие люди. И даже не потому, что мы плохие продавцы. Люди воруют потому, что они авантюристы.

– Здесь очень помогла бы камера, – проговорила Тэсс.

– Я не покупаю всех этих гаджетов! – фыркнула Октавия, зло взглянула на айпад и добавила, уже с меньшим запалом: – Да и лишних расходов сейчас не могу себе позволить.

Тэсс была тронута такой честностью.

– Вы не заметили в кражах какой-нибудь системы?

– Я не провожу инвентаризацию каждую неделю… – начала Октавия, но Мона не дала ей договорить:

– Крадут по субботам. Я почти уверена, что по субботам. В этот день мы проводим «час чтения», но посетителей и без того много. Часто приходят разведенные отцы – выбирают подарок в последнюю минуту или просто не знают, как еще развлечь ребенка.

– Я могла бы помочь…

Октавия подняла руку:

– На это денег тоже нет.

– Да я бесплатно, – проговорила Тэсс неожиданно для себя самой.

– Почему? – с подозрением спросила Октавия.

Тэсс поняла, что к проявлениям доброты хозяйка не привыкла. Если только со стороны Моны, согласной ждать своего чека несколько дней.

– Я считаю, что ваш магазин нужен Северному Балтимору, и хочу, чтобы моя дочь приходила сюда. Пусть она вырастет настоящей городской девчонкой – приезжает к вам на велосипеде или на автобусе и сама выбирает книги. «Бетси-Тейси»[53]53
  «Бетси-Тейси» – роман Мод Харт Лавлейс.


[Закрыть], «Миссис Пиггл-Виггл»[54]54
  «Миссис Пиггл-Виггл» – роман Бетти Макдональд.


[Закрыть], «Ведьма с пруда Черных Дроздов»[55]55
  «Ведьма с пруда Черных Дроздов» – роман Элизабет Джордж Спир.


[Закрыть], Эдварда Игера и Эдит Несбит – все то, что обожала я.

– Все хотят передать своих «любимчиков» по наследству, но как показывает практика, если мы хотим вырастить детей настоящими читателями, то должны предоставить им свободу выбора.

– Ладно, пусть так. Но где же ей выбирать книги, если не в магазине или не в библиотеке? Счастливые открытия не сравнятся ни с чем. – Тэсс повернулась к дочери и заметила, не успев, однако, ничего сделать, как Карла Скаут тянется грязными руками к очередной книге и хватается за нее. – Мы и эту возьмем.

На Двадцать пятой улице Тэсс усадила Карлу Скаут в коляску и стала катить ее одной рукой; другой она держала телефон и проверяла электронную почту. Разумеется, коляска наехала на пятки мужчине, которого Тэсс знала – по крайней мере, в лицо.

Тэсс и Ворон, отец Карлы Скаут, прозвали его Ходоком и часто гадали, чем он занимается, раз имеет возможность проходить несколько миль по Северному Балтимору каждый день, в любую погоду – так, словно выполнял некое задание. Ходок был бы даже красив, если бы улыбался и не горбился, но он не улыбался никогда, а горбился так, словно был вообще не способен выпрямиться. Когда Тэсс налетела на него, Ходок резко повернулся в другую сторону и задел ее своим неизменным рюкзаком. Тэсс показалось, что она налетела на каменную стену. Может, Ходок носит рюкзак, чтобы исправить плохую осанку?

– Извините! – проговорила Тэсс.

Ходок не отреагировал никак – просто двинулся дальше своей медвежьей походкой, согнувшись наподобие буквы «С». Ни пружинящей, ни упругой такую походку не назовешь – Ходок словно отбывал повинность, переставляя ноги одну за другой. Тэсс подумала, что беднягу околдовали, и он обречен ходить по Балтимору, пока чары не рассеются.

Перед ближайшей субботой в книжном Тэсс поговорила с теткой, предположив, что товар «исчезает» и у нее.

– Вообще-то, нет, – сказала Китти. – Книги тяжело украсть, еще тяжелее перепродать. Такое, конечно, случается, но ничего систематического и планомерного, как ты описываешь, не было. Похоже, кто-то мстит хозяйке.

Октавия, конечно, резковата, и, по словам Моны, нервы у нее не очень крепкие, но чтобы недовольный покупатель пошел на это… Большинство просто оставляют ругательные отзывы в соцсетях.

– Много лет назад, как раз на Двадцать пятой улице, где букинистов тогда было еще больше, произошел всплеск краж. Владельцы изумлялись количеству украденного и случайному выбору. А потом кражи вдруг прекратились.

– Что случилось? Почему кражи прекратились? Кого-то арестовали?

