Текст книги "Потерянный континент (СИ)"

Автор книги: Арслан Мударисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Как ни странно, мирное время, если его так можно назвать, не приносило успокоения. Апокалипсис континентального масштаба ощущался всё сильнее, всё больше прорывов было по всему материку, подкошенные силы братства ничего не могли противопоставить этой напасти. Отовсюду приходили слухи, что в разных местах Магнатерры вырезались целые города, но до сих пор находились упоротые люди и политики, которые не верили этим сообщениям. Многие до сих пор считали источником бед человечества орден. В свою очередь мы месяц зализывали раны, целителям банально не хватало сил на всю эту ораву, мана расходовалась лишь на поддержание жизни. Потому болячки затягивались по старинке. В Санктус стали стягиваться члены ордена со всего континента, монахи приходили не одни, а вместе с теми, кто им доверился из числа простых людей. Были среди клириков и наши хорошие знакомые.

– Брат Ким, брат Лим! Ребята! – Поприветствовал я их и всех ребят из приюта.

– Анника!!! – Радостно бежали дети к эльфийке, которая по очереди хватала их на руки и кружила.

В общем, это стало для нас определённым лучиком света в беспросветном мраке последнего времени, где мы утопали в крови людей и нечисти, а главное, теряли товарищей. Только из Наксовцев выжило всего около сотни воинов, полегло много хороших парней из крестьян, которые порой даже слишком назойливо преследовали меня. Сэр Партинакс и Лютый были при смерти, главу партизан ранили какой-то магической гадостью, которая никак не вымывалась из организма, досталось от даркера и бывшему крестьянину. Я лично похоронил нескольких ребят из разведки, с кем не раз ходил в рейды. Одно успокаивало, я точно знал, что смерть не конец, и я тому подтверждение, что у этого мира есть милостивый Творец, благословением которого я пользуюсь ежедневно. И братство Единого словно проекция его доброты. Лишь в этих несвойственных мне мыслях находил успокоение. И вот я увидел друзей, брата Кима, всегда готового отдать последнее, даже будучи голодным, Лима, из-за пощечины которому я был лишён благословения, сирот, волей судьбы призванных противостоять силам тьмы. Все они пришли по зову старших клириков, после серии прорывов, многим странам стало не до охоты на монахов, а потому они пробирались вполне успешно, и Санктус становился единственной территорией, которая могла по-настоящему противостоять инферналам. Всё больше артефактов устанавливалось по периметру, на это дело были задействованы практически все монахи. Потому долгой встреча не получилась. Да и нам самим пора было выходить в путь. О чём нам сообщил один из старейшин ордена на Магнатерре – брат Тер, который пригласил нас в свою палатку. Семидесятилетний мужчина среднего роста, с немного округлым и добрым лицом, украшенным множеством морщин и шрамов, сидел в окружении шести клириков разных возрастов, которые молча внимали словам старшего. Хотя в ордене, конечно же, все равны. «Конечно, конечно».

– Рад познакомиться с вами, гости с Патриама. Наслышан о ваших подвигах, но по независящим от меня причинам, к сожалению, не смог вас уважить раньше.

– Пустое, нас наилучшим образом встретили ваши братья. – Ответил за всех я, а монах благодарно кивнул и продолжил.

– Но, как вы понимаете, мы собрались здесь по другой причине, речь о Благом копье.

– Внимательно слушаем.

– Мы потеряли связь с дальним храмом. И больше не получаем сообщение от хранителей реликвии, но убеждены, что она пока не попала в руки нечисти.

– Почему вы так уверены?

– В противном случае, наш мир уже бы пожирали высшие инферналы.

– Это неплохие новости.

– Да, всё так. И ещё мы понимаем, что вы не члены братства и оказываете нам услугу. Очередную услугу. – добавил Тер. – Орден перед вами в неоплатном долгу, и мы надеемся, что вы не откажетесь от своей миссии, после того, что вам пришлось пережить. – Указал монах на окружающую послевоенную обстановку. – Но отправить членов братства мы всё ещё не можем, ведь для врага с их артефактами мы как факелы посреди ночи. Рисковать копьём нельзя, от этого зависит судьба целого мира. А ваш отряд уже доказал, что лучше просто никого нет. – Орк с гномом довольно заулыбались и приосанились. Да и мне, честно говоря, было приятно. – Брат Тик неспроста выбрал вас. Потому мы просим продолжить миссию и доставить копьё на Патриам. – Тем временем слово взял Геро.

