Текст книги "Снежная лавка госпожи Дюваль (СИ)"

Автор книги: Анастасия Эрн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 6

Я подхватила тонкую доску, служившую вывеской и потащила в дом. Простая чёрная надпись никуда не годилась. Я хотела сделать её более яркой и украсить картинками. Следовало лишь найти краски. Но сколько не искала не нашла ничего подобного. Тут же решила спросить у Лео.

Брат хлопнул своими густыми ресницами и укоризненно посмотрел на меня. Так что я захотела съежится. Неужели я опять сказала что-то не то? Тут же сжала ладони. Блин! Блин! Мне ведь следовало покопаться в воспитания Абигейл для начала. Но после краткого сна мозг видимо соображал куда хуже и медленнее.

– Сестрёнка, ты чего? Опять твоя амнезулька?

Я кивнула, надеясь что эта отговорка в очередной раз меня спасёт. Братишка тяжело вздохнул.

– Порой я совсем забываю о твоей травме. Ты не кажешься больной. Наоборот, горишь энтузиазмом и фонтанируешь идеями. А потом в какой-то момент спотыкаешься на мелочах.

Я пожала плечами и развела руки в сторону. Актриса из меня вышла так себе.

– Я же не специально, – повинилась я.

– Красок у нас нет, слишком они дорогие, – лицо брата невольно погрустнело. – Последний раз отец дарил мне их на день рождение три года назад. Я старался экономить краски, но они всё равно закончились.

– Понятно. Выходит ты любишь рисовать? – прищурилась и пытливо посмотрела мальчика.

Он отвёл взгляд.

– Люблю, – нехотя признался он. – Ты мне даже дарила красивый блокнот для рисования.

Мда, хороша сестра! Совсем ничего не знает о брате. В тех воспоминаниях, что я смотрела подобная информация отсутствовала. Либо я неверно подобрала запрос, либо Аби вычеркнула это из своей памяти, как неважный момент.

Меня вдруг посетила идея. Если Лео хорошо рисует, то можно попросить его помочь нарисовать мне плакаты.

– Так сделай перерыв в работе, покажи мне свои рисунки, – потребовала я.

Лео немного смутился, но пошёл к себе за блокнотом. А я быстренько заглянула в память Абигейл. Воспоминания предыдущей хозяйки тела хлынули в мозг и перед глазами замелькали картинки. Что ж чуйка меня не подвела. Для ребёнка семи лет, для того кто никогда не учился этому ремеслу, Лео прекрасно рисовал. Да что там он действительно хорошо рисовал, лучше некоторых взрослых и явно лучше меня.

Вот в чем Леонард был действительно талантлив!

Когда мальчуган вернулся с блокнотом и разрозненной стопкой листов, а затем красная подал мне, я начала быстро просматривать его зарисовки. И чем больше я смотрела, тем шире становилась моя улыбка.

– Лео, у тебя талант! – восхитилась я.

Брат вскинул голову и расширившимися глазами посмотрел на меня.

– Это же баловство. Детское развлечение, – повторил он всё то, что ему говорили окружающие.

– А как же художники, которые зарабатывают себе на кусок хлеба именно этим? – задала резонный вопрос и уперла руки в бока. – Именно они рисуют все картины и портреты. Даже наш маленький семей ный портрет рисовал не просто человек с улицы.

– Сестра, не сходи с ума, аристократы не становятся художниками, – мрачно произнес Лео и едва не покрутил пальцем у виска. Затем повернулся ко мне спиной и снова пошёл делать грелки.

– Понимаю, художники относятся к ремесленникам, – продолжила говорить ему в спину. – Но и артефакторы по сути тоже ремесленники. Просто маги занимающиеся этим стоят на ступень выше в иерархической лестнице, из-за редкого таланта. Однако оба занятий – ручной труд. Я не знаю, как в будущем сложится твоя жизнь. Но считаю, что этот твой талант не стоит списывать со счётов. Я бы наоборот стала его развивать. Он в тяжёлые времена позволит тебе заработать на кусок хлеба.

Я вытащила несколько зарисовок и подошла к Леонарду.

– Вот эти наброски музыкальных шкатулок потрясающе вышли. Ты должен перенести их на нашу вывеску, – потребовала я и положила листки на стол перед братом, чем окончательно шокировала его.

– Но… это… Я же не художник… – растерянно и немного испуганно затараторил он.

– Не скромничай! Нашу вывеску, визитки будут украшать либо твои рисунки, либо мои каракули! – заявила я, отрезая для брата все пути к отступлению. – И поверь рисую я точно хуже тебя. Ты прекрасно соблюдаешь пропорции и объемы, уже хорошо передаешь свет, тень и блики. А ещё в твоих рисунках присутствует живость.

– Сестра ты меня перехваливаешь, – отвёл взгляд Лео.

Но судя по тому как покраснели его уши, ему очень нравилась моя похвала.

– И что если мои рисунки никому не понравятся? Если надо мной будут смеяться? – он опасливо покосился на меня.

– Ну мы можем об этом не говорить. Я скажу, что наняла художника. А потом если захочешь и будешь готов к вниманию, сможешь признаться что это твоя работа, – быстро нашла выход из положения я.

Лео несколько минут молча стоял, покусывал губы и думал.

– Хорошо. А ты меня точно не перехваливаешь? – всё же немного сомневаясь уточнил он и сжал свои кулаки.

– Давай проверим. Возьмём карандаши и сделаем зарисовку предмета. А потом покажем Илме, или прохожим. Если твой рисунок окажется лучше, то ты станешь нашим художником.

– А если ты специально поддашься? Поддашься, чтобы приободрить меня, – пробормотал Лео.

– Тот же вопрос задам и тебе? Ты будешь поддаваться, чтобы откосить? – я выгнула бровь и сложила руки на груди.

– Нет, но… – Лео немного задрожал от страха, всё же выставлять свой труд на всеобщее обозрение не просто.

– Хочешь, поклянусь? – я подошла брату и погладила его по волосам.

В этот момент напряжение отпустило его и он сдался.

Мы взяли карандаши, чистые листы и начали рисовать музыкальную шкатулку, которую нашли на складе. Глаза Лео засверкали, словно драгоценные камни, да и сам он будто засветился. И только поэтому я уже понимала, что поиграла. Что как бы я не старалась, я точно не переплюну человека, настолько любящего рисовать и вкладывающего в каждое плотно душу.

Через пол часа мы закончили и рисунок Лео, выглядел куда лучше моего наброска. Брат посмотрел на мою работу очень внимательно, затем на меня и произнёс, потирая нос:

– А ты точно старалась?

Я рассмеялась и легонько толкнула его.

– Я погляжу ты осмелел раз уже подкалываешь меня!

Брат тоже засмеялся.

– Я так понимаю Илме и другим людям мы не понесем наши работы для сравнения, – констатировала я происходящее.

– Нет, – помотал головой Лео. – Если ты нарисуешь подобное на плакатах или вывески ты нас опозоришь! К нам точно никто не придет ничего покупать. Всё будут смеяться.

– Ну спасибо братишка, – с притворно показательной обидой произнесла и приложила руки на грудь, где примерно находилось сердце. – Совсем не щадиш мои чувства.

Лео снова хихикнул.

– Щажу-щажу. И не даю тебе окончательно сесть в лужу.

– Тогда надо сходить за красками! – решительно заявила я. – Как думаешь в лавке чудесных вещиц, нашего конкурента они могут быть?

Лео задумчиво нахмурился, а потом кивнул.

– Да у этого петуха, чего только нет. Может и краски найдутся. Но лучше сходить в книжную лавку Таскера. Он продаёт всякую канцелярию и книги. Да и цены не задирает.

– А ты откуда знаешь? – спросила у Лео.

– Ну так папа говорил, когда мы покупали у него бумагу и книги.

Я кивнула. А сама задумалась о том, что пора сходить на разведку.

Краски стоило дорого. Так дорого, что на эти деньги можно было прожить целую неделю. Но я всё равно их купила, как и бумагу, и хорошие кисти.

Просто потому, что без яркой привлекательной вывески, интересной презентации товаров люди будут проходить мимо. Да, и я хотела сделать нечто исключительное. А ещё представляла, как обрадуется Лео. Так и видела, как его глаза наполняются особенным блеском, на щеках проступает румянец, и мальчуган начинает восторженно смеяться, а потом вприпрыжку несётся рисовать, чтобы опробовать новые материалы.

Дарить подарки, радуя людей – это особый вид удовольствия, который мне очень нравился. Порой даже больше, чем получать оные.

Но после такой дорогостоящей покупки наш бюджет существенно сдулся, и если я в ближайшие дни не продам товары, не заработаю деньги, то мы окажемся в заднице. Очень глубокой заднице. Я шла на риск, огромный риск и ставила на кон всё.

Взвесив плюсы и минусы, за и против, я пришла выводу, что это куда экономнее, нежели нанимать художника. И в будущем точно оправдается. Если наше дело окажется успешным. Если…

Холодок ужаса колючими мурашками быстро пронёсся по спине и ледяной рукой замер на горле, сдавливая и мешать сделать вдох. Перед глазами замелькали картинки того, как нас выкидывают на улицу, продают в рабство за долги, как меня и Лео наси…

Я тряхнула головой, отгоняя ужасные, пугающие виде́ния. И стиснула кулаки.

– Нет, Аби-Аля ты справишься! Отставить панику. Тебе некуда отступать, и ты точно совершишь чудо! – проговорила я самой себе вслух и медленно-медленно сделала глубокий вдох и выдох.

Затем уверенно пошла дальше, прижимая к груди бумажный пакет с драгоценными красками и бумагой.

На обратном пути из магазина Такера я снова свернула на широкий оживлённый бульвар, на который выходили окна нашей лавки, занесла домой покупки и направилась в магазин Гарриета Хана – «Волшебные товары в каждый дом».

Она находилась в конце улицы, ярко освещаемая фонариками. Из-за стеклянных окон витрины виднелись полки с товарами и множество людей, которые присматривали себе что-то.

Были там и часы, и музыкальные шкатулки, и игрушки, и плиты, и духовки. Кажется, там можно было найти всё – от предметов, необходимых для быта, до каких-то безделушек.

Ещё немного поглазев, я пошла обратно. Зайти внутрь так и не решилась. Внезапно я почувствовала, как за мной кто-то следит. Я оглянулась и быстро наткнулась взглядом на двух мужчин, одетых как обычные горожане, но их глаза показались пустыми, а лица довольно мрачными. Они делали вид, что болтают о чём-то важном, но косились на меня. Каждое их движения сквозило сдержанной силой. Будто они приказывали себе выжидать. Воображение легко нарисовало картинку, того, как эти крепко сбитые мужики ломают шеи слишком зарвавшимся должникам. Я сглотнула и быстро отвернулась, пока они не заметили, что я обнаружила слежку за собой. Сердце сначала замерло, а затем болезненно забилось о рёбра.

Мой опыт и интуиция подсказывали, что это люди того толстяка, который завалился к нам домой совсем недавно. Я быстро зашагала в лавку, едва не срываясь на бег. На ходу закрыла ставни и дверь на все замки, а, затем, устало прислонившись к дверному полотну, сползла на пол.

Дверь несколько раз дёрнули и ударили кулаком. Отчего, кажется, даже стены содрогнулись, и на меня посыпалась мелкая крошка. Я испуганно зажала рот, подползла на коленях к окну витрины и глянула в щель.

Те самые мужчины, которые следили за мной, стояли рядом. Всего на расстояние полуметра от окна. Именно они дёргали за ручку, ломились в лавку и сейчас о чём-то переговаривались. Один из них сплюнул и что-то коротко приказал. Они бросили яростный взгляд на витрину и пошли в сторону.

Блин! А что, если они решат обойти дом?! Блин!

Я, не чувствуя ног, рванула наверх. Вихрем взлетела по ступенькам, словно молния пронеслась по переходу между жилым и рабочим крылом, помчалась на первый этаж прямо к парадной двери, в которую уже кто-то стучал. Я едва не снесла Илму, идущую к ней, не давай той открыть замок.

Опустила массивный засов и на дрожащих ногах сделала шаг назад.

– Госпожа, что происходит?! – Илма выпучила глаза и поправила чепец.

Я кинулась к ней и зажала рот ладонью.

– Тише, – прошипела я и приложат палец к губам.

В дверь замолотили.

– Госпожа Дюваль, мы знаем, что вы там! Хватит прятаться. Мы хотим поговорить.

И я узнала этот голос.

Именно так говорил коллектор, пришедший вместе с толстяком в прошлый раз. Кажется, его звали Колин. Сегодня он явился без хозяина, зато привёл с собой сильных и отчаянных головорезов. Видать, очень хочет мне отомстить за своё унижение. И кто знает, может среди них есть боевой маг?! Тогда нам точно несдобровать. Блин! И что делать?! Как быть?! Шестерёнки в мозгах закрутились с небывалой скоростью, прикидывая наши возможности. И к сожалению, выходило лишь одно – у нас нет шансов. Мы проигрывали в физической силе. Слабая девушка, старуха и ребёнок, неровня нескольким мужикам. Магия… в тот раз это вышло по наитию, и я ещё толком её не освоила. Да и Абигейл не изучала атакующие заклинания, у неё попросту не хватало для этого сил. В академии был курс, но девчонка отказалась его посещать, чтобы сэкономить бюджет. Она поприсутствовала на нескольких лекциях и семинарах, убедилась, что бесполезно, и отказалась. Чёрт!

Поэтому в боевой магии мне придётся разбираться самой и уж точно не сейчас, рискуя нашими жизнями. Ведь у меня могло ничего не получиться! Поэтому всё, что нам оставалось – отсидеться за закрытыми дверями. Надеяться, что коллекторы не выломают дверь и мы сможем выиграть ещё пару дней отсрочки.

Илма дрожащей рукой убрала мою ладонь и проскрипела:

– Госпожа, это выбивальщики долгов?!

Я кивнула. Хорошо хоть няня догадливая и ей не придётся объяснять подробности.

– Госпожа, Абигейл, но вы же понимаете, что скоро эта хлипкая преграда их не остановит?!

В этот момент дверь снова вздрогнула под градом мощных ударов.

– Знаю, но мне нужно немного времени. Открыть магазин и начать зарабатывать… тогда мы сможем расплатиться, – тихонько прошептала я. – Шольн сказал, что у нас есть неделя.

Няня поджала губы и похлопала меня по плечу.

– Хорошо, значит, дверь всегда будет на засове.

Илма начала поглаживать меня по спине.

– Всё будет хорошо, моя госпожа. Я не дам вас в обиду, – решительным тоном приговаривала она.

А я только в этот момент осознала, что трясусь словно осиновый лист. Вот же позорище. Меня взрослую женщину, собирается защищать старушка…

Конечно, приятно, что обо мне заботятся, что есть люди, которым на меня не плевать, но прятаться за их спинами я не собиралась. Тем более что я просто заняла чужое место… Заняла место Аби. Это её любят Лео и Илма, не меня. Её пытаются защитить. А мне… мне ещё только предстоит завоевать их любовь.

– Хватит прятаться как крысы! Мы всё равно вас поймаем. Скоро ваш дом будет по закону принадлежать господину Шольну, и тогда никакие двери нас не остановят, – прокричал Колин с улицы. – И вы, фрау, делаете себе только хуже. Злите нас.

Илма вдруг кашлянула, прочистив горло, и хотела подойти к двери, дабы успокоить незваных гостей, но я её остановила. Схватила сухую, мозолистую руку и прошипела.

– Лучше просто проигнорировать, тогда они быстрее уйдут. Не отвечайте на их провокации. Иначе их гнев может пасть и на вас!

– Ох, святые угодники. Да что ж это делается-то? – прошептала она, и её глаза заблестели от слёз. – Вот был бы ваш батюшка жив, ни за что бы такого не допустил. Это ж какой позор! Белым днём в дверь к барону бандиты ломятся, да ещё и угрожают.

– Мы хотели просто поговорить и предупредить, – вновь начал вещать Колин. – Не рыпайтесь. Послушно собирайте манатки и сваливайте. Даже не пытайтесь открыть магазин. Не выйдет, – бугай сделал паузу и добавил: – Ах да, чуть не забыл… Ваши ледяные уловки не сработают. У вас больше нет преимущества, – сообщил он с таким бахвальством и самоуверенностью, что у меня в душе шевельнулось нехорошее предчувствие.

Из-за двери послышался шорох, звук удара, глухой вскрик, а затем сквозь щель в коридор повалил едкий дым.

Я кинулась сначала к окну. Убедиться, что коллекторы свалили, и только потом побежала открывать дверь. Железная ручка раскалилась и обожгла ладонь, заставив меня на миг отступить. Сволочи! Я одёрнула руку, прихватила пышный подол юбки и так сквозь ткань потянула рукоять на себя. Дверь распахнулась, и меня опалило жаром. Я сдёрнула портьеру и кинулась сбивать пламя.

Хорошо, первый этаж нашего дома построили из камня, и огонь не смог перекинуться на стены. Илма бросилась помогать закидывать пламя снегом.

В этот же момент по ступенькам сбежал Лео, который волочил за собой большую дубинку, похожую на биту.

– Сестрёнка, где эти гады?! Я им сейчас покажу! – выпалил он, сдвинул брови и с трудом закинул оружие себе на плечо.

Тут он увидел нас, выронил от удивления биту и тоже побежал к ближайшему сугробу.

– Ушли, и, кажется, теперь с ними огненный маг! Поэтому сиди в комнате и не спускайся, если услышишь этих негодяев, – отрывисто приказала я.

Всё, шутки закончились. Теперь всё стало куда серьёзнее!

Их явно не интересует выплата моего долга. Эти рэкетиры хотят завладеть домом. Отчего-то он им очень нужен. И если я продолжу, если открою магазин… Боюсь, они могут не ограничиться поджиганием двери… Они могут вообще устроить погром, могут напасть на кого-то из нас… От этого умозаключения мне поплохело, желудок скрутило, и к горлу подкатила тошнота. Чёрт! Нет, еды и так мало. Нельзя ей раскидываться. Никакой тошноты. Дыши Аби-Аля, дыши. Ты справишься… Тебе просто нужна защита! Точно защита! Меня осенило идеей. Весь вечер посвящу именно этому.

Мы закончили тушить дверь и теперь смотрели на обугленное полотно. М-да, дверь придётся заменить. Эта в районе ручке почти прогорела и развалится от любого сильного пинка. Надо будет обратиться к мастеру.

Вот дерьмо! Очередные траты.

– Раз пожар потушили все в дом, – скомандовала, когда поняла, что на улицу высыпали соседи.

– Ой-ой, что же о нас подумают, госпожа?! Это же потеря репутации! – приложила к лицу ладони Илма.

А я взбесилась.

– Репутация?! Какая на хрен репутация? Эти гады вместо того, чтобы помочь, вызвать городскую стражу, наблюдали, как амбалы запугивают сирот и поджигают их дом. Они прятались, боясь попасть под раздачу! Это не люди. И мне насрать на их мнение! – выпалила я, больше не пытаясь себя сдерживать и строить благородную леди.

Потому что благородной леди Абигейл, в таких условиях не выжить.

– У нас есть доски заколотить дверь? – чуть более спокойным голосом обратилась я к Лео.

Леонард, ошарашенный моей речью, покачал головой.

– А гвозди есть?

Лео показал пальцем в сторону внутреннего двора. Я решительным шагом направилась к сараю. Вышла через кухню во двор, потом заглянула в маленькую пристройку, схватила молоток и гвозди.

Затем пошла к заколоченному третьему этажу и начала аккуратно отрывать доски, поддевая гвозди топором, на манер рычага.

Отколупав несколько штук, я отнесла их вниз и начала заколачивать дверь.

Всё это время мои домочадцы смотрели на меня ошарашенными глазами и просто хлопали ресницами, не зная, куда себя деть.

Кажется, теперь они чётко понимали, что я не Абигейл. Но мне стало плевать. Если я продолжу притворяться, то мы просто сдохнем. Потому что Абигейл не умеет готовить, разжигать очаг, не обладает знаниями моего мира, не владеет боевой магией и была не в состоянии бороться с текущими обстоятельствами.

Я отбросила косу, заплетённую утром, за спину, сдула упавшие на лицо пряди и хмуро посмотрела на них.

– Что?

– Ох, госпожа, вы поранили свои нежные ручки? – запричитали Илма. – Сейчас быстро согрею воды, надо их промыть и смазать мазью… Я с собой привезла одну хорошую, лечебную. Мигом поможет.

Я подняла руки и посмотрела на ладони. Их правда покрывало множество глубоких царапин, из которых уже сочилась ярко-алая кровь. Они горели… Особенно та, что я обожгла. Но до этой минуты под действием адреналина я совсем не замечала боли.

Да, пожалуй, няня права. Их нужно обработать.

– Сестра, ты… я люблю тебя! – закончил Лео, и всем телом прижался ко мне.

– Знаешь, я хочу быть похожим на тебя, чтобы ничто не могло сломить меня! – прошептал он мне.

Я покраснела. Значит, они не осуждают меня и не злятся на мои слова? Так и застыла с поднятыми руками, совершенно обескураженная признанием Лео. Очень уж оно вышло неожиданным.

Илма быстро обернулась с небольшим котелком и начала промывать мои раны

– Смотрю я на вас, госпожа, и вижу, что пошли вы в своего дедушку. Он тоже был горячим, правдивым и очень решительным стариком. Прямо как вы! Сразу видно порода Дюваль!

Я едва сдержала усмешку. Ловко она объяснила мой нрав… Вот только в моей голове воспоминаний о дедушке не было. Да и Илма не настолько стара… Отец Абигейл мало рассказывал о деде и других родственниках. И если говорил, то как об умном и образованном человеке. Но точно никак о порывистом горячем старикашке. Поэтому у меня напрашивался очевидный вывод: всё это Илма придумала. Придумала для того, чтобы не вызывать подозрений. А может и вовсе подловить меня.

Кажется, после едва Лео уснёт, меня ждёт серьёзный разговор.

Я внимательно следила за тем, как няня промывает мои раны, смазывает мазью и забинтовывает ладони узкими полосками чистой ткани. Делает дело и никак не выдаёт того, что поняла: я не Абигейл Дюваль. А Илма не так проста, как кажется.

Тогда всё решится вечером!

– Вот и готово! – объявила Илма, завязываю узелок.

– Лео, пошли рисовать вывеску. Сегодня надо закончить. Скоро открытие лавки, нам некогда рассиживаться, – скомандовала я и пошла вверх по лестнице.

Братишка радостно крикнул и понёсся вперёд, обгоняя меня. Хорошо быть маленьким, многое воспринимается в ином свете.

– Удачи, госпожа и господин! Я тогда приготовлю ужин, – сообщила Илма и сделала книксен нам вслед.

Я вытащила из холщовой сумки краски, кисти и бумагу. Брат благоговейно рассматривал добытые сокровища. Аккуратно касался их кончиками пальцев и поглаживал.

– Всё, хватит глазеть! – хлопнула я в ладоши. – Пора за дело.

Мы с Лео быстро зачистили вывеску от старой краски. Я нарисовала на листочке эскиз того, что хочу, и Лео принялся переносить это на деревяшку. Я ему тоже помогала – малевала буквы.

Вообще, композиция была простой: с одной стороны, музыкальная шкатулка и часы с танцующей парой, в центре текст, украшенный завитками и снежинками, с другой – холодильный шкаф и фигурка голема в виде оленя.

Сразу, как завершили эскиз, мы покрыли доску грунтом и оставили высыхать. И чтобы время не пропадало, начали думать над визитками.

– Нам нужна эмблема! Что всегда изображали на изделиях нашей мастерской? Знак, печать?

Лео пожал плечами, а я взяла музыкальную шкатулку и начала искать на обороте гравировку или оттиск, который ставил любой мастер на своё изделие.

На обратной стороне, в самом дальнем уголке спрятались снежинка, олицетворяющая магию, шестерёнка, кристалл и штихель, которым выписывали магические руны. Под изображением располагалась фамилия Дюваль.

Я показала значок Лео и попросила нарисовать такие же иконки на визитке красной краской. Мальчуган кивнул и приступил к работе. А сама, оставив брата одного, занялась грелками. Закончив партию к вечеру, я выдохнула. Хорошо, теперь этого хватит и для продажи, и для раздачи бесплатных экземпляров.

Я спустилась к Лео на первый этаж и обомлела. Иллюстрации брата превзошли мои ожидания. Он нарисовал партию визиток и уже заканчивал вывеску. Леонард сработал быстро и качественно, так словно был создан для этого.

– Эй, эй, а говорил, что не обладаешь талантом. Если это и не он, тогда что?! – обняв его за плечи, произнесла я.

Лео засмущался и очаровательно покраснел.

– Ну, если ты так считаешь, то я с тобой соглашусь, – пробормотал он, отводя глаза.

Ну, настоящий скромняга.

– Ужин накрыт в столовой, – объявила Илма.

Вместе с её приходом мы почувствовали запах пирогов. М-м-м! Рот сам собой наполнился слюной, а живот заурчал, напоминая, что во всей этой суете, мы пропустили обед.

Пироги и правда оказались вкусными. Тушёная капуста с яйцом в качестве начинки. Я сразу вспомнила студенческие и школьные годы, когда мы только и делали, что таскали пироги из столовки. А моя бабушка, что была ещё жива на тот момент, частенько пекла их сладкими. Тёплые воспоминания наполнили душу светлой грустью.

– Спасибо, Илма! Это весьма вкусно, – поблагодарила няню и, прихватив несколько штук, пошла обратно в мастерскую.

Пусть я закончила с товаром на сегодня, меня ждала увлекательная практика с магией. Во время поджога нашей двери бандюганами я чётко осознала, нам нужны защитники. Но просить кого-то… Нет уж, увольте! Больше я ни на кого полагаться не собираюсь. Особенно на мужчин. Хватит мне одной ошибки в жизни. Поэтому я сама создам защитников и помощников!

Время познать себя, свою магию и сотворить чудо!

Я задёрнула шторы, открыла всё лекции Абигейл и записи предков.

Первым делом погрузилась в медитацию. В этом мире у людей, обладающих магией, в теле был ещё один орган – рокан. Он находился рядом с сердцем и отвечал за распространение магии по магическим жилам. Магия же являлась некой субстанцией, которая находилась в окружающей среде и была невидима глазу. Но во время медитации, погрузившись в транс, люди могли почувствовать, как она наполняет каждую клеточку тела и в рокане, растекается по магическим жилам словно кровь.

Именно эти познания являлись ключом к полному контролю магического дара. В записях рекомендовалось глубоко дышать, отрешиться от всех мыслей – очистить свой разум. Это я и пыталась повторить. Сначала шло тяжело. Я никак не могла выключить мозг, сосредоточившись на биение собственного сердца, вдруг прозрела. Перед глазами будто промелькнула вспышка. Я меня наполняет холод. Он по моему телу, подобно крови. А у меня в груди под сердцем, словно образовалась бескрайняя ледяная, которая и служила источником этого холода.

И эта сила требовала, чтобы я дала ей выход. Я распахнула глаза, выставила руку вперёд и прошептала:

– Декранто!

Пол и шкаф в полуметре от меня покрылись льдом.

Я победно ухмыльнулась. Что ж одним боевым заклинанием заморозки я пополнила свой арсенал. И теперь я уже не такая беззащитная и трепетная лань.

Я поднялась и начала смотреть лекции Абигейл. У неё нашлось пару листков с записями о боевых плетениях.

Декранто – это общее заклинание, формирующее магическую силу в сгусток. Поэтому являлось базовым и самым простым. У каждого мага оно было особенным и зависело от его таланта.

Следом шло Этнок – простое плетение щита в виде небольшой стены. И третье – Лашон – смертоносные лезвия. Эти заклинания я внимательно изучила и запомнила, но в помещении решила не пробовать. А то вдруг испорчу что-нибудь. Итак, шкаф придётся размораживать.

Заложив страницы, я снова начала изучать информацию по сотворению големов. Не тех простеньких фигурок, которыми баловалась Аби, а больших габаритов и со сложными функциями. По сути, я собиралась создать полуразумное существо.

Важным элементом для них являлись магокамни – кристаллы, что я видела во всех артефактах. В мастерской было несколько штук, и я собиралась ими воспользоваться.

Подхватив нужные записи, я быстро накинула пальто, взяла фонарь и вышла во внутренний двор.

Сначала опробовала заклинание защиты – этнок. И была обескуражена тем, что передо мной с первого раза выросла ледяная стена. А ведь Аби, не была способна даже на самое простое плетение. Если сюда заявятся её сокурсники, будет сложно объяснить такой скачок сил.

После этого пока стена не растаяла, я опробовала третье плетение. Оно не получилось с первого раза. Лишь когда я разозлилась и представила лица своих врагов на ледяной стене, в которую целилась и вложила не только силу, но и чувства, из моей ладони вылетело три острых ледяных кинжала, и кучкой врезались в середину стены.

Да, я опасная штучка! Теперь главное – вбить эти заклинания и чувства себе на подкорку, чтобы в случае смертельной угрозы моей жизни их применить.

Следом пришёл черёд големов. Я начертила руны на снегу, положила посередине магокамень и наполнила их силой, представляя фигуру первого голема – оленя. Я решила, что он великолепно послужит нам и как извозчик, и как защитник.

Когда ледяная фигура собралась и заблестела под светом звёзд, я вытерла со лба проступивший пот – первая половина работы готова. Будто программный код я наносила руны на тело голема и наполняла их силой. Поэтому когда олень фыркнул, я захлопала в ладоши от восторга. Неужели я смогла?! Покрутила в руках штихель, подошла к своему творению и, сверяясь с учебником, нанесла завершающие руны – укрепления, защиты и огнеупорности.

Затем скомандовала, довольная собой:

– За мной, Рудольф!

И сразу начала тест-драйв. Походила по двору, голем не отставал. Я отдавала простые приказы, и он их успешно выполнял. Для проверки атакующих навыков, возвела ледяной щит и послала оленя на штурм. Рудольф с одного удара разбил тонкую стену рогами и дальше поцокал, горделиво выпятив грудь.

Я усмехнулась, поставив себе высший балл за проделанную работу.

Следом я слепила снеговика и вооружила его вилами. Назвала своего охранника Олафом. Так как выглядел он весьма дружелюбно. Но стоило кому-нибудь выразить угрозу, как снеговик мог насадить недоброжелателя на вилы.

И последним я соорудила посыльного снеговика, который по моей задумке должен будет продемонстрировать возможности големов и их применение в обычной жизни. Оан мог доставлять корреспонденцию, нести тяжёлые сумки, закрыть хозяина собой в случае угрозы его жизни или выполнять какие-то простые поручения.

Закончив, я пошла домой и привела с собой опытные образцы. Домочадцы обалдели. Илма чуть не выронила тарелку, которую мыла. А Лео, заскочивший на кухню за ещё одним пирожком, так и замер с открытым ртом.

– Я же сказала, что сделаю големов! Чего вы так удивляйтесь. Знакомьтесь, – я быстро перечислила имена големов и их способности.

– Очуметь, – восхитился Лео и запрыгнул на спину Рудольфа. – Вперёд Руд!

Но олень не шелохнулся. Я не успела уточнить, что пока они слушаются лишь меня.

Я усмехнулась, покачала головой и отдала приказ:

– Руд, отвези Лео в мастерскую и обратно.

Рудольф бодро застучал копытами и, быстро перемахнув все ступеньки, скрылся с глаз в проходе второго этажа.

– Так они что не таят? – отмерла Илма.

– Как видишь, – я усмехнулась и вытащила уголёк из камина, поднесла к Олафу, и голем даже не подтаял. Абсолютно никакой реакции.

– Госпожа, мои поздравления. Кажется, вы совершили невозможное.

– Сестрёнка, сестрёнка, а можно я завтра пойду на улицу и покатаюсь на нём? Вот все офигеют! – радостно завопил Лео и кинулся ко мне.

– Если он мне не будет нужен, да. Но ты ведь помнишь у нас скоро открытие лавки и надо быть начеку, вдруг к нам опять заявятся бандиты. Или вдруг они подкараулят и схватят тебя?

– Я буду осторожен, к тому же твой монстр, будет меня защищать. Ты ж ему вон какие рога прикрутила!

– Это олень, из древних легенд, а не монстр, – поправила братца.

– Ой, да какая разница, – отмахнулся малыш. – Главное, что ребята, увидев его, перестанут задирать нос.

Лео сверкал глазами и уже строил планы. Я поняла, что разговаривать с ним сейчас бесполезно. Слишком взбудоражен и увлечён. Поэтому отправила Рудольфа и Лео в комнату. А остальных големов на склад мастерской.