Текст книги "Статус: До сих пор Клинок Системы (СИ)"

Автор книги: Ascold Flow

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Глава 3

Опорный сегмент вошёл в паз с щелчком, и кельдарская арка, наконец, перестала напоминать груду обломков. Я отступил на шаг и оценил плоды наших трудов. Полторы тысячи звёзд, восемь каменных блоков и два часа работы под чутким руководством Алисы, которая и сама не сильно в этом всё понимала, но зато «чувствовала», как надо делать. Собственно, потому два часа и ушло: мы трижды всё пересобирали…

– Левый край на палец выше правого, – сообщила она с ветки ближайшего дерева, где устроилась со всеми удобствами. – Кельдары бы вам за такое по шее надавали.

– Кельдары вымерли десять тысяч лет назад. Им уже всё равно, – приложил я ладонь к стыку и надавил, проверяя прочность. Арка не дрогнула ни на миллиметр. – К тому же у них наверняка были подъёмные механизмы, а у меня только Имирэн. Он, конечно, тоже машина, но весьма утончённая, эльфийская.

– Не пойму, мне радоваться тому, что меня сравнили с механизмом, или посчитать это за оскорбление? – Эльф удерживал тяжёлый финальный элемент арки на вытянутых руках, ожидая указаний.

– В центр, вот метки краёв… – указал я.

Имирэн поднял блок над головой, прошагал по каменной лестнице, созданной им же в качестве строительных лесов, и уложил его в нужное место. Отошёл на полшага, вернулся и поправил пару миллиметров. Скрупулёзность в этом деле лишней не будет.

Арка приняла завершённый вид и теперь возвышалась над поляной тёмным каменным полукругом в три человеческих роста. Осталась самая муторная часть – руны и привязка к двум нашим аркам в Крево. Тарн ушёл в своё логово за инструментом, так что у меня появилось несколько минут, и я полез в Длань за гремлинской пиявкой.

Маноприёмник лёг в ладонь тёплым бруском стегалита. Четыре сотни звёзд отдал за устройство размером с флягу Брячедума.

Я опустился на колено у опорного сегмента, нашёл плоское пространство для монтажа устройства и принялся чистить от пыли пазы, в которые маноприёмник нужно будет как-то закрепить.

– Алекс, – Имирэн возник рядом и понизил голос: – Я давно хотел с тобой…

– А что это вы тут делаете? – Алиса спрыгнула с ветки и приземлилась точно между нами. Хвост её мазнул эльфа по лицу. – Это та штуковина, про которую Зиркс рассказывал? Дай посмотреть!

– Смотри глазами, – отвёл я её руку в сторону. – Мы и так опаздываем…

– Я богиня шестого ранга, между прочим. Такие, как я, не опаздывают, а задерживаются!

– Скажешь это Диру Завоевателю, когда он завершит турнир и мы пропустим всё веселье. А если ещё и провалимся, придётся устроить кровавую войну.

– Умеешь ты настроение испортить, Лисоглядов… – надула губы Алиса и отошла на пару шагов.

Имирэн проводил её долгим взглядом и наклонился ко мне снова.

– Так вот, я хотел…

– А почему так криво верхний элемент поставили? Так, застынь, громила, я сейчас поправлю. – Алиса бесцеремонно забралась на плечи Имирэна и покрутила верхушку в руках, после чего поставила её, на мой взгляд, точно так же, как та стояла и до этого. – Ну вот, другое дело!

Имирэн дождался, пока она спустится, и тяжело вздохнул. Я установил кое-как маноприёмник. Ну не инженер я. Зиркс бы мне наверняка высказал за такой подход к работе. Ладно… Тарн вроде разбирается получше моего. Поправит, если что.

Устройство заработало с первой же секунды.

– Скажи, Алекс, – вернулся к разговору эльф, когда Алиса, наконец, отвлеклась на пролетающую бабочку и сместилась на пару шагов, созерцая её красоту. – А как давно ты попал в этот мир?

Вопрос прозвучал странно, и я на секунду оторвался от любования кельдарской аркой.

– Не знаю точно… Где-то год. Плюс-минус пара недель. Я не вёл календарь…

– О, – поднял Имирэн брови, словно совершил удивительное открытие. – Так у тебя праздник был недавно? Или будет? Со дня на день.