– Уважаэмый аксакал, мы дали слово. Потому просить нас об этом лишнээ.

– Да и не в битвах ли призвание воина? – Поддержал кореша гном. В свою очередь Анника лишь недовольно хмыкнула, мол, чё ты тут распинаешься, старый, мы по любому в деле.

– Простите, если задел, – приложил монах руку к сердцу.

– Да полно вам, брат Тер, просто поставьте задачу, расскажите, что вам известно, где искать копьё, а мы уже постараемся провернуть всё в лучшем виде.

– Реликвия находится в том же месте, что и была. Мы дадим вам точное местоположение тайника, потому как на месте вас уже больше никто не встретит. Боюсь, все местные братья отправились навстречу Творцу.

– Соболезнуем.

– Не стоит, мы счастливы умереть за правое дело.

– Тем не менее, вы тоже чьи-то близкие и друзья.

– Да, все мы просто люди. – Согласился Тер и продолжил: – Мы понимаем, что вы, сэр Руслан, уже не просто посланец ордена, но и своеобразный символ для крестьян, вы их любимый Освободитель.

– Война окончена, услуги вдохновителя больше не нужны, потому не вижу проблем.

– Пожалуй, вы правы, но попрощаться с войском необходимо.

– Да, без сомнений, они это заслужили. – Так я и оказался на постаменте перед остатками повстанцев, которых было для нелюбителя публичных выступлений уж слишком много. Но сказать им что-то на прощание я был просто обязан. Лютый в коме, Партинакс вот-вот может умереть, народ в замешательстве, и тут ещё я, символ их борьбы, куда-то навострил лыжи. Ребята и так пережили слишком много, для крестьян это станет настоящим ударом. Но я верил, что они сильные и справятся. И вот передо мной целое море людей, которые, затаив дыхание, слушали слова Освободителя. В этой массе были и солдаты императора, которые тоже старались не издавать ни звука. Я словно снова оказался под чарами даркеров, но сбивчивое дыхание и бешеный стук моего сердца говорили о том, что звук никто не отключал и всё в норме. Мне дали артефакт, которым пользовались при публичных выступлениях, и каждый присутствовавший, кто меня видел даже издалека, слышал мой голос, словно я стоял рядом. Поначалу я заготовил пафосную речь, но потом, посмотрев на собравшихся, зачем-то начал импровизировать.

– Друзья. Нет, не так, братья! Мы победили. Но никому из нас не радостно, потому что мы многих потеряли, слишком многих… – Перед глазами пролетали воспоминания с лицами павших товарищей, моменты, когда они улыбались, шутили или недовольно ворчали. У каждого была своя история, своя жизнь. На глаза стали накатывать предательские слёзы, борясь с ними, одновременно пытался проглотить ком в горле, из-за чего голос слегка сорвался, и я вынужден был взять паузу, но, собравшись, продолжил. – И всё же мы победили. Да, ребят больше нет. Но там! – Указал я себе за спину, – Там их жёны и дети, там то, за что мы все так упорно сражались. Благодаря их жертве они живы, и они свободны. Все вы поступили правильно, уйдя в Санктус, выбрав свободу от угнетения и встав на защиту своих семей, а теперь уже и на защиту человечества. Вы теперь не просто крестьяне, вы воины, вы святое воинство, которое остановило армии людей и демонов. Но борьба не окончена, твари прорываются в наш мир, и мы должны остановить их. По заданию ордена я должен оставить вас. – Толпа ахнула, люди стали что-то выкрикивать о том, что так нельзя. Что без Освободителя они не справятся. Я жестом попросил тишины и продолжил.

– Братья, я хочу, чтобы вы поняли одну вещь, я вас не освобождал. Вы сделали это собственными руками. Каждый из вас и есть освободитель. Верьте в себя так, как в вас верю я. Не обесценивайте жертву павших и не подведите тех, кто на вас надеется в тылу. – Я дважды ударил кулаком в район сердца, повторяя воинское приветствие повстанческой армии. И вся эта масса людей со слезами на глазах почти синхронно повторила эти движения, создав характерный звук, который, наверное, было слышно на несколько километров вокруг. – Теперь вы подданные императора, служите Санктусу верой и правдой, чтобы мне не было за вас стыдно. – В знак согласия воины снова ударили кулаками в свои нагрудники. И уже я повторил воинское приветствие вслед за ними. После чего поклонился в стиле самураев средневековой Японии и ушёл с моей импровизированной сцены.

