Текст книги "Проповедь гуманитария (СИ)"

Автор книги: Анатолий Мороз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

Глава 2

– Вегетарианское питание есть норма, человек может обеспечить все потребности организма, поедая лишь растения!

Проповедник здорового образа жизни выглядел надменным. Ещё бы: на него наконец обратили внимание. Толпа жадно впитывала идеи Тунберга Зыбалова, делая вид, будто им открыли тайну за семью печатями. Хуже всего, что мнение взобравшегося на трибуну воспринимали как абсолютную правду. Ну ничего, у нас ещё есть чем крыть.

– Человек не является всеядным, наша естественная пища – плоды, грибы и орехи, а мясо становится пригодным только после термической и кулинарной обработки!

Народ кричал и бесновался, твёрдо намереваясь в этот раз уж точно отказаться от животных белков. Ему было невдомёк, что коровы, свиньи, бараны и даже куры давно не использовались в промышленных масштабах, оставаясь пережитком прошлого и атрибутом высокой кухни. Пищевые синтезаторы примут всё, а выдадут самые вкусные и разнообразные блюда, но содержание их останется неизменным. Эти устройства сохранят ваше здоровье на века: государству нужен пролетариат.

Местные жители рождались прямо внутри заводского корпуса и никогда его не покидали. С самого появления на свет они начинали чрезвычайно быстро расти, всего к трём годам достигая совершеннолетия. Обучение не требовалось: знания передавались на генетическом уровне. Особи были приспособлены к ежедневному изнурительному труду, почти полному отсутствию сна и частичной атрофии ума. При всём вышеперечисленном, представители популяции свободно скрещивались с любыми другими представителями вида Homo sapiens. И это чудо биологических мастеров Чегидынского Института, выведенное в незапамятные времена, выполняло лишь одну функцию: собирало металлоконструкции.

Начальник цеха в умах подчинённых являлся полубожественной фигурой: в руках этого демиурга находилось управление воздухом, водой, продовольствием, электричеством. Жалко, что разум работников не состоял в его компетенции, ведь периодически у них случались поломки.

Нельзя покидать блок. Данная заповедь закладывалась в подсознание и могла отменяться лишь приказом вышестоящего командования, если бы возникала необходимость превратить всех в солдат. А так как возможность перепрограммирования всё-таки существовала, то поломки случались. Одна из них сейчас выступала, будто на сцене, но местный управляющий твёрдо намеревался не выпустить сограждан за пределы дозволенного. По иронии судьбы, имя он получил в честь Гийома Лопиталя.

– Все звери – чувствующие личности, испытывающие страдания! Бегите к столовой, выломайте кнопки, отвечающие за подачу мёртвой плоти! – не унимался сыроед. Вот этого точно не следовало говорить: меню выводилось на сенсорные дисплеи. Люди хлынули в другой конец корпуса сплошным потоком, снося всё, подвернувшееся им по пути. Сделать это было непросто: агрегаты крепились намертво. Тёзка первооткрывателя известного правила захотел усмирить демонстрацию без привлечения полиции, как делал это десятки раз.

Начальник взметнул руку и поднял книгу. Люди, уже достигнувшие его, в ужасе отхлынули назад: взору открылся сборник задач В.И. Лукашика, одна из священных книг Ордена. Никто из присутствующих ни разу в жизни не открывал фолиант, но уважение к создателям оказалось вбито в разум. Скоро тысячи людей разбежались обратно за станки, сотни забились в спальные комнатки, но некоторые остались. Гийом прибегнул к ещё более сильнодействующему средству:

– Именем императора Никитии приказываю всем разойтись.

Рядом с Тунбергом осталось едва ли пятьдесят человек, однако их ярость лишь распалилась. Странно, раньше слова прекрасно вправляли мозги. В уставе сказано, что полностью снимать блокировку интеллекта подданные могут лишь при внезапном раскрытии у них способностей к вычислениям. Вполне естественно, что за всю историю цеха таковых здесь не появлялось ни разу.

