Текст книги "Я - Товарищ Сталин 19 (СИ)"

Автор книги: Андрей Цуцаев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Абдур Рахим выслушал и снова кивнул, на этот раз более решительно.

– Я сделаю всё, как вы скажете. Передам инструкции в точности. Можете на меня положиться.

Разговор продолжался в том же духе. Лорд Бомонт говорил о подготовке, о том, как важно сохранять осторожность в путешествии. Абдур Рахим отвечал кратко, подтверждая каждое указание. Он чувствовал смесь уважения и лёгкой неуверенности, но старался держать себя в руках. Лорд замечал это и время от времени повторял:

– Не волнуйтесь. Всё идёт как надо. Вы уже показали, на что способны.

Они обсудили общие детали поездки – сроки, возможные маршруты, но без излишних подробностей. Абдур Рахим задавал вопросы только тогда, когда это было необходимо, чтобы уточнить. Например, о документах и контактах. Лорд отвечал спокойно, объясняя шаг за шагом.

В комнате постепенно становилось светлее – солнце пробилось сквозь облака и осветило парк за окном. Абдур Рахим заметил, как лучи падают на ковёр, но не отвлекался. Он сосредоточился на беседе. Лорд Бомонт говорил о значимости задания, подчёркивая, что успех откроет новые возможности.

– Вы будете представлять не только меня, но и интересы, которые выходят далеко за рамки одной встречи. Это доверие, и я знаю, что вы его оправдаете.

Время шло незаметно. Слуга принёс свежий чай, и они сделали перерыв на лёгкую закуску. Абдур Рахим ел мало, больше слушая. Лорд Бомонт рассказывал о Лондоне в марте, о том, как город меняется с приходом весны, о новых выставках в музеях. Это помогало расслабить атмосферу. Абдур Рахим упомянул свои прогулки по Гайд-парку, где уже появлялись первые цветы.

– Такие моменты напоминают, что жизнь продолжается, – заметил лорд. – А мы продолжаем свою работу.

Абдур Рахим согласился. Он поделился наблюдениями о торговых делах – поставках сухофруктов, которые служили хорошим прикрытием. Лорд одобрительно кивнул.

– Это правильный подход. Продолжайте в том же духе.

Беседа вернулась к предстоящему заданию. Лорд Бомонт уточнил некоторые аспекты поведения на востоке – как вести себя во время переговоров, какие темы затрагивать. Абдур Рахим внимательно слушал, запоминая. Он повторял ключевые моменты, чтобы показать понимание.

– Да, милорд. Я передам всё слово в слово.

Лорд выглядел удовлетворённым. Он посмотрел на часы, но не торопился завершать встречу. Они проговорили ещё о возможных трудностях в пути, о том, как их избежать. Абдур Рахим предлагал свои идеи, основанные на опыте путешествий, и лорд выслушивал их с интересом.

– Ваши предложения ценны, – сказал он. – Это показывает, что вы думаете о деле.

Такие слова добавляли Абдур Рахиму уверенности. За окном парк жил своей жизнью: прохожие шли по аллеям, птицы перелетали с ветки на ветку. Абдур Рахим иногда бросал взгляд туда, но возвращался к разговору. Лорд Бомонт говорил о контексте событий в мире, не вдаваясь в детали, а отмечая только общие тенденции.

– Восток для меня и всей Британии – ключевой регион, – отметил лорд. – Ваша роль там будет заметной, запомните мои слова. Всё, что вы делали раньше, не стоит и рядом с вашей предстоящей миссией.

Абдур Рахим кивнул в ответ.

– Я оправдаю доверие.

Время шло. Они выпили по второй чашке чая, и лорд Бомонт подвёл итог.

– Итак, мы договорились. Подготовка начнётся сейчас же. Вы получите все необходимые указания.

Абдур Рахим поднялся, когда лорд дал понять, что встреча подходит к концу. Они пожали руки.

– Благодарю вас, милорд. Я сделаю всё возможное.

