Текст книги "Пока не развели мосты (СИ)"

Автор книги: Анна Аникина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 52

Паника была. Но всего несколько секунд, пока Алла смотрела на сумку в своих руках. Ногам быстро стало холодно. А сумка... Пустая же? Или нет? Во внутреннем кармане лежал листочек. А на нем Юрин телефон, записанный ещё тогда – после Сестрорецка. Алла погладила листочек, разложив на ладони. Даже показалось, что от букв шло тепло.

Осталось только придумать, откуда позвонить. Далеко в тапочках по улице не убежишь.

– Дядя Гурам! Выручайте! – Алла кинулась в крохотный ларек с фруктами и овощами рядом с их домом, который работал до ночи.

– Алла-джан! Что такое? Опять эта бози тула (арм. дочь проститутки) кричала? – открыл ей дверь сбоку пожилой армянин, – Заходи. Быстро, дочка!

– Дядя Гурам, у Вас есть телефон? Мне очень-очень нужно позвонить, – Алла уселась на ящик из-под апельсинов.

– Конечно, джан! А ещё у меня есть коньяк. И лимон. А ещё хачапури. Холодные, правда, уже... Но моя Нани пекла их утром.

– Мне бы сначала телефон.

– На держи. И коньяк сразу пей. Ноги поворачивай сюда к обогревателю.

Алла взяла телефон дрожащими руками. Стала набирать номер по бумажке. Обругала себя, что до сих пор не выучила его наизусть. Такие простые цифры.

– Бодровский. Слушаю. Кто это? – отозвался Юра после большого количества гудков.

Алла чуть с ума не сошла от волнения за эти несколько секунд ожидания. Ведь он вполне мог и не ответить на звонок с незнакомого номера.

– Юрочка..., – тут у Аллы закончились силы. Вдруг и сразу. Она зарыдала в трубку.

– Алла! Аллуся! Ты где? Что случилось? – уже орал на том конце Бодровский.

– Это дядя Гурам говорит. Тут наша Аллочка у меня в ларьке. Её дом знаешь?

– Да. Знаю. Еду. Я буду. Только не отпускайте её никуда, пожалуйста.

– Не отпущу, Юра-джан. Если Алла тебе звонит, значит, ты её не обидишь.

Алла только глазами хлопала, пытаясь не уронить кружку с коньяком.

– Кушай хачапури. Прилетит твой Юра.

– А он ещё и Юрий Алексеевич, представляете! И родился двенадцатого апреля, – хрюкнула вдруг Алла, моментально разомлевшая от глотка спиртного, – Только он не космонавт. И не лётчик. Он моряк. Офицер. Капитан третьего ранга. И кавалер Ордена Мужества.

– Герой, значит! – дядя Гурам подвинул Аллочке ещё хачапури.

На Аллу накатила паника. Её уже явно развезло. Вот сейчас приедет Юра. И что он увидит? Какая она жалкая? В тапочках, без причёски. С одной только пустой сумочкой в руках. Хороша пара блестящему офицеру!

Глава 53

Ехать Бодровскому было всего ничего. От Академии, где он был дежурным, до Аллиного дома бегом можно добежать, если захотеть. Но бежать было без надобности. Машина пристроена под забором Академии. Осталось сделать так, чтобы его свои прикрыли до утра. По идее, никто проверить не должен. И кроме него ещё три дежурных офицера. Из них двое – нахимовцы. Эти не подведут.

Пока выскакивал с проходной, на ходу застегивая куртку, пока выруливал в сторону Малого проспекта, вспоминал, как ни странно, как по-армянски будет "спасибо". В их кубрике в Нахимовском был Левон Геворкян, учил однокурсников всяким словечкам. Правильное слово вспомнилось не сразу. Бодровский пять раз повторил вслух "шноракалуцюн", чтобы потом без запинки произнести.

Подъехал. Ларёк с фруктами освещался тёплым светом. Юра постучал в окошко.

– Добрый вечер, уважаемый. Я за Аллой.

– Тише, сынок... Она уснула. Скажи, когда у тебя день рождения?

– Двенадцатого апреля, – не понял Бодровский, – А что?

