Текст книги "Пока не развели мосты (СИ)"

Автор книги: Анна Аникина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 45

Пока Алле всё удавалось. Юрино «Доброе утро, мой Эльф!» приходило в разных вариантах каждый день. Капелька радости, которая, как волшебное зелье, превращала любую серость и гадость в радужную субстанцию.

Она всегда поднималась раньше всех. Успевала в душ и готовила завтрак. Радовалась, что они не завели собаку, хотя сестры очень просили. У Лики оказалась аллергия. Если бы в доме было животное, Аллочка не представляла, как бы справлялась утром.

Потом будила и собирала в садик сестёр. Ирина в такую рань не поднималась. Алла уводила девочек. А как там проводили утро отец и его новая жена, даже думать не хотела. Иногда варила папину любимую пшенную кашу на молоке и с изюмом. Так делала мама. Была надежда, что он за таким завтраком всё же вспоминает о ней. Ирина про то, что эта каша из прошлой жизни мужа, была точно не в курсе. Иначе уже случился бы скандал.

Аллочка работала помощником воспитателя в группе, куда ходили сестры. Под соусом "ты же почти специалист с высшим образованием" её периодически оставляли за воспитателя. Так что факт, что мультик "Осторожно, обезьянки!" ни разу не смешной, Аллочка усвоила быстро. В этом году это была уже подготовительная группа. Стало намного полегче. Ребята выросли и почти всё делали сами. Дети любили свою Аллу Георгиевну.

Её рабочий день в садике заканчивался полдником. Потом Алла мчалась в университет. Наличие постоянной работы было одновременно плюсом и минусом. С одной стороны – опыт. Да и практику ей засчитывали автоматом. А с другой стороны – огромная нагрузка. Хотя у них все девочки в группе где-то работали. Но так, чтобы весь день с тридцатью малышами, а потом учится, только Ларионова.

Домой Алла обычно возвращалась, когда девочек было пора укладывать спать. Тогда Ирина спокойно уходила в спальню. Но иногда Алла приезжала совсем поздно, когда все уже спали. Тогда и поужинать по-человечески уже было нельзя. Только тихой мышью проскользнуть в комнату и, стараясь не издать ни одного звука, разложить свое спальное место. А потом наконец блаженно вытянуть ноги на раскладушке.

Иногда Алла понимала, что девочки не спят.

– Аллуся, мы тебя ждём, – шептала Ника.

– Что было дальше в "Нарнии"? – подавала голос с другой стороны Лика.

Тогда приходилось тихим шёпотом рассказывать. Свет ведь не включишь. Благо, девочки засыпали очень быстро.

Как фонарик сказочного Светлячка вспыхивал экран спрятанного в карман пижамы телефона.

"Доброй ночи, моя девочка!"

Губы сами расплывались в улыбку. Никто опять не узнал, что по вторникам у неё давно на одну пару меньше. И ещё на одну она не ходит, потому что у неё автомат по этой дисциплине. А последний час они с Юрой целовались до одури в его машине в квартале от дома. И есть ей совсем не хочется, потому что Юра привёз ей к университету большой пакет пышек и термос с необыкновенным чаем. Вот только уходить в темноту и холод из тепла их "домика" с каждым днем всё сложнее.

Глава 46

Юра не мог понять, что за игры в шпионов устраивает Аллочка. То, что её мама умерла, и сейчас у неё есть мачеха и младшие сестры, всё-таки известно. Но что там внутри семьи творится – тайна за семью печатями.

Очень хотелось всё больше времени проводить вместе. Бодровский уже голову сломал, как же ему легально утащить Аллу на все выходные.

– Юрочка, вы бы поехали с Аллочкой за город. А то вам, бедным, даже один на один не пообщаться. Может, в пансионат куда-нибудь. Можно в наш, от Балтийского флота. Помнишь, мы ездили, когда ты маленький был. Папа тогда нас ещё на лодке катал. Помнишь?

– Мам... Не плачь, пожалуйста, – Юра кинулся обнимать маму. Потом вспомнил наставления Аллы, что если хочется плакать – надо плакать, а не прятать эмоции внутрь. Потому что ни потом обернутся соматическими реакциями.

Алла тогда это так серьёзно ему объясняла. А он ей гордился в этот момент. Его Аллуся очень умная и талантливая. Выяснилось, что в их паре не один он такой отличник. У Аллочки и аттестат с отличием, и диплом тоже будет красный. Осталось чуть-чуть.