На следующий день мы с друзьями уже входили в туман, покрывавший земли Трансеунта. На прощание брат Тер подарил мне какой-то защитный кулон, который как-то должен оберегать владельца от нечисти, как действует артефакт, он не знал, точнее, у каждого пользователя благословенный предмет работал по-разному. А потому его свойства мне ещё предстояло открыть, отказываться не стал, в конце концов, халяву я люблю.

Теперь на нас лежала двойная ответственность, ведь чем раньше мы увезём копьё с Магнатерры на свой континент, тем больше будет шансов у Санктуса и его жителей пережить вторжение инферналов. Потому как все свои основные силы они бросят на его поиски. А с нечистью поменьше совладают артефакты, монахи и святое воинство. В общем, копьё нужно было срочно увозить, на нашем материке позиции ордена были на порядок сильнее. К тому же Тик и остальные братья предупреждены о новой тактике врага по дискредитации членов братства и смогут предотвратить подобное недоразумение. «Надеюсь». А вот если привезти копьё в Санктус, шансов пережить удар у империи поубавится. По мнению монахов, наличие реликвии и вызвало цепь событий последних лет, приведших к фактическому падению ордена. С этими мыслями я шёл по уже знакомым мне лесам, сканируя пространство вокруг на предмет всякой живности и нежити, но пока ничего такого на пути не попадалось. Что очень меня радовало. Признаться я боялся, что монстры в тумане будут на каждом углу, а потому на нервной почве плохо спал и ел. Позже стали встречаться даже люди, немного более мрачные, чем обычно, но в целом вполне обычные. Были на пути полностью опустевшие деревни и города, но встречались и довольно оживлённые, где даже велась торговля на рынках. Прорывы задели не всех, хотя о смерти короля и его войска знали даже в самой отдалённой дыре, отчего обстановка в Трансеунте была мрачная и гнетущая. Люди учились жить по-новому, без крестьян и с сомнительными перспективами на светлое будущее. В случае прорыва все эти оставшиеся граждане и гордые дворяне не жильцы, но это их личный выбор. Хотя по мне глупость. Нас никто не беспокоил, патрулей практически не было, на дорогах стали появляться разбойники. Фактически страна поделилась на множество независимых территорий, по которым мы пробирались, особо даже не скрываясь, на пути к заветному копью, будь оно неладно. Через несколько дней мы пришли в деревню, где впервые нас встретили искренними улыбками. Это была всего одна семья, которая не покинула родного дома. То, что они родственники, было видно невооружённым глазом, все как один белокурые, с голубыми глазами. Отец семейства, мать, шестеро сыновей от десяти до тридцати лет, четыре зрелые симпатичные девушки сёстры. Я с уважением посмотрел на женщину, родившую эту толпу, которая, впрочем, на меня вообще никакого внимания не обращала, как и остальные члены семейства, словно я был пустым местом. Честно говоря, сначала меня это даже немного задело, всё-таки в последнее время именно я был в центре внимания, а тут такое. Но успокоив гордыню, я смирился с тем, что чем-то не приглянулся этому дружелюбному семейству. В конце концов, им ничего не известно о моих подвигах.

– Здравствуйте, гости дорогие, с миром ли вы пришли? – Поздоровался местный патриарх.

– Опрэделэнно! – Заявил Геро, показывая пустые руки. – Болээ того, мы заплатим, эсли накормите нас и дадитэ ночлэг.

– С ночлегом тут всё в порядке, выбирайте любой дом. И с едой что-нибудь придумаем, – заявил хозяин семейства. – Давно у нас не было живых людей.

– А нэжэвых? – решил сострить орк.

– Чур меня чур. И таких тоже.

– А где все люди?

– Ушли. Говорят, войну проиграли, вот они и сорвались с мест. Но что мы о грустном,

Проходите, гости дорогие. Меня зовут Люпин, а эта моя жена Канема.

Дальше он поочерёдно представил всех своих домочадцев, имена которых я не успел запомнить. После чего представились и мы. Я назвал своё имя последним, но они даже на меня не посмотрели, словно для них меня не существовало. «Всё-таки обидно». Вся моя банда зашла в дом, а я решил прогуляться по округе, что-то перехотелось заходить к таким негостеприимным людям. Я сказал ребятам, что пройдусь, но и они сделали вид, что не услышали. «Ну и пошли вы тогда, лучше воздухом подышу», – Обидевшись, подумал я и пошёл осматривать заброшенную деревню. Сквозь негустой туман пробивались лучи солнца, медленно плывущего к горизонту. На фоне опустевшей деревни закат смотрелся мрачновато, но в то же время довольно красиво. Я не спеша шёл по пустым улицам, по привычке продолжая сканировать территорию вокруг, кто-то, может, назовёт меня ссыкуном, но жизнь научила не терять бдительности. Моё внимание привлекли до боли знакомые очертания, которые лежали в яме на другом конце деревни. Я накинул БКЛ и ускорился, дабы проверить, не обманывает ли меня мой сканер. И через десять секунд уже стоял у этой впадины и наблюдал множество обглоданных человеческих останков. Черепа и кости были сломаны, потому я сразу не опознал, что за предметы, покрытые пыльцой, вижу в магическом зрении. В голову молнией ударили слова Люпина о том, что люди «ушли». Но в яме были довольно свежие останки, уж я-то их в последнее время повидал достаточно. В общем, паззл сложился, и я уже со всех ног мчался к дому, куда зашли мои друзья. Я прекрасно понимал, что если уж они не справятся, то я и подавно, в моём отряде были первоклассные рубаки, но чувство беспокойства не отпускало, и я со всех ног мчался, чтобы предупредить их о возможной угрозе. Правда, какой, я и сам пока не понимал.

Жители мглы

Ворвавшись во двор словно ураган, увидел, как четверо самых младших членов семейства как-то странно смотрят на дверь, куда зашли мои друзья, и вроде даже чуть-чуть поскуливают. На меня они внимания снова не обратили, я оттолкнул ближайшего к двери, ворвался внутрь и увидел жуткую картину. Трое моих друзей сидели рядом за столом, Геро что-то весело рассказывал, Инган довольно опустошал бокал с каким-то горячительным напитком, Анника заливисто смеялась, а за их спинами стояло трое прямоходящих существ с мордами, напоминающими помесь питбуля и колли, которые подносили свои огромные раскрытые пасти с рядом внушительных клыков к шеям ничего не подозревающей троицы. По кускам одежды и белокурому цвету редкой шерсти я узнал отца, мать и старшего сына семейства. В истинном облике они были значительно выше, чем несколькими минутами ранее, отец семейства самая крупная особь – двухметровая тварь, с острыми когтями по длине как мои пальцы, под шерстью проглядывались рельефы мышц и жил. Чуть меньше размерами были остальные, но выглядели они не менее внушительно. Настоящие хищники, которые умели и явно любили убивать. На этот раз деревенские меня заметили и, кажется, даже удивились, словно видели впервые. Но думать было некогда, три деревянных кола вылетели из моих рук в опешивших чудовищ. Но тут настало время удивляться мне, ведь монстры играючи увернулись от моей безотказной прежде магии, отпрыгнув вглубь комнаты. Я помнил, что четверо щенков в прямом и переносном смысле остались за моей спиной, а потому в проходе уже вырос целый деревянный ёж, преграждающий путь внутрь. Остальные шестеро детишек были в доме и ждали, когда начнётся их банкет, где главные блюда орк, гном и эльфийка. Несколько выбежали на шум в человеческом облике, но они беспомощно водили глазами, непонимающе поглядывая на старших семейства. Тогда отец что-то им гаркнул на своём собачьем, и эти уродцы стали меняться в облике. В общем, мы угодили в гости к самым настоящим оборотням. А вот когда существа приняли свой обычный облик, то, как и прежде, их родители с удивлением посмотрели на меня. А вот мои друзья вообще не реагировали и продолжали шутить, набивать животы и неуместно ржать. В общем, я был один против целой своры существ с неимоверной реакцией. Поняв, что друзья сейчас мне не помощники, я накрыл их импровизированным деревянным куполом из дерева и листвы. Весь процесс от знакомства с тварями до защиты моего отряда занял несколько ударов сердца. Благословение в очередной раз спасало наши пятые точки. Но вот надолго ли, вопрос оставался открытым. Я запустил гранаты в тварей, но те отскакивали от выстреливающих из желудей игл, словно последние росли в замедленном темпе. Единственным плюсом было то, что пространство в хате полностью заполнялось живой изгородью. Что дало мне ещё несколько дополнительных секунд, я оказался возле самого боеспособного члена нашей группы, краснокожего улыбаки, но тот меня не замечал и продолжал выдавать свои плоские шутки, смотря куда-то в пустоту и глупо смеясь. Недолго думая, я треснул орку пощёчину, но он этого вообще не замечал. В голове мелькнула шальная мысль зарядить ещё раз, «когда ещё такой шанс представится?» но, конечно, я её отмёл, схватил орка за грудки, стал трясти и орать:

– Друган, проснись!!! – Эффект тот же. Ребята были в каком-то трансе, походу уроды чем-то опоили их. В это время прозвучал рёв, который пробил в хаотичном лесе, что я вырастил прямо в хате огромный тоннель, упершись в выставленную мной деревянную защиту, при этом обдав отвратительным смрадом.

И теперь я стоял напротив толпы оборотней, которые с плотоядной насмешкой смотрели прямо на меня. Но если они думали увидеть в моих глазах страх или сомнение, то круто ошибались. Благословение всё ещё работало, что будет, когда оно спадёт, я даже думать не хотел. Ведь раньше оборотней я видел только в фильме ужасов. Хотя и повидал всяческих тварей бездны. На лицо упало забрало БКМА, и я ринулся в бой, при этом стараясь держать гадов на расстоянии каста. Но мне не удалось даже зацепить зубастых тварей, которые в свою очередь кастовали что-то вроде звуковых барьеров или чего-то среднего между магией воздуха и скверны. Которая ломала мои деревянные барьеры. Плюс они умело использовали свои огромные когти, парируя колья и острые ветви, летящие им в грудь. Ситуация была патовой, монстры не могли приблизиться к нам, а я достать их. Их было слишком много, один на один я бы уделал любого из этой стаи. Но от такой толпы приходилось тупо защищаться. Честно говоря, дела были дрянь, благословение кончилось, меня буквально пробирал дикий ужас от вида этих чудовищ. Плюс упала скорость восприятия и движений, потому я в панике кастовал, кастовал и ещё раз кастовал, перемещался и снова кастовал. Пару раз молодых оборотней удалось слегка зацепить, но раны были не смертельны, да и вообще неизвестно, умирают ли эти твари, если проткнуть их простой веткой. Одно ясно точно, им это не понравилось. Я сбился со счёта, сколько времени отгонял зубастых уродов от себя и друзей, которые всё так же сидели за столом, ржали и что-то говорили вдаль. Мана у меня была не бесконечная, и я понимал, что скоро конец, накопители пусты, остался только мой внутренний узел, мана в котором тоже имеет свойство заканчиваться. Раненых монстров стало больше уже на троих, но это их совершенно не останавливало, они с маниакальным упорством пытались достать меня. И через минуту-другую у них это получится. И я принял непростое решение сдаться, а именно умертвить неадекватных друзей и спалить тут всё к чертям собачьим. На себя наложить руки я, пожалуй, не смогу, но вот сожрать моих корешей не позволю. Решение пришло как гром с ясного неба, уставший, из последних сил создал очередной деревянный барьер, утыканный шипами, прикрывший нас, по кругу вырастил на нём тонкие сухие ростки изнутри, которые быстро схватит огонь. Взял Муган Геро и направился к орку, я думаю, если бы ему дали выбор, от какого оружия пасть, он бы хотел, чтобы это был его любимый меч. Геро продолжал говорить в пустоту и задорно смеяться. Я с тяжёлым сердцем и слезами на глазах подошёл к другу и обнял на прощание.

– Прости, братан, я сделал всё, что мог.

– Эээ, отцепись, болэзный. Что с тобой? – Вдруг спросил меня орк. А я немного офигел от такой неожиданной реакции. – Ты опять плачешь, кто тэбя обидэл, и кто тэбэ разрэшил трогать мой мэч? – Тут спич орка прервал очередной рёв оборотня, разрушивший выставленную мной преграду.

– Они сказали! – Показал я на злобно скалящегося альфа-самца и его дружную компанию, которая нас окружила со всех сторон. Геро глянул на Аннику с Инганом.

– А с ними что?

– То же, что и с тобой было, под гипнозом как будто.

– Буди их. – Я не придумал ничего умнее, чем сначала обнять гнома, который тоже очнулся и непонимающе озирался по сторонам.

– Сэр Руслан, чем обязан? – Я кивнул в направлении чудовищ, и гном быстро оказался на ногах с секирой наперевес. После чего я смущённо и переживая за свою безопасность, «не беспочвенно», обнял и Анни. Эльфийка не подвела и просто оттолкнула меня взрывом так, что я впечатался в стену, благо БКЛ принял всю тяжесть удара.

– Подруга, туда смотри! – Сказал Аннике Геро. Эльфийка увидела монстров, и гнев в её глазах лишь усилился. Ближайший ко мне оборотень бросился вперёд, намереваясь откусить мою голову, но был встречен острыми кольями, от которых он снова успешно увернулся. Дальше было уже веселее, какие бы шустрые эти дворняги ни были, модифицированный благословлённый орк был на порядок быстрее. Муган разил чудовищ наповал, которые, впрочем, даже не собирались отступать. «Ну, им же хуже». За несколько минут мы расправились со всем семейством, тела которых после смерти плавились и превращались в чёрные, словно обугленные, скелеты людей с собачьими головами. Я с радостью скинул с себя БКМ, маны оставалось «на донышке». И бессильно упал на пол лицом вниз.

– С тобой всё в порядке? – Засуетилась эльфийка.

Я ответил, не поднимая головы.

– Да, спасибо.

Позже, анализируя всё произошедшее, мы поняли, что нас спасло – амулет, который подарили мне клирики на прощание, наконец-то раскрыл свои свойства. В человеческом обличье для этих тварей скверны я был полностью невидим. Плюс на меня не действовал гипноз, хотя благодаря моему второму комплекту сознания, ну или памяти, оставленному почившим Раданом, ментальные атаки так и так не работали, проверено в битве с высшим инферналом. Как бы там ни было, когда я обнял орка, артефакт коснулся его и снял наваждение. То же самое произошло и с остальными.

– Слушай, а зачэм ты Мугана взял и почэму опять плакал, как дэвчонка?

– Да подумал, зачем он тебе, всё равно скоро станешь обедом. А слёзы текли от смрада из пасти твари.

– Да, воняло нэ слабо. – Согласился Геро. Но кажется, орк понял, зачем я взял Мугана, а затем обнял его. Тем не менее, краснокожий не стал острить, а мягко похлопал меня по плечу, видимо, одобряя принятое тогда решение не оставлять друзей на съедение тварям. И присел у костра, на котором мы варили еду из собственных запасов.

Погибших бедолаг из деревни, которых я нашёл в яме на окраине, мы там же и похоронили, «удобно иметь мага земли в друзьях». Я сказал пару слов над братской могилой, типа: «Смерть не конец, и удачи в вашем новом путешествии, и спасибо, что спасли жизни моим друзьям», – не найди я вовремя трупы, то лишился бы всех. После чего мы отправились в путь. Я не выспался, меня до самого утра трясло. Отходняк был тот ещё, было даже немного стыдно, особенно перед Анникой, но ничего поделать с предательским тремором я не мог. Вообще удивляюсь, как инфаркт не получил, ведь большую часть времени дрался с оборотнями без благословения и жутко боялся. Хорошо, что в штаны не наложил, у Геро повода для подколов было бы на год вперёд, если не на всю жизнь. Так и вижу: сидят два старика, куча детишек, шустрые орчата с озорными улыбками, мои сорванцы, и этот гад выдаёт: «А помнишь, как ты обделался при виде нескольких собак?» – и хрипло ржёт. А мои внуки спрашивают: «Деда, правда?», а я отвечаю. «Да, было дело, но только то были гигантские оборотни-великаны размером с гору, любой бы обделался».

Я потряс головой, словно стряхивая идиотские фантазии. По пути мы встречали ещё несколько деревень, где нас ждали похожие улыбчивые стаи людей-волков с волчатами. Меня они в человеческом обличии не видели, словно что-то отводило им взгляд, а вот друзей они активно приглашали в гости, пытаясь накормить чем-то дурманящим и схарчить. С одними из монстров орк с гномом решили пообщаться, прежде чем отправить их обратно в бездну.

– Инган, чем тут воняет? – Громко спросил краснокожий.

– Разве? – Удивлённо спросил гном.

– Да, дерьмом каким-то.

– Ну что вы, господа, у нас здесь всё чисто. – Распинался радушный хозяин-гигант с гривой чёрных как смоль волос. Детишки были под стать бате, и все семеро совершеннолетние, да и жена выше меня на голову. В глазах альфы промелькнуло лёгкое раздражение, но он погасил его приятными мыслями о вкусном обеде. Его чуткий нос мог уловить запах крота под землёй в километре от него. И он совершенно чётко знал, что вокруг пахло только луговыми травами. Яма с телами местных жителей была довольно далеко, и никто из этих пришлых не смог бы этого учуять. К тому же его стая не оставляет на костях даже кусочка мяса, а потому и смрада гниения быть не должно. Потому черногривый решительно не понимал, почему эти куски еды такое говорят.

– Да нет, правда несёт откуда-то дерьмом. – Настаивал на своём орк.

– Хотя вы правы, сэр Геро. Именно им, причём кошачьим.

Альфа аж закашлял от удивления.

– Да, точно, словно девять кошек гадили вокруг дома. – На детину было страшно смотреть, такого поворота он явно не ожидал. На лице оборотня отобразилась вся гамма чувств, от унижения до праведного гнева. Его первого из круга волков, десятого по силе среди свободных стай, сравнили с презренной кошкой? Но мои утырки не унимались, да и Анника решила подыграть, включив легкомысленную дурочку. «Ну вот, может, когда хочет».

– Ой, а я люблю кошечек, они пушистые. Кис-кис-кис.

– Запах кошачьих нечистот ещё более или менее терпим, не то, что собачьих. – Продолжил развивать свою мысль Гном.

– Ооо, да от этих воняет так, что хоть на месте умирай. Но на фоне вони от волков все они словно темноцветики.

«Это он про аналог фиалок».

– Да, волкам даже гадить не надо, так и так смердит. – Поддержал друга гном.

– Кис, кис, кис, выходите, котики, я вас поглажу.

Мою же реакцию можно было описать, как рука-лицо. Мне было не до шуток, благословение я пока не накидывал, а потому, видя размеры этих ребят, представлял, насколько больше они станут, когда перекинутся, и не ошибся. Оборотни, видимо, и сами не поняли, как дружно трансформировались, злобно скалясь. И даже превратившись, они по-прежнему не замечали меня.

– Оо, а вот и котятки появились. – Улыбнувшись, сказал орк.

– По-моему, это рыси.

– Кис-кис-кис.

Бешенный рёв оборотня встретила воздушная стена орка, мы уже проворачивали подобное и действовали слаженно. Каждый знал свою роль и место в битве. Стая оказалась сильнее прежних двух, с этим альфой один на один я бы встречаться не хотел, но благо он пытался скушать улыбчивого орка, который продолжал подначивать трёхметрового волчару: «Сметанку любишь?», «за ушком почесать?», «вы правда в марте мяукаете?» Бой длился пять минут, у волков не было ни шанса.

Я упокоил лишь одного. Остальных положили друзья.

– Ээх, побольше бы чудовищ, с ними так вэсэло играть. – Сказал орк, и эльфийка с гномом плотоядно улыбнулись.

– Слушайте, тут не они чудовища, а вы! – Геро с Инганом даже приосанились, а вот Анни уже готовила «безопасный» фаербол. – Но я поспешил исправить ситуацию: – Кроме тебя Анни, ты просто душка. – Сказал я с самым честным взглядом, на который был способен, сделав вид, что даже не заметил в её руке орудия намечающейся экзекуции. Конечно, не поверила, просто сделала вид. Вообще, со всеми нами эльфийка была максимально сдержанной, несмотря на свой крутой нрав. Наверное, потому что искренне любила и знала, что если мы и шутим, то не с целью насмешки, а больше ради того, чтобы сбросить стресс, который стал нашим постоянным спутником. И все её угрозы были элементом этой игры, которую мы давным-давно начали с орком.