Текст книги "Дитя некроманта (СИ)"

Автор книги: Анастасия Ольховикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Вместо междучастья

[ВМЕСТО МЕЖДУЧАСТЬЯ]

– Простите. В меня словно бес вселился, – виновато говорила Свон, комкая в руках белоснежный платочек. – Еще и Один голос повысил…он никогда этого не делал. Разум затмили чувства, разговора с Айноном все равно бы не случилось.

– Ничего, – вполне серьезно успокоила ее я, – ты ничего не потеряла. Они все сошли с ума, решив противостоять демонам одними только своими безграничными силами.

– Правда? – вытаращилась на меня подруга.

– Мани тебе ничего не сказал? – в свою очередь, поинтересовалась я. Правда, слишком поздно поняла, что зря это сделала: щеки Свон покрылись таким румянцем, что впору было рисовать с нее портрет «смущенная дева в любви». Кажется, Мани говорил – но совершенно не об этом.

Коротко улыбнувшись, я пожелала подруге счастья с этим шалопаем, вслух же добавила:

– Все решится на практике. Впрочем, Айна тебе подробнее расскажет – даже с моим спокойствием поведать тебе об их безумии  не получится.

– А ты что собираешься делать? – мне в который раз показалось, что за внешней наивностью водницы скрывается такой же проницательный ум, как и у брата. Во всяком случае, суть моего прихода к девочкам в основной части общежития она уловила сразу.

– Мне нужно будет отлучиться из академии. Нужно, чтобы вы подтвердили, что я весь вечер была с вами.

– С ума сошла? – очнулась Свон, грозно смотря на меня. – Что собралась делать? Я с тобой!

– Заметят, – спокойно сказала Айна, разглядывая меня. – Хотя и без тебя тоже заметят. Ты ведь за Айноном с Мином шпионить собралась?

– Ну да… – пришлось признаться мне. – Напрягают меня эти их совместные прогулки за ворота.

– Да парни просто в таверну заглядывают и расслабляются, – фыркнула водница, посылая мне укоризненный взгляд. – Ты–то что там забыла?

Не могла же я ей сказать, что мне срочно требовалось подтверждение своих мыслей! Теперь, окончательно выздоровев и сложив в голове все части непонятной картины, я…нет, пока я боялась самой себе в этом признаваться. Мне нужно было хоть что–то! Хоть малейшее доказательство того, что Мин владеет стихией Воды!

– Как насчет проверки того, что меня поймают? – вместо ответа предложила я.

– Какой проверки? – со вздохом спросила Свон. Смирилась – и хорошо, все равно меня уже было не отговорить.

– А вот какой… – я быстро слилась с тенью, находившейся рядом с дверью, куда не доходил тусклый свет магического светлячка. Именно так я и собиралась проследить за парнями.

– Хм… – задумчиво проговорила Айна. – Первый раз такое вижу. Но да, ты права, тока крови я не чувствую. Одобряю! – с улыбкой решила девушка, и я вернулась обратно к подругам.

 – Свонни, не молчи, – попросила я огневичку. Та ответила хмурым взглядом:

– Если ты против этой затеи, к чему бродить следом за ее инициаторами? Я не припомню, чтобы Мин раньше вообще пересекался с Айноном.

– Но они ведь в одной башне живут.

– Это не мешало им четыре года благополучно избегать друг друга, – подтвердила Айна. – Просто твое спасение свело их вместе.

– Ну, девочки… – взмолилась я. – Очень надо!

– Чтобы к полуночи вернулась, – распорядилась Свон, и я повисла у нее на шее.

– Вы самые лучшие!

– Привет Айнону передавай, – хмыкнула водница, но я только махнула рукой: я была уверена, что меня не заметят.

Находясь у целителей, вечера я проводила у окна, страдая от ничегонеделания. Тогда–то и стала замечать удивительную особенность: совместные отлучки Мина и Айнона с территории академии. Как бы я ни завидовала тому, что они старшекурсники и могут в любое время покидать стены обители знаний, подозрительность каждый раз, когда я видела их удаляющиеся спины, начинала бить тревогу. Ну что общего могло быть у, казалось бы, магов совершенно разного дара? И все же оба суола неизменно продолжали уходить вечером из академии. Сегодня я просто собиралась последовать за ними.

К моему большому облегчению, свои походы Айнон и Таормин начинали тогда, когда над землей неизменно царили сумерки. А значит, теней в моем окружении было достаточно, я могла передвигаться достаточно близко к парням и в то же время не опасаться, что меня заметят. Сегодняшний вечер ничем не отличался от предыдущих, и, дождавшись, когда парочка выйдет со стороны мужской части общежитий, я подмигнула девчонкам, с которыми до того момента сидела, и переместилась на улицу.

Мин и Айнон о чем–то негромко переговаривались. Кажется, речь шла о том, что сегодня можно освободить себя от тренировок и посвятить время действительно отдыху. О каких именно занятиях шла речь, я, если быть честной, не понимала, но прислушивалась к любому произнесенному слову. И я сделала несколько выводов. Первый – о том, что после внезапного нападения земного демона Мин и Айнон начали тренировать магию чаще и больше. Второй – они стали делать это за стенами академии. А значит, боролись в полную силу.

Не помню, чтобы за четверть цикла на кого–нибудь из них жаловались. Я непременно бы узнала, случись что, поскольку сплетни в академии разлетались очень быстро. Однако, судя по словам молодых людей, силу они все же выпускали. А значит, место для тренировок было тщательно подобрано. Жаль, что сегодня я не могла во всей красе насладиться зрелищем, но и поход с ними до ближайшей таверны в городе рядом с академией оказался достаточно насыщенным в плане информации.

Небольшая заминка возникла при входе. Я не была уверена, что внутри не окажется слишком светло, а потому не рискнула перемещаться сквозь дверь, чтобы не быть обнаруженной с обратной стороны. Из–за этого Мин и Айнон прошли первыми, а мне пришлось ждать следующего посетителя, покидающего заведение. Очутившись внутри и вздохнув свободно оттого, что и здесь теней предостаточно, я поначалу испытала легкое чувство страха. Парней поблизости видно не было,   и я испугалась, что сюда они пришли лишь для того, чтобы замести следы. Однако, приказав себе не паниковать, я внимательно рассмотрела полутемное помещение и вскоре заметила небольшую лестницу, ведущую на второй этаж. Туда–то я и направилась. Ну а дальше меня уже вела тьма.

Длинный коридор соединял между собой отдельные комнатки–кабины, предназначенные, очевидно, для гостей с особыми поручениями. Я чуть было не столкнулась с весьма приятно одетым магом, идущим под ручку с задорно улыбающейся ему девицей, которые свернули в один из таких закоулков. Почему–то я была уверена: семейные узы их не связывают. Однако продолжать думать на эту тему я себе запретила. В конце концов,  я пришла сюда по совсем другой причине.

Меня вслепую вела тьма. Молодых людей я обнаружила в одной из последних кабин. Дверь в нее была приоткрыта, а пустой стол говорил о том, что заказ еще не принесли. Я осталась не пороге, не решаясь зайти внутрь, и чуть было не выдала себя, когда обслуживать посетителей пришла пышногрудая девица с радушной улыбкой на лице, несущая на подносе вечерние закуски. Перед Айноном было поставлено что–то непонятное, показавшееся мне смутно напоминающим дары моря. Мин удостоился тарелки ароматного мяса с травами. Кувшин темной глины был водружен на стол последним.

На демона подавальщица даже не посмотрела, чем вызвала его снисходительную улыбку. Зато целиком и полностью  решила завладеть вниманием Мина, всячески пытаясь преподнести ему поближе свою выдающуюся грудь. Огневик поначалу делал вид, что не замечает демонстрируемых ему прелестей, потом так холодно взглянул на девушку, что та, извинившись, попятилась и задом протиснулась в дверь. Я успела заблаговременно посторониться, но, когда створка начала закрываться благодаря усилиям ушлой, но потерпевшей поражение служки, проскользнула внутрь,  вжимаясь в стену, освещенную менее всего.

– Такие прелести без внимания оставил, – поддел демон огневика.  – А ведь мог сегодня уйти отсюда счастливым.

– Меня не слишком прельщает перспектива оказаться в постели женщины, не гнушающейся отношениями с любыми симпатичными посетителями, – невозмутимо отозвался огневик, и этого оказалось достаточно, чтобы тьма рванула к нему. Я с огромным трудом усмирила ее, умоляя дождаться хотя бы конца разговора.

– Что–то мне подсказывает, что не в одном пренебрежении дело, – хитро скосился на спутника Айнон.

– О проницательности водников ходят настоящие легенды, – усмехнулся Мин, – но в данном случае я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду.

– Говорят, ты наконец–то распрощался со своим затворническим образом жизни и теперь покровительствуешь одной нашей общей знакомой.

Я точно знала – Айнон говорил обо мне. А еще возникло ощущение, что водник меня чувствует. Только вот Мину об этом не говорит.

– Я обещал ее отцу помочь справиться со страхом огня.

Что? Мин разговаривал с папой?! Откуда ему вообще стало известно, что Эвангелион Эндорийский состоит со мной в кровном родстве?

– Какое благородство, – по–доброму пошутил Айнон. – Раз уж ректору обещал.

– Я сам виноват в этом, – жестко сказал Таормин. – Стор Эвангелион приводил ее в раннем детстве в огненный дворец. Они с мамой думали, что я смогу занять девочку на то время, что им необходимо будет для разговора. А я…увидел, узнал и не смог сдержать огонь на привязи. Я помню ее истошный крик до сих пор. Вот почему я должен исправить собственную оплошность и дать девочке нормально развиваться дальше.

– На эту девочку пускают недвусмысленные взгляды даже несвободные суолы академии, – фыркнул водник, – и только ты продолжаешь держать дистанцию. Но раз уж заговорил о подчинении… – демон ненароком смахнул кувшин со стола, и тот разбился, оказавшись на полу. Вот только брызг не было – вся вода, что была внутри сосуда, в форме шара осталась висеть в воздухе. И контролировал ее отнюдь не Айнон.

– А ты все никак не успокоишься, – укорил водника Мин.

– Стыдно пользоваться лишь одной стороной доверенных тебе сил, – возразил Айнон, после чего водяной шар, видоизменившись, превратился в толстый жгут, который направился к шее водника, обмотавшись вокруг нее.

– Разозлишь меня – и я обязательно приведу ее в действие, – с улыбкой пообещал Таормин.

– И все же? – не отставал водник.

– Мое владение водой – это позор семьи, Айнон. Пусть моя мать – одна из достойнейших женщин во всех Семи Королевствах, семью помнят именно из–за отца, потому что не одно поколение его семьи приносило другим беды. Демон Огня сделал мне огромный подарок, позволив развивать не только дар, пришедший от отца. И я не собираюсь просто так забывать об этом. К тому же, наследие отца – это не одна способность управлять водой. Это еще и дар инкуба, который я ненавижу.

Комната поплыла перед глазами. И это было далеко не результатом перенапряжения – я отчетливо понимала это. Задрожав всем телом, я не придумала ничего лучшего, кроме как переместиться из кабинета в таверне прямиком во внутренний дворик общежития. Там я могла позволить себе шумно выдохнуть и тут же закашлялась. А потом защипало глаза. Наружу ринулись непрошеные слезы.

Я отказывалась понимать то, свидетелем чего стала в таверне. Гнала от себя любую разумную мысль, что пыталась прийти в голову. Чувства руководили всеми моими действиями, и, найдя ближайшую скамейку на не самой просматриваемой части двора, я почти упала на нее, стараясь не всхлипывать слишком громко. Сколько времени прошло, я не знала, но дернулась как раз в тот момент, когда на плечо легла чья–то рука. Отскочив и испуганно уставившись на ее обладателя, я с ужасом обнаружила, что на меня спокойно взирает Таормин. Вернулся из таверны, значит. Быстро же он распрощался с Айноном.

– Ты что тут делаешь?– строгим голосом спросил огневик.

Я не ответила ни слова, продолжая молча смотреть на него, и молодой человек не выдержал:

– Иви, что–то случилось? Давай я провожу тебя домой.

– Не трогай меня, – я отмахнулась от его помощи, стоило огневику протянуть ко мне руку. – Это же был ты…правда ты!

– Я – что? – на всякий случай уточнил Мин.

– Это из–за тебя я стала бояться огня. И ты способен на Крылья Феникса. И даже в детстве был способен!

Ему потребовалось несколько мгновений на то, чтобы понять, о чем именно я говорю. Затем глаза его сузились, лицо приобрело зловещее выражение, которого я испугалась.

– Подслушивала, значит?

И если до этого я чувствовала себя стороной пострадавшей, то теперь все эмоции затмило ощущение, словно я Мина предала. Его реакция оказалась настолько неожиданной, что вмиг высохли слезы, и следующие его слова я выслушивала уже в состоянии немого оцепенения:

– Подслушивала, когда твоей жизни угрожает непонятная опасность, исходящая от демонов? Покинула территорию академии только ради того, чтобы проследить за нами с Айноном? Ну и как,    стало легче? По глазам вижу, стало! В таком случае, я очень рад за тебя. Думаю, до общежития ты сможешь добраться и сама. Не забудь прийти на совместные занятия.

Он резко отстранился, так что я вздрогнула опять, развернулся  и зашагал в сторону своей башни. Витавшее в воздухе напряжение проникло в меня вместе с вдыхаемым воздухом, а потом раскаленным металлом прошлось по венам. Я только что разрушила установившееся между нами понимание. Всесильная смерть, что же я наделала?

Хотелось рвануть вслед за ним, но что–то меня остановило. Прижав руку ко рту, я постаралась не зарыдать в голос. Нужно было исправлять положение. Только вот как я могла восстановить то, что своими же руками уничтожила?

Часть 2. НЕВЕСТА ИЗГОЯ

ГЛАВА 1

– Ну–ну, вот уж не думал, что моя маленькая сестренка когда–нибудь решится на самый настоящий водопад из слез… – мягко увещевал меня Мани, ласково гладя по голове. Я сидела в его объятиях вот уже, казалось, целую вечность, а слезы все никак не проходили. Тишина чердака нарушалась лишь моими всхлипами да его несмелыми попытками привести меня в чувство. Нет, я честно держалась первую четверть цикла после того, как вернулась из таверны, в которой узнала о том, что Мин и мой детский кошмар – одно и то же лицо. А потом ко мне заглянул Мани, и наружу прорвалось все, что я с достоинством пыталась скрыть.

– А ты тоже магией воды обладаешь, да, Мани? – спросила я с забитым носом и ощутила, как напрягся от этих слов огневик.

– Да, – спустя некоторое время признался он. – Вода во мне сильнее – собственно, почему и огневик я не очень хороший. С этой стихией природа на мне отдохнула. Все сливки достались Мину.

– А что он меня в детстве до смерти напугал, тоже знаешь? – совершенно неподобающе хлюпнула я.

– До смерти? – неподдельно удивился Мани. – Нет, я даже не догадывался, что вы могли встречаться настолько давно.

– Мы с папой…в огненный дворец…приезжали…а он! А Мин! Меня увидел – и напугал! – срываясь на рыдания, жаловалась я  брату того, кого не в силах оказалась понять. – Напугал, Крылья Феникса на меня спустил! А я так кричала, что уши заложило…

– Вот поросенок! – высказался Мин совершенно серьезно, но мне, почему–то, стало смешно. Никогда бы не повернулся язык назвать его именно таким определением. Да и Таормин, судя по разговору с Айноном, давно и искренне раскаивался. А потому моя вина ощущалась еще тяжелее. Я уверилась в том, что прошло бы время, и Мин сам, без чужой подсказки, признался мне, что именно он заставил меня бояться тогда. Признался бы, когда избавил от страха окончательно и бесповоротно.

– А я–то все узнать хотела, что за тайну он от меня скрывает… – снова расстроилась я. – А он просто меня еще больше пугать не хотел! А я подслушала…только хуже сделала, Мани! Мин теперь меня вообще за человека не считает.

Действительно, с того момента, как он вернулся из таверны и узнал, что я подслушивала их с Айноном, отношения между нами стали намного хуже. Мин и раньше не демонстрировал чудеса педагогического искусства, а сейчас и вовсе мог заставить побегать по полигону с целью научить меня отбиваться от огненных шаров, которые придумывал почти в неограниченном количестве.

– Если хочешь, можешь жаловаться на него, сколько душе угодно – я в детстве от него многое повидал, – добродушно хмыкнул Мани.

– Я не хочу жаловаться, – я помотала головой, не отрываясь от белоснежной рубашки Мани, насквозь пропитавшейся моими слезами. Мантию он снял, как только пришел ко мне, – я просто хочу вернуть все назад и снова начать двигаться по направлению к взаимопониманию.

Мы помолчали некоторое время, а затем я оторвалась от Мани и робко улыбнулась:

– Прости, пожалуйста. Я заставила тебя выслушивать эти ужасные женские признания.

– Сдается мне, только ты считаешь их признаниями, – выгнув бровь и одарив меня проницательным взглядом, заметил огневик. – Я бы на твоем месте уже давно задумался в направлении существования чувств к моему брату. Причем, не самых дружеских и далеко не товарищеских.

– Да…нет, – не так уверенно, как мне бы того хотелось, возразила я. – Это же невозможно…

– Ну да, ну да, – живо кивнул Мани, и в глазах его заискрились смешинки.

Я по–новому посмотрела на него, попутно воскрешая в памяти все события, связанные с Мином. Да, с ним было хорошо и спокойно, пусть поначалу он и воспринял наше знакомство в штыки. Да, я бежала на каждое наше совместное занятие и с удовольствием выполняла все предлагаемые для нашей спайки стором Инфайзером задания. Да, я по–настоящему страдала, когда Мин закрылся от меня, когда мы только–только начали понимать друг друга…

Было и еще одно обстоятельство, которое я не могла не учитывать. Моя тьма постоянно реагировала на него. Ее поведение было похоже на ревность брошенной подруги, стоило мне увидеть, как кто–то из девчонок караулит возвращающуюся в ночи одинокую фигуру огневика. Когда мы бывали вместе, и мне случалось взять его за руку или, что было довольно редко, оказаться в его объятиях, сила порой вырывалась из–под контроля, и совсем не нужно было быть наивной девочкой, чтобы понять: меня тянет к Мину еще и из–за реакции на него демонической части натуры.

Ну и, наконец, сейчас, когда между нами остались сугубо деловые отношения, которые вскоре должны были сойти на нет. Приближалось время первой полевой практики, а с ее окончанием, при условии, что я сдам экзамен хорошо, мин перестанет руководить мной. И мое сердце, увы, снова обольется кровью. А вместе с ним затоскует и тьма.

– Мани, ты ничего не хочешь мне сказать?

– Ты имеешь в виду, раскрыть какую–то тайну? – догадался огневик. – Знаешь – пожалуй, нет. Некоторые вещи стоят того, чтобы доходить до них своими головами, как ты считаешь? Да и потом, открой я чью–то чужую тайну, разве не будет это предательством по отношению к ее владельцу? Не ты ли совсем недавно страдала по этому поводу, что без разрешения проникла в чужую тайну?

– Я поняла, Мани, – кивнула я, соглашаясь. – Время еще не пришло.

– Или ситуация неподходящая, – добавил Мани. – Но ты все равно остаешься моей милой младшей сестренкой, как бы ни сложились обстоятельства, ты же помнишь, да?

– Помню, – кивнула я, впервые за вечер робко улыбаясь.

Мне еще нужно было зайти к Свон и Айне. Так что башню я покидала, лишь удостоверившись, что Мани благополучно перебрался по стене к мужским общежитиям. Естественно, идти пешком я не собиралась, так что, выйдя из двери, ведущей на витую лестницу, сразу же переместилась в комнату Свон.

На месте ее не оказалось, и я, пожав плечами, отправилась к Айне, по пути ловя на себе целый калейдоскоп взглядов – от невинно–любопытных до откровенно–злобных. Да, размолвка у нас с Мином вышла знатной, но славы моей это обстоятельство все равно не коснулось…

– А где Свонни, Айна?.. – зайдя в комнату, которую раньше делила с водницей, спросила я, прежде чем осечься. Дело в том, что Айна была не одна. И тот факт, что посетителем у нее оказался не кто–нибудь, а настоящий мужчина, привел меня в состояние искреннего удивления. – А ты тут как оказался?!

– Думаешь, ты одна можешь потайные ходы парням показывать? – подмигнул мне демон с темно–синей кожей, всегда знавший наперед меня, что и когда произойдет.

– Свон приходила ко мне, – улыбнулась Айна, извиняя насмешливость брата, – но у нее так и не сложились точки соприкосновения с Айноном, так что она ушла. Хотя, я думала, она к себе отправится.

– То есть Свон сейчас где–то одна гуляет? – изумилась я. Просто подруга одиночество любила только в состоянии крайнего опьянения.

– Вот уж не думаю… – оказавшаяся у окна Айна коротко усмехнулась. – Ей на пути совершенно неожиданно повстречался Мани.

– А… – коротко отозвалась я, и водница, мечтательно улыбнувшись и сложив руки за спиной, отправилась на выход и сама:

– Айнон, как уйти незамеченным, ты ведь знаешь?

– А… – не нашла я других слов, так и стоя на пороге, и Айна моргнула глазками:

– Я же вижу, вам не терпится поговорить друг с другом. А мне…что–то захотелось погулять. Такой вечер хороший! До завтрака! – попрощалась демоница, подталкивая меня вглубь комнаты, где на моей бывшей постели сидел по–доброму усмехающийся Айнон. Несмелым шагом я приблизилась к окну, и от показавшейся там картины на губах сама собой расцвела улыбка: неугомонный Мани, вопреки всем ожиданиям, не отправившийся спать, пытался обнять упиравшуюся Свонни, всем своим видом демонстрирующую, как ей общество огневика неприятно. Но я–то видела: недолго осталось до того момента, когда подруга сдастся. Ну что ж, раз у них все так хорошо идет, то можно только порадоваться. А между тем…

– А куда так внезапно засобиралась Айна? – невозмутимо спросила я у водника.

– Налаживать личную жизнь, – последовал короткий ответ.

Я снова в окно выглянула, но Айны в обозримом пространстве не обнаружилось. Зато разговаривать с ее братом стало не в пример тяжелее.

– Ты…знал ведь, что я была с вами, да?

Пояснений не требовалось. Разговор этот зрел давно. Мы частенько пересекались с Айноном, и по его загадочным улыбкам я поначалу не понимала, что именно у него на уме. Однако пару раз они попадались мне вдвоем с Мином, и вот тогда–то реакция водника оказывалась особенно яркой. Сейчас просто пришло время расставить все по своим местам.

– Знал, – не стал отпираться демон. – С нашей первой встречи мне отчетливо запомнился ток твоей крови. Он особенный – привлекательная смесь плещущейся в ней жизни и смерти – его ни с чем другим не спутаешь. Поэтому я знал, как замирало твое сердечко каждый раз, стоило нам с Мином покинуть пределы академии.

– Правда? – меня бросило в озноб от неприкрытой откровенности в словах Айнона. Не знай я, сколько в самом деле лет сыну Ласотара, усомнилась бы, что он настолько молод. Его устами говорила сама мудрость.

– В тот вечер твоего отклика со знакомого расстояния не было, – кивнул Айнон. – Но я успел изучить тебя и подумал, что ты не стала бы упускать предмет своего интереса из виду, оказавшись вне целительских стен. Кажется, я не ошибся, – он позволил себе короткий изобличающий смешок.

– Я…всего лишь хотела посмотреть, чем вы занимаетесь вне академии, – и пусть раскаяния в моем голосе не звучало совсем, я очень хотела, чтобы Айнон подумал именно так.

– Да, ревность – одна из основополагающих сил нашего мира, – со знанием дела проговорил водник. – Но тут ты ошиблась, и наш загадочный Таормин оказался твердым, как скала. Чего стоило только выступление с подавальщицей… – хитро прищурившись, добавил он. – Зато ты не струсила и осталась дальше. Только я не знаю, сколько именно нашего разговора ты выдержала: Мин был слишком зол, когда вскользь обмолвился о подслушивании. Кстати, как у тебя вышло? Айна не раскололась, как я ни просил рассказать.

Я продемонстрировала на деле слияние с тенью, и в глазах водника промелькнуло уважение:

– Ай да темные демоны, ай да затейники…

– Ты ведь хотел, чтобы я услышала то, что скрывает Таормин, да? – набравшись смелости, спросила я. – Зачем ты это сделал, Айнон?

– Это, наверное, прозвучит глупо или и вовсе смешно, но в предстоящих событиях Таормин может сыграть решающую роль на стороне добра. Ты можешь сколь угодно долго уподобляться своей не самой спокойной подруге, но факт остается фактом: Мин – один из человеческих магов, чья сила способна противостоять демонической. Он – один из тех, в ком могут по–настоящему заинтересоваться реакционеры, но кто никогда не перейдет на их сторону. Но у него есть слабое звено. И этим слабым звеном являешься ты.

– Я? – удивлению моему не было предела.

– Так уж случилось, – продолжил водник, – что вам суждено было встретиться снова. Честно говоря, я сам до недавнего времени не понимал, что так сильно сдерживает Мина, пока он не рассказал о том случае из детства, когда чуть не причинил тебе вред. Но с тех пор он не позволяет себе развиваться, понимаешь? Да, он силен, но стоит в опасной близости появиться тебе, и все его мастерство угасает. Этого нельзя допускать на предстоящей практике. Я нашел лишь один выход из этого положения.

– Столкнуть нас лбами? – расстроилась я.

– Раскрыть все существующие между вами тайны. Это ведь видно невооруженным глазом: из вас получилась бы прекрасная спайка, доверься вы друг другу полностью.

– Тогда я, как и всегда, испортила твои планы…

– Не расстраивайся, – подмигнул мне водник. – Еще не вечер, как бы смешно, учитывая время суток, это ни звучало. И у меня есть несколько запасных вариантов.

– Я начинаю тебя бояться, – честно призналась я.

– Не стоит, – смешно поморщился демон. – Ты ведь хотела узнать, чем мы с Мином занимаемся в свободное время?

Не скрывая заинтересованности, я кивнула. Айнон ждал именно этого ответа:

–  Как смотришь на то, чтобы принять участие в наших тренировках?

Я почувствовала, как брови медленно ползут на лоб:

– Ты шутишь, верно…

– Ни капли, Иви. В ближайшие дни мы предпринимаем вылазку за пределы академии. Приходи. Я обещаю, будет интересно. Заодно и над страхом Мина поработаем, как ты на это смотришь?

В ответе я не сомневалась. Спросила только то, что меня сильно заинтересовало со времен подслушанного разговора:

– Айнон…ты ведь в курсе моего происхождения. Почему не боишься, что я все открою ректору?

– Ты, может, и наивная, но не настолько, чтобы предавать своих, – и так доверительно в его устах прозвучало это заявление, что я поневоле почувствовала себя частью чего–то огромного и важного. – Я пришлю за тобой человека. Не бойся – будет весело!

***

– Пожалуйста, скажи, что с ней ничего не случится! – молила девушка, позволяя обнимать себя, прижатая к горячей мужской груди, скрытой мантией. – Пожалуйста, скажи, что с ней ничего не случится! – она схватила в ладони лицо юноши, покрывающего поцелуями ее шею, и оттянула от себя так, чтобы стали видны его затуманенные желанием глаза. – Я вижу: пусть она и считает эту идею с практикой безумной, но от остальных никогда не отступится! А оставшись в одиночестве хоть на мгновение, вообразит себе невесть что и спустит всю силу, которую только сможет призвать…

Взгляд напротив стал осмысленнее, на губах молодого человека появилась еле заметная улыбка. Она в сотый раз прокляла себя за то, что позволила взять свою руку и увести в тень оранжереи – туда, где никто не увидит жаркой встречи. И в сотый раз признала окончательное и бесповоротное поражение.

– Не ты одна любишь ее, как родную, – хриплый голос, шевелящиеся губы и слетающие с них слова успокоения туманили разум. С каждой минутой становилось все тяжелее и тяжелее дышать.  – Я тоже успел привязаться к малышке.

– Настолько, что просил быть своей воображаемой девушкой? – взвилась магиня, отталкивая спутника от себя и зло выдыхая.

– А я знал, что ты не оставишь этот факт без внимания, – раздался в темноте тихий смешок. Надолго быть одной ей не позволили, но и сопротивления объятиям девушка больше не оказала: слишком сильно было желание получить ответ от парня. – Не волнуйся. Мин за ней присмотрит. Даже лучше, чем ты думаешь.

– Ты уверен? – все еще не желая сдавать позиции, спросила девушка.

– Как ни в чем другом.

Мантия не мешала ему ощущать контуры женского тела, и мужские руки ласково гладили девичью спину, поднимаясь все выше и выше. Наконец, обхватив ладонями любимое лицо, молодой человек произнес:

– Но я хотел поговорить не об этом.

– Да? – растерянно переспросила она.

– Выходи за меня замуж, Свон.

Ей не дали опомниться: вслед за предложением руки и сердца последовал жгучий поцелуй, от которого она окончательно потеряла голову, и крепкое объятие, лишившее легкие воздуха. Еле отдышавшись девушка потрясенно уставилась на молодого человека:

– Ты с ума сошел, Мани!

– Я люблю тебя. Ты меня любишь. Мы не первый год знакомы и все это время только и делали, что проверяли собственную выносливость. С тобой не страшно идти в бой. И ты навсегда в моем сердце, Свонни.

– Меня так только Иви называет, – фыркнула девушка, пытаясь сменить тему разговора.

– Не хочешь по–хорошему? – вздохнул огневик. – Ну что ж…

В следующее мгновение в воздухе материализовались две тонкие струйки огня, превратившиеся в сияющие алые нити, одна из которых опоясала запястье девушки, вторая – молодого человека.

– Потерпи. Будет больно, – предупредил он, и Свон зашипела от неожиданности.

– Ты что творишь? – возмутилась она.

– Заявляю на тебя свои права, – объяснил Таорман. – Чтобы ни одна живая душа больше не покусилась на мою женщину.

И вроде ничего необычного не произнес, но гордое «моя женщина» ввело девушку в состояние оцепенения, заставившее молча созерцать спутника с изумленным выражением лица. Парень тут же этим воспользовался, заодно проверяя, не повредило ли его брачное клеймо коже девушки. Убедившись, что та вне опасности, он легко поднял ее на руки и самыми темными дорожками провел в свою комнату в общежитии. Свон осталась там до утра, позволяя помолвочной ночи состояться по всем правилам.

***

Предположения Айнона оправдались лишь наполовину. К отцу в ту ночь я все же пошла. Не для того, чтобы раскрыть самоуверенные планы старшекурсников, совсем нет. Мне хотелось почувствовать сильное плечо рядом и получить поддержку, которую мог оказать только папа. Он еще не переместился к маме, как делал это каждый вечер, так что у меня была прекрасная возможность напоследок увидеть его.

– Здравствуй, ребенок, – улыбнулся ректор Академии Магии, завидев меня в своих рабочих апартаментах. – Со мной к маме пойдешь?

Вместо ответа я подошла к родителю и уткнулась лицом в его грудь, ощущая, как вместе с обхватившими меня руками к телу приливает и тепло, в котором я отчаянно нуждалась.

– Нет, пап. Просто пришла тебя увидеть.

– Целителей тебе, значит, оказалось мало? – по–доброму усмехнулся отец.

– Их там слишком много, а меня иногда тянет увидеть тебя в кромешной тьме, – призналась я.

– Это в тебе говорит кровь, – объяснил отец, крепче прижимая к себе посреди кабинета ректора. Время я и вправду выбрала подходящее: все светильники уже были погашены, и пространство, в котором мы стояли, освещалось лишь заглядывающей в окна луной.