Сейчас Юре было неловко перед мамой. Она озвучивала то, о чем он думал. Где им остаться вдвоём? Чтоб не только в машине целоваться.

Бодровский зашёл на сайт флотского пансионата. Нормальные цены даже для гражданских. И как по заказу, на следующие выходные там семинар известного детского психолога. Он от Аллы слышал эту фамилию. И тема близкая к Аллиному диплому. Осталось уговорить её саму.

Юра изложил Алле план поездки. Она сначала счастливо заулыбалась. Потом нахмурилась. Для заселения, очевидно, нужен будет паспорт. И это самое маленькое препятствие. Денег ей могут и не дать.

Юра наблюдал за тем, как Алла напряжённо обдумывает его предложение.

– Ты про деньги только не думай, ладно? Хочешь я с твоими поговорю. Не убьют же они меня, – Юра был полон решимости.

– Н-нет... Не надо. Пожалуйста... Не надо..., – Алла была близка к отчаянию. Страшно стало так, что аж в глазах потемнело.

Нельзя-нельзя-нельзя, чтобы Юра пришёл к ним в дом. Ирина отберёт у неё и Юру. Как отобрала всё и всех, что у неё было. Она умеет сладко улыбаться и очаровывать людей так, что они перестают помнить себя. Даже бабок в их подъезде очаровала. Что уж говорить про папу.

Одна только мысль, что Ирина будет улыбаться Юре и назовёт его "котик", привела Аллу в отчаяние. Она дёрнула дверь машины, выскочила на улицу.

Юрка сориентировался моментально и бегал тоже быстрее Аллочки. Поймал. Обнял. Прижал.

– Стой. Не уходи, пожалуйста, – он никак не мог понять, что в его словах заставило её побежать. Он обидел её? Она увидела в предложении поехать за город намёк на секс? А он там был. Но Юре казалось, что они оба этого хотят.

– Аллуся, дурочка моя любимая! Эльф мой милый! – зашептал на ухо.

Алла вдруг затихла в его руках. Подняла свои нереальные глаза.

– Что?

– Я люблю тебя, моя девочка! Понимаешь? Очень люблю. Больше жизни. И готов на что угодно, только бы не расставаться.

Юра произнёс эти слова и буквально физически почувствовал, как ось земли, скрипнув от натуги, встала в какое-то единственно правильное положение. И мир вокруг неё завертелся тоже исключительно в верном направлении.

Глава 47

Так вдохновенно Аллочка не врала никогда! Вернее, она вообще в таких количествах никогда не врала. Но тут почувствовалась острая несправедливость. Она уже достаточно взрослая, чтобы ездить куда она хочет и с кем она хочет. Но вынуждена спрашивать разрешения у совершенно чужого ей человека.

– От кафедры выделили одно место. Льготное. Для дипломника по этой теме. Ведущая семинара будет потом в государственной комиссии на экзаменах. И она же будет рецензентом моей работы. Ирина выслушала молча и вполне равнодушно.

– Хорошо, – ответила после театральной паузы.

Аллочка в этот момент старательно контролировала дыхание, чтобы не выдать волнение и радость, про себя много раз считая до четырёх.

– Поезжай. Тем более, что мы идём на свадьбу к Киселевым.

Про приглашение на эту свадьбу Алла слышала впервые. С этой семьёй дружили её родители. Значит, Катя Киселева, с которой они маленькими играли под столом, пока взрослые что-то праздновали, замуж выходит. В любой другой момент Алла бы расстроилась, что её не берут на торжество. Но сейчас, когда впереди были целые выходные вместе с Юрой, ей было даже не обидно. Хотя можно было предположить, что из всех Ларионовых невеста больше всего была бы видеть именно свою детскую подружку.

В этот момент следовало сделать расстроенное лицо, чтобы Ирина, не дай бог, не подумала, что Аллочка не задета за живое.

– Держи твой паспорт, – Ирина принесла его следующим вечером.

Алла ликовала. В её руках оказался наконец её документ. Денег не дали совсем. Ну да не страшно. С Юрой вообще ничего не страшно. Осталось добраться до вокзала, хотя Юра предлагал забрать её из дома. Но тут Алла перестраховалась. Если их план сорвётся из-за такой мелочи, она себе не простит. Название пансионата и имя психолога были каплями правды, выданной мачехе.

Юра снова был с цветами. Подхватил её сумку, удивившись, что у Аллы совсем нет с собой вещей. Оказавшись наконец в его машине, Алла шумно выдохнула. Всё. Она уехала на выходные с любимым человеком за город. И они проведут эти два дня вдвоём. Правда, семинар она всё-таки сходит послушать. Юра оплатил ей участие.

Осенние унылые пейзажи за окном совершенно не расстраивали. В машине было тепло и уютно. Если бы было возможно, Алла хотела бы так ехать куда-нибудь очень-очень далеко. Останавливаться отдохнуть на заправках. Пить кофе. Жевать краснобокое крепкое яблоко, давая Юре откусить. Потом доехать куда-нибудь. Неважно, куда. И спать в отеле, поужинав в кафе. Об этом сладко мечталось в тепле салона.

Администратор пансионата взяла в руки их паспорта. Покрутила в руках. Глянула на них с Юрой. Бодровский смотрел прямо и уверенно, а вот Алла не знала, куда себя деть от неловкости. Они не женаты. А селятся в один номер. И понятно, чем там будут заниматься. По крайней мере, Алла очень на это надеялась, но от этого было ещё больше неловко перед незнакомым человеком.

– Девушка, обратите внимание, что Ваш паспорт не действителен. Я, конечно, поселю Вас. Но в ЗАГСе такой паспорт не примут, – администратор вернула их документы.

– А что не так с моим паспортом? – пунцовая от неловкости Алла вообще ничего не понимала.

– А вот, посмотрите тут и тут, – администратор снова взяла её документ и открыла на нескольких страницах, – Вы, часом, не прячете от кавалера маленького ребёнка?

На страницах Аллиного паспорта были детские каракули. Судя по наклону букв, это была работа Ники – у неё левая рука ведущая. Это Алла отметила про себя автоматически, даже как-то пропустив мимо ушей колкость в свой адрес. Вот только Юра не пропустил.

– Старшего администратора пригласите, пожалуйста, – сказал ледяным тоном, став, кажется, ещё выше и шире.

Алла только глазами хлопала. Ей стало вдруг страшно, что старший администратор может её и не поселить по такому испорченному документу. Страшно стало не только ей. Администратор, только что позволившая себе вольность, сжалась в комок.

– Молодой человек, я ничего такого плохого не имела... То есть... Я прошу прощения, девушка. Случается всякое с документами. И я не должна была..

– Именно. Не должны. Но сказали, – Бодровский даже голос не повысил.

– Юрочка, пойдём, пожалуйста, – Алла смотрела жалобно, ей не хотелось скандала.

Юра глянул на неё ласково, обнял за плечи. – Конечно, пойдём, – взял сумки.

Администратор за стойкой выдохнула. Но Бодровский снова повернулся к ней.

– Пожалуйста, когда что-то говорите людям, выключите хамство и включите эмпатию.

– Что?

– Посмотрите в интернете на досуге. Полезная штука.

Юра уверенно повёл Аллу в сторону лифтов.

Глава 48

На семинар по подростковой психологии Алла особых надежд не возлагала. Автор была известная в профессиональных кругах. Все её работы, близкие к теме своего диплома, Ларионова уже, конечно, изучила. Она была не из тех, кто пишет дипломную работу за последнюю неделю перед рецензированием. У неё уже был план, вступление и наброски на все остальные части. Серьёзной проблемой была экспериментальная часть. Но тут надежда была на конец зимы – начало весны, когда занятий не будет, только практика. Она уже договорилась в соседней школе.

Юре было неожиданно интересно. Он с одной стороны наблюдал за Аллочкой. И искренне восхищался её умом и талантом. А с другой стороны – внимательно слушал. На самом-то деле матросы – подростки. Им всего восемнадцать, когда они приходят на флот. Да, сейчас много контрактников – это ребята постарше. Но и совсем детей тоже хватает.

Бодровский пытался вспомнить себя в таком возрасте. Всё правильно. Основной мотив – "играй гормон". Мысли стекают из мозгов в южном направлении. Внимание и способность сосредотачиваться стремятся к нулю.

После лекции началась практическая часть, где участники уже могли сами высказываться и пробовать себя в различных заданных ведущей ситуациях.

Один из вопросов к аудитории – если вы работаете в области детской психологии, то почему? Что сподвигло стать психологом? Ответ Аллы поразил Юру.

