Текст книги "Боги Безвременья (СИ)"
Автор книги: Анна Левин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
Глава 45. Праздник огня
Мей вынырнула из чужой памяти, отчаянно глотая воздух. Ритуал отнял у нее много сил, но гораздо хуже была душевная боль: она испытывала к принцессе и симпатию, и ненависть одновременно. Вскоре второе чувство пересилило, стоило вспомнить лицо Юдая, девушка решительно схватила тама-кандзаси, однако драгоценная шпилька обожгла ее пальцы.
– Проклятье! – воскликнула она. – Думаешь, это поможет тебе против меня? Я и сама кое-что умею!
Колдунья схватила бамбуковые палочки, сплетая для них мощные чары, после чего поддела ими шпильку, и вынесла наружу. Никого не было видно, и Мей поспешила унести ее подальше от города, где применила свою силу, уничтожая последний подарок Отохимэ. Артефакт из сокровищницы отца принцессы сопротивлялся, но девушка применила все свои темные знания, чтобы избавиться от шпильки.
– Вот так! А теперь я сделаю то, что навсегда привяжет ко мне Юдая!
Вечером они все собрались на празднике огня, который проходил на главной площади. Китайские фонарики красиво были развешены на цветущих деревьях, дети разносили экзотические блюда из далекого мира на деревянных подносах, в небо запускали фейерверки, вывезенные из альтернативной Земли будущего, и даже монахи с улыбками наблюдали за празднеством. Музыканты исполняли самые лучшие творения из разных уголков галактики, и Юдай поразился, как в Безвременье сплелись культуры всех существующих и уже почивших цивилизаций.
Юшенг впервые позволил себе расслабиться, и с самым довольным видом обнимался с новым знакомым, рассказывая о своей жизни в империи Цзинь. Ему все время подливали в кружку, и истории становились все более и более увлекательными. Монах пораженно задавал вопросы, ибо провел всю жизнь в Безвременье, посвятил долгие годы Храму, и не испытывал подобных тревог. Рассказы татуированного гиганта взволновали его. Юдай, известный здесь под именем Горо, посмеивался над наивностью людей: они привыкли к размеренному ритму, и восхищались лишь потому, что сами не пережили подобного. Сам юноша предпочел бы скучную жизнь, лишь бы все, кого он любил, были в безопасности.
Оглядывая площадь, он вдруг поперхнулся напитком. Парни весело засмеялись, даже Юшенг улыбнулся, но потом заметил состояние друга, который смотрел куда-то остановившимся взглядом, и обернулся.
В компании девушек стояли Мей с Юи, и выделялись на их фоне, как цветы магнолии среди увядшей листвы. Они выбрали местные платья, представлявшие собой смесь традиционного кимоно и современного платья из одного из миров будущего. Нежные цвета прекрасно оттеняли их молочную кожу, а серебряные волосы выделяли среди подруг-брюнеток. Светлые глаза поражали внеземным блеском, в котором отражалась красота небес, и загадка звездной ночи. Румянец придавал хрупкость их облику, когда они беззаботно рассмеялись над шуткой одной из подруг.
– Какая она красивая! – выдохнул кто-то из парней.
Юдай не понял, кого именно имели в виду, но на всякий случай заревновал. Лицо Юшенга потеряло шутливое выражение, словно при виде Юи весь хмель испарился из его организма. Он безотрывно следил за ее мимикой, расслабленной улыбкой, но потом к ним подошли молодые люди, видимо, предлагая потанцевать, отчего глаза Юшенга наполнились злостью. Девушки согласились, и присоединились к танцующим, но среди множества людей именно они обе приковывали всеобщее внимание, ибо разительно выделялись, и покоряли нездешней красотой.
– Как думаете, у меня есть шанс понравиться Юи? – спросил один из парней.
– Нет.
– Потому что она еще ни к кому не проявила благосклонности?
– Потому что раньше здесь не было меня! – непререкаемо заявил Юшенг, отложил кружку, и направился к танцующим.
Юи беззаботно улыбалась, наслаждаясь праздником. Танец требовал от них с партнером разойтись в разные стороны, но, когда она вернулась на место, вместо коротко подстриженного парня ее ждал Юшенг. Несмотря на могучее телосложение, он прекрасно двигался, и Юи лукаво улыбнулась.
– Я нарушила порядок танца? Где мой партнер?
– Не нарушила, он просто устал. Я его заменю.
