Текст книги "Япония в эпоху Хэйан (794-1185)"

Автор книги: авторов Коллектив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

31. О том, как [Тайра-но] Норикуни было приказано некоторое время не появляться во дворце.

Это было, когда [Тайра-но] Норикуни служил «куродо» пятого ранга. Как-то раз Норикуни выполнял свои служебные обязанности, а Правый министр Фудзивара-но Санэсукэ и другие сановники собрались на заседание «кугё»[1223]1223
  Т. е. на заседание Гисэйкана.


[Закрыть]. Когда стали рассматривать одно из прошений, Минамото-но Акисада сидел в Восточной части дворца Сисиндэн, приспустив «хакама»[1224]1224
  Элемент хэйанского церемониального платья. Термин «хакама» может быть переведен как «штаны».


[Закрыть]. Норикуни, не в силах удержаться от этого зрелища, рассмеялся. Правый министр, ничего не подозревая, отчитал Норикуни и даже доложил обо всем государю. Из-за этого Норикуни было приказано некоторое время не появляться в государевом дворце[1225]1225
  Как отмечают комментаторы «Годансё», эта история позднее была включена в состав грандиозного собрания прозы «Кондзяку моногатари» (свиток 28, № 25). Тем не менее, подтверждений данной истории в мужских дневниках (особенно в «Сёюки» – дневнике Фудзивара-но Санэсукэ) на сегодняшний момент не найдено. Годансё. Указ. соч., с. 52.


[Закрыть].

32. О том, как однажды Санэсукэ, Кинто, Тосиката[1226]1226
  Минамото-но Тосиката (960-1027) – придворный сановник. Сын опального Левого министра Минамото-но Такаакира.


[Закрыть] и Юкинари спорили о государственных делах, и что каждый из них предлагал свой способ решения.

Сукэнари рассказывал, что однажды Санэсукэ, Кинто, Тосиката и Юкинари были отправлены государем в усадьбу Фудзивара-но Ёримити. Когда разговор зашел о государственных делах, каждый из них предложил свой способ решения. Правый министр Санэсукэ стал искать место в дневнике, которое бы подтвердило его слова. Тосиката раньше него нашел нужное место в дневнике, запомнил эти слова, и использовал их в качестве аргумента. Кинто говорил о том, почему нужно поступить так, как считает нужным Ёримити. Все четверо предлагали разные варианты. Еще о Санэсукэ, Кинто, Тосиката и Юкинари говорят, что они все были сведущими людьми в государственных делах, но что касается придворных правил, то большинство из них созданы Кинто. Именно благодаря Кинто род его знаменит. Однако описание ритуалов дома Фудзивара и правил их осуществления не сравниться с обширными познаниями всех придворных служащих в дворцовом церемониале.

33. О видах ширм.

Говорят, ширмы бывают следующие: со сценами из «Хань шу»; с изображениями игры в мяч; с китайскими пейзажами; с изображениями ада; с ликами китайских мудрецов; с видами гор и вод и так далее. Ширму ставят при необходимости. Подробнее об этом сказано в «Записях управления по пошиву одежды»[1227]1227
  Японские комментаторы текста «Годансё» отмечают, что единого источника, в котором были бы зафиксированы все вышеперечисленные разновидности расписных ширм, в период Хэйан не существовало. Однако сведения об отдельных видах расписных ширм содержатся во многих письменных памятниках эпохи Хэйан. Среди таковых мужские дневники: «Дэнрэки» (XII в.), «Мидо кампаку Ки» (XI в.) и «Сёюки» (XI в.); церемониальные своды «Бокудзан сё» (X в.), «Гокэ сидай» (XI в.) и «Сайгуки» (X в.); повествования «Макура-но соси» (XI в.) и «Эйга моногатари» (XI в.) и т. д. Подр. о расписных ширмах см.: Араки Такако. Тёдо (Предметы быта). / Хэйан дзидай-но синко то сэйкацу (Верования и быт в период Хэйан). Под ред. Яманака Ютака и Судзуки Кадзуо. Токио, 1994, с. 132–142.


[Закрыть].

34. О том, во время церемонии надевания «хакама» не следует одевать «сасинуки».

Глава министерства Народных дел Минамото-но Цунэнобу рассказывал: «Когда покойный Фудзивара-но Митифуса[1228]1228
  Фудзивара-но Митифуса (1025–1044) – придворный сановник. Несмотря на свой молодой возраст, в восемнадцать лет был назначен на пост «исполняющего обязанности старшего придворного советника» (яп. гон-дайнагон).


[Закрыть] был еще ребенком, вечером того дня, на который была назначена церемония первого надевания „хакама“, от государыни Сёси получили полное одеяние для этой церемонии, так как ее просили ранее об этом. Но вместо „хакама“ там были „сасинуки“, и одеяние не могло использоваться для проведения церемонии. Люди, которых просили преподнести „хакама“, то говорили, что они совсем забыли о просьбе, то сообщали, что лучше обратиться к другим. Ёримити тоже ничего не предпринимал, и было непонятно, состоится ли вообще церемония надевания „хакама“. Настал назначенный час, а мальчик все никак не мог надеть „хакама“. Экс-государь, услышав позже об этом, сказал: „В такой ситуации не следует одевать „сасинуки“. Неужели люди сейчас об этом ничего не знают?“ В то время государю служили много ближних слуг, придворных и различных людей, которых можно было бы назвать сведущими в различных церемониях. Почему же они не объяснили Ёримити порядок проведения церемонии? Им, наверное, было еще более стыдно, чем Ёримити. И Сукэнари, и Акинобу не знали об этом. Да, нам не дотянуться до древних мудрецов».