Лопиталь не верил, будто его посмеют избить, и продолжил стоять на месте. Толпа не задержалась на нём: начальника растоптали, после чего сломали и буфет. Последней мыслью Гийома стало: «Воспроизведение прекращено».

Алексей очнулся от просмотра голограммы. Остальной класс тоже стянул очки виртуальной реальности. Юноша принял к сведению слова Альберта, подтянул теорию и пошёл из первого класса сразу в третий, но всё равно по росту значительно возвышался над остальной аудиторией. А потом стало как-то сложно: программа оказалась плотной и не допускала резких переводов. Учебный фильм завершился, требовалось его осмыслить.

– Какие выводы мы можем сделать из данного фрагмента? – вопрошал учитель.

– Усилить охрану! Увеличить дозы отупляющих веществ! Заранее уничтожать оппозицию! – проревели три глотки одновременно, так что осталось непонятным, кому какое предложение принадлежит.

– Нет, нет и нет, – осадил преподаватель, – наши меры удержания масс в повиновении абсолютно надёжны и соответствуют ГОСТам. Что бы вы предприняли в данной ситуации, если бы оказались на месте Лопиталя?

Зал замер, обучающиеся вживались в роль. Вскоре в наступившей тишине поднялся студент, и выдал:

– Если бы я очутился в данной ситуации, то непременно бы захватил с собой средства самообороны, – говоривший хищно оскалился и продолжил, – например, меч.

Большинство присутствующих удручённо вздохнули. Все понимали: холодное оружие никогда не пригодится в жизни, его используют для придания зрелищности. Поэтому следующий отвечающий поднял ставки:

– Предлагаю взять что-нибудь из огнестрелов.

Аудитория заметно оживилась, дети наперебой кричали:

– Лазеры, только когерентное излучение сможет разрезать их на части!

– Плазмомёты! Выжечь эту падаль с нашей земли!

– Кварковый распад разорвёт всех на субатомные частицы!

– Антиматериальная бомбардировка решит проблемы! Нужно всего лишь…

Какой-то толстый мальчик поднялся, оправил балахон и степенно произнёс:

– Не вызывает сомнения, что именно энтроперы являются будущим военной промышленности…

Алексей сразу понял, что говорящий происходит с Акливада – мира, покорённого Физматским Львом с помощью теории хаоса. Вот уже сто тысяч лет его жители боготворили эти компактные устройства, оставляющие от предметов лишь молекулярные облака. Ну а защититься от них легко: достаточно включить в свой гардероб любой объект, содержащий полностью или частично упорядоченное множество.

Сам обладатель великого стержня посоветовал привести в подземелья танки. Эти механизмы ничем не напоминали бронированных монстров древности: состоящие из нанороботов, они могли превращаться в любые машины, самолёты, надводные и подводные корабли. Идея спустить их по трубам показалась вполне адекватной.

Дальнейшая дискуссия перешла в баловство. Особо остроумные вспомнили о существовании атомных и термоядерных зарядов, прочие тут же предложили взрывать нейтронные и вакуумные бомбы. Первые превращали всю материю в одноимённые нуклоны, вторые оставляли после себя лишь пустоту. Видя это безобразие, профессор оборвал хулиганов:

– Снова неверно, главное оружие математиков – их мозг. Сходите на курсы биотехнологии, узнаете, есть такой орган, находится между ушами.

Собравшиеся согласились со словами учителя, но только официально. Дети по-прежнему продолжали считать вооружённых до зубов космодесантников если не сильнее, то круче математиков. И наставник явно желал опровергнуть их заблуждения.

– А теперь устроим соревнование. Откройте свои парты, в них лежит названное вами оружие. Попробуйте победить меня, безоружного.

Больше всего будущего главу корпорации поразил не этот конкурс, а мгновенное переустройство школьной мебели. Когда он садился за стол, то точно видел, что тот не имел никаких дверей или полостей, которые сейчас объявились. Намного менее удивительным оказалось следующее событие: внутри находился сложенный танк, тут же начавший вытекать и принимать нужную форму.

Одноклассники оказались быстрее: пальба по преподавательскому креслу уже началась, но сидящий в нём остался спокоен. Пули попросту не долетали до него. Пробыв в таком состоянии пару минут, и, видимо, насытившись вниманием публики, он произнёс:

– Бесполезно, господа. Вы сейчас в виртуальном мире, пора заканчивать этот цирк.

Юноша мог бы отправить снаряд, но всего лишь закатил глаза. Что поделаешь, преподаватель абстрактной алгебры не мог обойтись без очередной шутки. Надпись «Воспроизведение прекращено» в этот раз всплыла сзади, прямо над стеллажами с портретами учёных прошлого. Они снова не смогли понять, в какой момент реальность подменили сном.

Глава 3

Дождь в этом месте не прекращался почти никогда. Причин на это имелось сразу четыре: расположение в зоне северо-восточного пассата, тёплое течение, высокие горы вдоль берега моря и желание самих обитателей. Планетарный департамент управления погодой упрямо гнал облака, невзирая на время года. Тучи расходились лишь для проведения технических работ, чтобы через пару недель вновь залить мир Великим Потопом.

Этот поток воды совсем не походил на те, что лились из атмосферы Эстивена-тысячи, где он обучался. Алексей хорошо их запомнил, когда стоял под тугими струями и пытался понять, почему у капель распадается хвост, ведь знание точных причин – ключ к управлению. Он мок несколько дней, прежде чем получил нужное уравнение. К счастью, если верный ответ дан, было неважно, каким путём он достигнут.

Приятным бонусом из курса гидродинамики оказалась возможность ходить по воде, меняя закон поверхностного натяжения. А также умение преобразовывать формы ядерных грибов или точно знать, сколько молока залить в чай. Сейчас жидкости и газы помочь ему не могли, от цепенящего страха все нужные параграфы вылетели из головы.

Одним из плюсов обучения в школе математиков являлась невозможность отчисления. На этом положительные стороны заканчивались, так как заставлять нерадивых учеников выполнять задания можно было с помощью любых видов психического или физического насилия. В крайнем случае разрешалось умертвить абитуриента, но потом приходилось отлавливать нового в сфере, радиусом в десятки тысяч световых лет. Наследование работало лишь на таких расстояниях.

Заведение основал, как можно было догадаться, Первый Император с целью обучить детей с даром и переломить ход противостояния с остальной Вселенной. За свою жизнь он покорил больше ста держав, многие из которых на века опередили Эстивен в развитии. Этот человек создал Физматскую отчизну, построил Государственный Компьютер, определил положение сил в Восьми Галактиках до сего дня, но его политические заслуги меркли перед научным вкладом.

Со слов Алана-Ландау были записаны биографии более тридцати тысяч учёных, между которыми оказались распределены все достижения точных наук, уже известные или ещё неоткрытые. Им же составлен десятитомник «Курс практической физики».

Первый том повествовал о любых видах движения, даже во времени. Утверждалось, что для поворота его вспять потребуется вся энергия Вселенной, а значит, не стоит и пытаться это сделать. Вторая часть рассказывала об управлении четырьмя фундаментальными взаимодействиями и полями, ими порождаемыми. В третьей и четвёртой ученику предлагалось погрузиться в мир квантов, в пятой – научиться статистике и теории вероятности, в шестой – понять динамику жидкости, в седьмой – получить власть проводить над телами любые деформации. Завершающими шли книги, позволяющие манипулировать энергией, импульсом и зарядом в любых средах. Это теоретический минимум на звание вычислителя нижнего уровня. После освоения наступало испытание, которое необходимо перенести стойко. А вот его сложность варьировалась от удачи, тоже входившей в учебный план.

Самым простым из заданий было проникнуть на планету противника сквозь высшие размерности, написать на здании какой-нибудь городской администрации «Клеонцы – лохи» и уйти незамеченным. Волшебные слова вот уже семьдесят веков обнаруживали во всех частях Трёх Галактик. Сложнее оказывалось предсказать, где возникнет надпись «Никитийцы – идиоты». Наиболее же легендарным считалось проникновение на пустотный завод и его уничтожение. Все подобные объекты, на которых тёмная энергия превращалась в массу, а значит, в деньги, тщательно охранялись.

Он думал, что ему повезло с билетом. Требовалось прибыть на одну независимую планету, переубедить руководство сотрудничать с северянами и либо сохранить статус-кво, либо принудить их к вхождению в состав Никитии. В общем, всё сводилось к воздействию на мозг управляющих.

Добираться до нужного пункта пришлось два месяца, за которые он изучил полную информацию о цели. Нотаарская Федерация провозгласила независимость в период распада Физматской Империи и успешно её сохраняла и по сей день. Остальные государства между Клеоном и Никитией пытались заручиться поддержкой какого-нибудь из гигантов и вскоре оказывались заново поглощёнными. Эти же сделали упор не на силу, а на красноречие. Их дипломаты стали мастерами сидения на двух стульях. Поначалу существование данного объединения в качестве суверенной страны обеспечивало транзитное положение: становился возможен товарообмен с врагом без нарушения собственных законов. Вращение рукавов, даже за срок в тринадцать тысяч лет, не внесло существенных корректив в маршруты, и казалось, что счастье продлится вечно, однако в результате изменений в промышленности, разорению одних баз и становлению других, торговые пути сместились. Федерация успела достаточно обнищать, чтобы растерять гордость, но ещё не дошла до черты, за которой оставалось лишь оккупация и аннексия.

Сорок лет назад один богатый человек выкупил всю страну и стал планомерно превращать её в сплошную череду отелей и пляжей. При ознакомлении с новыми достопримечательностями Алексей пропустил данный раздел, ему хватило одного факта.

Многим нравится дождь. На одной из сотни планет, принадлежавших стране, сложился влажный климат. Обитатели подумали: «Давайте превратим её в место, где над половиной территории постоянно выпадают осадки». Название выбрали соответствующее: «Мир грусти» давал возможность людям, уставшим от удовольствий, просто посидеть под дождём. Его можно было пережидать в различных локациях: у камина в старинном замке, в деревянном домике, в тайге, в джунглях, в море на рыбацкой лодке, в горах, в мегаполисе. Они не поленились проконсультироваться с психологом и отстроить однотипный серый город из панельных многоэтажек, навевавший тоску и желание повеситься, над которым к тому же постоянно висели тучи.

А люди ехали, в том числе и сюда. Как элита, так и простые работники. Здесь возвели крупнейший в Септете аквапарк, как обычно, на целой планете. Тут располагался океан из шампанского с плавающими островами закусок. В данном месте по собственным стандартам тренировали персонал и выращивали необходимые продукты питания. Вино разгоняли до комплексных скоростей, чтобы форсировать процесс созревания! Вот это уже точно не промышленная технология, значит, кто-то из Ордена Математиков устроился сюда на службу.

Несмотря на субэкваториальное положение, ливень был ледяным, охлаждённым до четырёх градусов по Цельсию. Алексей висел на руках, вжавшись в стеклянную стену одного из небоскрёбов. Во время обучения он бо́льшую часть времени прогуливал занятия по физкультуре. После курса «Гравитация» обучающиеся легко могли жонглировать астероидами, на кой чёрт им ещё и мышцы? Только теперь он понял, что способности математика не всегда могут помочь. Причин имелось сразу две, одна спускалась по лестнице, другая поднималась. Скоро его найдут, но, если открыться, это произойдёт быстрее.

Волосы намокли, потоки с них заливались в уши, застилали глаза, форма не справлялась с влагой, ветер пробирал до костей. Подумать только, он навесил на себя защиту от плазмы, когерентного излучения, кваркового распада, дифференциального измельчения, а про воду забыл! Да и зачем? Нотаарская Федерация – это же море, солнце, выпивка, девочки…

Вычислитель хотел быстро оказать влияние на разум правителя, успеть оторваться в какой-нибудь гостинице, после чего вернуться в капсулу и лететь обратно. Возвращаться можно было в любой день, но приёмная комиссия вуза заседала с 10 до 18 с перерывом на обед. Весь план полетел к чертям, когда оказалось, что математиков в главном офисе сразу трое, и все они на один-два уровня выше его.

А ещё его должен поддерживать космический флот. И институт международных отношений, выпускники которого полгода просидели за придумыванием причины, явно постарался на славу, даже он сам похохотал. Дело в том, что титул императора в Восьми Галактиках, после урегулирования всех разногласий на юридической почве, могли носить лишь трое физических лиц: правитель Никитии, владетель Клеона и повелитель Андромеды, хотя последний об этом не просил. Официальное новое название Нотаарской Федерации – «Империя наслаждений», и кем тогда является её управляющий? Если потребуется прикрытие, то этого будет достаточно для санкционирования вторжения с применением оружия массового уничтожения.

Отчего же курорт привлёк внимание Ордена? Во-первых, здесь теряла прибыль и упускала выгоду сама Никития. Не из-за бизнеса, пластичность её законов позволяла организовывать любые прихоти заказчика. В одной системе могли находиться консервативные и анархические планеты, так что громадные казино или новые места гонок на солнечных парусах не пугали сверхдержаву, занимавшую полмира. Опасения вызывались созданием здесь офшорной зоны, в которой могли затеряться бюджетные триллионы. И вот этого никак нельзя было допускать, жаль, что на проблему обратили внимание лишь через десять лет.

И тут же отправили совсем ещё зелёного юнца для решения. Теперь Алексей готов согласиться с этим прозвищем, лишь бы выпутаться из сложившейся ситуации. Дождь перешёл в град, пальцы продолжили разъезжаться, двое противников сжимали тиски не хуже функций в теореме о двух милиционерах. Он звал стержень, находившийся за поясом, но жезл упорно молчал. Возможно, желал, чтобы юноша прошёл это испытание без него.

Ну всё, на перилах осталась лишь одна рука, поэтому мальчик крикнул в эфир:

– Не стреляйте, я сдаюсь!

Связали его профессионально, а главное, без лишнего шума и боли. Как он понял из беседы двух математиков, они решили, будто проворачивается совсем уж невероятная схема: никитийцы отправляют заранее слабого исполнителя, его без труда уничтожают, посол вручает ноту протеста за убитого члена южной ветви братства и ударный корпус Четырёх Галактик вторгается на Нотаар. Клеонцы и их вычислители в таком случае не успеют среагировать, так что пограничная проблема окажется решена одной жертвой: им.

Алексей не хотел верить в свою роль разменной монеты, но у него имелась ещё одна причина не отвергать с порога такой вариант. Его нашла не Никития, а частная компания «Копнерфальд Инкорпарейтед», и поставила перед Школой Математиков строго определённую цель: воспитать хорошего председателя совета директоров. Так что его вполне могли списать в расход как кадр, который уж точно не окажется на государственной службе.

Ему на ум пришла одна из легенд демократов Сереха, проходимая на курсах противодействия пропаганде. Согласно ей, раньше детей из бедных семей, получивших способности вычислителя, вывозили на автоматическом корабле на расстояние ста тысяч световых лет в Великую Пустоту вместе с чадом богатого человека, после чего юных математиков убивали. Не находя иных кандидатов в ближайшей округе, качества переходили нужному ребёнку. Быть может, это вовсе не домыслы, а реальные события, забывшиеся лишь под ударами сапога имперской пехоты?

Но сейчас он сможет самостоятельно определять недавнее прошлое, только если сможет победить. Сделать это, пока ты отрезан от дара, непросто, если в руках нет домашних заготовок или могущественного артефакта вроде великого стержня. А лучше уж брать всё вместе.

Алексей вспомнил один разговор на Эстивене-тысяча. Тогда он прибирал аудиторию и невольно стал свидетелем дискуссии старшекурсников. В этом не было ничего необычного, считалось, что мероприятия по уборке повышают дисциплинированность. А пост на хлебе и воде позволяет перейти на альтернативные источники энергии, учебники длиной в миллионы страниц способствуют скорейшему росту памяти, абитуриенты, подвергнутые пыткам на электрическом стуле, так вообще лучше всех сдают электричество и магнетизм. Так вот, услышанный разговор касался глубокой корреляции между теорией детских рисунков Александра Гротендика и абстрагированием. Его итогом стала формула, позволяющая преобразовывать вещество в числа. Однако студенты пришли к выводу, что затраты даже на одно такое превращение чересчур велики. Теперь юноша знал, кто способен безвозмездно выдать ему океаны энергии.

Маленькая песчинка упала с ногтя на цилиндр и мир вокруг изменился. Вначале схлопнулись все многомерные надстройки в радиусе сотни метров, потом гладкие кривые превратились в ломанные линии. Объёмные тела стали плоскими, многоугольники заменились на уравнения в координатной плоскости, те стали множествами точек, и в конце концов просто набором чисел. Верхний уровень упрощения оказался достигнут.

«Братья по Ордену» попытались остановить будущего главу корпорации, но исчезли прежде, чем смогли предпринять хоть какие-либо меры.

Мальчик из подземелий попросил амулет ещё об одной услуге: свернуть пространство и перенести его прямо пред светлые очи учителей. Тот, неожиданно, желание выполнил. Студент появился около них в боевой форме и с оружием в руках, но не учёл разницу во времени: две минуты назад профессура села кушать, и никто не мог оторвать её от процесса. Приём пищи длится час – и точка. Своё право на покой за едой высшие чины Ордена готовы отстаивать так же яро, как независимость Отечества. А может быть, и ещё твёрже.

***

Лотар Коллатц сидел в своём доме, сложенном из вековых дубов. Трещал камин, пол и стены устилали шкуры зверей. Капли выстукивали мелодию, и если подняться на чердак, то ощутишь запах высушенной прошлогодней листвы и целебных трав. В печи запекалась целая туша с овощами, в погребе всегда имелось что выпить, но проклятая панийская закалка мешала бездельничать! Сбежав с чемоданами Министерства финансов, бывший заместитель смог отдыхать лишь две недели, а потом сорок лет реализовывал долгосрочную инвестицию в эту дыру. Он отбил затраты и рассчитывал уже в этом году получить прибыль, но зачем? Один из кейсов с массой до сих пор пылился нетронутым в подвале этой лачуги, которую он лично спроектировал и выстроил с целью избавиться от комплексов!

Потому что на Альстре не имелось лесов, дожди шли исключительно в рамках санитарно-технических мероприятий, океаны перестали плескаться ещё во времена первого освоения, животные содержались лишь в зоопарках, биологических лабораториях, или бежали на нижние ярусы. Предатель убеждал себя: такую страну точно нельзя называть Родиной, однако в глубине души понимал, что занимается самообманом, и это не давало ему покоя. Оттого он и продолжал впиваться в горло конкурентам и врал своей совести, что когда-нибудь вернётся на фронтир и выкупит всю Панию, вырвет её из лап диктатора и надёжно защитит от любых угроз. По крайней мере, до тех пор, пока не узнал о её падении в результате прорыва Рубежа, работы по восстановлению которого он когда-то курировал. С тех пор мятежник не находил себе покоя и отдавал всё время работе. Но сейчас наконец можно было отдохнуть.

Изменник вышел из здания и отправился зажигать маяк – его умиротворяла последовательность действий для предотвращения катастроф, хотя рядом не проходили суда. Все корабли курсировали в других частях планеты, и могли либо отправляться в долгие унылые круизы, либо, за отдельную плату, разбиваться о скалы, причём клиенты должны были дрейфовать на обломках, пока не разуверятся, что помощь придёт. Персоналу приходилось искусственно красить яхты в ржавый цвет, ходить небритыми и учить наизусть сборник морских ругательств толщиной в ладонь, но «Мир грусти» оказался бешено популярным.

В его ногу ткнулась собака, где-то под дождём, наплевав на все правила, рыскал кот, волны обтачивали серые утёсы, достигавшие серебристого неба, под порывами раскачивались влагоустойчивые сосны. Что сказать, лучшие специалисты поработали с пейзажем, и теперь он вгонял любого человека в меланхолию. Но пропади пропадом вся эта планета, если он променяет такую жизнь на принадлежащие ему же райские уголки, где по золотому песку текут реки из вина, а генно-модифицированная закуска самостоятельно выбрасывается и сушится на берегу!

Слова хозяина были недалеки от правды. Сын Леонарда, сам того не ведая, отомстил за отца, и кара настигла преступника, сумевшего убежать за миллионы световых лет. Лотар всматривался в странное шевеление воды у горизонта, не мог понять, куда отхлынуло море и готовился встретить опасность лицом к лицу в тот момент, когда та уже обходила управляющего с тыла. В последнее мгновение он всё же опустил взор и разглядел нечто странное: материя под его ногами медленно рассыпалась на числа.

***

– Кардинально, – сказал преподаватель военной кафедры.

– Тривиально, – произнёс профессор чистой математики.

– Банально, – вставил свой веский комментарий декан отделения политологии.

– Гениально! – восхитился заведующий арсеналами и, по совместительству, хранитель всех взрывчатых веществ Эстивена-M.

Алексей направился к выходу, рассчитывая на заслуженный отдых. Его форма оказалась мокрой, порванной и запачканной кровью, сам он, несмотря на свою чешуйчатую броню, – побит и измотан. Однако такое скорое завершение последнего экзамена не могло не радовать: сессию он должен закрыть на «хорошо» и «отлично» и получить стипендию. Хотя математик не мог понять, зачем она таким могущественным существам, как он.

Его остановил окрик экзаменаторов:

– Молодой человек, вы сдали только практику, сейчас будут вопросы по теории.

Когда мальчик покинул аудиторию, он больше не считал, что находился в смертельной опасности на Нотааре. Мозг продолжал кипеть, руки уныло держали зачётку с тройкой. По крайней мере, его не отправили на пересдачу, где пришлось бы выполнять всё заново. Теперь он официально математик уровня P (практикант), по названию множества простых чисел. Чтобы подняться выше, надо было потратить века, если бы не козырь в рукаве: великий стержень. А сейчас обучающийся знал, где найти следующий. Зрение открылось неожиданно, как только над ним начертили букву.

Короткая поездка, и вот он стоит у памятника Первому Математику. Статуя вращается таким образом, что рука основателя Ордена всегда указывает в направлении Рэраки – планеты, где окончил свой путь правитель. И ведь очевидно: стержень заложен в основании монумента. Достаточно протянуть руку сквозь высшие размерности и достать его.

Клеонцы были склонны к мятежу с самого начала, не стоило оставлять северян в живых. Их планету стали именовать второй столицей, сын изначального владетеля построил им Малый Государственный Компьютер, ради них в центре Пеаннотии возвели крепость в виде чёрной дыры, и что в итоге? Они лишь притворялись, будто являются самыми верными продолжателями дела Алана-Ландау, а сами предали его уже через сто тысяч лет, да ещё и считают изменниками их, никитийцев!

Алексей склонился перед воином в тонкой сияющей броне. По крайней мере, так решили присутствующие. А сам он забрал цилиндр. Серый, покрытый письменами, ему самое место лежать у ног архитектора современного человечества.

Математик распростёрся ниц во второй раз. Его переполняло осознание грандиозности стоящей перед ним личности. Юноша поднялся и повторил боевой клич, на протяжении всей истории разносившегося по полям сражений, куда бы не пришёл свет технических наук. Раскатистое мощное «Рррааа!» зазвучало под сводами зала, посвящённого Физматскому Льву.