Текст книги "Обычная магия-3 (СИ)"

Автор книги: Андрей Волковский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Катя гордо улыбнулась, но тут же снова посуровела:

– Но маман-то об этом не знала. Она реально отдала ребёнка психу и забыла о них обоих. Выкинула меня из жизни и из памяти. Все мои фотки уничтожили. Все мои игрушки выбросили. Как будто меня и не было. А я есть! – она жутко усмехнулась.

– И ты вернулась, чтобы им отомстить?

– Не, на самом деле я приехала, потому что мне скучно! – Катя снова сделалась обычной, но Руслан ей уже не верил. – Папка уехал наёмничать, а мне велел дома сидеть. Я там со скуки облезла уже на второй день. А потом вспомнила: я ж сто лет не навещала мамочку. Вдруг бедняжка рыдает, вспоминает каждый день о потерянной доченьке? Но нет!

Катя покружилась на месте, напевая какую-то песенку. Потом резко остановилась и сказала:

– Ладно, поехали к твоему учителю. Жутко интересно, у кого такой миленький ученик, как ты, вырос!

– Я вырос сам по себе. Бьёрн меня всего год знает.

– Всё равно интересно! Пошли. Ты же явно хотел меня ему показать!

Катя взяла Руслана под руку.

– Далеко идти?

– На автобусе. С пересадкой.

– Ну и чего ты такой мрачный сделался? Ты бы предпочёл, чтоб меня украл ужасный монстр или какой-нибудь злодейский злодей? Чтобы я вернулась, вся такая заплаканная и несчастная? А, или лучше вовсе не вернулась! Лучше бы, пусть нашли мой детский изувеченный труп? Вот тогда ты бы поплакал, а потом всё стало бы хорошо, да?

Руслан вырвал руку из её пальцев, развернулся и, не разбирая дороги, зашагал прочь.

– Эй, ну я пошутила! Стой, Руслан!

Катя легко догнала его и, шагая рядом, заговорила:

– Ну ты чего? Ты обиделся? Не надо! Не сердись! Русла-а-ан! Если ты не перестанешь дуться, я буду пла-а-акать!

Руслан не выдержал и покосился на девушку: у неё дрожали губы, и она, кажется, действительно собиралась рыдать.

– Перестань! – поморщился Руслан.

Катя всхлипнула, и он остановился. Развернулся к ней и сказал:

– Что тебе нужно?

– Мне? Чтоб ты не сердился, милый!

– Не называй меня так.

– Почему? По-моему, ты действительно милый! Ну ладно-ладно, не хочешь – не буду. Видишь, со мной можно договориться! – она улыбнулась. – А к твоему учителю мы поедем?

– Поедем, – вздохнул Руслан.

Надо же убедиться, что эта несносная девица не одержима каким-нибудь демоном.

По пути к офису Катя вела себя почти прилично. Правда, в обмен на это Руслан пообещал рассказать про глаз. Неплохая сделка: в общем-то секрета в этом не было, а спокойная Катя – это хорошо.

Девушка бесцеремонно разглядывала тех, кто заходил в автобус, и иногда фыркала, то насмешливо, то презрительно. Но молчала. И Шустрик сидел тихо.

В “офис” Катя зашла первой. Огляделась и сказала сидящему за столом Бьёрну:

– Неплохо! Но, как по мне, невежливо встречать девушку ловушкой. Хорошо, что я не монстр.

Она нарочито медленно прошлась по комнате и уселась в кресло напротив Бьёрнова стола. Закинула ногу на ногу и принялась разглядывать хозяина офиса.

– Привет, ученик! Красивая у тебя подружка, – сказал Бьёрн. – И тебе привет, подружка.

– Фу, как невежливо. Видимо, ты не такой милаш, как Руслан, —она посмотрела на знак, нарисованный на ногте её указательного пальца.

– Ты не будешь возражать, если я проверю тебя на монструозность?

– А если буду? – с интересом спросила Катя, отвлекаясь от созерцания маникюра. – Вы скрутите меня вдвоём? Не могу обещать, что у вас получится, мальчики.

Она посмотрела сначала на Бьёрна, потом на Руслана.

– Да нет, – пожал плечами Бьёрн. – Пусть спецотдел этим морочится.

– Скучно! – потянулась Катя, подняв руки над головой.

– Драться с тобой я не буду, – повторил Бьёрн.