– Ну да, похоже на то… – пожал я плечами и вернулся к рунной канавке. – Только не особо вижу поводов для радости. Конечно, моя жизнь изменилась и во многом к лучшему…

– Да, наверняка много хорошего случилось, – покивал эльф и начал загибать пальцы: – Встретил новых друзей, нашёл семью, Алису встретил.

Имя он выделил таким нажимом, что у меня в ухе зазвенело. Я покосился на него, но лицо корневого эльфа выражало лишь безмятежную задумчивость.

– Интересно, – продолжил он, разглядывая крону над головой, – а у божеств день рождения – это день перерождения?

– Никогда об этом не думал…

– А ты подумай, – положил Имирэн руку мне на плечо, и в голосе его прорезалась сталь. – Может оказаться очень полезным для твоего здоровья. «Глубокий анализ» там подключи…

Я посмотрел на него внимательно, кивнул, но не понял, к чему он клонит. Ещё раз проверил арку и отошёл на пару метров, смотря, как Алиса воюет с каким-то репейником, что прицепился к её хвосту.

Странные вещи говорил Имирэн. А сейчас он стоит и глазами то и дело указывает на Алису. Ладно, я понял: он намекает на что-то. Надо вспомнить всё, что он говорил, а то я на автомате отвечал, а нужно было сосредоточиться, судя по всему. Настолько настойчивым Имирэн раньше не был…

Так, что мы имеем: «Год в этом мире. Праздник со дня на день. День рождения божества – это день перерождения. Подумай, полезно для здоровья».

Я прокрутил разговор в голове ещё раз, и картинка сложилась. Алиса связала себя со мной в первый же день моего пребывания в этом мире, прямо на испытании, когда Система вручила мне особенности Благородного Лиса. Для божества это и есть точка нового отсчёта. А значит, её день рождения и моя годовщина – это одна и та же дата. И наступит со дня на день. Считай, у Алисы день рождения!

Твою ж!.. Она ж меня живьём съест, если я её не поздравлю! Она обижается, если я не замечаю новый маникюр… А я его регулярно не замечаю и компенсирую всё походами в рестораны. И ничему меня жизнь не учит. А тут повод для скандала вселенского масштаба появится! Надо что-то придумать…

Сердце заколотилось как сумасшедшее, по спине поползли капли холодного пота, лоб покрылся испариной… Страх последствий был ужасней, чем битва с Князем Демонов. И ведь боюсь не того, что Алиса оскорбится, а того, что она расстроится.

Подарить ей артефакт? У неё доступ к моей Длани, она знает каждую цацку в моих запасах лучше меня. Пространственный артефакт она может ночью проверить, пока я сплю. Заказать у Имирэна праздничный ужин на сто блюд? Не уровень годовщины…

Я многое пережил за этот год, но, если облажаюсь, моя жизнь изменится до неузнаваемости. И я этому буду ой как не рад… Гарантированно! А у меня нет подарка… У меня нет даже идеи подарка! Что вообще дарят богиням? Тем более что у Алисы есть Плавильня и тысячи артефактов для переделки…

Хуже всего то, что и времени на манёвры у меня нет. За день нормальный подарок для богини не достанешь даже с моими связями… Хотя стоп. Почему это не достанешь? У меня под рукой целый отряд, портал в Крево на финальной стадии сборки и Граф с его талантами. Шансы есть. Нужен лишь план и режим строжайшей секретности от существа, которое читает мои мысли большую часть дня. Знать бы ещё, сколько дней у меня осталось…

– Вижу, ты всё понял, – удовлетворённо кивнул Имирэн и выдохнул. – А раз понял, значит, катастрофу удастся избежать. Пойду, приготовлю чего-нибудь.

Он развернулся в сторону спуска и приветственно вскинул ладонь:

– О, привет, Маша.

Я обернулся на голос. Со стороны тропы к поляне поднималась моя Мария в компании друида. Тарн шагал с двумя ящиками рунных инструментов под мышками. Друид положил ношу у арки, окинул мою работу придирчивым взглядом мастера и хмыкнул, не найдя, к чему придраться.

– Адресацию сам будешь задавать или мне доверишь? – спросил он.

