Текст книги "Развод в 45. Двойное предательство переживу назло! (СИ)"
Автор книги: Анна Кривенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)
Глава 11 Предложение от соседа…
Глава 11 Предложение от соседа…
Я поспешно вытерла слёзы и, не поворачиваясь, бросила через плечо:
– Маша, уходи. Если ты не уйдёшь, я засуну тебя в такси силой!
Сестра всхлипнула и начала рыдать.
– Ты не понимаешь, Катя, – сквозь рыдания говорила она. – Я… я имею с тобой такую эмоциональную связь, которую невозможно порвать. Я не могу находиться одна. Мне крышу сносит…
Я слушала её и искренне недоумевала. Мы могли не видеться неделями – и у неё всё было в порядке. А тут вдруг появилась «эмоциональная связь»? Что же это за связь такая, если она не помешала ей уничтожить меня?
Я повернулась к ней.
– А эта твоя «связь» там случайно к совести не взывала, когда ты чужую семью разрушить собралась, а? – процедила сквозь зубы.
– Просто… просто у тебя всегда было всё лучшее! – Маша поднялась на ноги, и её глаза тоже засверкали. – Ты всегда была лучше меня! В тебя влюблялись парни, которые нравились мне. В тебя влюбился Димка из-за второго подъезда, хотя он был младше тебя на три года. Ты получила работу, о которой я могу только мечтать. Ты лучше меня училась в школе, и учителя тебя обожали… А я… а я… У меня не получалось! Я пыталась быть как ты! Мы всё-таки сёстры… Я пыталась построить свою жизнь по-другому, но эта связь с тобой – она невыносима! Она тормозит меня!
Я смотрела на сестру, впервые в жизни допуская мысль, что она нуждается в психологической помощи. Такого бреда я ещё не слышала.
– Маша, – произнесла холодно, – я не хочу обсуждать подобные глупости. Ты сделала свой выбор. Я ушла. Ты забрала у меня мужа – теперь и занимайся им сама! Он мне больше не нужен…
– Ты жестокая! – взвизгнула сестра, гневно топнув ногой. – Ты всегда думала только о себе!
Я вытаращилась на неё в ошеломлении.
Это я-то думала только о себе??? Я ведь всегда отдавала ей лучшее во всём. Себе толком ничего не покупала – лишь бы Машу одеть, лишь бы она чувствовала себя на уровне. Чтобы никто не смеялся, не обзывал её нищенкой. Всё самое лучшее – ей. Даже квартиру в итоге подарила!
У меня не нашлось слов, чтобы всё это высказать. Когда снаружи раздался сигнал машины, я процедила сквозь зубы:
– Уходи.
Её губы задрожали. Она смотрела на меня с обидой и негодованием, которых я не могла понять. И всё внутри скручивалось от ответного чувства. Тогда она схватила свою сумочку со стола и рванула к выходу так резво и бодро, будто и не падала в обморок вовсе. По дороге потянула за собой чемодан на колёсиках. Едва не сбила с ног Вячеслава и резко открыл калитку. Запрыгнула в такси и уехала прочь, оставив после себя только ненавязчивый аромат духов…
Я подошла к воротам – опустошённая и раздавленная.
Что вообще происходит? Что за монстра я вырастила – и даже не заметила этого?
…Славик не стал мозолить глаза. Помог закрыть ворота, завёл меня в дом – я находилась в какой-то прострации. Сказал, что мне нужно отдохнуть, и ушёл. Весьма благоразумно и вовремя, потому что мне отчаянно нужно было побыть одной.
Она всё-таки сделала это. Снова вывернула мою душу наизнанку. Растоптала едва проклюнувшиеся ростки спокойствия. Превратила пребывание в этом месте из чего-то прекрасного и исцеляющего – в нечто жгучее и болезненное.
Маша, неужели у тебя совсем нет совести?
Завалилась спать в тот же час. Просто вырубилась – проспала до самой ночи и не хотела вставать. Не видела смысла. Но естественные потребности заставили встать и пойти в уборную. Пыталась читать книгу – но мысли разбегались. Включила телевизор – показывали только чушь, от которой становилось тошно. Я чувствовала, что сейчас взвою.
