Текст книги "Снежная лавка госпожи Дюваль (СИ)"

Автор книги: Анастасия Эрн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Судя по беглому просмотру памяти Илма и правда работала в доме и была нашей няней. Два года назад Орвилл рассчитал её, потому что Илма перестала справляться, а у нас не хватало финансов на жалованье трём служанкам. В доме осталась лишь кухарка и горничная Беки. Илма уехала к детям в деревню, а сейчас вернулась, едва до неё дошли слухи, что мы в беде. И она, как никто другой, знала Абигейл, поэтому мне следовало отказаться от помощи старушки. К том же, платить мне ей было нечем.

– Готовлю я, нянюшка, – честно призналась я. – Этот пирог, что за обе щеки уплетает брат, весьма хорошее доказательство моих способностей. Думаю слухи, что до вас дошли, содержали сведения, что мы разорены и по уши в долгах. Посему платить жалованье вам нечем, – я не стала утаивать факты. – Мы едва сводим концы с концами. Мы даже были вынуждены уволить всю челядь. Прошу нас простить.

Илма замахала руками и пустила слезу.

– Ох, и где это видано, чтобы госпожа сама готовила, прибиралась, портила свои нежные ручки?! – запричитала она. – Если бы ваша матушка и батюшка об этом узнали… – она громко всхлипнула, промокнула глаза платочком, а потом решительно заявила. – Ничего, я всё понимаю. Денег мне не нужно. Я приехала помогать вам. В конце концов, вам, госпожа, надо позаботиться о себе, а я позабочусь о вашем быте! И если говорить начистоту, даже если вы меня будете выгонять, не уйду. Гнить мне в аду, если допущу такое!

– Э-э-э-э, спасибо… – с лёгким испугом выдохнула я.

– Илма, а, может, хоть иногда Аби будет помогать тебе готовить? – с надеждой переспросил Лео и посмотрел на меня.

– Ну, если только иногда, – разрешила Илма и сама с удовольствием взяла второй кусочек пирога. – Я прекрасно понимаю ваши чувства, господин Лео, у госпожи кулинарный талант!

– Раз мы всё обсудили, я пойду открывать мастерскую, – сообщила своим домочадцам и пошла за инструментами.

– О, я тебе помогу, сестрёнка! – тут же соскочил со стула Леонард.

Пирог и чай были моментально забыты. Мальчугану не терпелось помочь снять доски с перехода и самому заглянуть в заброшенную мастерскую.

Вместе с Лео нам быстро удалось открыть двери. Вторая половина дома уже много лет не использовалась. Её законсервировали вместе с магазином на первом этаже. Как результат, там скопилось много пыли и паутины. Затхлый сырой запах неприятно покалывал нос. Я даже поёжилась. Но здесь, в отличие от остального дома, всё ещё висели картины, какие-то грамоты и даже красивые портьеры на окнах.

Мы прошли через переход на втором этаже и сразу оказались у кабинета и мастерской. Там хоть и было холодно, но царил порядок. Все предметы мебели завесили белой тканью, а лишние вещи сложили в коробки.

Мы спустились на первый этаж в лавку и склад. Там тоже прослеживались рука рачительного хозяина, который надеялся в скором времени вернуться к семейному бизнесу и сохранить всё в наилучшем виде. На полках под тканью стояли нераспроданные музыкальные шкатулки и даже холодильный шкаф. На третьем этаже комнаты по-прежнему ожидали слуг и служащих дома. В общем, необходимо было просто прибраться и как следует протопить здание, чтобы избавиться от запаха сырости.

Этот процесс мы не стали откладывать в долгий ящик и начали уборку. Втроём к ночи мы привели в порядок кабинет и мастерскую. Так что уложив домочадцев спать, я удобно устроилась в кресле и погрузилась в изучение записей о магии, создании артефактов и воспоминания Абигейл.

Что ж, мои наскоро сделанные выводы оказались ошибочны. Удивительно, как у меня вообще получился голем-снеговик. Создавать артефакты непросто, это была какая-то смесь физики, химии и программирования, роли которого выступали магические заклинания и руны, если искать какие-то аналоги в современном мире. А для использования магии, в том числе той, что я заморозила кредиторов бандитской наружности, требовались заклинания и мана. И то и другое у меня имелось, однако Абигейл обладала весьма скудным потенциалом. Поэтому артефакторика являлась пределом её возможностей. По этой же причине она не могла сделать больших големов, огромные артефакты и применять боевые заклинания.

Очевидно, что смерть, либо травма, либо моё вселение в её тело повлияло на Аби, поэтому запас сил вырос.

Что же касалось моих планов по созданию грелок для рук, улучшению холодильника и новому открытию лавки, для участия в тендере, то мне требовалось время. Я тщательно изучала лекции Абигейл и её память, дневники предков Дюваль и их раскладки по созданию холодильного шкафа. Когда я закончила с этим, моя голова раскалывалась от объёма знаний, которые требовалось усвоить, а на дворе была поздняя ночь. Свечи почти догорели, и камин потух. Но во всём этом было кое-что приятное: оказывается, Дюваль продали свои чертежи королевской артефакторской мастерской и получали процент с продаж и за счёт этого и жили. Договор был составлен так, что мы могли продать свою разработку и другим мастерским и также производить холодильники самостоятельно. Вот что долгие годы позволяло семейству Дюваль оставаться на плаву. Однако отчёт о продажах и выручка придут лишь к весне, и даже этот доход не покроет все долги Ирвина.

От усталости я потёрла глаза рукой.

– Соберись, Аби-Аля, начнём с малого. Нельзя отчаиваться и отступать. Терпение и труд всё перетрут. Сначала закончим уборку в мастерской, создадим грелки, а затем перейдём к артефактам. Поэкспериментируем на маленьких фигурках големов. А теперь спать, об остальном подумаем утром на свежую голову! – сказала я себе самой и поплелась в спальню.

От волнения я проснулась рано, на рассвете. Хотя для нас, жителей современных мегаполисов, это было вовсе не утро, ведь зимой световой день намного короче и солнце встаёт куда позже, нежели летом. Но здесь, в Тотбурге люди жили, больше ориентируясь на солнце, и жизнь начиналась и заканчивалась с его лучами.

Сегодня я ночевала в спальне барона, Лео в другой, а нянюшка в комнате для слуг над мастерской. И судя по тому, что в доме было тепло, она уже тоже встала и протопила камины. Я потянулась и покаталась с боку на бок по мягкому матрасу, наслаждаясь шелковистостью постельного белья. Затем раскинула руки и ноги звездой и задумалась.

Меня не отпускала мысль о том, что я заняла тело Абигейл. Я боялась как внезапного возвращения в свой мир, так и раскрытия того факта, что я не Абигейл, принятия меня за какого-нибудь демона… От таких допущений воображение рисовало жуткие картины моего линчевания, меня прошибал пот, а сердце норовило выскочить из груди. Нет, такого поворота событий нельзя допустить. Я должна походить на люэну Абигейл, хотя бы минимально, пока я здесь.

Сколько я не копалась в памяти Аби, никакой информации о путешественниках сквозь миры я не нашла. Возможно, их тут и не было, а может, всё это тщательно скрывалось.

Вдруг я всё же не умерла в своём мире… тогда я вернусь домой?! Или просто исчезну? Пронзила меня следующая мысль. Я потёрла лицо руками, тихонько завывая. А затем решительно сжала кулаки. Нет, если кто и мог такое провернуть, то, исключительно бог. Поэтому самым лучшим решением будет наведаться в храм! Так, а что здесь с религией?!

Я прикрыла глаза. Яркие картинки закружили меня в хороводе сменяющихся кадров. Я будто смотрела фильм. На основании его сделала несколько простых выводов: у каждого народа, проживающего в этом мире, свои божества и многие являлись язычниками. Люди во Фрухтранде поклонялись трём богам. И именно им возводили храмы. Верховный бог Алоис, его младший брат Манфрид и их сестра Марлис. Алоис отвечал за рай, Манфрид за ад, а Марлис, богиня справедливости – за перерождение и суд.

Вот именно к марлис мне и стоило обратиться, возможно, она ответит на мои молитвы. Я поднялась с постели, быстро приняла ванну, оделась в платье и добавила к своему списку дел поход в церковь.

– Доброе утро, госпожа Абигейл, я как раз шла вас будить. Завтрак уже накрыт, – сообщила нянюшка и слегка склонила голову.

– Благодарю, Илма, – вежливо произнесла я и зашла в трапезную.

Теперь стол выглядел как в старые времена из воспоминаний Аби: застелен изящной скатертью и красиво сервирован, пусть и деревянными ложками. Дорогие мельхиоровые все распродали.

Я улыбнулась и уселась за стол. Няня просто погрела приготовленную мной вчерашнюю еду, а новую варить не стала, чтобы лишний раз не переводить продукты.

– Что вы собираетесь делать, госпожа? – тут же осведомилась о моих планах Илма, едва я начала пить чай.

– Привести в порядок лавку, сделать несколько артефактов, сходить в церковь и принести извинения начальнику стражи – господину Хоуку.

– Незачем тебе ходить к этому гаду! – широко зевая, пробормотал Лео.

– А вот и есть зачем! – отрезала я. – Я хочу подать заявление о розыске Ирвина, а ещё на передел имущества. Как маг, унаследовавший семейный дар, я имею право стать основной наследницей. Тогда, возможно, я смогу вообще ничего не платить кредитором и признать расписки Ирвина неправомерными.

– Ох, святая Марлис, – сложила ладошки Илма и поцеловала изображение богов, что носила на шее. – Госпожа, а коли не выйдет? Судебные издержки весьма велики!

– Ничего, но и выигрыш в случае успеха ещё более значим.

– И всё равно, я против, чтобы ты встречалась с драконородным, – Лео начал вяло ковыряться в каше. Весь этот разговор определённо портил ему аппетит.

– Я понимаю, что тебе не нравится его происхождение и самомнение…

– Нет, дело не только в этом. Он очень пугает. От одного его взгляда у меня мороз по коже, сестра. Он похож настоящего убийцу. Ты видела его руки, шрамы… Наверняка не раз бывал в сражениях. И на нас… на нас он смотрит как на грязь под своими ногами, – отвёл глаза в сторону Лео. – К тому же он виноват…

– Глупости! Господин Реджинальд Хоук не виноват в моей травме. Такое могло произойти с каждым. Если и кто и виновен, то владелец здания, что не почистил козырёк и убрал сосульки. А господин Хоук дал тебе визитку и деньги! Наоборот, помог.

– Ничего он не собирался давать… – Лео покраснел и сжал в руках ложку, так сильно, что показалось, того гляди её сломает!

– То есть он прошёл мимо девушки в беде? Вот бесчувственный чурбан! – тут же возмутилась Илма.

– Когда сестра меня оттолкнула, а на неё сверху упал лёд… я остолбенел. Просто смотрел, как под её головой искрящийся белый снег окрашивается в алый! А он даже не заметил, просто пошёл дальше. Лишь когда люди начали кричать и говорить, он обратил на нас внимание. Подошёл, обмотал голову Аби своим шарфом, донёс до дома, кинул визитку, монетку и велел вызвать лекаря. Даже не извинился. Целитель у нас один на город и денег на его услуги едва хватало, но он не явился к нам. Конечно, зачем ему такой нищий сброд, когда есть клиенты побогаче. А потом, когда я пришёл к Хоуку с просьбой о помощи, он проигнорировал нас!

– Послушай, – я строго посмотрела на Леонарда. – Это не вина господина Хоука. Он вообще не обязан был нам помогать. Подумаешь, слишком сильно хлопнул дверью. С таким подходом к этой истории можно притянуть за уши кого угодно. Но господин Хоук не толкал меня под падающие сосульки, не кидал их в меня и уж точно не желал моей смерти. Он был вообще не обязан помогать. Просто сжалился над нами. Понимаю, ты хочешь кого-то обвинить, выместить на ком-то злость. Но поверь, господин Хоук этого не заслуживает. Вчера, когда я задумалась и едва не попала под копыта лошади, он снова меня спас. И узнав положение нашей семьи, посчитал меня очередной ушлой девицей, возжелавшей женить его на себе!

– Какой кошмар! – ужаснулась нянюшка и присела на стул.

Лео надулся и покраснел.

– Пусть я и благодарен ему за твоё спасение, он мне всё равно не нравится!

Да пока что мальчику очень тяжело признавать свою вину. Ничего, перерастёт.

– Поэтому я хочу приготовить пирог и отнести господину Хоуку в знак благодарности и извинения за доставленные неудобства. А также попрошу совета в нашем деле.

– Хорошее решение, госпожа Абигейл, – похвалила меня Илма. – Вы выросли прекрасной рассудительной девушкой, – умилялась она. – Ваша матушка и батюшка непременно бы гордились вами!

– Ну что вы, – от такой похвалы я засмущалась. У меня вспыхнуло лицо, и я снова нервно потеребила мочку уха.

– Но тогда вам совершенно некогда заниматься мытьём лавки. В храм трёх богов лучше сходить в первой половине дня. Пеките ваш пирог и идите по делам! – велела няня.

В принципе я была не против, но перекладывать дела на пожилую женщину мне было жутко неудобно. Меня учили уважать старость.

– Ничего-ничего! – тут же прочитала мои мысли Илма. – Воды мне принесёт Лео, я возьму швабру и потихоньку вымою всё. Готовить мне не придётся, ведь вы вчера хорошо расстарались, госпожа. А я всё равно не могу сидеть сложа руки.

Я неуверенно кивнула и пошла ставить пирог. Быстро затворила тесто для заливного кекса, насыпала туда чуть-чуть дроблённых орехов и изюма, а затем отправила в духовку. Сама же в это время вышла во внутренний двор и решила попрактиковаться в магии.

Вчерашний вечер не прошёл зря. Я чётко усвоила, как моё тело накапливает ману, где её источник и как правильно нужно кастовать заклинания, как создавать големов. Поэтому через десять минут рядом со мной стояла несколько маленьких зверюшек. Я наделила их простыми функциями и пошла показывать домочадцам.

– Ого, что это за чудики, сестра? – тут же воодушевился Лео.

Присел на корточки и начал рассматривать.

– Это заяц, олень и медведь…

– Никогда таких не видел! Ты их в каком-то бестиарии нашла? Или сказок перечитала?

– Да-а-а-а, – меня бросило в пот, и я нервно засмеялась. Влипла! Кажется, здесь таких зверей не водится. И как мне теперь отмазываться?! – Я… я… выдумала их! Правда, миленькие?

– Да, забавные. Но, а что ты будешь делать с такими големами? – тут же задал следующий вопрос любопытный мальчуган.

– Хочу их продавать. Если их увеличить, то они смогут заменить лошадей, например…

Илма скептически выгнула бровь.

– Помню, вы подобным баловались с детства! Вот времена-то были, – она стряхнула с тарелки воду и начала её протирать полотенцем. Прикрыла глаза, ускользая в прошлое. – Но такое никто покупать не будет.

– Они могут быть посыльными, охранниками, доставщиками, даже гонцами. А ещё могут здорово украсить и оживить праздник! – тут я вытащила свой козырь – объявление о проведении конкурса.

– Госпожа Абигейл, бросьте эти глупости! – покачала головой нянюшка. – Лучше поищете себе мужа или на худой конец собирайте музыкальные шкатулки. Неженское это дело соваться в мужскую профессию. Пусть супруг решает ваши проблемы.

– Интересно за кого мне выйти замуж?! Не вижу тут очереди за порогом! Если найдёшь, покажи! – вспылила я. – Выходить за наглого Гарриета Хана не собираюсь! Пусть хоть золотые горы обещает, не пойду! – в конце речи от напряжения я даже слегка топнула ногой.

– Простите, госпожа! – тут же отступились Илма. – Я не сомневаюсь в ваших талантах. Просто этот мир слишком жесток, особенно для женщин, и вдвойне для тех, у кого за спиной нет защитников, госпожа Абигейл. – Нянюшка помрачнела и сжала полотенце, так что костяшки её рук побелели.

Я тут же успокоилась, глядя на её реакцию. Стоило проявить больше выдержки. Ну чего я разъярилась в самом деле? Няня Илма прожила долгую жизнь и знает этот мир куда лучше меня, поэтому так и говорит. Наверняка она столкнулась и испытала всё на собственной шкуре. И желает лучшей доли для меня.

– Я уже пробовала найти работу, но сбилась с ног, – здесь я не соврала Абигейл и правда искала работу. Но такой белоручке как она, постоянно отказывали. А иди работать магом – диплом не получила, а к тяжёлому труду непригодна, да и унизительно это для благородной дамы! Впрочем, голод не тётка, если что я куда угодно пойду. Но своим домочадцам говорить об этом не стала. – Вариантов у меня немного. Если бы у меня был чудесный жених – человек, на которого я могу положиться, любящий меня, я бы не сомневалась и мигом вышла за него. Увы, рядом со мной таких нет. Поэтому я сама позабочусь о себе и своей семье! И всё, о чём я прошу – это просто поддержать меня и верить… хотя бы чуть-чуть!

– Госпожа, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вам, и, естественно, поддержу вас, если таково ваше решение! – Илма лучезарно улыбнулась.

– Сестрёнка, я тоже тебя поддержу! Думаю, твои артефакты непременно понравятся людям и они их оценят! – подбодрил меня Лео. – Твой снеговик уже навёл шороху!

Я улыбнулась и пошла доставать пирог из духовки. Вкусный аромат выпечки начал расплываться по кухне, дразня обонятельные рецепторы.

Я надела рукавчики, наклонилась и вытащила красивый, румяный кекс. Ну господин Хоук, если ваше сердце не растает от моих слов, то желудок уж точно дрогнет от такого аромата и вкуса!

Я упаковала пирог в коробку, переоделась в лучшую одежду, что у меня была – синее форменное платье, красное ученическое пальто, надела тёплые чулки, сапожки и алую шапку боярку, отделанную белым мехом. Подмигнула своему отражению.

– Красотка! Тебе всё по плечу! – приободрила саму себя напоследок и выбежала из дома в суровую зиму.

На улице поднялся ветер, а солнце скрылось за тучу. Мелкие хлопья снега летели прямо в глаза, нос и рот. Мороз обжигал щёки, так что хотелось закутаться в шарф поглубже, а лучше вернуться домой к жаркому камину. Укрыться пледом и заварить себе какао!

– Так, – одёрнула себя. – Что ещё за мысли. Скоро деньги кончатся, и будешь ты питаться водой, и никакого тебе чая, не то что какао!

Я прибавила шагу и поспешила на центральную площадь в храм трёх святых. Он располагался ближе всего к нашему дому.

Высокий, красивый храм в романском стиле привлекал внимание своей основательностью и величественностью. Конечно, он не образовывал латинский крест по своей форме, а был построен в виде прямоугольника с полукруглым окончанием и боковыми ответвлениями. Посетителей встречала входная группа с тремя остроконечными башнями, в которых располагалась звонница и другие хозяйственные помещения. Далее шёл зал с колоннами, мозаиками с изображениями святых. В конце храма находился алтарь со статуями богов под куполообразной крышей, украшенной фресками.

В помещение царил полумрак и тишина. Мягкий огонь свечей слабо освещал пространство, как свет из узких окон. Зато создавал таинственную атмосферу и настраивал на нужный лад. Люди, заходившие сюда, покупали подношения – красивые фигурные свечи, зажигали их у ликов святых и богов, молились и уходили.

Я, последовав примеру горожан, купила три свечи, подошла к статуям богов, зажгла их и поставила каждую в отдельное кандило, а затем обратилась к ним со своей просьбой.

Но мне, как и ожидалось, никто не ответил, не подал никакого знака. Даже свеча не полыхнула сильнее. Я уже хотела уйти, как поняла, что лик богини начал расплываться, а я внезапно перед собой увидела старушку. Ту самую, у которой покупала игрушку. Вдруг её губы растянулись в улыбке, и она шепнула:

– Круг перерождений совершён. Потерянная добрая душа вернулась на место. Исполни мечту. Твой дом отныне здесь.

А я даже глазом моргнуть не успела, как снова увидела перед собой статую. Показалось? Я потёрла глаза рукой. А затем выскочила из храма. Дела… Видимо, это и есть ответ, на все мои вопросы. Только легче не стало. Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. Буду стараться соответствовать стандартам аристократов и списывать свои странности на чудинки всех магов, любимцев богов.

Решительно похлопала себя по щекам и направили свои стопы в городскую ратушу.

Как я выяснила из воспоминаний Абигейл, там находился суд, отделение стражи и совет.

Здание, как и церковь, было полностью построено из серого камня и выглядело весьма красиво, хоть и более скромно, нежели храм или замок. Его также украшали милые фигурки зверей, барельефы, декоративные аркады, полуциркульные арки и большая башня с часами. Напротив ратуши, как у храма, красовался фонтан. Правда, сейчас он был занесён снегом, и я не могла разобрать, что находится в его центре.

Я поднялась по ступенькам, решительно выдохнула, толкнула массивную дверь и вошла. Внутри толпился народ, что пришёл к судье со своими вопросами. Я осторожно обошла всех и приблизилась к стражнику, несущему здесь службу. Натянула милую улыбку и просила:

– Господин, не подскажите, а где мне найти капитана городской стражи Реджинальда Хоука.

– Вам надо подняться на второй этаж, свернуть направо в первый кабинет, – неохотно пробубнил служивый.

– Благодарю!

Мужчина ничего не сказал, лишь проводил меня кислым взглядом. Мне это не понравилось. Под ложечкой засосало от плохого предчувствия. Тем не менее мне следовало урегулировать свой вопрос. Едва я поднялась на второй этаж, как увидела Гарриета. Я быстро шмыгнула за угол, пока он меня не заметил. Вжалась в нишу и закрыла рот ладошкой, пытаясь скрыть даже своё дыхание.

Интересно, что он здесь забыл? Впрочем, ответ долго искать не пришлось. Краем глаза я заметила, как Хан пожал руку нескольким людям весьма презентабельной внешности. Все они сжимали бумаги, свёрнутые трубочкой. До меня донеслись их голоса и преждевременные поздравления Гарриета с победой.

Я быстренько сложила два и два. Хан пришёл подать заявление на конкурс, как и те двое. И они поздравляли Хана, ничуть не сомневаясь в его победе, но желали все же попытать удачу или хотя бы создать видимость конкуренции.

Внезапно они двинулись в мою сторону. Я попятилась и не придумала ничего лучше, чем заскочить в ближайший кабинет.

– Вы что-то хотели, леди? – раздался у меня за спиной знакомый голос.

Я охнула и обернулась.

За массивным деревянным столом, заваленным кучей бумаг, сидел Реджинальд Хоук. Он даже не оторвал взгляд от документа, просто машинально задал дежурный вопрос.

– Здравствуйте, господин Хоук, – нервно выпалила я.

– Опять вы, – обратил внимание на меня драконородный и выгнул бровь. – Каким ветром вас сюда занесло, госпожа Дюваль? Что на этот раз устроите?

– Ох, вы всё не так поняли! – сконфуженно произнесла я и замахал руками. Мысленно ткнула себя: "Соберись, Аби-Аля." – Я пришла извиниться за недоразумение. Мой брат ещё слишком юн, вспыльчив и горяч. Мы остались одни, поэтому ему так тяжело. В той ситуации, когда на меня с крыши свалился снег и сосульки, вы поступили очень благородно. Не бросили даму в беде и помогли. Многие способны лишь тяжело вздыхать, но не вы. Мой брат незаслуженно обвинил вас и оскорбил. Поэтому прошу принять в качестве извинений кекс. Я сама испекла его для вас.

Я поставила на стол коробку, перевязанную лентой, и замерла, ожидая ответа.

Реджинальд наклонил голову вбок, пряди его чёрных волос упали с плеча и шелковистой волной опустились на крепкую шею. Он лениво поднял руку, чтобы взять моё подношение. Ткань синего кителя опасно натянулась на бицепсах, обрисовывая стальные мышцы. Я сглотнула, наблюдая за тем, как моя коробка с кексом была безжалостно смята его пальцами. Братишка был прав, драконородный выглядел очень опасным и вместе с тем ужасно привлекательным. Мне стоило держаться от него как можно дальше.

– Упс, не думал, что она настолько хрупкая! – с притворным сожалением произнёс он и улыбнулся, обнажая чуть более длинные и заострённые клыки, нежели у людей.

– Ох, не переживайте! Я сама виновата, стоило принести вам подарок в более прочной упаковке, или открыть самостоятельно. Кто ж знал, что вы плохо контролируете свою силу! – я отзеркалила Реджинальду его улыбку и продолжила. – Но уверена, оттого что пирог помялся, он не стал менее вкусным!

Сердце в груди заполошно застучало оттого, что я собиралась сделать, но я просто отринула страх. Ну не съест же он меня в самом деле за подобную выходку?

Я быстро обогнула стол. Выхватила коробку из его пальцев, развязала ленту и явила миру свой кулинарный шедевр. В то же мгновение по комнате пополз приятный сладкий аромат сдобы.

Я схватила нож для бумаги, который лежал на краю стола, откромсала им кусочек кекса и поднесла к чуть поджатым губам драконородного.

И ещё более нагло заявила:

– Вы же не дадите пропасть моим трудам?

Внезапно Реджинальд обхватил моё запястье своей рукой и довольно болезненно сжал, надавливая пальцами на болевые точки.

– Вы так настойчиво хотите меня накормить, что это пугает? Признавайтесь, госпожа Дюваль, там приворотное зелье?

Его глаза грозно сверкнули, не обещая ничего хорошего. Мужчина повёл носом вдоль куска пирога, будто мог разложить запах не мельчайшие компоненты и различить яд. А я внезапно ощутила себя такой крошечной, хрупкой и ничтожной по сравнению с сидящим напротив меня хищником. Глупая, как я вообще додумалась до того, чтобы дразнить это существо?! Он же может в один миг свернуть мне шею, да что там просто раздавить как надоедливую мошку и не заметить. Мне следовало что-то сказать ему, но язык отчего-то прилип к нёбу, а горло сдавило. Мне было необходимо убедить Реджинальда, что я не собиралась травить его, но я оцепенела. Просто моргала и словно загипнотизированная смотрела, как он подносит мою руку с пирогом всё ближе к своему рту. Размыкает полные губы, вонзает клыки в нежный, воздушный бисквит и с задумчивым лицом пережёвывает его.

А ведь всего одно его слово и меня кинут в темницу. Одно слово и моя вторая жизнь закончится, едва начавшись. Теперь-то я поняла, о чём говорила няня Илма. Я зажмурилась не в силах смотреть и замерла, как вдруг услышала…

– Весьма аппетитно, – довольным голосом пробормотал драконородный, который всё ещё продолжал сжимать моё запястье.

Я распахнула глаза и уставилась в его, только сейчас понимая, что даже сидя он был всего лишь на голову ниже меня. Огромный, словно гора. Опасный, как самый свирепый хищник. К таким нельзя приближаться. Сердце так колотилось в груди, что его стук отдавался в ушах. Я собралась с духом и просипела, едва не заикаясь на каждом слове:

– Я не добавляла туда ничего, если… если желаете, я сама могу съесть кусок…

Тем временем Реджинальд ещё раз откусил кекс и коснулся губами моих пальцев. Горячие… Нет, для моих заледеневших рук они показались обжигающими. Жар стыда охватил меня с головы до пят. Поверить не могу, что я взрослая женщина, давно познавшая любовные ласки, так смущаюсь!

Капитан медленно прожевал пирог, облизнул губы и произнёс, глядя мне в глаза.

– Я не против… – при этом он так криво улыбнулся, слизнул остатки пирога с моих пальцев. Всё до последней крошки. Я почувствовала, как его горячий влажный язык касается моей кожи, как клыки чуть прикусывают подушечки, посылая разряды тока. Порочно и неуместно! Что он творит?!Я абсолютно не понимала драконородного, что сидел напротив меня. Чёрт возьми! Мне стоило вырвать руку, отчитать наглеца и уйти. Но пусть это было непристойно и дерзко, опасно и пугающе, вместе с тем мне это нравилось. Какая-то часть меня жаждала узнать, а что он сделает дальше? Как далеко зайдёт? Та испорченная девчонка внутри меня, желала узнать, а как много себе позволит господин Хоук?

Едва он закончил, как дёрнул меня на себя, усаживая на колени, отломил пальцами кусочек и поднёс к моим губам. В этот момент я вырвалась из плена его медовых глаз, мысленно дав себе подзатыльник.

Аля-Аби, что ты творишь?! Эта игра зашла слишком далеко! Пора остановится. Иначе… Иначе ты можешь лишиться тех крох репутации, что имеешь! Аристократка, дочь барона, Абигайл Дюваль, не следует находиться в кабинете наедине с мужчиной дольше пяти минут! Аристократки, не разрешают облизывать свои пальцы… Даже поцелуй чуть выше запястья недопустим…

Я размахнулась и влепила ему пощёчину. Вскочила с его коленей и отпрыгнула в сторону. Реджинальд даже не дёрнулся, просто распахнул глаза пошире. Кажется, ещё ни одна дама не давала ему отворот поворот. Он коснулся пальцами горящей щеки, будто не верил в происходящее. Спустя мгновение его губы растянулись в хищной улыбке, и он прошелестел:

– Занятно!

– Я… Простите! Как и говорила ранее, меня не интересуют отношения с вами… – затараторила я и попятилась к двери.

Реджинальд же грациозно поднялся с кресла и начала неумолимо надвигаться на меня.

– Я пришла извиниться. Не более! В пи-пирог ничего не сыпала! Клянусь! Я просто… Просто… Вы и сами знаете, что мой брат Ирвин проиграл всё… Даже дом заложил! Я хотела подать на него в розыск и обратиться в суд для пересмотра прав на наследство и тут! Я же… маг!

Но сколько бы я ни говорила, Реджинальд не останавливался. Он продолжал наступать, снял один-единственный перстень со своего пальца, отбросил его в сторону, подцепил узел шейного платка-галстука и загнал меня в угол с абсолютно беспристрастным лицом. Лишь его сияющие хищным блеском глаза говорили мне, что, кажется, он сделал меня своей добычей и ни за что не отпустит.

– Люэна Абигейл… сколько в вас магической силы? – спросил Реджинальд, в тот момент, когда мои лопатки коснулись дверного полотна.

Я начала нащупывать рукой ручку, чтобы попытаться сбежать.

Но Реджинальд поставил ладони по обе стороны от меня, захлопывая свой капкан.

– Не-немного, – пролепетала я, боясь поднять взгляд выше го груди.

– Ну же люэна Абигейль, посмотрите мне в глаза! – он обхватил пальцами мой подбородок и задрал голову вверх.

Я снова утонула в расплавленном золоте его радужек.

– Неужели я вам совсем не нравлюсь? Неужели вы не хотели бы…

Что? Мне не показалось? Он всерьёз спрашивает о том, нравится ли он мне? Намекает, хочу ли я с ним переспать?! Ну и гад же! Ярость от его бесстыдных слов и поведения, наконец побороли страх.

Эй, я ведь тоже себя не на помойке нашла! Не на ту напал, красавчик! Больше я не поведусь на твоё личико и гипнотические глаза!

Я подняла ногу и со всей силы вдавила каблук в его ступню. В ту же секунду толкнула Реджинальда в грудь! Драконородный охнул и отступил.

– Не нахожу! Вы отвратительны! Как вы можете, такое предлагать мне?! Вам не стыдно! Я к вам со всей душой! Я думала, мы можем стать друзьями… А вы…

Реджинальд оторопел. Кажется, мои слова его задели.

– И хватит сверкать на меня своими жёлтыми глазами! Вы не кошачья мята, а я не кошка – не поведусь!

Я открыла дверь, выскочила из кабинета и побежала прямо коридору. Всё хватит с меня на сегодня. Найду другой способ! Справлюсь и без Реджинальда Хоука.

* * *

Когда я вернулась домой, на Тотбург опустились унылые сумерки. Я тихонько снял пальто и прошла в столовую к камину, в который заботливая нянюшка снова подбросила дров. Они весело потрескивали, согревая наше жилище. Протянула негнущиеся красные пальцы к огню и зажмурилась, наслаждаясь теплом.

– Как прошло, госпожа Абигейл? – осведомилась зашедшая в гостиную Илма.