– Я вас умоляю, любезный, я только инструмент и портал испорчу… Мои знания недостаточны для столь деликатной работы. Вот рунную последовательность могу рассказать. Вы пока готовьтесь, уважаемый.

– Ладно, я сделаю всё сам, – ответил друид и едва слышно добавил: – Чтобы вы поскорее свалили отсюда.

Гостеприимство Тарна – загадочный предмет. То оно есть, то его нет.

– Две минуты – и я вернусь, – бросил я и двинулся навстречу Маше

Мы обнялись прямо посреди поляны под нервное сопение Алисы над ухом.

– С возвращением.

Я чуть отстранился и всмотрелся в её лицо. Под глазами у неё залегли тени, но сами глаза светились.

– Алиса сказала, что ты вернулась еле живая, но с поводом для гордости. Расскажешь?

Маша взяла меня за руку, явно соскучившись не меньше белохвостой богини, что тут же обвила мою вторую руку и решила составить нам компанию.

– Да, Алексей, всё прекрасно. Мне удалось прибить трёх зайцев одним выстрелом, – улыбнулась Маша и подняла раскрытую ладонь.

Воздух над ней сгустился, и в руку ей скользнул узкий прямой клинок со строгой гардой, отозвавшийся на призыв за долю мгновения. Он мерцал глубоким внутренним светом, какой я видел только у собственного меча после усиления.

– Знакомься заново, это «Приговор», мой драгоценный клинок. И он теперь мистериум.

Я уважительно присвистнул. Её любимый меч стал духовным оружием после перехода Маши на ранг Искателя и, как «Шёпот» и «Крик» Леи, мог усиливаться. Но развить его до мистериума своими силами вот так быстро, причём без всяких турнирных лавок… Этим действительно можно гордиться.

– Поздравляю! Он у тебя и имя обрёл? Или до этого так же назывался?

– Его так называла только я, но теперь это имя стало частью его системного наименования, так что да. – Она повернула клинок, и по лезвию пробежал отблеск. – Ты бы видел, как изменились мои гильотины… Там ещё и новая техника появилась.

– Обязательно покажешь. Только не на мне, ладно? – улыбнулся я.

Маша тихонько посмеялась в ответ и продолжила:

– Сейф вскрыт, содержимое у Тарна, награду даже дал небольшую. Хотя я не поняла: может, это не он, а Система награду выдала. Она прямо перед моим лицом появилась, когда я вернулась.

– Похоже, как у меня. Система, видимо. А третий?

– Третий – это я. – Маша отпустила меч, и тот растаял в воздухе. – Отточила способности так, что в том замке теперь теней годами бояться будут. Несколько особенностей видоизменились, одна добавилась, ну и, судя по изменению текста персонального задания, до Проводника рукой подать. Я чувствую порог, осталось сделать последний рывок. И заметь: кольцо эвакуации к Тарну так и осталось нетронутым, – улыбнулась она.

– Проводник… – покачал я головой и не сдержал улыбки. – Четвёртый ранг. Вспоминаю нашу первую встречу и то, как ты убегала от огра… Даже и не верится.

– Ой, ну не надо уже… Я бы и тогда с ним справилась. Просто хотела, чтобы меня спас какой-нибудь герой. И вот, нашла его! – прижалась она к моему плечу.

– А то, что мне пришлось твоего героя спасать, значит, неважно? Хватит тут нежности разводить! Пора портал запускать! Потом я в ресторан уйду, будете сюсюкаться… – ревниво произнесла Алиса.

– Не бухти ты так, пушистик, – чмокнул я Лисоньку в голову и спросил у Маши про её самочувствие.

Улыбка её чуть потускнела, и Маша повела плечами, проверяя, всё ли на месте.

– Ран нет, можешь не сверлить меня глазами. Просто очень устала. Несколько дней подряд в состоянии максимальной концентрации, бои почти без перерыва… Разум такого не любит. Был момент, когда я поняла: ещё немного – и потеряю контроль над собой. Знаешь, такое мутное состояние, когда уже не ты ведёшь техники, а они тебя.