35. О том, как было решено дело Томо-но Ёсио[1229]1229
  Томо (Отомо) – но Ёсио (811–868) – придворный сановник. Дайнагон.


[Закрыть].

В день, когда выносили приговор Томо-но Ёсио[1230]1230
  В 866 году произошел поджёг главных ворот внутридворцового комплекса Тёдоин (яп. Отэммон), в чем обвинили придворного советника старшего ранга Томо-но Ёсио. Несмотря на все его отрицания, это событие (после соответствующей консультации с Управлением по делам Инь и Ян) посчитали за «дурное предзнаменование», которое могло отрицательно сказаться на состоянии государя Сэйва, а, следовательно, и на процветании всего государства. В результате Томо-но Ёсио осудили и отправили в ссылку в провинцию Идзу, где он через два года скончался, а вместе с ним в опалу попадают еще несколько придворных чиновников. Считается, что данный инцидент был использован (либо был осуществлен по его непосредственному приказу) тогдашним Главным министром и регентом Фудзивара-но Ёсифуса (804–872) для устранения своих политических противников (в первую очередь Левого министра Минамото-но Макото, который в 866–867 годах лишился почти всех сторонников при дворе, и вплоть до смерти в 868 году так и не сумел восстановить своего положения).


[Закрыть], придворный советник старшего ранга Минафути-но Тосина[1231]1231
  Минафути-но Тосина (807–877) – знаменитый ученый муж. Участвовал в составлении законодательного свода «Дзёган кякусики» (70-е гг. IX в.) и государственной хроники «Нихон Монтоку тэнно дзицуроку» (879 г).


[Закрыть] и придворный советник Сугавара-но Корэёси[1232]1232
  Сугавара-но Корэёси (812–880) – знаменитый ученый муж. Отец Сугавара-но Митидзанэ.


[Закрыть] по государеву повелению допрашивали Ёсио в управе Кагэюси[1233]1233
  Кагэюси – чиновники, отправляемые в провинцию для проверки состояния дел на местах.


[Закрыть], но долго не могли решить, какой вынести приговор. Тогда они сговорились и попросили одного человека сказать: «Надо бы закончить дело, а заодно привлечь и сына Ёсио, Такацунэ. Разве это дело, что Ёсио один получит наказание?». Ёсио, услышав это, подумал: «Какой неприятный человек», и на этом судьба его была решена. Позднее монах из Хорюдзи Дзэнкай докладывал, что Левый главноуправляющий делами Дайдзёкана принц Масами[1234]1234
  Принц Масами (799–863) – представитель среднерангового чиновничества. Участвовал в обсуждении нескольких наиболее сложных судебных разбирательств (842, 846, 860 гг.). За непочтительность к государю в 862 году отправлен в ссылку.


[Закрыть] и другие чиновники совершили десять проступков. О двадцати злодеяниях, совершенных Ёсио и Масами говорили: «Только когда писк комара будет настолько громким, что уподобится молнии, Ёсио сможет отдать свою жизнь на благо родной страны».

36. О том, что прикреплено к ножнам государева меча.

Говорят, что к ножнам государева меча была примотана небольшая вещица, размером в пять-шесть сунов. Людям про нее ничего не известно. В свитках, которые Сукэнака преподнес государю, есть такие слова: «Об этом говорится в наставлениях покойного „дайнагона“ Фудзивара-но Сукэхира. Давным-давно, еще во времена правления государя Сандзё, он был вхож во дворец. Однажды он отправился во дворец через Безымянные ворота, а государь в том момент восседал на стуле, опираясь на спинку. Представ перед правителем, Сукэхира смиренно стал на колени. Государь приказал ему подняться на дощатый помост, и он послушно поднялся. Тогда государь его спросил: „К моему мечу примотана небольшая вещица. Что это такое? Тебе, наверное, приходилось слышать об этом“. Сукэхира ответил: „Откуда же мне, глупцу, знать об этом?“ Но государь настаивал, сообщить Сукэхира все, что ему известно. Тогда Сукэхира поведал: „Точно я ничего не знаю, но один человек говорил, что это должен быть ключик от китайского ящичка государя“. Правитель, услышав это, был очень доволен. По прошествии нескольких дней он обсуждал этот разговор с Кагэмаса-но Асоми, и сказал, что государь приказал хранить все в секрете, не рассказывать простым людям. Но больше всего Сукэхира был растроган оттого, что его предположения оказались правдой. Рассказ о ключике он слышал от Правого министра Фудзивара-но Санэсукэ. Это также было и в наставлениях Фудзивара-но Санэёри». В рассказах Оэ-но Наримицу[1235]1235
  Оэ-но Наримицу (934–987) – придворный сановник.


[Закрыть] говорится: «Ключик от ящичка с государевой яшмой примотан к ножнам императорского меча. Почему он так хранится, можно узнать из дневников государя Дайго[1236]1236
  Дневник государя Дайго – «Дайго тэнно синки» (Личные записи государя Дайго) сохранился не полностью. К тому же ряд специалистов полагает, что этот дневник не аутентичен и составлялся в XIV–XV веках из различных, в том числе и более поздних источников, содержащих предания о правлении государя Дайго. Тем не менее, сведения приводимые в «Годансё» подтверждаются материалами дневника Правого министра Минамото-но Морофуса (1008–1077). Годансё. Указ. соч., с. 55, примеч. 27.


[Закрыть]. Но это нужно хранить в тайне. В дневниках других правителей об этом ничего не сказано. Об этом написано только в дневнике, который тайно передается».

37. О вражде Фудзивара-но Тадахира и Фудзивара-но Митиакира.

