Текст книги "Звезда Теночтитлана (СИ)"

Автор книги: Анна Чайка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

– Ну, хоть на том спасибо! – отдалась я в надежные руки Атли.

Мы с ней немного помылись и еще немного подурачились. Точнее я первая обрызгала девушку водой. Но с первого раза Атли на провокацию не поддалась, пришлось облить ее еще раз.

– Госпожа, ну что Вы как маленький ребенок⁈ Как Вам не стыдно! – пыхтела она.

– Зато ты – настоящая бабушка Атли! – обрызгала я ее снова. – Бабушка Атли! Бабушка Атли!

– Госпожа!

– Бабушка Атли!

В конце концов, мы чистые и довольные выбрались на сушу к кускам материи, что заменяли здесь полотенца. Завернувшись в ткань и промокнув волосы, я положила руку на начавший округляться живот.

Скоро все наладится, малыш! – улыбнувшись, подумала я. – Мы найдем папу и уйдем туда, где сможем жить спокойно!

И буквально кожей почувствовала взгляд. Из-за дерева на меня горящими в темноте глазами смотрел Эхекатль.

– Спасибо, за этот вечер, принц! – обратилась я к нему. Хоть и хотелось просто взять и убежать. Но усилием воли заставила себя стоять и улыбаться.

– Рад, что тебе понравилось, Китлали. – тласкаланец неспешной походкой подошел ко мне. – В Тласкале тоже много лесных озер. Теперь я знаю, что тебе понравится!

– Поживем, увидим, принц. – спорить сейчас с Эхекатлем у меня не было никакого желания.

– И все? – удивился индеец. – Китлали, где твои колючки?

– Смылись в озере! Принц, проводите нас. Не знаю как Атли, но я сама обратной дороги точно не найду!

Но Эхекатль продолжал стоять и смотреть на меня.

– Эхекатль, я устала!

– Да, конечно, принцесса! Сейчас.

Прислонив руки к губам определенным образом, Эхекатль вдруг закричал голосом какой-то птицы. И тут же со всех сторон зашумели кусты. Через пару минут на поляну перед озером вышло не менее тридцати вооруженных воинов.

О, Боже! И как Золин пробрался!

– Это для твоей безопасности, принцесса! – к счастью неправильно меня понял Эхекатль.

– С-спасибо! – промямлила я.

– Ничего подозрительного! – между тем отчитался перед принцем один из воинов. Видно командир.

– Возвращаемся в лагерь! – приказал Эхекатль.

В лагере он проводил меня со служанкой до нашей палатки.

– Спокойной ночи, принц! – пожелала я, надеясь тут же прошмыгнуть вовнутрь.

Но тласкаланец меня аккуратно придержал за запястье, пропустив Атли вперед.

Выпрямившись, я с немым укором уставилась на принца.

– Ты все равно будешь моей, Китлали! Чего бы мне это не стоило! – яростно сквозь стиснутые зубы выплюнул он. – Я умею ждать, принцесса!

– Поживем – увидим! – ответила я, вырывая руку и, наконец-то, скрываясь в палатке.

Сердце пойманной птахой билось в груди. Пришлось немного постоять, чтобы банально успокоиться. Атли со страхом смотрела на меня.

– Все нормально, Атли! Давай спать! – как можно спокойнее произнесла я, укладываясь на приготовленное для меня ложе.

Мне казалось, что события сегодняшнего дня не дадут мне уснуть. Но стоило голове очутиться на постели, как я оказалась в царстве Морфея.

Весь следующий день меня била нервная дрожь… Боясь выдать себя своим поведением, я не высовывалась из паланкина. К счастью, в обед привал устраивать не стали, и мы на ходу пообедали маисовыми лепешками и алегрией – козинаком из семян амаранта в сладком сиропе агавы.

А вот вечером Эхекатль пригласил разделить трапезу с ним. Что было, во-первых, странно, так как женщины по традиции ели отдельно. И то, что мы питались с Атли у себя в палатке, никого не удивляло. А во-вторых, неожиданно, потому что впервые за все время моего пленения.

И я отказалась. А что, имела полное право! А вот приглашать к себе в палатку чужую жену (ну, хорошо, вдову) было по местным традициям очень даже неприлично.