– Знаете, мне на первом курсе ещё попалась на глаза фраза, что жизнь – это задача со многими переменными, – голос Аллочки звучал уверенно. Было ясно – она в теме, – Так вот, я хочу быть в жизни ребят положительной переменной. Такой, которая не даст упасть. А если уже упали – поможет подняться.

Это был действительно потрясающий ответ. Первой зааплодировала ведущая. Юра с восторгом подхватил. Алла мгновенно смутилась и стала пунцовой. Села на место, уткнулась носом Юре в плечо.

– Ну а вы, молодой человек, тоже психолог? Или за компанию пришли? – Юра, конечно, привлекал к себе всеобщее внимание. Абсолютное большинство участниц – женщины. Мужчин всего несколько человек.

– Я кадровый офицер флота. Капитан третьего ранга. Сейчас являюсь слушателем Академии имени Кузнецова. До этого служил на Северном флоте на авианесущем крейсере. И, конечно, не психолог. А специалист по вооружению. Но по своему опыту могу сказать, что без специальных знаний по психологии нам никуда. Когда доверяешь мальчику восемнадцати лет серьёзное оружие, надо быть уверенным, что он справится. Что не сломается под грузом ответственности. У нас часто происходит тот самый переход из детства во взрослость.

Аллочка гордилась Юрой безмерно. Видела, как на него смотрят. Эх, сейчас бы парадную форму и орден! Но Бодровский и по-гражданке выигрывал с большим отрывом у всех присутствующих мужчин.

На практике они разыгрывали предложенные ситуации. Юре сначала доставалась роль подростка. Он отыгрывал своё задание очень точно. Хамил, грубил, выстраивал логику из ложного посыла, угрожал. Всё очень достоверно.

– Я сдаюсь! – честно признала поражение одна из участниц.

Потом подростком была Алла, видимо, как самая юная участница. Юрка аж замер. Откроется сейчас дверь в её юность? Но Алле по заданию досталась совсем не активная личность. И потом она явно подыгрывала своему партнёру по ситуации – полноватому румяному дядечке.

Бодровский после семинара, пока Алла общалась с коллегами, перехватил ведущую. Сказал, что у Аллы тема диплома по её специализации. Та воодушевилась.

– Ваша жена настоящий талант. А Вы – огромный молодец, что сами развиваетесь и её поддерживаете. Вот мой мейл. Жду текст диплома. И с удовольствием напишу рецензию.

Юра даже возражать не стал, что Алла ему не жена. Разве важно? Хотя... Если подумать, то очень важно.

Глава 49

После общения с большим количеством людей захотелось тишины.

– Давай убежим, – Алла потянула Юру за руку.

Они бродили за руки по мокрым дорожкам лесопарка вокруг пансионата. Дошли до озера. Долго смотрели на воду. Алла устроилась в Юриных объятиях. Сделала глубокий вдох.

– Юрочка... Как же хорошо...

Юра держал Аллу в кольце своих рук. Дышал ей в макушку.

– Когда я был маленьким, мы приезжали сюда... Вот там, справа, был причал. И лодки. Папа тогда катал нас по озеру. Мама боялась открытой воды. А я совсем нет.

– Тебе не бывает страшно, когда берега не видно?

– Честно? Я бы не назвал это чувство страхом. Скорее – уважение к стихии. Море – оно же живое. И очень сильное. Мы для него – песчинка. Не только один человек, но даже громадный корабль.

– Ты скучаешь по нему?

– Есть такое... Там, знаешь, всё сразу настоящее. Не понарошку. И шансов переиграть нет.

– Думаешь, на берегу люди менее настоящие?

– Нет... Просто земля под ногами даёт фору. Ты не замёрзла? – Юра взял Аллочкины ладони в свои. Погрел дыханием, – Надо перчатки.

Алла опустила глаза. У неё были. Но простенькие. А рядом с Юрой хотелось быть хоть сколько-то элегантной.

В номере было тепло. За окном зажглись фонари на всей территории пансионата. Дождь пошёл. Когда за окном мокро и холодно, тепло особенно ценится. Алла застыла у окна. Юра подошёл со спины. Подал чашку с чаем. Алла понюхала.

– Что ты добавил?

– Каплю коньяка. Ты против?

– Совсем нет. Просто я никогда не пробовала. Только водку.

Юра вопросительно поднял брови.