Девушка хмыкнула, и они продолжили танцевать под ритмичную музыку далекого мира, которая оказалась точкой преткновения для старого и молодого поколений Безвременья. Однако Юшенгу и Юи было все равно на чужое мнение: для них существовал лишь этот вечер, танец, единение.
– Привет, Юи! – к ним подошел улыбчивый парень. – Можно тебя пригласить на следующий танец?
– Нельзя! – с угрозой в голосе Юшенг повернулся к нему всем корпусом. – Следующий танец тоже мой.
Парнишка испуганно вжал голову в плечи, и быстро ретировался.
– Верный выбор! – оценил мужчина.
После окончания танца, вопреки предыдущим словам, Юшенг крепко ждал руку девушки, и повел в сад, где было менее многолюдно. В беседках сидели влюбленные пары, между цветущих деревьев резвились дети, чьи бабушки и дедушки со степенным смирением наблюдали за малышами. Он остановился под раскидистой сакурой, внимательно глядя в глаза Юи.
Глава 46. Поцелуй ведьмы
– Скажешь уже что-нибудь? – Юи прислонилась спиной к дереву.
– Что ты хочешь услышать?
– Например, почему мы здесь, а не на площади.
– Здесь лучше: тихо и спокойно.
– Сегодня праздник огня, люди потому и собрались, чтобы пошуметь немного! – она улыбнулась, переводя взгляд на цветы над головой. – Красиво!
Юшенг подошел к ней вплотную.
– Ты красивее.
Юи удовлетворенно кивнула.
– Мне многие это говорили, но ты – никогда прежде.
– Потому что их чувства – поверхностные, а действия – стремительные. Я не люблю суеты и поспешных решений.
– Значит, сейчас ты уверен в своих словах?
– Да.
Немногословность Юшенга не обескуражила колдунью: она с легкостью читала сердца, и больше ценила искренность, чем показную доброжелательность. Сто парней могли одновременно признаться ей в чувствах, но она прислушалась бы к одному Юшенгу, потому что видела в нем непоколебимую твердость и честность.
«Звериная» внешность, как она раньше ее называла, больше не казалась безобразной, наоборот, девушка вдруг поняла, что ей нравится его экстравагантность, уникальность. Он был такой один на все миры, и даже в Безвременье не нашлось ему равных. В любом случае, для нее.
Все-таки Мей была права, сказав, что нужно показать парням, что они – не единственные во всем Безвременье, вокруг полно других мужчин. Надо же, еще совсем юная, а уже настоящая ведьма! Ничто не придает решительности лучше ревности, этой жгучей отравы, духа соперничества, страха потерять.
– Юи! – мужчина с особой интонацией произнес ее имя, нежно прикасаясь к шее. – Я люблю тебя.
Она провела руками по его могучим плечам.
– И как давно ты это понял?
– С первого взгляда.
Сильные руки легли на тонкую талию, прижимая ее к себе.
– Я никому тебя не отдам, моя луна!
Обещание он скрепил поцелуем, который запечатлел никому не видимые чары на них обоих. Кольцо не разорвать, предначертанное – не вычеркнуть из скрижалей судеб. Двое, которым было суждено встретиться, нашли друг друга, и их союз закрутит колесо событий дальше, чтобы привести к тому самому моменту, ради которого боги столетиями вмешивались в ход истории.
Тем временем Юдай и Мей танцевали на празднике, и впервые за долгое время у юноши будто камень с души упал. Пусть он не знал, почему оказался в этом временном отрезке, что ему предстояло сделать в будущем, но великолепная девушка рядом мило ему улыбалась, и в ее глазах он видел все, о чем мечтал. Они были оба молоды, влюблены, счастливы, и мысли о прошлом переставали казаться реальностью.
Мей закружилась на одном месте, отчего ее длинные рукава и прекрасные волосы очертили вокруг нее волшебный круг. Юноша смотрел на блеск серебряных волос, радостные морщинки вокруг глаз, чистую улыбку, и его сердце вскипело восторгом. Она была уникальной, единственной, лучшей из лучших, и Юдай не понимал, как Юшенг мог влюбиться в Юи, да и другие парни смотрели на других девчонок, когда Мей превосходила их всех!
И пожалуйста, кто-то из парней попытался вклиниться между ними, но Юдай оттеснил соперника, предупреждая взглядом, что ему стоит убраться подальше. Ревность ослепила разум, и он поклялся себе, что девушка будет принадлежать только ему. К тому же она с самого начала проявила к нему интерес, он был уверен в ее чувствах.