– Нет. Насколько я знаю, не взяли никого.

– Наверное, стоит поговорить с продавцами других магазинов. Вдруг они что-то заметили, – сказала Тэсс. – Но почему стали красть именно сейчас?

– Наверное, кто-то беспокоится, что скоро книги совсем исчезнут.

Разумеется, Китти шутила, но Тэсс не смогла удержаться от вопроса:

– А они исчезнут?

В трубке воцарилось молчание, затянувшееся настолько, что Тэсс испугалась, не сбросился ли вызов. Когда Китти заговорила, в ее голосе не слышалось обычной бодрости:

– Я не осмеливаюсь предсказывать будущее. Например, я никогда не думала, что газеты сдадут свои позиции. Впрочем, мне кажется, что спрос на бумажные книги сохранится, а вот каким он будет, я не знаю. Я знаю лишь то, что я держусь на плаву – пока держусь. Магазин у меня в собственности, есть постоянные покупатели. Неплохой доход приносят и туристы. В итоге все сводится к тому, что для людей имеет ценность. Книжные магазины имеют ценность? А книги? Не знаю, Тэсс. Бесплатные библиотеки существуют много лет, а ценность книг от этого не уменьшилась. Здесь, в Балтиморе «Бук тинг»[56]56
  «Бук тинг» – некоммерческая благотворительная организация, занимающаяся бесплатной раздачей книг.


[Закрыть] задаром раздает книги всем желающим. Заходи и бери. Мне они совершенно не мешают. Старыми книгами издавна торговали и на блошиных рынках, и на Книжной ярмарке колледжа Смита[57]57
  Колледж Смита – частный женский гуманитарный колледж, расположенный в Нортгемптоне, штат Массачусетс, самый большой колледж ассоциации «Семь сестер».


[Закрыть]. Но вот когда ты щелкаешь мышкой, покупаешь что-то нематериальное за девяносто девять центов, а потом раз, и оно уже у тебя… это что-то особенное. Помнишь «Чарли и Шоколадную фабрику»?

– Ну конечно.

В детстве Тэсс, как и многие дети, зачитывалась мрачноватыми сказками Роальда Даля. Само собой, он вошел в список авторов, которых стоило бы прочесть Карле Скаут.

– А если бы мы могли делать то же, что Вилли Вонка у Даля? Протянуть руку к телевизору и взять шоколадку? Получать что угодно, когда угодно, круглые сутки, семь дней в неделю? Сегодня почти так и есть. Не жизнь, а безграничная свобода выбора. Но по-моему, теперь куда сложнее понять, чего именно ты хочешь.

– В Балтиморе такой проблемы нет, – заметила Тэсс. – У нас доставляют только пиццу и китайскую еду. Причем не ту пиццу и не ту китайскую еду, которые мне нравятся.

– Ты просто шутишь, чтобы отвлечь меня от мрачных мыслей.

– Не совсем так.

Тэсс не шутила. Доставка еды в Балтиморе оставляла желать лучшего. Впрочем, раньше Тэсс не подозревала, что ее жизнерадостная тетушка способна так хандрить, и сейчас действительно хотела отвлечь ее. Поэтому она и попробовала резко перевести стрелки, как порой делала в играх с Карлой Скаут. Все получилось. Оказывается, ежедневное общение с маленьким ребенком – отличная школа жизни.

По субботам в «Детском книжном» и впрямь царила суматоха. Впрочем, Тэсс быстро заметила, что активность покупателей у кассы далеко не соответствует суете у книжных полок.

Тэсс обратила внимание и на то, о чем говорила Мона: некоторые использовали магазин как реальную площадку для виртуальных покупок. Кто отвратительнее – те, кто достает гаджеты и делает виртуальные покупки прямо в магазине, или те, кто шмыгает за порог и достает телефоны и читалки украдкой, словно совершает преступление? С одной стороны, они не делают ничего противозаконного, с другой – отнимают у Моны время, превращая ее в бесплатного консультанта.

В разгар суматохи доставщик привез коробки с книгами и повез их на ручной тележке по узким проходам между полками, причем верхняя книга в какой-то момент упала. Невероятно симпатичный и в чем-то элегантный, доставщик был еще и страшно неловок. Пробираясь вглубь магазина, он ронял коробки как минимум трижды. Одна из них открылась, и книги разлетелись по полу.

– Извините! – проговорил он, широко улыбаясь, и наклонился, чтобы собрать книги. Только… Тэсс почудилось или он впрямь схватил несколько книг с полки и сунул в коробку? Зачем ему? Коробки-то доставляются в магазин, с собой он их не заберет.

