Текст книги "Крысиное Королевство (СИ)"

Автор книги: Амари Эбер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

Глава тринадцатая, в которой музыка и танцы сменяются международными интригами и сложными разговорам

С наступлением вечера дорога, что вела к академии, запестрела от невероятного количества прибывающего транспорта. Кто-то приехал в колеснице, запряжённой парой единорогов, кто-то прибыл в слайттраффере, задекорированном тысячей алых бутонов, кто-то и вовсе прилетел на зачарованном ковре, восседая в позе вирийского шахиншаха. «Лишь бы повыделываться», – поморщился Винсенс. Он уже несколько минут вышагивал перед центральным входом, следил за происходящим, курил и постоянно поправлял щекотный шейный платок.

Алхимик так и не успел понять, чем вызвано его возмущение: презрением к окружающим или завистью к ним – когда отвлёкся на вспышку света в темнеющей вышине. Он прищурился – вроде ничего… хотя вот! Ещё несколько жёлтых вспышек, и из-под облаков вынырнул слайттраффер. И какой! Винсенс не разбирался в механическом транспорте, но догадывался, что такая штука может стоить целое состояние: широкий хромированный бампер, крылья на капоте, откидная крыша. Летучее чудо облетело причальную башню и под всеобщие аплодисменты заскользило по подъездной.

Водительская дверь распахнулась, и из машины вышел – нет, явил себя миру – не кто иной, как главный щёголь всея академии Ариас Будь Он Неладен Веласско. Оделся он также с помпой: бордовый камзол с золотыми пуговицами, чёрная рубашка с жабо, даже на брюках серебрился какой-то искусный узор.

«Ожидаемо», – фыркнул Винсенс, наблюдая, как Ариас ловко бросил ключи лакею, обошёл транспорт, открыл пассажирскую дверь, галантно подал кому-то руку…

…Облачённая в мерцающее металлическими оттенками платье на ковровую дорожку ступила Кассандра Моррен. Точёный силуэт, открытые плечи. Тёмные локоны больше не скручены на затылке, а аккуратно уложены и каскадом спадают на спину.

– О-сле-пи-тель-на… – забыв про догорающую сигарету, прошептал Винсенс.

Бессовестно широко улыбаясь фотографу, Ариас приобнял сестру за плечи и помог ей подняться на крыльцо. Поравнявшись с алхимиком, окинул его насмешливым взглядом, поцеловал Кассандру в щёку и бодрым шагом направился в сторону двух барышень в жёлтых платьях, судя по загару – из каракской делегации.

Чёрные глаза встретились с бирюзовыми.

– Вы что-то сказали? – тихо спросила Кассандра.

– Да. Ваше платье настолько яркое, что слепит глаз. А ваше появление… боюсь, сегодня мы будем привлекать слишком много внимания…

– На то и расчёт, – улыбнулась лаборантка.

Они прошли в распахнутые двери и пересекли многолюдный холл, то и дело озаряемый смехом и радостными выкриками.

– Вы не могли бы подать мне руку? – Кассандра топталась у подножия мраморной лестницы, а Винсенс уже сделал несколько шагов, по привычке перепрыгивая через ступеньку.

– Зачем? Раньше вы как-то справлялись с лестницами… – Он удивлённо воззрился на неё сверху вниз.

– Бальные туфли – не самая привычная для меня обувь, поэтому сегодня мне потребуется ваша поддержка.

Алхимик был вынужден вернуться, а довольная Кассандра проворно ухватилась за его локоть. Вместе они зашагали наверх.

– Поражаюсь женщинам. Носить неудобную обувь, которая причиняет вам столько страданий, и всё ради того, чтобы повысить свой репродуктивный успех. Это ж надо. – Винсенс с самодовольной ухмылкой возвращал Кассандре её вчерашнюю колкость.

– Так и тянет поставить вам подножку, а потом наблюдать, как вы катитесь кубарем…

– Чего же вы ждёте?

– Незначительная площадь соприкосновения с поверхностью и должность лаборантки делают моё положение весьма шатким. Так что, если толкну вас, скорее всего, сама полечу вниз. В том числе и по карьерной лестнице.

– Значит, в ваших интересах вести себя хорошо и… быть послушной, – назидательно произнёс Винсенс и едва не запнулся, когда понял, как неоднозначно это прозвучало.

Всё стало ещё хуже, когда они переступили порог бального зала. Один шаг – и привычная реальность исчезла, уступив место бескрайнему миражу. Вместо знакомых окон от пола и до потолка, вместо тяжёлых портьер бального зала повсюду высились мраморные колонны, увитые холодными огнями гирлянд. Колонны тянулись вправо и влево так долго, что невозможно было рассмотреть, кончаются ли они хоть где-то. Кассандра сильнее прижалась к Винсенсу и восторженно глазела по сторонам.

– Интересная попытка, однако весьма непрактичная.

– О чём это вы? – Не мигая, Кассандра рассматривала отсутствующий потолок. Его постигла та же участь, что и стены: колонны не упирались ни во что, а устремлялись бесконечно вверх. Откуда-то оттуда, из запредельной выси, свисали белые сталактиты, украшенные морозными узорами и покрытые инеем.

– Иллюзия, – пробурчал Винсенс, ступая по начищенному до блеска мраморному полу, такому же чёрному, как ледяная гладь Лонгано. – Красиво, но небезопасно. Если кто-то в танце, забывшись, налетит на реальную стену…

Опережая его слова, один из гостей осушил бокал с шампанским и подбросил вверх. Уже в полёте тот превратился в маленькую светлую птичку и под вздохи восхищения улетел. Алхимик непроизвольно сбавил шаг, наблюдая, как птица, беспечно щебеча, исчезает вдали, не встретив никаких невидимых преград. Означать это могло лишь одно…

– Однако… – только и смог произнести Винсенс. Кассандра, чему-то довольно ухмыляясь, потянула его за собой. Лишь на мгновение обернулась, чтобы увидеть, как двери, через которые они вошли, парят в воздухе, зажатые меж двух колонн. И никакой стены…

…Хрустальные столы под ажурными скатертями, серебряные канделябры с мифическими сюжетами, свечи с голубоватым пламенем – всё это вызывало стойкие ассоциации с легендой о ледяной деве. Винсенс чувствовал себя заколдованным мальчишкой, вынужденным бестолково нарезать круги в поисках столика со своим именем.

– Ох, посмотрите, какой роскошный наряд у профессора Юнии. – Кассандра попыталась прервать затянувшееся молчание.

– По-моему, ужасно вычурный.

– А мисс Лэрри? Ох, посмотрите, кто её кавалер! Это же сам профессор Ставроу! Да его не узнать!

– Усы на месте. Второй подбородок тоже.

– Скажите, Винсенс, вас что-нибудь вообще радует вне стен вашей лаборатории?

– Конечно, – серьёзно ответил он, – стены моей квартиры. Особенно моей спальни. Нет ничего лучше, чем читать до утра и есть печенье в постели. Как видите, я ужасно примитивное существо.

– Следуя вашей логике, я тоже ужасно примитивна, – вздохнула Кассандра.

– Тогда что вы забыли посреди этого представления?

– О, такие сборища для меня – возможность поиграть в мою любимую игру.

– Какую?

– Вы будете смеяться… – Кассандра задумалась, говорить или нет, но пристальный взгляд чёрных глаз работал безотказно. – Я представляю себя учёным-натуралистом, который наблюдает за аборигенами в привычной для них среде… Здравствуйте, профессор Мэмбл! Какое роскошное платье!.. Изучает социальные ритуалы, брачное поведение… А поскольку наблюдение включённое, то ни в коем случае нельзя выдать, что ты чужак… Приветствую, профессор Дэ Монтое! Сказочный вечер, не правда ли?.. Иначе испытуемые заподозрят подвох, начнут вести себя неестественно, и всё исследование пойдёт насмарку.

– Гипотеза?

– В моменты коллективной деятельности люди часто проявляют себя с неожиданной стороны, и это может многое рассказать об их биосоциальной природе.

– Требования к экспериментатору?

– Участвовать в социальных ритуалах и собирать наблюдения.

– Мне нравится ваша игра, – признал алхимик. – Значит, сегодня будем делать всё то же, что делают местные жители, а именно: ходить только парами, сплетничать у всех на виду и делать вид, что наелись этими смехотворными тарталетками. А наутро сверим данные.

– Такой план исследования мне по душе, – краснея, ответила лаборантка.

– Вы только послушайте этих двоих! – пробасил кто-то за их спинами. – Всё о работе, да о работе.

Позади оказались Освальд Литч и заведующая кафедрой астрономии Охда Силести. Судя по всему, они слышали только последнюю фразу Кассандры. Мужчины пожали руки, дамы раскланялись, и все четверо уселись за предназначенный для них стол. Когда меню было изучено, а заказы сделаны, коллеги затеяли беседу, смысл которой постоянно ускользал от Винсенса. Только что они обсуждали праздничное убранство зала и восхищались изяществом сервировки столов, и вот уже сетуют на отсутствие ремонта в ординаторской и удобных кресел в приёмной. Затем коллеги стали оценивать присутствующих: хвалить их наряды, но критиковать идеи. Потом наоборот: винить редакции научных журналов за излишнюю придирчивость к статьям соотечественников и необоснованную лояльность к трудам иностранных специалистов… Не найдя никакой логики в происходящем, Винсенс предпочёл ограничить участие в разговоре двумя фразами: «Спасибо, полагаю, да» и «Не могли бы вы передать мне бокал». Со скучающим видом он наблюдал, как музыканты заканчивают настройку инструментов.

– А вот и вы! Я же говорил, что нас посадят в этой части зала, потому что отсюда до сцены…

– Эй, потише! Добрый вечер, дамы и господа! – к столику приблизились двое молодых людей в одинаковых двубортных жилетках бордового оттенка.

– О-о-о, доктор Грей! Мистер Тэч! Какой приятный сюрприз! – Кассандра едва не подпрыгнула на стуле. – Как мы рады вас видеть!

– Айз? Какого чёрта ты здесь делаешь в таком… Ай, мне же больно… Я хотел сказать спасибо, передайте бокал…

– Профессор Кастар, с вами всё в порядке?

– Да. Кто-то пнул меня под столом.

– Неужели?

– Ох уж эти торжественные приёмы, знаете ли… – Кассандра зарделась. – Столы неудобные, стулья низкие – постоянно что-то задеваешь…

– Как я вас понимаю, – согласно закивал профессор Литч. – Стоило мне войти в зал, как я столкнулся с официантом и опрокинул целый поднос с фужерами. Успокаивает одно – фужеры такие крохотные и наливают в них так мало, что в общей сложности я пролил едва ли половину бутылки…

– К слову о выпивке. – Тэч торжественно откупорил шампанское и одарил доктора Грея озорным взглядом. – Давайте немного порадуем себя и отпразднуем долгожданную середину зимы…

– …и окончание первого семестра… – улыбнулась профессор Силести.

– …и начало чего-то нового и прекрасного! – поддержала Кассандра.

– Только наливать нам, кажется, не во что… Профессор Кастар, простите, а зачем вам столько бокалов?

Не успел алхимик ответить, как по залу пронёсся торжественный рокот труб. Сверкнула вспышка, среди гостей материализовался Лазариус Алькор, его смокинг блистал серебристыми пайетками, а улыбка, как всегда, золотом. В левой руке он держал трость. Под всеобщие овации он поднялся на небольшую сцену, слегка поклонился присутствующим и произнёс:

– Добрый вечер, коллеги и гости нашего бала! Мы все хорошо потрудились за последние полгода! Но я не стану перечислять ваших заслуг – малых и великих, – чтобы не отнимать время от праздника. Однако я должен сказать спасибо!..

Новый шквал аплодисментов. Кассандра оглянулась, чтобы посмотреть на Винсенса – чувствует ли он важность своих заслуг? Но алхимик смотрел куда-то в сторону и был сосредоточен на чём-то, что его явно не радовало. Лаборантка попыталась проследить взгляд. Ещё одна порция рукоплесканий. Во всём зале было лишь два человека, которые не смотрели на ректора: один Винсенс, а второй стоял на другой стороне зала, рядом со столиками скрамторской делегации. Кассандра вспомнила, что уже встречала его пару раз. Винсенс даже назвал его имя: то ли Шегорот, то ли Шейгорат… Скрамторец крутил в руке увесистые карманные часы и неотрывно глядел в сторону Винсенса.

– …однако хочу напомнить: мы собрались здесь не для того, чтобы продолжить вести нудные наукообразные разговоры. Мы здесь, чтобы веселиться и танцевать! Так не будем терять время!

Алькор стукнул тростью о сцену, и оркестр заиграл вальс, возвышенный и величественный, как на самых изысканных королевских приёмах, о которых Кассандра только слышала из уст кузена. Ректор подошёл к одному из хрустальных столов и галантно пригласил на танец полноватую даму с копной мелких кудряшек. Другие пары тоже стали покидать свои места и выходить в центр зала. Айзек и Бартолом, даже не успев заказать еду, скрылись в неизвестном направлении. Винсенс и Кассандра неуверенно переглянулись.

– А мы будем танцевать, шеф? – Лаборантка задорно улыбнулась.

– Боюсь, мой ответ ни на что не повлияет…

– Значит, идёмте!

Больше ни секунды не колеблясь, Кассандра сцапала его за руку и потащила за собой. Винсенс не сопротивлялся.

– Должен признаться, я не очень уверенно вальсирую, – вялая попытка отступления была озвучена в пути.

– Всё в порядке, я буду вести.

– Нет, – отрезал Кастар и решительно развернул лаборантку к себе. Его рука легла на мягкий переливающийся шёлк, заставив Кассандру чуть заметно вздрогнуть. – Будем танцевать так же, как и работаем: я веду, а вы следите за соблюдением этики.

– О чём вы?

– О том, чтобы мы никого не угробили в процессе этого социального ритуала.

Кассандра кивнула, и они закружились в танце. Когда Моррен справилась с волнением и приноровилась к широкому шагу своего партнёра, она заговорила:

– У вас очень напряжённый вид…

– Помолчите, я считаю.

– Да, нелёгкое это дело – считать до трёх…

Сдавленный смешок искривил губы алхимика. Он промолчал.

– Прямо по курсу профессор Алькор с супругой, примите вправо.

– Они опытные танцоры, сами нас обойдут…

– А вот эти господа слева явно не очень уверенно двигаются…

Винсенс резко крутанул её на месте.

– Воу! Нежнее, если можно. Мой вестибулярный аппарат не привык к таким пируэтам.

– Спорим, что ничего подобного вы не говорили, когда летели над городом в жестяной банке?

Моррен лишь загадочно улыбнулась. «Вечно ему нужно с кем-то спорить…»

– Кстати, как вы заколдовали ваш летательный аппарат?

С этого момента беседа потекла привольно. Кассандра рассказывала о вчерашних экспериментах в компании брата, шутила и не могла не заметить, как расслабляется лицо партнёра по танцу. Со стороны, должно быть, они выглядели забавно: Винсенс лишь слегка касался её талии. То ли близость живого человеческого существа внушала алхимику хтонический ужас, то ли он просто боялся позволить себе лишнее и вызвать тем самым неудовольствие партнёрши. Как бы там ни было, музыка стихла, и Винсенс поспешно убрал руки.

– А мы с вами неплохо сработались, – сказал он, чтобы сгладить неловкую паузу.

– Вас это удивляет? Вы что, до сих пор во мне сомневались?

– Я всегда во всём сомневаюсь, – пожал плечами алхимик. – Профдеформация, помноженная на темперамент.

Едва они подошли к своим местам, как начало происходить что-то странное: свет стал переливаться всеми цветами радуги, по залу прокатился тревожный гул. Неожиданно над сценой поднялись помосты разной величины, и всё заволокло невесть откуда взявшимся туманом.

– А что, собственно…

Профессор Литч не смог закончить вопрос, так как музыканты грянули в литавры, а на сцену со всех сторон высыпали разодетые люди.

– О боги! Глядите, это же наши!

Кассандра подалась вперёд, не веря глазам. Под бойкий фольклорный мотив отовсюду выбежали артисты. Или не совсем… Лаборанты с кафедры заклятьесложения пели и плясали так, будто всю жизнь провели на сцене. Натуралисты и целители показывали мастерство бэк-вокала, а магистранты с кафедр предсказаний погоды и метафизики виртуозно жонглировали кольцами и булавами.

– Потрясающе! Это какая-то местная постановка? Они выступали за пределами Витании? – К их столику подошли удивлённые гликарские гости.

– Это премьера! – хохоча ответила Кассандра. – Так что вам невероятно повезло! Обычно эти господа весь год выступают с камерными концертами в лекционных аудиториях, но вам посчастливилось увидеть их на большой сцене!

– Это так красиво! Как называется эта постановка?

– Не знаю, но в этой песне обыгрывается известный сказочный сюжет про трёх младших сестёр зимы: Хирси Фьювр – похитительницу пшена, Кеттит Лир – наездницу на котлах, Минштурмалари – рисовальщицу морозных узоров. Они пробираются в дома к людям и устраивают всяческие проказы…

– А эти двое?.. – Кто-то указал на мужчин в красных жилетках, лихо отплясывающих на краю сцены.

– Это, – Кассандра изо всех сил сдерживала рвущийся наружу истерический смех, – это прислужники холода – Озноб и Дубак… Они подкарауливают заигравшихся мальчишек и щиплют их за щёки. Поэтому их наряд традиционно красный… Ох, Бартолом! Ну, Айзек! Ха-ха-ха…

– А есть шанс, что они захотят наладить сотрудничество с коллегами из дружественной Гликарии? – хихикнула какая-то девушка.

– Увы, эти двое работают только в паре.

Песня кончилась, и музыканты заиграли полонез. Актёры спустились в зал и стали приглашать присутствующих танцевать с ними. Кассандра, не дав алхимику доесть оставшийся без присмотра ломтик вяленого мяса, вновь потянула его в самую гущу веселья. На этот раз всё прошло ещё лучше. Лицо Винсенса выражало страдание уже не так отчётливо, а шаг стал более уверенным. Лаборантка кружилась на мраморном полу так свободно и так счастливо, что даже официанты завистливо улыбались, поглядывая в её сторону.

Танец закончился, и началась вторая часть представления. Ко всеобщему изумлению на сцене появился Ариас, и не успели барышни перевести дух, как он запел – широко и громко. Народ зааплодировал и потянулся к сцене.

– Однажды, – за спиной лаборантки раздался знакомый голос, – одна очень милая и амбициозная молодая леди, поступая на работу в нашу академию, выразила надежду, что дирижабль её возможностей ещё не улетел…

Кассандра и Винсенс обернулись и увидели ректора, стоящего рука об руку с той самой дамой, с которой он танцевал первый вальс.

– И вот теперь мне хочется спросить у неё, – продолжил Алькор, – рады ли вы, мисс Моррен, что оказались с нами на одном борту?

– Я не просто рада, я по-настоящему счастлива! Однако должна признаться: я немного озадачена тем, что в день нашего знакомства вы решили меня разыграть.

– Я? Разыграть вас?

– Конечно. Вы сказали, что являетесь верховным правителем бедлама. Однако теперь мне очевидно, что это скорее театр музыкальной комедии.

– Говоря проще – цирк, – буркнул Винсенс.

К изумлению Кассандры, пожилая пара рассмеялась. В этот момент Ариас выдал совершенно невероятную ноту, и за его спиной взметнулись языки синего пламени.

– Мисс Моррен, позвольте представить мою супругу – госпожу Лориану Алькор. Дорогая, это мисс Моррен, наша…

– Уже наслышана, дорогой. Здравствуйте, мисс Моррен. Как я и думала, вы само очарование.

– Благодарю вас, госпожа Алькор. Вы очень добры. Даже представить сложно, каких усилий вашему мужу стоило организовать такой вечер. Винсенс… ой, мой шеф… то есть мой спутник не сразу поверил, что сегодняшние декорации…

– Настоящие, так? – улыбнулась Лориана. – Да, ваш кавалер весьма проницателен – сотворить подобное было непросто. Но я рада, что вы оценили.

– Это же не просто иллюзия – вы действительно расширили пространство. Сколько человек вы вынудили колдовать всю ночь, чтобы добиться такого эффекта?

– Ты удивишься, Винсенс, но ни одного. – Лориана добродушно развела руками. – Ты же знаешь, Лазариус бережёт сотрудников…

– Желаете шампанского, господа? – Официант появился как раз вовремя.

– Да, пожалуй… – Ректор уже было потянулся к подносу, но внезапно отпрянул. Лицо его на мгновение отразило искренний испуг. Затем брови сердито сошлись на переносице. – Нет, Грей! Уймитесь, наконец! Мне ничего от вас не нужно! И прекратите этот маскарад!

Кассандра и Винсенс пригляделись и с удивлением узнали Бартолома, лицо которого наливалось густо малиновым цветом. Теперь к его наряду добавилась маленькая шапочка официанта. Под взглядом ректора он спрятал поднос за спину и послушно ретировался, оставив их в полном смятении.

– Давайте поступим иначе. – Алькор легко повёл ладонью, и с соседнего столика к ним подлетели четыре фужера и непочатая бутылка. – Я предлагаю небольшой дружеский тост: за новые счастливые лица в рядах наших коллег…

– И единомышленников… – поддержала Кассандра.

– И друзей! – закончила госпожа Алькор.

Стоило Кассандре поднести бокал к губам, как откуда ни возьмись возник сияющий Ариас. Он отвесил полупоклон и заговорил высокопарно, в соответствии со всеми правилами светского этикета:

– Уважаемый профессор Алькор, госпожа Алькор, кхм… Винсенс, позвольте мне ангажировать на вальс эту прекрасную даму…

– Конечно, милый Ариас, – одобрила Лориана. – Однако будь аккуратен. Если мне не показалось, то мисс Бьёрк допивает уже пятый бокал, не решаясь к тебе подойти… Впрочем, профессор Мэмбл не отстаёт.

– Не беспокойтесь. Сегодня я намерен танцевать до тех пор, пока не сломается последний смычок! Меня хватит на всех прекрасных барышень!

– Осторожнее с шампанским, ведь если перебрать, то прекрасных барышень может стать вдвое больше, – назидательно произнёс ректор. И улыбнулся.

Кассандра взглянула на Винсенса. Тот едва заметно кивнул:

– Буду ждать вас у барной стойки.

Кассандра с облегчением выдохнула и положила ладошку на плечо брата. Музыканты заиграли новую мелодию: что-то лёгкое, даже шутливое. Ариас двигался плавно и мягко, как будто парил в воздухе. Кассандре ничего не оставалось, как только довериться и следовать за ним. Однако серые глаза кузена беспокойно косились по сторонам.

– Признавайся, ты специально оторвал меня от общения с хозяевами торжества, – решилась заговорить Кассандра.

– Мне что, нельзя просто с тобой потанцевать? – кузен деланно возмутился. – Обязательно нужен тайный умысел?

– Просто – можно. Но ты никогда ничего не делаешь просто.

– Что же, поставьте себе высший балл за наблюдательность, мисс Моррен… Меня тут активно домогается пара господ из ИПМ по поводу одного… интересующего их проекта. Пускай побегают за мной или станут в очередь.

– Ты единственный в мире человек, который способен утанцевать от проблем. Разыграешь свою любимую карту? – усмехнулась Кассандра.

– Попробую. Но в целях предосторожности попроси Кастара, чтобы он проводил тебя домой.

– Ты не доверяешь королевским соглядатаям? – Глаза Кассандры расширились.

– Сейчас я не доверяю никому. А Кастар, по крайней мере, умеет ходить по изнаночным тропам.

– Откуда ты знаешь?! – Моррен едва не споткнулась. Музыка неожиданно стихла.

– Вот чёрт. Ладно, Санди, беги, ищи своего алхимика. – Ариас мягко отстранился, поцеловал ей руку и был таков.

Кассандра тряхнула головой и, лавируя между парами, продвинулась к назначенному месту встречи.

«Один во всём сомневается, другой никому не доверяет… – размышляла она по пути. – Надо предложить им открыть клуб мнительных мужчин. Пускай там и озвучивают свои параноидные мысли. При чём тут я?..»

Барменша с выбритыми висками и зачёсанными назад короткими волосами взбалтывала, смешивала и разливала напитки для жаждущей публики. Кассандра осмотрелась и, не найдя нигде своего кавалера, принялась пробираться к стойке.

– Прошу прощения, мисс. Вы не видели здесь такого худощавого господина с демоническим профилем?

– А как же, – улыбнулась девушка, отдавая поднос с шотами весёлой компании. – Жгучий брюнет, который залпом осушил стакан виски. Он оставил вам коктейль и сказал подождать его здесь.

Девушка достала из-под барной стойки высокий пузатый бокал с ярко-бирюзовой жидкостью.

– А сам он куда делся? – допытывалась Кассандра, пробуя холодный травянистый напиток.

– Отсюда можно деться лишь в одном направлении… – Барменша махнула свободной рукой на зависшие в воздухе двери. – Его утащили два молодых человека в красном. Один с золотистыми волосами, а второй – щеголеватый такой. Они ещё на сцене недавно плясали…

В груди неприятно кольнуло и без каких-либо дальнейших размышлений Моррен шагом, настолько быстрым, насколько позволяли каблуки, поспешила к выходу.

У дверей дежурило несколько охранников. Возможно, сотрудники УВП, возможно, и выше… Лаборантка узнала двоих: ещё вчера они выполняли роль волонтёров, любезно помогая заморским гостям не заблудиться в местных лабиринтах. На дежурные вопросы про Винсенса и двоих в красном, служивые покивали и указали в сторону лестницы, ведущей на первый этаж.

«Может, они просто пошли покурить? И мне нужно просто дождаться их возвращения? Может, мне не стоит бегать за ними по всей академии?» – Кассандра сняла туфли, подхватила за ремешки и побежала вниз. – «Что бы сказала Мэйви, если бы увидела, как я преследую сбежавшего кавалера?»

Уже на бегу Кассандра поняла: что-то не так. Вестибюль кишел народом. Среди гостей в блестящих платьях и задрапированных шляпках сновали люди в форме. Толпа собиралась вокруг знакомой троицы. Двое в бордовых жилетах и один в чёрном фраке встали спина к спине, будто собрались драться. Высокий осанистый господин им что-то доказывал:

– …а притом, что я выполняю предписания административного кодекса. Поэтому вам придётся пройти со мной до выяснения обстоятельств. – Он отвернул ворот пальто, демонстрируя жетон.

Кассандра сбежала с лестницы и зачем-то спряталась за колонну.

– Не уверен, что вы меня убедили, – отчеканил Винсенс.

– Никто и не пытается вас убеждать. Наручники.

Двое служивых выступили вперёд.

– Стойте! Погодите! Он точно не виновен! – вскричал Айзек. – Он был в бальном зале! Он не свидетель даже! А мы видели! Вернее слышали! Мы выходили на улицу и сторожа нам сообщили, что в подземелье сработали сигнальные чары и…

– Так и было, сэр, – вклинился Бартолом. – Профессор Кастар не мог находиться в двух местах одновременно.

– Вяжите всех, – процедил констебль. – Показания в участке дадут.

Санди не успела моргнуть. Винсенс сделал какое-то движение кистью, но тут же зашипел и согнулся пополам. Тип в форме деловито защёлкнул на нём наручники.

– Сопротивление при аресте по закону карается… – монотонно вещал осанистый тип. Сверху донёсся мерный стук. Ближе, ближе и ближе. Взгляды устремились к лестнице.

– Господа, позвольте узнать, что здесь происходит? – Алькор выстукивал тростью о ступени. Он спустился и буквально втиснулся между констеблем и троицей. – Я ректор академии, и я здесь за всё отвечаю, офицер. Чем могу быть полезен?

– Во время проводимого мероприятия, – тип в пальто сморщился так, будто всё происходящее было ему омерзительно, – один из участников, – длинный палец едва не пригвоздил Винсенса к колонне, – покинул помещение и пытался проникнуть в одну из особо охраняемых лабораторий…

– Так он пытался или всё-таки проник?

– Проник. Охранные чары сработали уже на выходе.

– Очень интересно. – Алькор пристально смотрел оппоненту в глаза, всем видом игнорируя любые жесты. – Надеюсь, вы его задержали?

– Именно этим и занимаемся. – Служивый попытался приблизиться к Винсенсу, но Алькор шагнул ему наперерез и стал почти вплотную:

– А при чём здесь профессор Кастар?

– При чём? Его, или человека, похожего на него, сторож и охранники видели убегающим с места происшествия… Вещи, предположительно принадлежавшие злоумышленнику, были опознаны как личные вещи господина Касатара.

– Исключено. Профессор Кастар весь вечер находился в зале и не отлучался ни на минуту…

– Кто это может подтвердить?

– Это могу подтвердить я и ещё сто тридцать восемь человек, считая приглашённых музыкантов и прислугу. Вы ошиблись, уважаемый…

– Послушайте меня, директор, или кто вы там… У меня распоряжение, подписанное прокурором! Вы отвечаете за танцульки, а я – за безопасность, в том числе иностранных гостей. И если я скажу, то все сто тридцать восемь человек с песнями и плясками отправятся в участок на допрос. Поэтому будьте паинькой – отойдите в сторону и не портите своим гостям вечер. Этот тип, – кивок в сторону Винсенса, – поедет с нами. Как и его группа поддержки. Если я ошибся, то к утру все будут свободны.

– А теперь вы послушайте меня. – Алькор так мощно стукнул тростью о мраморный пол, что служивый невольно сделал шаг назад. – У вас распоряжение прокурора, а у меня – устные указания лорда первого советника: принять у себя четыре делегации иностранных специалистов и организовать обмен опытом, столь важный для международного сотрудничества. Помещение зала зачаровано таким образом, что выйти и войти в него можно лишь через парадный вход. А значит, все входящие и выходящие должны пройти мимо ваших сотрудников. Ваши люди могут подтвердить, что профессор Кастар покидал помещение?

– Мне наплевать, кого вы зачаровали, а кого разочаровали! Подозреваемый отправится со мной, хотите вы того или нет. Сопротивление законным требованиям сотрудника безопасности карается…

– Бывшего сотрудника…

– Поверь, старик, ты полетишь со своего места раньше, чем…

– Как только станет известно, что вы задержали ведущего специалиста в области алхимии, дипломаты всех дружественных нам государств пришлют ноту протеста, ибо эта конференция – результат труда действующего правительства. Участие профессора Кастара прописано в протоколе мероприятия. И если обмен опытом не состоялся по причине того, что ключевого сотрудника упекли в тюрьму по ложному обвинению – а доказательств его причастности к произошедшему у вас нет – то это международный скандал. А там, – Алькор воздел палец вверх, – не любят скандалов. Особенно тех, которые не согласованы…

Кассандра, забывая дышать, смотрела из-за колонны на то, как суровеют лица мужчин.

– Я полечу со своего места только в том случае, если на это дадут согласие тринадцать членов попечительского совета. Долго, но осуществимо. А вот сколько времени потребуется, чтобы упечь тебя и твоё начальство за развязывание международного конфликта?

Другие гости подходили ближе и с любопытством прислушивались. Кассандра заметила в толпе скрамторского профессора, имя которого так и не могла вспомнить. Законники тоже сузили круг. Один из них отстегнул с пояса небольшой блестящий предмет. Алькор будто не заметил:

– Профессор Кастар всё это время находился в бальном зале. И даже если бы ему вздумалось тайно куда-нибудь проникнуть, то почти наверняка он бы выбрал более подходящую цель, чем свою собственную лабораторию, где он бывает каждый день. И уже совершенно очевидно, что если бы профессор Кастар решил похитить что-нибудь из своей собственной лаборатории, то, помяните моё слово, сделал бы это в любой другой день месяца…

– Но шарф. Там нашли его порванный шарф, а это…

– … всего лишь часть гардероба, но уж никак не улика. Возвращайтесь к своей непосредственной работе, офицер, и поймайте настоящего преступника. Если, конечно, вы на это способны.

Обладатель жетона не двинулся с места. Он сжал кулаки и яростно таращился на Винсенса. Сотрудники сделали шаг вперед, доставая из-за поясов короткие дубинки. Гости в торжественных нарядах наоборот опасливо отступили в сторону. Казалось, ещё секунда – и… Не до конца понимая, чего хочет добиться, Кассандра обогнула колонну и кошачьей походкой засеменила к алхимику.