– Знаю, – кивнул я. – Знаю даже слишком хорошо…

– Но я справилась, – вскинула Маша подбородок. – Проредила гарнизон замка. Благо по-настоящему сильных там были единицы. Остальные – массовка для устрашения местных. А главное – добыла бумаги из сейфа. Тарн с Системой теперь знают намерения союзников демонических кланов, кто и с кем собирается дружить против защитников на том континенте. Защитникам это сбережёт тысячи жизней.

– Ты молодец. Я горжусь тобой… – Рука слева дёрнулась, и я посмотрел на Алису, после чего добавил: – Не меньше горжусь, чем Алисой!

Алиса уже было начала надуваться от гордости, когда резко замерла и уставилась вперёд.

– Мира возвращается, – сощурилась она, вглядываясь в вечернее небо над кронами. – И она не одна. С ней кто-то идёт. И этот кто-то меня напрягает… Причём сильно.

Мы втроём повернулись к границе рощи. Над дальними деревьями возникли два силуэта. Первый я узнал сразу по тёплому золотистому свечению, окутывающему фигуру аватара богини света. А вот второй заставил меня моргнуть и присмотреться.

Рядом с Мирой плыл по воздуху молодой эльф в простых одеждах цвета весенней листвы, и над его головой раскидывалась корона ветвистых оленьих рогов. Он парил, снижаясь с высоты деревьев к нашей поляне.

– Ох, ты ж… – Алиса подалась ко мне и зашептала на ухо, прижав уши к голове: – Алекс, он сильнее Миры. Минимум девятый ранг, а быть может, и десятый… Бр-р-р… Веди себя прилично, умоляю.

– Я всегда веду себя прилично.

– Как с Фреей? Мне-то не рассказывай…

Гости снизились и мягко коснулись травы. Тарн отложил резцы и склонил голову с почтением, какого я у старого друида не наблюдал ни перед кем. Имирэн, успевший дойти лишь до края поляны, развернулся и замер в глубоком поклоне.

Мира шагнула вперёд, и золотистое свечение её аватара чуть погасло, явно из уважения к спутнику.

– Друзья мои, позвольте представить, – повела она рукой в сторону рогатого эльфа. – Старейшинство Далинь. Самый древний из эльфийских богов.

Я склонил голову, подражая всем остальным, чтобы не выглядеть неучтивым болваном.

– Для меня большая честь, Старейшинство. Я поражён своей удачей встретить воочию столь уважаемого бога, – произнёс я, видя, что он с интересом разглядывает меня.

Далинь кивнул и заговорил, и голос его звучал так молодо, словно мы не со стариком встретились.

– Алексей Лисоглядов. Человек, который ценит жизнь своих соратников больше, чем свою. Такие, как ты, всегда невероятно опасные враги.

Я открыл рот для вежливого ответа и закрыл его обратно. Никогда не думал об этом с такой стороны. Бог перевёл взгляд на Алису, и та вытянулась в струнку.

– Маленькая богиня, выбравшая самый короткий путь к величию из всех возможных. Самый короткий и самый сложный… Мне будет очень интересно узнать, как далеко вы двое сможете зайти. Думаю, у вас всё получится, если вы будете оставаться верными друг другу.

Алисин хвост нервно замотался из стороны в сторону от смущения. Далинь уже смотрел на Машу.

– Иногда молчание опаснее любого клинка. Ты не молчишь, но ты заставляешь других погрузиться в вечную тишину. Я видел таких, как ты, раньше… Все они отпечатались в моей памяти, а это многое значит.

Маша растерянно смотрела на рогатого и едва сумела выдавить из себя: «Спасибо». Бог кивнул Тарну.

– Старый мастер, переживший своё отчаяние. Ты поселился в самом тёмном месте нашего леса, но стал яркой звездой, что освещает путь многим странникам. Твоя сила воли превратила отверженного в самого желанного гостя за любым столом. Мало кто из смертных может похвастаться столь большим авторитетом среди богов.

Тарн почесал нос и попросил прекратить его смущать при гостях. Рогатый лишь рассмеялся.

Далинь, видимо, читает всех нас как раскрытую книгу…

– Я прибыл в Священную рощу по настоянию Миры. – Далинь неспешно двинулся через поляну к последнему из тех, о ком не было сказано ни слова. – Признаюсь, я сомневался. Но она оказалась права. Мальчик возмужал и вырос.

Он остановился напротив Имирэна, и корневой эльф медленно распрямился из поклона.