Схватив ее за руку, он вытащил Мей из толпы.
– Что случилось? – взволнованно спросила она, когда они остановились на мостике рядом с площадью.
– Отсюда любоваться праздником приятнее, не находишь?
– Да, пожалуй, ты прав!
Она приподнялась на носочках, подарив легкий поцелуй юноше, после чего отстранилась, и застенчиво опустила глаза. Ветер красиво играл светлыми локонами, и Юдай не удержался, нежно сжав ладони девушки.
– Мей, я люблю тебя!
– И я люблю тебя!
Тогда юноша сам поцеловал ее, не подозревая, что замкнул на себе кольцо ее магии: первый поцелуй, подаренный ею, затуманил его разум, но поцелуй, исходивший от него, стал крепкой цепью, связавшей их судьбу.
Девушка снова позавидовала Юи, которую Юшенг полюбил безо всякого колдовства, но в конечном счете Мей получила свое, добилась расположения любимого человека. Пусть даже такой ценой, вызвав искусственные чувства, но он забудет о принцессе, и навсегда останется с ней.
– Моя красавица! – прошептал Юдай. – Мое сердце разрывается от любви к тебе, я очень счастлив, что ты выбрала меня среди стольких парней!
– Ну что ты, мне никто не нужен, только ты! И нас ждет большое счастье в будущем, я уверена!
– Ты – лучшее, что мог мне подарить Идзанаги!
Глава 47. Жених и невеста
Неспешность, с которой осуществлялась подготовка, была одной из чарующих составляющих Безвременья: никакой суеты, нервов, переживаний, только гармония и предчувствие будущего счастья. Юшенг остановился посреди комнаты в широких брюках хакама, украшенных тонкой вертикальной полосой. Юдай с ребятами принялись помогать ему облачаться в традиционный свадебный наряд, состоявший из нескольких слоев; последним на его плечи легла черная риза хаори. Обычно ее расшивали сверху родовыми знаками – камонами, – но Юшенг воспротивился, заявив, что у него нет рода, и вместо камонов на одежде он обзавелся татуировками по всему телу. Этот его спор со швеями уже пересказывали по всему городу.
– Зря вы отказались ждать благоприятный день! – сказал один из друзей.
Юшенг улыбнулся.
– Мне не нужно особое число, чтобы стать счастливым. Мое счастье – это Юи, и чем раньше она станет моей женой, тем лучше.
– Но считается, что свадьба должна выпадать на нечетный выходной день! Я понимаю, что желающих много, оттого и большие очереди, но можно было и подождать ради соблюдения традиций.
– Послушай, мы живем в Безвременье, где нет строжайших регламентов, только рекомендации. Я и так согласился на все это! – он окинул взглядом свой наряд.
Парни рассмеялись, понимая, что высокому мускулистому Юшенгу не по праву наряжаться в многослойные традиционные одежды, и лишь один Юдай до конца понял ответы своего наставника. Конечно, его не посвящали в свои тайны, но он был наблюдателен, и заметил изменение в поведении Юи, Юшенга, и даже Мей. Он старался не думать об этом, дабы не проявлять бестактности, но, когда наставник объявил о предстоящей свадьбе, удивив остальных неожиданным решением, Юдай обо всем догадался.
– Ну хотя бы выкуп невесты можно было организовать!
– Никаких выкупов, мы просто прибудем в храм, получим благословение, и устроим праздник для гостей.
– А в паланкин сядешь? И мы тебя отнесем в храм.
Юшенг едва не зарычал, теряя самообладание, и Юдай рассмеялся.
– Не думаю, что ему такое придется по вкусу.
– Разумеется, нет! – бескомпромиссно перебил мужчина. – Подобный способ передвижения подходит только для женщин. Я и на своих двоих дойду, а вот Юи действительно будет неудобно в своем свадебном кимоно пройти путь до храма. Горо, ты не знаешь, что для нее подготовили?
Юдай привык, что его зовут чужим именем, но не удержался от улыбки.
– Подготовкой руководила Мей с девушками, у них наверняка все под контролем. Сам ведь знаешь, как свадьба важна для женщин, они из кожи вон вылезут, чтобы все прошло идеально!
Парни рассмеялись, но Юшенг благодарно кивнул.
– Ты прав, мне не стоит беспокоиться по этому поводу.