Как вдруг – звонкий сигнал телефона. Я вздрогнула. СМС от незнакомого номера. Я быстро пробежалась по строчкам, и мои брови поползли вверх.
«Привет, это Славик, – писал сосед. – Извините, что так поздно, но у меня к вам предложение. А не хотите ли поработать в моей фирме? Есть отличная вакансия – как раз уволился человек. Будете моим секретарём. Должность не пыльная, плачу́ хорошо. Два выходных. Условия отличные. Соглашайтесь. Думаю, из нас выйдет отличный тандем трудящихся».
Я онемела.
Зовёт меня на работу. Но зачем? Он же совершенно не знает моих профессиональных качеств. Что-то здесь не так. Слишком много доброты и расположения. Ничего не понимаю.
Но после того, что Маша сегодня устроила… нахождение в этом доме снова будет меня убивать. Потому что я буду помнить всё, что она сказала. Её взгляд, её тон… А бежать мне некуда. Реально – я сойду с ума, если останусь здесь. Буду сидеть, вариться в собственных мыслях.
Работа в юридической фирме под началом человека, который по-настоящему мне помог? Может, всё не так уж плохо? Только бы понять – в чём его выгода. Всё кажется слишком подозрительно.
«Я подумаю», – написала я. Закрыла телефон и уставилась в потолок.
Да, работа всегда была моим спасением. Она хорошо прочищает мозги. Почему бы и нет? Деньги не помешают. А главное – голова будет занята другим. Новый коллектив, всё новое. Мне как никогда нужна новизна.
Конечно, немного смущает, что Вячеслав видел всё, что произошло. Теперь придётся с ним видеться каждый день. Но это лучше, чем сидеть без дела и с ума сходить. Безусловно – лучше.
Поэтому уже в полночь я написала ему: «Согласна».
Думала, он прочтёт утром. Но неожиданно от него тут же пришёл ответ:
«Я очень рад! – написал он и поставил много улыбающихся смайликов. – Зайду за вами завтра в десять утра. Будьте готовы. Провожу вас в наш офис».
Как быстро.
Я даже немного испугалась. А потом подумала: пусть лучше так. Лишь бы не думать о сестре. И о том ужасе, что творится в её голове…
Глава 12 Новая работа…
Глава 12 Новая работа…
Утром я стояла у ворот, кутаясь в легкий кардиган, хотя утренний воздух был вполне теплым. Немного нервничала, глядя на дорогу. И вдруг из-за поворота вынырнула машина – черный блестящий седан, явно из тех, что стоят как квартира. Он остановился плавно, уверенно. Из машины вышел Вячеслав, и у меня на мгновение перехватило дыхание.
Он выглядел сногсшибательно – в идеально сидящем темно-синем деловом костюме, с белоснежной рубашкой и узким галстуком. Волосы аккуратно зачесаны назад. А еще от него пахло чем-то дорогим и безумно приятным. Он улыбнулся, как будто мы не виделись сто лет, и, не говоря ни слова, открыл для меня дверь пассажирского сиденья.
– Я могу доехать на такси, – смутилась я, чувствуя себя неуютно от такого жеста.
Молодой человек посмотрел на меня с легким укором, слегка склонив голову.
– Не выдумывайте. Лишняя трата денег. Я всё равно еду на работу. В общем, давайте без ложной скромности, – сказал он с таким тоном, будто всё уже решено.
Я поняла, что спорить – это действительно глупость. В конце концов,
согласилась, села в машину, и мы довольно быстро домчались до центра города. За окном мелькали витрины элитных магазинов, фасады старых постороек и современные вывески. Через пятнадцать минут мы уже подъехали к зданию – эффектной постройке из стекла и бетона с зеркальными окнами. На фасаде красовалась табличка с логотипом и надписью:«ПрофПраво» .
– Это и есть ваша фирма? – выдохнула я, разглядывая это шикарное местечко с трепетом.
