Текст книги "Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 44. Оценка горца...

Ксандер уединился с отцом в кабинете Генри. Ко мне же подошел один из мальчишек, которых я тренировала, и напомнил о занятиях. В этой безумной беготне я совсем забыла о них. А ведь он прав. Мальчишки не виноваты в том, что мир бурлит вокруг безумными волнами. Они хотят учиться, хотят обрести силу. И я не должна откладывать наши занятия. Тем более, наши тренировки проходят в дальней части двора и скрыты от чужих глаз.

В комнате я переоделась в мужской костюм, который использовала для тренировок вместо женской нательной пижамы. В той появляться в разгар дня было уже как-то неловко. Сегодня мне придется учить своих подопечных рукопашному бою. В платье сильно не поучишь.

Когда я вышла на задний двор, мальчишки уже ждали меня. При виде меня все вытянулись по струнке. Старший, кажется, его звали Марк, сделал шаг вперед, поклонился, поблагодарил, заставив меня улыбнуться.

– Что ж, я рада, что вы так желаете заниматься, – произнесла мягко. – Это очень похвально, молодцы!

Мальчишки заулыбались в ответ, кто-то смущенно, кто-то радостно. Мы приступили к разминке. Волосы еще в комнате завязала в пучок, чтобы они не мешались, поэтому теперь с удовольствием выдохнула. Мужская одежда давала невероятное ощущение свободы и удобства.

Невольно заскучала по тем временам, когда могла носить штаны вместо неудобных юбок. Разогревшись с мальчишками при помощи нужных движений, первым вызвала Марка. Он показал несколько выученных стоек, а я начала показывать простые контактные приемы.

Двумя движениями опрокинула мальчишку на землю. Тот застонал, но его глаза блеснули от восторга. Остальные мальчишки зашумели.

– И я так хочу, и я! – раздалось с разных сторон.

– Всему своё время, – произнесла я.

Показала Марку, как правильно выполнять приемы, и он попытался повторить. Очень быстро мальчишка усвоил движения, но повалить меня на землю у него, конечно, не получилось. Когда я закончила с ним, похлопала по плечу, хотя он был выше меня на голову.

– Молодец! Ты очень способный! – произнесла тихонько, чтобы остальные не слышали. Парень расплылся в счастливой улыбке.

Когда собралась подозвать кого-то другого, вдруг позади раздался голос:

– Эй, а со мной поборешься?

Резко развернувшись, с удивлением обнаружила перед собой Айдана, юного горца. Он смотрел на меня насмешливо, с кривоватой улыбкой, руки переплел на груди. На запястьях поблескивали яркие браслеты, в одном из ушей висела серьга. Длинные волосы парня были заплетены во множество косичек и падали ему на спину.

– Это ведь ты, Лин? – произнес он, делая шаг ко мне.

Я ошарашенно замерла. Неужели он узнал во мне того мальчишку, который его спас? Там же было так темно!

Растерялась.

– Слушай, – произнес горец недоуменно, – сколько тебе лет? Ты так похож на девчонку!

Я рассмеялась.

– Ну давай, поборемся! Посмотрим, кто тут у нас девчонка…

У Айдана, конечно, были навыки. Похоже, горцы обучаются какой-то борьбе. У него были сильные руки, быстрая скорость движений, он был очень внимательным, но против мастера восточных единоборств ему было не устоять и минуты. Я позволила ему сделать парочку ярких выпадов, а потом с легкостью повалила на землю, придавила коленом грудь. Наклонилась пониже.

– Ну что, кажется, девчонка у нас здесь ты! – рассмеялась я.

Сперва мне показалось, что Айдан надулся – подросток всё-таки, но потом он рассмеялся вместе со мной.

– Признаю, ты мастер. Для такого мелкого создания, ты удивительно талантлив, – произнес он, и я отпустила его.

Подскочив на ноги, юный горец похлопал меня по плечу, мазнул взглядом по моим ученикам и произнес:

– Это тебя хозяйка научила, правда? Говорят, она настолько великая воительница, что с ней даже десять сильных мужчин не могут справиться.

Мои мальчишки удивленно переглядывались. Я же осторожно показала им знак, чтобы молчали.

– Да, она у нас такая, – произнесла насмешливо. – Когда познакомишься с ней, удивишься ещё больше.

Айдан закивал.