А Эхекатль, скорее всего, это и предвидел. Не успел гонец с моим отказом скрыться, как перед моей палаткой началось действо. Слуги установили низкий, но довольно длинный стол, расстелили тканые паласы и накидали подушек. Мы с Атли, разинув рты, наблюдали за тем, как слуги расставляли на столике изысканные блюда. По индейским меркам, конечно. Потому, что вон те тортильи, начиненные яйцами муравьев, во мне вызывали лишь рвотные позывы. А у индейцев считались деликатесом. Как и вон та игуана, тушенная со специями… Фу!..

Спустя пару минут показался и сам принц. Только шел он не один, рядом с ним вышагивал Какамацин – наследник Несауалпилли, ставший после смерти отца главой Тескоко. Оба вождя шествовали чинно, одетые в свои праздничные наряды, поражающие воображение большим количеством перьев и драгоценных камней.

Что-то мне все меньше и меньше нравился сегодняшний ужин!

Увидев меня у входа в палатку, Эхекатль поклонился мне как мужчине равному по статусу самому принцу.

– Прошу разделить с нами трапезу, прекрасная принцесса Китлали. – указав широким жестом на стол. – Сегодня с нами мужчина из твоего рода. Поэтому, как видишь Китлали, правила не нарушены.

Ну да! Ну да! Какамицин по матери – племянник Монтесумы, а значит, номинально может считаться моим родственником. Вот только я бы не спешила записывать его в свои родственники! Мне Куаутемока с отцом с лихвой хватило!

– Рад видеть тебя в здравии, царственная принцесса Китлали! – меж тем обратился ко мне Какамицин.

– Я тоже рада Вас видеть тлатоани Тескоко! Что привело Вас в лагерь теулей? – тут же поинтересовалась я.

Днем я заметила какое-то нездоровое движение во главе колоны, но решила, что поспать важнее.

– Китлали, может, ты пригласишь нас к столу? – спросил Эхекатль.

– Я?

– Конечно, ты! – скалясь во все тридцать два белоснежных зуба, ответил тласкаланец. – Мы же возле твоей палатки.

Что ж, даже тут решил соблюсти этикет? Похвально, конечно. Только меня не впечатлило. Явно ведь не просто так все это затевается!

И если Эхекатль рассчитывал на какие-то преференции с моей стороны, то просчитался. Я не стала спорить, и устало пригласила:

– Прошу всех к столу!

Мужчины тут же заняли два противоположных края, мне же пришлось сесть с длинного конца стола, ровно посередине, чтобы никого не обидеть. Еще одна заминка возникла, когда Какамицин и Эхекатль вместе потянулись за маисовой лепешкой. Ведь, право разделить первую лепешку принадлежало тому, кто выше рангом. А эти двое не захотели друг другу уступить. Так и застыли, ухватив одну лепешку и устроив гляделки.

Детский сад – трусы на лямках!

Отобрала лепешку сама и, разделив, пожелала:

– Приятного аппетита!

После второй перемены блюд, спросила еще раз:

– Так что привело Вас в лагерь теулей, Какамицин?

– Приказ дяди, принцесса.

– И что же пришло на ум моему царственному свекру на этот раз?

– Тлатоани Монтесума приглашает теулей в Теночтитлан. – ответил Какамицин.

– Вот скажи мне принц Тескоко, на что надеется царственный Монтесума, приглашая испанцев в столицу своей империи? Что они увидев величие города, падут ниц и ползком уползут обратно к морю? Или впечатлятся настолько, что начнут есть с рук императора, словно ручные зверьки? Он что потерял последние остатки своего разума?

– Думай, о чем говоришь, женщина! – запальчиво возразил Какамицин.

– Неужели я не права? Теули пришли в Анауак не для того, чтобы любоваться белизной его храмов или диковинками его народа. Они пришли за золотом! И они не успокоятся, пока не отберут последнюю крупинку! Посмотрите, как они на вас смотрят, на вас принцев и на ваших воинов! Разве так смотрят на равных себе?

Оба принца смотрели так, словно у меня выросла вторая голова. А затем Какамицин ответил:

– Увы, безумие моего дяди привело к тому, что такие речи стали возможны. – ацтек словно оправдывался перед тласкаланцем. – Ах, если бы я был императором Анауака! Не прошло б и недели, как головы всех этих теулей из Чолулу уже украшали бы карнизы главного храма Теночтитлана! Но я преданный слуга своего императора и не мне обсуждать его приказы.

– Но ты можешь передать царственному Монтесуме мое предложение. – отпив какао и поставив чашу на стол, обратился к нему Эхекатль.

– Я слушаю тебя, принц Тласкалы!

