Текст книги "Эпоха Титана 6 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Я не торопил его. Дарков говорил быстро.

– Кто-то убил Виктора Медведева. Убил прямо в «Золотой Лозе», с охраной девятого ранга, с гвардейцами, – он выделил это интонацией, – прямо внутри. Никто не понимает кто и как. Говорят что как-то связано с изменёнными и гигантами. Род поднялся на дыбы. Николай Медведев, говорят, лично выехал на место, потом вернулся в особняк и больше не выходил. Гвардия перекрыла весь квартал вокруг поместья.

Он сделал короткую паузу, в которой я слышал его удовольствие от рассказа.

– И это ещё не всё. Медведевы в растерянности. А в этой растерянности военные решили надавить на то дело по лабораториям, которое до этого замалчивалось. Начались открытые обвинения. СКА подключилась, потому что смерть наследника попадает под их юрисдикцию, а Медведевы не пускают их к расследованию. В это же время Змеевы, как только почуяли слабину, ударили по двум торговым сетям, которые Медведевы держали в западном квартале. Буквально вчера вечером. Там сейчас стычки прямо на улицах.

Дарков замолчал на мгновение и дал мне оценить картину.

– И в этом всём хаосе, Владимир, я работаю. Я забираю то, что плохо лежит. Три склада, которые перестали охраняться, потому что охрану перебросили к поместью. Два торговых контракта, которые Медведевы не успели передать другим из-за паники. Одна территория на севере, которую Змеевы не успели взять, а я успел. – В его голосе была та тихая гордость человека, который умеет действовать именно тогда, когда все остальные растеряны. – Всё это благодаря вам, Владимир. Вы создали условия.

Я хмыкнул. Именно для этого всё и задумывалось. Чтобы каждый был занят своим, чтобы никто не смотрел в стороны, пока я делаю следующий шаг.

– Элиас, – сказал я.

– Слушаю.

– Мне нужна информация по Медведевым. Полная. Где сейчас живёт или прячется глава рода, его окружение. Особняки, базы, всё, что на них зарегистрировано или ими контролируется. Отдельно… Всё по местам, где они держат изменённых. Адреса, численность охраны, описание объектов.

Дарков помолчал.

– Владимир, – произнёс он осторожно. – Это секретная информация Великого Рода. Даже в нынешнем хаосе… достать подобное будет чрезвычайно сложно. Это не торговые контракты, это…

– Элиас.

Он замолчал.

– То, чем вы сейчас владеете, – произнёс я ровно. – Территории, сети, контракты. То, что вы получили за последние недели и то, что вы продолжаете получать прямо сейчас. Вы считаете, что это было просто?

Короткая пауза.

– Нет, – сказал он.

– Именно, – ответил я. – Вам понятна задача?

– Понятна, – произнёс Дарков. Деловым голосом теперь, без пауз. – Свяжусь с вами как всё будет сделано.

Я разорвал связь.

Вернул кристалл в карман. Прислонился к стене и смотрел в темноту коллектора, где тихо стояла армия.

Первый шаг – базы. Методично, по одной, начиная с самых уязвимых и заканчивая главными. Каждая база – это Изменённые, которых можно освободить или нейтрализовать. Ещё это ядра, которые можно взять. Каждая уничтоженная лаборатория… Это часть той системы, которая делала Николая Медведева тем, чем он был. Отнять у него ресурсы раньше, чем он успеет их консолидировать. Отнять у него армию раньше, чем он поймёт, что именно происходит. Я уничтожу его также как он избавился от Владимира, его матери. То как раздавил Марусю.

А когда поймёт, кто за этим стоит… будет поздно.

Потом – он сам и мачеха. Когда Великий Род падёт, а он падёт, потому что роды не стоят без главы, а главы без ресурсов. Столица получит настоящую анархию. Змеевы и остальные великие рода решат, что это Императорские чистки. Военные решат то же самое. Они начнут двигаться, и когда начнут двигаться… Императору станет не до того, чтобы держать остров ровно. Его внимание распределится. Его сила распределится. И в этом распределении появится промежуток – маленький, короткий, но достаточный. Я буду ждать этот промежуток.