– Я чувствую в тебе новую связь с лесом, запредельную для смертных. Ты стал носителем эльфийского благословения и стал частью Натимбора. Теперь, куда бы ты ни шёл, там отныне будет эльфийский лес.

Имирэн стоял неподвижно, и только пальцы его подрагивали, выдавая напряжение. Далинь подошёл вплотную и заглянул ему в глаза.

– Только вот одинокому древу не выстоять в буре внешнего мира. Корни твои крепки, но сердцевина всё ещё слишком мягкая. И пусть рядом есть друзья и соратники, жизнь любит преподносить сюрпризы, из-за которых порой приходится вести бой в одиночестве… Твою сердцевину стоит укрепить. Давай посмотрим, какие печали подтачивают твоё основание изнутри.

Глаза бога засветились изумрудным огнём, по ветвям его рогов пробежали искры магии, срываясь с отростков крошечными светлячками. Имирэн запрокинул голову, раскинул руки в стороны и поднялся на носочки, вытягиваясь вверх всем телом. Выглядело это так, словно невидимая сила ухватила его за душу и сердце разом и потянула к небу.

Я отреагировал рефлекторно, рука дёрнулась в сторону пояса, я сделал шаг вперёд, но в грудь и плечи мне упёрлись сразу три ладони. Они остановили меня одновременно, не сговариваясь.

– Это не принесёт вреда, – мягко надавила Мира, возвращая меня на место.

– Большая честь и редкость получить его благословение… – Тарн даже не повернул головы, неотрывно следя за происходящим. – За такое иные эльфы готовы отдать столетие жизни.

– Если они признают друг друга, то Имирэн станет его аватаром. – Алисины пальцы сжались на моём предплечье. – Не мешай, Алекс. Такой шанс выпадает раз в эпоху.

Я перевёл дыхание и заставил руку опуститься. Наш Имирэн может стать воплощением древнейшего из эльфийских богов. Если кто и заслужил такой чести, то именно он.

Я смотрел, как божественность Далиня пронзает Имирэна насквозь, как из тела эльфа проступает зелёное свечение, очерчивая каждую жилку, и волосы на моих руках вставали дыбом от концентрации силы на этой поляне.

– Ну что же, посмотрим… – выдохнул я.

Свечение нарастало, искры с рогов Далиня стекались к Имирэну сплошным потоком, и вдруг древний бог напрягся всем телом. Зелёные глаза его расширились, рога дрогнули, и он отдёрнул голову с гримасой глубочайшего отвращения на вечно безмятежном лице.

– Фу, гном…

Глава 4

Свечение, торжественность и вообще вся святость момента оборвались так резко, что Имирэн пошатнулся и едва удержался на ногах. Далинь отступил на шаг, и на его лице застыла гримаса аристократа, нашедшего в бокале вина муху.

– Гном, – повторил он и брезгливо повёл рогами. – В твоей сердцевине гномий дух. Я заглянул в основание твоей души и нашёл там дружбу с гномом…

– Старейшинство, я могу объяснить… – начал Имирэн, но бог поднял ладонь, и слова застряли у эльфа в горле.

– Не нужно. Я видел достаточно. Подгорные коротышки недостойны касаться эльфийской души, а ты пустил одного из них к самому её основанию. Мы с тобой думаем на разных языках, корневой эльф, и истинной синергии нам не достичь. На меньшее я не размениваюсь уже двенадцать тысяч лет.

Он обвёл нашу компанию глазами и поморщился, не считая нужным скрывать, что общество смертных – да ещё и не эльфов – его утомляет. Эльфийский нарциссизм в чистейшей концентрации. Ещё и замешенный на расизме… Интересно, все древние боги такие или нам просто везёт на коллекционные экземпляры?

– Впрочем, путь ты проделал достойный, и ты прошёл испытание купели. – Далинь повёл рукой, и в воздухе перед Имирэном повис хрустальный флакон с жидкостью цвета рассветного неба. – Вот тебе, корневой эльф, от меня скромный дар. И до свидания.

Он оттолкнулся от травы и поплыл вверх, к кронам, не взглянув больше ни на кого из нас. Ни кивка Мире, ни слова Тарну, хозяину рощи, где он только что копался в чужой душе. Силуэт с рогами растворился в вечернем небе, и над поляной повисла душная тишина. Даже Алиса притихла и, к удивлению, ничего не жевала.

