Текст книги "Обними. Поклянись. Останься (СИ)"
Автор книги: Арина Александер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)
Кажись всё.
Теперь можно и на работу.
Что кондитерский магазин, что продуктовый – лично для меня не было никакой разницы. И там, и там продукты, многие из которых хранятся в холодильниках. Есть весы и простенький кассовый аппарат. Анжела Эдуардовна передала мне смену, вручила толстую тетрадь, в которую можно было вписывать по блату должников и прочие рабочие заметки с пожеланиями.
Большинство посетителей были местными и хорошо приученными к установленным правилам. В долг тут не особо давали, но порой были и исключения для некоторой «касты». Вот это меня напрягало больше всего. Одно дело, когда не хватает по мелочи, и совсем другое, когда тупо брали «на крестик» до получения аванса.
– А если не отдадут? – озвучила я свои подозрения.
– Не переживай, – заверила Эдуардовна на последок, – у меня всегда возвращают. А вот с любителями сорокоградусной советую быть построже. Сразу ставь на место, чтобы не обещали. Никаких завтра или в конце недели. И ещё, за мальцами следи, они тут часто подворовывают по мелочи. Если касса не будет сходиться – вычту из зарплаты. Ясно?
– Ясно.
Всё как всегда, ничего нового, только…
Насколько тут специфичный район я поняла практически сразу. Все почему-то считали, раз я новенькая, да ещё и молоденькая, то меня можно запросто обвести вокруг пальца, заговорив, а потом и запутав со сдачей. Наивные. Да я сама кому хочешь запудрю мозги, начав с элементарного обвешивания и заканчивая той самой сдачей. Просто совесть не позволяла прибегать к таким методам. Но когда мне фыркали в лицо или придирались к качеству продуктов, желая уличить меня в бессовестности – я тут же активизировала свои способности. Меня не нужно обвинять в том, к чему я не имела отношения. Я тут первый день, не прошло и двух часов, а мне уже начали тыкать, грубить и высказывать свое «фэ» за просроченные колбасу или твердый сыр.
М-да уж… Чувствую, будет весело. Стоило уточнить с Эдуардовной некоторые моменты, потому как травить покупателей в мои планы никак не входило.
Правда, были и хорошие моменты. Ко мне подкатывали мужчины, строили глазки студенты, угощали конфетами дедули. Вменяемых, адекватных покупателей было больше, и я всячески старалась угождать им, отодвигая некачественную продукцию на задний план.
И вроде, всё шло как положено, я быстро влилась в работу, успев познакомиться со многими жильцами из окрестных домов, Варя тоже периодически спускалась ко мне, помогая коротать время. Но практически под конец смены, в магазин заявились два мужика. Я бы даже сказала – мужичка. Мужчинами их назвать было сложно: припухшие лица, недельная щетина, грязная одежда – типичный портрет закоренелых алкоголиков.
Один буквально отравлял всё вокруг себя, дыша выедающим глаза перегаром, и именно он принялся вести со мной «переговоры», настаивая на продаже спиртного в долг. Второй же спокойно стал возле двери, заняв позицию наблюдающего.
– Это ж надо, какие мы строгие – сразу нет! Новенькая? – пытались наладить со мной контакт.
– Ваша наблюдательность на высшем уровне, – съязвила, оттесняя пьянчугу подальше от прилавка. Пускай проваливают.
– Чё? – не понял, уперев руки в бока.
– Слышь, Рапунцель, – вмешался второй, отлипая от двери, – не выехивайся. Себе только хуже сделаешь.
Теперь уже я начала отступать назад, панически выискивая в окне запоздалого прохожего. Может повезет и кто-то вспомнит о не купленном к ужину хлебушке?
– Мы же к тебе по-нормальному? По-нормальному. Людка всегда отпускала без проблем, Стёп, подтверди!
– Угу.