– Она самая, – сдержанно улыбнулся Вячеслав. – Но мы занимает только второй этаж…
Мы вошли вовнутрь. Просторное, светлое фойе с мраморным полом, высокими потолками и зеленоватыми стеклянными перегородками меня просто поразило. Сколько же стоит аренда такого помещения? Страшно представить…
По широкой лестнице мы поднялись на второй этаж.
Коридор был отделан в современном минималистичном стиле – стекло, светлое дерево, аккуратные указатели. Мы проходили мимо просторных офисов, где за столами трудились люди – и мужчины, и женщины, кто-то с наушниками, кто-то с ноутбуками. Все здоровались с Вячеславом, кто-то бросал любопытные взгляды на меня, а кто-то загадочно улыбался. Пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы идти спокойно, не выдавая волнения. Я старалась выглядеть степенно, словно давно привыкла к такому… блеску. Как настоящий профессионал.
Наконец мы вошли в приемную. Светлое помещение, в углу которого стоял аккуратный стол, пара шкафчиков, высокий стеллаж и удобное кресло у стены.
– Здесь обычно работает мой секретарь, – пояснил Вячеслав. – Недавно Михаил уволился по семейным обстоятельствам.
– Михаил? – удивилась я, расправляя плечи. – У вас был секретарь-мужчина?
Молодой человек хмыкнул и пожал плечами.
– Да. Так уж повелось, что у меня в секретарях только мужики! – Он хохотнул, как будто это само по себе было забавно.
Я не удержалась и, прищурившись, спросила:
– А почему тогда я?
Он уже был у двери своего кабинета, но при моем вопросе замер, словно его застали врасплох. Потом быстро крутанулся на пятках дорогих туфель, обернулся и обезоруживающе улыбнулся.
– Вы просто мне подходите. Вы не хуже остальных, вои т всё… – Он подмигнул. – Осмотритесь, посидите на кресле. Если не передумаете, я сейчас быстро составлю договор, и мы его подпишем.
Он скрылся в кабинете, а я машинально проследила за ним взглядом. Через матовое стекло увидела, как он снял пиджак и, закатав рукава, сел за стол.
Выдохнула. Медленно подошла к столу, провела ладонью по гладкой столешнице. Всё было идеально: вычищено, организовано, подготовлено.
Я опустилась в скрипучее кресло, чувствуя, как подгибаются колени. Невольно взглянула на свои руки – пальцы слегка дрожали. Неужели это действительно часть моей дальнейшей судьбы? И почему мне вдруг стало страшно?
* * *
В просторной светлой комнате, которую сотрудники фирмы между собой называли «кофейной», уже с самого утра витал аромат свежесваренного капучино и тонкой интриги. Внутри собрались трое – Тоня, блондинка с ярко накрашенными губами, Лена, всегда аккуратная, с идеальным маникюром, и Вероника, самая молчаливая, но с острым взглядом и умением выдавать такие реплики, что останется только молча поперхнуться.
Они сидели на высоких табуретах у узкого стола, облокотившись на него локтями и переглядываясь.
– Ты видела? Видела, как он сам открыл ей дверь машины? – с надрывом в голосе произнесла Тоня, зажевывая уголок бумажного стаканчика. – Он никогда, слышите, никогда такого не делал! Даже когда ту… Ирину из бухгалтерии на совещание подвозил, так она сама себе дверь открывала!
– Да ладно тебе, – миролюбиво пробормотала Лена, наливая кофе в тонкую фарфоровую кружку, которую носила с собой. – Может, у нее руки заняты были.
– Ага, своей старой потертой сумкой! – огрызнулась Тоня. – Видели, сколько ей лет? Ну хоть приблизительно?
– Я, конечно, не косметолог, но ей… сорок точно, – неуверенно сказала Вероника.
– Да ты что! – Тоня заныла. – У Вячеслава Андреевича последняя девушка тоже была на пять лет старше…
– Да брось ты! – парировала Вероника. – Эта по сравнению с той грымзой просто старуха. Мне кажется, что ей даже больше сорока!