Когда они вышли на улицу, люди встречали их радостными приветствиями, добрыми пожеланиями и мудрыми наставлениями. Конечно, многие удивлялись отсутствию паланкина у жениха, но они попривыкли к Юшенгу, и к тому, насколько он отличался. Мужчина не стал скрывать свою биографию, признавшись и о жизни в Пекине, и о попадании в другую временную линию, о суровой школе жизни. Никто не осудил его, наоборот, они выказали уважение человеку, который не сломался вопреки всему, еще и помог Горо, когда юноша оказался в таком же положении.
Свадьбы в Безвременье проводились по утрам, и всего два храма могли соединять брачующихся во всем городе Вечных. Разумеется, главный Храм пользовался огромным спросом, и очереди туда стояли знатные, поэтому Юи при полной поддержке жениха выбрала менее популярный вариант. Ранним утром там было тихо, безмятежно, свежо и умиротворяюще. Юшенг со своими друзьями остановились у входа, любуюсь на красиво разбитый сад. Ему сложно было поверить, что после бандитской жизни в Пекине и скитаний по империи Цзинь он женится на прекрасной девушке, и их ожидает достойная жизнь в одном из лучших миров во вселенной!
Приближение Юи он почувствовал раньше, чем ее паланкин появился в поле зрения. Она была великолепна в своем наряде: простое белое кимоно какэсита подчеркивало ее нежность и хрупкость, а надетое сверху утисакэ – традиционная накидка с небольшим шлейфом – придавало ей королевскую стать. Юи к свадебной одежде подошла с большим энтузиазмом, чем Юшенг, поэтому на утисакэ лучшие мастерицы города вышили роскошные орнаменты. Помимо журавлей, цветов и бамбука девушка попросила вплести в сюжет вышивки сливовое дерево в честь Мей, чье имя как раз означало «слива», и несколько парящих драконов – в честь своего будущего мужа. Такие же орнаменты она лично нанесла на складной веер суэхиро, который дополнял традиционный образ.
Когда паланкин опустился на землю, жених подал руку своей невесте, помогая подняться, и не отпустил нежную ладонь, когда они направились в храм. Мей и Юдай переглянулись, девушка скромно потупила глаза. Юноша догадался, что она и сама мечтает стать невестой, и подумал, что, возможно, скоро он и сам поведет свою красавицу на свадебную церемонию.
Пока он строил матримониальные планы, все следили взглядами за Юи, которая поражала своей красотой, и Юшенгом, чьи глаза едва не светились безграничной любовью.
Глава 48. Клятва создателям
В храме первое, что они должны были сделать, – это омыть руки водой, и прополоскать рот, что символизировало очищение сердца и тела. Юи без малейших колебаний проделала положенную процедуру, наслаждаясь торжественностью момента, а Юшенг лишь сдерживал улыбку, считая, что в Безвременье давно могли бы осовременить свадебную церемонию. Дальше они преподнесли в дар богам еду и алкоголь, пока церковное лицо «уведомляло» небесных покровителей о намерениях брачующихся, и просило у высших сил для них благословения.
Разумеется, этими богами были Идзанаги и Идзанами: хотя богиня и перестала быть той, кем ее чтили когда-то, но обряд остался прежним. Гостям церемонии пришлось выслушать рассказ о первой паре, которая подняла мир из океана, познала различия между собой, и дала жизнь новому поколению богов. Юдай напрягся при упоминании копья Идзанаги Аменонухоко, которое сам когда-то видел своими глазами на острове Оногоро: именно за этим артефактом он отправился со своими спутниками, и проиграл там предателю.
Мей заметила смятение своего возлюбленного, и обеспокоилась, ибо мысли о прошлом непременно привели бы его к воспоминаниям об Отохимэ, которую колдунья так старательно вытравливала из памяти Юдая. Осторожно приблизившись к нему, она взяла парня за руку, и ласково улыбнулась, когда он заглянул ей в глаза. Уловка подействовала: его лоб разгладился, и лицо обрело счастливое выражение.
После экскурса в теорию сотворения мира, Юшенг и Юи принесли друг другу клятвы, что растрогало всех присутствующих женщин, и выпили сакэ из трех брачных чаш. По традиции, маленькая чаша означала прошлое пары, средняя – их настоящее, ну а самая большая чаша – будущее. Они выпили в честь предков, в честь себя и своего будущего потомства, испрашивая у богов здоровья и счастья. Назывался этот обряд сан-сан-кудо.