– Не хочу вас огорчать, но ваша Люда не вышла сегодня на работу. Наверное, из-за огромной недостачи и таких вот «заядлых» покупателей. А сейчас извините, мой рабочий день подошел к концу.
– Не понял, ты что, глухая? Бутылку гони! – попер на меня в дупель пьяный урод, пытаясь схватить за руку.
– Стёп, да ну её. Бери вон ту, семьсот граммовую. Потом разберемся.
У меня отвисла челюсть.
– Вы что себе позволяете? Я сейчас милицию вызову!
Я бросилась за прилавок, планируя набрать Анжелу. За мной ломанулись следом.
– Васька, держи её!
Меня грубо схватили, обвив цепкие руки вокруг талии.
– Хорошо, – задышала хрипло, не столько от страха, сколько от тошнотворного запаха, – извините. Я слегка перегнула палку, давайте решим ваш вопрос мирно. Что именно вы желаете?
Василий отпустил меня, освобождая перехваченные грубыми клешнями руки и… тут же получил по роже.
Глава 7
– Ну, давай, показывай, как обустроился.
Гарик протянул мне на входе коробку с чачей, небрежно скинул ботинки и пошел гулять по квартире. По пути бросил пальто на диван, чуть дальше швырнул шарф. Видимо на журнальный столик хотел кинуть, но промахнулся. Я привык к его наглости, поэтому забил на гостя и пошел в кухню. Спустя пять минут друг, а по совместительству и босс, сам пришел ко мне, деловито рассматривая комнату.
– А ниче так: двушка, четвертый этаж. Ремонт для такой дыры неплохой. Я бы даже сказал, очень неплохой. Все сбережения потратил?
– Ты сравнил, конечно, мою трешку и эту халупу. Эта мне обошлась за сущие копейки. Бывшие владельцы в другой город переезжали, оставили с мебелью. Заезжай и живи.
Тут мне, и правда, повезло. Дом новый, крыша не течет. В квартире две изолированные комнаты с современным ремонтом. Просторная светлая кухня с барной стойкой, раздельный толчок и ванная, встроенная мебель. Глупо было отказываться. Да и еще владельцы хорошо скинули цену, потому что торопились. Взял не раздумывая.
Дом стоял как раз напротив халупы Богданы. Периодически я наблюдал как девушка суетливо бегала туда-сюда, то одна, то с ребенком. С моего балкона, её дом был как на ладони.
– Да-а, квартирка мне нравится. Правда, городок маленький. Тебе тут не скучновато? – Гарик подмигнул мне и почесал лысую макушку, заняв место на барном стуле.
– Предлагаешь развлечься? – я оценивающе глянул на подаренную бутылку и перевел взгляд на чайник.
– Да. А то ты совсем угрюмый. Помнишь, как мы раньше зажигали? – друг оскалился белоснежными, как унитаз, зубами и указал на чай.
– Ты Натаху опять вспомнил? – щелкнул чайником и сложил руки в локтях, ожидая пока вода закипит.
– А то! Она неплохо отработала тот тройничек. До сих пор ее вспоминаю и дрын встает. Лучшее средство от импотенции, – Гарик заржал, и я тоже не удержался.
Гарик неисправим. Мы с ним знакомы с универа. Он всегда был пробивным парнем, любителем покуролесить. Девчонки на нем висли. А что? Высокий, спортсмен, при деньгах. Это сейчас он облысел и обзавёлся пивным животом, а в универе занял первое место по футболу.
Сразу вспомнилось, как мы отжигали. Натаху вспомнил. Тройничок тот. Ничего так оторвались. Наташка вроде на втором курсе училась. Красивая сучка. Ноги от ушей, бедра, грудь тройка. Все при ней. И характер безотказный. Безотказный настолько, что отказать не смогла разве только заядлым прогульщикам, которые и не знали о существовании такой Натахи. Да-а… Молодость у нас была бурная.
– Я предлагаю сгонять в местное заведение. Слышал, вроде как приличное. Ну, по крайней мере для такой дыры, – хохотнул товарищ. – Танцы, телки, выпивка. Поедем?
– Кто еще будет? – просто так Гарик вряд ли бы ко мне приехал, поэтому я хотел заранее быть в курсе программы.
– Пацаны будут. Наши. Из казино. Я, конечно, понимаю, что ты в отпуске после больнички и пока не вернешься в город, но работка у меня для тебя есть. Поэтому нужно кое-что перетереть. Прокатимся?
– Давай, – выключил чайник и убрал приготовленные стаканы обратно в сушилку. Гарик молча наблюдал за тем, как я выстроил ровным рядом посуду и не сдержался:
– Страшный ты человек, Глеб Витальевич. Порой я тебя боюсь.
Покачав головой, он направился в коридор обуваться, а я лишь усмехнулся. Будто он мне Америку открыл. Эту фразу я слышал уже сотни раз и не только за привычку всё расставлять по своим местам.
– Слышал твоя бывшая замуж выходит? – по пути к авто, как бы между делом спросил товарищ.
– Угу. Через несколько дней.
– И как ты?
– Норм, если не считать, что меня пригласили на свадьбу, – ответил, открывая авто.
– Охренеть… А ты что?
А что я? Я сначала ох@ел от такого выпада. Что-что, а вот приглашение в качестве гостя на свадьбу этой сладкой парочки я точно не ожидал. Юлька тогда сразу поняла в моем продолжительном молчании весь арсенал русского мата, пока я пытался придумать вежливый ответ. Ладно, рога мне наставила, залетела параллельно со мной трахаясь. Хер с ним. Но звать на торжество – предел людской тупости.
– Это ради Сашки. Он очень хочет тебя увидеть. Я понимаю, ты не можешь приехать, но на свадьбе точно тебя никто не будет выжидать, поэтому вы сможете пообщаться с сыном, – промямлила бывшая.
Я ей тогда так и не ответил. Сказал, что подумаю. Уже столько времени прошло, а я до сих пор не дал ей ответ, ибо для меня её голос горьким ядом по венам расползался, а видеть – вообще равносильно медленному самоубийству остатков нервных клеток. Но Сашка… Вот по нему я жутко тосковал.
Прокрутив в голове свои мысли, я ответил Гарику не сразу:
– Ничего, – дал понять, что не хочу продолжать эту тему и завел двигатель.
* * *
Когда Гарик говорил про местный клуб, он имел в виду «Александрию» – весьма недурное заведение, совмещающее в себе стриптиз-клуб с борделем. На первом этаже в неоновом свете утопали кабинки и подиумы с шестами, барные стойки, а на втором приват-номера для плотских утех. За дальним столиком нас уже ждали двое мужчин в черных костюмах. Они выбрали удачное место: подальше от суеты, но подиум с извивающимися на шестах дамами было видно хорошо.
Дождавшись, когда официантка прекратит крутиться рядом, Гарик представил меня:
– Это Глеб, начальник службы безопасности в моем казино. Я про него рассказывал. Сейчас Глеб в отпуске после больничного, но согласился нам помочь.
– Денис. – Миша.
Мужчины приподнялись со своих мест, чтобы обменяться рукопожатиями. Я не успел присесть, как мне пододвинули бокал с бронзовой жидкостью, а Гарик сразу приступил к обсуждению насущной темы, вводя меня в курс дела:
– Короче, этот сученыш Игнат, свалил. Решил кинуть меня на бабки. Баба с ребенком тоже испарились. Мои люди везде просматривают, но прошло почти две недели, а результат нулевой. – Он уставился на меня и хитро улыбнулся. – Настало твоё время, Глеб. Для тебя никогда не было проблемой найти нужного человека.