– Ничего, это я так... Проверить. Чтобы девочку кому-попало не отдать. Ей и так досталось. Я дядя Гурам, – мужчина открыл боковую дверцу, – Иди открой сначала дверь в машине.

Алла мирно спала, положив руку под щеку, прямо на ящиках с апельсинами, укутанная старой мужской курткой. Юра легко подхватил её на руки. С её ноги слетел домашний тапочек. Бодровский ошалело уставился на Аллочкины ноги в тонких домашних легенсах, носочках и одиноком тапочке. Сердце колотилось как бешеное. Хотелось сжать кулаки и ринуться растерзать всех, кто обидел его Эльфа.

– Неси-неси, я подниму, – дядя Гурам шёл следом к машине Бодровского. В руках Аллин тапок и пакет, – Вот, покорми её. Это гранаты. Нам родственники прислали. Не с оптового рынка. Домашние. У нас в Армении около дома растут.

Юра усадил Аллочку. Она даже не проснулась. Полез за портмоне.

– С ума сошёл, сынок! Не думай даже!

– Шноракалуцюн, дядя Гурам!

– О, откуда по-армянски знаешь, ара?

– У меня друг из Нахимовского армянин. Он научил, – признался Юра, – Вы знаете, что у неё случилось?

– Ээ, джан, ведьма эта случилась у них. Очень дурная женщина. Кричала много, даже у меня в ларьке слышно было.

– Ну я ей сейчас устрою "навал" (соприкосновение кораблей бортами)!

– Дети там у них. Ночь уже. Утром разберётесь, – дядя Гурам озабоченно посмотрел на часы.

– Простите, я Вас задерживаю, – по-своему понял его Бодровский.

– Нет, ара, это я вас задерживаю. Ты же в Академии учишься? Да?

– Так точно.

– А повезешь куда? Не в общежитие же?

– Нет, в Рыбацкое.

– А мосты... Ты же дежурный, – кивнул на неснятую повязку дежурного дядя Гурам.

Юра не сразу сообразил. В голове был полный хаос. Ему же надо будет вернуться до утра так, чтобы никто его отсутствия не заметил. Иначе мужиков подведёт и неприятности будут. А до Рыбацкого прилично даже ночью. Значит, надо шевелить веслами.

– Спасибо Вам. Огромное. За Аллочку.

– На свадьбу не забудь пригласить, Юрий Алексеевич! – улыбнулся дядя Гурам.

Юра видел, как пожилой мужчина стоял на краю тротуара и махал им вслед. Ему стоило больших усилий сосредоточиться на дороге и основной своей задаче: довезти Аллу домой, устроить её спать, вернуться в Академию, утром сдать дежурство. Это был минимум. Дальше будут решать проблемы по мере их поступления. Вместе.

Дядя Гурам вернулся в ларёк, ему давно было пора домой. Жена уже беспокоилась. Он накрыл все ящики утеплителем, выключил электричество. Стал закрывать дверь за замок.

– Простите, Вы тут девушку не видели? – раздался у него за спиной мужской голос.

Дядя Гурам обернулся. В подошедшем человеке признал Аллиного отца.

– Нет, не видел никого.

Глава 54

Алла проснулась странно выспавшейся. Её разбудил запах. Сырники. Она это определила моментально. Но глаза ещё не открывала и сладко потянулась.

В следующее мгновение мысль прожгла мозг как молния. Она не дома! У неё в квартире не может пахнуть едой, если она сама при этом еду не приготовила. И кровать. Это точно не её раскладушка. Но подушка пахнет так знакомо и сладко.

Алла даже глаза зажмурила и для верности ещё сверху одной ладонью прикрыла. Понюхала подушку. Пошарила рукой рядом. Пахло Юриком. Его гелем для бритья и просто им самим. Но на постели никого больше не было. Алла боязливо приоткрыла один глаз. Так и есть. Она у Юры.

– Привет, Чебурашка моя любимая, – тут же прозвучало от двери голосом Бодровского.

Алла схватила себя за уши. Что с ними не так? У эльфов, правда, тоже ушки особенные. Юра рассмеялся.

– Я вчера тебя из ящика с апельсинами забирал. Как Чебурашку. А дядя Гурам передал тебе домашние гранаты, – Юра выразительно поднял вверх пакет с плодами, – Велел тебя кормить.