Ну а дальше Юшенг достал кольца, которые стали камнем преткновения и причиной недовольства у храмового служителя. Он уверял, что кольцами в Безвременье не обмениваются, а Юшенг доказывал, что родился в Китае на Земле, где супружеские пары носили обручальные кольца. В итоге позволение было получено, и на тонком пальчике Юи красовалось золотое кольцо. Возложив ветки вечнозеленого дерева сакаки, они завершили все положенные процедуры, и вышли из храма мужем и женой.
Друзья засыпали их поздравлениями, девушки кружились вокруг Юи, молясь богам, чтобы следующими их повели под венец, а парни желали Юшенгу счастливой семейной жизни. Юдай вытащил Мей из толпы, и отвел к раскидистому цветущему дереву, нежно сжимая ее руки.
– Мей, я хотел кое-что у тебя спросить.
– Конечно, мой любимый, спрашивай!
Она догадывалась, какие слова срывались с его уст, но деликатно не стала напрашиваться, подчеркнув только свои чувства к нему, назвав любимым. Женская хитрость способна горы свернуть, и, если бы мужчины только знали, как легко ими манипулировать, пришли бы в ужас, но к спокойствию Юдая, он об этом не догадывался, считая свою избранницу олицетворением скромности и бесхитростности.
– Мы давно друг друга знаем, и я уверился, что искренне люблю тебя. Лишь с одной тобой я хочу пройти земной путь, прожить отведенные мне годы, разделить и счастье, и печаль. Я не желаю терять возможность обрести свое счастье, а для меня быть счастливым – это быть с тобой, моя Мей.
Глаза девушки увлажнились, и она так доверчиво улыбнулась, что сердце Юдая переполнилось любовью, и он сказал заветные слова:
– Согласна ли ты стать моей женой?
– Я согласна! Отныне твой путь – мой путь!
Трепетный поцелуй разорвал только голос Юшенга, требовавшего всех собраться. Щечки Мей налились краской, и Юи мгновенно догадалась об успехах подруги, улыбнувшись ей по-особому. Тем временем Юшенг позвал всех к ним домой, где по его заказу уже должны были подготовить все к празднованию свадьбы. Юи с гордостью подумала, что его дом теперь и ее дом, им больше не понадобится прятаться от посторонних.
Веселье вышло знатное: помимо привычного круга друзей их все время приходили поздравлять разные люди, которые приносили угощения, радостно желали новобрачным много детей, и в итоге количество гостей разрослось настолько, что пришлось выносить столы во двор. Они устроились на свежем воздухе, в превосходном саду, который Юшенг разбил специально для своей возлюбленной, и в городе еще долго судачили о необычной свадьбе. Помимо традиционных блюд, они подавали экзотические новинки, привезенные из разных миров, а музыканты играли как на бамбуковой флейте сякухати, так и на вполне современной гитаре с Земли двадцать первого века.
Вечером Юдай выпроводил последнего гостя, Мей с девушками пообещали прийти в полдень, чтобы помочь с уборкой, и молодожены наконец-то остались одни.
– Моя любовь! – Юшенг поцеловал свою супругу. – Тебя не сильно утомил праздник?
– Все хорошо, только помоги снять эту накидку, она мне надоела!
Лишние одежды полетели на пол, и девушка осталась в тонком платье, надетом под верхние слои. Он ласково прикоснулся к ее еще плоскому животу.
– Мне было видение, что первым у нас родится сын! – улыбнулась Юи.
– Я не заслужил этого счастья, – с грустью произнес мужчина, – но обещаю, что буду лучшим мужем для тебя, моя луна!
Глава 49. Шепот смерти
Ход времени сложно понять простым смертным: грустные дни дня них тянутся вечно, а счастливые – пролетают за один миг. Юшенг радовался, как ребенок, почти не испытывая тревоги, ибо Юи обладала могущественным даром, и ребенок был под защитой ее силы. Зато они с удовольствием гадали, каким будет мальчик, кем он станет, на кого будет похож, и совершенно не хотели оставаться дома, каждый занимаясь своими делами. Девушка помогала в лекарских палатах, Юшенг – стал одним из наставников в Храме.
Сначала его не хотели принимать в свои ряды, так как он был женат, но Норайо высоко оценил его навыки, и посчитал, что молодым монахам будет полезно узнать больше о реальном жизненном опыте. Тем более никто не мог оспорить его физическое превосходство, как и высокий уровень достижения равновесия, поэтому в итоге с его кандидатурой согласились. Юдая тоже хотели привлечь, но он отказался, рассказав о помолвке с Мей, но на самом деле ему не хотелось иметь ничего общего с Храмом, в котором его однажды приговорили к смерти. Вместо этого он начал изучать законы, и надеялся однажды стать судьей.