– Тоже, чтобы не заболеть. Один раз.

– Чудо ты моё чудесное, – Юра обнял Аллочку за плечи.

Убрал в сторону её волосы, поцеловал за ухом.

Аллочка обернулась. Подняла на него глаза. Поставила чашку на подоконник. Прошлась кончиками пальцев по пуговицам Юриной рубашки. Руки подрагивали. Хотелось расстегнуть эти пуговицы и прижаться губами к его коже. Аж жарко стало от этого жгучего желания.

Юра поймал её ладонь. Поцеловал в самый центр, не отпуская взглядом.

Алле не было страшно. Ну разве что, самую малость. Она давно этого хотела. Заниматься любовью с единственным и неповторимым мужчиной. С потрясающим, чутким и нежным. С тем, чье сердце сейчас гулко и часто билось под её ладонью.

Юра замирал и плавился от этих прикосновений. Алла расстегивала его рубашку пуговица за пуговицей так, будто ничего важнее сейчас в её жизни нет. В её глазах плескалось Средиземное море в солнечный день. Кончики пальцев дрожали от волнения. Юра ловил ощущения. Смаковал их. И видел, как чутко Аллочка отражает его реакцию. Как отзывается на каждый его поцелуй. Как не говоря ни слова требует ласки. И кто он такой, чтобы отказать любимой?

Глава 50

Утром у Аллочки болела каждая мышца. Совсем не к случаю вспомнилась бабушка, которая заставляла делать зарядку и растяжку, даже когда фигура была очень далека от идеала. Надо снова взять себя в руки и выделить время утром. Хотя в её утре места для себя почти не было.

Юры рядом не оказалось. В душе шумела вода. Алла потянулась всем телом, пытаясь ощутить разницу. Очевидно, что теперь это была другая Алла Ларионова. Вспоминать, что происходило тут вечером и ночью было сладко и стыдно одновременно. Смятая постель не давала даже малейшего шанса, что это был сон. Всё правда.

Самокопание довело до мысли, что все свои потрясающие навыки её Юра приобрёл не в книжках, а на практике. И был кто-то в его жизни, кого он любил и с кем спал.

В Аллочке проснулась ревнивая тигрица. Она знать-не знала про эту свою сторону. Оказывается, она не такая уж и мямля! Юра открыл волшебную шкатулку. А что там внутри, какой фейерверк и фонтан золотых искр, она и сама не знала. К прошлому ревновать было очень глупо. Но Алла ничего не могла с собой поделать. В этот момент из ванной появился Юра. Увидел выражение её лица.

– Аллуся... Что-то болит? – по-своему истолковал тревогу в её глазах.

– Нет..., – Алла повела плечом, с которого тут же сползло одеяло.

Юра сглотнул. Вид был потрясающий. Его Эльф – действительно сказочная девочка. А он просто счастливчик.

– Врешь ведь. Отнести тебя в душ?

Алла вспыхнула. Вспомнила, как ночью Юра уже носил её на руках в ванную. Как бережно вытирал мягким махровый полонецем, зацеловывая. Но сейчас ей было неловко.

– Я сама..., – её взгляд заметался по комнате в поисках одежды.

– Погоди, – Юра принес ей большой махровый халат. Накинул на плечи. Обнял, – Я тебя люблю.

И снова нереальные зелёные глаза смотрят на него с надеждой и нежностью.

– И я тебя люблю.

Оказалось, что они проспали завтрак, и в столовой всё уже убрали. Зато в кафе на территории пансионата варили потрясающий кофе и пекли булочки.

Юра поймал себя на том, что только с Аллой стал получать удовольствие, заботясь о девушке. Только с ней хотелось быть предупредительным и внимательным. Только для неё хотелось создать самые лучше условия. И глядя, как она маленькими глоточками пьёт кофе с корицей, не хотелось больше никуда её от себя отпускать.

До Аллы за чашкой вкуснейшего кофе вдруг дошло, что сегодня их последний выходной. Через несколько часов нужно будет собираться обратно в город. А завтра снова будут холодные серые будни. С редкими тёплыми пятнами их встреч. Хотелось прижаться к Юре крепко. Слиться. И не отходить от него больше ни на шаг.

Домой ехали, пытаясь разговорами как-то скрасить неминуемое расставание. Вспоминали прошедшие два дня. Смеялись, стараясь продлить волшебство душевной близости. Но внутри у обоих было не очень радостно.

Глава 51

Алле очень хотелось появиться в квартире незамеченной. Не вышло. Сестры уже в пижамках выбежал и босиком ей навстречу.

– Аллуся приехала! – обняли её с двух сторон.

Из комнаты появилась Ирина. Аллочку всегда коробили эти царственные выходы новой жены отца из спальни Аллиных родителей. Девочки, увидев мать, притихли.

– Бегите в кроватки. Я сейчас приду, – Алла подтолкнула их в сторону детской.

– Ну и что это за семинар такой, где до ночи обучают бедных студенток? – начала Ирина.

Алла поняла, что сейчас надо контролировать дыхание. И не дать разгорелся скандалу. Час поздний. Девочкам спать пора. Завтра рабочий день.

– Всё было очень полезно. Мой диплом берут на рецензию. Спасибо, что отпустили. Вот паспорт, – Алла сама вернула документ.

Раз он испорчен, то нет разницы, у кого он в руках. И штрафы за порчу и потерю одинаковые.

Ирина забрала паспорт. Спрятала в свою сумочку. Ушла в спальню. Погас свет. Алла выдохнула. Как хорошо, что они с Юрой заехали поужинать в тот самый грузинский ресторанчик, в котором были на первом свидании.

Алла улеглась. К ней под одеяло с двух сторон залезли сестры. Обняли.

– Без тебя было очень грустно, – Ника пощекотала Аллочкину щеку длинными ресницами.

– Мама сказала, что ты нас бросила. Но мы не верили, – это Лика носом потерлась о плечо старшей сестры.

– Я вас люблю, зайки. Спите уже. Завтра понедельник.

У Аллы перед глазами неслись картинки прошедших выходных. И стало вдруг так обидно, что всё закончилось, что аж в глазах защипало от незваных слёз.

– Аллуся, не плачь, мы тебя любим, – в два голоса с двух сторон зашептали двойняшки.

И всё же безмятежные выходные пробили брешь в Аллочкиной продуманной до мелочей системе выживания.

Уже в следующую пятницу она забыла свой телефон на полке в коридоре. Ближе к ночи он тихо завибрировал. Алла не успела добежать до аппарата первой. Телефон уже был в руках у Ирины. На экране светилось "Юрочка" и их совместная фотография. Ещё летняя. В крепости Орешек.

Лицо Ирины не предвещало ничего хорошего. Но Алле за себя почему-то не было страшно. Неприятно было только то, что малышки опять услышат ругань. В том, что отец снова не вмешается и отсидится в гостиной, Алла даже не сомневалась.

– Значит, правда. Таскаешься с мужиком, – Ирина покрутила телефон в руках.

Алла не успела выхватить его. Ирина размахнулась и грохнула аппарат об кафельный пол в прихожей. Он разлетелся на куски. Батарея в одну сторону, осколки экрана – в другую.

На шум из детской выскочили малышки.

– Идите к себе, тут стекло, – остановила их Алла.

По-хорошему надо было бы сразу убрать осколки. Но мачеха, видимо, ещё не закончила.

– Тебя, дрянь такая, видели в ресторане. С мужиком. И как ты с ним тискалась в машине. Ни стыда, ни совести. Я столько сил потратила, чтобы вырастить из тебя порядочную девушку. Чтобы не стыдно было потом солидному человеку предложить...

– Что-о-о? Меня? Вы вырастили? Бредите? Ещё и предлагать меня собрались? Это Вы – то одна сплошная добродетель? Сами себя солидным мужикам предлагайте! Вон одного уже увели. Опыт есть!

Алла сама не поняла, откуда у неё взялись силы. Она орала на мачеху во весь голос. И краем глаза видела, как мелькнула у дверей спальни тень отца. Неужели выйдет?

– Во-о-о-он! Пошла вон! Проветришься, одумаешься – приползешь. А я подумаю, пускать тебя или нет.

Алла пыталась быстро соображать. Она в домашней одежде и тапочках. На дворе очень поздняя осень. Заморозки. Ирина стала выталкивать её из квартиры. Сил у неё было явно больше. Но тут в два голоса завыли двойняшки. Мать отвлеклась буквально на несколько секунд. Этого хватило Алле, чтобы схватить с вешалки куртку. Вместе с одеждой с крючка снялась летняя сумочка. Но это Алла поняла уже на холодной лестнице.