– А если я Руслана съем? – радостно спросила Катя.

– Вот это вряд ли. Но если попытаешься, я тебя убью. А драться всё равно не стану, – наставник откинулся на спинку своего кресла, как будто успокоившись. – А как у тебя этот монстр на поясе маскируется?

– Шустрик? Счас покажу. Иди сюда, мой хороший!

Шустрик скользнул с ей талии на руки и уставился половиной глаз на Бьёрна, половиной на Руслана.

– У Шустрика есть ошейничек, – Катя приподняла его уродливую многоглазую голову, показывая тонкую полоску кожи с подвеской-медальоном. – А на нём – всякие значки.

Бьёрн и Катя взялись обсуждать преимущества разных типов защиты, а Руслан вдруг понял, что он дурак: левый глаз не чесался, не слезился и не болел. Значит, Катя не опасна. По крайней мере для него.

Хотя нет, расслабляться рано. А вдруг она всё-таки не совсем человек и планирует причинить вред своей семье? То есть, очевидно, что уже причиняет! И не хочет ли она убить их?

Он напряжённо прислушался к их разговору. Наставник и Катя оживлённо спорили по поводу защиты от сверхъестественных паразитов, построенной не на человека, а на монстра. Вскоре Руслан осознал, что мало что понимает из их разговора. И Бьёрн, и Катя сыпали терминами, которые не были ему знакомы.

Как так? Катя лучше разбирается в делах видящих? А, наверное, её с детства учил отец. С того дня, как она пропала.

Руслан так и не смог решить, как относиться к внезапному возвращению Кати. Наверное, это всё-таки хорошо. Чтобы Катя ни думала, он рад, что она жива и что с ней не случилось ничего действительно ужасного.

Наконец Катя сунула Шустрика на пояс и сказала:

– Я проголодалась!

Бьёрн кивнул:

– Идите и радуйтесь жизни. А у меня клиент через двадцать минут.

– Я буду нужен? – поинтересовался Руслан.

– Справлюсь, – отмахнулся Бьёрн. – Идите!

Катя поднялась и поманила Руслана.

– Неужели не хочешь сходить в кафе с красивой девушкой? Нет, всё-таки я была права: тебе местами по-прежнему пять! Пошли!

Руслан посмотрел на наставника:

– Всё в порядке?

– По нашей части – да.

– Эй, я вообще-то тут! – возмутилась девушка.

– Идём, – Руслан выбрался из-за своего стола.

В любимую шашлычную Бьёрна он Катю принципиально не повёл, хоть заведение и находилось неподалёку. Посидят в обычной кафешке.

– Слушай, – сказала Катя, когда они уселись за столиком в пиццерии и сделали заказ, – а у вас тут весело! Даже домой идти не хочу. Мне на самом деле там уже надоело. Я почти наигралась. Давай, ты будешь меня развлекать, а я не буду пугать маман и её семейку Шустриком? Даже больше скажу: ничем не буду пугать! Ты же не думал, что Шустрик – это всё, на что я способна?

Девушка очаровательно улыбнулась. Руслан вздохнул. И согласился.

– Ладно, давай так. Только ты обещай не пугать никого. Не только семью своей мамы, но вообще никого.

– А для защиты?

– Для защиты можно.

– Хорошо. По рукам. Но если мне станет скучно, я за себя не ручаюсь!

– Так, но я не смогу тебя развлекать постоянно: мне в универ надо ходить, курсовую писать, с родителями общаться.

– Но в свободное время ты мой!

– А ты надолго здесь?

– Я думала: ты и не спросишь! – засмеялась Катя. – Не знаю. Пока папа не позвонит. Так что, может, завтра уеду, а может – через пару месяцев.

Она подмигнула:

– Весело же!

– Не то слово...

– Завтра у тебя во сколько пары кончаются?

– В три.

– О, я приду! А пока про глаз рассказывай!

Им принесли пиццу, чай и сырные шарики, и Руслан начал историю.

Тогда и сейчас. Часть 2

12 сентября

В понедельник староста велела Руслану зайти после занятий на кафедру. Ох, это точно Лазарев! И определённо ничего хорошего он Руслану не скажет. Сам, конечно, виноват, но всё равно идти на кафедру ужасно не хочется.

А потом ещё Катю развлекать.