Восьмой месяц беременности подходил к концу, но Юи была такой же стройной, легкой и изящной, разве что аккуратный живот выдавал ее новый семейный статус. Мей ждала, когда подруга разродится, чтобы самой выйти замуж, ибо ей было видение, предупредившее, что стоит подождать во избежание горя. Колдунью это тревожило, но она доверяла своему дару, и не хотела лишний раз пугать Юи.
В доме Юшенга снова собралось больше общество, каждый гость принес угощения и хорошее настроение, поэтому обед вышел веселым. Насытившись, они стали думать, как провести свободный от работы день.
– Давайте зайдем в парк, там сегодня фестиваль традиционной музыки проходит. Кстати, мой любимый инструмент – бива. А у вас?
– Мне кото нравится! – воскликнула двадцатилетняя Момо.
– Сякухати! – сказала Мей, грустно улыбаясь.
Ей вспомнился дедушка Лао, печальные мелодии бамбуковой флейты.
– Да там будет все, давайте сходим!
Юшенг посмотрел на Юи, спрашивая взглядом, есть ли у нее желание выйти из дома. Девушка коротко кивнула, соглашаясь, так как энергии у нее было много, а недомогания или слабость – и вовсе отсутствовали.
– Отличная идея!
Поднявшись со своих мест, они с шутками и веселой бестолковостью вышли на улицу, наслаждаясь ласковым осенним солнцем. В Безвременье времена года отличались от принятых на Земле: мир богов всегда был теплым, цветущим, благоухающим, зеленым, и даже снег, порой срывавшийся с неба, был приятным на ощупь, не холодил, и весело кружился в воздухе с цветами сакуры. Юдай жаждал увидеть это чудо своими глазами, а девушки, не первый год прожившие в Безвременье, подшучивали над ним, говоря, что эта зима наверняка будет теплой для снега.
На улицах города Вечных было слишком много людей, будто все жители разом вышли из своих домов. Юшенг занервничал, и решил сократить путь до парка, чтобы вывести жену из толчеи.
– Любимый, не стоит так беспокоиться, правда!
Только она сказала это, как прохожий толкнул ее, и рассыпался в сотне извинений. Девушка ответила, что все хорошо, но ее супруг уверился в собственной правоте.
– Мое нефритовое сокровище, здесь слишком много людей, тебе может стать душно, или кто-то снова тебя толкнет, заденет живот, или...
– Или на голову свалится целый дом!
Но мужчина не слушал, выбрав боковую улицу, змеившуюся между высокими домами. На первых этажах располагались менее популярные среди горожан торговые лавки, а один из домов, пострадавший после недавнего пожара, ремонтировался, о чем свидетельствовала подвешенная у верхних этажей бамбуковая платформа со строителями. Девушки тут же остановились у прилавка с безделушками, и мужчины увели их оттуда не раньше, чем купили все, что хитрые красавицы пожелали.
– Горо, дорогой, глянь, какое красивое зеркало!
– Зачем оно тебе сейчас, Мей? Давай вернемся позже, мы ведь идем на музыкальный фестиваль.
– А вдруг его выкупят?
– Кому оно нужно? – шепотом произнес парень. – Ты видишь здесь толпы покупателей?
Девушка надула вишневые губки, и он понял, что спорить бесполезно.
Юшенг поступил более умно. После месяцев семейной жизни он безропотно покупал все, что захочет Юи, ибо понимал, что любое возражение чревато последствиями: обвинениями в скупости, в отсутствии вкуса, плохой заботе о жене, несоблюдении клятв, данных богам в день свадьбы.
– Тебе нравятся эти серьги, Юшенг?
– Да, цветок лотоса, они прекрасно будут оттенять глубину твоих глаз.
Увлеченные и расслабленные, они не почувствовали опасность раньше, чем она обрела формы. Мужчины ушли вперед, пока девушки разглядывали покупки друг друга, весело шутили, и именно в этот момент удерживавшие платформу тросы оборвались, и бамбуковые средства подмащивания сорвались вниз вместе с работниками и строительными материалами. Все произошло так быстро, что Юшенг успел лишь обернуться, глядя, как смерть неумолимо приближается к Юи.