– Молодёжь! Завтракать! Сырники на столе. Я ушла к тёте Ларисе. Мы идём на фотовыставку, – раздался голос Юриной мамы.

– Мам, где выставка? Мы тоже хотим!

– На Большой Конюшенной. На углу. Там галерея. Всё. Я убежала. Аллочка, хозяйничайте тут сами с Юриком.

Хлопнула входная дверь. Стало тихо. Только часы тикали. Алла так и сидела на кровати. Юра стоял, облокотившись на дверь.

– Доброе утро, мой Эльф, – тихо сказал.

– Доброе утро... Какой сегодня день недели?

– Слава богу, суббота. Никому никуда не надо. А с дежурства я уже сменился.

Алла пыталась вспомнить, каким образом она оказалась у Юры дома. Скандал с мачехой всплыл в памяти быстро. В красках и подробностях. Потом вспомнилось, как дядя Гурам дал ей телефон. Но вот, что дальше...

– Юрочка..., – эмоции вдруг снова накатили неконтролируемой волной.

– Аллуся, ты что? – Юра кинулся к ней, сгреб в объятия, перетащить к себе на колени. Прижал, – Тише, моя хорошая, всё в порядке. Я с тобой. И больше никуда не пущу. Поняла?

Алла часто закивала, утыкаясь носом в Юрино плечо.

– Надо поесть. А потом всё остальное. Пойдём. Мама там наготовила.

Алла вышла на кухню, по дороге огдядев себя в зеркале. Кошмар и ужас.

– Юра, а можно мне сначала в ванную?

– Конечно! – спохватился Юрик, – сейчас полотенце принесу.

Вернулся через минуту с несколькими полотенцами одного цвета и большим халатом. Явно мужским.

– Это твои будут. Ну... Для рук и банное. А халат мой пока... Ладно?

Алла кивнула. Приняла всю стопку и скрылась в ванной.

– Аллуся! – опомнился Юра, – постучал в дверь. Алла открыла. Высунула голову.

– Я забыл сказать. Там шампунь слева. Женский. Если что-то надо будет, мы купим сегодня. Хорошо?

– Спасибо, Юр... Я быстро, – засмущалась Алла.

В голове был полнейший сумбур. Значит, она позвала и он приехал. Забрал её к себе. Кошмар кончился. Он же не вернёт её обратно? Рядом с Юрой не страшно нигде. Совестно только, что её вчера сморило с пары глотков коньяка у дяди Гурама. И что она совершенно без вещей. А думать о том, что можно за ними вернуться, даже странно.

Она торопливо вытерлась. Закуталась с Юрин халат. Свои вещи сунула в стирку. Хоть пара трусов и носков будет. Вышла на кухню.

– Поешь. Я кофе пока сварю, – встал Юра. Это было странно – сидеть за столом и есть, пока кто-то её обслуживает.

– Юра, посиди со мной. Мне неловко, – вдруг попросила Аллочка.

Бодровский разлил кофе по чашкам. Подал. Сел. Была всё-таки надежда, что Алла расскажет, что же произошло. Но она аккуратно отрезала ножом кусочки сырника. И жмурилась как кошка, пробуя кофе.

– Аллусь, нам нужен план. А чтобы его сделать, я должен знать масштабы катастрофы. Как ты вчера оказалась у дяди Гурама?

Глава 55

Алла выдала Юре весьма цензурированную версию произошедшего. Мол, её вытолкнули за дверь думать над своим поведением. Телефон мачеха разбила от злости. А поводом стали сплетни соседей.

Бодровский выслушал молча. У него кусок в горло не лез. Хорошо ещё Аллочка по доброте душевной не стала мачеху оправдывать и объяснять её действия каким-то разумными мотивами. А ведь могла. Она про всех людей старалась думать хорошее. Тут, видно, даже её человеколюбие закончилось. Непонятно, где в этот момент был её отец. Почему он не заткнул жену и не вернул с улицы дочь?

Алла видела, что Юра уже пыхтит как паровоз. Как он умеет людей на место ставить, даже особо голос не повышая, это Алла уже наблюдала не единожды. И ей было немножко стыдно за неконтролируемую радость, которая её затапливала. Можно больше не бояться! Её не дадут больше в обиду! Её парень сотрёт в порошок тех, кто причинил ей боль. Вот только нельзя допустить, чтобы это как-то навредило самому Юре. И не дай бог сестры станут участницами скандала. Им только шесть. Не стоит пачкать их грязью взрослых выяснений отношений. Хотя они и так каждый день в это втянуты.

Бодровский не сомневался ни секунды. Алла больше домой не вернётся. Её место теперь здесь, рядом с ним. И дом тоже будет здесь. Про паспорт только надо подумать, как лучше. Обмен существующего, возможно, проще, чем заявление об утрате. А вот вещи... Он достаточно обеспечен, чтобы купить ей всё, что нужно.

– Аллуся, нам, наверное, надо будет туда поехать, – осторожно предложил Юра, – Надо забрать твои вещи, документы и что там для учёбы надо.

Алла побледнела. Ехать на Васильевский меньше всего хотелось. Сложно было предсказать, что их там ждёт. Но бегать от проблем бесполезно. Ей ведь и правда просто нечего надеть. Написанные уже части её диплома остались в стареньком компьютере. И документы все тоже там. Даже студенческий.

– Юр, я понимаю... Но..., – Алла не знала, как правильно подобрать слова, чтобы задать главный вопрос.

Юра перехватил её встревоженный взгляд.

– Аллусь, я знаю, что это, возможно, силовое решение. Но больше мы не расстанемся. Я могу обеспечить нас обоих. Ты можешь жить здесь.

– В качестве кого? – выпалила наконец Алла и испугалась. Что он сейчас ответит? Каким словом назовёт её место в своей жизни? Не получится ли, что она набивается, а Юра просто ведёт себя как порядочный человек?

Юра тут же охрип. Он хотел просить её руки. Собирался сделать это красиво. Чтобы момент запомнился. Но кольцо он ещё успеет купить. А сейчас надо ответить на прямой вопрос.

– В качестве моей жены.

Алла застыла. Снова взмах длинных ресниц. Пронзительный взгляд необыкновенных глаз. Как сканер.

Пауза была долгой. Алла молчала. Потом вдруг всхлипнула. У Юры на это была одна реакция – тут же прижать к себе.

– Аллуся... Надо было по-другому, – зашептал Юра.

Алла вдруг замотала головой. Юра похолодел. Она отказывает?

– Не надо по-другому, – подняла на него глаза Аллочка.

Глава 56

Злость на семью Аллы закипала внутри Бодровского медленно, но неотвратимо. Тянуло нагрянуть в это проклятое место, где Аллочка непонятно как столько выдержала, и устроить там Перл-Харбор и Порт-Артур сразу.

Юра предпочёл бы поехать туда один. Но без помощи Аллы он вещи не соберёт. Была даже мысль плюнуть на них. Купят новые. Но едва он только заикнулся, как Алла стала ещё бледнее. Хотя, кажется, дальше уже некуда.

– Юр, я поеду. Только мне нужно что-то..., – Алла плотнее запахнула Юрин халат. Бодровский сообразил, что одежды-то нет совсем и никакой.

– Понял. Напиши мне, пожалуйста, список. Только подробно. С цветом и размером. Трусы, носки, брюки, платье. Что нужно. Алла стала пунцовой. А Юра соображал, куда сейчас метнуться, чтобы за минимум времени в одно лицо купить необходимое.

Алла писала старательно и быстро. Список получился коротким. Самое неловкое – бельё. Но у Юры, когда он пробежал глазами по строчкам, на лице не было ни тени сомнения.

На самом деле он волновался. Никогда еще в своей жизни Бодровский не покупал женское белье. Что означали буквы и цифры рядом с наименованиями, решил у Аллы не спрашивать. Ей, видно, и без выяснения подробностей не по себе. Он Аллочку и так сбил с толку, когда потребовал поставить ногу на лист бумаги и старательно обвел карандашом её тонкую ступню.

Аллочка не дышала, пока Юра, стоя на коленях и держа её ладонью за щиколотку, обводил контур.

В торговом центре рядом с метро Бодровский провел ровно пятьдесят минут. Он по привычке засек. Вышел взмокший и обвешанный пакетами. Преисполненный благодарности к продавцам всех отделов. От салона нижнего белья до обувного. Никто не задал ему ни одного дурацкого вопроса. Внимательно читали список и приносили нужное. Циферки рядом с бельём перестали пугать. Всё, оказывается, просто, если разобраться. А женатый мужик обязан быть в курсе экипировки жены. Как минный офицер в маркировке вооружения. Мысль, что Алла всё-таки согласилась, грела душу.

Только с обувью и верхней одеждой вышел экспромт. Он купил Алле сразу две пары – тёплые ботиночки на меху и красивые сапожки. И пуховик с капюшоном. Только бы подошло.

Уже на пути к дому вспомнил Аллочкины озябшие ладони в его руках тогда на озере. Но возвращаться за перчатками не стал. Потом поедут вместе и купят. И кольцо ещё. Чтобы Эльфу в голову не пришло сомневаться.

Алла ошарашенно таращилась на содержимое пакетов, которое Юра торжественно выгрузил на кровать.

– Юрочка… Ты зачем столько купил?

– Аллуся, отставить возражения. Что ты в списке написала, то и купил. Примеряй. Обратно не понесу.

Алла дрожащими руками взяла в руки белье. Мельком глянула на ценник. Ого... Впрочем, она рассматривала похожий комплект совсем недавно. Перед поездкой в пансионат. К щекам от воспоминаний снова нахлынул румянец. Кажется, им тогда некогда было разглядывать белье. А вот сейчас Юра смотрел на неё потемневшим взглядом.

– Аллуся... Я на кухне подожду.

– Нет, не уходи. Посмотри на меня.

У Аллы от собственной смелости пульс взревел. Голова закружилась от упоительного ощущения власти над мужчиной. Он любит её! Он просил её руки! Тонкое кружево заняло свои законные места в считанные секунды. Алла повернулась к Юре.

– Ну как? Нравится?

– Очень..., – охрип Юра, оглядывая красоту, – Порт-Артур откладывается.

Алла не успела понять, при чем тут морское сражение. Думать в Юриных руках вообще не получалось. Только остро чувствовать.

Глава 57

Алла надевала новые вещи. Поняла, что её собственная одежда годится только на тряпки. Ощущения были странные. В зеркале отражалась совсем другая девушка.

Пока ехали на Васильевский, она искала слова, чтобы объяснять свой приход. Юра остановился у ларька с фруктами. Достал из машины какой-то пакет.

– Я купил коньяк. Мне клялись, что армянский и отличного качества. Надо дяде Гураму отдать.

Алле стало стыдно. Она-то и не подумала о своём спасителе. А Юра сообразил.

– О-о! Какие люди! Юра! Алла-джан! Тебя не узнать, девочка! – обнимал их дядя Гурам, – Этот твой космонавт – отличный парень, – прошептал Алле на ухо и подмигнул.

Коньяк принял. Но с условием, что они приедут к нему в гости. Юра с Аллой обещали. И телефон записали.

Настроение улучшилось. И заходить в парадную уже было не так страшно.

Юра держал Аллу за руку. Она взяла большую паузу прежде чем позвонить в дверь. Звонок резанул по нервами. В квартире быстро раздались торопливые шаги. На пороге стоял Аллин отец.

– Алла..., – выдохнул он с явным облегчением.

– Папа, я за вещами и документами, – у Аллочки хватило сил только на эту фразу. За спиной у отца из комнаты появилась выразительная фигура Ирины. Алла побледнела и крепче сжала Юрину руку.

– Нагулялась? Мозги на место встали? Пришлось отцу вместо тебя детей на спорт везти.

Алла сама не поняла, как оказалась за спиной у Юры. Бодровский просто вырос между ней и мачехой. Отец же отступил несколько шагов назад под впечатлением от внушительных Юриных габаритов.

Ирина открыла было рот, чтобы сказать ещё едкость, но наткнулась на взгляд Бодровского, как "Титаник" на айсберг.

– Алла, иди собирайся. У нас мало времени, – напомнил Юра о цели их визита.

Привычка замечать мелочи не подвела. Юра отметил про себя, как отличается то, как одевалась Алла, от качества одежды её мачехи.

В голове крутились замысловатые матерные тирады. Бодровский был зол. Но он не князь Трубецкой (Князь Владимир Владимирович Трубецкой (1868–1931). Контр-адмирал. Начальник Черноморской минной бригады. Кроме отчаянно-смелых боевых решений был известен громким голосом и широким использованием ненормативной лексики), хоть и минер. Матом разговаривать мог. Но если это место Алла считала домом, то надо иметь уважение. Исключительно ради Аллочки и её спокойствия.

Ирина внушительной кормой хотела оттереть Бодровского к двери. Но Юра сделал крохотный шаг вперёд мгновением раньше. Мачехе Аллы пришлось чуть попятиться. У нее за спиной маялся Аллин отец, будто что-то хотел сказать, но не решался.

Всё это напоминало ему знаменитый инцидент на Чёрном море, который обсуждался на занятиях по морскому праву ещё в Нахимовском, когда сторожевой корабль «Беззаветный» совершил навал на крейсер ВМС США «Йорктаун», так как американские корабли демонстративно нарушили экономическую зону Советского союза. Бортанули тогда американцев. Вот и сейчас Бодровский шёл в навал на Аллину мачеху.

– При других обстоятельствах я, возможно, просил бы вашего разрешения на то, чтобы Алла жила вместе со мной, – нарушил молчаливое коридорное противостояние Юра, – Но думаю, что Алла в вашем разрешении больше не нуждается. Ну а я тем более.

Из боковой комнаты появилась Аллочка с жалкой стопкой вещей. Юра распахнул заготовленную сумку.

– Это всё?

Она кивнула.

Юра так и стоял стеной между Аллой и её семьёй, пока она обувалась. Мачеха в бессильной злобе несколько раз делала попытки дернуться в сторону Аллы. Безуспешно.

– Хотя нет, – вдруг звонко и уверенно выдала Алла, – Ещё мамин портрет и альбом с моими детскими фотографиями.

– Жора, не смей. Обойдётся, – предостерегающе почти зарычала Ирина.

– А это с какого парохода такелаж повылез? Вы ей кто? – рявкнул Бодровский прямо у неё над головой, – Сами принесёте, или мне поискать? Только предупреждаю – я буду это делать очень тщательно.

Аллочкин отец уже метнулся в комнату и вынес то, что просила дочь, раньше, чем Юра договорил.

– Спасибо, – прошептала Алла, прижимая к себе драгоценную ношу, и уже была готова расплакаться.

– Вот это ещё, – Аллин отец отдал Юре сим-карту от разбитого телефона.

Ирина, непонятно зачем, сделала ещё шаг в сторону Аллы. Та отшатнулась, как от ядовитой змеи. Юра успел в тесном коридоре одним движением убрать Аллу себе за спину.

– Ещё паспорт, – почти безнадёжно пискнула Аллочка.

– Бери.

– Он у Ирины.

– Паспорт, – Юра требовательно протянул ладонь.

– Подавись, – выплюнула Ирина, – почти швыряя Аллочкин паспорт в Бодровского.

– Он, кстати, не действителен, – не удержалась Алла.

Ирина побагровела.

– Мы уезжаем. Ещё раз дернитесь любой частью тела в сторону Аллы, разбомблю к чертям, – Бодровский вынес решение таким тоном, что даже Ирина попятилась и чуть не споткнулась об собственную обувь.

– Фарватер-то протральте. А то с вашим дифферентом на корму..., – выдал Юра, буквально вынося Аллочку из квартиры.

Только оказавшись на улице, Алла поняла, что почти не дышала всё это время. Понемногу пускала кислород в лёгкие, чтобы не рухнуть. Плакать хотелось, но глаза были сухие и язык не ворочался что-то сказать.

За эти несколько минут дома до Аллы дошло, что и брать-то ей особо нечего. Документы. Флешку с набросками диплома и несколько жалких тряпочек. Хорошо, что додумалась забрать фотографии.

– Поехали, – Юра усадил её в машину.

Алла обессиленно прислонилась к оконному стеклу лбом. Всё. Уже всё. Ее больше не обидят и не унизят. Но почему же так муторно на душе?