– Я знаю, – ответил лорд Бомонт. – До следующей встречи.

Абдур Рахим вышел из клуба с чувством выполненного долга. Улицы Лондона встретили его свежим мартовским воздухом. Он шёл пешком часть пути, обдумывая разговор. Задание на восток открывало новые горизонты, и он был готов к нему.

Глава 6

На следующий день после встречи с лордом Бомонтом Абдур Рахим проснулся рано. Утреннее солнце уже освещало крыши домов Южного Кенсингтона, когда он вышел на улицу. Воздух был свежим, с лёгкой прохладой, характерной для марта. Он направился к дому посредника, где должен был состояться разговор о визе в Хиджаз.

Посредник, англичанин по имени мистер Харгривз, работал в сфере консульских услуг и имел широкие связи. Встреча прошла в небольшом кабинете неподалёку от Британского музея. Мистер Харгривз принял его в комнате с высокими потолками и полками, заполненными папками. Абдур Рахим изложил цель поездки как торговые дела, связанные с поставками из региона. Документы были подготовлены заранее: рекомендательные письма и подтверждения от лондонских фирм. Харгривз внимательно изучил бумаги, задал несколько вопросов о маршруте и целях пребывания.

– Визу оформят через несколько дней, – сказал он. – Связи в соответствующих инстанциях позволят ускорить процесс. Это не вызовет лишних вопросов.

Абдур Рахим поблагодарил и покинул кабинет с чувством удовлетворения. Остаток дня он провёл в квартире, разбирая заметки о предстоящем задании. Вечером прогулялся по парку, наблюдая за людьми, спешащими по своим делам.

Через три дня виза была готова. Харгривз передал документы лично. Абдур Рахим внимательно осмотрел печати и подписи – всё выглядело безупречно. Теперь предстояло приобрести билет. Он выбрал офис P&O на Кокспур-стрит, недалеко от Трафальгарской площади. Здание с внушительным фасадом и вывеской компании привлекало внимание. Внутри царила атмосфера деловитости: стойки с расписаниями, модели кораблей в витринах, сотрудники в аккуратной форме.

Клерку он объяснил маршрут: ему нужен билет до Джидды с возможными пересадками, первый класс. Сотрудник сверился с графиком и предложил подходящий пароход, отплывающий через неделю. Стоимость такого билета в первом классе в этот период составляла около 75 фунтов стерлингов. Сумма включала все этапы пути, питание на борту и необходимые удобства. Абдур Рахим оплатил, получил билет и квитанции.

– Приятного путешествия, сэр, – пожелал клерк.

Дни до отплытия прошли в подготовке. Абдур Рахим проверил багаж: два чемодана с одеждой, документами и небольшими подарками для контактов. Он посетил несколько магазинов, купил дополнительные вещи для жаркого климата. Вечера проводил за чтением материалов о регионе, чтобы лучше ориентироваться. Мысли о задании занимали его, но он старался сохранять спокойствие.

День отплытия наступил. Пароход отходил из Тилбери. Абдур Рахим прибыл на причал заранее. Корабль возвышался у пристани – внушительное судно P&O с несколькими трубами и рядами иллюминаторов. Пассажиры первого класса поднимались по отдельному трапу. У входа офицер проверил британский паспорт на имя Мухаммад Али Хан и визу в Хиджаз. Документы осмотрели внимательно, но без задержек.

– Добро пожаловать на борт, мистер Хан, – сказал офицер и вернул бумаги.

Абдур Рахим ступил на палубу. Стюард проводил его в каюту первого класса. Помещение оказалось просторным и удобным: широкая кровать, письменный стол, кресла, шкаф для вещей. Через иллюминатор открывался вид на доки. В каюте имелся отдельный санузел с ванной – роскошь по сравнению с другими каютами. Стены были обиты светлым деревом, на полу лежал ковёр, работало электрическое освещение.

