Текст книги "Я приручила безумного Генерала (СИ)"

Автор книги: Аматариэль Джулианна Кортес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 13

Вода в императорском пруду была ледяной. Она обжигала кожу, словно тысячи мелких игл, и мгновенно сковывала движения. Тяжелые слои моего парадного ханбока, намокнув, превратились в каменный панцирь, тянущий на дно.

Я не умела плавать.

В прошлой жизни я была дочерью министра, которая проводила дни за вышивкой и чтением. В этой жизни я была стратегом, но стратегии бесполезны, когда твои легкие наполняются водой, а над головой смыкается черная толща.

Я запаниковала. Инстинктивно открыла рот, чтобы вдохнуть, но вместо воздуха в горло хлынула тина и холод. Тьма закружилась перед глазами и я пошла ко дну.

Неожиданно сильная рука схватила меня за талию.

Соль Уджин.

Он был истощен и потерял много крови. Его магия была на нуле. Но даже в полубессознательном состоянии его инстинкт защищать меня работал сильнее, чем инстинкт самосохранения.

Мужчина прижал меня к себе. Я чувствовала, как дрожит его тело. Он греб одной рукой, работая ногами с мощью водяного дракона. Мы поднимались. Медленно, мучительно медленно.

Наши лица прорвали поверхность воды.

– Хххаа!

Я жадно глотала воздух, кашляя и отплевываясь. Мы вынырнули под деревянными мостками, в тени развесистых ив, скрывающих берег.

Наверху, в небе, расцветали огненные цветы – начался фейерверк. Грохот взрывов заглушал наш кашель и всплески воды. Разноцветные огни отражались в озере, окрашивая черную воду в кроваво-красный и ядовито-зеленый.

– Хозяйка… – прохрипел Уджин. Его лицо было бледным, кровь из носа всё еще текла, смешиваясь с озерной водой.

– Тише, – прошептала я, стуча зубами. – Нас могут услышать.

– К берегу… – он потянул меня к каменистому склону.

Мы выползли на сушу, как два мокрых, жалких зверька. Грязь налипла на мой дорогой шелк, мои туфли остались где-то на дне.

Во дворце царил хаос, но он был сосредоточен у Павильона Лунного Света. Мы были на противоположной стороне, у водоотводного канала.

– Нужно уходить, – я попыталась встать, но ноги не держали, холод пробрал до костей. – Если нас найдут здесь в таком виде… это конец.

Уджин встал первым. Он покачнулся, но устоял. Мужчина протянул мне руку.

– Я понесу.

– Ты сам еле стоишь, – возразила я.

– Я оружие. Оружие не устает, – упрямо сказал он.

Соль Уджин подхватил меня на руки, словно я ничего не весила. Я обняла его за шею, прижимаясь мокрой щекой к его мокрой груди. От него исходил жар – нездоровый, лихорадочный жар перенапряжения магических каналов.

– Канал ведет в городскую реку, – прошептала я ему на ухо, указывая на темную арку в крепостной стене, закрытую решеткой. – Там есть лаз для сточных вод. Мы пролезем.

– Грязно, – констатировал он, направляясь туда. – Хозяйке не понравится.

– Мне не нравится умирать, Уджин, остальное я переживу.

Мы пробирались через сточный тоннель. Вонь была невыносимой, вода доходила Уджину до пояса. Крысы разбегались в стороны, пища во тьме. Уджин нес меня, стараясь держать повыше, чтобы нечистоты не касались моих ног.

Мужчина шел ровно, ритмично. Я чувствовала, как тяжело бьется его сердце. Тук… пауза… тук… пауза. Словно оно готово остановиться в любой момент.

– Не смей умирать, – шептала я в его мокрое плечо. – Слышишь? Это приказ.

– Слушаюсь, – доносилось в ответ.

***************************************

Мы выбрались в городе, в районе трущоб, далеко от блеска праздничных фонарей. Здесь было темно и тихо.

Соль Уджин опустил меня на землю в глухом переулке. Мы оба дрожали. Ночной ветер пронизывал мокрую одежду насквозь.

– Нам нужна повозка, – сказала я, оглядываясь. – Мы не дойдем пешком до поместья. И мы не можем показаться на глаза городской страже.

Уджин прислонился к стене, сползая вниз, его силы кончились.

– Я… добуду, – он попытался встать, его рука потянулась к несуществующему мечу, настоящий меч остался в поместье, во дворце он был без оружия.

– Сиди, – я удержала его. – Ты сейчас даже ребенка не обидишь.

Я сняла с шеи тяжелое ожерелье из жемчуга и нефрита. Единственное, что осталось от моего парадного наряда.

В конце переулка стояла старая телега, запряженная клячей. Возница, старик в лохмотьях, дремал.

Я подошла к нему. Босиком, в грязном, мокром платье, с распущенными волосами, похожая на квисин (призрака).

– Старик, – позвала я.

Он вздрогнул и открыл глаза. Увидев меня, он хотел закричать, но блеск жемчуга в моей руке заставил его заткнуться.

– Это стоит больше, чем твоя жизнь, твоя телега и весь этот квартал, – сказала я жестко, показывая ожерелье. – Отвези нас к задним воротам поместья Ён. И забудь, что видел нас. Если проболтаешься – тебя найдут не люди, а тени.

Старик, глядя на мои горящие глаза и на темную фигуру Уджина в глубине переулка, быстро закивал.

Мы ехали в телеге, укрывшись вонючей дерюгой. Я прижалась к Уджину, пытаясь согреть его своим теплом, хотя сама леденела. Он был в полубреду.

– Принц… – бормотал он. – Я не убил… Я подвел…

– Ты не подвел, – я взяла его ледяную руку в свои. – Ты сделал именно то, что было нужно. Ты спас меня.

– Я хотел… оторвать голову…

– В другой раз, – пообещала я. – Обязательно. Но не сегодня.

* * *

Возвращение домой было похоже на военную операцию.

Мы вошли через садовую калитку, ключ от которой я всегда носила с собой. Пак, дежуривший у конюшен, чуть не упал в обморок, увидев нас.

– Молчать! – шикнула я, прежде чем он успел открыть рот. – Готовь горячую воду. Много воды и вина. И позови няню. Лекаря не надо, никто не должен знать, что мы ранены.

Через час мы были в моих покоях. Это было нарушением всех приличий. Мужчина в спальне незамужней леди, но мне было плевать. Уджин не мог идти во флигель. Ему нужно было мое присутствие, чтобы его магия успокоилась.

Мы сидели у жаровни с углями, завернутые в теплые одеяла. Мы выпили крепкого горячего вина с пряностями, чтобы разогнать кровь.

Уджин сидел на полу, прислонившись спиной к моей кровати. Я сидела на кровати, расчесывая свои мокрые волосы.

– Как твоя грудь? – спросила я.

Он распахнул халат. Черное пятно от магического ожога стало бледнее, но вокруг него появились новые узоры – тонкие красные линии, похожие на трещины на фарфоре.

– Перенапряжение, – пояснил он. – Тело не выдерживает тени. Мне нужно… время.

– У нас его мало, – я отложила гребень. – Завтра утром дворец будет стоять на ушах. Принц очнется.

– Яд… хороший? – спросил Уджин.

– Лучший из того, что можно купить на черном рынке. Он стирает память о последних часах и вызывает путаницу в мыслях. Принц будет думать, что напился, упал и ударился. Но он будет зол и начнет искать виноватых.

Уджин повернул голову и посмотрел на меня снизу вверх, в свете углей его глаза казались янтарными.

– Я убью любого, кто придет за вами. Даже если мое тело рассыплется в прах.

Я спустила ноги с кровати и коснулась его плеча.

– Знаю. Поэтому ты должен спать. Восстанавливай силы.

Соль Уджин закрыл глаза и, повинуясь моему приказу, почти мгновенно провалился в сон. Он доверял мне свою беззащитность.

Я смотрела на него и думала. Сегодня я перешла черту. Я подняла руку на члена императорской семьи и стала преступницей. И всё это – ради выживания. Но был ли это единственный путь? Или я просто следую сценарию, который сама же и пишу кровью?

Глава 14

Утро принесло не солнечный свет, а серые тучи и тревожные вести.

Я проснулась от шума во дворе, казалось от страха, сердце выскочит из груди. Стража? Арест?

Я наспех оделась, скрыв синяки под высоким воротником, и вышла на веранду. Уджин уже был там. Он стоял в тени колонны, полностью одетый, с мечом на поясе. Внешне мужчина выглядел спокойным, но я видела, как напряжена его шея.

Ворота поместья были распахнуты, во двор въезжала карета. Но не с гербом дракона, а с гербом Белой Цапли.

– Отец, – выдохнула я.

Министр Ён вернулся.

Из кареты вышел высокий, сухощавый мужчина с седой бородкой и пронзительным взглядом. Он выглядел уставшим с дороги, но его осанка была безупречной. За ним следовала свита писцов и охранников.

Слуги выстроились в ряд, кланяясь до земли.

– Отец! – я спустилась по ступеням, изображая радость дочери. – Вы вернулись! Мы так ждали…

Министр Ён посмотрел на меня. Его взгляд был холодным и сканирующим. Он заметил бледность моего лица, тени под глазами, легкую хромоту. Потом он перевел взгляд за мое плечо и посмотрел на Уджина.

Соль Уджин не поклонился. Он просто смотрел на министра. Два хищника оценивали друг друга. Один – хищник кабинетов и интриг, другой – хищник крови и стали.

– Бора, – голос отца был суровым. – В мой кабинет. Немедленно. А этот… пусть останется снаружи.

************************************************

Кабинет отца пах чернилами и старой бумагой. Этот запах всегда вызывал у меня трепет. В детстве я боялась входить сюда.

Отец сел за свой стол, не предложив мне сесть.

– В столице говорят странные вещи, – начал он, перебирая свитки на столе. – Говорят, что Наследный Принц вчера был найден в Павильоне Лунного Света без сознания. Говорят, он ударился грудью о стол в пьяном угаре. Но лекари шепчутся, что удар был нанесен тупым предметом огромной силы.

Он поднял глаза на меня.

– А еще говорят, что моя дочь покинула праздник до фейерверка. И что её никто не видел у ворот.

Я сглотнула.

– Мне стало дурно, отец. Я ушла через боковой выход, чтобы не привлекать внимания.

– Дурно… – он усмехнулся. – И твой новый телохранитель, этот раб с Арены, тоже почувствовал дурноту? Потому что стража нашла следы крови на перилах павильона. И мокрые следы, ведущие к озеру.

Он знал. Отец не мог знать наверняка, но он сложил два и два. Он был слишком умен.

– Отец, – я решила пойти на крайние меры. Ложь тут не поможет, нужна полуправда. – Принц… он пытался обесчестить меня.

Лицо министра Ён застыло, в его глазах вспыхнул опасный огонек. Честь рода для него была важнее жизни, но и важнее правды.

– Продолжай.

– Он заманил меня в павильон. Принц был пьян и он напал на меня. Мой телохранитель… Соль Уджин вмешался и защитил мою честь. Мы сбежали, потому что боялись гнева Принца.

Повисла тишина. Слышно было только, как тикают водяные часы в углу.

Отец встал и подошел к окну. Он смотрел во двор, где Уджин стоял неподвижно, как статуя.

– Ты понимаешь, что ты наделала? – тихо спросил он. – Ты подняла руку на будущего Короля. Если это вскроется, наш род вырежут до третьего колена.

– Он не вспомнит, – быстро сказала я. – Я использовала шпильку с ядом забвения. Он будет думать, что это был несчастный случай.

Отец резко обернулся, в его взгляде было удивление.

– Яд забвения? Откуда у дочери министра такие познания? И такие яды?

– Я учусь выживать, отец. Пока вас не было, на нас напали убийцы. «Тень Дракона».

При упоминании этого имени отец вздрогнул.

– Они приходили? Сюда?

– Да. Дюжина лучших. Уджин убил их всех.

Отец снова посмотрел в окно на Уджина. Теперь в его взгляде не было презрения, в нем был расчет.

– Он убил дюжину «Теней»? Один?

– Да. Он монстр, отец. Но он МОЙ монстр. Соль Уджин предан мне до последнего вздоха.

Министр Ён молчал долго. Он взвешивал риски. С одной стороны – безумная дочь и опасный раб, а с другой – политические интриги, в которых от него хотят избавиться.

– Хорошо, – наконец произнес он. – Мы поддержим версию о пьяном падении Принца. Я отправлю щедрые дары во дворец с пожеланиями выздоровления. И я разберусь со слухами.

Он подошел ко мне и положил руку мне на плечо.

– Но запомни, Бора. Если этот зверь хоть раз оскалится на меня или выйдет из-под контроля… я прикажу лучникам нашпиговать его стрелами, а тебя отправлю в монастырь. Ты меня поняла?

– Да, отец.

– Иди. И приведи себя в порядок. Ты выглядишь как утопленница.

Я вышла из кабинета на дрожащих ногах.

Во дворе меня ждал Уджин. Он увидел меня и сделал шаг навстречу. В его глазах был немой вопрос.

Я кивнула. Мы выжили, отец принял нашу сторону. По-крайней мере временно.

* * *

Вечером того же дня я сидела в беседке у пруда. Уджин стоял рядом, охраняя мой покой.

– Хозяйка, – тихо позвал он.

– М?

– Ваш отец… он пахнет страхом. Но еще он пахнет… змеей.

– Он политик, Уджин. Это его природа.

– Он угрожал вам?

– Он предупредил меня.

Уджин помолчал, глядя на воду.

– Если змея попытается укусить Хозяйку… я отрублю ей голову. Даже если это отец.

Я вздрогнула.

– Нет, Уджин. Отца нельзя трогать. Никогда. Это табу.

– Табу… Странные правила у людей. Враг есть враг. Кровь есть кровь.

Внезапно ворота снова открылись. Во двор въехал гонец в императорских цветах.

Слуга прибежал к нам с подносом, на нем лежал конверт из алой бумаги.

– От Наследного Принца, – пролепетал слуга.

Я вскрыла конверт дрожащими руками. Внутри было короткое письмо. Почерк был неровным, словно писала рука, которая еще дрожит.

«Леди Ён, Вчерашний вечер был… туманным. Говорят, я был неосторожен и напугал вас. Я не помню деталей, но помню ваши глаза. И холод. Моя грудь болит, словно меня лягнула лошадь. Но лекари говорят, это был стол. Вы интригуете меня еще больше. Я не люблю загадки, которые не могу разгадать. Мы встретимся снова. Скоро. Ли Хон».

Я выронила письмо. Он не помнит нападения, но он помнит меня. И он не отступил. Яд Забвения сработал, но он не стер его одержимость. Наоборот. Теперь я для него – не просто красивая кукла, а тайна. А Принц Ли Хон любит ломать тайны.

Уджин поднял письмо. Он не умел читать, но он чувствовал запах.

– Запах того мужчины, – прорычал он. – Он всё еще жив.

– Да, – сказала я, глядя на закат, окрасивший небо в цвет крови. – Он жив. И теперь у нас большие проблемы.

Я посмотрела на Уджина.

– Нам нужно стать сильнее. Отец поможет деньгами, но защищать нас придется тебе. Ты готов тренироваться по-настоящему?

– Я всегда готов, Хозяйка.

– Хорошо. Завтра мы едем на гору Черного Пика, там есть древний алтарь. Говорят, там можно пробудить истинную магию крови.

Соль Уджин посмотрел на меня с удивлением.

– Это запретная магия. За неё убивают храмовники.

– Нас и так все хотят убить, – усмехнулась я. – Терять нам нечего. Если мы хотим выжить среди драконов и змей, нам самим придется стать чудовищами.

Я сжала руку Уджина.

– Ты готов стать моим Демоном, Соль Уджин? По-настоящему?

Мужчина опустился на одно колено и прижался лбом к моей руке.

– Я уже ваш Демон, Хозяйка. Ведите меня в ад.

Глава 15

Мы покинули столицу на рассвете, когда городские ворота только открывались, скрипя тяжелыми засовами. Густой туман лежал в низинах, скрывая наши лица и наши намерения.

Официально дочь советника Ён отправилась в горный монастырь «Чистых Облаков», чтобы помолиться за здоровье Наследного Принца и очистить свой дух после пережитого потрясения. Отец дал свое согласие с облегчением, ему было выгодно убрать меня с глаз долой, пока утихнут слухи. Он выделил мне карету, двух служанок и отряд стражи.

Но у подножия горного хребта, на постоялом дворе «У трех сосен», мои планы изменились.

Я симулировала приступ мигрени, приказав слугам и страже ждать меня внизу, пока я с «личным телохранителем» поднимусь к святому источнику, куда, по поверьям, женщинам можно входить только пешком и в сопровождении одного защитника. Суеверные стражники не посмели спорить.

Мы с Уджином свернули с паломнической тропы. Наша цель лежала не в светлом монастыре, а на соседней вершине.

Черный Пик.

Это место пользовалось дурной славой. Лесорубы обходили его стороной, утверждая, что там не поют птицы, а компасы сходят с ума. Говорили, что триста лет назад там был казнен клан чернокнижников, и их кровь пропитала землю настолько глубоко, что даже камни там почернели от проклятия.

Именно это нам и было нужно.

* * *

Подъем был тяжелым.

Тропы как таковой не существовало. Мы пробирались сквозь заросли колючего кустарника и бурелом. Вековые сосны, искривленные ветрами, нависали над нами, словно скрюченные пальцы ведьм. Воздух здесь был другим – спертым, холодным и пахнущим сырой гнилью.

Я задыхалась. Мое тело, привыкшее к мягким подушкам и шелку, бунтовало против камней и крутых склонов. Дорогой дорожный костюм для верховой езды уже был испачкан землей, а ноги в сапогах горели огнем.

– Хозяйка, – Уджин, идущий впереди и расчищающий путь своим длинным мечом, остановился. Он даже не запыхался. – Вы устали. Ваше сердце бьется как у загнанного зайца.

– Идем дальше, – выдохнула я, опираясь о ствол дерева. – Мы должны успеть до заката. Ночью здесь просыпаются квисин и голодные духи.

Уджин покачал головой, он подошел ко мне, возвышаясь темной скалой.

– Так мы не дойдем. Вы медленная.

Прежде чем я успела возмутиться его дерзости, он развернулся ко мне спиной и присел на одно колено.

– Садитесь.

– Уджин, это неприлично… – начала я.

– Здесь нет никого, кроме мертвецов, – перебил он. – Им все равно на приличия. А мне нужна Хозяйка живой и полной сил для ритуала. Залезайте.

Я посмотрела на его широкую спину. Спорить было глупо. Мои ноги дрожали, а впереди был самый крутой участок подъема. Я вздохнула, забыла о своей гордости и обхватила его за шею.

Мужчина поднялся легко, словно я ничего не весила. Мои бедра коснулись его боков, руки сомкнулись на груди Уджина. Я чувствовала жар его тела сквозь плотную ткань одежды.

Мы продолжили путь. Теперь мы двигались быстро. Уджин прыгал с камня на камень с грацией горного барса. Он не спотыкался, его дыхание оставалось ровным.

Это было странное чувство. Быть так близко к мужчине. Я чувствовала запах его волос – запах ветра и железа. Я чувствовала, как перекатываются мощные мышцы под его кожей. Я, дочь министра, ехала верхом на будущем Генерале-Демоне, как ребенок на отце.

– Уджин, – тихо спросила я ему в ухо. – Тебе не тяжело?

– Нет, – ответил он, не сбиваясь с шага. – Вы легкая. Как перо. Но…

– Что?

– Ваше сердце, оно бьется мне в спину. Это… громко.

Я почувствовала, как краска заливает щеки.

– Не слушай. Смотри под ноги.

– Я всё слышу, – его голос стал тише, задумчивее. – Когда вы рядом, мир становится четким. Когда вы далеко – всё как в тумане. Почему так?

– Потому что я твой якорь, – ответила я, инстинктивно сжимая руки крепче. – Без меня тебя унесет в шторм.

– Якорь… – повторил он. – Хорошо. Я не хочу в шторм.

* * *

К полудню мы достигли вершины.

Черный Пик оправдывал свое название. Вершина представляла собой плато из гладкого, обсидианового камня, на котором ничего не росло. В центре плато стояли руины древнего алтаря – несколько покосившихся колонн и каменная плита, испещренная глубокими желобами для стока жертвенной крови.

Ветер здесь выл, словно стая голодных волков. Солнце, ярко светившее в долине, здесь казалось тусклым.

Уджин опустил меня на землю. Он сразу напрягся, его рука легла на рукоять меча.

– Здесь зло, – сказал он, раздувая ноздри. – Старое зло. Оно спит, но оно голодное.

– Это место Силы, – поправила я его, хотя у самой мурашки бежали по коже. – Это Алтарь Забытого Бога Крови. Именно здесь чернокнижники получали свою силу. И здесь ты пробудишь свою.

Я подошла к алтарю. Каменная плита была холодной, как лед. Я достала из заплечного мешка книгу – старый гримуар, который я украла из запретной секции отцовской библиотеки.

– Слушай меня внимательно, Соль Уджин, – мой голос перекрывал вой ветра. – Твоя магия сейчас нестабильна. Твои каналы разорваны и забиты. Обычное лечение тут не поможет. Тебе нужно перековать себя заново.

Я развернула книгу на странице с ритуалом «Кровавого Возрождения».

– Ты должен отдать этому месту свою кровь, много крови. И ты должен призвать Тьму в себя. Она попытается сожрать твой разум. Тьма покажет тебе твои самые страшные кошмары. Если ты поддашься страху – ты станешь безумным монстром, и мне придется убить тебя. Если ты победишь – ты станешь хозяином своей силы.

Я посмотрела ему в глаза.

– Ты готов рискнуть?

Уджин не колебался, он начал расстегивать верхнюю одежду, обнажая торс. Ветер хлестнул по его голой коже, но он даже не вздрогнул. Шрам на его груди от огня выглядел зловеще в этом сером свете.

– Я не боюсь кошмаров, – сказал он, бросая одежду на камни. – Я жил в них всю жизнь. Что мне нужно делать?

– Ложись на алтарь.

Мужчина лег на черный камень. Холод камня должен был быть невыносимым, но Уджин лежал неподвижно, глядя в свинцовое небо.

Я достала ритуальный кинжал, серебро с рунами.

– Я должна сделать надрезы, – предупредила я, склоняясь над ним. – На ключевых точках каналов Ци. Это будет больно.

– Режьте, – просто сказал он.

Я сделала глубокий вдох, чтобы унять дрожь в руках. Я не лекарь и не палач. Я леди из высшего общества. Но сейчас я должна резать живую плоть человека, который мне дорог.

«Это ради выживания. Ради него самого».

Я прижала острие к его левому плечу. Надавила. Кожа разошлась, показалась алая кровь. Она не потекла по коже, а словно впиталась в камень алтаря.

Уджин стиснул зубы, но не издал ни звука.

Я продолжила. Правое плечо. Солнечное сплетение. Бедра. Запястья. С каждым порезом ветер усиливался. Вой превращался в шепот. Тысячи голосов шептали на неизвестном языке прямо в моей голове.

«Кроооовь… дай нам кроооовь…»

Когда я закончила, Уджин лежал в луже собственной крови, которая начала светиться тусклым багровым светом. Желоба на алтаре наполнились.

– Теперь, – крикнула я сквозь рев ветра, – Призови её! Тяни силу из камня! Заставь её подчиниться!

Уджин закрыл глаза, его лицо исказилось в гримасе концентрации.

И тут началось.

Из трещин в камне пополз черный дым. Он был густым, маслянистым. Он не развеивался ветром. Дым потянулся к ранам Уджина.

– ААААААА!!!

Уджин закричал. Это был крик не человека, а животного, которого жарят заживо. Его тело выгнулось дугой, мышцы свело судорогой. Вены на его шее и руках вздулись и почернели.

Темная магия Черного Пика входила в него. Грубая, древняя, злая сила заполняла его пустые каналы, разрывая их и собирая заново.

Я отшатнулась, закрываясь рукавом. Давление силы было таким мощным, что меня сбивало с ног.

– Уджин! Борись! – кричала я, хотя сомневалась, что он меня слышит.

Его глаза распахнулись. В них не было зрачков, только сплошная чернота, в глубине которой кружились багровые вихри.

– Убить… – прохрипел он чужим, двоящимся голосом. – Убить всех…

Тьма поглощала его разум. Его «я» растворялось в океане древней злобы, накопленной в этом месте веками.

Он начал подниматься. Медленно, как марионетка. Кровь текла по его телу, смешиваясь с черным дымом, образуя подобие жуткой брони.

Мужчина повернул голову ко мне. Он не узнавал меня. Для него я была просто куском живой плоти, полным теплой, сладкой жизни.

– Еда… – прошипел он.

Он спрыгнул с алтаря, камень под его ногами треснул.

Я попятилась.

– Уджин! Это я! Бора!

Мужчина не реагировал на имя. Он сделал шаг. Тень от него удлинилась, превращаясь в щупальца, которые потянулись к моим ногам.

Я уперлась спиной в одну из разрушенных колонн. Бежать было некуда. Позади – обрыв, а впереди – чудовище, которое я сама пробудила.

Он занес руку. Его пальцы удлинились, превратившись в когти из чистой тьмы. Он собирался разорвать меня.

В моей голове пронеслась мысль:

«Вот и всё. Какая ирония. Я вырастила зверя, чтобы он защитил меня от принца, а он убьет меня раньше».

Но я не хотела умирать, и не хотела терять его.

– Соль Уджин! – закричала я, вкладывая в голос всю свою волю, всю свою ярость и страх. – СМОТРИ НА МЕНЯ!

Я не убегала, шагнула ему навстречу и схватила его за руку, которая уже была занесена для удара. Его когти обожгли мне кожу холодом, но я не отпустила.

– Ты мой! – крикнула я ему в лицо, глядя в черные провалы глаз. – Ты не принадлежишь этому месту! Ты не принадлежишь этим духам! Ты принадлежишь МНЕ!

Я ударила его по щеке, звонкая пощечина.

– Вернись! Я приказываю!

Мужчина замер, его рука дрогнула, чернота в глазах Уджина пошла рябью.

– Х-хозяйка? – пробился его настоящий голос, слабый, полный боли.

– Да! Я здесь! – я схватила его лицо обеими руками. – Не смей уходить во тьму! Там холодно! И там нет меня! Возвращайся ко мне!

Тьма сопротивлялась, она бурлила вокруг нас, пытаясь оторвать меня от него, ветер рвал мою одежду.

Но Уджин зацепился за мой голос, за тепло моих рук. Мужчина упал на колени, увлекая меня за собой. Он обхватил меня руками, уткнувшись лицом мне в живот.

– Больно… – выл он. – Голоса… они кричат…

– Пусть кричат, – я гладила его по голове, по черным, вздыбленным волосам. – Слушай только меня. Только мой голос.

Я начала шептать ему те слова, которые никогда не сказала бы в здравом уме. Слова, которые нужны были ему как воздух.

– Ты нужен мне. Я не справлюсь без тебя. Ты мой самый сильный воин. Ты мой единственный защитник. Ты – Соль Уджин. Ты не демон. Ты – человек, который выбрал меня.

Медленно, очень медленно, чернота начала отступать. Дым втянулся обратно под его кожу. Вены приняли нормальный цвет, хотя и остались темнее обычного. Багровое свечение угасло.

Ветер стих.

Мы остались сидеть на вершине проклятой горы в звенящей тишине.

Уджин тяжело дышал, его плечи вздрагивали, он был весь в крови.

– Я… чуть не убил вас, – прошептал он в мою юбку, не смея поднять голову. – Я видел вас… как свет. Я хотел погасить его, хотел… сожрать.

– Но ты не сделал этого, – ответила я, чувствуя, как дрожат мои собственные колени. – Ты остановился.

Соль Уджин поднял лицо, его глаза изменились. Они больше не были просто черными. Теперь радужка стала темно-фиолетовой, почти цвета аметиста. Зрачок стал вертикальным, как у змеи или дракона.

Взгляд Хищника, но теперь это был разумный хищник.

– Я чувствую их, – сказал он, глядя на свои руки. – Тени, они теперь внутри. Они больше не кусают, а… ждут приказа.

Он щелкнул пальцами и тень от камня рядом с нами ожила, она вытянулась в острый шип и пробила валяющийся рядом сухой сук.

– Я восстановился, – констатировал он. В его голосе появилась новая нота. Властная и глубокая. – Нет. Я стал намного сильнее.

Он посмотрел на меня. В его взгляде теперь было не только обожание, но и что-то пугающее. Голод, но не тот, что раньше.

– Ваша кровь… – он коснулся моей руки, где его когти оставили царапины. – Она пахнет слаще всего.

Он наклонился и, прежде чем я успела отдернуть руку, лизнул царапину. Его язык был горячим. Рана мгновенно затянулась, оставив лишь бледный след.

– Исцеление тенью, – пояснил он, видя мой шок. – Я могу не только убивать, но и чинить то, что принадлежит мне.

Уджин встал и подал мне руку.

– Идемте домой, Хозяйка. Теперь мне не страшен ни Принц, ни Драконы, ни сама смерть.

* * *

Спуск был легче. Или мне так казалось.

Уджин нес меня вниз почти всю дорогу, хотя я говорила, что могу идти сама. Он просто не слушал, сказал: «Земля грязная», и поднял меня на руки.

Мы добрались до постоялого двора уже в сумерках. Мои слуги ничего не заподозрили, решив, что мы просто заблудились на молитвенной тропе.

Но когда мы вернулись в поместье, нас ждал сюрприз.

У ворот стояла незнакомая карета. Черная, без гербов. Окна были плотно занавешены.

Бледный Пак встретил нас у входа.

– Госпожа… – зашептал он. – К вам гость. Он ждет в чайном павильоне. Ваш отец позволил ему войти.

– Кто это?

– Он не назвал имени. Но у него… – Пак сглотнул, – у него глаза разного цвета. Один зеленый, другой золотой.

Я замерла. Глаза разного цвета. Гетерохромия. В столице был только один человек с такой приметой. Глава Тайной Канцелярии, Кан Муёль. Человек, который знал все секреты империи. «Король Шпионов».

Зачем он здесь? Неужели он знает про Принца? Или про наемников?

– Уджин, – сказала я тихо. – Иди во флигель и смой кровь. Спрячь свою новую ауру, стань незаметным.

– Я пойду с вами, – рыкнул он. Его теперь уже фиолетовые глаза вспыхнули.

– Нет. Кан Муёль – это не тот враг, которого можно убить мечом. С ним нужно играть в шахматы. Если он увидит тебя таким, с этой дикой силой, он всё поймет. И тогда нам конец.

Уджин колебался, его инстинкты вопили об опасности, но моя воля была законом.

– Я буду в тени, – сказал он. – У стены павильона. Если он сделает хоть одно резкое движение…

– Я знаю. Иди.

Я вошла в дом, быстро переоделась в чистое платье, умылась, скрывая следы усталости белилами, и направилась в чайный павильон.

* * *

Кан Муёль сидел за столом, с интересом рассматривая мою коллекцию орхидей. Это был мужчина неопределенного возраста. Красивый, но отталкивающий. Его движения были плавными, как у змеи. И глаза… левый – изумрудный, а правый – расплавленное золото.

– Леди Ён, – он встал и поклонился, его голос был тихим. – Прошу прощения за поздний визит.

– Господин Кан, – я поклонилась в ответ, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. – Чему обязана такой чести – видеть главу Канцелярии в моем доме?

– О, пустяки, – он сел обратно и жестом пригласил меня сесть. В моем собственном доме! – Я расследую небольшое происшествие во дворце. Несчастный случай с Наследным Принцем.

– Я слышала об этом, – кивнула я, наливая чай. – Ужасная трагедия. Надеюсь, Его Высочество поправляется?

– Поправляется, да… – Кан Муёль взял чашку. – Странное дело. Принц ничего не помнит. Но вот что интересно… На полу павильона мы нашли несколько капель воды. Озерной воды и тину.

Он сделал глоток чая и посмотрел на меня поверх чашки своим разноцветным взглядом.

– А еще, леди Ён, мои люди докладывают, что в ту ночь вы вернулись домой в мокрой одежде. И ваш… питомец тоже.

Я поставила чайник. Спокойно и медленно.

– Господин Кан, вы обвиняете меня в чем-то?

– Нет, что вы, – он улыбнулся. – Я просто восхищаюсь. Вы первая женщина за десять лет, которая смогла уйти от Ли Хона… живой. И оставить ему такой памятный «подарок».

Он наклонился вперед через стол.

– Я не враг вам, Ён Бора. Наоборот. Мне кажется, у нас могут быть общие интересы.

– Какие же? – спросила я осторожно.

– Принц Ли Хон… скажем так, он неудобен многим. Он безумен, жесток и неуправляем. Империи нужен другой правитель. Или, по крайней мере, поводок для этого.

Кан Муёль достал из рукава маленькую коробочку и положил на стол.

– В этой коробке – противоядие от «Забвения и Снов». Если дать его Принцу, он все вспомнит и тогда вашу голову отрубят на площади.

Я сжала руки под столом. Это был шантаж.

– Чего вы хотите? – спросила я прямо.

– Пустяк, – он подвинул коробочку ко мне. – Я отдам вам противоядие и вы уничтожите его. Тайна останется тайной. Но взамен… вы окажете мне услугу.

– Какую?

– Ваш телохранитель. Соль Уджин. Я знаю, кто он. Я знаю, что он сделал с наемниками «Тени Дракона». И я знаю, что вы сделали сегодня на Черном Пике.

Мое сердце пропустило удар. Он знал про гору? Как?!

– У гор есть глаза, леди Ён, – усмехнулся он, читая мои мысли. – Мне нужен такой меч. Не навсегда, всего на одну ночь.

– Нет, – отрезала я. – Он не наемник.

– Подумайте, – Кан Муёль встал. – Через неделю состоится Совет Кланов. Там будет присутствовать Второй Принц. Я хочу, чтобы ваш Уджин… обеспечил безопасность определенного человека. Если вы откажетесь – эта коробочка окажется на столе у Ли Хона завтра утром.