– Тейт – самый неловкий парень на свете, – с чувством проговорила Мона, когда он ушел. – Душка, но обе руки левые.

– То есть он постоянно роняет книги?

– Роняет книги, путает заказы и так далее. Но Октавия его обожает. Такие ямочки…

Ямочек Тэсс не запомнила, зато увидела, как они действуют на Октавию. Через пятнадцать минут Тейт вернулся с довольно сконфуженным видом.

– Тейт! – с неподдельным восторгом воскликнула Октавия.

– Получилось так глупо… Одну из коробок, которую я оставил у вас, на самом деле заказали «Роял букс» в другом конце квартала.

– Ничего страшного, – заверила Октавия. – Субботние доставки мы разбираем ближе к вечеру, когда схлынет поток покупателей.

Тейт перебрал привезенные им коробки, показал Октавии, что одна предназначена для «Роял букс», и поднял ее на плечо. Тэсс отметила, что коробка не заклеена, а просто закрыта с помощью клапанов – такие часто используют при переездах. Тэсс выскользнула на улицу следом за Тейтом и увидела, как он убирает коробку в пикап, уезжает в западном направлении, а потом поворачивает на север к Говард-стрит, минуя «Роял букс».

«Он похож на кого-то, – подумала Тэсс. – И я знаю этого „кого-то“, но не знакома с ним. Знаменитость?»

Да, вероятно, Тейт напоминал кого-то из телезвезд.

Тэсс вернулась в магазин, но поделиться подозрениями с Октавией не смогла – ведь та прямо-таки просияла при виде Тейта. Кроме того, у Тэсс не было доказательств. Пока не было.

– Вы что-нибудь заметили? – спросила хозяйка в конце дня.

– Возможно. Если сегодня что-то украли, то с этой полки.

И Тэсс показала на нижнюю полку, неподалеку от того места, где Тейт уронил коробку, рассыпав содержимое.

Мона села на корточки и провела пальцем по корешкам.

– Точно не скажу, пока не проверю по компьютеру, но вчера полка была полной. Не осталось Доктора Сьюза, а он у нас есть всегда.

– Раз видели, надо было что-нибудь сказать, – ответила Октавия сварливо, как покупатель на кассе. – Или сделать, черт возьми.

– Я точно не могу сказать, видела я что-то или нет, и не хотела обижать… потенциального покупателя. В следующую субботу я вернусь. Эта работа на двоих.

Жизнь несправедлива. Тэсс Монаган с маленькой дочкой в детской переноске не замечал никто, кроме мужчин: те глазели на малышку, прильнувшую к материнской груди, и отпускали комментарии: «Вот это козырное место!» и все в таком духе. А вот когда переноску с Карлой Скаут носил Ворон, человечество таяло от умиления – по крайней мере, его прекрасная половина. В следующую субботу Ворон стоял у книжного, стараясь быть вежливым с женщинами, воркующими вокруг него, а на самом деле проверял, не случится ли чего-нибудь похожего на то, что неделей раньше видела Тэсс. Как и неделю назад, в разгар «часа чтения» появился Тейт с шестью коробками в тележке.

«Пока ничего не роняет», – пришла эсэмэска от Ворона.

«Черт подери! – подумала Тэсс. – Может, Тейт достаточно умен, чтобы делать это в разные дни, хотя Мона уверена, что кражи совершаются по субботам. Может, Мона ошиблась. Может…»

Телефон пискнул – пришла новая эсэмэска: «Забирает одну коробку с собой. Говорит, что доставил ее по ошибке. Действует ловко, я ничего не заметил».

Тэсс была с велосипедом, решив, что так проще всего преследовать человека в Северном Балтиморе в субботу. Доставщик, даже сомнительный и работающий по выходным, должен часто останавливаться. Тэсс рассчитывала, что будет ехать параллельно ему и при этом не отстанет. И она сумела нагнать Тейта, хотя у Балтиморского художественного музея едва не сбила Ходока. Так она катила, наблюдая, как Тейт объезжает магазины и выгружает одну коробку за другой, пока не почувствовала, что в ее плане есть изъян. Как определить, какая именно коробка – та самая, из «Детского книжного»?

Тэсс вздохнула и решила посвятить магазину Октавии еще одну субботу.

А потом еще одну. Потом еще и еще. Четыре субботы пролетели без всяких происшествий. Тейт появлялся, привозил коробки, ничего не путал, ничего не ронял. Но среди недели посетители спрашивали книги, которых не оказывалось: в электронной базе они числились, а на полках отсутствовали.

К пятой субботе началась предрождественская суматоха, суета в магазине усилилась. В разгар всего этого приехал Тейт и уронил коробку в дальнем углу – тот не просматривался ни от кассы, ни из ниши на террасе, где проводили «час чтения». Тэсс, ждавшая на улице с велосипедом наготове, наблюдала за происходящим благодаря «фейс-тайму» на телефоне, который Ворон держал на уровне бедер. Вдруг картинка стала слегка размазанной: Мона, посвященная в планы Тэсс, бросилась помогать Тейту. Тот отмахнулся, но на коробку непонятным образом упала поилка Карлы Скаут. Крышка отскочила, красный сок испачкал бок коробки. Ворон сфотографировал пятно и переслал в эмэмэске. Тэсс через дорогу наблюдала за тем, как Тейт грузит коробки, и запомнила, в каком месте появилось большое пятно.

Холодный день тянулся долго, а Тэсс, преследовавшая пикап, не получила ни малейшей передышки. Она даже кофе не могла выпить из боязни, что придется искать туалет.

К четырем часам начало смеркаться. Тейт покатил вверх по одному из самых высоких холмов предместья Роланд-парк неподалеку от дома Тэсс. Она с радостью подождала бы его у подножия, но было неизвестно, кому предназначалась доставка. Тэсс дала Тейту пятиминутную фору, надеясь, что он, как и большинство балтиморских водителей, не замечает велосипедистов.

Пикап припарковался у просторного особняка в викторианском стиле: изначально это был летний дом, построенный в ту пору, когда балтиморцы, проехав десяток миль, могли спастись от городской жары и духоты. Теперь, окруженный соседями стоимостью в миллион долларов, он явно переживал не лучшие времена. Кедровая дранка осыпа́лась, словно дом линял, крыша была неумело залатана, труба грозила иском об ответственности за несчастный случай. Тейт не заглушил мотор пикапа и не стал слезать с водительского сиденья. Тэсс остановилась за три дома до особняка и склонилась над велосипедом, якобы ремонтируя его. В итоге появился мужчина, хотя вышел он не из дома, а из конюшни в начале подъездной аллеи. Бывшие надворные постройки либо превратили в отдельные дома, либо снесли, а конюшня осталась нетронутой. Внутри горел свет, но больше Тэсс ничего не смогла разглядеть – дверь закрыли.

«Он похож на кого-то, – подумала Тэсс, совсем как при первой встрече с Тейтом. – Знаменитость или мы пересекались?»

По подъездной аллее шел Ходок. Рюкзака он не взял, но Тэсс узнала его: без своего обычного противовеса он сутулился пуще прежнего. Ходок пожал Тейту руку, и Тэсс поняла, почему любимец Октавии показался ей знакомым. Тейт был очень похож на Ходока – только моложе и красивее.

Тейт вручил Ходоку коробку с красным пятном, но денег взамен не получил. Как и вообще ничего. Несмотря на сумерки, Тэсс четко различала пятно. Ходок занес коробку в конюшню и закрыл дверь.

Перед Тэсс встала непредвиденная дилемма. Она могла догнать Тейта и поговорить с ним. Тейт рисковал больше других, так как мог потерять работу. Но как доказать его вину, не заглянув в коробку? Если поехать за Тейтом, то к моменту ее возвращения сюда коробка исчезнет, и доказать ничего не удастся. Надо было заглянуть в коробку.

Тэсс отправила Ворону эсэмэску с изложением своего плана. Потом она пошла на подъездную аллею, не дождавшись ответа, – Ворон наверняка попросит проявить осторожность или вызвать полицию. Но ведь дело касалось коробки с книгами из детского магазина. Неужели риск так велик?

Тэсс постучала в дверь конюшни. Прошло несколько минут. Тэсс постучала снова.

– Я вас видела! – закричала она в сумерки, то ли себе, то ли укрывшемуся там мужчине. – Я знаю, что вы там!

Прошло еще около минуты – достаточно долго, если стоишь на улице, а вокруг темнеет и холодает. Наконец дверь открылась.

– Я вас не знаю, – заявил Ходок с детской категоричностью.

– Меня зовут Тэсс Монаган. Мы немного знакомы. Вы…

Тэсс вовремя прикусила язык. Ходок ведь не подозревал о том, что он – Ходок. Тэсс слишком поздно сообразила, что его существование не может сводиться к странному хобби. Кем бы ни был этот человек, сам для себя он вовсе не Ходок. У него есть жизнь, есть прошлое – вероятно, печальное, если взглянуть на его дом и вспомнить его страстное увлечение. Но ведь он наверняка занимается не только прогулками по Северному Балтимору.

Или только ими?

– Я сама живу неподалеку и видела вас на улице. Можно сказать, что мы соседи.