– Он всегда такой был, – вздохнула Мира и развела руками. – Резкий и злопамятный. До сих пор не простил гномьих богов и их шуточки… Хотя бы подарок оставил.

Имирэн осторожно перехватил флакон и поднёс к глазам. Жидкость внутри переливалась и тихонько светилась, подкрашивая его пальцы розовым.

– Не ожидал такой щедрости после такой реакции. – Он повертел подарок и, недолго думая, выдернул пробку и выпил содержимое одним глотком.

– Эй, а вдруг это яд обиженного бога? – не выдержал я.

– Это божья роса, – прикрыл Имирэн глаза, прислушиваясь к себе, и по его коже пробежала волна красных и синих искр магии. – Она невероятно редкая. Её даруют наследникам короля, когда те достигают совершеннолетия, а затем ещё раз, когда восходят на трон. Поднимает физические и магические показатели тела на двадцать процентов.

– На двадцать и навсегда? – уточнил я и увидел кивок. – Да, солидно.

Я подошёл и хлопнул его по плечу:

– Не расстраивайся. Этот олень нам явно не подходит. Найдём тебе другого бога. Ты же теперь как горячий пирожочек, невероятно желанный, да, Алиса?

– Ты зачем, искуситель, про еду напомнил⁈ – фыркнула она в ответ.

Имирэн повернулся к Мире и с надеждой посмотрел на богиню. Но та замахала руками раньше, чем он открыл рот:

– Даже не смотри на меня так! У меня нет никакого желания в ближайшие пару тысяч лет покидать эльфийские леса. Даже частичкой души в теле аватара. Я своё по чужим краям отстранствовала, спасибо.

– Ну вот… – вздохнул Имирэн с показной скорбью. – Один бог нос воротит, вторая домоседка… Не очень сладкий-то, как оказалось, пирожочек.

– Да ты не переживай. По миру полазаем, я, может, кого из старых знакомых встречу – мигом договоримся. Ну, или драться придётся… Тут уж как повезёт. Смотря на кого нарвёмся. – Алиса похлопала его по локтю: выше она не дотягивалась, если не прыгать.

– Всё, приём гостей закончился, возвращаемся за работу! – прорычал Тарн, давая понять, что и нам желательно поскорее свалить из его дома.

Тарн взялся распаковывать ящики, и следующие пару часов мы с ним наносили руны по выверенной им технологии и определённой мною последовательности. Точнее, наносил он, а я подавал инструмент, светил магическим огоньком и выслушивал ворчание о молодёжи, которая лезет к кельдарским технологиям, не выучив даже основ рунной грамматики. Спорить я не пытался: у друида в руках был резец и скверное настроение в душе, а у меня – семья и планы на будущее.

– Слушай, а заведи себе инкубатор для куриц, – предложил я, подавая ему очередной инструмент. – У тебя тут слишком пусто и грустно. А так и живность под боком, и склады припасами пополнишь. Доставку через врата организуем.

– Ага, сейчас, – фыркнул Тарн, не отрываясь от камня. – Заведу птицу, и вы, проглоты, у меня гарантированно пропишетесь. Да и на корме я разорюсь: вокруг ни одной настоящей травинки, всё иллюзия. Куда ни плюнь – морок. А морок в суп не покрошишь.

Возмущался он, к слову, зря: рука его дрогнула и свежая руна смазалась. Зашлифовывать пришлось мне, попутно выслушивая, что в порче имущества виноваты исключительно мои гениальные хозяйственные идеи.

Когда последняя руна на опорном сегменте налилась тусклым светом, настала моя очередь. Арку требовалось напитать маной до стабильной связи с сёстрами в Крево, и я приложил обе ладони к холодному камню. Маношар выплыл из-за моего плеча, кружа и переливаясь от молочного к голубому, и я потянул из него запас, как только мои собственные резервы наполовину опустели. Переливал долго, вливая тысячи единиц маны в жадную кельдарскую глотку.

Врата и маноприёмник казались бездонными… Камень пил и пил, руны разгорались одна за другой неприлично медленно, и шар, летающий вокруг меня, шустро бледнел.

Я уже прикидывал, впишусь ли за один раз в предельный объём или нет, ведь какая-то часть ещё и мимо портала разлеталась… Это у нас не оптоволоконный кабель. Тут потери магические имеются.

Когда арка, наконец, загудела, воздух внутри полукруга подёрнулся знакомой рябью. В шаре к этому моменту плескалось на донышке. Дай бог, на пару приличных заклинаний хватит.

Дорогое удовольствие эти кельдарские технологии… Причём во всех смыслах.

Повезло, что маноприёмники, которые я купил, вмещали по десять тысяч единиц маны, а не по пять, как у нашего инженера-самоучки Зиркса. Видать, он где-то при создании накосячил. Будь у меня пятитысячные, пришлось бы два маноприёмника пришлёпать, чтобы накопить достаточно маны для стабильной связи с дальней парой врат. И ведь ещё за перемещение она расходоваться будет. Надеюсь, мы всем скопом за раз проскочим. А то столько маны копить – процесс не самый быстрый.

[Связь с вратами сети установлена. Стабильность канала: 100%.]

– Держится как надо. Видать, не накосячили мы с рунами. Даже не ожидал, что с первого раза получится… – Тарн обошёл арку по кругу, придирчиво щурясь на каждую руну. – А точно до нужного портала достанет?

– Не достанет – придётся ещё один маноприёмник брать либо ставить ещё одни врата где-то на полпути, чтобы сократить расходы и двигаться цепочкой порталов, – поразмышлял я над вариантами решения потенциальной проблемы. У меня так-то и врата запасные есть, и парочка маноприёмников имеется. – Обещаю, в будущем мы к тебе без еды не сунемся.

Мы пожали руки друг другу и стали собираться. Я от всей души поблагодарил старого ворчуна. Всё же он очень многое сделал для нас, причём совершенно бескорыстно.

– Спасибо тебе за всё. За Имирэна – отдельный поклон.

– Имирэна благодари. Он сам через всё прошёл. Я только двери открыл, – покосился друид на корневого эльфа и добавил вполголоса: – Хороший вышел. Получше многих, кого я знал. А гномий дух в сердцевине – это не изъян, что бы там ни шелестело его рогатое Старейшинство.

Мира обняла каждого из нас по очереди, а Алиса на прощание получила от богини света маленький свёрток «на десерт» и тут же спрятала его в моей Длани.

– Ну что, по домам? – повернулся я к своей компании. – Алиса, ты же не собираешь своим ходом?

– Ещё чего. Через твою душу комфортнее все эти пространственные турбулентности проходить. Да и время отдыхать. Устала я за вами следить… – Она шагнула ко мне и растворилась золотистыми искрами.

Я кивнул Тарну с Мирой напоследок и шагнул в рябь первым. Внутри меня встретила бархатная чернота, а в ней – два пятна света, и оба тянули к себе с одинаковой настойчивостью. Сеть из трёх врат, и каждая метка – это чей-то выход. Я вынырнул обратно на поляну, чем заметно озадачил провожающих.

– Забыл что-то? – вскинула брови Маша.

– Предупреждаю на берегу: внутри будет две метки, все тянемся к левой, чтобы не разбрестись по разным выходам.

Я шагнул обратно, потянулся к левому пятну, и оно послушно двинулось навстречу, увеличиваясь в размерах. Лёгкое головокружение, и я ощутил ногами каменный пол подвала нашей резиденции. Угадал с точкой!

Следом из ряби вышла Маша, за ней – Имирэн, пригибая голову. Отлично! Маны хватило, и мы все преодолели за считаные секунды больше тысячи километров.

Темнота, запах машинного масла от разобранных механических стражей вдоль стены и знакомый скрип шестерёнок.

– Стой, кто ходит! – проскрежетало из угла, и нам в лица уставился фонарь паука-часового. – А, босс! Живой вернулся! А… вы как сюда забралися? Кстати, ты туда не ступай, ты сюда ступай, а то ловушка защитный по башка попадёт – совсем мёртвый будешь.

– Здравствуй, Зиркс… – Я аккуратно шагнул в безопасную область и осмотрелся. – Как твоё железное воинство?

