Текст книги "Пропавшие среди миров (СИ)"

Автор книги: Аннит Охэйо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

   Он поднял голову – но разглядеть в снежной круговерти ничего не смог. Оставалось лишь ползти дальше – и в конце концов он добрался до истока, квадратного бассейна шириной метра в три, обложенного уже знакомой ему плиткой. Вода поднималась откуда-то снизу, и, переливаясь через край, стекала в русло. Сама долинка тут не кончалась, она поворачивала влево – но дальше на её дне лежал лишь нетронутый снег.

   Замерзший Лэйми тут же сполз в бассейн. Дна не было и он сразу окунулся с головой. И с крайним удивлением увидел внизу свет – он ни за что не заметил бы его, если бы не стемнело уже почти совсем. Проем внизу был забран прутьями толщиной в руку, но щели между ними казались достаточно широкими и парень, набрав воздуху, нырнул. Глубина оказалась небольшая, всего метров пять. Тем не менее вода резко сжала грудь, больно надавила на уши и он почувствовал себя довольно неуютно.

   Развернувшись, Лэйми увидел низкий прямоугольный туннель длиной тоже метров в пять. В другом его конце была такая же решетка, а за ней дно какого-то бассейна, на которое откуда-то сверху падал свет. Мгновенно решившись, парень лег набок и полез между прутьями. Весь воздух ему пришлось выдохнуть, но он всё же протиснулся, хотя и едва-едва. Грудь тут же начало жечь, он как мог быстро поплыл вперед, то и дело задевая дно и крышу, судорожно протиснулся через вторую решетку – и рванулся к поверхности. В какой-то миг ему показалось, что дыхания не хватит и он всё же захлебнется – и тут же он вынырнул.

   Лэйми торопливо хватил воздуха, закашлялся, в самом деле едва не захлебнулся, потом, яростно ударив ногами, бросил себя к низкому бортику, выбрался на него и наконец отдышался. Его занесло в низкую, облицованную плиткой комнату, освещенную единственной тусклой желтой лампой. Воздух тут был теплый и влажный, неподвижный. Почти весь пол комнаты занимал колодец бассейна. Вода втекала в него по низкому, тоже облицованному плиткой туннелю.

   Парень обошел бассейн и сильно пригнувшись вошел в туннель. Впереди горела вторая тусклая лампочка, там он поворачивал направо. Заглянув за поворот, Лэйми увидел в конце второго отрезка уже частую решетку, но слева от неё в стене зиял прямоугольный проем. Он вел в низкий проход, такой тесный, что в нем едва можно было ползти на четвереньках. Тем не менее, лампочка горела и там, и парень вздохнув заполз в него. Стенки, потолок и пол тут были облицованы всё той же плиткой, справа вдоль стены тянулся провод. По размеру это напоминало вентиляцию и он не представлял, какого черта в ней провели свет. Движения воздуха тут правда не было, пыли тоже – плитка казалась чисто вымытой – и Лэйми вновь недовольно помотал головой. Он никак не мог представить, для чего всё это...

   Метров через пять туннель поворачивал направо – и он, вздохнув, пополз вперед. Добравшись до поворота, он увидел второй пятиметровый отрезок – и второй поворот с лампочкой, на этот раз влево. Туннель поворачивал под прямым углом, так что ему пришлось лечь набок и всё же он протиснулся через это колено с трудом. Если этот туннель и впрямь представлял собой некий вид коммуникации, то для существ намного меньшего размера, типа гномов.

   Третий отрезок оказался длиннее – метров десять – но в середине пересекался с другим, точно таким же. Добравшись до него, парень ошалело замер. В этом лабиринте уже точно не было никакого смысла, но и выбора у него тоже. Снова извиваться, как червяку, не хотелось и он вздохнув пополз вперед. Здесь туннель поворачивал под прямым углом вниз.

   Лэйми с сомнением заглянул в двухметровую шахту, потом лег на живот и осторожно двинулся вперед. Тело резко соскользнуло, он уперся в низкий потолок пятками, потом осторожно выпрямил ноги, ещё соскользнул вниз, уперся в пол ладонями, изогнулся, как змея, проползая через очередное колено, – и увидел впереди новый отрезок туннеля, изгибавшийся вверх. Это уже совсем ему не нравилось, но вернуться обратно он уже не смог бы, и, ругаясь про себя, пополз вперед.