Эх, надо её предупредить, что встреча будет не после трёх, а позже: неизвестно, сколько Лазарев его песочить собирается. Но вчера Руслан не сообразил взять номер её телефона.

Ладно, после пар надо будет спуститься в холл. Есть шанс, что Катя будет ждать его там, тогда Руслан её предупредит и пойдёт на казнь к научнику.

Сосредоточиться на лекциях не получалось, и Руслан просто ждал, пока они закончатся.

Наконец, второкурсников отпустили с последней пары.

– Руслан, на кафедру! – строго сказала староста, остановившись у его стола.

– Ага, я помню. Приду минут через десять.

Староста посмотрела на него с подозрением, но кивнула и удалилась.

Кати в холле не было. Руслан огляделся. То ли передумала, то ли опаздывает. Ладно, некогда ждать. Надо на кафедру, а там разберёмся.

Руслан вернулся к лестнице, пройдя мимо поста охраны, и собрался подниматься на второй этаж. Левый глаз вдруг мучительно дёрнуло судорогой.

Руслан резко остановился. В него тут же врезался идущий позади студент. Ругнулся и обошёл. Руслан не обратил внимания, пытаясь понять, почему так больно. Еле сумел взять себя в руки, хотя хотелось опуститься на пол, скорчиться и выдавить глаз.

Боль внезапно отступила. Руслан огляделся.

Ничего подозрительного вокруг. Никаких монстров. Студенты спешат вверх и вниз по лестнице. У окна толпятся старшекурсники. Незнакомая преподавательница нахмурившись отчитывает кого-то по телефону пролётом выше Руслана. Внизу лестницы охранник разговаривает с каким-то мужчиной... так, стоп! Где-то Руслан уже видел этого человека, похожего на гопника из нулевых...

– Руслан, эй! Я тут! – послышался жизнерадостный голос Кати.

Девушка сидела на подоконнике большого окна на площадке между этажами. Болтала длинными ногами в узких блестящих брюках и улыбалась трём старшекурсникам.

Руслан подошёл ближе и поздоровался. Старшекурсники недовольно заворчали: мол, хорошо же сидим, Кать, зачем тебе этот мелкий?

Катя пожала плечами, обтянутыми белым свитером с вывязанными знаками, и сказала:

– Он – мой прекрасный рыцарь! Мы помолвлены с пяти лет!

И обняла оторопевшего Руслана.

– Ну что, идём, дорогой?

Руслан понял, что проще дойти с ней до кафедры, чем спорить. По пути спросил:

– Ты ничего странного не чувствуешь?

– Нет. Ты съел что-то не то или тебе существа мерещатся?

– Ни то, ни другое. Глаз заболел. Правда, тут же перестал. Но это очень подозрительно.

Катя понимающе кивнула: Руслан вчера сам не заметил, как рассказал ей всё, что сам знал про печать от паранойника.

– В ужасе бежать отсюда не пора?

– Теперь-то не болит, – с сомнением произнёс Руслан. – Хотя я точно не знаю, как эта печать работает.

– А ты что, не экспериментировал с ним?

– Да нет. Чтобы вот прямо экспериментировать – нет.

– О, а давай этим сегодня развлекаться!

– Посмотрим. Мне сейчас на кафедру нужно. Кстати, ты как без пропуска в универ зашла?

– Ой, можно подумать, это так сложно! Судя по твоей мрачной физиономии, на кафедре тебя будут пороть. Я бы посмотрела! Или у вас отменили публичные порки?

Руслан покосился на неё: нет, она точно издевается.

– Всё, мы пришли, – он показал взглядом на дверь кафедры. – Подожди здесь, ладно?

Катя махнула рукой: мол, иди! И чмокнула его в щёку на прощание. Руслан покраснел, хотя и понимал, что она ничего такого в виду не имеет, просто забавляется.

На кафедре его ожидал Лазарев с улыбкой инквизитора и строгий и серьёзный заведующий кафедрой. В кабинете сидели ещё двое: секретарь и преподаватель философии, но они вряд ли ждали нерадивого студента – занимались своими делами.

– Здравствуйте! – сказал Руслан, ощущая, что предстоящая беседа пугает его не меньше страшника или битвы с крысиной вдовой.

– Руслан, добрый день, – начал заведующий кафедрой.

Его прервало местное университетское радио.

