Текст книги "Дитя некроманта (СИ)"

Автор книги: Анастасия Ольховикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

– После какой именно атаки начались твои страхи?

– Я думаю, что это были «Крылья Феникса», – с расстановкой ответила я.

Мужчины переглянулись – то ли не поверили, то ли удивились слишком. Ну, еще бы. «Крылья Феникса» были сильнейшим из заклинаний боевой огненной магии. Считалось, что их может раскрыть лишь тот, чья сила настолько велика, что идет из самой души. Вообще эта атака в основном использовалась демонами, мало кто из человеческих магов мог похвастаться ее владением. Стор Инфайзер решил уточнить:

– Я тебя совсем не «крыльями» атаковал, но ты уже испугалась.

– Понимаю, – согласилась я. – С тех пор я в принципе боюсь открытого огня.

Возможно, они подумали, что в заключениях я ошиблась. Но это было не так. В свое время я узнала все об этой атаке.

– Нет, даже на полигоне это повторять небезопасно, – без единого намека на возражения заявил Таормин.

– Да и я не смогу тебя контролировать, – покачал головой Инфайзер. Эта фраза заставила меня насторожиться:

– Что это значит?

– Таормин сильнее меня, – пояснил некромант. – Моей стихией все же больше является смерть, чем огонь. А вот Мин вполне на «крылья» способен. Если, конечно, сильно его разозлить.

И по воцарившейся на губах преподавателя улыбке я поняла: злить Таормина не стоит. Злить, похоже, будут именно меня. Но если они думали, что я испугаюсь мощи огневика, которого планировали ко мне приставить, то глубоко ошибались. Гораздо больше меня волновал вопрос о том, чем я могла насолить маленькому мальчику, который, только увидев меня, смог пробудить в душе настолько сильный порыв. Который, намеренно или нет, посеял в моей собственной душе необъяснимый страх.

Кажется, я заставила Мина ждать. Во всяком случае, отвлекшись от мыслей, я обнаружила слегка уставший взгляд, который сильно контрастировал с бесстрастностью лица. Как бы и он не причислил меня к выскочкам, как Инфайзер поначалу.

– Начнем, – кивнув скорее самой себе, обратилась я к Таормину.

Тот  не ответил ничего. Я хорошо помнила, как усмирял стихию Инфайзера Мани, так что приготовилась сразу к сильной атаке. Каково же было мое удивление, когда огневик зажег над рукой…обычный пульсар размером с крупное яблоко.

– Ты издеваешься? – серьезно спросила я.

– Чтобы обращаться ко мне в столь фамильярной форме, стоит еще заслужить мое расположение, – недовольно сощурился Мин. Хотя, наверное, и уменьшительным именем я его называть не могла. Тоже мне, величество нашлось. Да у меня дед – и тот лучше себя вел!

– Прошу прошения, уважаемый суол, – не скрывая издевки в голосе, ответила я. – Впредь подобное не повторится.

Я тут же поплатилась за дерзость: огневик метнул пульсар так быстро, что даже при расстоянии не менее двадцати шагов между нами огненный клубок оказался рядом в мгновение ока. Помянув тьму и всех скрывающихся в ней тварей, я еле успела выставить перед собой щит, а сама отскочила в сторону, чтобы в следующее мгновение наблюдать, как мягко моя темнота впитывает в себя силу Таормина. Не веря  увиденному, я перевела ошеломленный взгляд на партнера по занятию и заметила, что ситуацию он тщательно обдумывает. Инфайзер хохотнул, и в звуке этом мне показалось приближение собственного конца. К слову, это было не так далеко от истины.

Вторая атака была не в пример сильнее первой. Огненное кольцо вокруг себя я загасила сотворенной черной плетью, разрубившей связь пламени и поверхности земли. И чем больше злилась я, обижаясь на то, что со мной играют, словно с загнанной в западню мышкой, тем больше тьма внутри требовала, почему–то, приблизиться к Таормину и узнать, что он собирается делать дальше. Я отбила не меньше сотни пульсаров разного размера, впитала огненный дождь, который Мин пролил на меня, ни на мгновение не стушевавшись, но начиная постепенно уставать, в то время как молодой человек, казалось, даже не запыхался: он лишь нашептывал заклинания, одно за другим, и отсылал получающиеся огненные фигуры ко мне. Приходилось либо отворачиваться, либо выставлять впереди тьму, которая, раз за разом поглощая атаки, становилась все тоньше и тоньше. Она возвращалась в мое тело, не желая больше защищать, и вот, наконец, Таормин воспользовался этим.

– Аккуратнее с солнечным влиянием, – загадочно проговорил он, и я вскинула голову.

На меня мчался огромный пульсар, становясь все больше с каждым моментом приближения. А я так сильно устала, что, опустившись на колени, не смогла удержать внутри ринувшуюся на защиту тьму. Стыдно признаться, но в тот момент мне было все равно, какие разрушения она принесет, пришла лишь мысль о том, что и на меня нашлась управа.

– Ну вот, я нашел ее слабое место – долго выдерживать однотипные атаки она не может. Сильная, конечно, но без тренировки совершенно бесполезная, – раздался в наступившей тишине спокойный голос Таормина.

– Что? – медленно открывая глаза, я очень боялась обнаружить руины академии. Но ничего, даже смутно напоминающего развалины, рядом с полигоном не оказалось. Напротив: картина была знакомой и привычной, Мин и Инфайзер стояли в целых одеждах, и только напророченный мне напарник вытирал кровь, бежавшую дорожкой от уголка губ к подбородку. Это что же, я его ранила?! Святые демоны…

– Можешь звать меня Мином,– криво ухмыльнувшись, ответил огневик. – На следующую встречу не опаздывай.

С этими словами, кивнув Инфайзеру, Таормин отправился прочь с полигона. А некромант подошел и помог мне подняться с пыльной земли.

– Это что такое было? – прохрипела я, отбросив формальности.

– Это гарант моего спокойствия, – искренне и совершенно непривычно улыбнулся Инфайзер. – Считай, что отныне ты в спайке со старшекурсником. Таормин согласился направлять тебя.

Глава 7

Очень скоро я поняла, почему после атаки Таормина не пострадало ничего, кроме моей гордости. Он действительно намеренно изводил меня, чтобы посмотреть, на что я буду способна в невменяемом состоянии. Только заблаговременно позаботился о том, чтобы я была на исходе сил и не причинила разрушений. Что ж, не оценить предусмотрительности огневика я просто не могла. Но это было единственным, что я могла о нем узнать. Кроме организованной стором Инфайзером встречи, нигде больше старшего брата Мани я застать не могла.

Мой «парень» как–то раз был застигнут врасплох, и я, во что бы то ни стало, решила выпытать у него информацию о Мине.

– Я начинаю подозревать тебя в увлечении мужественными лицами, – шутливо приревновал меня ненаглядный, за что был удостоен пинка под ребра. Ох, видела бы меня сейчас бабушка – замахала бы руками на манеры. Хорошо все–таки, что академия титулов не признавала.

– Можешь подозревать меня хоть в сговоре с демонами Земли, но это никак не изменит моего интереса к твоему брату, – не поверив ни единому слову балагура, возразила я. – Он меня ослабил, как никто другой, и ты еще спрашиваешь, почему я им интересуюсь?! Да это же такой шанс – позаниматься с магом, которому известны твои слабые стороны и который при этом не попытается тебя убить! Мани, ну не упрямься, расскажи о Таормине!

– Ладно, – сдался огневик, – что тебя интересует?

– Прежде всего, тот факт, что ты вообще о брате умолчал! – возмутилась я. – Да еще и о старшем! Это что, старое семейное проклятье? И почему стор Инфайзер вас неправильными близнецами назвал? Кстати, вы же совершенно разные!

– Потому и назвал, – улыбнулся Мани. – Насколько я общительный, настолько Мин замкнут и не жалует людей. Демонов вообще на дух не переносит – даже тех, которые давно начали сотрудничество с семью королевствами. Кстати, он один из немногих студентов, которых после третьего курса отправляли в точки столкновений, то есть в реальные боевые условия. У Мина есть опыт борьбы с отступниками из–за стены.

– Ничего себе! – восхитилась я. – И ты молчал!

– А что тут говорить, – пожал плечам молодой человек. – Мин либо в академии, либо у себя. После занятий сразу идет заниматься. С людьми не общается. И при этом умудряется обгонять меня в рейтинге самых завидных парней академии! – притворно пожаловался Мани.

– Вот тебе и сюрпризы некстати, – я поджала губы, вспоминая, как начала со мной конфликтовать Витания. А всего–то побывала в моих воспоминаниях… – Мне теперь на полигон окольными путями пробираться придется!

– Почему это? – не понял Мани.

– Так ведь поклонницы не дадут прохода! – пояснила я. – Хотя что они в нем нашли, не пойму. Ну да, вы симпатичные, но у Мина ведь еще и шрам на лице, наверное, откуда–то из боевых вылазок принес.

– Нет, – не согласился Мани, – это с детства.

– С детства? – я поняла, что парень подтвердил одну из моих первоначальных догадок.

– Да. Это своего рода печать Огня. Она с Мином с рождения. Его держал в руках чистокровный огненный демон, так что по дару Мин гораздо сильнее.

– Стор Инфайзер говорил, Мин знает, каково мне, то есть понимает, что такое – не контролировать свой дар, – прищурившись, я попыталась вывести Мани на чистую воду. – Он на чердаке живет?

– Мин свою силу контролирует, – ответив на часть моего вопроса, огневик, видимо, решил, что я на этом успокоюсь, и тему продолжать не стал. А я внезапно подумала, что, окажись Мин таким же жителем чердака, как и брат Айны, например, это многое бы объяснило. Ведь плохо контролирующие себя маги сторонятся остальных, значит, башня – идеальное место для проживания. К тому же, знай о Мине соседи по общежитию хоть немного информации, стали бы девушки так высоко оценивать старшего брата Мани? Нет, конечно, им бы давно раскрыли все секреты парни. К тому же…

Сердце зашлось в неровном стуке, когда я вспомнила случай с Витой, произошедший на винтовой лестнице. Она ведь тогда сказала, что я и с Мани встречаюсь, и туда посмела явиться. Это тогда я ничего не понимала, зато сейчас, принимая во внимание такую же скрытность сообщника, как и в прошлый раз, я могла бы предположить, что…

– Иви, все хорошо? – спросил огневик, с сомнением глядя на меня. Я знала, что выглядела не самым лучшим образом: с горящими энтузиазмом глазами и часто вздымающейся грудью – почти претендентка на посещение корпуса целителей.

– Да. Все хорошо, – соврала я. – Просто с минимумом информации мне хорошего впечатления не произвести.

– Будь собой, – хмыкнул Мани. – Обычно именно это качество располагает людей.

Наивно кивать головой я могла до бесконечности, лишь бы Мани ничего не заподозрил. Но раз он сам отказался помогать мне с братом, значит, стоило выйти на тропу поисков в одиночестве. Тем более что у меня имелся довольно резкий довод в пользу этого: на Мина среагировала тьма. А этого в принципе не могло быть.

Витания явно имела в виду кого–то, кого я уже видела, когда говорила, что я имею отношения не с одним парнем. Ее открытые намеки на Дэя тоже сами собой вели к мысли, что учится мой водник где–то здесь. Мани дважды уходил от темы чердака, когда я его спрашивала об устройстве башни мужского общежития. И у Мани имелся скрытный, немногословный и очень сильный брат–маг. Проблема была лишь в том, что Таормин, как и младший, был огневиком, а это сильно осложняло задачу.

Нет, маги–дуалы встречались довольно часто. Что говорить, я сама, перемещаясь в пространстве,  обладала магией Времени, пусть главенствующей во мне и была Смерть. Так и у остальных: одинаково развитые дары разного направления просто не могли существовать. Тем более Вода и Огонь –абсолютно противоположные стихии. Но и Дэй, и Мин своими силами распоряжались так, словно у них никогда не было проблем с подчинением. Значит, не могли они быть одним и тем же человеком. Зато Мин мог контактировать с Дэем. Или просто жить поблизости, например. В общем, мне в любом случае стоило с ним дружить. А для этого нужно было найти максимум информации. Чем я и планировала заняться. Жаль, что планам моим не суждено было сбыться.

***

– Вита, поможешь последнему суолу – и на сегодня свободна, – распорядилась глава целительского корпуса, глядя на юную помощницу.

Та безропотно согласилась:

– Где он находится?

– В третьем покое.

Кивнув, демоница отправилась на поиски больного. Каково же было ее удивление, когда по указанному адресу она ни одного, хоть отдаленно напоминающего пострадавшего, не нашла. Да, сидел на кушетке старшекурсник, но несколько недель под руководством стори Минрани научили на глаз определять состояние пришедшего на прием суола. У этого молодого человека недуга не было.

– Чем могу помочь? – стараясь скрыть удивление в голосе, обратилась она к заметившему ее демону Воды.

– Кровь. Не могу остановить, – серьезно ответил он.

– Водник. Водник, который не может остановить кровь, – как бы желая убедиться в только что сказанном, уточнила она.

– Не могу, – подтвердил суол. Где–то она его видела…

– И где кровотечение? –  еще бы дважды мантией обмотался, чтобы ей пришлось его с особой дотошностью раздевать!

Парень соскочил с кровати и приблизился к Вите. Положив руку на грудину, он проникновенным шепотом ответил:

– Вот здесь. Кровью обливается мое сердце…

– Это что, шутка такая? – ощутив укол раздражения, поинтересовалась Витания. – Послушайте, уважаемый суол, у меня сегодня был тяжелый день и…

Договорить ей не дали – водник одним плавным движением оказался рядом с ней, одну руку положив на талию девушки и приближая ее тело к своему, а второй взял ее ладонь и положил на середину груди, так что под синей мантией Витания ощутила отчетливые удары его сердца. Тот, другой, о котором она слишком долго мечтала, никогда не давал даже дотрагиваться до себя. А она все равно…она…

– Вы…что себе позволяете? – растерялась девушка, понимая, что из его захвата так просто не вырваться.

– Что? – будто и не было ничего необычного в его поведении, эхом отозвался незнакомец.

Она попыталась воззвать к чужому здравому смыслу:

– Сюда в любой момент может войти стори Минрани, одумайтесь, суол!

– Интересно, тебя беспокоил этот вопрос, когда ты тихонечко пробиралась по башне мужского общежития к двери в комнату, которая нам обоим известна? – насмешливо взглянул на нее противный – теперь она не могла в этом сомневаться – водник!

Витания напряглась. Либо он следил за ней, либо сам проживал в той же башне. Да кто он, время его разбери, такой?!

– Пусти! – велела девушка, но тот и ухом не повел.

– Так вот, на чем я остановился? Ах, да…мое бедное сердце! Оно обливается кровью оттого, что ты перестала приходить в гости на наш с огневиком этаж. Вот я и решил сам наведаться в гости – говорят, ты что–то не поделила с девочкой из тьмы.

Злость взыграла в ней с новой силой:

– Еще один защитничек нашелся?! Может, это к тебе она захаживала в тот раз, когда мы с ней встретились у входа на чердак?!

– Она, конечно, ничего, – согласился водник, – только не отстаивает свое право находиться в мужском общежитии, словно так и должно быть. В этом тебе, дорогая, нет равных.

– Никакая я тебе не дорогая! – прошипела девушка. – И вообще – отпусти!

– За то время, что я наблюдаю твои поползновения в сторону соседа, ты уже давно сделалась мне почти родственницей, – весело хмыкнул демон Воды. – Кстати, я рассчитываю этот статус за тобой закрепить официально, – со значением добавил он, с удовольствием наблюдая, как заливается краской гнева лицо магини Времени.

– Да ты… – с жаром начала она.

– А закончим мы чуть позже, дорогая, – как ни в  чем не бывало, прервал ее водник, оставляя на губах легкий поцелуй.

– Что? – ошеломленно захлопала глазами девушка.

– И будь осторожна – сейчас академию потрясет, – с этими словами, выпустив Виту из объятий, молодой человек скрылся из покоя. А в следующее мгновение земля и правда содрогнулась.

***

Сама не знаю, почему для очередного безумия я выбрала день Огня. Может, потому, что подсознательно чувствовала: надо остеречься Таормина. Оставалось не до конца понятным, насколько простираются рамки нашего с ним сотрудничества, а именно  станет ли он, например, периодически приглядывать за мной, если я вдруг решусь на какое–нибудь предприятие. А если станет – будет ли использовать против меня свой дар, внезапно разозлившись. И пусть зарекомендовал он себя натурой глубоко ледяной, я–то вспыльчивый характер огневиков знала: с ними в игры лучше было не играть. А уж в том, что Мин разозлится, если будет в курсе моей задумки, я не сомневалась: ну, какой уважающий себя огневик спустит с рук факт того, что его «напарница» собралась в общежитие к парням?

Да, как бы ни опасалась, не предпринять еще одной попытки посмотреть на запертую комнату я не могла. Может, там и не Дэй вовсе жил, может, Таормин, но я должна была это знать! Тем более теперь, когда пройти туда можно было даже без перемещений – папин метод со ступеньками я собиралась испробовать на новом месте, а уж то, что на чердаке также окажется окно, не сомневалась. Другой  вопрос был в том, что пробраться в личное пространство незнакомого суола было делом, прямо скажем, не самым хорошим, но и тут мне на помощь смогла прийти тьма. Дело в том, что не так давно стор Инфайзер показал еще одну возможность использования дара.

– Уверен, о таком ты до сих пор не знала, – подмигнув, сообщил преподаватель. А дальше…просто протянул руку в отбрасываемую кроной дерева тень, и та исчезла!

Находились мы в то время во дворе одного из корпусов, и я, сидящая на скамейке рядом с тем самым злополучным деревом, удивления не скрывала:

– Это…что?

– Способность перемещаться в тени, – загадочно ответил стор. Конечно, я ровным счетом ничего не поняла, но кого это в тот момент волновало?

А потом начались настоящие чудеса: некромант действительно обучил меня тому, что умел. «Пригодится – с твоей–то способностью влипать в неприятности», – сказал он по окончании урока. Умение переходить из вещественного состояния в буквальном смысле бледную тень самой себя я и собиралась использовать во время путешествия по общежитию мужской части суолов академии. Вот только применить его, в итоге, пришлось совсем по другому поводу.

Сначала я шла, не таясь, пока суолы могли принять меня за прогуливающуюся младшекурсницу. Для верности я заглянула в оранжерею и совершенно искренне полюбовалась раскинувшейся там красотой, созданной благодаря усилиям магов Земли и Жизни. Когда выходила оттуда, стемнело настолько, что тени появились даже у низкой травы, и я спокойно смогла перетечь в сумрачную форму, как для простоты называл новое состояние тела стор Инфайзер. Он объяснил, что это сродни перемещению из одного места в другое, просто средой для действия служит не воздух, а тьма. Сам он, к сожалению, полностью входить в тень не мог – не являясь демоном Времени, преодолевать большие расстояния он не умел. Зато растворять себя в достаточно большом участке тьмы вполне получалось. Пусть и не с первого раза, но навык разучила и я.

Мужское общежитие занимало ровно половину замкнутого здания в виде четырехугольной цитадели. Во внутренний дворик я зашла, переместившись в тень и не опасаясь, что меня заметят загулявшие позже обычного парочки. Все они, к моему небольшому удивлению, уже разбрелись по комнатам. Там–то я и увидела странного суола, сидевшего на корточках. Издали было трудно определить его принадлежность к какому–либо из факультетов, поскольку цвет мантии казался черным, а голова парня была гладко выбрита. Сначала мне показалось, что ему просто плохо, и я уже было собралась подойти и предложить свою помощь, чтобы проводить в корпус целителей. Но потом поняла: замышляется что–то недоброе.

Первый раз земля встрепенулась, когда рука незнакомца, засияв, с хлопком опустилась на поверхность. Я вздрогнула вместе с почвой и вышла из тени. Нет, совсем не больной суол мне здесь попался! Пусть и было минимальным освещение, но зеленоватый оттенок кожи я различила отчетливо! Демон – совершить что–то плохое в академии собирался молодой демон.

Трудно сказать, был ли он суолом – с учащимися факультета Земли я особого отношения не имела – но, раз пробрался на нашу территорию, да еще и к общежитиям, то явно был не до конца посторонним. Я не могла допустить, чтобы он разрушил целый корпус с готовящимися ко сну студентами, поэтому шагнула навстречу злоумышленнику и предотвратила следующую встречу его ладони с землей, создав небольшой щит. Заметив, что ничего не вышло, демон заозирался по сторонам и вскоре наткнулся на меня.

– С дороги, порождение мрака! – рявкнул он, выставляя руку вперед, и поверхность содрогнулась уже под моими ногами. Что, в таком случае, он делал при контакте с землей? Хотел камня на камне от общежитий не оставить?

– Не делай этого, – с мольбой в голосе обратилась к нему я. – В чем провинились суолы? Они ведь просто обучаются контролированию своего дара, никому не принося вреда!

– А потом приходят на наши территории и наравне с остальными начинают уничтожать неверных! – рычащие нотки в голосе молодого человека по–настоящему испугали меня. Я начала судорожно соображать, что сделать, чтобы остановить его безумную затею.

– Почти все демоны давно находятся в хороших отношениях с королевствами! – возразила я. – Что мешает вам поступить так же?

Да,  я поняла, что передо мной оказался один из представителей отступников. Возможно, он даже спокойно обучался в академии до того момента, пока не пришел приказ устроить диверсию. Святая тьма…сколько же их могло быть среди нас?!

Парень, тем временем, с земли поднялся и с ненавистью посмотрел на меня.

– Вы, такие добрые и любящие всех, так до сих пор и не поняли: нельзя растворять кровь среди людей! Нельзя допускать, чтобы наше наследие терялось в бессильном человеческом! Ты сама, – он указал на меня пальцем, – являешься одной из сильнейших суол академии, но ты и на каплю не обладаешь той мощью, которой владеет любой из твоих чистокровных предков с диких земель!

Мне в голову пришла одна не совсем благоразумная мысль, но для ее выполнения требовалось отвлечь молодого человека настолько, насколько это возможно. И пусть я не была уверена, что у меня в итоге хватит на это сил, попробовать все равно стоило. Я принялась оплетать внутренний двор общежития вместе со стенами темной паутиной, пока отступник в зеленой мантии был полностью поглощен разговором.

– Да неужели? Я слышала обратное. Оба моих дедушки боялись, что я сравняю их королевства с землей, если не получу должного образования. Оба моих дедушки – два чистокровных демона, суол! – резко повысив голос, возразила я парню.

Тот с минуту рассматривал меня, прищурив глаза:

– Так ты, выходит, та самая принцесса Тьмы, которая одним своим чихом уничтожала скалы? Ты скорее исключение из правил, которое его только подтверждает!

– Мои родители – человеческие маги!

– Ректор Академии Магии и королева Биора? – желчно усмехнулся суол. – Неужели ты думаешь, я сейчас позволю кому–нибудь прийти тебе на помощь? Ты – та, что обладает по–настоящему стоящей силой – стоишь среди тех, кто зарывает магию в землю!

– Я за равенство и сотрудничество. И за то, чтобы вы тоже к нам присоединялись.

– Не бывать этому, – сплюнул он, вновь опускаясь к земле. Рука его оказалась на почве мгновенно. Мне нельзя было больше медлить.

Следующий мощный толчок сотряс землю настолько, что я упала на колени, больно ударившись о каменистое покрытие дворика. Простонав и перекатившись на бок, продолжая плести вокруг корпуса сеть, я отправила часть сил на то, чтобы спеленать безумного незнакомца. Мне это удалось, и по раздавшимся с его стороны проклятьям я поняла, что сеть, опутавшая его, действует. Вот только я не учла одного: касаться земли он мог любыми частями тела.

Из того положения, в котором был – на коленях – он повалился на бок и лег щекой на мелкое каменистое покрытие. А дальше начался кошмар. Земля с грохотом содрогнулась в очередной раз, но теперь внутренний двор оказался в рытвинах и поднявшихся на поверхность каменных валунах. Этот суол действительно собирался превратить общежитие в прах!

Во время одного из таких толчков я попала в образовавшуюся в земле трещину, и лодыжку пронзила острая боль. Вскрикнув, я попыталась освободиться, но ничего не вышло. Понимая, что разрушения снаружи уже не остановить, я бросила все силы на паутину вокруг здания. Что станет с демоном Земли, я даже боялась представить: он явно шел сюда умирать.

Когда моя защита поднялась почти до самых башен, враг внезапно снова стал ругаться. Вскоре я поняла, в чем именно было дело: те комья, что он поднимал вокруг себя, оставаясь на нетронутом клочке земли, внезапно намокли, став тяжелее в несколько раз, и свернутому моей тьмой демону стало гораздо труднее выполнять свою задачу. Сердце зашлось в радостном стуке, я оглянулась и увидела на одном из возвышений подмогу: это был не кто иной, как брат Айны. Именно он  наполнял землю влагой! Неужели демон Земли расслабился настолько, что допустил в наш с ним разговор постороннего? Думала я над этим, правда, недолго: ко мне метнулась вторая тень, и вскоре меня от глубокого каменного пласта освободил не кто иной, как брат Мани.

Нога безнадежно ныла, но я постаралась не подать вида, пока Мин вытаскивал меня из западни. Только дыхание перехватило, когда он со мной на руках уселся на ближайшем устойчивом валуне, поднятом из–под земли, и прижал к груди:

– Жива?..

– Все нормально, – как можно спокойнее постаралась ответить я. – Спасибо, Таормин.

– Слишком поздно пришел, – почему–то извинился он срывающимся на хрип голосом. – Сейчас мне надо поговорить с ним, – имея в виду земного демона, добавил огневик. – Я вернусь за тобой, Иви.

Я только кивнула, глядя в синие глаза, и позволила устроить себя тут же, пытаясь не выдать опоясывающей боли в лодыжке. Мин прикрыл веки, будто успокаиваясь и пытаясь убедить себя, что со мной все в порядке, и твердой походкой направился к демону Земли, рядом с которым уже находился Айнон.

– Как бы ты ни пытался, тут сейчас почти вся вода из ближайшего озера, – сообщил он. – Скоро прибудут все преподаватели. Даже такого чистокровного и сильного тебя удастся усмирить общими силами академии.

– Ты… – с болью в голосе обратился к нему плененный демон. – И ты с ними, Айнон!

– А если бы с ними остался и ты, нам неоткуда было бы ждать опасности, – жестко перебил его водник. – И мы жили бы с людьми и магами в полной гармонии.

– И стояли бы рядом с теми, кто чуть было не покончил с вашими родами? – с обидой прокричал захватчик, и мне показалось, что в данный момент он совсем не к Айнону обращается.

Нет, не показалось. Стоило Таормину подойти к демонам, земной со злостью глянул на него:

– Ты! Ты, чье имя покрыто позором за великой стеной! Ты, чьи предки сотворили столько зла!

– Я не в ответе за  давно умерших, – сухо произнес Таормин.

– Ты опасен не меньше! – прокричал демон. – Таких, как ты, вообще нельзя оставлять на свете! Таких, как ты… – он резко замолк, по лицу его прошла судорога, а в следующее мгновение земля снова задрожала.

Сердце сжалось от тоски, что кто–то мог таить настолько сильную ненависть в душе, отравлять ее день за днем. И на кого? На моего горе–напарника! И пусть, видя его напряженную позу, я понимала, что Мин обязательно со всем справится, я все равно боялась. За него и за Айнона. Но за него все же больше.

Я видела, как глубоко и тяжело вздохнул Таормин. Кажется, он принял тяжелое решение.

– Тебя за это не похвалят, – словно предостерегая, пусть и не очень охотно, проговорил Айнон.

– В первый раз, что ли, – усмехнулся огневик. И призвал огонь. В день, когда это было запрещено под страхом исключения.

Вода, что питала землю, начала быстро испаряться, наполняя воздух влажным паром. Демон Земли протяжно завыл, и я догадалась, почему: вместе с привлеченной Айноном стихией из почвы уходили и присущие ей частички, а значит, она становилась бесполезной пылью под ногами.  Все, что покрылось, благодаря чужим усилиям, рытвинами, теперь должно было ровным слоем улечься вокруг появившихся на поверхности камней. Таормин свел на нет все попытки диверсии. Пусть для этого и пришлось прибегнуть к запрещенному приему.

– Будь ты проклят! – простонал демон Земли. Будто ожидая его слов, все вокруг пришло в движение: к месту происшествия начали стягиваться суолы и сторы. Воздушники разгоняли туман, маги Земли стали помогать вернуть камни обратно в твердь, водники насыщали почву влагой. Папа, не заметив, что в гуще событий оказалась я, спешил к месту происшествия. Стори Минрани,увидев морщащуюся от боли меня, сразу поспешила оказать первую помощь. Таормин опередил ее: подошел, взял на руки и без слов двинулся по направлению к корпусу целителей.

– Там вам будет удобнее, – коротко объяснил он, уходя из поля зрения ректора, подоспевшей преподавательнице, и та лишь кивнула в ответ. А затем мы оторвались от нее на достаточное расстояние, и я не преминула спросить:

– Мин…ты зачем стихию использовал? Тебя же теперь исключить могут! А меня кто будет обучать тогда?

– Маленькая эгоистка, – непривычно шутливо обратился ко мне огневик. – Ну а если бы ты при этом погибла, что тогда? Если бы, несмотря на твою защиту, в руины превратился весь корпус общежитий? Учиться было бы вообще некому.

Несмотря на серьезность тона, смотрел он на меня с улыбкой. С очень непривычной улыбкой, от которой у меня чаще забилось сердце. А еще тьма…поначалу взбунтовавшаяся, теперь она просто притихла и желала лишь одного: чтобы объятие Таормина не прекращалось. Пошевелившись, я негромко застонала и столкнулась взглядом с нахмурившимся огневиком:

– Где болит?

– Нога… – призналась я. – Ее камень придавил.

– Сейчас, – тихо произнес молодой человек, и почти сразу после этого я ощутила холодок, пробежавшийся по коже и немного ослабивший мои страдания. Округлив глаза, я только и могла, что молча удивляться на творимые Мином действия. Не мог огневик обезболивать льдом. Просто не сумел бы… – Что? – ненадолго остановившись, заметил Таормин мое недоумение.

– Ты…говоришь сегодня много, – неумело отшутилась я, прекрасно понимая, что своими действиями он только подстегнул мое любопытство.

– Ну, прости, – язвительно, но совершенно необидно ответил огневик. – Я за тебя в ответе. Кто в нашей паре все–таки главный?

– Ты же не нянькой ко мне нанимался, – упрямо заметила я. – Откуда мог знать, куда я отправлюсь?

– А и правда, что это ты в ночь–полночь посреди двора общежитий делала? – проницательно заметил Таормин, вызывая во мне волну внутреннего трепета. – Уж не к мальчикам ли направлялась?

– Это уже неважно, – замотала я головой. – Меня больше волнует то, что с тобой сотворит ректор, когда узнает о применении магии Огня.

Ответом мне был вполне добродушный хмык, и весь оставшийся до целителей путь мы проделали в молчании. Папа нас так и не заметил.