– Ждём ответа от Даркова, – сказал я в слух.

Глава 10

Двое суток прошло с той ночи, когда два ядра сшили мою нервную систему заново.

Коллектор за это время обрёл что-то вроде распорядка. Не человеческого, но всё-таки. Луркеры залегали в боковых ответвлениях по восемь-десять часов, потом поднимались, перемещались, меняли позиции в молчаливой ротации.

Она возникла сама, из инстинкта стаи, которая знает, что хозяин рядом и тревоги нет. Борис спал у дальней стены, сложив руки поперёк груди, и его дыхание было таким медленным и глубоким, что в первый раз я на долю секунды подумал: не дышит. Потом решил, что вообще не важно.

Ирина после своей работы отсутствовала почти сутки и вот она на ногах. Халат у неё был в трёх новых пятнах: два чёрных – это Борис или кто-то из Изменённых, одно желтоватое, химическое. Волосы снова стянуты в узел. Она стояла над раскрытым чемоданом с реагентами и бормотала.

Этим она занималась постоянно. Говорила сама с собой. Вика с Ольгой попытались с ней как-то сойтись. Не вышло.

– … двойной симбиоз… это не аномалия, это архитектура. Если человеческое ядро и ядро гиганта не конфликтуют на уровне базовой вибрации, значит точка сборки… – произнесла она.

– Ирина, – позвал я, не поднимая взгляда от блокнота. – Результат когда?

Она замолчала. Потом повернулась.

– Сегодня ночью, – сказала она, и в голосе не было колебания. – Дай мне время до вечера. У меня есть последняя реакция, которую нужно проверить на активность при температуре тела. Если выйдет то, что я думаю…

Я поставил блокнот на колено и посмотрел на список, который набросал по итогам её обследования моей армии. Тридцать строк, большинство из которых сводились к одному: нынешнее состояние моих подопечных годилось для партизанских вылазок, но не для того, что было дальше. И у меня не было времени думать о том, сколько это «дальше» займёт, потому что Николай Медведев уже знал, что его сын мёртв.

Василиса с Борисом вели себя спокойнее. Они уже привыкли к своему нынешнему обличию и спокойно жили среди гигантов. Заметил парочку раз как они выстраивали иерархию с чёрными. Да чего уж там, Мамонтова дралась с Матросовым за первое место. Выиграла мужская особь.

Я не вмешивался, это нормально для разумных существ. Осмотрел коллектор, Кольцовых не было, отправил их наверх.

Сейчас они вернулись с тяжёлыми сумками.Уже от входа в коллектор я почувствовал шаги Ольги – быстрые, чуть неровные, как всегда, когда она нервничает и пытается это не показывать. За ней шла Вика, и её шаги были тише и ровнее, хотя сумка у неё была, судя по звуку, явно не легче.

Я не встал. Просто повернул голову, когда они появились в свете магической лампы.

Ольга бросила сумку на пол у стены и сразу начала говорить:

– Патрули везде. Весь центральный район перекрыт кварталами, они проверяют документы у всех, кто с багажом. Нас остановили дважды. – Она помолчала секунду. – Пришлось обходить через рынок, там не успели выставить посты.

– Принесли всё? – спросил я.

– Всё, что было в списке. – Вика опустила свою сумку рядом с сестринской и потянула молнию. – Еда, аптечка, смена одежды. Ещё газеты взяла, там про «Золотую Лозу» пишут.

Я посмотрел на неё. Она не обернулась – вытаскивала свёртки и складывала их аккуратной стопкой на бетоне, как будто раскладывала продукты на кухне.

– Дай.

Газета оказалась двухдневной давности, ещё утренняя. На первой полосе заголовок крупным шрифтом и под ним – размытое фото кортежа у входа в клуб. «Трагедия в Золотой Лозе», и ниже мельче: «Наследник рода Медведевых погиб при невыясненных обстоятельствах. Следствие ведётся».

Невыясненные обстоятельства. Это означало, что у следствия не было версии, которую они были готовы озвучить публично. Что само по себе говорило достаточно о том, как именно выглядело место после нас.