Послышались шорохи и скрип. Потом кто-то громко сказал:

– Срочное объявление от ректората! Всех преподавателей и студентов просят пройти в актовый зал! Немедленно. Повторяю: всех преподавателей и студентов просят немедленно пройти в актовый зал!

Завкаф поднялся, поправил галстук и сказал:

– Идёмте. С вами мы поговорим после собрания.

Он вышел из кабинета, за ним поспешили “философ” и секретарь. Лазарев с видимым сожалением посмотрел на Руслана, но тоже поднялся.

– Вы идёте со мной, – процедил он.

Руслан вздохнул и кивнул.

Когда они оказались за дверью, Лазарев тихо произнёс:

– Странное объявление. Во-первых, сегодня никаких массовых мероприятий не планировалось. Во-вторых, не ректор говорил, не его зам и не секретарь. В-третьих, мне это не нравится.

Руслан тут же вспомнил, как внезапно заболел глаз. Ему это тоже определённо не нравилось.

– Посмотрим, что там, рядом с актовым залом, – решил Лазарев.

Студентов в коридоре не было. Видимо, самые ответственные уже ушли в актовый зал, а менее ответственные улизнули, пользуясь ситуацией. Кати тоже нигде не было видно.

Руслан и его научный руководитель прошлись по пустому коридору, настороженно прислушиваясь. Где-то дальше и ниже, видимо, у входной двери, слышались голоса, и видящие не сговариваясь направились к лестнице.

Им навстречу вынырнула Катя.

– О, вот ты где? – радостно сказала она, хватая Руслана за руку.

– Здравствуйте, – кивнул ей Лазарев. – Что там творится?

– О, там недовольные толпы студентов скоро линчуют охранников! – прощебетала девушка. – А ещё там заперты двери. Прям совсем закрыты!

– Так, так, так, – сказал Лазарев. – Ждите здесь.

Он быстро спустился.

– Кто это? – спросила Катя.

– Мой научный руководитель, – пояснил Руслан. – Он меня на кафедру вызывал.

– Так ты плохо учишься? Ай-яй-яй, не ожидала! Ты ж хороший мальчик, Руслан.

Он решил никак не реагировать на её дурацкие шуточки.

– Неужели курсовую не сдал вовремя?

– А ты сама, кстати, почему не в универе?

– Я дома учусь, – отмахнулась Катя. – И уж получше некоторых.

– А в школу ты ходила? – Руслану действительно стало интересно.

Но Катя не ответила, потому что вернулся Лазарев.

Очень хмурый и недовольный.

– Охрана говорит, что начальник службы безопасности велел никого не выпускать.

– Почему?

– Глупый вопрос. У вас телефоны работают?

Руслан вытащил свой: нет сети.

– Нет, не работает.

– И мой сеть не ловит, – отозвалась Катя. – Ух, как интересно!

Лазарев стал совсем мрачным.

– Надо пойти проверить, что там в актовом зале, – сказал Руслан.

– Ничего хорошего, – покачал головой Лазарев. – Но пойти придётся, да. Ваши способности могут пригодиться.

Они пошли, и мужчина продолжал пояснять на ходу:

– Видите ли, университеты наряду с некоторыми другими зданиями находятся под надзором спецотдела. И если сотрудник спецотдела, отвечающий за нашу alma mater, решил заблокировать здание с людьми, то всё очень плохо. Либо сюда пробралось нечто невообразимо мощное и опасное, либо он сошёл с ума.

– А у вас тут защита какого типа? – спросила Катя.

Лазарев ответил, и они завели разговор, из которого Руслан, как и тогда, в “офисе”, мало что понял.

– Шустрик с тобой? – поинтересовался Руслан, дождавшись паузы в разговоре.

– Конечно. Всегда, – она провела рукой по талии. Видимо, Шустрик снова обвился вокруг её ремня и прятался под длинным, объёмным свитером.

– Если ты пронесла монстра через защиту, то и кто-то другой мог.

– Само собой! Но для маскировки Шустрика много не надо, а вот чтобы падь провести или кого побольше, совсем другие мощности требуются. На саму по себе такую антизащиту система должна сработать. Если не повреждена.

Катя вопросительно посмотрела на Лазарева.

– На входе всё цело, – сказал он. – У нас на кафедре тоже. Сейчас посмотрим в ректорате печать. Потом в актовый зал. И быстро!

Видящие помчались по коридору.

Печать в ректорате тоже была цела.