   В этот раз ему всё же повезло, – шахта вела в какое-то помещение. Он вновь лег на живот, изогнувшись, встал на колени, подтянулся – и наконец выбрался в небольшой зал, облицованный всё той же плиткой. Середину его занимал очередной бассейн, за ним поднималось несколько больших ступенек, похожих на скамейки. Над ними в стене зиял метровый квадратный проем – на сей раз, перекрытый синим стальным люком, разумеется запертым.

   Лэйми сунулся было в бассейн – но не обнаружил никаких подводных выходов. Выбравшись из воды и отряхнувшись он сел, привалившись спиной к люку, и задумался. Вернуться обратно он в принципе вполне мог, но снова ползать по узким ходам не хотелось. Он вымотался, промерз, проголодался и ему хотелось спать.

   Вздохнув, он растянулся на спине, забросив руки за голову. Тусклый свет не раздражал, но мертвая тишина давила на уши – парню всё время мерещились какие-то призрачные шепчущие звуки, иногда почти осмысленные.

   Он глубоко вздохнул и замер, опустив ресницы. Кафель конечно был холодный – но не слишком и лежать на нем оказалось даже удобно. Единственное, что его раздражало, – непонятные ощущения, словно парящая в воздухе паутина касалась кожи. Лэйми несколько раз взмахивал рукой, инстинктивно пытаясь смахнуть её, но ничего, естественно, не чувствовал.

   Ещё раз вздохнув, он решил игнорировать ощущение, – но казалось, «паутины» на нем оседало всё больше. Именно оседало – спиной он ничего не чувствовал, кроме холода плитки, конечно. Казалось, что паутинные нити повисают на тончайших волосках его кожи, и, невесомо развеваясь в волнах поднимавшегося от теплой воды воздуха, тихонечко раскачивают их. Лэйми никак не мог отделаться от этого ощущения. Вздохнув, он перевернулся на живот – но лежать так на твердом оказалось неудобно. На боку – тем более. Выругавшись про себя, он вернулся в исходное положение.

   Нет, в здешнем воздухе точно плавала какая-то гадость – она отчетливо оседала на коже, хотя он её не чувствовал. По крайней мере, не руками. Под ними ощущение исчезало, но через минуту появлялось вновь.

   Ещё раз вздохнув, он твердо решил игнорировать всю эту чертовщину – но тут его больно укололо в ногу.

   Лэйми дернулся, сел, гневно хлопнув себя по бедру, потом осмотрелся – но ожидаемых комаров не обнаружил, хотя судя по ощущениям это были именно они. Итак, это невидимые комары. Комары-призраки, которые восстали из гроба, чтобы снова пить кровь...

   Парень невольно засмеялся от идиотизма этой мысли, потом сел, скрестив босые ноги, и задумался. Тут же его снова укололи – в пятку. Он бездумно хлопнул по ней рукой – но под ней снова ничего не оказалось. Нет, это ТОЧНО комары-призраки – или нервы у него в сильном беспорядке, что, учитывая всё пережитое им, совсем не удивительно...

   Эта мысль ему совершенно не понравилась. Лэйми вскочил и гневно прошелся туда-сюда по комнате. Она оказалась слишком тесной и это уже окончательно его взбесило. Он взбежал по ступеням и стукнул по люку кулаком. Из-за него покатился гулкий грохот – похоже, за ним тянулся какой-то длинный коридор, в котором звук загремел, как в трубе.

   Парень ошалело замер, сам в ужасе от того, что натворил. Когда последние отзвуки стихли, на него опустилась всё та же могильная тишина. Но бешенство не оставило его, так что он врезал по люку ещё несколько раз, потом схватился за ручку и рванул.

   Рама люка скрипнула, из-под неё посыпался песок. Похоже, она не была приварена к арматуре, как положено, а просто вставлена в проем. Осознав это, Лэйми уперся босой ногой в стену и рванул уже со всей силы. В руках что-то хрустнуло, их пронзила боль – но рама ощутимо подалась, из-под неё посыпались уже камешки.

   Парень рванул её ещё раз, ещё и ещё, раскачивая её всё сильнее и кроша сгнивший от сырости цемент, пока рама вдруг не вылетела из проема, едва не прибив его. Он чудом успел отскочить – а рама загремела по ступеням с буквально адским грохотом. Когда он наконец стих, Лэйми словно оглушило – он не слышал ничего, кроме противного звона в ушах. Но и на этот чудовищный концерт тоже никто не явился, так что он опомнился и заглянул в проем.

   За ним к его радости оказался уже вполне обычный коридор, освещенный такими же тусклыми лампами, со стенами, крашенными в зеленый цвет и полом из повсеместной тут плитки. Совершенно пустой – и такой чистый, словно его только что вымыли. С десятком зеленых железных дверей, закрытых, и, очевидно, запертых. Слева он упирался в тупик, справа поворачивал – и Лэйми, вздохнув, направился в ту сторону. Его босые ноги ступали сейчас совершенно беззвучно – но вот сердце колотилось как безумное и казалось, его слышно всем вокруг. Сейчас он чувствовал себя совершенно беззащитным и смешно – каким-то особенно голым. Он даже замер, оглядываясь – ему начало казаться, что за ним подглядывают, но все двери за его спиной конечно оставались закрытыми.

   Он опустил ресницы и прислушался – но шум крови в ушах глушил все звуки, если они тут и имелись. Это уже совсем ему не нравилось, но он ничего не мог с этим поделать. Идти вперед тоже не хотелось – он начал бояться того, что откроется ему за поворотом – но стоять на месте было бы ещё более глупо.

   Вздохнув, он сделал ещё несколько шагов, снова замер и прислушался. Ничего... но вот ощущение взгляда лишь усилилось и парень опять начал злиться. Эта битва с призраками уже страшно его раздражала и он решительно пошел вперед, уверяя себя, что готов к чему угодно.

   Никакой гидры или каких-то других ужасов за поворотом однако же не обнаружилось. Он увидел точно такой же коридор, упиравшийся в большую железную дверь. Такой же пустой и тускло освещенный. Тем не менее свет тут всё-таки горел и Лэйми невольно поискал выключатель – но его нигде не наблюдалось.

   Недовольно помотав головой – она буквально пухла от всех этих мелких, бессмысленных странностей, словно нарочно собранных затем, чтобы его мучить, – он вновь решительно пошел вперед.

   Дверь в конце коридора конечно оказалась заперта. Парень бессмысленно подергал её, потом вздохнув сел, привалившись к ней спиной и бессмысленно глядя в глубину коридора. Неустанное гудение в ушах страшно раздражало его, но лишь теперь, ощутив пятками слабую вибрацию, он понял, что ему не кажется. Там, за дверью, работал какой-то механизм – очевидно насос или что-то похожее.

   Лэйми вспомнил о потоке нагретой воды и подумал об электростанции – но, раз так, тут должны быть какие-то рабочие, какой-то персонал, а ничего такого тут не наблюдалось. Всё это ему совершенно не нравилось. Казалось, что тут произошла некая ужасная катастрофа, в ходе которой все даже не умерли, а вообще куда-то исчезли, оставив включенные лампочки и недокуренные трубки...

   Он попытался представить, что это могла быть за напасть, но в голову ему упорно лезли какие-то брошенные корабли, пираты, гигантские спруты и прочая явно не имевшая отношения к делу чушь. Тогда он снова попытался вспомнить, кто, собственно, он сам – но и в этот раз у него совершенно ничего не вышло. Что-то наверное он мог вытащить из снившихся ему кошмаров, но вот вспоминать их парню совершенно не хотелось. Ничего подобного ему раньше не снилось – по крайней мере, это он помнил – и надеялся, что не приснится и впредь. Но, может быть...

   В этот миг где-то за поворотом громыхнула распахнутая дверь.

   7.

   Лэйми уже до такой степени уверился в собственном беспредельном одиночестве, что звук поразил его едва ли не физически. Он вскочил так резко, что в глазах у него потемнело, живот свело от внезапного приступа страха. В какой-то миг он даже испугался, что с ним случится медвежья болезнь, но всё к счастью обошлось. Сердце однако забилось так сильно, что мир вокруг замерцал в такт его ударам.

   Лэйми так перепугался, что совсем утратил ощущение реальности. Сейчас ему казалось, что всё это происходит во сне. Он решительно двинулся к повороту – но, услышав шаги, остановился, словно налетев на стену. В нем столкнулись два несовместимых побуждения – бежать и выглянуть за угол – и в итоге он так и не смог сделать ничего.

   Он не представлял, что на него выйдет – то есть совершенно – и окажись это в самом деле какое-то чудище, он наверняка погиб бы. Но из-за угла вышел всего лишь парень лет двадцати пяти. Увидев его, он ошалело распахнул глаза – но продлилось это недолго.

   – Лэйми?.. Что за дурацкие шутки?

   – А? – Лэйми невольно отступил на шаг, прикрывая руками причинное место. Этого парня он точно видел раньше... и не только видел, но и знал... очень, очень хорошо знал. Только вот никак не мог вспомнить. – Ты кто?

   – Я, – парень вдруг шагнул вперед – и, широко размахнувшись, влепил ему оплеуху. В башке у Лэйми словно что-то взорвалось – он грохнулся на задницу, невольно хватаясь рукой за вспыхнувшую щеку. В глазах запорхали серебряные бабочки... но мир вокруг словно щелкнул... и встал на место. Он вспомнил и свою злосчастную поездку в Гитоград, и Бесконечную Бомбу, и телепортационный цилиндр, забросивший его сюда, – и Аннита Охэйо наконец.

   – Ан, гад, больно же! – гневно заявил он.

   – Да ну? – Охэйо вновь шагнул вперед – и старательно наступил на пальцы его босой ноги.

   – Уй! – свободной рукой Лэйми схватился за них. – Ты что?

   – Я? – Охэйо нехорошо смотрел на него, очевидно выбирая, куда врезать ногой. – Я голым из-за угла выпрыгивал?

   – Я не выпрыгивал, ты сам на меня вышел, – опомнившись наконец заявил Лэйми. – И сразу по мор... слушай, а мы вообще где?

   – А ты сам вообще тут откуда?

   – А я знаю? Очнулся в какой-то вонючей норе, еле выбрался, едва не замерз, чуть не захлебнулся – а ты меня по мор...

   – Ой, извини, – не вполне искренне сказал Охэйо. – А с тобой вообще что?

   – Жрать хочу. И штаны. И ни хер... э-э-э... ничего не помню. А так-то всё в порядке.

   – Так, – Охэйо взял его за локоть и без особой натуги поставил на ноги. – Пошли.

   – Куда? – спросил Лэйми, уже хромая за ним.

   – К штанам, – туманно сообщил Охэйо. – И к жратве.

   Они свернули за угол – и парень увидел наконец так напугавшую его дверь. За ней тоже оказался коридор, длинный, узкий и темный, а за ним ещё один, похожий на первый, только ярче освещенный. Под потолком тут тянулись трубы и кабели, а в воздухе висел приглушенный гул машин.

   Охэйо прошел ещё шагов двадцать, потом свернул в просторную бетонную комнату, похожую на подсобку. У её стен стояли стеллажи, в центре – стол, сбитый из гладких, крашеных в бледно-голубой цвет досок. На нем стояла пара открытых консервных банок – и Лэйми сразу ощутил чудесный аромат тушенки. Рот у него наполнился слюной – но сесть за стол сразу ему не удалось. Охэйо полез в груду барахла в углу и выбросил оттуда сначала ватные штаны, потом фуфайку, свитер и пару грубых башмаков. Ни носков, ни нижнего белья не наблюдалось – но Лэйми был рад и этому.

   Одевшись, он поёжился – одежда была грубоватой и колола тело, без белья он всё равно чувствовал себя в ней голым – но выбирать, увы, не приходилось.

   Недовольно шевельнув плечами – стянувшая их фуфайка оказалась ему тесновата – он всё же сел к столу. Тушенка оказалась холодная, но он страшно был рад и такой. К ней Охэйо вскипятил чай, непривычный на вкус, но вполне сносный, даже с сахаром. Лэйми не отказался бы ещё и от хлеба, но как раз его тут не нашлось.

   Наевшись, он пришел в почти нормальное настроение. Правда, ему тут же захотелось спать. Он зевнул и недовольно мотнул головой. Всё это время Охэйо молча смотрел на него.

   – Ну? – наконец спросил Лэйми. – Мы вообще где? Что это за место?

   – Мир-912. Это электростанция, – ответил Охэйо, откинувшись спиной на стеллаж. – Атомная, между прочим.

   Лэйми вспомнил как нырял в водосток и поёжился. Вообще-то, вода в третьем контуре не радиоактивная – но это если он тут есть.

   – А люди где? – спросил он. – Или ты тут один?

   Охэйо вздохнул.

   – А людей тут уже нету. Все ушли. Какой-то мозговой вирус. А может, и не вирус. Я не знаю...

   – А Мроо?

   – Тварей их тут нет. По крайней мере, я пока тут их не видел. Но есть что-то вроде зомбиков – и как раз они вполне...

   – И что нам теперь делать?

   Охэйо вздохнул.

   – Воевать, что? Тут вот есть ядерный реактор. Я вполне могу его взорвать.

   – Я слышал, что ядерный реактор взорвать нельзя, – возразил Лэйми. – То есть можно конечно, но только как паровой котел или что-то вроде. Не как бомбу.

   Охэйо фыркнул.

   – Хотя в научно-популярных книжках и пишут, что ядерный реактор – не бомба и поэтому взорваться не может, на самом деле это не совсем так. При полной загрузке свежим топливом его масса больше критической раз в сорок, так что если навесить на регулирующие стержни взрывчатку и выстрелить их из реактора, будет-таки большой бум. Конечно, с технической точки зрения такая вот процедура чрезвычайно сложна и требует едва ли не месяцев работы весьма квалифицированных инженеров. Есть однако и другой путь. Один из продуктов распада – это ксенон, который очень сильно поглощает нейтроны. Он образуется из некоторых других изотопов и при работе не накапливается, так как поток нейтронов его выжигает. Но если реактор остановлен, концентрация ксенона в нем начинает быстро расти и через пару часов его уже нельзя будет запустить. Нужно ждать как минимум пару суток, чтобы ксенон распался.

   – И что? – спросил Лэйми.

   – А то, что ксенон – это выгорающий поглотитель. Он поглощает нейтроны, но поглощая их разрушается. И тем быстрее, чем больше нейтронов. То есть скорость реакции растет по экспоненте, и если простым подъемом регулирующих стержней реактор взорвать нельзя – точнее можно, но именно как паровой котел, потому что скорость роста мощности будет небольшая и активная зона просто расплавится, то тут будет самое оно. Технология тут на самом деле очень простая: глушим реактор, ждем часов двенадцать, потом поднимаем из активной зоны ВСЕ регулирующие стержни – и где-то через полчаса будет бабах мегатонн на пять, а то и значительно больше. Причем с фантастическим количеством радиоактивной дряни, которая уничтожит всё живое на тысячи километров с подветренной стороны. То есть, если перевести вопрос в практическую плоскость, мы можем не только поджарить всех «зомбиков» в городе, но и засыпать изотопами половину страны, сократив их поголовье и там. Да ещё и самим не поджариться при этом. По крайней мере, в теории.

   – Угу, и куда мы пойдем потом? – спросил Лэйми. Идея отомстить Мроо именно так ему очень даже нравилась... но мысль о новом походе в никуда не привлекала.

   – К соседней станции, конечно, – с усмешкой ответил Охэйо. – Их тут всего четыре. Если взорвем все – то сможем отойти в мир иной с чистой совестью.

   – А другие варианты? – спросил Лэйми. Отходить в мир иной ему всё же совершенно не хотелось.

   Охэйо вздохнул.

   – Забрать отсюда нас не смогут, даже если захотят. Тут нужна телепортационная установка, вроде той, которой нас сюда отправили, – и она в этом мире даже есть, только вот напрямую к ней не прыгнуть, потому что подавляющее поле. Собственно, нас и отправили сюда затем, чтобы Мроо не смогли ей воспользоваться. Сюда-то попасть они уже не могут – после Бесконечной Бомбы-то – а вот отсюда вполне могут расползтись. Только вот добровольцев глушить их тут не нашлось. Впрочем, и к счастью. Иначе нас бы просто расстреляли... в самом лучшем случае.

   – Всё так серьёзно? – хмуро спросил Лэйми.

   Охэйо усмехнулся.

   – Угу. Потому что – прости – Двенадцати Мирам мы и в самом деле очень сильно нагадили.

   – А у нас был выбор?

   Охэйо вздохнул.

   – Правду говоря – нет. То есть, я мог просто взорвать реактор... и это задержало бы Мроо... и даже надолго... но не остановило бы. Ничто бы не остановило – кроме Бесконечной Бомбы.

   – И они, в своём Сарьере-6, этого не знают?

   Аннит пожал плечами.

   – Теперь это всё равно невозможно доказать. Тем более, что разрешения на применение Бомбы, особенно в таком разрезе, у меня и в самом деле не было. С этой стороны всё честно.

   – Ладно, – Лэйми вздохнул. – И каков же тогда будет наш план?

   Охэйо усмехнулся.

   – Прямо вот сейчас я глушу реактор. Потом у нас будет шесть часов, чтобы смонтировать схему автоматического подъема стержней. Это потому, что до соседнего реактора – он в бункере правительственного дворца – нам три-четыре часа хода, а нужен ведь и какой-то запас. Потом мы идем туда и повторяем процедуру.

   – А потом?

   – Потом ищем какой-то транспорт и едем вот сюда, в Лахэ, – Охэйо встал и подошел к висевшей на стене большой потертой карте. – Какая-то пара тысяч километров – и там третий реактор, исследовательский. Там мы точно задерживаться не будем. Никакой роскоши, вроде запасов штанов или тушенки, там нет.

   – А потом?

   – Потом – последний гвоздь программы, Структура. Единственная в этом мире промышленная АЭС и ядерно-оружейный завод. Подземный, в этих вот горах возле Лахэ. Там же есть портальный комплекс и ещё дофига всего. Она давно уже построена, вместе с Малау и всем прочим. Только наглухо закрыта для местных.

   – А потом?

   Охэйо усмехнулся.

   – Потом – любой мир на выбор. Если, конечно, мы сможем проникнуть в Структуру. Нет, в принципе-то можно здесь остаться... но Мроо тогда скоро до нас доберутся – и мало нам точно не покажется. Как раз они вполне могут устроить нам вечные муки. В самом что ни на есть буквальном смысле. Оно тебе надо?..

   8.

   – Ну вот, это кажется всё, – сказал Охэйо, поднимаясь. Лэйми с сомнением посмотрел на бочку, из которой тоненькой струйкой вытекала вода, – часов через шесть свисавшая с переброшенной через трубы веревки железяка поднимет её и попутно замкнет реле, которое, в свою очередь, поднимет регулирующие стержни. Возни тут и впрямь оказалось много, даже и без бочки, – приводы всех 48 стержней управлялись вычислительной машиной, очень похожей на те, на которых он работал дома, но даже и так Лэйми пришлось поработать, чтобы изменить её программу, что он и сделал с крайним удовлетворением. Система получилась конечно крайне примитивная – и наверное поэтому имела все шансы сработать.

   – И что дальше? – устало спросил парень. Удивительно, что его профессия тут пригодилась... и к счастью, так как Аннит не разбирался в ней совсем. Без него его план точно провалился бы... или занял минимум несколько дней, за которые здесь могло случиться что угодно...

   – Дальше – валим отсюда, – сказал Охэйо, поднимаясь. – Нам и так страшно повезло, что ты учил именно то, что нам сейчас тут нужно. И учил хорошо. И что никто сюда не приперся, когда мы реактор вырубили.

   Лэйми угрюмо кивнул. Об этом они в самом деле не подумали, но у городской электросистемы к счастью был резерв и дело обошлось без отключения света, а на её пульте людей, очевидно, уже не было. Второй и третий реактор вообще не давали ток в сеть, но четвертый... впрочем, если им повезет, взрывать его не придется...

   Они вышли в коридор, залитый светом тусклых аккумуляторных фонарей, и Охэйо с усилием захлопнул тяжеленную стальную дверь. Его, в отличии от Лэйми, отправили прямо сюда и даже дали какие-то инструкции, пользы от которых, правда, без Лэйми оказалось мало. Гарантий вообще не дали никаких – да их тут и не могло быть...

   – Выходим прямо вот сейчас? – спросил парень.

   Охэйо кивнул.

   – Угу. Ждать тут теперь точно нечего.

   – А оружие тут есть, хоть какое-то?

   Охэйо усмехнулся.

   – Было. Когда я очнулся, то нашел оружейку буквально в соседней комнате. Только оттуда уже всё забрали.

   – М-да, – наконец сказал Лэйми. – Похоже, что у нашего сумасшедшего плана нет ни одного шанса...

   – Нет, – возразил Охэйо. – Какой-то есть.

   9.

   – Ну, пошли? – спросил он через несколько минут.

   Лэйми кивнул. Сейчас они стояли на крыше проходной, глядя на занесенную снегом дорогу. Фонари тут не горели и она призрачно белела в свете мерцавших в стылом небе звезд. Мороз ощутимо щипал лицо. Сейчас они были одеты в теплые шапки и куртки поверх свитеров, но парню уже начало казаться, что этого будет недостаточно. Что ж – на таком морозе никакие «зомби» им не страшны... по крайней мере, он на это надеялся. Мерзкая тварь, виденная им в Алкайне, не шла у него из головы. Если им встретится что-то такое, убежать уже вряд ли получится...

   – Пошли, – Лэйми первым спрыгнул в сугроб. Высота была добрых метра три, но сугроб оказался высокий и он совсем не ударился, его лишь засыпало снегом.

   Парень выбрался из него и отряхнулся. Тут же за его спиной глухо бухнуло – вслед за ним с крыши спрыгнул Охэйо. Теперь вернуться обратно они уже не смогли бы и им оставалось лишь идти вперед – туда, где над лесом мерцало странное рыжее зарево...

   10.

   – С ума сойти, – сказал Охэйо спустя примерно полчаса и Лэйми кивнул, соглашаясь.

   В самом деле, здесь, в речном порту, им открылось поразительное зрелище: диски четырех магнитных кранов были собраны в круг и стянуты в несколько витков стальным тросом – а между них бился неровный сгусток полупрозрачного, йодистого сияния. Его трепещущий свет заливал всю пристань, а в уши назойливо лез противный, какой-то шепчущий треск. Лэйми совсем не представлял, что это.

   – Оно... как будто поймано, – сказал Охэйо и в голове у парня словно что-то щелкнуло: в самом деле, магнитное поле кранов очень мощное, оно может удерживать многие тонны железа... или что-то ещё. Он не представлял правда, как всё это проделано... но хорошо понимал, что ловушка эта далеко не вечна – после взрыва электричество отключится, и тогда...

   Существовала правда и другая, намного более тревожная возможность: чем дольше Лэйми смотрел, тем больше ему казалось, что это не ловушка, а некий пока ещё незавершенный портал, который изо всех сил старается открыться. И наверняка уже открылся бы... если бы не Бесконечная Бомба. Но и теперь – он как-то это чувствовал – напор с той стороны не прекратился. Что-то невероятно упорное старалось прорваться в этот мир – и лишь теперь парень начал понимать, что там, в ана-Малау, они с Охэйо поступили правильно. Но им оставалось лишь идти дальше, оставляя за спиной дремлющий пока океан ядерного пламени...

   Глава 8.

   1.

   – Далеко ещё? – спросил Лэйми. Губы у него онемели от мороза и вопрос прозвучал невнятно, но Охэйо всё же его понял... или, быть может, угадал.

   – Недалеко, – буркнул он, на секунду отняв рукавицу от лица. – Мы уже в запретной зоне... бывшей. Вон, видишь – бункер...

   Парень неохотно повернул голову. Слева поднималось странное блекло-коричневое строение со скругленными углами и узкими окнами-амбразурами, размером с двухэтажный дом. Его окружали ежи и колючая проволока. Такой бункер он уже видел – в какой-то старой книге, – но сейчас в нем никого не осталось. Как наверное и везде.

   За эти несколько часов им никого не встретилось – ни людей, ни Мроо, вообще ни единого живого существа. Впрочем, это Лэйми как раз не удивляло – в такую холодину никто не вышел бы на улицу по своей воле, да и шли они по каким-то лесным дорогам, явно и раньше не слишком оживленным. Вокруг царила поистине мертвая тишина и скрип снега под ногами казалось разносится на километры. К тому же, за ними оставалась явственно различимая цепочка следов – и всё это вместе действовало парню на нервы. Он издергался, устал и промерз, как собака. Всё это ничуть не улучшало его настроения, к тому же, ему опять начало казаться, что за ними следят. Время от времени он останавливался и крутил головой – но, конечно, никого не видел. Снег вокруг, насколько хватал глаз, оставался нетронутым. В темной глубине леса иногда что-то призрачно белело – но, едва он присматривался, призрак превращался в покрытый снегом куст.

   Дорога пошла вверх и он вздохнул. Идти по нетронутому снегу и так было непросто, а теперь ещё и ноги начали соскальзывать. На лыжах наверняка вышло бы проще – но лыж, к сожалению, не нашлось. Вот если бы там нашлись санки... и Охэйо ещё согласился бы тащить их...

   При этой мысли Лэйми слабо улыбнулся. Он давно уже вышел из возраста, в котором помещался в санки, да и представить реакцию Охэйо на такое предложение было совсем нетрудно...

   Наконец они поднялись на косогор и парень увидел дворец – точнее, лишь его развалины. Огромное здание полностью выгорело и провалилось внутрь. Над массивным цоколем чернели острые кружевные силуэты обломанных стен. Казалось, там не осталось ничего ценного – но как раз в этом он ошибся.

   Когда они подошли вплотную, Лэйми разглядел массивную дверь в цоколе. Запертую разумеется – но как раз к ней подошел найденный Охэйо на станции ключ. Они вдвоем отодрали примерзшую створку и проскользнули внутрь, в темноту. Охэйо вновь запер дверь – не только на замок, но и на засов – потом отпер внутреннюю. Они вошли в обширный холл, ярко освещенный и пустой.

   – Ну вот, мы тут... – вздохнул Аннит, запирая эту дверь.

   Они сразу же забрались за высокий деревянный барьер, в караулку. Здесь в глаза Лэйми бросился ячеистый деревянный стеллаж с ключами и чарующими надписями: «Арсенал», «Склад продуктов N 8», «Реакторный блок», «Радиорубка»... Над стеллажом висел потертый план подвала, весьма как оказалось обширного. Арсенал и реактор располагались, разумеется, в отдельных блоках, соединенных с подвалом туннелями, ещё два туннеля вели куда-то за пределы карты. Судя по лежавшей на столе записке, остатки персонала уже сбежали в какой-то Пэнг. Прочитав вслух это, Охэйо вздохнул.

   – Куда дальше? – наконец спросил Лэйми.

   Охэйо усмехнулся, сгребая ключи в сумку.

   – Сначала посмотрим, что тут...

   2.

   От входа шла широкая изломанная галерея, спускавшаяся вниз несколькими короткими лестницами, ярко освещенная, обшитая понизу деревянными панелями. Вправо и влево разбегались коридорчики поуже, распахнутые двери в них вели в какие-то тоже освещенные мастерские.

   Яркий свет, тишина и пустота создавали у Лэйми довольно странное ощущение – он чувствовал себя не то музейным вором, не то просто во сне. Нет, конечно они знали, что людей здесь уже нет, но всё равно...

   Широкие двери в конце коридора вели в танцевальный зал, на самом деле огромный – шириной метров в сорок, с задрапированными белыми шторами стенами. Над темным паркетным полом этажа на три поднимался выгнутый парусом свод, смутно светясь в странном синеватом сиянии ламп, скрывавшихся за шторами. Те свисали сборками на поперечных шнурах, словно бальные платья, и Лэйми почувствовал себя неловко посреди всей этой роскоши. К тому же, ощущение чужого пристального взгляда никуда не делось. Он обхватил руками бока и поёжился.