Текст книги "Проповедь гуманитария (СИ)"

Автор книги: Анатолий Мороз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)

Глава 8

Ядро кометы с границы Метагалактики, точка сингулярности из чёрной дыры, конусообразный кусок короны красного гиганта, планета, превратившаяся в цельный сапфир… Двенадцатый скрупулёзно перебирал свою коллекцию; когда-то обладание этими вещами казалось пределом его мечтаний. Рассеянное скопление, дополнительная временная ось, газопылевая туманность – всё это сейчас летело на выброс. Стоило ли вообще тянуть хлам сквозь тысячелетия жизни? Временами становилась жалко отправлять на свалку какой-нибудь захудалый космический объект, однако даже малой части экспонатов нельзя было забрать с собой. Переносчики несуществующих взаимодействий, живая нейтронная звезда, кварк-глюонная плазма из электрослабой эпохи, такая же тёплая, как и в первую миллисекунду творения.

Среди прочего скарба обнаружилась старая лабораторная тетрадь из времён, когда письмо буквами размером меньше планковской длины только осваивалось. Здесь были его полузабытые эксперименты: погружение в высшие размерности, остановка и поворот времени, управление законами физики – всё доступное сейчас и обычному человеку. Нынче опыты приобрели иной вид: создать свою алгебру, изобрести новые непротиворечивые законы работы с натуральными числами, разорвать генетическую связь между π и e – полное изменение аксиом под себя… Не даром именно он стал Повелителем Математики. Благодаря данным исследованиям их последнее воздействие на реальность осуществится, возникнет новая Вселенная, не скованная глупыми постулатами. Осталось дождаться, когда Третий вернётся с образцами пространства из галактической нити Персея-Пегаса, а Девятый закончит полное копирование космоса. Остальные свою часть великой миссии выполнили. Близится день, когда проход в новый мир будет пробит и они вырвутся из нескончаемого круговорота.

Великим шутником являлся создатель этой Вселенной. Он загнал её в вечное движение: живое умирает, чтобы получить возможность возродиться; лёгкие элементы образуют тяжёлые, но те распадаются, возвращаясь к началу; чёрные дыры поглощают вещество лишь с целью многолетнего его излучения; сам вакуум производит частицы, и те, пройдя свой короткий путь, самоуничтожаются. Так было и будет всегда в этом мире, и не нам менять установившийся порядок. Большой взрыв, эволюция, тепловая смерть, перезапуск пространства, Большой взрыв… Само наше присутствие здесь – нелепая случайность, игра вариантов бесконечно рождающейся и умирающей Вселенной. У людей появился шанс встать выше этого, причём довольно крупный: вероятностная нить превосходит по размеру даже радиус Хаббла. Скоро мы сможем взглянуть в лицо Творцу.

С собой дозволено взять лишь память, и необходимо тщательно подойти к выбору воспоминаний…

***

– Так, салаги, в последний раз повторяю, – командир Дуглас был чрезвычайно зол. – Вы никто, вы дерьмо, а я воюю уже полвека (явное преувеличение, на вид никто не дал бы ему более сорока). Слушаться меня безоговорочно, и что найдёте, несите мне, я-то уж знаю, куда это пристроить, – тут он оглушительно расхохотался.

– Две минуты до посадки, – объявил компьютер бота.

– Отлично, – сказал командир. – И запомните: увидев летящую пирамиду, стреляйте в неё, а лучше и на километр в округе всем чем под руку попадётся, хоть камни кидайте, – смех снова залил капсулу.

– Минута сорок секунд, – проговорила автоматика. Начинаю прицельный огонь.

Десантный корабль, до этого бывший неподвижным (гравикомпенсатор надёжно гасил перегрузки) заходил волнами: орудия спешили расстрелять весь боезапас ещё во время нахождения на орбите.

Алексей мысленно вызвал в памяти карту Альтаны и невольно поёжился: настолько страшным оказалось зрелище. Планета являлась трёхуровневым городом, раскорячившимся так, что противно было смотреть. И ведь понятно, пережить антиматериальную бомбардировку не каждое поселение способно. Сейчас экуменополис представлял собой многоярусное нагромождение мусора, где всё же попадались открытые пространства, расчищенные андромедянами. В один из таких участков и летел их бот. Над планетой висел огромный двухсоткилометровый шар, представляющий собой орбитальную крепость врага, за которую сейчас шло сражение флота Пании – государства, в армии которого ему пришлось находиться.

Когда мальчика вывели из медицинской капсулы военного центра по подготовке (а на деле штампованию) новых солдат, он не сразу понял, что это действительно его тело. Оглядывая себя, юноша заметил, что стал толще и выше, под кожей буграми перекатывались мышцы, а наружный покров оказался представлен серой чешуйчатой бронёй, однако самое главное было в другом: он видел необычайное буйство красок вокруг себя и совершенно не щурился от заполнявшего комнату яркого света, будто совсем не скитался по подземельям, а всю свою жизнь находился на поверхности. Также впоследствии он узнал, что кроме внешних изменений у него модифицировали суставы и внутренние органы, а в мозг был вмонтирован микрочип, состоящий из устройства для выхода в сеть, банковского чипа и простейшего запоминателя, а ещё он получил среднее образование и профессию рядового бойца, чьи навыки должны активироваться в ближайшее время. Психика перенесла трансформацию стойко, никаких фобий не возникло.

Всё это, конечно, сделано не бесплатно, от щедроты душевной, и когда Алексей просмотрел свой счёт, то увидел долг в пятнадцать тысяч кредитов, который молодой боец должен покрыть из своего жалования, а также за счёт военных трофеев, если ему такие попадутся.

Кажется, возможность заработка и страх быть репрессированным за покидание позиций – единственные удерживающие здесь солдат факторы.

После пробуждения быстро промелькнули несколько дней тренировок (военные очень спешили на Альтану, ведь там оставались несколько группировок войск, оттесненные от поверхности и зажатые в глубине, поэтому операцию проводили в сверхсрочном порядке), пара выбросов с ботом, и теперь бравый десантник ступил на поверхность для несения смерти врагам тирании Пании и всего человечества.

Бот коснулся поверхности планеты, подёргался ещё секунд десять, и определив отсутствие опасности, а может, просто потратив все патроны, выстрелил в последний раз, разблокировал двери, и бойцы высыпали наружу.

Картина была безрадостной. Небо пылало огнём, на фоне которого чёрным шаром высвечивалась разделившаяся на две части крепость. Серые здания оказались схлопнуты до подвалов, расплавлены и развеяны на атомы и сейчас медленно догорали. Воздух наполнял ощутимый жар – хоть сейчас собирай энергию в накопитель, как это делали в столице, стремясь уберечь город от перегрева. Даже если этот мир вернут под власть людей, его проще будет уничтожить из жалости, чем заниматься восстановительными работами.

Их группа, состоящая из трёх женщин, пяти мужчин, четырёх роботов и непосредственно командира Дугласа, а также искусственного интеллекта бота, с которым по причине узости проёма пришлось распрощаться, двинулась в подземелья.

Под поверхностью Альтаны они находились уже третий час и так и не вышли к цели. Приходилось пробираться через нагромождения всюду раскиданных труб, кабелей, обломков камня и металла, поэтому выдвижение отряда на позиции затягивалось на неопределённый срок. Соединения с другими группами тоже не произошло. Бот некоторое время вёл их по имеющимся картам, но потом связь с ним прервалась: видимо, он оказался уничтожен.

Отряд задвигался заметно быстрее: погибнуть так скоро и нелепо никому не хотелось. Однако отойдя километров на десять, они всё-таки наткнулись на андромедян.

Единственная нечеловеческая раса была представлена паукообразными существами, имеющими восемь ног и четыре руки, а также совмещённые с ушами рога. Разделённое на три сегмента тело покрывали толстые кожные пластины красного цвета, выдерживающие температуру в тысячи градусов и непробиваемые прямым ударом армейского ножа. Закованные в свой треугольный скафандр, они были ещё более грозным противником.

Алексей впервые узнал о них на кратких курсах боевой подготовки, когда новоиспечённым солдатам рассказывали о том, что когда-то человечество занимало не только семь больших и тридцать малых галактик, которыми оно владеет сейчас, но и часть Андромеды со многими другими территориями. Минули тысячи лет, и теперь их выгнали из восьмой туманности, а потом враг пришёл в дом людей, и теперь тянет свои лапищи к Малому Лавнийскому Облаку, пытаясь захватить его, и они должны помешать коварному противнику сделать это. Говорили им ещё многое: имелись здесь и нотации об их долге перед Панией, чести, других вещах, но всё это пролетело мимо ушей рядовых. А сейчас им предстояло столкнуться с «паукообразными» лицом к лицу.

Сегодня солдатам повезло: их сканеры, специально приспособленные для битвы в городских условиях, засекли противника быстрее, чем он смог обнаружить их, и они успели рассредоточиться и занять позиции.

Минут через десять появились андромедяне пирамидальной формы. Они левитировали над поверхностью медленно и величественно, осматривая каждый уголок и щёлочку, но маскировка успешно скрывала людей. Потом командир дал короткую команду по внутренней сети:

– Пошёл, – и закипел бой. Арахниды, первоначально окруженные со всех сторон и поэтому утратившие численный перевес, сгруппировались в пирамиду и начали вести огонь, высматривая цели. Но вот один из них отделился от тетраэдра и Алексей, оказавшийся ближе всех к нему, выстрелил. Заряд разорвал нападающего, уже выставившего плазмомёт.

Казалось, схватка складывается в пользу людей, однако андромедяне достали весомый аргумент.

Оглушительно грянул выстрел. Это было странно, нагретая до миллионов градусов материя не должна звучать. Видимо, с ними решили расправиться быстро, почти в упор выпуская патроны с антиматериальными сердечниками.

Насадка с антивеществом пробивала лёгкую броню, а центральная часть производила взрыв. Как нельзя просто.

Первый, второй, третий… четвёртый заряд предназначался мальчику.

Время растянулось. Юноша увидел, как меняются очертания предметов. Проход сжимался, треугольники вытягивались, блекли цвета, единственной неподвижной точкой осталась направленная в лицо пуля. Солдат сдвинулся на пару миллиметров, понимая, что успевает. Смерть прошла мимо. Предметы перед ним как будто не являлись реальными, а лишь представляли собой отражения, проекции на трёхмерном голографическом экране. От гибели он спасся, но враги так и остались на местах чудовищной пирамидой. С ними нужно было кончать.

Воин решил зачерпнуть двадцать миллионов, дабы расправиться с этой заразой. Вот только чего? Джоулей, килограммов, ампер? Не суть. Он потянулся, энергия далась легко, и в полубессознательном состоянии отправил скопленный потенциал на нелюдей. Эффект превзошёл все ожидания.

Пирамида вспыхнула, титановые корпусы сплавились вместе, потекли, закипели. Оставшиеся люди зашевелились, стараясь отползти от пузырящейся лужи.

Алексей решил вернуться к ним, но оступился, проехав по полу никак не меньше полукилометра. Вероятно, движение могло бы продолжаться и дальше, но путь преградил провал блоков городского уровня. Солдат упал, ощутимо приложившись головой. Серый сумрак, перекрывавшийся завесами аэрозолей, окончательно померк в глазах.

Очнувшись, мальчик в первую очередь оглядел место, куда имел честь попасть, и сразу был ошарашен: помещение заливал свет! Присмотревшись, обнаружил себя лежащим на куче серебристо-белого металла. Скорее инстинктивно, чем осознавая свои действия (голова болела от удара) поднёс идентификатор к веществу, тот взял пробу и сообщил: элемент представляет собой чистейший свинец. Военный мог бы радоваться такой удаче, так как это один из редчайших элементов в Восьми Галактиках, являющийся конечной стабильной стадией звёздного нуклеосинтеза, но мысли его были затуманены, и рядовой, осмотревшись в поисках источника света, и не найдя его, двинулся в сторону апогея яркости. Подойдя ближе, боец смог рассмотреть экран под густым пластом пыли. Смахнув наслоения, он увидел написанные на непонятном языке строки. После приближения к экрану прибор оживился и радостно пискнул, дав понять: наречие является родственным панийскому диалекту всеобщего, и интерпретатор может его расшифровать. Когда перевод завершился, юноша приступил к чтению. Хотя строки завершались одинаково (фрагмент явно был стихотворный), рифма утратилась во время замены синонимами. Ну, что ж – это самое маленькое из неудобств, представляемое в такой ситуации. Присмотревшись к экрану, он продекламировал:

«Странник отважный эту планету нашедший,

И посланье тебе адресованное прочитавший.

Ты собери двенадцать великих стержней,

Стержней у повелителей наук бывших,

А ныне в галактиках безвременно потерянных.

На Первопланету, Родину человечества, прибудь ты.

Найди храм людей на планете.

Вставь стержней двенадцать в двенадцать отверстий.

Войди в единение со Вселенной.

И обрети знания, силу и оружие богов.

Тебе это я говорю, из людей великих последний.

Первый стержень найдешь ты в саркофаге из металла,

Что за тобой воздвигнут остался.

То, утверждаю я, знаний тайных хранитель»…

Там было написано что-то ещё, но, когда Алексей попытался перелистнуть послание, компьютер вдруг задрожал, рассыпался и смешался с густо покрывавшими пол ошмётками пластика. Тогда мальчик подошёл к куче свинца и дотронулся до металла, однако тот не растаял, а продолжил стоять посреди комнаты. Повинуясь внезапному порыву, юноша разгрёб кучу слитков и нисколько не удивился, когда в центре действительно обнаружился металлический цилиндрик, сделанный из не поддающегося анализу вещества.

Его окликнули, он промычал что-то невразумительное в ответ. Слова давались нелегко, сознание уже будто бы и не принадлежало ему, мысли становились неповоротливыми. Лишь предмет в руке не терял чёткости и начинал излучать мягкий свет, приходящий на смену затухающему комнатному. Имелось всё-таки в этом маленьком цилиндре что-то привлекательное, и расставаться с ним не хотелось совершенно.

Повинуясь неведомому чувству, Алексей спрятал стержень в карман, после чего осел на миниатюрный серый зиккурат. Голова болела неимоверно, его шатало и было видно, что падение с такой высоты не прошло бесследно.

Глава 9

Юноша очнулся в восстановительном боксе. Видимо, пока он был без сознания, его успели перенести в лазарет. Подумать дальше он не успел, в комнату вошёл Антон, человек из их группы.

– Пацан, спасибо тебе, – начал он. – Век не забуду.

Он явно уже поднабрался где-то, и теперь находился в состоянии любви ко всему космосу.

– А? Что? – прохрипел Алексей.

– Так ты ж это, того, а, клад нашёл. Драгметалл вроде. Денег теперь, во! – И он, широко раскинув руки, показал, как много у него материальных средств. – Теперь все, кто в нашем отделении был, от армии откуп заплатили… ну, – запнулся он, – выжившие естественно.

– А кто выжил? – поинтересовался солдат.

– Да, мало, кто, роботы сразу полегли, Льюис убило, Кая тоже, но все остальные целы, – сказал он. Зато посмотри, денег-то сколько! Ты как туда провалился, так там свинца было, почитай тысяча двести килограмм. Дуглас, как увидел, гад он этакий, всё себе и захапал, другим только жалкие крохи и остались, зато хоть крохи от общего пирога, но тот пирог больно большой оказался. Посмотри, денег-то сколько… – он пошёл на второй круг перечисления.

Повинуясь его совету, солдат заглянул в банковский счёт, имевший до этого долг в пятнадцать тысяч кредитов, и увидел вместо неподъёмного минуса кругленькую сумму в двадцать тысяч.

Странно всё это. Его не только не бросили, забрав добычу, но и отдали часть свинца в денежном эквиваленте. Положение для такого прецедента должно было сложиться отчаянное. Со стороны раненого посыпался град вопросов:

– Что с пауками? – в ужасе произнёс солдат. Неужели он сейчас находится в плену?

– Нет теперь ни пауков, ни арахнидов – ответил Антон. – Только товарищи из дружественной галактики Андромеды.

– А как же война? – главный вопрос в этой ситуации оказался задан.

– А никак, кончилась Пания. Тьфу.

– Где же мы тогда?

– Это Дарлия, тихая планета, нас сюда вывезли, когда Альтану покидали…

– Как покидали?

– Да стандартно, последними ушли, после нас её подорвали.

– Подорвали?!

– Да это ещё ничего, ты ж неделю провалялся, вот у Альстры им вжарили… Тебя нашли прямо на горе плюмбума, а это ж почти самый редкий элемент, коему золото и в подмётки не годится… Круче только висмут. Дуглас хотел отходить, но, увидев такое, приказал послать за грузовым кораблём. Поверхность просверлили до самого схрона и забрали с металлом всю группу. Ты лучше сводку глянь, я в международных делах не эксперт. Зато посмотри, сколько денег…

К совету действительно стоило прислушаться, и раненый открыл вкладку с новостями. По всему выходило, что на следующий день после высадки планету, расколовшуюся подобно станции андромедян и именно после падения той, оставили и превратили в облако астероидов. Однако она являлась ключевым звеном в обороне, и на третьи сутки неприятельский флот подошёл к правительствующему миру. После непродолжительного сражения панийские вооружённые силы оказались уничтожены, и капитуляция была уже почти подписана, но тут вмешались математики. Первый развеял столицу в мелкую пыль, захватив с собой область пространства диаметром в три световые секунды, обойдя конфайнмент и вызвав кварковый распад, а второй изменил барионный и электрический заряды половины материнской звезды, вызвав аннигиляционный взрыв, перед этим завернув пространство петлёй, чтобы никто не смог улизнуть. Вырвавшаяся на свободу энергия уничтожила авангард и основные силы андромедян, так что остальная часть Пании сохранила независимость, но ненадолго: три тысячи сто семьдесят не затронутых войной звёздных систем перешли под власть соседнего государства.

Стало даже лучше: как всегда, после объединения началось повышение уровня жизни, массовое строительство, выплата долгов по зарплатам и пособиям – все меры, необходимые для удержания упавших прямо в руки территорий.

Было решено, что о математиках можно узнать и позже, сейчас эти диковинные люди не имели особого значения.

Первым делом мальчик откосил от армии, на это ушла четверть его сбережений, после чего приобрёл мирную одежду, купил еду и воду, а также взял себе билет на ближайший звездолёт, покидающий Панию. Остальные деньги почти полностью ушли на покупку гражданства какой-то страны в Лавнийском рукаве. Вероятно, это была пиратская республика или мафиозное государство, только и занимающееся наркоторговлей, грабежом и продажей документов людям в неладах с законом, но всё равно лучше, чем ничего.

Заполнив виртуальный паспорт и получив подтверждение: «Добро пожаловать в Конфедерацию Суверенных Народов Ашшаар», бывший солдат встал, нанёс на тело слой уже доставленной ему одежды и поспешил в космопорт – его корабль отправлялся через два часа, и не хотелось опоздать на рейс, ведь денег у него практически не осталось.

Глава 10

В своей одноместной капсуле Алексей ехал уже целую неделю, еду он взял с собой, воду тоже, и делать было абсолютно нечего, поэтому он начал постигать мир, где ему предстояло жить. Мальчик исследовал его с помощью только одной имевшейся у него вещи, а именно, глобальной сети, доступ к которой оказался возможен даже в этой капсуле. Из полученных знаний следовало, что человечество заселило полсотни галактик, где имелось более тридцати миллиардов освоенных жизнепригодных планет, объединённых в тысячи государств, с общим населением в семьсот секстиллионов человек (по другим сведениям, до септиллиона). Узнал также о развитии людей с тех пор, когда дикие племена бегали по поверхности миров в разных частях Вселенной, и до возникновения общегалактических структур. История привлекла его, именно в этой науке он собирался искать ответы на стремительно растущий вал вопросов.

Будем пользоваться классификацией космических объектов единого человечества. Основным местом проживания служили семь связанных между собой галактик, стянутых силами всемирного тяготения: Вельбарра, Урия, Керония, Родолиния, Лавния, Пеаннотия, Серех (с юга на север). Особняком стояла Андромеда. Каждая имела в своём составе от десяти до шестидесяти триллионов звёзд. Они пересекали друг друга в пространстве и придерживались вектора движения к общему центру масс. Эта важнейшая часть цивилизации протянулась на двадцать миллионов световых лет. Вокруг располагались малые галактики (не более триллиона звёзд в каждой) и бесчисленное множество скоплений, ещё не обрётших достаточной массы для признания их полноценными гравитационно-связанными системами.

Гуманоидный тип цивилизации возникает почти одновременно, с разницей в пару миллионов лет, в поясах жизни рукавов, свободных от губительного влияния излучения голубых звёзд и богатых тяжёлыми элементами. Подобные планеты получили название «колыбелей жизни», в настоящий момент их открыто двести тридцать, и ещё на четыреста одной развитие зашло в тупик. Каждый такой мир является наследием человечества.

Появляются первые антропогенные ландшафты вроде следов от костров, примитивных хижин, осколков глиняных черепков и прочих вещей, указывающих на присутствие первобытных людей. Далее следовало изобретение колеса, образование государств и религий, войны за место под звёздами, непрерывное развитие технологий, и прочие свойственные этому временному отрезку события. Период Древнего Мира, как его сейчас называют, продолжался более трёхсот тысяч лет, пока люди не научились покидать пределы атмосферы. Впрочем, выход в космос – достижение вполне заурядное, из-за высокой плотности материи люди, даже передвигаясь на релятивистских скоростях, могли освоить окрестные системы в пределах сотни-другой светолет, но не более того. Настоящим временем перехода человечества в полноценную цивилизацию был год открытия четырёхмерного пространства.

Как известно, мозг способен образовывать структуры вплоть до одиннадцатого измерения. Если отделить сознание от тела, можно и больше. А всего во Вселенной двадцать пять пространственных и одно временное, но на высшие заходят лишь элементарные частицы. Люди по своей природе трёхмерные существа: они властвуют над плоскостями, являются обычными жителями пространства и совершенно беспомощны в высших размерностях. Однако при скручивании можно создавать подпространства и выносить их за пределы нашего мира. Четвёртое изменение манило контролем над законами физики и иным взглядом на космос. Чем выше размерность, тем лучше открывается суть вещей. А за четвёртым есть и пятое, и шестое, и седьмое…

Главенствующее положение заняла планета, где появился первый истинный математик. Из-за редкой мутации данный человек получил возможность перекраивать мир по чётким теоремам, невзирая ни на что. Далее следовало создание флота четырёхмерных кораблей. Было это почти сто двадцать тысяч лет назад. Его имя – Алан-Ландау, или же Физматский Лев.

Одна из цивилизаций первой освоила сверхсветовое движение, и вот – её ареал обитания расширен в сотни раз, ресурсы не ограничены практически ничем, что позволяет создать антиматериальное оружие, виды на иных планетах входят в состав единой державы. Так среди завоёванных миров и зарождалась Империя Людей, единое человечество, величайшее государство Местной группы. Ничто не могло противостоять ей.

Соседние страны выходили в космос слишком поздно и попадали под её власть.

Чем выше была максимальная размерность звездолёта, тем сложнее становилось удерживать его, поэтому каждый новый этап в развитии привязывался к появлению более мощных энергетических установок.

В следующих регионах уже ждали другие.

Вновь война раздирала человечество. Гибель сотен миров, потерю знаний, отбрасывание в развитии на тысячи лет назад влекла за собой она. Однако единая империя выстояла, и пятьдесят тысяч лет назад объединила под своей властью Октет.

Тридцать тысяч лет назад страна достигла своего наивысшего могущества: о чём говорить, вся Местная группа оказалась под её контролем. Андромедяне тогда были на одном уровне с экзотическими животными, эндемиками собственной звёздной системы. Практически две трети современных освоенных планет, а по другим оценкам, и три четверти, с тем же населением находились в её составе. Сотни рас и народов слились в один в этом громадном государстве за десятки тысяч лет совместной жизни. Были созданы системы защиты, сохранившиеся до наших дней, введена практика строительства обособленных военных поселений в виде звёздных скоплений, несколько десятков чёрных дыр, в том числе и составляющая центр масс исследованного космоса, превращены в неприступные крепости, на границах монархии и в её внутренних частях воздвиглись разграничительные энергетические линии, способные сдержать любого врага (сейчас в первозданном виде сохранился лишь участок протяжённостью порядка сорока тысяч световых лет в Большом и Малом Лавнийских Облаках и некоторые разделители в ядрах). Казалось бы, далее – покорение всей Вселенной, но…

Однажды в семье правителя родилось два мальчика-близнеца. Разница между их появлениями на свет не превышала минуты. Одному дали имя Никитиниан, другому – Клеон. Братья с детства прониклись ненавистью друг к другу, поэтому воспитывали их в разных частях державы, первенца Никитиниана – во дворце в центре Родолинии, Клеона – в Пеаннотии.

Когда их отец умер при невыясненных обстоятельствах, Никитиниан должен был взойти на престол. Клеон не хотел мириться с этим, поэтому объявил брата в убийстве и начал мятеж.

Галактики не пришли к единому мнению, придворные группировки также. Север оказался за Клеона, юг за Никитиниана. Война началась.

Стоит сказать, что владетелем всегда либо становился математик, либо тот постоянно присутствовал при монаршей особе. Орден служил поддержкой и опорой трону, являлся главной научной базой, аскетичными монахами-воинами-учёными, положившими свою жизнь на решение задач. Когда-то именно математик создал новую религию. Им был смещён языческий культ старых богов. По легендам, именно Алан-Ландау обучил людей всем наукам, дал названия звёздам и указал единственно правильные единицы измерения: секунду, метр, килограмм, ампер, кельвин, моль, канделу и их производные. Этот же человек разрешил загадку сверхсветового движения. Он и основал империю.

Но и братство разделилось, встав по разные стороны баррикад.

Вся освоенная людьми территория горела в пламени антиматериальных пожаров. Планеты рассыпались в протонный пепел, звёзды взрывались, образовывались новые облака газа и уничтожались антиматерией старые, целые галактики низвергались в небытие, сама ткань пространства-времени плавилась, сжималась, выгибалась дугой в местах применения самых разных видов оружия. Даже современная война с андромедянами за территории, утерянные после Раскола, казалась на фоне битв прошлого детской вознёй.

Говорят, и незыблемые законы физики трёхмерного пространства менялись там, где когда-то решалась судьба страны. Хотя, измерения основных космических констант вроде скорости света, гравитационной и электрической постоянной, размера атомов и прочего показали, что если различия есть, то они минимальны и начинаются где-то в восемнадцатом знаке после запятой.

Война шла пятнадцать тысяч лет, после чего уже потомки правителей подписали договор, разделивший державу на две крупных и множество отдельных независимых частей. Южная стала называться Никитией, северная – Клеоном. Ещё пять тысяч лет то там, то здесь вспыхивали отдельные искры восстаний и пожары бунтов. Шесть раз Клеон пытался подчинить Никитию, семь раз Никития начинала войну с Клеоном, но всё безрезультатно – прошлое нельзя вернуть. Все попытки сделать это только ухудшали положение. Такой порядок вещей сохранялся уже сто тридцать веков.

Последние несколько тысяч лет страны людей предпочитали не воевать и восстанавливали остатки былого величия. Да, человек утратил много территорий в Местной группе, но и то, что осталось, впечатляло.

Среди современных государств самым большим была Никития со столицей на Эстивене (более двенадцати миллиардов планет) – империя, занимающая Урию, Керонию и Родолинию. За ней следовали Клеон с центром в Рэраке, протянувшийся через Лавнию, Пеаннотию и часть последней галактики (десять миллиардов миров) и Демократический Альянс Независимых Государств Сереха (свыше миллиарда) с главным городом Фигендорфом.

Алексей узнал ещё много нового, скачав в память знания по точным и гуманитарным наукам, прочитав кучу книг и просмотрев большое количество фильмов, но нигде не находил упоминаний ни о хранителях, ни о великих стержнях, ни об изначальном мире, вообще считавшимся ересью и несусветной глупостью. В краткой истории человечества Ормана Скьюза так и было написано:

«Многие люди до сих пор верят в сказки о Первопланете – мифической прародине людей, с которой якобы человечество и распространилось по Вселенной. Я с высоты своего научного опыта могу заявить: такая планета не могла существовать, ведь если на ней жил даже бы миллиард человек (больше из-за несовершенства технологий вряд ли), то через двадцать пять-тридцать поколений они стали бы друг другу родственниками, что неминуемо привело бы к вырождению. Все факты свидетельствуют: в схожих условиях на разных мирах появлялись одинаковые виды, ныне объединённые в один под названием «Человек». А сейчас в галактиках проживает более ста тысяч рас с различными приспособлениями для лучшего обитания в условиях своей окружающей среды, и скажите, разве могли они все произойти с одного шара?»

И хотя мальчик мысленно соглашался с доводами учёного, но всё равно не мог понять себя, ведь если Первопланеты нет, что за стержень попал к нему?

Теперь он часто думал о нём. Изучая его, юноша смог определить, что, если тот отбросить от себя или даже оставить в другой одежде, жезл всё равно вернётся к хозяину. Также цилиндр из металла мог исчезать и появляться вновь, летать, становиться лёгким и тяжёлым, не тонул в воде и не горел в огне, а главное – был виден только ему, не ощущался ни людьми, ни приборами.

Но всё это боец узнал лишь впоследствии, первоначально, когда он ощупал себя и не обнаружил стержня, то подумал, всё виденное после падения прибредилось ему, но, найдя его в своей каюте на корабле, понял, что имеет дело с чем-то очень значительным.

Когда мальчик, закутавшись в нанесённый на тело покров, скрывавший чешую (демодификация им не проходилась), вышел из каюты, всё было нормально, однако стоило Алексею отойти на пару шагов, он ощутил прохождение дрожи по кораблю, а это не предвещало ничего хорошего.