– Я в актовый зал, – решил Лазарев. – А вы найдите окно на первом этаже. Если открытых нет, ломайте стекло – выберетесь наружу, а там вызывайте спецотдел. Не знаю, что тут происходит, но ничего хорошего.

– Но тут может быть нужна наша помощь! – возразил Руслан.

– Идите!

– Не кричите на меня. Я сам решаю, что мне делать!

– Эй, отважные воины, а спецотделу не поступит сигнал о том, что тут что-то творится?

Лазарев встряхнулся и сказал:

– Нет, печати-то целы.

– Значит, надо их повредить! Тогда спецы сами сюда примчатся! – радостно заявила Катя. – А вы, как героические герои, можете идти спасать бедных человеков. О, там что-то начинается!

Руслан и сам ощутил, как что-то изменилось. Не запах, не звук, не дуновение, не колебание температуры... Словно всё вместе и ничто из этого.

– А давайте я испорчу знак! – хлопнула в ладоши Катя. – Под вашу ответственность, разумеется.

– Нет, там предохранители – шарахнет, мало не покажется! – поморщился Лазарев. – Лучше я сам. А вы идите. Я вас догоню минут через пять.

Гомон голосов из актового зала слышался на расстоянии. Неудивительно: всё-таки многие сразу пошли сюда, услышав объявление, другие пришли позже, поняв, что выйти из универа всё равно нельзя. Так что народу в актовом зале собралось много.

Двери были закрыты, но стоило Руслану и Кате подойти к ним, как створка приоткрылась. Они переглянулись и по очереди протиснулись в щель. Глаз мучительно заныл, стоило оказаться внутри.

На сцене стоял бледный ректор с напряжённым лицом. Рядом с ним были двое. Первым был незнакомый растрёпанный мужчина в мятой и, кажется, испачканной чем-то рубашке под несвежим пиджаком. Мужчина странным безжизненным голосом монотонно говорил:

– ...очередной учебный год. Новые встречи и знакомства, новые впечатления...

Руслан не стал вслушиваться. Рядом с незнакомцем стоял тот слишком взрослый гопник, который недавно разговаривал с охранником в холле. Руслан вспомнил наконец, где его видел. На экране планшета, в репортаже про аварию за Новой Петровкой.

– Ух ты, – шёпотом обрадовалась Катя, – ты смотри: у него вся рубашка кровью пропиталась, а он ещё разговаривает! Ставлю на то, что с него сняли кожу и плохо перевязали. Как у вас интересно!

Руслан присмотрелся, с трудом оторвав взгляд от гопника: да, тёмные пятна на рубашке незнакомца, продолжающего разглагольствовать о светлом будущем и перспективах молодёжи, – это кровь.

Гопник вдруг резко хлопнул в ладоши – и говоривший повалился на сцену. Из его спины вырвалось нечто, похожее на кожистое крыло огромной летучей мыши.

На сцену поднялся солидный мужчина в тёмном костюме и сказал:

– Немедленно прекратите! Это государственный вуз...

Гопник шагнул к нему и коротко, без замаха ударил под дых. Мужчина рухнул навзничь.

Кто-то в зрительном зале пронзительно закричал.

– Помогите!

– Вызывайте полицию!

Кто-то вопил без слов. Несколько человек вскочили с мест и помчались к дверям. Кто-то рядом с Русланом бормотал: “Монстры... настоящие... монстры...”

Затем сорвались с мест и остальные. Мгновение – и зал наполнился бестолково мечущимися людьми. Они толкались, кричали, врезались в кресла и друг в друга. Кто-то упал.

– Тут закрыто! К запасным! Там спасение!

Люди ринулись к запасным выходам.

Руслан заметил троих людей, не поддавшихся панике. Они пристально всматривались в происходящее на сцене. Незнакомая преподавательница с ручкой, зажатой в руке, и два старшекурсника – у одного небольшой нож, у другого – ножницы. Обученные видящие.

– Круто! – восхищённо выдохнула Катя, глядя на выбирающегося из спины человека монстра.

Уродливая голова, длинное гибкое тело – полузмея, получеловек, огромные крылья.

Из зала полетели сияющие знаки, но между тварью и знаками встал гопник.

Монстр потянулся, раскинув жуткие руки с когтистыми пальцами – по шесть-семь на каждой. А затем зарычал, запрокинув голову.