– Я прошу у царственного Монтесумы вдову его сына – принцессу Китлали в жены. Если император Анауака отдаст ее мне, не дожидаясь окончания вдовьего срока, то воины Тласкалы разорвут свое сотрудничество с теулями и перейдут на сторону твоего царственного дяди, Какамицин.

Я в немом шоке уставилась на Эхекатля, который выглядел так, словно поддерживал не к чему не обязывающий разговор. И только гулко бьющаяся на шее жилка, говорила о том, что тласкаланец не так спокоен, как хочет казаться.

– Не спорю, твое предложение очень заманчивое, Эхекатль. И думаю, ответ дяди будет положительным, но я должен получить этот ответ. А это, как ты знаешь, займет немало времени. И при всем моем уважении, я не могу оставить Китлали с тобой. Сейчас она под защитой рода и ни мне, ни тебе, как будущему супругу не хотелось бы, чтобы на репутацию принцессы упала бы тень. А этого не избежать, если…

– Китлали останется со мной! – перебив собеседника, отчеканил Эхекатль. – Достаточно прислать какую-нибудь родовитую старуху и традиции не будут нарушены!

Я же переводила взгляд с одного на другого. Мужчины же разговаривали обо мне так, словно меня нет рядом. Или будто я пустое место! Что было ближе к истине!

В конце концов, мне это надоело!

Я просто поднялась под перекрестием двух изумленных взглядов из-за стола и, не говоря не слова, спряталась в своей палатке. Слава Богу, она была всего в двух шагах за моей спиной!

Пошли все…!!! У меня муж есть!!!

За пологом еще несколько секунд стояла звенящая тишина, а потом, словно прорвав плотину, началась суета. Голоса, разговоры. Кажется, обращались ко мне, звали, но в палатку не входили. И это радовало.

Я же сидела, подтянув к себе колени, и слезы медленно текли по моим щекам.

Уанитль, где же ты? Жив ли?

Знаешь, ты единственный, кто считал меня человеком! Единственный, кого интересовало мое мнение… Кого интересовала я сама!

Как же нам плохо без тебя! – беззвучно выла я. – Как же тяжело быть сильной, когда тебя нет рядом! Пожалуйста, пожалуйста, только найдись! Только вернись ко мне… Ничего мне больше не надо…

Сколько я так просидела, я не знаю.

Все когда-нибудь заканчивается. Закончились и слезы.

Когда заметила, что в просветах палатки сгустилась темнота, растолкала, уснувшую возле моих ног, служанку.

Атли в недоумении смотрела на меня. Приложив палец к губам, стала менять платье на брюки. Поняв все без слов, Атли стала споро собирать вещи.

Когда с приготовлениями было покончено, осталось самое трудное – ждать.

Время текло непростительно медленно… Каждая минута казалась часом, выматывая нервы, которых и так не было.

За время ожидания я успела передумать обо всем и напридумать многое…

И лишь когда в заднюю стену палатки, раздвигая ветви, просунулась смуглая мужская рука – выдохнула с облегчением.

Сам же побег из лагеря отложился в памяти смутно. Временами мне вообще казалось, что это не я ползу брюхом по земле за свои молчаливым проводником, стараясь не поднимать головы и не шуметь. Что не я бегу, не разбирая дороги в ночных дебрях, окруженная строгими разрисованными лица отоми.

И лишь когда забрезжил рассвет, а наш небольшой отряд соединился с остальными, и я увидела хорохорившегося Чима, я поняла, что…это -свобода! Да, это – свобода!!!

Наверное, действие адреналина закончилось. Иначе как объяснить, что стоило обнять давно уже такого родного мальчишку, как меня накрыла темнота?

Глава 34

Воля Богов

В себя пришла от того, что Атли брызгала мне в лицо водой.

– Принцесса, принцесса! Как же Вы так!

Чим растирал мои руки, а кругом нашей троицы с напряженными лицами стояли отоми.

– Как вы себя чувствуете, принцесса Китлали? – спросил Золин.

– Сейчас немного приду в себя, и отправимся в путь. – вставая ответила я.

– Госпожа, но Вам нужно еще полежать! Вам нужно поберечься, как Вы не понимаете!

– Атли, перестань! – попросила ее я. – Сейчас не время отлеживаться, я и так всех задержала. Правда ведь? – последний вопрос я адресовала Золину.

– У нас есть два часа форы. – ответил индеец.

– Которые не стоит терять! – мне наконец-то удалось встать, опираясь на Чима.

– Жизнь наследника – важнее! Принцесса, воины понесут Вас на носилках. К сожалению это не Ваш паланкин, но мы постарались сделать его удобным. Так мы сможем двигаться намного быстрее.

– Спасибо! Я очень признательна воинам отоми и Вам тлакетеккатль* Золин.

– Это наш долг, принцесса. – Золин, как всегда, был не многословен.

Меня усадили на небольшие носилки без занавесей, которые тут же подхватили два воина отоми. И понеслись.

Воины понеслись по ночному лесу… А я так ухватилась двумя руками в жерди, составляющие остов носилок, что побелели костяшки пальцев. Но расслабить руки не получалось. Я банально боялась выпасть. Отоми неслись так, словно за ними гнались дикие звери.

Хотя, нет! От зверей мы бы так не бежали…

В быстром темпе наш отряд двигался всю ночь. А потом еще целый день. Мои носильщики сменялись каждый час. И лишь к концу следующего дня Золин разрешил сделать привал.

Было видно, что воины держались из последних сил. Но, несмотря на это, Золин выставил охрану, которая тут же растворилась в темноте леса. А я напросилась готовить ужин, так как в отличие от остальных чувствовала себя вполне отдохнувшей.

Это вначале я панически боялась свалиться с этих носилок, а потом пообвыклась. И даже привязав себя веревкой, позаимствованной у одного из отоми, к спинке своего импровизированного стула, умудрилась поспать. Что потом и делала периодически в течение всего дня.

Так что к вечеру я была полна сил, в отличие от всех остальных членов отряда.

И готовка была моей небольшой платой за заботу и помощь этим суровым индейским воинам. Тем более дичь мне общипали и выпотрошили, костер разожгли и дровами обеспечили.

Правда, вначале Уэцке – «дежурный по кухне» индейского отряда, ни в какую не хотел подпускать меня к котлу, но стоило надавить на него авторитетом, как тут же уселся аккуратно в сторонке, продолжая придирчиво следить взглядом за моими действиями. И только по истечении получаса, поняв, что мне можно доверить важную миссию по обеспечению отряда горячей едой, улегся тут же у костра. Не прошло и минуты, как молодой отоми дрых без задних ног.

– А скоро мы дойдем до места? – спросила я у Золина, когда отряд собрался за ужином.

– Завтра. – ответил за него Тланекстик.

– Ты уверен? – переспросил его Золин.

– Да! От той горы. – указал он себе за спину, – до того места день перехода.

– Это хорошо! – Золин даже как-то расслабился.

– А ведь тласкаланцы тоже знают, куда мы идем. – указала я на очевидные вещи.

И пусть Эхекатль ни разу не спросил меня, куда я направлялась, и он и я прекрасно знали, куда именно я шла. Ведь иначе бы спросил! Спросил же? А значит, догадывался, почему я собираю травки именно в этом районе необъятного Анауака. Рискуя напороться на не очень лояльно настроенных власти ацтеков индейцев.

– Мы сделаем все возможное, чтобы нас не нашли тласкаланские койоты, принцесса. – ответил Золин.

– А как мы будем искать принца Уанитля? – задала я свои самый больной вопрос.

– На все воля Богов, принцесса!

Ответ Золина мне совершенно не понравился.

– Но все же, тлакетеккатль Золин, есть какой-нибудь план?

– Остановиться неподалеку и прочесать ближайшие деревни. Другого плана нет.

– И Вы думаете, Куаутемок так не делал?

– Все ближайшие деревни были прочесаны лучшими разведчиками отряда. – подтвердил Тланекстик.

– На все воля богов! – еще раз повторил Золин и тут же поднялся, как бы говоря, что разговор закончен. Вслед за ним поднялись и другие воины отряда, у костра остались лишь те, кто должен был сменить караульных.

Что ж, мне тоже оставалось лишь молиться. И глядя на свет далеких звезд, я молилась. Молилась, чтобы тот, кто смотрит на нас сейчас с небес, снова соединил наши с мужем пути. Чтобы рядом со мной снова был мой мужчина, мой муж, мой Уанитль.

– Боже, пожалуйста, пусть я его найду. Пусть он будет жив! Пожалуйста! Я не вынесу, если… – шептали беззвучно мои губы, боясь произнести страшные для меня слова.

– Спи, Китлали! – прошептал рядом Чим. – Пожалей воинов, они, итак, на пределе!

Он, как и до похищения, улегся сегодня рядом со мной.

– Я же тихо!

На что маленький принц улыбнулся. Нет, я не видела его улыбки, но чувствовала ее в интонации его голоса.

– Разве ты не чувствуешь, что все лежат, затаив дыхание? Ждут, когда ты уснешь.

– Зачем?

– Эх, Китлали! – вздох Чима был практически материальным. – Чтобы уснуть со спокойным сердцем, принцесса.

– А…?

– Спи! – по моему носу щелкнули.

И как только нашел в темноте⁈

А во сне мне снился мой принц. Он улыбался. Он ехал ко мне на лошади по степи. Степи, где трава доходила мне до груди, а маленькую смуглую девчушку, держащую меня за руку, скрывала полностью.

– Мама, мама! – дергала она меня за руку. – Я не вижу папу!

Тогда я подняла ее на руки.

– Папа, папа! – тут же заверещало это счастье с двумя черными, словно смоль косичками.

Уанитль же доехав до нас, спешился. Поднял на руки, просившуюся к нему девочку, подбросил пару раз в воздух. Округа тут же огласилась веселым смехом.

– Я по тебе соскучилась папа! – девчонка охватила Уанитля маленькими ручками за шею, прижимаясь к отцу.

– Я тоже, моя Надийя!

– А сильно соскучился? – спросила малышка, отрываясь от шеи и заглядывая отцу в лицо.

– Сильно. Очень сильно по тебе и маме. – ответил Уанитль дочери, глядя при этом на меня.

А я… Я стояла и улыбалась… Тонула в таких родных и самых красивых глазах, цвета жженой карамели.

Его глаза, разлет бровей. Нос с такой знакомой горбинкой. И полные манящие губы

– Найди меня! – беззвучно шептали они. – Найди меня, Китлали!

– Где ты? – спрашиваю я.

А образ мужа вдруг начинает истончатся…

– Нет! – крик срывается с моих губ. – Не уходи!

Я пытаюсь схватить Уанитля за руку, но моя рука ощущает лишь воздух.

– Найди меня! Я – рядом!

– Уанитль, не уходи! – кричу я.

И просыпаюсь от собственного крика.

– Это сон! Всего лишь сон!

Но уснуть снова у меня больше не получается.

К концу следующего дня мы выходим на то место, где, по словам Тланекстика Эхекатль ранил моего мужа.

По мне так на этом месте уже ничего не указывает на совершенное преступление. Но отоми находят на нем лишь им одним ведомые следы драки. А потом мы все вместе отправляемся туда, где по словам ацтека на принца напал зверь.

Здесь тоже давно уже ничего нет. Но и тут следопыты Золина умудряются отыскать какие-то кусочки, указывающие, что Тланекстик не врет.

Меж тем, солнце уже скоро скроется за горизонтом, и Золин приказывает разместить лагерь неподалеку.

В отличие от предыдущего вечера, сегодня у меня совершенно нет желания вести разговоры. Я просто тихо сижу у костра, ловя на себе настороженные взгляды сидящих рядом воинов.

Золин распределяет отоми на несколько поисковых групп, которые должны будут завтра отправиться в ближайшие деревни.

– Я пойду с вами! – заявляю я Золину.

– Нет! – четко отвечает командир отоми. – Нет, принцесса! Ты и принц будете ждать нас в лагере под охраной.

Возразить я не успеваю, вдалеке разносится крик ночной птицы. Обычный птичий крик, но Золин подымает руку.

– Чужак! – произносит он, и секунду назад расслабленно сидящие воины вскакивают, зажимая в руках оружие. Чтобы повернутся в сторону доносящегося звука.

Из темноты леса появляется странный силуэт. Когда странная фигура подходит ближе, в свете костра становится заметно, что это старуха в мешковатой потрепанной одежде, на которой давно уже выгорели все краски, так характерные для индейских нарядов.

Золин выходит вперед, но старуха отодвигает его клюкой в сторону.

– Уйди, отважный воин племени отоми. Я не воевать пришла – ухмыляется старуха беззубым ртом. – Мне нужна та, что получила покровительство Коатликуэ! – осматривает она нас и ее зоркий проницательный взгляд останавливается на мне. – Ну, здравствуй дочь далеких богов. Долго же ты шла к своему супругу. – покачала она седой головой. – Ну да ладно, главное, что успела. Твоему мужу нужна твоя помощь, пошли.

– Уанитль! Он жив? Вы знаете, где он?

– О! Сколько же вопросов сразу!

Но ее перебивает Золин:

– Кто ты, старая ведьма? – закрыв меня собой, спрашивает он у старой женщины.

На что та разразилась будто надтреснутым и от того жутким, вызывающим мороз по коже смехом. Он зловеще разносился в темноте, и я чувствую, как поднимаются волоски на моей коже.

– Старую Охтли часто так называют, воин отоми! Старая Охтли уже привыкла! – а потом, глядя только на меня, словно потеряв интерес ко всем остальным, произнесла. – Если ты хочешь спасти своего мужа, нужно спешить! Пошли! – и, повернувшись к нам спиной, пошла в сторону леса. Нисколько не заботясь, идем мы за ней или нет.

Я, подхватив свою сумку с лекарствами, чудом уцелевшими после всех злоключений, шагнула следом.

Золин тут же преградил мне путь:

– Я не доверяю этой старухе, принцесса! Она выжила из ума!

– Нет, она та, что разговаривает с Богами! – дотронулась до руки Золина Атли.

Он зыркнул на нее, и девушка тут же убрала руку.

– У нас нет другого выбора! – ответила я. – Ты же сам говорил, на все воля Богов! Вот она, эта воля! – кивнула в сторону удаляющейся старухи.

– Хорошо! – наконец-то сдался Золин. – Мы пойдем с вами.

– Спасибо! – поблагодарила я мужчину.

И бросилась догонять успевшую отойди довольно далеко старуху.

Идти пришлось до рассвета. И лишь когда первые лучи солнца осветили верхушки деревьев, старуха вывела нас на небольшую полянку. Посреди поляны красовался огромный исполин. Дерево было таким большим, что обхватить его по кругу не смог бы и весь наш отряд. Старая Охтли споро доковыляла до дерева, мы же продолжали стоять на краю поляны.

– И чего встала, дочь богов? Или испугалась старой Охтли? – трескуче рассмеялась она. – Не меня тебе нужно бояться! Не меня…

Схватив кусок коры, она отодвинула его в сторону. И нам открылась небольшая щель в стволе. Искусно спрятанная до этого от любопытных глаз.

– Долго мне тебя ждать? – ворчливо спросила старуха, видя, что я не двигаюсь с места. – Или судьба мужа тебя уже не интересует? Поменяешь одного принца на другого?

Злые слова старой ведьмы заставили двинуться с места и протиснуться в щель вслед за ней. Внутри оказалась довольно просторная комната без окон. Но этого и не требовалось. Солнечный свет падал откуда-то сверху. Наверное, там наверху в стволе этого гиганта были щели.

А еще эта круглая комната была разделена на две неравные половинки тканевой занавеской.

Но я обо всем забыла, стоило только старухе отодвинуть занавесь…

На деревянных нарах, застеленных старым тряпьем, лежал Уанитль. Как я узнала его в этом исхудавшем, израненном и искалеченном индейце своего мужа?… Я не знаю…

Уанитль спал.

Я тихо подошла к нему, села на край его ложа… И аккуратно провела ладонью по его лицу. По лбу, где появилась хмурая складка… По разлету бровей, перечеркнутой аккуратно зашитым шрамом… По гордому носу с такой родной горбинкой. По полным губам, что были сейчас плотно сжаты, словно муж что-то видел во сне. По его подбородку с ямочкой.

– Я нашла тебя! – прошептала я. Прошептала на грани слышимости.

Но он услышал.

– Звездочка! – голос Уанитля был слаб. Вместе с дыханием вырывались хрипы. Он попытался привстать, но у него не получилось.

Положив руку ему на грудь и слегка надавив, я заставила его лечь и не делать ненужных попыток. Но мое движение вызвало гримасы боли на родном лице. Не раздумывая, отбросила стеганное лоскутное одеяло, что закрывало моего принца до самого подбородка.

«Мамочки!»

Лучше бы я этого не видела! Подняв снова взгляд на лицо, столкнулась с пристальным взглядом ореховых глаз.

– Я нашла тебя, муж мой! И больше никуда не отпущу!

Уанитль ничего не ответил, лишь еще пристальнее вгляделся в мое лицо. Словно пытаясь найти какой-то ответ на свой не заданный вопрос. А потом просто закрыл глаза. Но за секунду до этого я успела заметить в глазах мужа… облегчение.

– Мы справимся! – сжала я ладонь мужа. – Со всем справимся!

– Я, наверное, очень счастливый человек, Китлали, раз Боги послали мне тебя! – прохрипел Уанитль не открывая глаз, но сжимая мою руку.

Конец.