– Буду очень рад. Надеюсь, она хотя бы не уродлива? – он вдруг замялся, а меня перекосило от столь странного вопроса.

– С чего ты взял?

Айдан почесал затылок.

– Ну, ты знаешь… у нас в селении некоторые девушки тоже иногда становятся воительницами, но обычно они от рождения уродливы. Красивые выскакивают замуж, а этих никто не возьмет, поэтому они обучаются военному искусству. Вот я и подумал, что… госпожа, возможно, тоже… не красавица, если она столь сильна.

Я не знала, что на это ответить. Хвалить свою внешность казалось неуместным. Красавицей я себя действительно не считала, но и страшилищем тоже.

– Наша госпожа самая красивая на свете! – выкрикнул Марк, и остальные его дружно поддержали.

Я повернулась к нему и с улыбкой кивнула. Вот такая у меня замечательная группа поддержки…

Вернувшись с тренировки, я приняла ванну, переоделась, привела себя в порядок и успела как раз вовремя. Прибежала Маняша и взволнованно сообщила, что Ксандер ожидает меня в столовой вместе со своим отцом.

Я выдохнула. Да, первое знакомство – дело серьезное. Если перед Джонатаном Орсини я не желала показать себя с лучшей стороны, то перед этим мужчиной, пожалуй, хотелось выглядеть достойно. Потому что Ксандер был для меня очень важен, и принятие его родни тоже имело большое значение.

Правда, я не привыкла отвлекаться на мнения людей. Где-то это было даже неприятно. Поэтому я укрепилась и заранее смирилась с любым результатом. Всё-таки Ксандер не маленький ребёнок, чтобы каким-либо образом зависеть от того, что скажет его отец. И я не маленькая девочка, чтобы переживать об этом.

С такими мыслями я отправилась в столовую.

***

Уилтон Железный Коготь уже сидел за столом. При моем появлении он не встал, не кивнул, а рассматривал меня словно под микроскопом, пристально изучая, как кобылу на рынке. По его лицу было заметно, что он привык править и управлять, мало считаясь с кем-либо ещё.

Ксандер же, наоборот, тут же поспешил ко мне, приобнял и подвёл к стулу. Я села напротив вождя горцев, а преподобный присел рядом. Служанки тут же засуетились, накладывая пищу в пустые тарелки перед нами.

Я тоже безо всякого стеснения разглядывала Уилтона Железного Когтя. Время смущаться прошло, наступило время бороться. Поняв, что его пристальный взгляд никак не влияет на меня, вождь криво ухмыльнулся.

– Глаза воительницы, – выдал он вердикт. – Я слышал о тебе. Говорят, ты сильнее десяти мужчин. Многие воины нашего племени полегли от твоей руки. А нынче мой сын собирается жениться на тебе. Как ты думаешь, я одобряю этот союз?

Вопрос был с подвохом. Уилтон проверял не только мой характер, но и ум. Я поняла это сразу. Что ж, похвальное качество для заботливого родителя. Но я не собиралась прогибаться под его проверки.

«Я всегда и везде буду самой собой», – подумала я, готовясь к ответу и сдержанно улыбнулась…

Глава 45. Деревня горцев...

– Одобряете ли вы этот союз? – повторила я заданный мне вопрос. – Трудно сказать, – старалась держаться с достоинством. – Я вас совсем не знаю. Вряд ли я способна проникнуть в ваши мысли. Если только вы их не озвучите сами…

Уилтон Железный Коготь некоторое время рассматривал меня, а потом расхохотался.

– А ты еще и умна! Отлично. Но этого всё же мало...

– Отец! – угрожающе подал голос Ксандер.

– Не вмешивайся, – оборвал его вождь. – И хотя ты непокорный сын, но мой первенец, и я не собираюсь быть в стороне, когда наконец-то устраивается твоя личная жизнь.

Вождь перевел взгляд на меня:

– Я соглашусь на твою свадьбу с моим сыном, если ты лично продемонстрируешь свои легендарные способности. Победишь десять моих воинов, и я дам согласие на ваш брак!

– Отец!!! – Ксандер вскочил на ноги так резко, что стул под ним опрокинулся. – Прекрати немедленно! Я запрещаю так разговаривать с моей невестой!