Глаз Руслана вспыхнул огнём. От боли он ослеп и оглох. Схватился за голову, зажимая глаз, и навалился на ближайшее кресло.

– Соберись, Руслан! – откуда-то издалека слышался девичий голос. – Соберись! Ты мне нужен!

Монстр снова зарычал, на этот раз на несколько голосов. Голоса стонали и плакали, визжали и хохотали.

– Сейчас они сольются – и всем конец!

Руслан зажмурил левый глаз и заставил себя встать. В руке оказался нож – и когда успел достать?

– Смотрите, он некоторых законтролил! – крикнул парень с ножницами.

Монстр навис над гопником, и от их фигур тянулось примерно полтора десятка щупалец, похожих на змей. “Змеи” связывали тварь с людьми, неистово колотящими в дверь.

– Сеет панику! Разрываем связь! – скомандовала преподавательница. – Мы с Симоновым справа, остальные слева. Начали!

– А я буду монстра атаковать, – вполголоса сказала Катя.

Подняла руки и начала пальцами быстро-быстро чертить сложные знаки. Левой рукой одни, а правой другие.

– Нож дать? – спросил Руслан.

– Так справлюсь! – отмахнулась она. – А ты займись человеком!

Он кивнул и побежал к сцене. Запрыгнул и с размаху огрел гопника рюкзаком по голове. Тот пошатнулся, но не упал.

Монстр заревел. Человек медленно оглянулся и угрожающе прошипел:

– Пшёл вон!

Мимо Руслана пролетел знак и врезался в монстра. Тот на секунду стал почти прозрачным, а потом снова уплотнился и зарычал.

Ещё знак. И ещё. Монстра отшвырнуло на полметра от гопника. Но от существа к человеку тянулись десятки склизких нитей.

– Носителя валите! – крикнула Катя.

Руслан бросился на гопника. Тот встретил его жёстким ударом в живот – Руслану показалось, что он наткнулся на железный прут. И этот прут вонзился ему в какие-то потроха.

Рядом появился незнакомый парень и врезал гопнику в челюсть.

Тот зарычал и переключился на нового врага.

Руслан отдышался и бросил взгляд на монстра. Тварь вздрагивала от Катиных атак, но неумолимо приближалась к своему носителю. Между ними всего метра два.

– Тварь пока уязвима, – крикнула Катя кому-то, – помогайте! Сольются – и нам конец!

Вокруг бестолково носились люди. Кто-то вопил, кто-то громко жаловался, что связь не работает.

Щупалец видно не было. И то хорошо.

Так, значит, надо не дать монстру и гопнику встретиться. Руслан встряхнулся и кинулся к дерущимся. Надо скинуть носителя со сцены. И быстро.

– Берегись! – крикнул Руслан.

Пришедший ему на помощь парень правильно понял и отшатнулся. Руслан прыгнул всем весом, сталкивая противника вниз. Гопник пытался удержаться, но они оба покатились по полу перед первыми рядами кресел.

Из зала на сцену неслись сияющие искрящиеся знаки.

Крики вокруг не смолкали.

– Помогите!

– Выпустите нас!

– Мы все здесь умрём!

– Мама!

– Помогите!

– А-а-а!

Гопник поднялся и схватил Руслана. Первый удар Руслан пропустил – и в голове загудело, а челюсть, кажется, треснула. От второго закрылся, еле вспомнив, как ставить блок.

А третьего не случилось. Противник отшвырнул Руслана спиной на кресла и прыгнул обратно на сцену. Вернее попытался. Руслан, игнорируя боль в спине, ринулся следом. Схватил носителя поперёк туловища, прижимая его руки к телу, и опрокинул на пол.

Гопник вывернулся и вцепился Руслану в горло.

Надо продержаться, пока не приедут “спецы”. Совсем немного.

Не дать им слиться.

Где-то рядом со сценой открылась дверь, и голос Лазарева громко сказал, перекрывая крики:

– Сюда! На выход!

Люди ринулись к двери, едва не растоптав сцепившихся Руслана и гопника.

Руслан уже терял сознание, тщетно пытаясь отцепить чужие пальцы от горла.

Вдруг послышалось странное, механическое шипение. Гопник закричал, вскидывая руки к лицу, и упал на пол. Он продолжал кричать и катался по полу.

– Что с ним? – хрипло спросил он.

– Спрей с волшебной жидкостью! – почти пропела взлохмаченная весёлая Катя.