Лена прищурилась:
– Ну, по факту женщина выглядит интеллигентно. И потом… Ты же сама всегда говорила, что Вячеслав Андреевич женщин в секретари не берет. Значит, она какая-то особенная…
– Вот именно! – воскликнула Тоня, бросив стаканчик в урну. – Никогда! У него только мужчины были! Михаил, Артем до него… Это вообще в фирме фишкой считалось – «у босса мужская команда». А теперь – бац! – женщина. И не просто женщина, а…
– Хватит истерить, – вмешалась Вероника, отрываясь от своего телефона и холодно глядя на Тоню. – Секретарша – это не жена и даже не любовница. Это просто… секретарша. И если она кому-то тут начнёт мешать – мы ее быстро доведём до нужной кондиции.
Лена посмотрела на нее с интересом:
– Ты о чём это?
– О чём, о чём… – лениво протянула Вероника. – О том, что работа в юридической фирме – дело точности и дисциплины. Одну подпись не туда, один звонок не туда – и до свидания. Главное, девочки, не лезьте раньше времени. Посмотрим, как она справится. А уж если начнёт лажать – тут мы и покажем коллективное недовольство.
Тоня выдохнула немного спокойнее:
– Спасибо вам, девочки… Только вы и можете меня успокоить. Потому что… если Вячеслав Андреевич не будет моим… я этого не перенесу. Серьёзно. Просто не вынесу!
Лена хлопнула её по плечу:
– Тонька! Возьми себя в руки. Мы ещё посмотрим, кто кого.
Вероника хмыкнула.
– Главное – не забывай улыбаться и мелькать у начальника перед глазами.
За дверью тем временем раздались мужские шаги. Женщины мгновенно притихли, как по команде, и сделали вид, что обсуждают какую-то статью в «Коммерсанте». Но глаза у всех троих остались настороженными, искристыми и подозрительно одинаково прищуренными.
Бой за привлекательного начальника только начинался…
Глава 13 Товарищ…
Глава 13 Товарищ…
Подписав договор, я почувствовала странное облегчение. Всё – теперь я официально трудоустроена. Бумага с чётким логотипом фирмы, с подписями и печатью, лежала передо мной, как билет в новую реальность, в которую я до конца ещё не верила.
Вячеслав, мельком глянув на меня, кивнул:
– Отлично. Теперь нужно пройти стандартную процедуру. Зайти в отдел кадров – он в конце коридора налево, там вам дадут анкету, объяснят всё по страховке, выдадут пропуск. Потом – в IT-отдел, чтобы завели корпоративную почту и выдали логин в систему. И… всё. Добро пожаловать в команду.
Я поблагодарила и отправилась оформляться. Женщина в отделе кадров – сухая и пунктуальная – быстро выдала мне кипу бумаг и, не отрываясь от монитора, продиктовала, что и где подписать. Всё шло почти автоматически: паспорт, ИНН, заявление, анкета, фотография, подписка о неразглашении. Через сорок минут я уже держала в руках пластиковый пропуск с фото, которое успели снять на месте. На нём я выглядела, как испуганная сова, и это почему-то показалось мне справедливым.
Следующий пункт – IT-отдел. Молодой парень с замусоленной толстовкой и прищуром настоящего гения за пару минут вбил мои данные, настроил компьютер, дал логин и пароль. На стол положили аккуратно упакованный ноутбук и наушники – «рабочий комплект». Всё это происходило в молчании, будто меня вообще не существовало.
Когда я вернулась на своё место в приёмной, где теперь должна была сидеть ежедневно, я глубоко вдохнула и решила проявить инициативу – начать с малого. Просто поздороваться со всеми.
Я встала, немного поровняла юбку и прошлась по ряду открытых дверей – в одном кабинете девушка в очках листала документы, в другом сидели двое мужчин, поглощённые обсуждением. Я кивала, улыбалась, тихо говорила:
– Доброе утро. Я… новый секретарь Вячеслава Андреевича. Очень приятно познакомиться.
Но в ответ – максимум кивок подбородком. Кто-то сделал вид, что не услышал. Одна из женщин вовсе демонстративно повернулась ко мне спиной, будто я внезапно испортила воздух. Воздух, надо сказать, и правда был тяжёлым – пропитанным чем-то женским, оценивающим, колючим. Я словно шла по минному полю. Никогда раньше не сталкивалась с такой глухой, холодной, неприкрытой неприязнью – особенно со стороны незнакомых людей.
Я опустилась в своё кресло и на секунду прикрыла глаза. Что ж, возможно, я действительно вторглась в чужую территорию. Возможно, кто-то претендовал на это место. Возможно, кому-то не понравилось моё лицо. Или возраст. Или история, которую они себе уже придумали…
Но все это все равно моя стихия.
И это ничто по сравнению с тем, что я недавно пережила…
* * *
Вячеслав сидел у себя в кабинете, листая на планшете новые материалы по текущему делу. Но он был слишком рассеян. Чтобы нормально работать. Мысли то и дело возвращались к утру: как Екатерина застенчиво подписывала договор, как смотрела на свою фотографию на пропуске с едва заметной усмешкой…
Было в ней что-то… особенное, что никак не вписывалось в привычную картину мира.
Дверь распахнулась без стука, и в кабинет ввалился Константин – его старый товарищ и давний деловой партнёр. Уверенный, насмешливый, всегда немного громкий – он напоминал ураган, резко набросившийся на старую ферму и обещающий в один миг всё разрушить…
В дорогом пиджаке нараспашку, с часами, поблескивающими своей баснословной стоимостью, и с той самой ухмылкой, которая делала его очаровательным для женщин – Константин был очевидно в распрекрасном расположении духа.
– Ну, здравствуй, трудоголик, – с ходу бросил он, хлопнув по спинке кресла и не спрашивая позволения, уселся на край стола, покачивая ногой. – Смотрю, офис растёт, фирма жиреет… А ты, как всегда, измотан и молчалив. Неужто всё ещё не взял отпуск?
– Рад видеть, Костя, – лениво отозвался Вячеслав, не поднимая глаз с экрана. – Хотя ты, как обычно, вваливаешься ко мне без предупреждения, и это немного раздражает, чтоб ты знал…
– А ты, как обычно сдержанный и загадочный, – протянул тот, хмыкнув. – Но ты не думай, я не просто так заглянул. Дело есть одно… Но сперва…мне тут донесли… – он подался вперёд, сузив глаза. – Ты нарушил своё же собственное правило?
Вячеслав поднял на него взгляд.
– Какое ещё правило?
– Ну как же, – Костя склонил голову набок. – «Никаких женщин в приёмной». Помнишь? Ты это лет пять подряд твердил. Ни юбок, ни шпилек, ни офисных драм, ни хихиканья в трубку. Только мужики – суровые, незаметные, пунктуальные. И вдруг – бац! – у тебя там сидит… кто?
Вячеслав пожал плечами.
– Бывают исключения.
– Ого! Да ты прямо заинтриговал… – Костя расхохотался, привалившись к столу спиной. – С чего вдруг?
– Просто человек оказался подходящий. – Вячеслав вновь уткнулся в планшет, надеясь, что разговор сойдёт на нет.
Но Костя не отступал.
– Подходящий? – протянул он с ухмылкой. – Чем же тебе так подошла бабенка, скажем так, в возрасте, неухоженная и не яркая, обладающая взглядом умудренного жизнью старца, а? – Он рассмеялся. – Слав, если ты уж изменяешь себе, то мог бы взять кого-нибудь повеселее. Юную, эффектную, с ногами от ушей. А то – у тебя там сидит не секретарша, а твоя старшая сестра!
Вячеслав резко поднял глаза.
– Ты перегибаешь, – голос стал глухим и даже угрожающим.
– Да ладно тебе… – Костя поднял руки, но по-прежнему насмешливо ухмыльнулся. – Просто ты поступил несколько неожиданно, что такому зануде, как ты, совершенно несвойственно…
Вячеслав не ответил. Его лицо потемнело. Он в упор смотрел на Константина – без насмешки, без улыбки. Его скула дёрнулась от напряжения, а пальцы медленно сжались на планшете. В комнате воцарилась тяжелая тишина.
В тот же миг в проёме двери появилась Екатерина.
Она стояла неподвижно, держа в руках папку. Глаза – большие, серые – смотрели прямо на него. Смотрели холодно и равнодушно, и этого взгляда стало достаточно, чтобы всё внутри Вячеслава оборвалось. Он не знал, сколько она слышала, но догадывался, что достаточно.
Он побледнел, как будто в кабинет ворвался ледяной ветер. Грудь сдавило ощущением острого, обжигающего стыда. Словно его поймали на чём-то постыдном, на чём-то, что разрушало то хрупкое доверие, что только-только начинало между ними рождаться.
Екатерина не сказала ни слова. Она опустила глаза, чуть склонила голову и медленно развернулась, чтобы уйти. Дверь за ней прикрылась почти беззвучно.
Вячеслав шумно выдохнул, будто провалился в глубокую пропасть. Его сердце бешено застучало, и впервые за долгое время он почувствовал настоящую панику. Ему хотелось вскочить, броситься следом, оправдаться, сказать, что это было не так, что Костя просто… просто дурак.
Но он остался сидеть, глядя в пустоту, а рядом всё ещё весело посмеивался Константин, не понимая, что разрушил сейчас нечто важное.
Ведь каким-то непостижимом образом Екатерина умудрилась зацепить холодное сердце директора частной юридической фирмы…
Глава 14 Причина расположения…
Глава 14 Причина расположения…
Всё началось с жалости.
Много лет назад сестра Вячеслава, Лариса, оказалась в такой яме, что он до сих пор удивлялся, как она из неё выбралась. Она была старше его на двенадцать лет. В детстве для него она была кем-то вроде второй матери – строгой, красивой, всегда уверенной в себе. Но потом всё рухнуло. Муж ушёл, оставив её с долгами и пустыми обещаниями. Она потеряла работу, круг друзей растворился, как будто их никогда и не было.
Он тогда был молод, самонадеян, жил только своими нуждами и интересами. Лариса умела держать лицо, улыбаться, когда нужно, и Вячеслав думал, что всё у неё под контролем. Но однажды, вернувшись домой поздно вечером, он услышал странный, глухой звук. Сначала даже не понял, что это – и только когда остановился в коридоре, до него дошло: она плачет.
Не всхлипывает – а именно плачет, рыдает, с надрывом и отчаянием, стараясь, думая, что ее никто не слышит.
Что-то в нём тогда сломалось. Он понял, что не сможет просто закрыть дверь в свою комнату и сделать вид, что ничего не происходит. С того дня он начал смотреть на неё по-другому. Слушать, замечать, помогать, хотя поначалу делал это коряво, неумело.
Лариса погрузилась в депрессию так глубоко, что Вячеслав боялся ее потерять. На ее лице отражалась печать смерти, и это время было самым тяжелым в жизни молодого человека.
К счастью, Лариса вышла из той темноты, победила отчаяние, смогла вернуть вкус к жизни. Поверила в Бога, говоря, что это Он ее спас…
Теперь она моталась по курортам, присылала ему фотографии с пляжей, заводила новые знакомства и отношения, а он поднял своё дело, выстроил жизнь по собственному идеальному плану. Казалось бы – проблемы прошлого улеглись. Но память о тех страшных временах осталась в нём, как шрам.
И вот совсем недавно, на даче, Вячеслав услышал его снова – такой точно надрывный, отчаянный плач.
Он сидел на веранде с чашкой крепкого кофе, слушал, как ветер гоняет листву, и вдруг… тот самый, выворачивающий душу наизнанку звук. Приглушённые, почти неслышные всхлипы.
Молодой человек побледнел, почувствовал дрожь в руках и отставил кофе. Поднялся и пошёл на звук, не понимая, кого ищет. И нашёл – в тени яблони на соседском участке сидела женщина. Лицо спрятано в ладонях, плечи дрожат…
У него внутри всё перевернулось. Он будто возвратился в прошлое, в котором увидел отчаявшуюся до смерти сестру…
Ему захотелось подойти. Растормошить незнакомку, обнять в конце концов, позволить согреться, как когда-то он хотел согреть сестру… Потому что в прошлом он был слишком слаб, чтобы помочь, и чувство вины медленно точило его изнутри все эти годы. А теперь он может помочь, потому что стал взрослым мужчиной и на многое способен…
Так началось его знакомство с Екатериной. Он боялся, что она перейдет черту, потеряет волю к жизни, приблизиться к тени смертной…
Он ненавидел это чувство беспомощности, которое когда-то испытал, ведь на самом деле не мог особенно помочь…
Поэтому помочь все равно пытался.
И ему удалось.
Теперь женщина, которая тронула его сердце, работала в его фирме. А еще она иногда улыбалась, несмотря на трагедию, которая, очевидно, произошла в ее жизни…
Вячеслав не был святым человеком, бросающимся на помощь обездоленным. Просто… он чувствовал. А если человек чувствует, значит, живёт…
* * *
Я втянулась в рабочий ритм так легко, словно всегда была здесь. Уже через пару дней уверенно разбиралась в мелочах, ловко подхватывала чужие задачи, подстраивалась под темп коллег. Новые лица перестали казаться чужими, а запах кофе в общей кухне стал для меня привычным утренним сигналом к началу дня.
Однажды, листая старый ноутбук с документацией, я наткнулась на хаос, достойный отдельного расследования: несвязанные файлы, обрывки заметок, документы с непонятными названиями. Поначалу я только вздохнула, но потом взялась за дело.
Сначала составила структуру, разобрала папки, переименовала всё по правилам, подчистила дубликаты. Порядок начал вырисовываться медленно, но верно. Я настолько погрузилась в этот процесс, что перестала слышать разговоры вокруг, забыла о времени и о том, что вообще существует что-то за пределами экрана.
И вдруг ощутила… легкость в душе. Словно кто-то снял тяжёлый груз с моих плеч. Мысли о сестре и предательстве отступили, как туман под солнцем. Я поймала себя на тихом, почти невольном вздохе облегчения: вот оно! Полная смена обстановки и новая работа оказались именно тем лекарством, которое мне было нужно.
Во время обеденного перерыва, когда коллеги разошлись по своим делам, я взяла чашку кофе, выглянула в окно и подумала, что впервые за долгое время мне не хочется бежать, прятаться или что-то доказывать. Мне просто было спокойно.
* * *
Я довольно быстро заметила, что моя приветливость нравится далеко не всем. Старалась всегда улыбнуться, поздороваться, спросить что-то нейтральное у коллег, но в некоторых взглядах сквозила неприязнь, которую невозможно было не почувствовать. Что ж, удивляться было нечему. Всем не понравилось, что начальник привёл себе такую… «старую» секретаршу. Даже его друг, забредая в кабинет, позволял себе кривоватые шуточки в мою сторону.
Меня это не задевало. Совсем. После того, что я пережила недавно, такие мелочи просто не могли пробить мой панцирь. На фоне настоящей боли всё это выглядело жалкой тенью.
А потом случилась мелкая, но очень показательная история. Нужно было распечатать целую пачку документов – десятки страниц. Я отправилась туда, где стоял общий принтер, и увидела двух девушек, болтающих у стола.
– Девочки, подскажите, пожалуйста, как работать с этим принтером… – начала я.
Одна из них нехотя оторвалась от телефона, подошла, нажала пару кнопок и, даже не глядя на меня, буркнула:
– Всё, пойдёт.
Я поблагодарила, вернулась к своим бумагам – и вдруг услышала за спиной их разговор. Говорили они так, будто меня здесь и нет.
– Ну ты видела? Не умеет даже принтер включить.
– Медленная она какая-то. Всё показывать приходится, как ребёнку…
– Да уж, если принтер – проблема, что дальше будет?
Я застыла, держа в руках тёплые листы. Изнутри поднялась волна раздражения. Хотелось обернуться и сказать: «Этот принтер безумно допотопный, и далеко не каждый разберётся в его причудах без подсказки». Но я только глубоко вдохнула, задержала дыхание и отпустила это желание.
Я уже знала, что иногда молчание – самый верный способ сохранить себя…