– Трое уж на ходу. Ещё купили большой лот хлама Часовых, делаю другие штуковины защитные. Граф говорит их потом продать за большие деньги, а мне жалко… Такая красота! – Гремлин выпрямился и постучал механической рукой по корпусу ближайшего стража, после чего его фонарь упёрся в Имирэна. – А это кто с вами? Машу знаю, гору не знаю.

– Это Имирэн.

Фонарь паука обшарил эльфа сверху донизу, и Зиркс недоверчиво прищурился:

– Не похож… Имирэн худой был. А этот как гора. Орки скромнее выглядят.

– И всё же это я, – ответил наш утончённый громила.

– Голос похожий… Уши длинный, лук за спиной… Ты правда Имирэн? – уточнил гремлин, и тот кивнул, а я подтвердил его слова, как и Маша.

– Это что же вы с ним такое сделали? Бедный эльф…

– Не бедный, а везучий. Это называется благословение и перерождение. Он теперь не просто эльф, а суперэльф. Корневой, что бы это ни значило, – поправил я.

– Корневой… Кстати, Имирэн, подай вон тот привод шестилапый. Он тоже корневым зовётся и весит полтонны. Сам его не перетащу.

Эльф напрягся, на мышцах проступили вены. Он оторвал деталь от земли и перенёс поближе к гремлину, аккуратно поставил на металлический стол, что сразу же заскрипел от напряжения, а по всей резиденции прокатился грохот перестановки.

После этого мы двинулись наверх и мгновенно оказались посреди первозданного хаоса. Повсюду хлопали двери, что-то гремело и перекатывалось, сквозь перекрытия доносился многоголосый гомон. Похоже, резиденция стояла на ушах, и мы поднялись из подвала прямо в эпицентр сборов. На нас даже не сразу обратили внимание.

Через окно глянул во двор, что напоминал муравейник. Гоблины цепочкой таскали тюки к павозу, и по тому, как просел его борт, я прикинул, что груза там явно больше, чем просто для путешествия туда и обратно. Судя по всему, Граф собирается хорошенько поторговаться, как обычно.

Вася сидел на крыльце в обнимку с ящиком глиняных горшков и пересчитывал их, шевеля губами. Надеюсь, это горшочки с чем-то вкусным, а не с его новой формулой пороха, которая может шандарахнуть в пути и разнести всё в радиусе полукилометра… С его алхимией заранее не угадаешь, какими будут последствия.

Ратмир гонял своих дружинников вдоль строя варгов, проверяя упряжь, и звери стояли смирно. Даже они к дисциплине капитана относились с уважением. А над всем этим разносился голос Графа, который с башенки крыльца дирижировал погрузкой, сверяясь со свитком длиной в собственный рост.

– Десятый тюк к борту, я сказал! К борту! Провизия отдельно от алхимии! Мы это уже проходили! У меня до сих пор изжога от того рагу…

Первой нас заметила Малышка. Волна радостного воя прокатилась по двору, и на меня обрушился целый выводок: пять хвостатых снарядов и мамаша следом. Я присел и принял удар, потрепал всех по загривкам разом. Благо щенки рядом со мной моментально успокоились и развалились кверху пузом.

– Командир здесь! Вернулись! – Граф скатился с крыльца, на ходу сворачивая свиток. – Как же вовремя! Мы завтра с утра выезжаем. Я уже думал, как объяснять на отборе ваше отсутствие!

Деловой какой, сразу за дела болтать начал… Даже рюмки чаю не налил мне.

– Я обещал успеть, и я успел! – Мы обнялись, и я оглядел двор. – Ну, рассказывай. Как вы тут без нас? Все целы?

– Целы, скучали и пахали. Брячедум наделал клинков по контракту, Герда закрыла свой квест, поучаствовав в двух городских турнирах. Джованни… – Граф осёкся и уставился за моё плечо. Во дворе один за другим стихали все звуки, даже гоблины замерли с тюками в руках. – Командир, а это кто с вами?

Я обернулся следом за его взглядом. Имирэн как раз выбрался из дверей, расправил плечи и улыбнулся во все тридцать два зуба. Двор смотрел на него в гробовом молчании. Герда на стене медленно потянулась к оружию.

– Спокойно, это Имирэн! – поднял я руку. – Наш Имирэн. Он немного… подрос.