Развернулась и отправила несколько знаков на сцену, где бился и ревел монстр, атакуемый другими видящими во главе с Лазаревым.

– Вера Петровна, Симонов, Чижов, вместе. Раз! Два! Раз! Два!

Монстр заметался по сцене, обжигаемый связками знаков. А потом вдруг ринулся к телу, из которого вылез. Неподвижно лежащий мужчина взвился на ноги, будто его вздёрнули как марионетку. Кинулся на преподавательницу, повалил её и начал грызть.

Женщина закричала, и Руслан кинулся на помощь.

Лазарев схватил “зомби” с одной стороны, Руслан с другой. Тащить одержимого оказалось гораздо труднее, чем обычного человека. “Зомби” был тяжёлым, будто его тело вырезано из камня. И силы в одержимом было на троих.

– Изгнание! Живо! – скомандовал Денис Валерьевич.

У него на лбу вздулись вены, по покрасневшему лицу тёк пот. Руслан, наверное и сам выглядел не лучше.

Старшекурсники обрушили на “зомби” серию из знаков изгнания.

Монстра вышибло из тела незнакомого мужчины в окровавленной рубашке, и тот обмяк в руках Лазарева. Как мёртвый.

Руслан оглянулся на Катю. Та подошла к гопнику и рисовала над ним знак. Гопник внезапно вскочил и вцепился в девушку. В волосы, запрокидывая её голову. Другой рукой в горло.

Руслан спрыгнул со сцены, но не успел добежать. Катя молча и резко всадила локоть противнику под рёбра. Из-под свитера вынырнул Шустрик, взлетел по руке гопника к его лицу и впился зубастой пастью в глаз человека.

Тот закричал, оттолкнул девушку, вскинул руки, отдирая существо от лица. Отшвырнул Шустрика. Катя ринулась к гопнику, пнула в голень. Затем чётким движением ударила локтем под челюсть. Гопник упал.

Катя наклонилась над поверженным врагом и с силой ткнула двумя пальцами в горло.

Поднялась, тяжело дыша, сказала:

– Будет он ещё Шустриком кидаться! Шустрик, зайчик, ты где?

И пошла искать своего питомца.

Руслан огляделся. В зале почти никого не осталось. Одна шокированная девчонка, два забившихся под кресло студента. И несколько неподвижных тел.

На сцене один из старшекурсников хлопотал над преподавательницей, а второй помогал Лазареву атаковать монстра. Руслан почувствовал, что запредельно измотан. Раскалывалась голова. Спина болела на любое движение. Но он поднял руку и начертил в воздухе знак. Потом ещё один.

А потом в приоткрытую дверь актового зала ворвались “люди в чёрном”, и стало можно опуститься в кресло и перестать шевелиться.

Вспыхивали знаки. Ревел монстр. Кто-то отдавал команды “спецам”.

Потом часы допросов. Стопки подписанных документов. Долгие проверки знаками и медаппаратурой.

Вера Петровна, к счастью, осталась жива. Но, увы, погибло пять студентов и спецотделовец, отвечающий за университет – тот самый мужчина в окровавленной рубашке.

В здании университета собралось поразительно много “спецов”. Среди серьёзных озабоченных сотрудников Руслан заметил знакомого – стажёра Кошкина.

– Привет! Ничего себе, как вас много!

– Здравствуй! Со всей области коллеги собрались. И из соседних регионов едут.

– Это монстр настолько крутой? Или всё из-за вуза?

Кошкин рассказал.

Монстр, адский потрошитель, десять лет назад чудом ускользнул от спецотдела и затаился на территории исправительной колонии. Сил на то, чтобы уйти совсем, у измученного спецами потрошителя не осталось. И он решил спрятаться. Предложил заключённому, скрывающему свой дар от людей, сделку: человек прячет монстра, а тот помогает ему отомстить любому врагу, когда человек выйдет на свободу.

На прошлой неделе заключённый Новиков вышел, отсидев весь положенный срок. Виноватым во всех своих бедах он считал декана своего факультета, настоявшего когда-то на отчислении студента Новикова за драку. Новоявленный мститель был уверен: если бы его тогда не отчислили, он бы доучился, нашёл нормальную работу и зажил по-человечески. А из-за отчисления пошёл по наклонной. Значит, мстить надо декану.