Он прав. Найти человека – не проблема, если пораскинуть мозгами. Бесследно даже иголка в стогу сена не испарится, если проявить смекалку и упорство. Так мой отец говорил и я с ним согласен. Тем более, это не первый такой заказ со стороны Гарика. Должников мы выцепляли и раннее. – Сколько он тебе должен? – поинтересовался, рассматривая зал. – Больше, чем ты можешь себе представить. Тема долга тебя не касается. Мне главное чтобы ты мозг свой включил и нашел, дальше мы сами, – друг опрокинул в себя залпом скинфтер с коньяком и сморщился. – Хорошо. Скинь мне что есть на этого Игната, я займусь, – я сделал небольшой глоток, отметив приятный вкус с древесными нотами.
– Нам нужна девушка с ребенком, – вклинился Денис. – То есть? – опа! Неужели до сих пор та тема? Я покосился на Гарика, который увлеченно дербанил телятину и делал вид, будто не замечал мои взгляды. – На Никифорова сложно влиять. С ребятами он встречался, болью его не проймешь. Убивать смысла нет. Пока что. Нам нужна баба, – добавил Миша и стал всем разливать новую порцию.
Я отказался, ибо не допил первую. Странные они. Вроде солидные люди, а коньяк пить не умеют. Кто ж его залпом-то пьет?
– Что вы с ними делать будете? – поинтересовался, параллельно наблюдая за тем, как какой-то молокосос совал белобрысой танцовщице в трусы купюры, уговаривая подняться с ним наверх. Бедолага. Небось, всю стипендию с собой притащил, а деваха ломалась. Да кинь ты ей еще пару банкнот, и будет все в ажуре.
– Для начальника сб ты слишком любопытен. Это не твои заботы. Давай лучше поговорим про оплату. С нас наличка и бонусы, – подмигнул Миша. Мне протянули конверт, но я к нему не притронулся, решив дослушать до конца. Михаил продолжил: – Я слышал про покушение на Дударева. Про твоего бывшего босса, с которым вы крутили свои делишки тоже слышал. Здорово вам прижали хвост. Ты же даже документы сменил.
Было такое. Прокололся. Нехило так прокололся, что начали трясти всех. Следы я зачистил, но из города пришлось свалить. – Давай ближе к сути, – сделал еще глоток, кайфуя от ощущения, как алкоголь прокатился по пищеводу, согревая желудок. – Мы можем урегулировать этот вопрос. Ты вернёшься в город, будешь рядом с сыном, – добавил Денис. – Он точно вам торчит только долг? – усмехнулся я и поставил скинфтер на стол, обводя взглядом свою компанию. – Он мне должен очень много. Тебе такие суммы даже не снились. Не думай за других, подумай о себе. Пока есть шанс воспитывать сына. А то будет Сашка звать Вала батей, – вклинился Гарик.
Меня передёрнуло. Пошел моральный прессинг и весьма удачный. Ровнехонько по больному. По страхам, в которых себе признаться боялся, прокатились. – Мне нужно подумать. Пойду покурю, – я встал из-за стола и отправился на выход. Краем глаза заметил, как Гарик что-то сказал своим знакомым и поторопился за мной.
Затянувшись желанной сигаретой, выпустил густое облако дыма вверх и прислонился к стене. Что-то тут не чисто. В силу своей должности мне и раньше приходилось искать должников, направлять людей к их родне, но я всегда был в курсе сумм и оплат за каждый завершенный кейс. Я прекрасно знал, во сколько выйдет урегулировать мои проблемы, поэтому в версию с Никифоровым не поверил. Гарик бы так напрягаться стал только в одном случае: если бы этот Игнат само казино заложил и трахнул его любимую собаку Альму. В других случаях дергаться бы не стал. Здесь что-то другое и похоже, меня хотят использовать в темную. Только вот я в такие игры не играю.
