Текст книги "Бывший муж. Ты снишься мне каждую ночь (СИ)"
Автор книги: Арина Арская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)
Эпилог
Сейчас нашей Чипсинке три года, и зовут её Надюша.
Надежда.
Наша поздняя малышка действительно стала символом надежды. Надежды на новое начало, на новую любовь между мной и Арсением.
Поняла я, что беременна, не сразу. Лишь к концу третьего месяца. Как так получилось? Почему я не замечала?
Наверное, я попала в ту самую женскую ловушку влюблённости, когда многие рациональные вещи игнорируются и упускаются из внимания. Поэтому я только к концу третьего месяца осознала, что у меня задержка и что я ем непростительно много солёного и остренького.
Арсений знал о моей беременности уже с того самого момента, когда кассирша с чипсами рассказала о своей сестре.
Знал и молчал. Знал и ждал, когда я сама всё пойму, когда сделаю несколько тестов, а после с этими тестами заявлюсь к нему в его новый офис и закричу, что я совершенно не готова к третьему ребёнку. И что он, подлец и негодяй, использовал меня.
После этих криков я, конечно же, расплакалась. Он меня обнял и сказал, что всё будет хорошо. Что мы поженимся, что у нас родится новый ребёнок. Но я ему отказала.
– Я замуж за тебя не пойду, – сказала я тогда, вытирая слёзы. – И свою хитрость укороти.
Я совсем не боялась быть беременной и незамужней женщиной.
Арсений не стал спорить. Он принял мой отказ. Но потом, в течение беременности, он поднимал ещё несколько раз вопрос о замужестве.
Несколько раз вставал на колени с кольцом и клятвами о любви, но я отказывала.
Говорила, что не хочу идти за него замуж. Наверное, это его обижало, но он… Понимал, принимал, терпел и ждал нового момента для предложения.
Новое предложение последовало сразу после рождения Надюши. Я лежала на койке, уставшая, бледная, без сил, с малышкой на руках, а Арсений опять опустился на колени и тихо попросил быть его женой.
Я отказалась. Даже нянечки, медсёстры и акушерка возмутились моей жестокостью, пытались продавить, говорили, что я не жалею мужика и что нужно срочно выходить замуж, раз уж родила ребёнка, но я твёрдо стояла на своём.
У меня всё ещё не было желания быть женой Арсения.
Это не отменяло моей любви, моей заботы о нём, моей близости и привязанности. Просто я не видела смысла в замужестве. Я уже была замужем, и этот мой “замуж” закончился горько.
И вот, когда Чипсинке было полтора года, Арсений на кухне кормил её размолотой в пюре сладкой тыквой. Терпел от неё сердитые плевки завтраком, терпеливо вытирал губы и упрашивал покушать за папу и маму.
Я неожиданно, после глотка кофе, заявила:
– Да. Наверное, можно выйти за тебя замуж.
Арсений тогда весь замер, и даже Надюшка почувствовала его напряжение и растерянность. Тоже вся напряглась, с круглыми глазами. Арсений медленно оглянулся на меня, а я сделала новый глоток кофе, кивнула своим мыслям и повторила:
– Да, я, пожалуй, выйду за тебя.
Арсений после моего ответа вздрогнул, уронил ложку. Тыквенное пюре разлетелось оранжевыми каплями по кафелю, и он медленно откинулся на спинку стула. Потом медленно выдохнул и накрыл лицо руками.
И вот тогда я поняла – вот как должен реагировать мужчина на согласие женщины быть его женой.
С отчаянной растерянностью, с отчаянной радостью, с той радостью, от которой вздрагивают плечи и выступают слёзы на глазах.
С той радостью, с которой забываешь, как дышать.
Почти так же отреагировали на новость о нашей свадьбе его мама и наши дети. Они тоже замерли, округлили глаза, выдохнули и прикрыли лицо руками. А после все втроём даже всхлипнули и вытерли подступившие слёзы.
Моя мама на новость, что я вновь выхожу замуж за Арсения, лишь фыркнула и опять назвала меня дурой. Поэтому приглашение на свадьбу она не получила, а наши дети с ней так больше и не общались, потому что они для моей мамы так и остались глупыми и бессовестными предателями.
Ну что ж, моя мама из тех людей, что не умеют прощать и любят быть жертвой. Это её право. Это её жизнь.
Свадьба была небольшой, но очень уютной, трогательной и милой. Никаких помпезных залов, многоэтажных тортов. Было много света, тепла, добрых пожеланий, смеха, шуток и танцев на берегу озера.
Мама, конечно, после моей свадьбы опять позвонила и опять начала обвинять, что я неблагодарная дочь, что не пригласила её на свадьбу, и что она больше не желает меня знать, и что в её жизни больше нет дочери.
В итоге в своих обвинениях она сказала, что ей жаль, что у Насти ничего не получилось с Арсением, что Арсений должен был остаться с ней и что я должна была быть одинокой, а я посмела вновь поверить в любовь.
Я сбросила звонок. И задумалась в последний раз о судьбе Насти.
Настя действительно получила запрет на въезд в Великобританию и ещё несколько европейских стран. Снимут этот запрет только после того, как она выплатит моральную компенсацию в пользу клиники, которая сама оказалась в серьёзных долгах перед Арсением. Да, клинику закрыли, но выплаты за моральный ущерб никто не отменял.
Сейчас Настя безработная и сидит на шее у матери, которой приходится работать на трёх работах. Она всё ещё не теряет надежды, что её милая доченька обязательно встретит щедрого красивого миллиардера, который обеспечит им безбедную жизнь.
И, конечно, через пару лет Настя опять встрянет в историю с богатым мужиком, но в этот раз ей повезёт намного меньше.
Потому что в этот раз ей попадётся не интеллигентный и воспитанный Арсений, а жестокий психопат, который после развода с женой всю свою злость и неудовлетворённость от жизни спустит на Настю. Он будет её запирать в шикарном особняке на сутки без еды, бить, унижать.
Всё закончится тем, что она, голая, в синяках и в крови, сбежит от него. Попадёт в больницу, а после скроется в одном из женских кризисных центров. Там и заляжет на несколько лет на дно. После она никогда не свяжется с мужчинами – ни с бедными, ни с обычными, ни с богатыми.
Её мать тоже потом сбежит в глухую деревню и будет там жить у дальней родственницы в качестве помощницы по дому.
Ольга Викторовна, наш семейный психолог, всё же потеряла лицензию психотерапевта и получила запрет на предоставление психологической помощи.
Её дипломы и сертификаты были аннулированы. Был суд. Вскрылось множество ситуаций, когда она раскрывала личные подробности своих клиентов, а также моменты, когда она вредила клиентам.
В итоге ей пришлось влезть в долги и кредиты, чтобы оплатить начисленные штрафы.
Сейчас она работает совсем не психологом. Без своих дипломов и подтверждённой квалификации она оказалась никому не нужна в её возрасте, и в итоге она сейчас моет посуду в одном недорогом круглосуточном кафе.
В будущем её тяга к обману, лжи и манипуляции толкнёт на новые схемы, но в итоге у неё ничего не выйдет. Её выгонят с позором, и ей придётся идти мыть полы на завод, но даже туда она принесёт с собой интриги, склоки и новые скандалы.
А теперь можно немного слов сказать и о Руслане. Руслан предпринимал за это время несколько попыток вновь подкатить ко мне со своими драгоценными Фаберже, но всегда получал твёрдые отказы. В последний раз Арсений сломал ему нос.
Только после этого он исчез из моей жизни и переключился на другую женщину. Эта женщина была старше его на десять лет, тоже давно разведена, богатая, ухоженная, состоятельная. Она тоже купилась на его красивые ухаживания, влюбилась и даже согласилась выйти замуж.
Когда всё шло к шикарной пышной свадьбе, Руслан опять всё сам испортил. Эта богатая и красивая женщина застукала его со своей дочерью. Был громкий скандал.
Руслана неплохо отмутузили охранники его невесты, так что он попал в больницу, а после ему пришлось уехать из города: бывшая богатая невеста оказалась очень мстительной дамой.
Она пообещала уничтожить его, стереть в порошок и развеять по ветру. Так и скрывается он сейчас под чужими именами и боится за свою шкуру.
Вот так распорядилась жизнь с участниками всей этой истории нашего с Арсением развода.
Я прожила эту историю стойко и с верой в лучшее. Я каждый день напоминала себе, что я прежде всего мать и что моя любовь однажды вознаградится. И она действительно вознаградилась. Я сейчас счастлива.
И я за всё это время выросла морально.
Во мне укрепились мои важные жизненные принципы. Я стала сильной, независимой и уверенной в себе женщиной, чья любовь говорит не про зависимость, не про страх разрыва, не про страх одиночества. Моя любовь говорит об уверенности в завтрашнем дне. И о том, что я – самая главная ценность в жизни Арсения.
Я научила его ценить меня, наших детей, наши будни. Я научила его дорожить нашими обедами, ужинами, нашими разговорами. Я научила его беречь наши планы на будущее. Я научила его бояться потерять меня.
И сейчас я смотрю, как он возится с Чипсинкой, и вместе они строят замок принцессы из розовых кирпичиков лего, и улыбаюсь.
Арсений никуда от меня не денется, но вот он совсем не уверен в том, что я – постоянная константа в его жизни.
Для него это полезно. Это держит его в лёгком мужском напряжении и заинтересованности, ведь мужчины – завоеватели и охотники.
Даже после десятилетий брака жена всё равно должна оставаться недостижимой загадкой, неуловимой добычей, которая в любой момент может ускользнуть.
– Насколько большой замок мы строим? – интересуется Арсений у нашей дочки.
Она подхватывает с пола несколько розовых кирпичиков, задумчиво хмурится и уверенно заявляет:
– Очень большой. Такой, чтобы я там поместилась.
– Тогда нам явно нужна помощь, – хмыкает Арсений и хитро щурится на Надю. – Давай так: ты зовёшь к нам на помощь Аришку с Павликом, а я уговариваю маму нам помочь построить самый большой замок для принцессы.
– Давай! – с восторгом вскакивает на ноги Надюшка и торопливо выбегает из гостиной с криками: – Аришка, Паша, пойдёмте строить замок! Самый большой замок принцессы!
Арсений поднимается с ковра, медленно подходит к дивану, на котором я сижу, опускается рядом и с улыбкой заглядывает в моё лицо.
– Это был мой хитрый план, чтобы поцеловать тебя.
– Да ты что, – говорю я.
И Арсений больше не даёт мне ни слова сказать. Он сгребает меня в охапку и жадно впивается в мои губы, целует меня глубоко, по-настоящему.
Мы вновь украли у этой жизни несколько минут для нас. И вновь в эти несколько минут существуем только я и Арсений.