Ольга стояла в двух шагах и смотрела на меня.

– Столица сейчас не ищет двух потерявшихся девочек, – сказал я, не отрывая взгляда от газеты. – Змеевы режут Медведевых по торговым сетям, СКА вцепилась в горло военным из-за провала по лабораториям, а Император держит остров, который до сих пор трясёт после того, что было неделю назад. Вы… самая незначительная проблема из всех существующих на этой карте. Патрули выставлены потому, что аристократы нервничают, а не потому, что ищут вас. Так что можешь не переживать, я не рисковал вами.

– Это должно было меня успокоить? – сказала она тихо.

Я поднял на неё взгляд.

– Это должно было объяснить, почему я не тороплюсь менять базу, – ответил я. – Садитесь, ешьте.

Это был единственный разговор по теме. Она, похоже, понимала, где проходит граница, после которой вопросы заканчиваются. Понимала и не давила. Это тоже было удобным качеством.

Девушки принесли одежды, еды, то что просила Ирина. В общем на шестьдесят процентов, всё что нужно для женщин.

Попросил себе купить спец одежду, а то уже достало ходить в рваных тряпках. Да и не удобно драться в костюме, когда каждый раз вылезаешь из канализации. Мне и ботинки купили рабочие.

Вика нашла рядом место, где было чище всего и там была вода: горячая и холодная. Оно стало нашей душевой. Девушки крайне обрадовались данному факту. Даже Ирина приводила теперь себя в порядок. Наша база можно сказать… обжитая, что ли.

Я ждал все эти дни сообщения от Элиаса, но его не было. Пора напомнить о себе. Дарков ответил на первый же сигнал.

– Владимир. – Голос был ровным. – Есть данные. Всё, что просили.

– Диктуй.

Я взял блокнот.

Дарков говорил методично, без лишних слов – три адреса подряд, каждый с коротким описанием. Первый объект: здание в восточном промышленном квартале, бывший завод по производству артефактных компонентов, перепрофилированный под нужды рода. Тридцать Изменённых в подземных вольерах.

Второй объект: жилой квартал на севере, замаскированный под частный медицинский корпус. Пятьдесят изменённых другого профиля. Охрана плотнее – маги восьмого ранга, двойные посты, артефактные барьеры на входе.

Третий объект. Дарков сделал паузу перед тем, как назвать адрес.

– Это главный инкубатор, – произнёс он. – Тут всё серьёзнее. Бывший военный склад на юге, переданный Медведевым по концессии двенадцать лет назад. Усиленные перекрытия, антимагические зоны на двух уровнях, автономная система питания. Охрана – маги восьмого-девятого ранга, не меньше тридцати бойцов в постоянном дежурстве. И семьдесят Изменённых.

Я написал цифру и подчеркнул её.

– Два склада, – продолжил Дарков. – Логистика. Первый на севере, ближе к порту – там ресурсы: ядра, расходные материалы, артефакты усиления. Охрана слабая, судя по данным, потому что Медведевы считали склады неинтересными целями. После того, что произошло в клубе, охрану могли усилить, но на это нужно время.

– Понял, – сказал я. – Ещё.

– Поместье, – закончил он. – Туда стянулось всё. Глава рода, его жёны и дети, остатки близкого круга. Периметр закрыт. Гвардейцы… Несколько сотен, я не могу дать точную цифру, мой источник видел внешнее оцепление. Внутри почти наверняка больше.

– Спасибо, Элиас.

– Владимир, – произнёс он после короткой паузы. – Мой источник по третьему объекту говорит, что там есть что-то ещё. Что-то, что они называют «резервом». Что именно – он не знал. Только слышал, что туда не ходит даже охрана нижнего уровня без разрешения.

– Учту.

Я закрыл блокнот и посмотрел в темноту коллектора, где в трёх метрах от меня тихо лежал Борис.

– Три объекта плюс два склада, – произнёс я.

Матросов медленно поднялся.

Армия разделилась без суеты, молча, по безмолвным приказам, которые я раздавал через силу Титана как фоновый ток. Не команды, а образы, направления, распределение. Луркеры текли в боковые ответвления, перестраивались группами, ждали. Изменённые занимали позиции вдоль главного коллектора.

– Василиса, – сказал я.

Она приблизилась. Жёлтые глаза не мигали, броня на плечах чуть поблёскивала под единственным работающим магическим светильником.

– Берёшь половину луркеров и двух чёрных. – Я показал ей в блокноте оба адреса складов. – Два объекта. Охрану убиваешь, здания жжёшь. Всё, что в ящиках и контейнерах, – не трогаешь, несёшь сюда. Сначала первый, потом второй. Понятно?

– Понятно, – произнесла она ровно.

– Потери не считаешь. Скорость важнее.

Она кивнула и уже разворачивалась, когда я добавил:

– Если встретишь что-то, что не вписывается в описание. Усиленную охрану, аномальный магический фон… не лезешь. Уходишь и сообщаешь.

Она посмотрела на меня через плечо.

– Думаешь, меня можно остановить?

– Думаю, тебя можно убить, – ответил я. – Что неудобно, потому что ты нужна позже.

Это не было комплиментом, и она знала это. Но в том, как она повернулась и пошла к своему отряду, было что-то похожее на понимание.

– Борис, – сказал я.

Он уже стоял рядом.

– Три Изменённых, шестьдесят луркеров. Идёшь со мной.

Он не спросил куда. Просто дал низкий, почти беззвучный рык в сторону коридора, и за ним поднялись фигуры.

Мы вышли. Оставив Ирину и Кольцовых.

Первый объект был именно тем, чем Дарков его описал: бывший завод с заделанными витражными окнами, с тяжёлыми воротами в переулке и с охраной, которая ставилась в расчёте на людей, а не на то, что придёт снизу.

Я выпустил магию земли горизонтально, как раскрытую ладонь, прощупывая пространство под зданием. Старый фундамент, местами переложенный – не там, где нужно, со швами, которые держались скорее по инерции, чем по прочности.

Два уровня под землёй: первый технический, второй – там, где вибрировало что-то живое, плотными группами, с той характерной частотой, которая бывает у существ, у которых есть ядро, но нет свободной воли.

Тридцать источников. Все в дальнем отсеке.

Я поднялся, нашёл взглядом Бориса в темноте и коротко показал пальцем вниз, а потом вперёд.

Он понял.

Магия Земли сжалась в точку под моей стопой и ударила в грунт. Не взрывом, а давлением: быстрым и направленным, как клин в трещину. Асфальт лопнул полосой от меня до фундамента. Фундамент принял удар, трещина пошла дальше, и через две секунды внутри здания что-то обрушилось. Не громко, но достаточно, чтобы охрана среагировала.

Борис вошёл через стену.

Буквально: разбежался и ударил плечом в кирпичную кладку, и стена вошла внутрь единым куском, осыпаясь по краям. Луркеры хлынули в пробоину следом, не толкаясь, не теряя строя. Просто ровным потоком, один за другим, растекаясь по цеху в темноте.

Охрана была на первом уровне – шесть человек, маги пятого-шестого ранга, с артефактами наготове. Они ждали атаки снаружи, с улицы, через ворота. Луркеры появились со стороны, где не было ни одного поста, и первые двое охранников упали раньше, чем успели поднять руки. Маг с воздухом бросил широкий выброс, снёс троих луркеров, но четвёртый был уже на нём. Пятый охранник успел активировать сигнальный артефакт – вспышка, красная, короткая. Я перехватил его Импульсом Чистой Силы в грудь, и он улетел в дальнюю стену, не завершив движения.

Шестой маг бросил оружие и попытался уйти через служебный вход в глубине цеха.

Один из Изменённых поймал его у двери. Я не стал смотреть на то, что случилось дальше. Это не требовало внимания.

Лестница вниз была за складскими стеллажами. Я спустился первым, и магия Земли уже читала пространство под ногам. Коридор, три двери, за средней живые вибрации, тесные, горячие, с тем сдавленным качеством, которое бывает у существ, которые давно не двигались.

Средняя дверь была бронированной. Замки механические плюс артефактные. Я выпустил импульс в петли, и дверь упала внутрь плашмя, подняв облако пыли.

Вольеры шли в три ряда по всей длине отсека. Низкие потолки, бетонные стены, запах кислоты и чего-то органического, тёплого. В клетках – тридцать фигур, каждая в позе ожидания: скрюченные, напряжённые.

Зелёные? Кожа у них была именно зелёной – не болезненно, а по-настоящему, густого тёмного оттенка, как мох на старом камне. Когти длинные, уплощённые. Глаза жёлтые, немигающие, все тридцать пар разом повернулись ко мне при виде света.

На шеях – ошейники. Три кольца, каждое с артефактным кристаллом, и по поверхности кристаллов шёл тихий ровный свет.

Я выпустил силу Титана.

Не направленно, не точечно, а широко, как выдох, по всему отсеку сразу. Давление прошло через воздух и ударило по всем тридцати одновременно, по тому слою восприятия. Несколько секунд в вольерах шло движение. Они пригибались, скалились, пытались сопротивляться тому, что давило изнутри. Потом кристаллы ошейников мигнули. Один лопнул первым. За ним ещё два. Потом остальные. Резким щелчком, с которым разрушается артефакт, когда внешняя сила оказывается сильнее его структуры. Тридцать ошейников упали на бетон.

Тридцать фигур опустились на колени. Не вместе, сначала одна, потом другая, по нарастающей, как волна, которая идёт по рядам от первого вольера к последнему. В конце все тридцать стояли на коленях с опущенными головами, и в отсеке было тихо.

– Встать, – сказал я.

Встали.

– За мной.

Они пошли.

Борис наблюдал из дверного проёма. Он смотрел на процессию без слов, только его жёлтые глаза прошлись по рядам. Оценивающе, с тем взглядом, который я не раз видел у командиров, которые привыкли считать силу.

– Хорошие? – спросил он.

– Узнаем по дороге, – ответил я.

Мы вышли через пробоину в стене и ушли в темноту переулка ровно за три минуты до того, как по улице прошёл первый патруль со стороны СКА. К сожалению, новое пополнение лишь следовала моим прямым приказам. Приходилось использовать голос, до полного подчинения и управления ещё далеко. То ли потому что они другие, либо у меня мало силы. Плевать! Скоро они станут как остальные. Сейчас же будут пока рядом, не отсвечивать и не мешать. Потом разберусь с остальным.

Второй объект ждал нас с включённым освещением.

Это был медицинский корпус снаружи. Белые стены, аккуратные вывески, ограда с электрическим контуром поверх кирпича. Из тех зданий, которые строятся так, чтобы не привлекать внимания именно потому, что привлекать его нельзя.

Слишком ровно подстриженный газон. Слишком правильное расстояние между фонарями. Слишком спокойный охранник у ворот, который не двигался, но держал руку у артефакта. С той готовностью, которая вырабатывается долгими дежурствами.

Маги восьмого ранга.

Снова выпустил магию Земли, на этот раз медленнее, читал пространство аккуратно, слой за слоем. Первый уровень под землёй: коридоры, несколько комнат, живые источники небольшие. Второй уровень: плотнее, жарче. Пятьдесят источников, равномерно распределённых по большому отсеку. Термическая активность у каждого ощущалась даже через полтора метра бетона.

Антимагические зоны у входа и у лестниц. Два кольца.

Я встал и посмотрел на Бориса.

– Снизу не выйдет, – сказал я. – Там экранирование на первом переходе. Магия не пройдёт. Идём сверху, через крышу.

Борис поднял взгляд на здание. Четыре этажа, плоская крыша.

– Ты не долетишь, – сказал он без насмешки.

– Я не буду лететь, – ответил я и выпустил на переулке – бетонный выступ толщиной в кулак, потом второй выше, потом третий, быстро, один за другим, лесенкой прямо по стене соседнего здания. – Луркеры, по этой стороне, за мной. Ты обходишь и входишь через главные ворота со стороны улицы, когда я дам сигнал. Охрана у входа смотрит на тебя. Всё остальное – моя задача.

Борис посмотрел на ступени из бетона.

– Ты хочешь, чтобы я просто постучал в ворота?

– Ты можешь войти через них без стука, – поправил я. – Это тоже подойдёт.

Он издал тихий звук, который у него, судя по тону, означал согласие.

Я полез на крышу первым.

Луркеры шли следом. Бесшумно, в отличие от большинства живых существ их размера. Они не скребли когтями по бетонным выступам, а ставили лапы плоско, равномерно распределяя вес, и весь этот поток карабкался вверх быстро и почти молча. К тому времени, когда я встал на плоскую кровлю корпуса, за мной было двадцать луркеров, ещё двое подтягивались у края.

Крыша была пустой. Только вентиляционные шахты и один охранный пост в дальнем углу. Маг восьмого ранга, явно скучающий, смотрящий в город через перила.

Он обернулся на звук моего шага.

Импульс Чистой Силы в горло. Маг схватился за шею, потерял равновесие, и один из луркеров поймал его прежде, чем он упал на бетон с грохотом.

Вентиляционная шахта у центральной лестницы была метр на метр. Достаточно.

Я выпустил магию Земли в перекрытие рядом с шахтой. Не сдерживая – направленный удар в несущую пластину, туда, где она крепилась к балке. Хруст. Пластина ушла вниз. За ней кусок стяжки, потом участок потолка коридора третьего этажа раскрылся, как люк.

– Пошли, – сказал я луркерам.

Мы вошли сквозь дыру в потолке, и это было, наверное, единственным направлением, откуда охрана второго уровня не ждала атаки.

Первый пост у лестницы успел отреагировать. Маг бросил несколько коротких выбросов, разрезав двух луркеров пополам, но третий зашёл по касательной и сбил его с ног. Маг упал. Я перешагнул через него, не останавливаясь.

Второй пост был у двери на нижний уровень – двое. Они успели построить купол. Плотный, с равномерным голубоватым свечением, работа восьмого ранга. Луркеры бились об него и отлетали, не пробивая.

Я подошёл к куполу вплотную и положил на его поверхность обе ладони.

Чистая Сила пошла не через удар, а через прикосновение. Маги внутри держали. Я чувствовал их напряжение через поверхность купола, как биение двух сердец, убыстряющееся с каждой секундой.

Купол лопнул вместе с ними внутри. Удобно их остатки не разбросало, а всё произошло в куполе, до того как он исчез.

Снизу, из подвала, пришёл тяжёлый удар в пол. Это Борис аккуратно вошёл через ворота и двинулся внутрь здания, не особо заботясь о целостности несущих конструкций. Охрана первого этажа переориентировалась на него, и в коридоре стало заметно тише в плане магического давления.

Я взял последнего мага за воротник и приложил затылком об стену. Отряхнул с рук грязь и кровь и потом открыл дверь вниз.

Нижний уровень был жарким. По-настоящему – горячий воздух шёл снизу, и на нижних ступенях он был как у входа в котельную в разгар зимы. Запах тоже изменился: жжёный металл, нечто органическое, и что-то острое, терпкое, что оседало на языке.

Пятьдесят вольеров стояли по обе стороны центрального прохода. В каждом – фигура. Красные.

Их кожа была не просто темнее человеческой, она пульсировала. Тонкие полосы более светлого оттенка шли по торсу и плечам, как трещины в раскалённом угле, и в этих трещинах что-то тлело, давая не яркий свет, а тот ровный, сухой жар, который ощущается на расстоянии. Несколько из них стояли у прутьев и смотрели на меня. Остальные сидели в глубине вольеров с опущенными головами.

Ошейники здесь были другими. Более широкие, с несколькими кристаллами в ряд. И каждый кристалл светился ровно и постоянно, без колебаний. Система более сложная, чем на первом объекте.

Я выпустил силу Титана.

Первая волна ударила по отсеку, и в тот же момент сорок восемь фигур из пятидесяти разом подались вперёд. Металлические прутья вольеров затрещали. Один из Красных ударил кулаком в решётку с такой силой, что сталь согнулась, и по его кулаку пошёл видимый жар. Раскалённый металл потемнел там, где он его коснулся.

Они сопротивлялись ошейникам.

Контроль Медведевых уже ослабевал под давлением моей ауры, но не сломался. Я добавил давление и почувствовал, как два ядра внутри отозвались одновременно – синхронно. По новым каналам, которые перестроились после интеграции. Удвоенный поток. Первые несколько кристаллов в ошейниках треснули разом, за ними следующие, и по всему отсеку пошёл негромкий, равномерный хруст. Ошейники лопались один за другим, и фигуры в вольерах опускались на колени прежде, чем я успевал дать следующий импульс.

Берсерки Медведевых стояли передо мной на коленях. Пятьдесят голов опущены.

Ни один из них не поднял взгляд без команды.

Выпустили новых подопечны и они присоединились к нам. Итого восемьдесят новых членов моей армии. Неплохо для одного вечера, но остался ещё одно место.

Третий объект ждал нас в южном квартале. Там, где старая промзона переходила в серую зону между городским районом и укреплённым периметром. Военный склад, переданный Медведевым. Дарков был прав в том, что описал его чётко. С внешней стороны – железобетонная коробка без окон, с периметром из сетки с контактными артефактами поверху и с мощным магическим фоном, который я начал чувствовать ещё за квартал.

Внутри, судя по тому, что давала магия Земли, было несколько уровней. Нижние два – глубоко, с антимагическими экранами на обоих переходах. Маги восьмого-девятого ранга.

Судя по тому, что я видел и чувствовал, они уже знали, что два предыдущих объекта перестали выходить на связь.

Я остановился на сотню метров раньше, чем собирался, опустился на колено и прислонил обе ладони к асфальту.

Асфальт здесь был старым, с той глубокой сетью трещин, которая появляется там, где под ним много движения грунта. Под ним шёл слой щебня, потом суглинок, потом твёрдая основа из известняка с прожилками.

Нижний уровень отсека изменёнными был на глубине около двадцати метров. Между поверхностью и ними – два перекрытия, антимагические экраны на обоих, плюс дополнительный слой бетона. Сами изменённые не двигались, но их магический фон был такой плотности, что она ощущалась как физическое давление даже через восемь метров камня и грунта.

Семьдесят источников. Каждый, как небольшой активный разлом.

– Борис, – сказал я, не вставая с колена.

Он приблизился.

– Охрана внутри ждёт атаки снаружи, – сказал я. – Они усилили внешний периметр, потому что это то, чему их учили. Мы идём снизу. Найди слабое место в канализационной сети под объектом. Там должен быть старый водоотводной коллектор, он идёт параллельно южной стене. Луркеры прокапывают вход в него с нашей стороны и движутся под здание.

– Понял, – кивнул Борис.

– Магические экраны стоят на перекрытиях, – объяснил я. – Луркеры проходят через коллектор и врываются снизу уже внутри зоны экранирования. К тому времени, как охрана развернётся, я буду уже внутри.

Борис помолчал секунду. Потом:

– А если там «резерв», о котором говорил твой информатор?

– Тогда узнаем, что это такое.

Он развернулся и пошёл к луркерам.

Прошло около двадцати минут. Я использовал их на разведку. Ходил магией Земли вдоль всего периметра объекта, проверяя каждый метр фундамента, каждую шахту вентиляции, каждый технический выход. Нашёл три точки, где армирование было ослаблено. Старые заплатки, как это всегда бывает у объектов, которые строились в спешке и ремонтировались ещё в большей спешке. Запомнил их.

Сигнал от Бориса пришёл через касание грунта. Лёгкая вибрация снизу, направленная, целенаправленная. Они вошли в коллектор и двигались.

Я встал, выдохнул и вошёл через периметр.

Не через ворота и не через стену, а через одну из ослабленных точек фундамента, где армированный бетон расходился на ширину ладони. Магия Земли раздвинула эту щель медленно, без грохота. Я прошёл сквозь неё боком и оказался во внутреннем дворе между корпусами.

Первый пост увидел меня через три секунды.

Маг девятого ранга. Он не закричал и не стал вызывать подмогу. Просто сразу ударил. Широкий плотный импульс воздушной волны, достаточно сильный, чтобы вмять металлическую дверь в стену за мной. Я ушёл в сторону за долю секунды. Волна задела левое плечо и развернула меня по инерции. Удар пришёл правый бок в стену за мной, ощутимо.

Но я уже шёл обратно к нему.

Маг бросил второй импульс, прямой, в голову. Я нырнул под него и выпустил Покров на долю секунды. Только для того, чтобы принять угол и изменить траекторию, не тратя чистую силу на полное поглощение. Третьего импульса он не успел выпустить, потому что из-под асфальта двора вырвались луркеры. Два снизу, через коллектор, прямо у него под ногами, опрокидывая его и уже сидя на нём прежде, чем он завершил движение.

Я не останавливался.

Внутри корпуса тревога уже сработала. Артефактный сигнал гудел, и по коридорам шло движение. Маги расходились по позициям. Четверо перекрыли главный коридор. Ещё двое заняли лестничный пролёт. Один встал прямо у входа в нижний отсек. Девятый ранг. Возможно, выше.

Борис вышел в центре базы. Четверо магов в развернулись на него.

Это было правильным решением по человеческой логике: самая очевидная угроза требует максимального внимания. Я выпустил магию земли за спиной у двоих крайних, и оттуда поднялись бетонные шипы. Двое оставшихся среагировали на меня, но Борис уже двигался, и его кулак встретил одного из них в тот момент, когда тот разворачивался.

Маг с лестничного пролёта прыгнул сверху, с коротким огненным шаром в каждой ладони. Оба шара ударили меня в грудь одновременно. Покров принял атаку, но меня бросило назад, и я влетел спиной в стену коридора с такой силой, что бетон за мной треснул. Боль пронзила. Почувствовал как кровь потекла.

Я выпрямился.

Дышать было неудобно, регенерация уже шла. Маг с огнём смотрел на меня. Выпустил импульс чистой силы. Маг потерял опору и рухнул вниз. Луркер на полу принял его.

Чёрные изменённый перестал двигаться и медленно осел на пол. Я обернулся. У него в боку торчали два метательных артефакта. Он не издал ни звука. Просто лёг на бок и перестал двигаться.

Двое магов переключились на Бориса, и он получил серию артефактных ударов в грудь. Три подряд, с коротким интервалом. Броня на его торсе вскрылась в одном месте, из-под неё пошла чёрная кровь. Он не остановился, а просто повернул голову в сторону и выпустил из ладони широкую волну, которую я раньше у него не видел. Магия Земли, плотная и горизонтальная, снесла опоры галереи по всей длине, и она упала вместе с обоими магами.

Маг у двери в нижний отсек не двигался всё это время. Просто стоял и смотрел. А потом резко поднял руки, и фон вокруг него изменился. Не усилился, а сместился, стал другим по структуре. Не атакующим. Чем-то, что я не сразу опознал.

Потом понял: это был запрос передачи. Он активировал артефакт в своём ядре, посылая сигнал к тем, кто был за дверью.

Я ударил его импульсом. Грудину вскрыло, движение прервалось, артефактный сигнал оборвался на полупути. На его роже перед смертью было что-то похожее на удовлетворение. Как у человека, который сделал то, что должен был сделать, и теперь ему всё равно, что будет дальше.

Это нехорошо.

Я выпустил магию земли в дверь. Петли вошли в стену, и полотно упало внутрь.

За дверью был ещё один коридор. В конце него – не вольеры. Три двери, и за средней пульсировал такой плотный магический фон, что воздух казался горячее, чем был снаружи.

Я пошёл к средней двери.

Открыл её. И кажется я понял, что такое резерв, про который говорил Дарков.

Им оказался один человек – точнее, то, что от него осталось. Мужчина в специальном кресле с фиксаторами по всему телу, подключённый к системе трубок и артефактных каналов. Возраст не угадывался: лицо без выражения, глаза открыты, но смотрят сквозь стену, как смотрят люди, которых удерживают в состоянии постоянного транса. На его шее – не ошейник, а нечто тоньше, вшитое под кожу, с рядом кристаллов, каждый из которых светился своим цветом.