Говорят, что Фудзивара-но Тадахира стал Правым министром, будучи совсем молодым. В то время Фудзивара-но Митиакира был единственным «дайнагоном». Поэтому Тадахира отказался от повышения до поста Левого министра. Но вскоре после того, как Митиакира скончался, Тадахира был назначен Левым министром, а Садаката[1237]1237
  Фудзивара-но Садаката (873–932) – крупный государственный деятель. Правый министр.


[Закрыть] стал Правым министром. Похоже, что между Тадахира и Митиакира была вражда[1238]1238
  Представленная здесь история красноречиво иллюстрирует довольно интересную особенность придворной жизни в период Хэйан. Как видно из исторических источников (в первую очередь, конечно, дневниковой литературы), между придворными, зачастую, возникала вражда. Например, известно, что отношения между знаменитыми учеными мужами Сугавара-но Митидзанэ, с одной стороны, и Миёси-но Киёюки, с другой, были весьма прохладными. В произведении Оэ-но Масафуса «Годансё» содержатся упоминания о многочисленных случаях вражды между высокопоставленными придворными. В данном случае речь идет о конфликтности внутри дома Фудзивара, к тому же, Фудзивара-но Тадахира и Фудзивара-но Митиакира принадлежали различным ветвям рода Фудзивара. Подр. см.: Нава Осаму. Госэккэ бунрицу-ни цуйтэ (О независимости ветви регентов [внутри дома Фудзивара]. / Кугэ то буккэ (Высшая аристократия и военная знать). Под ред. Касая Кадзухико. т. II. Токио, 1999, с. 225–252.


[Закрыть].

38. О том, что в древние времена люди использовали китайские имена.

Говорят, что в древности люди использовали еще и китайские имена. Миёси-но Киёюки звали «Кёицу»[1239]1239
  Досл. «живущий в уединении». По аналогии звучания представляло собой альтернативное произношение имени Киёюки.


[Закрыть]. Симада-но Тадаоми[1240]1240
  Симада-но Тадаоми (828–892) – учёный муж. Участвовал в нескольких военных компаниях.


[Закрыть] – «Тацуон»[1241]1241
  Досл. «овладевший сутью изящного слога». Альтернативное произношение имени Тадаоми.


[Закрыть], Ки-но Хасэо – «Хаттё»[1242]1242
  Досл. «достигший превосходства». Альтернативное произношение имени Хасэо.


[Закрыть], Минамото-но Ситаго[1243]1243
  Минамото-но Ситаго (911–983) – знаменитый учёный муж. Составитель энциклопедии «Вамё руйдзю сё» (Классифицированные записи японских названий). Один из «36 бессмертных поэтов».


[Закрыть] – «Синкё»[1244]1244
  Досл. «оберегающий истину». Альтернативное произношение имени Ситаго.


[Закрыть], Ёсисигэ-но Ясутанэ[1245]1245
  Ёсисигэ-но Ясутанэ (934?-1002). Подробнее о нем смотри в комментариях к «Записям из беседки у пруда», перевод которых содержится в настоящем издании.


[Закрыть] – «Тэйдзава»[1246]1246
  Досл. «установивший причины».


[Закрыть], а после пострижения в монахи – «Синкаку»[1247]1247
  Досл. «познавший сердце».


[Закрыть], Оэ-но Такатика[1248]1248
  Оэ-но Такатика (?-1046) – учёный муж. Воспитатель престолонаследника.


[Закрыть] – «Тако»[1249]1249
  Досл. «вдоволь повидавший». Альтернативное произношение имени Такатика.


[Закрыть], Фудзивара-но Акихира[1250]1250
  Фудзивара-но Акихира (989?-1066) – прославленный учёный муж. Участвовал в составлении литературной энциклопедии «Хонтё мондзуй» и нескольких сборников буддийских коротких рассказов дидактической направленности.


[Закрыть] – «Анран»[1251]1251
  Досл. «спокойная орхидея». Альтернативное произношение имени Акихира.


[Закрыть], Оэ-но Масафуса – «Мансё»[1252]1252
  Досл. «всесторонне процветающий». Альтернативное произношение имени Масафуса.


[Закрыть].

39. О древних именах и о буддийских именах.

Когда говорят о древних именах, которые невозможно прочитать, или о буддийских именах, называют следующие имена: «Оэ-но Садамото, его буддийское имя – „Дзякусё“, его также называют вступившим па Путь из Микава, его китайское имя – „Эицу“. „Содзё“ Хэндзё, он же Ёсиминэ-но Мунэсада. Монах Ноин, он же Татибана-но Тагаясу. Добродетельный Имаэбису – Ёситика. Асахира. Корэсигэ (монашеское имя – „Гомё“). Экс-государь Кадзан (монашеское имя „Нюкаку“). „Тюнагон“ Ёситика (монашеское имя – „Госин“). Великий господин, вступивший на путь [Фудзивара Канэиэ] (монашеское имя – „Нёдзицу“). Накахира – „Дзёкаку“. Митинага – „Гёкан“. Такамицу сёсё. Нёкаку – „Дзякусин“. Министр двора Фудзивара-но Осикацу – „Накамаро“ и „министр Эми“. Еще говорят: „Токэй“ – это имя „дайнагона“ Митиакира, которым он пользовался, пока учился в Дайгаку. „Тобун“ – так в Дайгаку называли Арихира, „Токэн“ – Арикуни, „Сикидай“ – Корэнари».

40. О смерти Минамото-но Цунэёри.

Говорят, что Минамото-но Цунэёри заболел и умер вскоре после того, как его допросил Фудзивара-но Ёримити.