Он разложил вещи и вышел на прогулочную палубу. Публика на борту была разнообразной. В первом классе путешествовали британские чиновники, направлявшиеся в колонии или на Ближний Восток, коммерсанты, занимавшиеся торговлей с Египтом и Аравией, несколько дипломатов и инженеров. Были и те, кто следовал дальше – в Индию или Австралию. Некоторые пассажиры обсуждали дела в кают-компании, другие прогуливались, наслаждаясь видом.

Маршрут проходил через Гибралтар, Средиземное море, Порт-Саид, Суэцкий канал и дальше к Адену и Джидде. Отплытие прошло гладко. Корабль медленно отошёл от причала под звуки сирены. Абдур Рахим стоял на палубе, наблюдая, как Лондон остаётся позади. Ветер усиливался, но море в Ла-Манше было относительно спокойным. Он спустился в каюту, чтобы отдохнуть перед ужином.

Питание в первом классе соответствовало высокому уровню. В просторном обеденном зале с белыми скатертями и хрусталём подавали несколько блюд на выбор. Меню включало супы, рыбу, мясо, овощи, десерты и сыры. Стюарды в белых куртках обслуживали быстро и незаметно. Вино и другие напитки предлагали к каждому приёму пищи. Завтраки были плотными: яйца, тосты, фрукты. Пассажиры собирались за столами, вели беседы о политике, торговле и путешествиях. Абдур Рахим держался сдержанно, но отвечал на вопросы попутчиков.

Первые дни пути пролетели в рутине морского путешествия. Корабль прошёл мимо берегов Франции и Испании. Погода стояла ясная, с лёгким бризом. Море в Средиземноморье было синим и спокойным. Пассажиры проводили время на палубах: читали книги из судовой библиотеки, играли в карты, прогуливались. Организовывали спортивные игры – теннис на специальной площадке, метание колец. Вечерами устраивали концерты или танцы в салоне. Абдур Рахим предпочитал наблюдать за горизонтом, размышляя о цели поездки.

В Гибралтаре корабль сделал короткую остановку. Пассажиры могли сойти на берег на несколько часов. Абдур Рахим прогулялся по крепости, осмотрел окрестности. Воздух здесь был теплее, с запахом водорослей. Затем судно продолжило путь через Средиземное море.

Дни сменялись однообразно, но главное – было комфортно. Каюта первого класса позволяла отдыхать в тишине. Стюард ежедневно убирал помещение, приносил свежие полотенца и фрукты. По мере продвижения на юг температура росла. В Порт-Саиде, после входа в Суэцкий канал, жара стала заметнее. Корабль двигался медленно по каналу, мимо песчаных берегов и встречных судов. Пассажиры толпились у бортов, фотографируя пейзаж. Абдур Рахим отметил оживление: лодочники предлагали товары с берега, но правила запрещали спускаться. Остановка была короткой.

После канала путь лежал через Красное море. Здесь море было теплее, волны – мягче. Погода в марте оставалась благоприятной – без сильных штормов. Днём солнце пригревало, вечера приносили прохладу. Пассажиры переодевались в более лёгкую одежду. В салонах работали вентиляторы. Абдур Рахим проводил часы на палубе, глядя на далёкие берега. Иногда он беседовал с купцами, которые рассказывали о рынках в Адене и дальше.

Однажды вечером в обеденном зале состоялся ужин с капитаном. Пассажиры первого класса получили приглашения. Атмосфера была торжественной: белые смокинги, накрахмаленные скатерти. Подавали изысканные блюда – жаркое, морепродукты, фруктовые компоты. Капитан произнёс тост за успешное плавание. Абдур Рахим сидел за столом с двумя англичанами, направлявшимися в Каир по делам. Разговор касался торговли и текущих событий в Европе.

Дни на борту текли размеренно. Утром – прогулки, днём – чтение или отдых в шезлонгах. Библиотека предлагала книги на разные темы. Иногда Абдур Рахим присоединялся к лёгким играм. Стюарды заботились о каждом: приносили напитки, помогали с мелкими просьбами. Каюта оставалась прохладной благодаря хорошей вентиляции. Ночью слышался ровный шум двигателей, убаюкивающий пассажиров.

Через десять дней после отплытия корабль приблизился к Адену. Некоторые пассажиры сошли здесь. Абдур Рахим остался на борту. Последние дни пути прошли в ожидании. Красное море встретило тёплыми водами и ясным небом. Он часто стоял на палубе, глядя вперёд. Задание приближалось.

Наконец, на четырнадцатый день путешествия корабль подошёл к Джидде. Город возник на горизонте – белые дома у берега, минареты. Пароход замедлил ход, направляясь к причалу. Абдур Рахим собрал вещи в каюте. Сердце билось сильнее, чем в начале пути. Он вышел на палубу, где уже собирались пассажиры, следующие до порта. Корабль причалил. Матросы закрепили швартовы. С берега доносились голоса носильщиков и торговцев.

Абдур Рахим спустился по трапу вместе с другими. Ноги ступили на твёрдую землю порта Джидды. Воздух был горячим, наполненным ароматом специй и моря. Он остановился на причале, оглядываясь. Багаж принесли следом. Путешествие завершилось прибытием.

* * *

Порт шумел голосами носильщиков, криками торговцев и скрипом тележек.

Абдур Рахим увидел человека среднего роста в традиционной куфии. Тот уверенно двигался сквозь толпу и сразу направился к Абдур Рахиму.

– Господин Мухаммад Али Хан? – спросил он по-английски с заметным акцентом. – Меня зовут Ахмед. Меня прислали встретить вас. Я узнал вас по описанию.

Абдур Рахим кивнул и протянул руку. Они обменялись коротким рукопожатием.

– Рад встрече, Ахмед. Благодарю, что пришли.

– Машина ждёт неподалёку. Пойдёмте.

Они прошли через порт мимо рядов с товарами – мешками с кофе, тюками тканей и ящиками с импортными вещами. Форд модели начала 1930-х годов, чёрный и хорошо ухоженный, стоял у края площади. Шофёр в простой одежде открыл дверь. Абдур Рахим сел на заднее сиденье, Ахмед – рядом. Багаж погрузили в багажник, и автомобиль тронулся.

Дороги Джидды представляли собой смесь старого и нового времени. Главные улицы от порта были шире, покрыты утоптанной землёй и гравием, с колеями от телег и машин. По бокам тянулись невысокие здания из камня и кораллового известняка, многие с деревянными решётками на окнах – машрабиями. Узкие переулки отходили в стороны, где прохожие шли пешком, а ослы тянули повозки. Иногда встречались участки, где недавно проложили более ровное покрытие для автомобилей. Форд покачивался на неровностях, объезжая группы людей и грузы. Солнце отражалось от белых стен, заставляя щуриться.

– Поездка займёт немного времени, – сказал Ахмед. – Дом находится в районе, где живут купцы.

Абдур Рахим смотрел в окно. Город жил своей жизнью: торговцы расхваливали товар, женщины в абайях проходили по теневой стороне, дети играли у дверей. Местами виднелись признаки современности – вывески на английском и арабском, несколько новых построек с ровными фасадами. Машина повернула в более жилой квартал. Здесь улицы стали уже, но всё ещё можно было проехать. Форд медленно двигался, иногда сигналя пешеходам.

Через двадцать минут они подъехали к высокому каменному забору с массивными воротами. Слуги открыли ворота, и автомобиль въехал во внутренний двор. Дом возвышался перед ними – двухэтажное здание из светлого камня, с широкими арками и деревянными балконами, украшенными резьбой. Крыша была плоской, с небольшими башенками по углам. Окна закрывали искусно выполненные решётки, пропускавшие свет и воздух. Во дворе росли несколько пальм и кустов, а в центре журчал небольшой фонтан с мраморным основанием. Стены дома были гладкими, но в верхней части украшены геометрическими узорами и каллиграфией. Входная дверь – тяжёлая, из тёмного дерева с металлическими накладками – открывалась в просторный вестибюль.

Ахмед вышел первым и помог с багажом. Из дома навстречу вышел хозяин – высокий мужчина лет пятидесяти в белой дишдаше. На голове – аккуратная куфия, закреплённая агалом. Лицо его было спокойным.

– Мир вам, брат мой, – сказал он по-английски, протягивая руку. – Я Халид аль-Мансур. Добро пожаловать в мой дом. Рад видеть вас, прибывшего из далёкого Лондона.

Абдур Рахим ответил рукопожатием и лёгким поклоном.

– Мир вам, уважаемый Халид. Благодарю за тёплый приём. Для меня честь быть вашим гостем.

Халид аль-Мансур улыбнулся и жестом пригласил внутрь.

– Входите, входите. Вы устали с дороги. Сейчас отдохнёте и подкрепитесь.

Они прошли через вестибюль с высоким потолком, где пол был покрыт мраморными плитами с узорами. Стены украшали ковры с тонкой вышивкой и полки с книгами и предметами искусства. Воздух внутри был прохладнее благодаря толщине стен и хорошей вентиляции. Халид провёл гостя в большую комнату – маджлис, предназначенную для приёма.

Комната поражала размерами и убранством. Пол полностью закрывали толстые персидские ковры с глубокими красными и синими тонами, мягкие и удобные для сидения. Вдоль стен стояли низкие диваны с множеством подушек, обитых шёлком и бархатом. Резные деревянные панели на стенах изображали растения и геометрические фигуры. В центре стоял большой низкий стол из тёмного дерева, инкрустированный перламутром. На стенах висели лампы с цветными стёклами, а в углу стоял большой сундук с металлической отделкой. Окна выходили во внутренний сад, где виднелись деревья и цветы. Свет проникал мягко, создавая уютную атмосферу. В комнате чувствовалась богатая история купеческого дома: здесь вели дела поколения семьи аль-Мансур.

Слуги принесли подносы с едой. Халид усадил гостя на почётное место.

– Пожалуйста, угощайтесь. Это финики из наших садов, свежий хлеб, йогурт, орехи и мясо, приготовленное с травами. Чай тоже скоро подадут.

Абдур Рахим поблагодарил и взял финик. Вкус был сладким и насыщенным.

– Я рад видеть брата по вере, который приехал из такой дали, – продолжил Халид, садясь напротив. – Лондон – большой город, но здесь, в Хиджазе, мы всегда помним о связях между мусульманами. Ваш приезд – хороший знак.

Они говорили о путешествии, о море и о том, как меняется мир. Халид расспрашивал о жизни в Англии, о торговле сухофруктами, которая служила прикрытием. Абдур Рахим отвечал, отмечая удобства первого класса на пароходе и виды по пути. Слуги принесли горячий чай в маленьких стаканах, ароматный и сладкий. Затем появились блюда с рисом, бараниной и овощами. Халид лично следил, чтобы гость не оставался без внимания.

– Ешьте, брат. В нашем доме гость – как член семьи.

После еды Халид перешёл к делу. Они остались в маджлисе одни, дверь закрыли.

– Я знаю, зачем вы здесь. Лорд Бомонт через надёжных людей передал информацию. Мы готовы обсудить концессию на добычу нефти. Моя семья имеет влияние в тех районах, где могут быть запасы. Компания, которую представляет лорд, – она зарегистрирована на подставное лицо, как я понимаю?

Абдур Рахим кивнул.

– Всё именно так. Я уполномочен вести переговоры от его имени.

Халид откинулся на подушки и продолжил:

– Мы готовы предоставить концессию. Но условия должны быть справедливыми. Мы хотим сто сорок тысяч фунтов золотом как первоначальный платёж.

Абдур Рахим сохранил спокойное выражение лица.

– Уважаемый Халид, это очень большая сумма. Мы ценим ваше предложение, но готовы предложить пятьдесят тысяч фунтов золотом, ежегодную ренту в пятнадцать тысяч фунтов и роялти в размере четырёх шиллингов за тонну добытой нефти.

Халид поднял брови, но улыбнулся.

– Пятьдесят тысяч – это мало для такого риска. Земля наша, права тоже. Сто двадцать тысяч было бы ближе к истине.

– Шестьдесят тысяч, – ответил Абдур Рахим. – И рента пятнадцать тысяч в год. Роялти остаются.

Торг продолжался. Халид приводил доводы о стоимости разведки, о возможных трудностях с местными властями и о ценности территории. Абдур Рахим ссылался на рыночные условия, на риски для инвесторов и на примеры других соглашений в регионе. Они обсуждали каждую цифру, иногда возвращаясь к предыдущим предложениям.

– Сто тысяч, – сказал Халид после долгого обмена.

– Семьдесят пять, – парировал Абдур Рахим. – С рентой пятнадцать тысяч и роялти четыре шиллинга.

Они продолжали. Слуги время от времени приносили свежий чай и фрукты, но не вмешивались. Разговор шёл размеренно, с уважением к позициям друг друга. Абдур Рахим подчёркивал долгосрочные выгоды для обеих сторон, Халид – интересы своей семьи и региона.

Наконец, после нескольких раундов, они достигли согласия.

– Восемьдесят пять тысяч фунтов золотом, – произнёс Халид. – Плюс ежегодная рента в пятнадцать тысяч и роялти четыре шиллинга за тонну. Это приемлемо.

Абдур Рахим кивнул с удовлетворением.

– Да, мы согласны. Это хорошая основа для сотрудничества.

Оба почувствовали облегчение. Халид хлопнул в ладоши, и слуги принесли больше угощений – сладости, кофе и фрукты. Они отметили сделку.

– За успешное начало, – сказал Халид, поднимая чашку. – Пусть это принесёт пользу всем.

Абдур Рахим ответил тем же. Они говорили о следующих шагах: подготовке документов, сроках и контактах. Халид рассказал о местных обычаях и о том, как лучше организовать дальнейшие встречи. В комнате постепенно становилось уютнее по мере того, как солнце опускалось ниже. Свет из окон падал на ковры мягкими пятнами.

Хозяин дома показал гостю часть дома. Они прошли по коридорам, где полы были покрыты плиткой с узорами, а стены – панелями из резного дерева. На втором этаже находились жилые комнаты, тоже богато обставленные: спальни с большими кроватями под балдахинами, комнаты для отдыха с видом на сад. В одной из них стояли сундуки с семейными реликвиями – старинными книгами, оружием в декоративных ножнах и тканями. Всё говорило о достатке и традициях купеческого рода, ведущего дела уже несколько поколений.

Вернувшись в маджлис, они продолжили беседу. Халид делился историями о торговле в Хиджазе, о караванах и морских путях. Абдур Рахим рассказывал о Лондоне, о парках и о том, как там относятся к делам с Востоком. Время шло незаметно. Слуги подали ужин: супы, запечённую рыбу, рис с орехами и овощи. Разговор перешёл на общие темы – о вере, о семье и о будущем.

– Вы хорошо выполнили свою часть работы, – отметил Халид. – Лорд Бомонт может быть доволен.

Абдур Рахим поблагодарил. Он чувствовал, что день прошёл успешно. Дом Халида аль-Мансура стал для него первым надёжным пристанищем в этой новой части миссии.

Вечер они провели за обсуждением деталей. Халид предложил остаться в доме на несколько дней, пока не будут готовы дальнейшие документы. Абдур Рахим принял приглашение. Они вышли в сад, где воздух был свежее, а фонтан тихо журчал, создавая уютную атмосферу. Пальмы покачивались от лёгкого ветра с моря. Город за стенами затихал, готовясь ко сну.

Так завершился первый день в Джидде. Сделка была заключена, и новые возможности уже открывались перед Абдур Рахимом.