– Глеб, не торопись с выводами, – Гарик вышел следом и стрельнул из пачки одну сигарету. – Там правда большой долг. Трешку он мне заложил уже, ещё столько же остался должен и пропал. Я бы может так шевелиться и не стал, но этот черт взял в долг у Мишани, подсунув липовые доки на квартиру. Понимаешь? Дело не только в деньгах, сколько в том, что эта сука решила нас идиотами выставить. Тебя не было, секретутка приняла левый документ, ни хера не проверив.
– Ничего не понял, кто и кого, что брал? Какие доки?
– Эх… – он махнул рукой. – Короче, дело не в деньгах, а в том, что он нас на@бать хотел. Так понятнее?
– Сразу почему не сказали?
– Да Мишаня не хотел показаться лохом перед тобой. Я тебя ему так расхвалил… Но ты сразу все сложил.
– Хорошо. Это я, допустим, понял. Даже сделаю вид, что поверил. Но причем тут баба? Ребенок причем? Я же могу в два счета найти этого выродка, минуя непричастных людей, – продолжал допытываться, тщательно сканируя реакцию товарища. Тот понял, что я не верю ему, и ехидно заулыбался:
– Там баба такая же, как её мужик. Таких жалеть не стоит. Была в курсе дел муженька, падкая на боблишко. К тому же слабая на передок. Шлюшка. Ну, прямо, как твоя Юлька, – продолжить он не успел, потому что я схватил его за грудки и припечатал к стене.
– Еще хоть слово о моей бывшей – и ты пожалеешь, – процедил сквозь зубы, наблюдая в глазах Гарика испуг.
– Она к Мишане захаживала, пока её идиот в казино игрался. С другими тоже хвостом крутила. Не бесплатно, за презентики всякие. Внешне милая, жертву строит. Глаза, как у олененка, а внутри прожжённая тварь. Ничего с ней никто не сделает. Просто найди её и щенка, привези нам. Взамен оплата по тарифу и жизнь без проблем. Вернешься в город, будешь в казино работать на месте, а не удаленно. Ну, по рукам? – он протянул мне руку, но я отстранился.
– Мне надо подумать. Мы же отдохнуть сюда приехали? Давай расслабимся, сразу ответить не смогу.
Деловая встреча переросла в обычный мальчишник. У меня получилось расслабиться, атмосфера к этому располагала. Красивые девушки, музыка, вкусные закуски. И, как бы это не звучало, интересная компания. Вспомнили юные годы, универ и случаи на работе. К начальной цели нашей встречи мы больше не возвращались. И правильно. Гарик меня прекрасно знал. Я не был поклонником скоропалительных решений, предпочитая просчитать каждый шаг, взвесив за и против.
К алкоголю я больше не прикасался, понимая, что мне за руль.
– Красивые девочки, да? – оживился Денис, когда в зале заиграла «No Drama – Tinashe feat. Offset» и на сцену вышли три девчонки в красном белье. Огненные, стройные и невообразимо пластичные.
– Да, – кивнул я, восхищаясь тем, как изящные тела крутились на пилоне.
– Любую из них можно снять, если что.
– Любую говоришь? – мое внимание привлекла шатенка в центре. Она вытворяла такие кренделя на шесте, что мне показалось, будто эта девочка забыла, что такое гравитация. Нереально изящное тело. Нереально сексуальные движения. Нереально возбуждающее белье, которое она единственная из тройки не сняла, чем вызвала еще больший интерес у посетителей. Мне тоже захотелось оказаться ближе, но вовсе не из-за танца. Дело в другом, во внешности. Она была очень похожа на Юльку. Такая же хрупкая, изящная, с умопомрачительной троечкой и… самое главное – темненькая, с точь-в-точь такой же длиной волос и аккуратной формой носа.
– Пойду познакомлюсь, – я подмигнул пацанам и направился к сцене, преградив девушке путь.
– Привет, – томно протянула она и подошла вплотную, оценивающе скользя по мне взглядом. – Хочешь, чтобы я тебе станцевала?
– Как тебя зовут? – хрипло спросил, затягиваясь её горьким парфюмом.
– Юля, – она облизнула губы и подмигнула. – В приват?
– Нет, – хищно прищурился. – На второй этаж.
Глава 8
– Как ты любишь?
Когда мы оказались в уютном номере, Юля сразу взяла меня в оборот. Кокетливо стрельнула зелеными очами с длиннющими ресницами и облизнула губы, после чего медленно провела указательным пальцем между ложбинок грудей. Тройка. Все, как я люблю. – Ну-у, так с чего начнем?
Снова пошло облизнулась и обвила мою шею руками, пытаясь поцеловать взасос.
– Давай без этого, – я купировал её попытку, позволяя вместо губ обсасывать мой палец.
– Брезгливый?
– Да, боюсь твоих микробов, – ухмыльнулся, хищно осматривая то, что через пару минут будет доставлять мне удовольствие. Хороша. Ох, как хороша. И судя по тому, как насасывает мой палец, профи.
– Зря, – не прекращая играться с моим пальцем, продемонстрировала пирсинг в языке и подмигнула. – Мужиков жуть как заводит!
– Вот и заведешь сейчас, – хрипловато произнес, кивнув на пах. – На колени.
Подмигнув, опустилась вниз. Не разрывая зрительного контакта, наощупь расстегнула пряжку ремня, пуговицу, молнию. Освободила из боксеров уже начавший наливаться кровью член и восторженно стала его рассматривать.
– Работай. Ну же, – нетерпеливо прохрипел, обхватив её макушку пятерней, и прислонил к члену. Пирсинг – моя слабость. Одно время жену уговаривал проколоть язык, но та ни в какую не хотела соглашаться, оставляя меня надеяться, что когда-нибудь она на такое решится. Поэтому сейчас я с трудом держал себя в руках, предвкушая кайф от фелляции серебристым шариком и застонал, когда девка взяла в рот и начала играться. Я в ней не ошибся. Она мастерски владела искусством оральных ласк: то сосала пенис, словно он чупа-чупс, то облизывала как мороженное, щедро спонсируя ствол слюной, то брала целиком в рот, стараясь заглотить до самых яиц. Кайф. Она походу сама тащилась от происходящего, чем раззадоривала меня ещё сильнее.
В какой-то миг меня отстегнуло от реальности. Кайф потек по венам, появилось приятное расслабление и, в очередной раз, наматывая каштановые волосы на кулак, вдруг сквозанула мысль: а Юлька Дударева также ублажала? Также старательно шлифовала его член, как когда-то мне?
Забродившие в голове мысли о бывшей пробудили злость. Грань между удовольствием и болью – условна. Мне захотелось стереть между ними границы, выплеснув накопленные эмоции в сладкий оргазм, поэтому грубо оттащил девицу от своего члена, поднял за подмышки и швырнул на застеленную бордовым пледом кровать. Скинул с себя одежду и под довольный смех сучки перевернул её на живот, заставляя занять коленно-локтевую. Натянув резину на каменный стояк сразу вошел в готовое лоно, под аккомпанемент смачных шлепков по сочным ягодицам. Юлю это заводило. Сразу поймала ритм и стала подмахивать, выпрашивая очередной шлепок.
Сегодня, как никогда, хотелось грубо. Вот так, без прелюдий, насаживать на себя знойное тело, до боли вбиваться в него. Ритмичными толчками, вырывать из своей часовой любовницы всхлипы и громкие стоны. Желал наказать её и выбить из своих мыслей бывшую, которая снова влезла в голову, раззадоривая лишь сильнее.
Оторвался от нее, но лишь для того, чтобы самому откинуться на спину и усадить на себя сверху. Снова стал насаживать на себя, яростно вдалбливаясь в истекающее соками влагалище, жадно мял упругую грудь, то кусая, то засасывая острые соски. Никакой нежности, исключительно животная похоть и острое желание оторваться за все время целибата.
Опомнился, когда трахал её у стены. Распял возле пошлых обоев с изображением гейш, не давая девице лишний раз вдохнуть. Она уже не стонала от удовольствия или его имитации, а ныла:
– Я больше не могу. Кончай уже, монстр!
– Не можешь? А с ним всю ночь трахалась, про сына забыла, – рыкнул я, с силой потянув девку за волосы к своему лицу, и прошипел на ухо: – Про сына, тварь, забыла, – снова грубый толчок и перехватил за горло, разворачивая к себе, чтобы увидеть испуганные глаза. – Говори, с ним лучше? Лучше он тебя драл? Слаще?
– Да пусти ты меня, сумасшедший! – она начала вырываться, но силы были неравны. Я лишь сильнее сдавил нежное горло, кайфуя от хриплых стонов и, подхватив ее под ягодицы, снова грубо вошел:
– Нет, дорогая, мы только начали….
С каждым толчком я вспоминал её. Каждый раз, погружаясь на дно продажного влагалища, в голове мелькали кадры нашего последнего секса с женой, где я брал ее в такой же позе.
– Ты ведь бросила его… Бросила? – пытался докопаться до истины, не давая шелохнуться в тесной душевой. Вмял обнаженную жену в скользкий кафель и как демон шептал на ухо, выжидая ответ. – Ты же сама сказала, что все, конец.
Она стояла так близко. Такая безвольная, полностью обнаженная. Такая горячая. Несмотря на ледяные капли, что отбивали по нашим телам мощным напором, мы их не замечали. Мы задыхались, но каждый по своей причине. Я от возбуждения, а Юля от страха, ибо не знала, что от меня ожидать.
– Правильно, что бросила. Ты же у меня послушная? – измывался над её слабостью. – Я же по судам его затаскаю, Юль, – шептал зловеще, вдавливая её оголенную грудь в мокрый кафель. – Посажу, уничтожу… На всё пойду, но жить среди нас он не будет. Не связывайся с ним, Юляш… Не связывайся… Он уже в полном дерьме. Вбей эту простую истину в свою тупорылую головку, потому что так и будет. Никто не отдаст ребёнка гулящей безработной матери, которая таскается с неадекватным, неуравновешенным еб*р*м. Никто, понимаешь?
Юля согласно кивнула, надеясь, что на этом всё. Хлынувшие из глаз слёзы смешивались с водой и стекали по подбородку на бурно вздымающуюся от ужаса грудь. Жена хрипела, не в силах закричать, и я отчетливо слышал наэлектризованную мысль, повисшую в воздухе. Не понимала, почему не отпускал ее. А было все просто: я хотел получить то, что принадлежало мне по праву. – Я не слышу? —перестал зажимать её рот, позволяя с надрывом закачать в легкие полноценную порцию воздуха. – Понимаю, – прохрипела, попытавшись повернуться ко мне лицом, однако на я не позволил ей. – Если понимаешь, тогда выбирай, – я жутко хотел ее и уткнулся в задницу эрегированным членом. – Что именно? – переспросила дрожащим голосом.
– Ну что ты как маленькая, Юляш, – рассмеялся, и расстегнул молнию на джинсах. – Давно тебя не трахал. Но и от минета не откажусь. Ты ведь выбрала меня. Признала свою ошибку, попросила прощения. Я пошел навстречу. Потому что люблю. Потому что хочу вернуть всё, как было раньше. Я не собираюсь стирать ладони, имея под боком супругу. – Сейчас?.. – обмерла, и будто дышать прекратила. – Конечно, – звонко шлёпнул её по заднице и, приспустив с неё мокрое белье, протиснулся между плотно сжатых ног, скользя между складочек пульсирующей головкой. – А когда же ещё? Ты – моя жена, я – твой муж. Всё естественно. Как и должно быть. Любое примирение должно сопровождаться сексом. Мы ведь помирились?
– Отпусти меня, больной! – Шлюха умудрилась укусить меня, за что словила пощечину, и завизжала.
Её крик вернул меня в реальность. Очнувшись, увидел заплаканную девушку с потекшим макияжем. Она забилась в угол и тряслась, боясь даже смотреть на меня.
– Уходи, – прохрипел, выравнивая дыхание.
Она только и ждала этой команды и быстро подорвалась, хватая по пути одежду.
– Стой!
Встала вкопанной, боясь обернуться.
Я достал из портмоне несколько купюр и швырнул ей:
– Возьми. Там больше. И… Извини.
– Тебе лечиться нужно, – произнесла дрожащим голосом и, схватив деньги, быстро покинула помещение.
Оставшись один, я на автомате прошел в небольшую душевую, где под раковиной смыл с себя остатки смазки после презерватива, оделся и спустился вниз. Настроение было испорчено окончательно. Я не только не получил желанную разрядку, но еще больше закопал себя в пучине воспоминаний, да и шлюху напугал.
Внизу меня встретил Гарик с ребятами. Все заинтересованно пялились на меня.
– Я домой поеду, – коротко оповестил и собрался уйти, но Гарик меня окликнул:
– Ты чего там с девочкой натворил? Вся в слезах выскочила.
– Чаевых мало дал. Рассчитывала на большее, – хмыкнул я. Испытывал ли я перед Юлей угрызения совести? Нет. Это её работа, тем более, за неудобства я нехило доплатил. Считал это неплохим искуплением вины.
– Погоди, ты так и не ответил на вопрос, ты в деле? – донеслось в спину. Ах, точно. Найти шлюху Игната. Чуть не забыл.
– Присылай все, что есть. Я ещё в прошлый раз сказал, что решу, – ответил сухо и, подняв ворот пальто, пошел к выходу.
На улице похлопал себя по карманам, в поисках сигарет. Проклятье. Пацаны расстреляли всю пачку, и я остался без никотина. Ладно, куплю по дороге.
Прыгнув за руль авто, неспешно поехал в сторону дома, выискивая ещё работающие магазины.
Вот и оттопырились. Вот и вспомнили былые времена. Если так будет продолжаться на постоянной основе, я придушу в порыве чувств какую-нибудь шлюху, еще и сяду, как за нормальную.
А может и правда стоило плюнуть на все и пробовать завести нормальные отношения? Не все же такие, как бывшая. Хотя, это сколько перебрать нужно, чтобы найти ту, которой кроме тебя никто не нужен. Чтобы верной, как псина была. Чтобы как я хранил верность, так и она платила взаимностью.
Горько усмехнулся. Боюсь, я конец сотру до хрящей, пока найду ту самую. Вон, сколько пацанов в армии побывало, никого девка не дождалась. Да даже если и дождалась бы. Где гарантии? Юлька тоже столько лет идеальной была, а потом сблядовалась. Видимо гены прабабушки взяли власть над разумом.
Хотелось курить. Адски. Выражение: свернулись уши в трубочку, принимало новый оборот. Еще немного и у меня пар из ушей пойдет, а после уши не в трубу завернутся, а отвалятся на хрен. И как назло рядом не было ни одного открытого магазина. Я исколесил половину города, но здесь не было ни одного круглосуточного ларька. Проклятье!
В расстроенных чувствах поехал к дому и заметил, что в окнах магазина, что располагался в Богданином доме, горел свет. Внутри были люди. Неужели повезло?
Выскочил из авто, торопясь попасть внутрь, боясь, что перед моим носом повесят табличку «Закрыто». Перед магазином услышал трель телефона, оповещающую о входящем сообщении. Матюкнувшись, посмотрел на экран: сообщение от Гарика. Решил прочитать позже, но вместо того, чтобы смахнуть уведомление, провалился в переписку. Мне прислали фото. На нем был изображен Игнат вместе со своей бабой и ребенком.
– Вот те на, – удивленно протянул, разглядывая счастливую троицу. Это ж как меня угораздило-то?