– Насколько я знаю, – вождь обратил на него взгляд, – она пока не твоя невеста. Тебе еще больше года таскать эти тряпки, – он пренебрежительно ткнул пальцем на священническую сутану, – прежде чем ты сможешь на ней жениться. Да и разве ты забыл, что женщины в нашем племени независимы и имеет право распоряжаться своей жизнью самостоятельно?

Ксандер не ответил, и Вождь снова повернулся ко мне.

– Поэтому я спрашиваю тебя: согласна ли ты пройти мое испытание?

И я улыбнулась. Улыбнулась не потому, что хотела создать видимость веселья, а потому что мне действительно было весело. Победить десятерых необученных боевым искусствам, да еще и не в настоящем бою – что может быть проще? Вождь, конечно, не знает о том, сколько у меня черных поясов. Он даже не знает, что такое черные пояса!

– Я согласна, – ответила задорно, за что получила укоризненный взгляд от Ксандера.

– Не волнуйся, – улыбнулась ему, – ты же меня знаешь…

Он недовольно поджал губы.

– И в тебе я не сомневаюсь. Но эта проверка… она оскорбительна! Словно ты должна доказывать свое право быть моей женой! Отец, – он обратился к вождю, – твои проверки ничего не значат, так и знай! Я в любом случае на ней женюсь, согласен ты на это или нет…

Уилтон Железный Коготь рассмеялся.

– Рад слышать. Никогда еще не видел, чтобы мой нелюдимый сын был таким увлеченным. Уже даже и не верил, что такое вообще возможно…

***

Так как в поместье было очень немного горцев, то вождь предложил неожиданное решение – отправиться в деревню и там провести испытания, чтобы все будущие родственники и друзья смогли полюбоваться ловкостью будущей невестки. Я напряглась – не очень-то люблю внимание. Ксандер и вовсе оказался против. Но я все-таки согласилась и склонила его на свою сторону. Одним махом убью двух зайцев: завоюю симпатию будущей семьи и наконец-то познакомлюсь по-настоящему с этим народом.

Поэтому через несколько дней мы выехали в сторону гор…

***

Двигались медленно, продираясь сквозь извилистые горные тропы. Лошади фыркали, тяжело ступая по узким каменистым дорожкам, обрамлённым кустарниками и редкими деревцами. Ветер гнал вдоль склона холодные порывы, приносящие с собой терпкий аромат сосен и сухих трав. Я вцепилась в уздечку, стараясь не отставать, хотя местами едва удерживалась в седле. Дорога была крутой, а я к подобным длительным путешествиям не привыкла.

Горцы ехали молча. Их силуэты, тёмные на фоне рассветного неба, выглядели мрачными. Они двигались уверенно, потому что такая жизнь была для них родной стихией. Ксандер ехал рядом, задумчивый и молчаливый. Его длинный плащ колыхался на ветру, как крылья ворон. Наверное, поэтому его и прозвали Вороном. Ах, да, чтобы отправиться в это путешествие, он снова стал брюнетом с зелеными глазами.

Мы как-то говорили с ним о его иллюзии. Я предложила раскрыть его соплеменникам правду, показать, как он выглядит на самом деле. Тогда Ксандер глубоко вздохнул и сказал:

– Я давно думал об этом, но всё не решался. Наверное, до сих пор боялся отвержения. Но сейчас я уже ничего не боюсь, – он пристально посмотрел мне в глаза. – Главное, что ты будешь со мной. А остальное не имеет никакого значения.

– Деревня близко! – выкрикнул Айдан, обернувшись к нам и вырвал меня из размышлений. Мальчишка всё время держался рядом, с обожанием смотрел на Ксандера-Ворона, а меня разглядывал с интересом и иногда хмурился, будто узнавая одного случайного знакомого по имени Лин.

Я выпрямилась в седле, разглядывая пространство впереди. Поначалу казалось, что это всего лишь туман между горными склонами. Но вскоре в этой дымке начали проступать очертания домов. Небольшие хижины из грубого камня и дерева теснились друг к другу, словно ища защиты от ветра. Их крыши были укрыты дерном, а слабый дымок, поднимающийся из труб, выдавал, что здесь кто-то живёт.

– Приехали! – тихо произнёс один из горцев.

Я заметила, как лица мужчин смягчились: они явно были рады вернуться домой. В деревне не было ни шума, ни суеты, лишь слышался звук хлещущего ветра по грязному флагу, торчащему из земли у импровизированных деревянных ворот. Вдали, за деревней, виднелись обрывистые скалы, подступающие к горизонту. И где-то оттуда послышался крик хищной птицы, как будто сама природа приветствовала возвращение горцев.

Отряд сбавил шаг, и я наконец смогла немного расслабить пальцы, разжав сведённые от напряжения руки. Ощущения были странные. Всё вокруг казалось чужим, но в то же время я чувствовала тепло, зарождающееся где-то в глубине сердца.

Когда мы въехали в деревню, я сразу заметила, как на нас обрушилась волна живого любопытства. Из хижин и сараев начали выходить люди: взрослые, дети, старики – все, кто только мог оторваться от своих дел. Одни бросали поленья в костры, другие вытирали руки о фартуки или рубахи. Никто не пытался скрыть своего жгучего интереса. Их взгляды цеплялись за меня, как ветки за одежду, изучая с головы до ног, но в них не было никакой враждебности.

Только радость от возвращения своих.

– Вождь вернулся! – закричал мальчишка с растрёпанными волосами, карабкаясь по хилому забору, как белка по дереву. – И Ворон тоже!

Толпа вокруг стала плотнее, шум нарастал, словно приближалась буря. Ксандер уже спешился; кто-то хлопнул его по плечу, а женщины начали переглядываться и шептаться, бросая на меня быстрые взгляды.

– Кто это с ним? Невеста? Жена?

Внезапно раздался громкий возглас. Я увидела, как перед Ксандером предстал коренастый старик с растрёпанной бородой. Его глаза блестели, а на обветренном лице играла широкая зубастая улыбка.

– Ну и где ты пропадал? Я уж думал, пропил ты свою честь в городских трактирах!

Ксандер хмыкнул и пожал плечами, поспешно передав лошадь мальчишкам, которые тут же увели её в соседний хлев.

– Не слишком ты гостеприимен, дед! – отозвался он, прищурившись на старика. – Даже «добро пожаловать» не скажешь?

– Добро пожаловать! – с ленивой усмешкой ответил старец и хлопнул Ксандера по плечу так, что тот едва не пошатнулся. Ого! Сколько ещё у него силы! – А кого это ты привез?

– Невесту! – коротко ответил молодой человек и, уголки его губ чуть дрогнули в почти незаметной улыбке.

– О! Наконец-то! – рассмеялся старик и, подмигнув мне, добавил: – С нашим парнем ты точно не пропадёшь. Он очень силён, самый сильный и могучий защитник!

Я едва не сказала, что не нуждаюсь в защите, но вовремя промолчала.

– Сегодня устроим пир! – объявил Уилтон Железный Коготь.

Толпа дружно подхватила его предложение радостными криками:

– Будем праздновать помолвку Келана-Ворона!!!

Меня всё ещё смущало безумное внимание деревенских, но тёплый приём постепенно разогнал напряжение. В этой глуши, где царит ветер и шумят сосны, мне на мгновение показалось, что я… дома.

Потому что дом – это не то место, где ты вырос, и не то, где привык жить. Дом – это там, где тебя уважают и могут посчитать своим…

Глава 46. Чувство вины...

Вечер опустился на горную деревню, окутав её серебристым светом полной луны, что едва проглядывала сквозь редкие облака. Пылающие костры озаряли пространство, бросая тёплые отблески на резные деревянные дома и каменные строения, создавая игру теней на земле. Осенний ветер приносил аромат древесного дыма, пряных трав и жареного мяса, согревая сердца горцев, собравшихся на пир.

По всему периметру широкого двора, увитого яркими осенними гирляндами из сушеной рябины и желтых листьев, были расставлены массивные деревянные столы, украшенные охапками кедровых ветвей. На столах пестрели блюда с дарами природы: мясо, запечённое на углях, ягоды, собранные в ближайших лесах, грибы и горький чёрный хлеб, покрытый хрустящей корочкой. Многочисленные кувшины с тягучим красным напитком стояли в ряд с деревянными кружками, из которых гости пили за здоровье друг друга.

Горцы, крепкие и статные, с румяными лицами, перебрасывались весёлыми шутками, перебивая друг друга громким смехом и громыханием кружек, наливаемых по кругу. Молодые парни и девушки в простых, но ярких нарядах, танцевали в кругу, весело кружась и поддерживая ритм в такт весёлой игре необычных музыкальных инструментов.

В центре этого буйства, у самого большого костра, стоял вождь, крупный мужчина с гривой седых волос и тяжёлым взглядом, устремлённым на собравшихся. Его лицо озарялось пламенем, подчеркивая силу в каждой черте. Он поднял наполненный до краёв кубок и, перекрыв всеобщий гул, громко произнёс тост:

– За моего сына Келана-Ворона, за его честь и отвагу! Да прославится его имя среди наших гор и долин!

Гости ответили ликующим воплем, их кружки взметнулись вверх, блики огня сверкнули на лезвиях кинжалов, пристёгнутых к поясам, и на лицах, озарённых гордостью…

***

Я сидела неподалеку от вождя за высоким деревянным столом. Ксандер отсутствовал. Кажется, он отправился к кому-то из своих братьев, который был сейчас болен.

Чувствовала некоторое напряжение. Но не потому, что мне не нравились окружающие люди или этот пир вызывал какие-то неприятные ассоциации. Наоборот, было очень приятно. Горцы оказались дружелюбным и гостеприимным народом. Их необычные танцы привлекали внимание, и я с удовольствием любовалась резкими, но гармоничными движениями молодых людей и девушек. Однако смутное беспокойство постоянно сверлило где-то в районе груди, и я чувствовала, что что-то не так.

Часто оглядывалась, рассматривая опьяневшие лица, но ничего подозрительного не могла заметить. Вождь уже тоже изрядно выпил. Я же только делала вид, что пью из своей кружки.

И вдруг за соседним столом началась суматоха. Один из горцев, мужчина лет сорока с неопрятной длинной бородой и в потрёпанной одежде, подбитой шкурами, поднялся на ноги и, пошатываясь, огляделся. В какой-то момент его взгляд остановился на мне, и глаза его стали озлобленными до крайности. Я вздрогнула. Кажется, источник беспокойства найден. Но в чем дело?

– Ты! – он указал на меня пальцем и сделал несколько пьяных шагов вперед. – Ты убила моего брата! – выкрикнул он заплетающимся языком, но услышали его далеко не все, потому что музыкальные инструменты создавали слишком много шума.

Рядом сидящие горцы попытались его утихомирить.

– Эй, Джейкоб, не испорти нам праздник! Твой брат погиб в схватке и похоронен с честью. Что еще нужно?

– Она убила моего брата, – словно не слыша разумных доводов, продолжал кричать мужчина. – Ей не место среди нас. Я не хочу ждать до завтра. Сражусь с ней сегодня!

Я напряглась.

Кажется, назревала серьёзная ситуация. Мужчина неуверенной рукой вытащил из-за пояса кинжал, который блеснул острым лезвием во свете луны, и указал им на меня.

– Выходи немедленно. Я буду сражаться с тобой, – произнёс он, едва держась на ногах.

Больше никто не вмешивался. Я подозревала, что у горцев есть традиция, запрещающая отказывать тому, кто бросил вызов. Я была измотана и совершенно не настроена на разборки, но выбора не было. Один раз оглянулась, тщетно ища глазами Ксандера, но его не было. Похоже, придётся принять этот вызов, хотя иметь дело с таким пьяным соперником явно не хотелось.

Я поднялась на ноги и медленно вышла из-за стола. Кто-то ловкий бросил мне кинжал, и я поймала его на лету. Девушки, сидевшие неподалёку, радостно воскликнули:

– Сейчас будет поединок! Сейчас будет поединок! Невеста Келана покажет себя!

Кажется, женская половина горного народа поддерживала меня. Вдруг музыка смолкла. Вождь поднял руку и во всеуслышание объявил:

– Джейкоб потребовал поединок один на один прямо сейчас. Мы не можем ему отказать. У него для этого есть все права. Эта женщина убила его брата, и он имеет право отомстить. Но не до смерти. Кто первый упадёт на землю, тот и проиграл.

– Я убью тебя! – прорычал горец, бросаясь на меня.

Он был настолько пьян, что едва держался на ногах. Мне ничего не стоило лишь немного отклониться в сторону, и он пролетел мимо, как разъярённый бык на арене.

Я быстро развернулась и встала в боевую стойку. Горец тоже развернулся, зарычал, как дикий зверь, оскалил зубы и снова бросился на меня. Я тяжело выдохнула, сжала правый кулак покрепче и, когда он подлетел ближе, ловко уклонилась, ударив его кулаком в челюсть. Удар был такой силы, что мужчина резко дернулся и упал на землю, раскинув руки в стороны. Оружие отлетело от него на пару метров, и он тут же затих, словно прилег просто поспать.

Наступила звенящая тишина, прерываемая лишь стрекотом ночных насекомых. Но длилась она недолго – через мгновение вокруг поднялся рёв, громкий и ликующий, полные восторга голоса окружили меня. Я вздрогнула, оглядываясь. Вождь, поднявшись, довольно улыбнулся и объявил:

– Евангелина победила Джейкоба одним ударом! Слава ей!

Я немного смутилась и огляделась. Женщины горцев смотрели на меня с восхищением, некоторые мужчины, хоть и напряжённые, благосклонно улыбались. Кажется, я завоёвывала их уважение раньше, чем ожидала.

Позже, тем же вечером, выйдя на край поселения и остановившись на утесе скалы, я смотрела на луну, которая во всей красе сверкала над моей головой. В душе было неспокойно. Слова того самого горца, пьяного и озлобленного, не давали мне покоя: «Ты убила моего брата!». Да, в момент, когда я вступила в схватку с его родственником, тот был злостным захватчиком, врагом, который покушался на моё благополучие и на безопасность жителей поместья.

Но теперь, под светом этой тихой осенней луны, я не могла избавиться от тяжелого ощущения, что лишила жизни человека, который был кому-то братом, сыном, отцом…

Всё было честно и справедливо. Он напал, я отбивалась. Но теперь он мертв, и кто-то отчаянно горюет о нем. Это осознание давило на совесть. Я снова тяжело выдохнула.

Вдруг чьи-то руки мягко коснулись моих плеч, а потом и вовсе приобняли со спины. Это был Ксандер. Я прижалась к его груди и закрыла глаза.

– Тебе плохо? – спросил он осторожно. – Наверное, тебе было неприятно из-за поведения Джейкоба…

– Да, мне нехорошо, – честно ответила я. – Но дело не в нём, а во мне.

– Расскажи мне, – попросил Ксандер, нежно касаясь губами моей шеи. – Поделись.

Я невесело усмехнулась.

– Станешь моим духовником, преподобный?

Ксандер улыбнулся в ответ.

– Сейчас я хочу быть твоим другом.

Я высвободилась из его объятий и повернулась к нему. На нём была иллюзия Ворона, но я попросила:

– Сними её, пожалуйста. Хочу видеть тебя таким, какой ты есть.

Ксандер коснулся мочки уха, и в тот же миг иллюзия исчезла. Лунный свет отразился в золоте его волос, делая его черты особенно мягкими и привлекательными.

– Я убивала людей, – горько призналась я, – не придавая этому особенного значения. Моей задачей было выжить и защитить своих людей. Но те мертвецы были чьими-то родными… и это очень тяжело.

– Я понимаю, – ответил Ксандер, погладив меня по волосам. – Очень хорошо понимаю. Но иногда так случается. Чтобы этого избежать, нужна реформа… возможно, в целом мире. Увы, такое трудно представить.

– Думаешь, мне нужно попросить прощения? – прошептала я, смотря на него с надеждой на освобождение.

Ксандер тихо выдохнул.

– Да, о прощении просить нужно всегда. Это освобождает сердце от чувства вины. Небеса видят нашу искренность. Давай попросим их о прощении вместе…

Это был особенный момент нашего с Ксандером духовного единения. Он схватил меня за руку и крепко сжал. Закрыв глаза, я обратилась к небесам, чувствуя его рядом. Внутри звучало лишь одно: "Прости… прости… прости меня".

Я обращалась к Богу и к душам тех, кто погиб от моей руки.

Этот мир жесток, но я… я больше не хочу отождествляться с ним. Хочу жить по совести и быть предельно милосердной…

Ксандер обнял меня снова.

– Ты великая женщина, моя маленькая нежная невеста! Не волнуйся, я рядом! Обещаю, что больше не «умру» и останусь рядом с тобой. Веришь?

– Верю… – пробормотала я ему в шею. – Спасибо… Келан.