Новиков вернулся в родной город, устроив по пути аварию, чтобы накормить своего “демона”. Узнал, что декан стал ректором. И начал готовиться.

Потрошитель всячески поощрял своего носителя, подпитывал тёмные стороны его души. За годы, проведённые в тюрьме, монстр ослабел. Да, он провоцировал вспышки насилия вокруг, но осторожно, чтобы не привлечь внимания спецотдела. Так что крови, страха и смерти ему катастрофически не хватало.

А университет – это отличный шанс совершить массовое убийство. То, что нужно потрошителю для того, чтобы освободиться от человека, набраться сил и переместиться куда-нибудь далеко-далеко. Туда, где нет спецотдела: в Эквадор или в Сомали, например.

Они подкараулили спецотделовца, отвечающего за нужный вуз, заманили в ловушку и удалили знаки с его тела.

Потрошитель вселился в полумёртвого “спеца” и использовал его как марионетку. Чтобы всё подготовить для своего носителя.

Ректор, кстати, уцелел. Мститель собирался помучить его как следует перед тем, как убить. Но не успел.

...Утром свидетелей выпустили из здания.

Заросший щетиной Лазарев прищурился, глядя на солнце. Поёжился: утренний осенний воздух дышал холодом. Потом перевёл взгляд на Руслана и сказал:

– В свете последних событий даю вам ещё неделю. Не больше, молодой человек!

И зашагал в сторону проспекта. Собранный, прямой, деловитый, несмотря на помятый костюм и встрёпанную шевелюру.

– Неплохо! – одобрил один из старшекурсников, Симонов. – Есть шанс, что Лазарев тебя зауважает. Он твой научник?

Руслан кивнул.

– Ты ему курсач не сдал? О, эт плохо. Но раз ещё неделю дал, значит, может и простит. Ты только напиши хоть что-нибудь, а? Там делов-то!

– Это нам, на четвёртом, так кажется, – возразил второй старшекурсник. – А на первом ты, помнится, и сам с курсовой возился!

– Ой, это когда было!

Парни попрощались с Русланом и пошли к остановке, болтая об учёбе тогда и сейчас.

Руслан остался ждать Катю: к ней у “спецов”, судя по всему, было больше вопросов, чем ко всем остальным.

Сентябрьское солнце светило ярко, но почти не грело. Воздух пах сырыми листьями, цветами и мокрой землёй. В высоком небе медленно-медленно плыли облака.

Катя вышла только через час. Слегка взлохмаченная, очень недовольная, но в целом по ней и не скажешь, что она не спала всю ночь, а до того дралась с монстром.

– Представляешь, – возмущённо сказала она, заметив Руслана, – хотели Шустрика забрать! Но нет. Шустрик к опасным и запрещённым существам не относится, а я свои права знаю! Фу на них! Пошли кофе выпьем, а то я спать хочу – умираю! Эх, выгляжу, конечно, как чучело, но что делать!

– Нормально ты выглядишь, Кать.

Она рассмеялась:

– Буду считать, что это комплимент, дорогой мой! Идём!

Руслан смотрел ей вслед и только теперь начинал осознавать: Катя нашлась. Эта часть его истории закончилась.

Грибные дожди

13-25 сентября

После чудовищного явления потрошителя в университете объявили трёхдневный траур: отменили занятия, чёрными лентами перекрыли двери в актовый зал, перенесли все запланированные спортивные и культурные мероприятия.

Ректор публично принёс соболезнования семьям погибших и сложил полномочия. Городские власти и администрация вуза объяснили трагедию террактом со стороны бывшего заключённого Новикова, распылившего галлюциногенный газ в актовом зале.

Вспоминать произошедшее было тяжело. Не потому, что страшно: испугаться по-настоящему Руслан так и не успел. А потому, что, несмотря на все усилия видящих, погибли люди. Руслан понимал, что и он, и все остальные сделали всё, что могли. И что всех не спасти. И что всё могло кончиться гораздо хуже. Но легче почему-то не становилось.

Он пытался отвлечься, как мог. Сделал генеральную уборку в комнате. Привёл в порядок записи по существам и знакам. Занялся черновиком курсовой.

Временами налетала Катя и требовала, чтобы он сходил с ней то в кафе, то в кино, то в магазин. Даже темой курсовой интересовалась – видимо, дома ей действительно было очень скучно.

В день начала занятий позвонил Славик и сказал: