290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Союзник (ЛП) » Текст книги (страница 17)
Союзник (ЛП)
  • Текст добавлен: 6 декабря 2019, 13:00

Текст книги "Союзник (ЛП)"


Автор книги: Анна Бэнкс






сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

40

 ТАРИК

Тарик сидит в саду с Патрой и затачивает новые стрелы, когда к нему приходит Сепора. Сейчас она редко распускает волосы, и он восхищается красотой локонов, струящихся по ее плечам.

Но, конечно, он восхищается ее красотой в целом. Она снова поправилась и сейчас стоит уже с округлыми формами и серьезно на него смотрит.

– Ты меня звал? – спрашивает она.

– Тебе не стоило спешить.

Он похлопывает по скамье рядом с собой, приглашая ее сесть. Но теперь он понимает, что позвал ее слишком рано. Он не знает с чего начать. Сначала извиниться, думает он. Но как предложить ей снова выйти за него замуж после того, как помолвка была расторгнута так бессердечно? Как он может исправить свои поступки простыми словами?

Было несложно вести переговоры по поводу свадьбы с ее отцом, потому что он относился к соглашению, как к делу, касающемуся королевства. Но это сердечные дела. Они не имеют ничего общего с королевством, а лишь с тем фактом, что он любит её и хочет, чтобы она стала его женой. Это касается лишь двух людей, а нет двух королевств. И мысль о том, что это делает его настолько уязвимым, приводит его в ужас.

Но не настолько, чтобы он отказался от своей затеи. Потому что чем скорее она будет принадлежать ему, тем лучше. Он просто должен спросить её.

Пока он выздоравливал, она взяла на себя большую ответственность. Она доказала, что заботится о народе и способна управлять им. Его разум больше не борется с сердцем. Она достойна быть королевой.

А он готов снова взять на себя обязанности короля. Да, какую-то их часть он уже выполнял, пока выздоравливал, но ему пора вернуться на трон. Возможно, именно с этого ему и следует начать.

– Не могу выразить свою благодарность за все, что ты сделала для Теории. Но с каждым днем я становлюсь все сильнее и сильнее. На самом деле, мне уже надоело валяться без дела. Мне пора вернуться к своим обязанностям.

Она кивает, в ее глазах мелькает печаль.

– В этом ты прав.

– Через несколько недель прибудет король Худжио. Я бы хотел, чтобы ты тоже с ним познакомилась.

– Боюсь, это невозможно, Ваше Величество, – говорит она.

– Не понимаю.

Она резко вздыхает.

– Ты знаешь, что я много времени провела в кварталах низкорождённых. Я встречалась с Большим Советом. Мы решили, что пора домой.

– Домой?

– Да, в Серубель. После смерти матери и отца, я теперь наследница престола. Я не могу оставить Серубель без правителя. Я заберу членов Большого Совета с собой, в качестве своих советников, с твоего позволения, конечно.

Это последнее, что он ожидал услышать. Она хлопотала о серубелиянцах, оставшихся в Теории после войны. Она установила для них палатки и позаботилась об их нуждах, помогая им постепенно возвращаться домой. Он считал естественным, что она помогает им вернуться. Они когда-то были ее народом.

Как оказалось, они до сих пор ее народ.

А почему бы и нет? Она права; теперь, когда ее королевство осталось без правителя, ответственность за его судьбу лежит на ней. Теперь она наследница и законная королева Серубеля. С Большим Советом, поддерживающим её, она, несомненно, будет великолепным правителем.

– Я приглашу короля Худжио в Серубель на его обратном пути в Климу. Думаю, нам следует заключить с ним соглашение отдельно от Теории.

Отдельно от Теории. Тарик может только кивнуть. Его сердце замирает.

– Когда ты уезжаешь?

Ее губы сжимаются в прямую линию.

– Утром, – она замолкает, прежде чем продолжить. – Если я тебе больше не нужна.

Ты нужна мне в качестве жены, хочет сказать он. Но было бы несправедливо просить ее об этом сейчас. И глупо; Сепора откажет ему, как ей прикажет долг. Теперь ей нужно думать о своем королевстве.

– Думаю, я справлюсь, – выдавливает он.

Когда она встает, он встает вместе с ней.

– Прощай, король-Сокол, – она наклоняется и притянув его голову к себе, чмокает в лоб. – И не доставляй мне неприятностей.

Он пытается изобразить искреннюю улыбку, пока смотрит ей вслед.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ
41

ТАРИК

Король Худжио из Климы совсем не такой, как ожидал Тарик. На самом деле, этот старый мужчина очень напоминает Тарику отца, короля Кноси. Он сложен, как воин, с бритой головой и густой седой бородой, которая когда-то, без сомнения, была абсолютно черной. Он разумный и мудрый человек.

Даже Сетосу он нравится. Возможно, он единственный, который нравится Сетосу, за исключением Тюль.

Сепоре он, наверняка, тоже понравится, думает он.

На самом деле, он не может перестать думать о Сепоре.

Но все так, как должно быть. По крайней мере, он убеждает себя в этом, пытаясь побороть внутреннюю пустоту. Он все время считал ее недостойной быть королевой, и всё же она принесла все жертвы, которые может принести королева, служа своему народу. Она многое сделала даже для его людей, пока те считали, что она их будущая королева. Каким же он был глупым. А теперь вынужден расплачиваться.

– Вы сегодня какой-то задумчивый, друг, – говорит король Худжио, делая щедрый глоток вина из своей чаши. Днем они долго разговаривали о мире и торговле, но ужин с королем всегда доставляет удовольствие. У него много историй для бесед, и больше всего ему нравится время, проведенное в качестве пирата, когда он плавал по морю, лежащему севернее Пелусии, грабил корабли и похищал людей из флота своего отца. Он также рассказывает о своей покойной королеве – женщине-пирате с даром Кумули. Так называют людей, которые могут управлять ветром. Как оказалось, сам король не является заклинателем погоды, хотя, как он сообщает, они не редки в Климе. Его дочь одна из них. Однако, их деятельность – вне закона, потому что применение их сил может привести к хаосу.

Но тут король пожимает плечами.

– Я бы дал им свободу, но вы же видите, что они сделали с Теорией. Представляете, если бы они объединились? – он хохочет. – Но я делаю их счастливыми посредством богатства и титулов. У них нет причин бунтовать.

Тарик в этом не так уверен. Не в том случае, когда королева Ханлин смогла предложить нечто более ценное тем, кто напал на Теорию. Он задаётся вопросом, что она вообще им предложила, какие дала обещания и захотела бы их сдержать. Хотя с ним она никогда не поступала нечестно. Всегда была искренней. Просто она очень хорошо умела скрывать мысли и уклоняться от ответов.

Как и ее дочь.

Худжио ставит чашу и так смотрит на Тарика, что тот чувствует неловкость. Дело не столько в том, что он смотрит, сколько в том, что изучает Тарика с определенной целью. Он понимает, что у короля появилась идея. Он даже может представить какая, потому что Худжио намекает на это уже несколько дней. Похоже, король Климы собирается спросить напрямую.

– Мы обсудили мир и торговлю, – начинает Худжио, – и это прекрасно. Но если вы действительно хотите объединить наши королевства, Северное с Южным, нам понадобится нечто большее, чем просто торговые связи.

– Что вы имеете в виду?

Но Тарик уже знает, что он имеет в виду. И он знает, что король прав. И будь Рашиди, тут, предложил бы это первым.

– Я хочу сказать, что вам нужно жениться на моей дочери. Объедините нас таким образом, смешайте наши родословные, и мы всегда будем в вашем распоряжении.

Тарик колеблется, а король продолжает.

– О, не расстраивайся так. Моя дочь – редкая красавица, руки которой добиваются многие в Северном королевстве, и не только из-за богатства, которое принесет союз с ней. Ее с рождения готовили быть хорошей королевой. Она не разочарует Теорию.

– Уверен, что не разочарует.

– Что ж, тогда когда мне за ней послать?

Тарик берет свою чашу и долго пьет. Он не знает, как ответить. Нет, не правда. Он понимает, что должен сказать, только не знает, что скажет на самом деле. Возможно, ему нужно больше вина. Вино поможет ему справиться со скованностью. – Я согласен, что свадьба с вашей дочерью будет прекрасным союзом, – начинает Тарик. Да, это хорошее начало, думает он, но снова замолкает.

Король Худжио откидывается на спинку своего кресла и нетерпеливо барабанит пальцами по столу.

– Значит, я должен послать за ней.

Тарик вздыхает.

– Прежде, чем посылать за ней, вы должны кое-что узнать.

– Тогда выкладывайте. Я начинаю чувствовать себя оскорбленным.

Это правда, хоть и произнесенная с легкой улыбкой. А почему бы и нет? По сути, Тарик прямо сейчас отзывается от их союза, если не проявит осторожность.

– Я не хочу выказать неуважение, и ни в коей мере унизить достоинство вашей дочери. Просто я… я не уверен, что из меня получится хороший муж. Видите ли, я…

– Вы влюблены в королеву Серубеля, – заканчивает король Худжио, рассматривая свои ногти. Он берет столовый нож и что-то выковыривает из-под одного, даже не потрудившись взглянуть на Тарика. – Это всем известно.

Тарик моргает.

– Ну, я бы не сказал, что всем.

Король разражается смехом.

– Ваши слуги пьют с моими слугами, которые, в свою очередь, пьют во дворце и за его пределами. Об этом говорит все королевство. Кроме того, королева Ханлин собиралась выдать ее за принца Бахрейна. Королевство было уже готово к вашему нападению, если бы оно последовало. Ханлин открыто говорила о вашей привязанности к принцессе Магар и каким ударом это оказалось бы по вашей чести.

– И вы посчитали, что это справедливо? Что я должен был остаться в стороне и позволить моей будущей королеве выйти замуж за кого-то другого?

Худжио поджимает губы.

– Я не знал вас, мой друг. Также эти переговоры велись не в моем королевстве, и они никак не повлияли на мои владения. Это были всего лишь слухи. Слухи, которые, очевидно, оказались правдой.

Тарик берет на заметку, спросить об этом Птолема. Он должен докладывать королю обо всем, что слышит о троне. Почему-то он упустил эту маленькую деталь о болтовне слуг. Тарик едва не краснеет. Что может подумать о нем народ? Неужели они считают его слабым, раз Сепора все-таки ушла и вернулась в Серубель? Публично разорвала помолвку, чтобы занять свой трон? Неужели они смотрят на него так же, как всегда смотрел Сетос: как на влюбленного щеголя, который не смог убедить ее остаться?

И если они видят его таким, не должен ли он доказать своему народу, что он все еще их король и может принимать разумные решения, взяв в жены дочь Худжио и заключив этот союз?

– Вот это задачка, – говорит Худжио, в его глазах пляшут огоньки. – Хотите сказать, что с моей дочерью не произведёте на свет наследника?

Тарик едва не давится вином, но его гость снова хохочет.

– Не поймите меня неправильно, мой юный друг, – говорит он, задумчиво почесывая бороду. – Это серьезный вопрос, который мы должны обсудить. Ваша серубельская королева отвечает на ваши чувства?

Он понимает, что не должен вести такие разговоры с предполагаемым свекром. Но не может устоять. Кроме того, он чувствует, что Худжио не успокоится, пока не получит ответы. Этот человек упрям, как Сетос – еще одна черта, напоминающая ему отца. А сейчас, когда нет Рашиди, отеческий совет ему не помешает.

– Я не знаю, – наконец говорит Тарик.

– Есть только один способ узнать, – заявляет король. – И я, мой друг, готов вам помочь.

Гордость пирамид, во что я ввязался?


42

 СЕПОРА

Ольна бросает на меня вопросительный взгляд, значит она только что задала вопрос. А я не услышала. Я оглядываю всех своих советников, бывших членов Большого Совета, которые с большинством освобожденных рабов вернулись со мной домой. Все выжидательно смотрят на меня, кто-то с нетерпением, кто-то с вежливым безразличием, а кто-то с понимающей улыбкой.

Я вздыхаю, слегка краснея, и не только от смущения. Я дергаю за воротник платья, которое перекрывает воздух. Я уже отвыкла от серубельской одежды. Как раньше я чувствовала себя неуютно в открытых теорийских нарядах, так сейчас задыхаюсь в серубельских платьях. Нужно привыкнуть к тому, что я вернулась домой.

– Прошу прощения, Ольна. Не могли бы вы повторить?

Я вижу, как на лице Ольны промелькивает раздражение, но она вежливо отвечает:

– Мы обсуждали кандидатуры послов в другие страны, Ваше Величество. Теперь, когда у нас все стабильно, пора начинать налаживать отношения с пятью королевствами.

Да, конечно. Послы. Я слышала начало разговора. Речь шла о назначении представителей в каждое королевство из числа моих советников. Именно тогда я начала сожалеть о том, что мои послы отправятся в путешествие, а мне придётся остаться здесь, в замке, и сходить с ума в ожидании даже самых небольших новостей из других королевств.

Из Теории.

По крайней мере, скоро прибудет король Худжио из Климы, если его пребывание в Теории пройдет хорошо. Он привезет с собой в Серубель вести о совершенно новом королевстве. Я уверена, что короля Худжио точно буду слушать внимательно. Может его визит так меня воодушевит, что я захочу принять участие в работе совета. Или, возможно, я сама провожу его в Климу, вместо того чтобы посылать посла. Нужно будет не забыть выудить приглашение…

Проходит несколько минут прежде, чем я понимаю, что Ольна снова задала мне вопрос. На этот раз вздыхает она.

– Королева Сепора, мы не хотим утомлять вас такими мирскими заботами. Мы в любое время можем проголосовать, а позже представить вам отчёт для окончательного решения.

Она имеет в виду, что я свободна. Я понимаю, что мне следует возразить, что меня отсылают с моего собственного заседания совета, но хватаюсь за возможность, чтобы сбежать из этого зала. Я испытываю вину из-за охватившего меня облегчения, когда встаю и отодвигаю назад стул с высокой спинкой.

– Да, думаю, это замечательная идея.

Мне не удается скрыть энтузиазм по поводу того, что я могу уйти.

Ольна складывает руки на столе перед собой.

– Я найду вас позже, Ваше Величество, чтобы сообщить о наших договоренностях.

Я почтительно киваю, но выхожу за дверь прежде, чем совет успевает встать в мою честь.

Несколько часов спустя Ольна находит меня на главной террасе замка, где я сижу на каменной скамье и смотрю на водопад, падающий с горы напротив. Я помню время, когда мне хотелось сброситься с неё, чтобы сбежать от власти отца, но я не могла заставить себя сделать это. Однако до сих пор не уверена, правильное ли приняла тогда решение. С тех пор я вызвала столько проблем и так много потеряла, что теперь мне трудно смотреть на вещи объективно.

Ольна садится рядом и толкает меня локтем.

– В последнее время вы сама не своя, ваше Величество. С тех пор, как мы покинули Теорию.

– Возможно, это мое новое я.

– Я все же надеюсь, что нет.

Я тоже. Было бы стыдно, если бы я до конца жизни провела в замке в печали. Конечно, я приду в себя. Конечно, дома не всегда было так ужасно скучно. Правда, я всегда была занята созданием спектория для своего отца. Сейчас, когда я больше не обязана этого делать, я не знаю, чем себя занять. Я все еще его создаю, но делаю это, когда хочу или когда мне нужна энергия. Много Создателей из кварталов низкорождённых вернулись с нами в Серубель. Они занимаются созданием спекртория для торговли с другими королевствами. А я чувствую себя сейчас почти бесполезной.

– Я сожалею о том, что случилось сегодня на заседании совета. Я просто чувствовала беспокойство.

Она кивает, нежно похлопывая меня по ноге.

– Некоторые дела королевства более интересны, чем другие.

Она опускает руку в карман платья и достает нераспечатанный свиток. Я сразу узнаю печать архитектора Тарика.

– Это только что доставили вам.

Я ждала это письмо, но боюсь открывать его. Раньше это так много значило для меня. Но теперь приносит только боль. Я разворачиваю послание, уже зная содержание и понимая, что это будет значить для меня. Там просто написано:

Наша задача выполнена, Ваше Величество.

У меня в груди все сжимается от этих слов.

– Вскоре я должна буду вернуться в Теорию, – говорю я Ольне.

Это долг, который я должна выполнить, ошибка, которую должна исправить. Но когда? Сейчас у Тарика в гостях король Худжио, потом он будет в гостях у меня. Может мне следует поехать и встретиться с ними обоими?

– Да, – говорит она. – Мы согласны.

Я моргаю.

– Мы?

Совет не мог знать, почему я собираюсь вернуться в Теорию. Как совет мог дать согласие на то, о чем понятия не имеет?

– Сегодня после вашего ухода на заседании обсуждалось, как совет может помочь вам избавиться от вашей… меланхолии. Мы единодушно проголосовали, что вам нужно стать послом в Теории. У вас там много связей, связей и отношений, которые будут полезны Серубелю.

– Но я не могу быть послом, – говорю я, немного расстроенная этим предложением. – Я – королева. Это просто неслыханно.

Работа посла считается низкой для королевской особы. Что подумают об этом в других королевствах? Конечно, они посчитают это слабостью. Подумают, что у меня недостаточно советников для этой цели, тогда как это далеко от истины. У меня больше советников, чем у Сетоса гордыни.

– За последние месяцы произошло много неслыханного, вы так не думаете, Ваше Величество? В пяти королевствах царит атмосфера перемен. Все уже не так традиционно, как прежде.

Конечно, она права. Война навсегда изменила пять королевств. Они сплотились, как никогда раньше. Даже Пелусия поспешила возместить ущерб. Сам Грейлин приветствовал армию Маджаев у своих ворот и провёл переговоры о мире. Эти союзы состоят не из хрупких слов, вписанных в свиток договора. Они выкованы из крови, потерь и жертв. И если бы Тарик с помощью своих способностей Лингота почувствовал неискренность в извинениях Грейлина, я уверена, он сравнял бы это королевство с землей. После битвы в Аньяре король-Сокол больше никогда не будет рисковать безопасностью своего народа.

Тем не менее все эти сообщения передавали послы. А не короли и королевы.

– Да, произошли изменения. Но разве изменения в том, как в королевствах поддерживаются отношения? – я с сомнением качаю головой. – Королеве служат, она не служит сама.

Я помню, как Рашиди говорил Тарику те же самые слова в квартале низкорождённых. В то время Ольна была с ним согласна. Теперь же она поджимает губы, будто считает иначе.

– По большей части, это правда, – говорит она. – Но королева также должна служить своему народу. Ваш отец отнёсся несерьёзно к этой ответственности. И потому я призываю вас обдумать вот что, Ваше Величество: насколько вы служите Серубелю, как королева?

– Я вас не совсем понимаю.

Не уверена, должна ли чувствовать себя оскорбленной. Кажется, Ольна намекает на то, что я не справляюсь со своими обязанностями и сравнивает мой способ правления с тем, что делал мой отец. Если она все еще недовольна сегодняшним заседанием, то пусть скажет это прямо. Это первое заседание, которое я не дослушала до конца, поэтому не думаю, что мои способности привить зависят от моего сегодняшнего отсутствия.

– Разве в качестве посла вы не принесли бы Серубелю больше пользы?

– Я не могу быть послом, Ольна. Я – королева.

Она улыбается. Странная реакция на мою досаду.

– Вообще-то, можете. Мы обсуждали законы Серубеля с вашим преподавателем, Алдоном. Он вспомнил случаи в истории, когда король признавался неспособным править. Тогда трон передавался советникам, пока его сын не становился достаточно взрослым, чтобы править самостоятельно, – Ольна видит, что я в ужасе, и быстро поднимает руку. – Мы не хотим сказать, что вы не способны. Мы восхищены вашими талантами к правлению, Ваше Величество. Если бы не вы, Теория бы не смогла оправиться после войны. Но в истории Серубеля есть закон, который позволяет правителю отказаться от короны.

– У меня нет наследника.

– Закон не требует, чтобы вы передавали трон наследнику. Алдон вполне уверен, что вы можете передать его группе советников, как это бывало раньше.

– Большому Совету, – выдыхаю я.

Ольна кивает.

– Конечно, если это против вашего желания, мы больше никогда не заговорим об этом, Ваше Величество. Но если вы согласны, мы готовы взять на себя эту ответственность. По закону, решение – за вами, – ее лицо смягчается. – Видите ли, Ваше Величество, если вы решите остаться на троне, то скоро придется выйти замуж. Но, конечно, от вашего мужа будут ожидать, чтобы он жил в Серубеле, так как вы правите здесь. В роли посла вы можете выходить замуж за кого пожелаете.

Я понимаю, что она имеет в виду.

– Я все равно не нужна королю-Соколу, – тихо говорю я. – Он это ясно дал понять, когда разорвал нашу помолвку. И он не откажется от трона Теории ради трона Серубеля.

– Иногда мы не видим выхода из тупика. А иногда выход предоставляется сам по себе.

Она достает из кармана еще один свиток, на сей раз открытый.

– Это тоже пришло сегодня. Мы собирались обсудить послание на заседании, но вы казались рассеянной. Я подумала, что вам лучше прочитать его, когда вас никто не будет отвлекать.

Она уходит. Жесткая ткань ее платья шелестит на ветру.

Я разворачиваю пергамент и тут же роняю его.

Тарик женится на принцессе из Климы и через три недели меня сердечно приглашают на церемонию.

Только через мой гниющий раздутый труп.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю