Текст книги "Дитя некроманта (СИ)"

Автор книги: Анастасия Ольховикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

– Ты какая–то взъерошенная, – заметила соседка, когда я очутилась внутри нашего жилища.

– Я… – пытаясь перевести дух, я все никак не могла отдышаться. – В общем, я теперь знаю, как выглядит твой брат, а ещё видела на чердаке магичку времени, которая пыталась поймать меня за посещением парней!

– А ты разве не этим занималась? – недоуменно пожала плечами Айна. – Я почти уверена, найди ты своего водника, вы бы в его комнате задержались, и надолго.

Краска залила моё лицо, и вот теперь стало мучительно стыдно:

– Ты, как и всегда, не стесняешься в выражениях!

– Я демон, если ты до сих пор не поняла, – хмыкнула соседка. – Зато всегда помогу объективно взглянуть на ситуацию.

– Тоже верно, – не могла не признать я.

– Выходит, ты прямо к моему братцу перенеслась? – как ни в чем не бывало, продолжила водница.

– Перенеслась я к двери на чердак. Но потом пришлось прятаться от господина Жако…

– В комнате Айнона, – догадалась демоница.

– Ну да, – призналась я. – Там оказалось две двери, и вторая была закрыта. Только не выдавай меня брату: я к нему попала не вовремя…

– У него была девушка? – брови Айны удивленно приподнялись. – Вот уж никогда бы не подумала.

– Да нет, – возразила я. – Он после душа был.

– А, это нормально, – отмахнулась Айна. – Водник же.

– Все равно не говори, что мы с тобой вместе живём, ладно? – попросила я.

– Договорились, – кивнула Айна. – А что за магиню ты видела?

– Она из Савиора была, – теперь и я припомнила серо–голубую мантию девушки. – Ни имени не узнала, ни что я на чердаке делала, сразу обвинила в том, что я и с Таорманом, и в общежитие теперь пришла.

– Хм, странно… – задумалась Айна. – На личную неприязнь смахивает сильно. Ты её не знаешь?

– Нисколько, – я замотала головой. – Демоница, не первый курс явно. И глаза у неё такие – серые, злые, пронизывающих.

– Хм… – нахмурилась Айна. – Могу тебя только поздравить. Ты нажила себе врага в лице моей несбыточной мечты.

– Что? – удивилась я.

– Витания, – пояснила соседка. – Только у неё из временников–демониц в академии серые глаза. И ты чем–то ей уже насолила.

– Я счастлива, – кисло выдохнула я. – Просто счастлива…

– Да ладно, – по–своему попыталась успокоить меня Айна. – Тебе только два года надо будет продержаться. Потом–то Вита академию покинет.

Как оказалось, Айна словно нагадала мне нерадостное будущее. С тех пор везде, где мне только получалось пересекаться с Витанией, она отправляла мою жизнь, как могла. Гуляя с Таорманом, я не раз жаловалась другу на то, что демоница невзлюбила меня ни за что, но пришлось признаться также и в обстоятельствах нашей несчастливой встречи с водницей, и Мани добродушного смеялся несколько минут, не переставая повторять, что своей смертью мне точно не умереть. Однако у меня сложилось впечатление, что огневик в курсе того, почему Витания испытывает ко мне столь откровенную неприязнь. Я даже думала, что связано это именно со случаем на чердаке. Быть может, девушка приходила к Айнону? Но ведь Айна говорила, что за ним тайных встреч не водится. Да и упоминала Вита именно Таормана… Святая тьма, я запуталась окончательно!

***

– Ничего не хочешь мне сказать?

Да, разговаривать при свете дня он не привык. Просто этот человек любому времени суток предпочитал сумерки.

– Зависит от того, что ты хочешь услышать, – ответил хозяин чердака.

– Ты явно знаком с Иви. Иви явно знает тебя, причём столько, что самолично переносится в мужское общежитие и стучится в твою закрытую дверь.

– Приходила? – ответная реакция лишь немного оказалась удивленной. – Хорошо, что я запираю двери. Я с самого начала говорил тебе, что это плохая идея – привести её сюда.

– Откуда мне было знать, что вы знакомы?! – вспылил второй молодой человек. – И почему твоя главная поклонница считает, что Иви может чем–то ей помешать? Откуда, демоны тебя раздери, ты знаешь Иви?

– С прошлогодней практики. Это ей я помогал на туманных землях.

– Но на туманных землях с тобой была…

– Принцесса тьмы, все верно, – подтвердил чужие догадки водник.

– Иви. Эвани…как же я не догадался сразу! Но это ведь значит…

– Да, – согласился хозяин чердака. – Как я и говорил, твоя идея привести ко мне девушку изначально была провальной, Рэй.

***

Я не думала, что негласное противостояние с Витанией обернется настолько серьезной ситуацией. Недумала, уходя на очередное занятие к стору Инфайзеру, что все закончится именно так. Но то, что получилось, надолго выбило меня из колеи. Впрочем, возможно, оно и к лучшему. Так я хотя бы смогла привести мысли в порядок.

– Ну что, некроманты–недоучки, – бравым голосом обратился к нам огневик и маг смерти в одном лице. – Сегодня я приберег для вас практику с особенным привкусом горечи! В чем подвох, спросите вы? Сейчас каждому будет дано задание ровно по вашим силам, но пройти его вы сможете только тогда, когда не допустите ни единой ошибки. В противном случае вернетесь к началу испытания – и так до момента полной победы.

– Что значит – к началу испытания? – поинтересовался кто–то из одногруппников.

– То и значит, – победно улыбнулся преподаватель, – что сегодня мне на помощь придет одна из самых успешных суолов с факультета Времени. Знакомьтесь, ваш личный кошмар и одновременно бдительный экзаменатор – Витания из диких земель, маг времени с четвертого курса академии.

Когда из–за его спины показалась моя несчастливая знакомая, ком так и встал в горле. Я заведомо чувствовала: даже если за всей группой демоница наблюдать не сможет, мне точно устроит западню. Хотя, если она и правда одна из успешных суол, что ей стоит справиться с группкой из десяти некромантов–первокурсников?

Мне досталась полоса препятствий на полигоне с десятью поднятыми зомби. Задание было простейшим: чтобы испытание было зачтено, мне нужно было всех их обезглавить. Но, подойдя ко мне, стор с сомнением заглянул в лист и произнес:

– Нет, слишком просто для нашей носительницы теплой тьмы. Сделай сечения аккуратными. Ты ведь немного еще и маг Жизни – уверен, тебе не составит особого труда удалить только пятый позвонок. Так что дерзай, девочка–смерть.

Это прозвище приклеилось ко мне именно после занятий с огневиком. Нет, меня сильно не тяготило, и все же я расстраивалась, когда парни из группы, пусть и в шутку, но все же повторяли слова стора.

– Теплая тьма? – не на шутку удивилась Витания. – У этой первокурсницы?

– Ты просто не застала момент ее появления в академии. Поверь, Вита, на полигоне она показала именно то, что тьма ее слушается. Коряво, но достаточно для того, чтобы здесь обучаться.

Вита сделала вид, что внимательно слушает стора. Сама же пронзила меня таким ненавидящим взглядом, что я поневоле материализовала клинок, подняв его перед собой, будто бы защищаясь от гнева магини Времени. За ограждением полигона постепенно собиралась толпа – на занятия некромантов нашей группы вообще любил приходить народ – и среди болельщиков я заметила и Свон, и Они, и Таормана. Надо было, надо было поговорить с другом детства…но слова Свон о том, что меня ожидает его признание в любви, сковывали любое желание к сближению. А вот присутствие Мани очень обнадежило, и, улыбаясь ему, я нисколько не кривила душой. Жизнь почти стала казаться замечательной. Ровно до того момента, как мне не начали мешать.

Это точно была Витания. Просто раз за разом спотыкаться и срубать третий позвонок именно у десятого зомби – это закономерность, которой я не могла допустить. Умертвие то поворачивало голову в сторону, то пригибалось в самый последний момент, но на фоне мне все время чудился заливистый смех демоницы. А каждый провал возвращал меня к началу испытания. Кажется, она просто добивалась того, чтобы я лишилась сил.

Когда танцевать под заданный ею ритм мне, откровенно говоря, надоело, я, разозлившись, перед занесением клинка совершила обманный маневр, переместившись за спину умертвия, и успела поймать момент, в котором четко видела: именно демоница руководит восставшим трупом. Именно она сдвигает его голову так, чтобы мой удар получился смазанным. Кто поймает ее на обмане? Ей достаточно остановить время, а учитывая ее силу, даже маги ее категории не заподозрят подвоха. Но я не имела права допустить ошибку снова.

– Что тебе от меня нужно? – рассерженно проговорила я, когда Вита поняла, что меня на положенном месте не оказалось, и стала наблюдать, как поворачивается ко мне девушка с выражением превосходства на лице.

Глава 5

Я знала, в тот момент, когда она меня заметила, время остановилось. Это было плохо: теперь Вита могла творить со мной все, что захочет, а предъявить ей претензии без наличия другого мага времени я не смогу. Значит, стоило делать все возможное, чтобы не провоцировать ее на грубость, если демоница вдруг решит что–то мне сделать. Что еще я могла? Только попытаться успокоить ее разговорами.

– Я вас всех ненавижу. Всех, – не стала ходить вокруг да около девушка. – Демоны Тьмы – отродья нашей земли, достойные того, чтобы быть стертыми с ее лица.

– О чем ты говоришь? – я по–новому взглянула на девушку, понимая, что корень неприязни кроется совершенно не во встрече на чердаке мужского общежития.

– Вы – все вы, в ком течет темная кровь, – она сплюнула на землю, самолично сворачивая зомби шею, – приходите, когда хотите, и забираете то, что хотите, руководствуясь тем, что нашли свою половину, которой должны отдать лишнюю тьму из души. И вас совершенно не волнует то, что может произойти с остальными. Ваши низменные желания всегда на первом месте!

Разговор приобретал совершенно непредсказуемое русло, но остановить его сейчас значило бы лишь то, что Витания свое продолжит. Мне требовалось больше информации.

– Кто обидел тебя, Вита? – как можно более мягко спросила я.

Магиня времени поморщилась:

– Не надо быть со мной такой добренькой. Мою тетю этим не вернешь.

–Что?..

– Она была чистокровной демоницей. Как и я, – взгляд девушки затуманился, в уголках глаз застыли слезы. – И жила свободно и счастливо – ровно до того момента, как одному темному демону не захотелось разрушить свадьбу двух магов Времени. Просто увидев невесту однажды, тот темный понял, что она и никто другой не сможет стать его суженой. И похитил ее, сделав своей. А оскорбленный жених, зажегшись желанием мести, отправился за магическую стену к демонам Времени с одной лишь только просьбой: повернуть все вспять, дав ему шанс взять в жены похищенную невесту. Не знаю, что там предпринял темный демон, но попытка возвращения его жены не увенчалась успехом – ни первая, ни вторая, ни третья. Зато тот самый обманутый маг повстречал на диких землях мою тетю. И стал для нее тем самым светом, который она ждала всю жизнь. Только вот человеческая душа, сколь бы чистой она ни была, не испытывает притяжения, подобного тому, которое способен ощутить демон. И маг бросил мою тетю, когда ему наскучило, а она не смогла пережить разрыва. Знаешь ли ты, что такое добровольно раствориться в потоке времени, маленькая дрянь? – она зло посмотрела на меня, вытирая слезы.

– Не имею ни малейшего понятия, – спокойно возразила я. – Особенно в свете того, как именно к этой истории причастна я.

– Я вас всех ненавижу, – повторила Вита, – начиная с правителя–вора Эвангириона, из–за которого погибла моя кровь, и заканчивая тобой. Ведь теперь именно ты решила прийти и украсть то, что должно быть моим!

– Я не понимаю, Витания, – покачала я головой, судорожно соображая, как дед может быть связан с семьей Виты. А потом поняла: ведь это именно он был тем самым темным демоном, похитившим невесту из–под венца…как же хорошо, что Вита не знает моего настоящего имени!

– Но твоя тьма не до конца тебе подчинилась, – словно не слыша моих протестов, едко улыбнулась девушка. – А все потому, что ты не выполнила главное условие: ночь с тем, кого выбрала твоя тьма. Вот и осталась неполноценной. Бракованная демоница! – расхохоталась Вита, а меня заполонил почти животный ужас: откуда она могла знать о Дэе и том, что мы с ним были вместе? – Тьму отдала, только вот тьма твоя не была принята должным образом, да? – продолжала издеваться девушка.  – А что это может означать, а? Может, просветишь меня? Нет? Так я тебе скажу, дорогая: это значит, что избранный тобой мужчина плевать хотел и на твои чувства, и на то, что ты готова был ему отдать! Да, моя милая – я была в прошлом и видела ваши милые посиделки в пещере на туманной земле. Жаль, я не могу изменять время, – досадливо добавила она. – А то непременно бы стерла ту встречу из ваших судеб!

Этого я вынести не могла. Тьма вырвалась из тела вместе с моим отчаянным криком «нет!», стирая границы, воздвигнутые Витанией между нами и остальным миром, разрушая все на своем пути, возвращая время к привычному ходу. Я видела, как в ужасе от содеянного девушка, воспользовавшись перемещением, исчезла с полосы препятствий, но меня уже было не остановить. Моя сила вновь вышла из–под контроля.

Стереть встречу с Дэем из моих воспоминаний? Оставить меня без любимой половины души? Да кто она такая, эта выскочка, что считает себя в праве вершить чужие судьбы?!  Это она оказалась на грани жизни и смерти там, куда не ступает нога человека и демона? Это она протянула мне руку помощи, когда, казалось бы, исчезла последняя надежда? Она, смешно ворча, каждое утро жаловалась, что я опять перетянула все одеяло на себя? Нет! Никому не позволю забрать у меня Дэя!

Слезы текли по щекам, вокруг бушевала темная буря, и я совершенно не имела понятия, как ее остановить. Когда рядом появилось ощущение незнакомого присутствия, а меня рывком развернули к себе, я сдавленно прокричала:

– Мани, уходи отсюда!

Он только покачал головой:

– Мы же договорились, помнишь? Ты помогаешь мне, я – тебе. У меня есть один способ свести на нет то, что ты устроила, я лишь прошу довериться мне, Иви. Можешь хотя бы постараться?

– Попробую, – пытаясь перекричать бушевавший вокруг нас вихрь, кивнула я.

– Пожалуйста, Ив, – он ласково улыбнулся, сократив мое имя. – Снаружи несколько сотен суолов и сторов. Они все очень хотят жить…

Я смотрела прямо в его глаза, и с каждым звучащим словом понимала: он оказывает на меня странное усыпляющее воздействие. Он вдруг начинает казаться самым красивым и любимым на свете человеком, жить без которого означало бы перестать дышать. Но как я могла допустить подобную мысль, когда моя любовь, наоборот, проталкивала дополнительный воздух в легкие? И что такое творил со мной Мани?

– Нет! – вскричала я, когда его лицо начало склоняться над моим. Умом я понимала: он хочет сделать, как лучше. Только вот такому воздействию я не хотела сопротивляться лишь в одном случае: если автором его являлся Дэй. Да, я узнала это ощущение: у меня потихоньку забирали силу, которую я добровольно отдавать не желала. И оттого слезы катились еще сильнее. – Нет… – уже тише, теряя последний контроль над своими действиями, нисколько не усмирив тьму, прошептала я.

А потом случилось невообразимое. Мани от меня оттолкнула фигура в темном плаще, и слезящимися глазами я проследила, как огневик исчезает в бушующем темном хаосе. Меня же прижали к груди до боли знакомым жестом, и следующая порция слез досталась уже костюму из плотной темной ткани:

– Дэй…

– Все хорошо, Эви, – ласково прозвучал над моей головой его голос, а подбородок водника уперся прямо в мою макушку. – Все будет хорошо, я тебе обещаю. Усмири тьму. Ты стоишь почти без сил, милая…

Зажмурившись, я постаралась успокоиться, и тьма начала поддаваться на просьбу. Удивительно, как такая неспокойная стихия становилась послушным котенком в руках человека, которого я полюбила. Я не разжимала глаз даже тогда, когда мое лицо приподняли за подбородок и осторожно потянули на себя.

– И даже не посмотришь, что я собой представляю? – раздался рядом его добродушный смешок, который я любила больше всего на свете.

– Мне не нужны глаза, чтобы узнавать тебя среди тысяч однообразных лиц, – возразила я. – Я буду искать сердцем.

– Эви… – мне показалась в его словах невысказанная горечь, но думать над этим дальше не было сил: прижавшиеся к моим до боли знакомые сухие губы напрочь вытрясли все мысли из головы, и, тихонько простонав, я крепче прижалась к любимому человеку, пытаясь продлить мгновение близости. А потом силы внезапно покинули меня, и я провалилась в обморок.

***

– Ну и что это было за представление? – Таорман, не скрывавший беспокойства, сидел на подоконнике облюбованного чердака и ждал слова хозяина.

– Его бы не было, не реши ты подвергнуть девочку действию своего дара. Неужели не чувствовал, что она сопротивлялась? – был короткий ответ. – Дурной огневик.

– Не дурнее твоего, – огрызнулся молодой человек. – Она там одна была, внутри своей тьмы, я не мог стоять и смотреть, как она сама себя погубит. Ни с того, ни с сего!

– Я наблюдал издали, – признался собеседник. – Перед тем, как Иви закричала, вокруг нее замедлилось движение воды. И саму ее я чувствовать перестал. Будто остановилось время.

– Витания, – процедил огневик. – Это точно ее рук дело!  Она ведь из–за тебя к малышке прицепилась! Они же после чердака на выходе столкнулись. Кто бы мог подумать, что твои бывшие могут оказаться настолько мстительными!

– Не забывайся, Рэй, – осадил его хозяин комнаты. – Будь она хоть одно мгновение со мной, это закончилось бы свадьбой. Такие демоны, как Витания, на полпути не останавливаются. Потому я и расставил сразу все по своим местам: меня ее навязчивое внимание не интересует.

– Похоже, она неправильно тебя поняла, – хмуро заметил Таорман.

– Похоже, придется за ней приглядывать,  – согласился водник.

– Просто прекрати пропадать сразу после занятий, – взмолился, наконец, Мани. – И выйди уже из своей тьмы!

Губы хозяина чердака тронула грустная улыбка:

– Не получается. Знал бы ты, какой теплой она иногда бывает…

***

В сознание я возвращалась неохотно. Похоже, столкновение с Витой все ещё не отпускало меня. Но ударивший в нос запах настоек постепенно заставлял возвращаться к миру живых, давая прочувствовать все прелести истощения. Что было тому виной: моя вышедшая из–под контроля тьма или то, что под конец успокоиться мне явно помог Дэй…милостивая смерть! Дэй что, действительно был на полигоне?!

– Тише, милая, – прозвучал знакомый и родной голос. Папа. Вообще мы договаривались, что в академии специально встречаться не будем, но мой очередной подвиг, похоже, заставил его нарушить обещание.

Открыв глаза, я, как и ожидала, обнаружила себя в крыле целителей. На дворе стоял поздний вечер, и ленивые лучи заходящего солнца нехотя освещали небольшое помещение с двумя больничными местами. Папа заслонял собой половину окна, опираясь на подоконник, и я попыталась ободрить его улыбкой, пусть и вышло довольно слабо.

– Я опять наделала глупостей? – виновато спросила я, когда он оторвался от окна и подошёл к моей кровати, присев на краешек.

– Я впечатлен, – улыбнулся папа, и я поняла, что сегодня меня не будут считать виноватой.–Ты заткнула за пояс одного из сильнейших путешественников во времени. Причём она даже созналась, что сама спровоцировала твою агрессию, правда, я так и не понял, по какой именно причине.

– Если честно – я тоже. Мы всего–то и встретились с ней на… – осеклась я в последний момент, но было уже поздно: папа прекрасно изучил все мои уловки.

– На? – выгнав бровь, призвал он к продолжению.

– На чердаке, – сдалась я, понимая, что все остальное он и сам поймёт.

– На чердаке в общежитии? – удивление папы было неподдельным. –И что же вы, позвольте спросить, забыли на одном из двух открытых, а значит, явно мужских чердаков?

– Пап, мне очень надо было там появиться! – попыталась доказать я свою правоту, но отец остановил меня поднятием руки:

– Я верю тебе на слово. Сейчас не волнуйся. Истощение у тебя случилось знатное. Маме будем говорить? – и так испытующе зыркнул, что я закономерно отказалась:

– Ей и без нас забот хватает, зачем лишний раз волновать попусту?

– И здесь я, как никогда, солидарен с тобой, – поддержал меня папа. – Так что с последствиями будем справляться в рамках академических правил, согласна?

– Думаю, да…и много было последствий? – осторожно спросила я.

– Не появись вовремя Таорман, огневик с четвертого курса, было бы хуже. А так…не знаю, каким именно способом, но он твою тьму усмирил.

– Потому что в нем инкубья кровь, – нет, я бы не сказала, что мой голос звучал разочарованно, но некоторые несоответствия больше не могли быть оставленными без внимания. Ничего Таорман не усмирял – ему в случае со мной это оказалось бы не под силу. Со мной был Дэй и никто другой. Только вот папа, почему–то, был уверен в совершенно противоположном. Что же все–таки произошло на полигоне?

Вздохнув и снова прикрыв глаза, я попыталась воскресить в памяти последние минуты, проведенные в объятиях Дэя. Нет, не мог он мне присниться – просто не мог!

Я перебрала с силой. И даже то, что он внезапно оказался рядом, не спасло меня от истощения. И в обморок я падала, будучи еще с водником. А потом? Что случилось потом? Дэй отдал меня Мани?

Что–то царапнуло на этой мысли. Что–то знакомое, нечаянно навеянное. Ведь было уже так, что сначала рядом был Мани, а потом…исчезал? Ну, конечно! Тот чердак, на который Мани затащил меня – теперь я, во что бы то ни стало, должна была проверить его!

– Огневик, это неудивительно, – тем временем отозвался папа, гладя меня по голове. Его прикосновения унимали сумятицу, царящую у меня в мыслях. Постепенно я начинала понимать, что буду делать дальше.

– Что еще по полигону, пап? – решив не оттягивать неизбежность, спросила я.

– Послезавтра явишься в ректорат. И ты, и Витания должны будете объяснить свою позицию и описать действия, приведшие к таким последствиям. А потом…тебе придется сменить место жительства.

– Что? – глаза сами собой неожиданно распахнулись.

– Твоя тьма теплая, милая, – с сожалением подтвердил отец, – но контролировать ее до конца ты так и не научилась. А потому…

– Я буду исследовать женскую половину башен?

– Да, моя хорошая, – с грустной улыбкой ответил отец. – Зато можешь выбрать себе любую комнату.

– Чердак, – не задумываясь, ответила я. – Я выбираю чердак.

***

Переезд прошел гладко. Мне помогала даже Свон, с которой отношения после нашего якобы воссоединения с Таорманом стали прохладными. А еще она смотрела очень обеспокоенно, когда уходила из моей новой комнаты, но о своих опасениях вслух не сказала. Айна бодрилась и не верила, что я не могу контролировать тьму, а еще обещала в ближайшее время принести своей настойки, чтобы повторить мое «посвящение» в суолы. Конечно, я ничего не имела против, вот только сомневалась, что мы сможем воссоздать душевность первого раза. Но делать было нечего, уговор с Мани все еще был в силе.

Неизбежно выходило время моего отдыха, а значит, приближался момент, когда я должна была встретиться с Витанией в кабинете ректора, то есть отца. Нет, перспектива нести наказание за то, что совершила, меня не пугала, однако увидеться с девушкой, озлобленной отчасти из–за того, что дед однажды выкрал бабушку…пусть это был и не мой личный грех, ответственность я несла по долгу крови. Сколько еще могло скопиться грехов в темном прошлом моих родственников?

В день, когда нужно было явиться в ректорат, я встала с первыми лучами солнца. Пусть комната на чердаке в женской половине отдалённо напоминала ту, в которой я просыпалась благодаря Мани, я по–своему придала ей уюта, хоть в моем распоряжении и оставалась одна лишь тьма. Чердак стал более темным, зато я могла любовно провести рукой по мягкому покрывалу на кровати, спрятаться за плотными шторами на окне, погрузить пальцы в теплый балдахин, скрывающий кровать от лишних глаз, которых на чердаке и так не было. Утро перед походом я встречала у окна, не вылезая из ночной сорочки и мечтая о том, чтобы снова где–нибудь увидеть Дэя. Привиделось ли мне спасение на полигоне, или он правда, подобно демону–хранителю, все время находится рядом, когда мне угрожает опасность?..

Волосы я связала в тугой хвост. От этого стала казаться еще моложе, если бы не форма факультета Смерти: брюки и куртка сидели на мне, как влитые, и из зеркала сосредоточенно взирала почти незнакомая девушка. Вздохнув, я забрала с прикроватной тумбочки учебники, которые читала накануне вечером, и сложила на стол. После ректората надлежало отправиться на практику к стору Инфайзеру. Некромант, как я успела убедиться, пишущие принадлежности особенно не жаловал.

На подходе к зданию с административным корпусом академии меня перехватил Таорман. Легко дернул за хвост, а потом, когда я инстинктивно отклонилась назад, бережно обнял за талию и прижал к себе:

– Не видел тебя всего два дня, а уже успел соскучиться!

В очередной раз напомнив себе, что мы с огневиком якобы пара, я приняла его игру и положила свои руки поверх его:

– Заработал славу бабника, а к любимой девушке так и не догадался залезть.

Синие глаза зажглись откровенным восторгом:

– А можно?

– Я из тех людей, которые приветствуют безумства.

– Договорились, – шкодливо улыбнулся огневик, и я поняла, что меня ожидает веселый вечер. – Я заберусь к тебе по виноградным лозам! – невпопад и нараспев произнес он, закружив и заставляя рассмеяться.

– Не хватало мне непонятных врагов, теперь добавятся еще и твои рассерженные поклонницы, – успокоившись, в шутку пожаловалась я.

– А что там с непонятными врагами? – невинно поинтересовался Мани, и я решила испытать его:

– Даже и не знаю…скажи–ка мне, дорогой, почему незнакомая демоница Времени, встретившаяся мне на чердаке мужской башни, решила поставить в вину то, что я тебя заинтересовала?

– Хотела поговорить с тобой в доверительной атмосфере, – сделав страшное лицо, ответил Таорман. – Кто же станет признаваться моей девушке в том, что от меня без ума, при свидетелях?

– Поклонница, значит, – хитро глянула на него я. – Проверить не хочешь? Я как раз иду к ректору, чтобы поговорить с ней. При свидетелях, конечно, – насмешливо добавила я, прекрасно понимая, что Мани найдет любую причину, лишь бы не встречаться с Витанией.

– Нет–нет, свои женские разговоры не стоит делать доступными для мужских ушей, – выпуская меня из рук, только подтвердил предположения огневик. – Лучше я тебя до корпуса с ректоратом провожу.

Не став противиться, я с удовольствием отдала ему свою руку, Таорман возобновил объятие,  подхватив меня под нее, и вместе мы отправились на встречу с Витанией. Невозможно было игнорировать многочисленные завистливые взгляды, которые бросали в нашу сторону суолы разных возрастов, но, в конце концов, какое мне было до всего этого дело? Ведь улыбчивый парень, ведущий меня за руку, служил причиной прекрасного настроения. А у входа в ректорат мы расстались, и на встречу с прошлым я отправилась уже одна.

Витания стояла у окна, ведущего во дворик, где мы только что расстались с Таорманом. Значит, наше расставание она тоже видела. Значит, поводов думать о том, что есть еще кто–то, у нее просто не могло быть. Однако неприязненный взгляд, которым она меня пронзила, говорил об обратном. Что ж, тем хуже  для нее. Я не собиралась отравлять душу ненавистью, подобно этой злопамятной демонице. Я должна была сохранить сама себя. Только вот как это было сделать в свете того, что она знала о нас с Дэем и….ненавидела мою семью?

Тихо фыркнув, она направилась к двери кабинета ректора первой. Видимо, папа ждал сразу нас обеих. Я молча пошла следом, и вскоре, минуя приемную, мы оказались внутри. Я увидела папу в новом свете – не в качестве любящего и всегда готового прийти на помощь родителя, а в образе грозного Эвангелиона Эндорийского. По крайней мере, именно таким он и предстал передо мной сейчас.  Во всяком случае, некоторое пренебрежение, демонстрируемое по отношению к мантии ректора, выраженное в принятой на факультете Смерти форме, демонстрировало свободолюбие нынешней главы академии – и непредсказуемость его решений по отношению к нам. Я слышала, как сглотнула рядом Витания, но не была уверена, что это было сделано из страха. Напротив: вытянувшаяся струной девушка, встретившись лицом к лицу с сыном человека, решившего судьбу ее тети, сейчас выглядела готовой к броску коброй.

– Суолы, присаживайтесь, – отец указал на стулья перед его рабочим столом, к которым мы и проследовали. – Скоро подойдет стор Инфайзер – для прояснения картины в целом.

Дверь кабинета действительно отворилась, и к нашему трио присоединился преподаватель–некромант. Посмотрев на Витанию, он заметно поджал губы и покачал головой, но и меня одарил не менее красочной реакцией. По всему было видно, что в одной суоле он просто разочарован, с другой же совершенно не представляет, что делать.

– Итак, уважаемый коллега и девушки, – взял слово отец после того, как вошедший некромант поздоровался со всеми. – Сегодня мы с вами собрались для того, чтобы рассмотреть детально происшествие на полигоне, случившееся два дня назад, в результате которого суола факультета Смерти оказалась на грани магического истощения, а суола факультета Времени была признана виновной, поскольку намеренно спровоцировала первую. Есть ли у кого–нибудь возражения по поводу того, что я только что озвучил?

– Возражений нет, – хрипло ответила Вита, привлекая к себе внимание. – Все это правда, от начала и до конца. Я не буду оправдывать себя и готова понести наказание полностью, независимо оттого, каковым оно будет. Я совершила поступок, недостойный демона. Я раскаиваюсь.

Я с удивлением посмотрела на нее. Чего–чего, а чистосердечного признания я точно не ожидала, как, впрочем, и сторы.

– В чем заключается недостойность вашего поступка? – жестко, несмотря на заявление девушки, спросил стор Инфайзер.

– Во время проводимого испытания я раз за разом не давала суоле Иви закончить его, хотя задание – отсечение головы поднятой нежити – в девяти случаях из десяти она выполняла с блеском. На десятый раз я специально останавливала время в тот момент, когда она была готова для решающего удара, и, таким образом, срывала задание.

– Зачем вы провоцировали ее на спонтанный выброс тьмы? – спокойно поинтересовался папа.

– Можно это останется между нами? – внезапно попросила я. – Это…личное, уважаемый стор Эвангелион.

Пусть я хотела помочь ей, в ответ получила то же выражение лица, что и при встрече.

– Я испытываю неприязнь ко всем, кто является носителем крови демонов Тьмы, – выплюнув признание, поморщилась демоница.

Мужчины удивленно переглянулись, и папа продолжил:

– А как вы относитесь к тому, что в академии, где вы учитесь, обитает столько магов с данной особенностью? Как, в конце концов, чувствуете себя в кабинете с преподавателем и ректором, имеющим к вашей неприязни прямое отношение?