41. О том, как Минамото-но Фусаакира ехал в повозке «бинро»[1253]1253
  «Бинро» – повозка, запряженная одним быком. Чаще всего применялась для прогулок за пределами усадьбы аристократа.


[Закрыть].

Говорят, что однажды Минамото-но Фусаакира выехал в повозке «бинро» на моления о здоровье государя в храм Хоссёдзи. Многие придворные тоже выехали в этот храм. Акихира сказал: «Среди повозок придворных стоит повозка „бинро“. Чья бы она могла быть?» Фусаакира ответил: «Это повозка вашего покорного слуги. Если вы будете настаивать, то я объясню вам причины, по которым я был вынужден использовать эту повозку. Если вы докажете, что я не могу использовать эту повозку, я смиренно выслушаю вас». Но в сводах церемоний в случае Фусаакира не было запретов использовать повозку «бинро».

42. О том, как Фудзивара-но Тадафуми было оказано расположение при дворе[1254]1254
  История не сохранилась.


[Закрыть].

43. О том, как Фудзивара-но Тадафуми не мог работать в сильную жару.

Говорят, что Тадафуми осенью и зимой охранял собрания придворных. Он не знал отдыха ни днем, ни ночью. В сильную жару он просил выходные и удалялся в свою усадьбу в Удзи в поисках прохлады. Однажды он купался в реке Удзи прямо с распущенными волосами.

44. О том, как Мотоката[1255]1255
  Фудзивара-но Мотоката (888–953) – крупный государственный деятель. Дайнагон.


[Закрыть] хотели назначить «великим полководцем».

Говорят, что Мотоката был государевым посланником на востоке страны в годы Тэнкё[1256]1256
  939 г.


[Закрыть], когда при дворе обсуждали окончание кампании против Тайра-но Масакадо, решили назначить Мотоката «великим полководцем»-«дайсёгуном». Мотоката же, услышав об этом, сказал: «Слово военачальника должно приносить пользу всей стране. Если вы назначите меня „дайсёгуном“, то я прошу обязательно назначить моим помощником одного из сыновей Фудзивара-но Тадахира». По этой причине Мотоката так и не был назначен «великим полководцем».

45. О навесе в жилых строениях.

Некто спросил: «Говорят, что навесы в жилых строениях раньше были не такие. Не знаете ли вы, кто их придумал?» Ему отвечают: «Не знаю». Тогда некто рассказал: «Во время высочайшего выезда государя Коко в Носаки процессия начиналась из усадьбы государыни с Пятой линии. Когда подносили паланкин, произошло совещание по этому вопросу, и в усадьбе построили специальный навес. Вот с тех пор в усадьбе строят такие навесы».

46. О том, что человеку, съевшему оленину, нельзя появляться во дворце в этот же день.

Говорят, что причину, почему человеку, съевшему оленину, нельзя появляться во дворце в этот же день, можно узнать из ширм, посвященным годовому циклу. Однако на протяжении первых трех дней нового года государю преподносят лечебное вино с тремя травами, специальные блюда, а также мясо оленя и кабана. В последнее время стали преподносить и фазана. Первые три дня нового года подданные тоже едят мясо, но нужно ли воздерживаться от этого обычая? С другой стороны, если император ест мясо, не нужно ли ему проводить воздержание? Я, глупый человек, думаю, что в обычае древних людей есть мясо, нет ничего постыдного. Ведь на столе мудрых правителей древности всегда были мясные блюда. И говорят, что на больших пирах их тоже подавали. Наверное, запреты на мясо появились позже. Я не знаю точно, когда. Я не знаю, когда точно появились ширмы с изображением годового цикла. Надо бы узнать об этом поподробнее.

47. О том, как актеры «сюсо» и «саругаку»[1257]1257
  «Сюсо» и «саругаку» – театрально-песенные представления, которые давали бродячие труппы, начиная с VIII в. (включали в себя акробатические номера, фокусы, танцы и песни).


[Закрыть] стали одеваться в изысканные одежды.

Говорят, что актеры «сюсо» и «саругаку» стали одеваться в изысканные одежды с тех пор, как государь Госандзё сделал подношение храму Энсюдзи, одарив людей одеяниями для танцев. Тосицуна-но Асоми[1258]1258
  Фудзивара-но Тосицуна (1028–1094) – представитель среднерангового чиновничества. Непревзойденный знаток изысканного стиля в повседневной жизни.


[Закрыть] первый придумал это.

Свиток третий

Раздел 4. О разном.

Глава 2.

1. О том, что приключилось с Киби-но Макиби[1259]1259
  Киби-но Макиби (695–775) – государственный деятель. Правый министр. Участник нескольких официальных японских посольств в танский Китай.


[Закрыть], когда он прибыл в Китай.

Когда министр Киби Макиби прибыл в Китай, он изучал даосизм, был сведущ во всяческих искусствах и был необычайно сообразительным. Китайцы поняли, что они даже уступают Макиби. Поэтому они тайно сговорились: «Никак не успокоишься из-за него. Нельзя же уступать даже в самых простых вещах. Когда к нам прибудут японские послы, мы попросим их поселиться в высоком доме. Не следует спрашивать о мелочах. Почти все, кто оставался жить на высоком доме, погибали. Поэтому сначала необходимо попросить его попробовать пожить в этом доме. Будет несправедливо, если мы его просто убьем. Если он захочет выбраться из высокого дома, то он все равно не сможет, а если и сможет продержаться там, мы сумеем поиздеваться над ним». Когда Макиби привели в высокий дом, уже была поздняя ночь. Дул ветер и лил дождь, и в этот момент пред ним предстал демон.

Макиби совершил особое заклинание и стал невидимым для демона. Макиби обратился к демону: «Кто ты такой? Я посланец японского государя. Я не пожалею судьбы ради него. Зачем ты, демон, явился сюда?» Демон в ответ сказал: «Я безмерно рад. Я ведь тоже посланец японского государя. Расскажи о себе». Макиби поведал следующее: «Коли так, то входи поскорее. Мне даже интересно посмотреть на облик демона», пока он так говорил, перед ним появился демон в полном служебном облачении. Демон обратился к Макиби: «Я тоже был послан в Китай. Не служит ли сейчас при дворе мои дети, из рода Абэ? Всегда хотел узнать об этом, но мне никак не удавалось. Я приехал сюда министром, потом меня привели в это высокое здание, где я и умер, так как мне не давали еды. После этого я превратился в демона. Я не причиняю вреда тем, кто находится здесь, они сами виноваты. Я появляюсь перед людьми, хочу спросить о том, что происходит в Японии, но они все умирают, не успевая ответить на мой вопрос. Есть ли мои потомки среди нынешних чиновников?» Макиби сказал демону, что припоминает семь или восемь потомков демона, служащих при дворе. Демон, выслушав его рассказ, чрезвычайно удивился, и сказал, что его радость невозможно выразить словами. В благодарность за это он подробно расскажет Макиби о Китае. Макиби тоже был очень рад, так как подумал, что это именно то, что ему и нужно. На рассвете демон исчез.

Утром двери отворили, дабы принести Макиби еду и оказалось, что он совсем не пострадал от демона. Китайцы, узнав об этом, очень удивились, сказав, что это нечто необыкновенное. Вечером же опять появился демон, сказав: «В этой стране замышляют одно дело. Здесь относятся с подозрением к талантливым японским послам. Их заставляют читать некую книгу, намереваясь посмеяться над ошибками посла». Макиби спрашивает у демона, что же это за книга. Демон говорит: «Это очень трудная для японцев книга. Она называется „Вэнь сюань“, в ней тридцать свитков, это антология лучших сочинений из разных собраний». Тогда Макиби обратился к демону: «А не мог бы ты разузнать, как читают эту книгу сами китайцы и пересказать услышанное мне?» Демон ответил: «Тут я не могу тебе помочь. А не хочешь ли ты сам послушать, как разучивают эту книгу?» Макиби говорит: «Да как же я выйду из этого дома? Двери-то закрыты». Тут демон и говорит: «Я могу полететь, если захочу. А когда мы окажемся на месте, можно и подслушать». Так они просочились через замочную скважину и оказались там, где разучивали «Вэнь сюань». При дворе китайского императора тридцать ученых-конфуцианцев всю ночь разучивали эту книгу, Макиби внимательно слушал, а потом вернулся назад. Демон спросил Макиби: «Все ли ты слышал?» Макиби отвечает, что все, и просит у демона десять свитков старых календарей. Демон пообещал ему, и вскоре появился с десятью свитками. Макиби принял их и на трех-четырех листах записал первый раздел [«Вэнь сюань»]. Прошел день или два, вся «Вэнь сюань» была записана. Посланники китайского императора, увидев это, удивились и спросили Макиби, есть ли у него другие свитки. Макиби ответил, что у него их много и он часто передает их все чиновникам [японского посольства]. Когда об этом доложили императору, тот спросил, что неужели «Вэнь сюань» уже есть у японцев. Макиби ответил: «Прошло уже много лет с того времени, как она попала в Японию. Эта книга называется „Вэнь сюань“, и японцы часто читают ее». Китайцы стали спрашивать, та ли эта книга, которую читают в Китае. Макиби предложил сравнить все тридцать свитков, и благодаря хитрости Макиби «Вэнь сюань» попала в Японию.

Говорят, что китайцы замышляли еще одну гадость. «Пусть он обладает талантами, но не обязательно, что у него есть сноровка. Надо попробовать поиграть с ним в го», – решили они. Белые камешки стали Японией, черные – Китаем. «Если Япония проиграет, то наш гость будет убит», – решили китайцы. Демон узнал об этом и рассказал Макиби. Тот разузнал у демона все об игре в «го». Когда Макиби прибыл на туда, где должны были играть в «го», пересчитал все доски на потолке и насчитал триста шестьдесят и стал особенно следить за девятью черными точками на доске. Наступила ночь и игра окончилась вничью. Китайцы выставили самого лучшего игрока и заставили Макиби играть снова. Игра опять закончилась вничью, судьба Макиби не была решена. Тогда тайком от китайцев Макиби проглотил один черный камешек, и в самый решающий момент черные проиграли. Китайцы стали говорить: «Странно. Как-то все подозрительно». Стали пересчитывать камешки, и оказалось, что не хватает одного черного. Стали гадать, оказалось, что кто-то проглотил камешек. Стали спорить, а камешек уже опустился в желудок. Макиби стали поить разными слабительными, но он прочитал заклинание, и лекарства не подействовали. Так все и кончилось победой Макиби. Но китайцы еще больше рассердились и перестали давать Макиби пищу. Каждую ночь демон приносил Макиби еду, и так прошло несколько месяцев.

И вот как-то раз приходит к Макиби демон и говорит: «Опять китайцы замышляют нечто новое. Я не смогу помочь. Ты предстанешь перед знаменитым и мудрейшим монахом, который практикует тайные обряды. Демон или человек, умеющий общаться с духами, не может проникнуть к нему. Он напишет текст, и ты должен будешь прочитать его. Я не в силах оказать помощь тебе». Пока Макиби собирался с силами, к нему, как он и думал, пришли китайцы, и препроводили его к императору. Когда его заставили читать текст, перед глазами Макиби потемнело, и сколько он не всматривался в текст, он не мог рассмотреть знаки. Тогда он повернулся в сторону Японии и стал молиться японским Светлейшему божеству Сумиёси, Будде и Бодхисатве Каннон из Хасэ. Перед глазами Макиби немного просветлело, он смог разглядеть знаки. Но Макиби не знал, как они читаются, и тогда на текст упал паучок и, следя за его нитью Макиби смог прочитать текст. И император, и монах, придумавший текст, были сильно удивлены, и Макиби снова отправили в высокий дом. Теперь ему вообще перестали давать еду, надеясь таким способом уморить голодом, решив, что теперь они никогда не отворят двери. Демон, узнав об этом, все поведал Макиби. Макиби сказал: «Это весьма печальная новость. Не мог бы ты достать для меня китайский стакан и доску для игры в кости, которым уже более ста лет?» Демон согласился и принес ему. Макиби положил кости на доску, накрыл их стаканом, и в Китае пропали лупа и солнце. Прошло два-три дня, и в Китае заволновались все, начиная от императора и заканчивая простым народом, словно вся земля взывала о помощи. Стали гадать, и оказалось, что Макиби удерживает луну и солнце. Стали гадать о направлении, и гадатель указал на дом, в котором был заключен Макиби. Стали допрашивать Макиби, тот отвечает: «Ничего я не знаю. Может быть, это ответ японских божеств и будд, которым я молюсь каждый день, я, которого вы тут мучаете безо всяких на то оснований. Пока вы не разрешите мне вернуться в Японию, луна и солнце не вернуться на небо». Китайцы сказали: «Ну что ж, мы позволим тебе вернуться. Скорее выпусти на небо луну и солнце». Он поднял стакан, луна и солнце вернулись на небо и благодаря этому, говорят, Макиби смог отправиться обратно в Японию.

Некто говорил: «Я нигде об этом не читал, но рассказываю вам эту историю потому, что слышал ее от моего прадеда, покойного Татибана-но Асоми Такатика. Уж он-то знал ее не понаслышке. Что-то о Киби Макиби, наверное, можно узнать и из книг. Единственный выдающийся человек в Японии – это министр Киби. „Вэнь сюань“, „го“, предсказания из Яматай – это все его заслуги».

2. О том, как Киби-но Макиби продвигался по службе.

Киби Макиби – сын младшего командира Правой управы дворцовой охраны Симомити-но Асоми Куникацу. Настоящее родовое имя Киби-Симомити. 11-го дня 9-го лунного месяца 8-го года Тэмпё ходзи[1260]1260
  764 г.


[Закрыть] ему был присвоен третий младший ранг и наградной ранг второй ступени. Он был назначен придворным советником и старшим командиром Центральной управы охраны дворца. В 4-м лунном месяце 7-го года Тэмпё[1261]1261
  735 г.


[Закрыть] он был отправлен в Китай учиться. [По возвращении] ему был присвоен шестой младший ранг нижней ступени и Киби был назначен помощником главы столичной школы чиновников. Начал же Киби чиновничью службу с восьмого младшего ранга нижней ступени. По возвращении в Японию Киби преподнес государю сто пятьдесят свитков различных сочинений, лук и стрелы. Полный список можно найти в двадцатом свитке «Сёку нихонги». В день младшего брата металла и быка 1-го лунного месяца 8-го года Тэмпё[1262]1262
  736 г.


[Закрыть] ему был пожалован внешний пятый младший ранг нижней ступени. Он стал наставником будущей государыни Кокэн. В день старшего брата земли и мыши 2-го лунного месяца 9-го года Тэмпё[1263]1263
  737 г.


[Закрыть] ему был пожалован внутренний пятый младший ранг нижней ступени. В день старшего брата огня и тигра 12-го лунного месяца того же года ему был пожалован пятый младший ранг верхней ступени. Киби-но Макиби назначили на должность в Управлении делами государыни, где он заместителем управляющего. Киби получил от наследного принца текст «Хань шу», принц очень любил его, и даровал ему родовое имя Киби-но Асоми. Вот так он продвигался и за семь лет поднялся до четвертого младшего ранга верхней ступени и поста Управителя Правой половины столицы, а также Главы Правой управы дворцовой охраны. В 11-м году Тэмпё[1264]1264
  739 г.


[Закрыть] он был назначен старшим помощником наместника на Дадзайфу. Во 2-м году Тэмпё сёхо[1265]1265
  750 г.


[Закрыть] Киби-но Макиби был сослан на Кюсю, а позднее получил назначение на пост управителя провинции Бидзэн. В 4-м году Тэмпё сёхо[1266]1266
  752 г.


[Закрыть] он был назначен заместителем посла в Китай. В 6-м лунном месяце 6-го года Тэмпё сёхо[1267]1267
  754 г.


[Закрыть] ему был пожалован четвертый старший ранг младшей ступени. Он был назначен наместником на Дадзайфу и ответственным за строительство храма Тодайдзи. Позднее Киби-но Макиби назначили придворным советником. В 8-й день 1-го лунного месяца 2-го года Тэмпё дзинго[1268]1268
  766 г.


[Закрыть] он был назначен средним советником двора, в 16-й день 3-го лунного месяца того же года – «дайнагоном», а в 22-й день 10-го лунного месяца – Правым министром. В день младшего брата воды и зайца 2-го лунного месяца 3-го года Дзинго кэйун[1269]1269
  769 г.


[Закрыть] государь совершил высочайший выезд в усадьбу Киби и пожаловал ему второй младший ранг. Это стало для Киби большой радостью. Он также был назначен ответственным за постройку храма Тодайдзи. В 10-м лунном месяце 1-го года Хоки[1270]1270
  770 г.


[Закрыть] Киби-но Макиби отказался от поста старшего командира Центральной управы дворцовой охраны, а в 3-м лунном месяце 2-го года Хоки[1271]1271
  771 г.


[Закрыть] оставил службу. Тогда ему было семьдесят девять лет. Во 2-й день 10-го лунного месяца Киби-но Макиби скончался. Некоторые утверждают, что он умер в 22-й день 10-го лунного месяца, в возрасте восемьдесят одного года. В хрониках же написано, что в возрасте восьмидесяти трех лет. Он родился в год старшего брата дерева и лошади. Надо поискать в хрониках, в каком году он вернулся из Китая.

3. О стихотворении Абэ-но Накамаро[1272]1272
  Абэ-но Накамаро (698–770) – государственный деятель. В 717 году был отправлен в составе посольства в Китай, где и остался жить вплоть до смерти. Согласно поверьям, Абэ-но Накамаро лично встречался с такими известными китайскими поэтами как Ван Вэй и Ли Бо и учился у них стихосложению.


[Закрыть].

«Во втором году Рэйки[1273]1273
  716 г.


[Закрыть] Накамаро был назначен послом в Китай, прибыв туда, он уже не вернулся в Японию. Он умер с голода в высоком доме. Когда Киби-но Макиби приехал в Китай, он предстал перед ним в облике демона, беседовал с министром Киби, рассказал ему о Китае. Накамаро более не возвратился в Японию. Говорят, что сочинять стихотворения запрещено, но как же ему должно быть тоскливо там». Накахара-но Морокиё ответил на это стихотворением:

 
«Смотрю в даль Небесной равнины
О, луна, поднявшаяся с гор Микаса в Касуга!»
 

Считается, что это стихотворение сочинил сам Накамаро. Он ведь отправился из Японии в качестве посланника. Но мог ли он сочинить такое стихотворение, пока находился в Китае? Почему же он умер? Наверное, были какие-то запреты на сочинение стихотворений. Так в 3-м лунном месяце 4-го года Эйкю[1274]1274
  1116 г.


[Закрыть] говорил Моротоо.

4. О том, как государь Кадзан впрягал в паланкин собаку и ездил на ней по городу[1275]1275
  История не сохранилась.


[Закрыть].

5. О том, что экс-государь Сэйва был в прошлой жизни монахом.

Говорят, что экс-государь Сэйва[1276]1276
  Государь Сэйва (858–876).


[Закрыть] в прошлой жизни был монахом и хотел стать одним из десяти священнослужителей, которые прислуживают во дворце. Государь Ниммё[1277]1277
  Государь Ниммё (833–850).


[Закрыть] был согласен с его назначением. Так получилось, что монах этот был уволен со службы, так как прислуживал Томо-но Ёсио. В сердцах монах прочитал сутру лотоса три тысячи раз. В своем обете он написал: «Пусть сила тысячи сутр сделает меня в следующей жизни государем. Пусть сила тысячи сутр помешает Ёсио сделать это. Пусть оставшаяся сила тысячи сутр уничтожит мои привязанности, удалит страдания и позволит мне обрести путь». И вскоре после своей смерти он переродился в образе государя Сэйва. Хотя государь еще был совсем маленьким, благодаря карме, накопленной в прошлых перерождениях, он по разным причинам невзлюбил Томо-но Ёсио. Ёсио, узнав об этом, посоветовался с ямабуси и стал исполнять обряд Бодхисатвы Нёриин. Благодаря этому он завоевал любовь правящего государя. И хотя говорят, что все есть проявление кармы. Тем не менее, совершив преступление, всегда получишь соответствующее наказание.

6. О том, что род Сугавара происходит от рода Хадзи. О том, что хотя потомки Сугавара[1278]1278
  Речь идет о Сугавара-но Митидзанэ.


[Закрыть] многочисленны, но они не могут занимать высокие посты.

Говорят, что потомки Сугавара многочисленны, но они не могут занимать высокие посты. Этому есть свои причины. Первоначальное родовое имя Сугавара – Хадзи. Родовое святилище Хадаидэра находится в провинции Кавати. Бывало так, что, когда умирал правитель, вместе с ним хоронили еще кого-нибудь. Это китайский обычай. В Японии раньше было тоже так. И вот мастера из рода Хадзи стали делать глиняные фигурки и хоронить их вместо живых людей. Это можно найти и в своде внутриведомственных инструкций-«кяку». Хадзи спасли жизни многим простолюдинам. Но если это так, то нельзя сказать, что это была верная служба на благо государства. Поэтому-то род Сугавара хоть и многочислен, но лишь немногие дослуживаются до высоких постов. Рассказывают и о других секретах знаменитых родов.

7. О происхождении «дайнагона» Томо[1279]1279
  Речь идёт о Томо-но Ёсио.


[Закрыть].

Некто спросил: «Знаете ли вы о предках „дайнагона“ Томо?» На это ему ответили: «Разве существуют записи рода Томо?» Бывает, что говорят: «Я слышал кое-что, но это расходится с написанным в „Записях рода Томо“. Будто бы „дайнагон“ Томо был выходцем из простолюдинов, проживающих в провинции Садо, и был слугой управителя провинции». Однажды Ёсио увидел сон. Словно он стоит, широко расставив ноги, так что внизу простерлись западный и восточный храмы столицы. Ёсио поведал этот сон своей жене, и та сказала: «Смотри же, чтобы ноги твои не разорвались, пока ты смотришь такие сны». Ёсио испугался, поняв, что рассказал жене лишнее, и отправился к управителю провинции. Этот управитель провинции был замечательным физиономистом. Случилось так, что Ёсио отправился к управителю провинции прямо на следующее утро после того, как ему приснился сон. Управитель провинции вышел к Ёсио, усадил его на соломенную подстилку. Ёсио удивился такому обращению и подумал, что управитель провинции, наверное, скажет ему такую же нелепость, что и его жена. И тут управитель провинции говорит: «Ты видел сон, предвещающий, что ты станешь знаменитым человеком. Но ты рассказал о своем сне неподобающему человеку. Ты обязательно поднимешься до высокого поста, но что-то неожиданно случиться и ты будешь вовлечен в какое-то дело». Прошло некоторое время, и Ёсио, как и предвещал сон, переехал в столицу. Через семь лет он поднялся до «дайнагона», но как и следовало из толкования его сна, Ёсио был сослан в провинцию Идзу. Об этом я слышал от моего деда, Оэ-но Такатика. После этого, и Хиротоси[1280]1280
  Накахара-но Хиротоси (?) – знаменитый мастер стихосложения.


[Закрыть], и мой отец, Тосисада[1281]1281
  Родовое имя неизвестно. Учёный муж.


[Закрыть], и другие жители нашей страны рассказывали об этом.

8. О том, как «дайнагон» Томо переродился в «Кагэю сёко».

Говорят, что нынешний «Кагэю сёко»[1282]1282
  Досл. «досточтимый господин инспектор» – прозвище Фудзивара-но Арикуни.


[Закрыть] – это перевоплощение «дайнагона» Томо. В провинции Идзу сохранился портрет «дайнагона» Томо. Человек, изображенный на этом портрете, неотличим от Арикуни. Да и сам Ёсио перед смертью говорил: «В будущей жизни я хотел бы опять служить государю».

9. О том, что государь Ниммё жил в Грушевом павильоне.

Говорят, что Грушевый павильон находится к западу от Левой управы личной охраны государя. Там жил государь Ниммё. Об этом сохранились достоверные записи.

10. О том, как государь Кадзан после пострижения в монахи жил в дальнем павильоне у западной башни на горе Хиэй[1283]1283
  История не сохранилась.


[Закрыть].

11. Дом Левого министра Минамото-но Тоору[1284]1284
  Минамото-но Тоору (822–895) – крупный государственный деятель. Левый министр. Сын государя Сага.


[Закрыть] – Кавараин[1285]1285
  История не сохранилась.


[Закрыть].

12. О том, что дом министра Фудзивара-но Оцугу[1286]1286
  Фудзивара-но Оцугу (774–843) – крупный государственный деятель. Левый министр.


[Закрыть] находится на Черепичном холме.

Говорят, что дом министра Фудзивара-но Оцугу расположен в восточной части Черепичного холма, к северу от храма Ходзюдзи. Поэтому его называют министром, живущим у подножья горы. Покойный глава Министерства гражданских дел и «дайнагон» Фудзивара-но Цунэто[1287]1287
  Фудзивара-но Цунэто (1000–1066) – крупный государственный деятель. Знаток изящной словесности.


[Закрыть] говорил: «В „Записях сановника“[1288]1288
  Дневник старшего государственного советника Фудзивара-но Юкинари (972-1028).


[Закрыть] указано, что его дом находится на юго-востоке от храма Ходзюдзи. Сейчас там располагается храм Каннондзи».

13. О министре Фудзивара-но Накахира[1289]1289
  Фудзивара-но Накахира (875–945) – крупный государственный деятель. Левый министр.


[Закрыть].

Фудзивара-но Корэфуса говорил, что министр Накахира – богатый человек. Четвертую часть усадьбы Бива он отвел под жилые строения, а остальные строения – под кладовые. Он любил редкие вещи. Сокровища Накахира неисчислимы.

14. О том, что удавалось Фудзивара-но Такаката[1290]1290
  Фудзивара-но Такаката (1014–1078) – представитель среднерангового чиновничества.


[Закрыть].

Можно насчитать восемнадцать дел, которые удавались Такаката во дворце. Игра в «го» входит в эти восемнадцать дел. Так о нем шутили.

15. То, о чем говорил вступивший на Путь «тюнагон» Акимото[1291]1291
  Минамото-но Акимото (1011–1047) – придворный сановник. Инициатор обращения к государю Гоитидзё с просьбой о посмертной реабилитации Томо-но Ёсио.


[Закрыть].

Вступивший на путь «тюнагон» Акимото всегда говорил: «О, как хотел бы я смотреть на луну, будучи без вины сосланным».

16. О том, как сановника Тадасукэ[1292]1292
  Фудзивара-но Тадасукэ (944-1013) – придворный сановник.


[Закрыть] прозвали «тюнагоном, который смотрит на небо» и о военачальнике Наритоки.

Говорят, что сановника Фудзивара-но Тадасукэ люди прозвали «тюнагоном, который смотрит на небо». Военачальник Наритоки из усадьбы Коитидзё, встретившись с ним, спросил Тадасукэ: «Что сейчас происходит на небе?». Тадасукэ ответил: «Появилась звезда, которая затмит Венеру»[1293]1293
  Игра слов. Наритоки занимал должность военачальника (яп. дайсё), но «дайсё» – это еще название звезды Венеры.


[Закрыть]. Через некоторое время Наритоки скончался[1294]1294
  Эта история содержится также в собрании дидактических рассказов «Кондззяку моногатари» (свиток 20, № 43; свиток 28, № 22).


[Закрыть].