Текст книги "Крысиное Королевство (СИ)"

Автор книги: Амари Эбер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)

– Сколько вам было лет? – усмехнулся Винсенс.

– Восемь. Отец считал, что я должна отвечать за свои поступки, и был прав. По крайней мере, у меня появились карманные деньги, и я научилась неплохо разбираться в растениях. В нашем саду, сэр, чего только не росло!..

Так, беседуя, они шли по мощёной дороге. Внизу, у подножья холма, сотнями уличных фонарей искрился академгородок. Изо рта Кассандры вырывались облачка пара, Винсенс запускал в кобальтовое небо клубы дыма. Дорожка спускалась всё ниже и вот они зашагали по широкой набережной Лонгано. Водная гладь казалась чёрной и абсолютно бескрайней. Обычно она пугала Кассандру своей неподвижностью, но сейчас Моррен поймала себя на том, что ей абсолютно спокойно. А ещё заметила, что её спутник не убегает вперёд и ей не приходится его догонять. «Чудно же он выглядит без своего замызганного халата. Да и вообще вне стен академии – словно одинокий шарманщик из детской сказки. Тот, кажется, продал свой музыкальный инструмент, чтобы спасти возлюбленную…»

Эта мысль отчего-то страшно смутила Кассандру, и она, вздрогнув, зачем-то огляделась. Набережная по-прежнему пустовала. Только в проулке запоздалый прохожий в плаще наклонился погладить уличную кошку.

– Однако, мисс Моррен, – задумчиво почёсывая подбородок, произнёс Кастар, когда они остановились у большого двухэтажного особняка с запущенным палисадником, – вы только что хвастались вашими садоводческими талантами, но этот шиповник явно не в себе.

– Да, ему не позавидуешь. После возвращения из Каракии я сама была немного не в себе… – Кассандра заставила себя улыбнуться. – Теперь мне лучше, и я намерена привести эти заросли в порядок. Сейчас уже поздно что-либо затевать, так что начну весной.

Винсенс закусил губу, понимая, что укор прозвучал по меньшей мере бестактно. Повисла неловкая пауза.

– Кажется, все уже спят. – Санди перебирала в руках связку ключей. – На чай не приглашу.

– Здравый смысл меня упаси пить чай в доме Ариаса Веласско. – Винсенс скорчил презрительную гримасу. – К тому же меня, как вы помните, ждёт кот.

– Спасибо, что проводили. – Кассандра помахала рукой.

– Завтра без опозданий, – бросил через плечо Кастар, скрываясь в ночной мгле.

Кассандра осторожно приоткрыла входную дверь и бесшумно проскользнула в тёмную прихожую, где стянула ботинки и кинула на вешалку плащ. На цыпочках прокралась в гостиную. Здесь ещё тлел камин, а на диване, положив руки под голову, мирно сопел Ариас.

– Ты спишь? – Мягкая ладошка коснулась его плеча. Кузен вздрогнул.

– Нет, тебя жду. – Он привстал на локте и насторожённо принюхался. – Чем это от тебя пахнет?

– Это Винс… ой, профессор Кастар курил. А я просто рядом шла! – начала оправдываться Санди, но тут же опомнилась и решила переключить внимание старшего брата. – Ариас, ты не поверишь, но возможно, мы на пороге открытия!

– Избавь меня от этой своей восторженности, – нахмурился Ариас. – Ни одно открытие не стоит того, чтобы не спать по ночам.

Ворча и разминая затёкшие конечности, он поднялся с дивана и уже хотел отправиться восвояси, когда Кассандра крепко схватила его запястье.

– Стой! Ты должен мне помочь! – Её бирюзовые глаза светилась мольбой и надеждой.

– Ох, ну что там ещё? Кастар приказал отделить пшено от гречки? – Ариас картинно схватился за голову.

– Хуже! – Кассандра стала рыться в сумке.

– Соль от сахара?

– Да послушай ты, наконец! Он тут ни при чём! Вернее, он, конечно, убьёт меня, если узнает, но раньше это сделает библиотекарь!

Санди протянула кузену том «Сравнительной демонологии».

– О, так вот у кого была эта книга! Наконец-то! Я её по всей академии ищу!

– Сегодня днём профессор Сиерра знатно подпортила ей страницы, – пожаловалась Кассандра.

Ариас задумчиво листал фолиант, оценивая ущерб.

– Не беда, сестрёнка, я её подлечу. Но при одном условии: книга останется у меня. С библиотекарем всё улажу. Идёт?

– Идёт, всё равно профессору Кастару она больше не нужна… Но как ты это сделаешь? Колдовать-то на ней нельзя. Скотчем заклеишь?

– Всё просто, родная. – Ариас ласково улыбнулся. – Книги, как и люди, лучше всего отзываются на любовь. Смотри.

Он прижал книгу к груди, как будто бы обнимая, и закрыл глаза. Его красивое лицо стало расслабленным и умиротворённым.

– Вуаля! – радостно воскликнул он.

Кассандра пролистала книгу и с удивлением обнаружила, что страницы целы.

– Потрясающе! Спасибо, братец, буду знать. – Сияя от восторга, она крепко сжала кузена в объятьях, чмокнула в щёку и унеслась наверх.

– Сандра! – окликнул Ариас. – Не вздумай переживать из-за Сиерры! Она ненавидит меня с тех пор, как я расстался с ней из-за Джулии Баррингтон. И Кастара ненавидит с тех пор, как он занял должность декана.

– Тебе не кажется это несправедливым? – Санди перегнулась через перила и скорчила рожу. – Ненавидит вас, а отрывалась на мне!

– Увы, родная. Мир вообще ужасно несправедлив. Пойдём спать. С Сиеррой я разберусь завтра.

– Натравишь на неё демона? – съехидничала Кассандра, бросив взгляд на книгу. – А сам говорил, что всё это бабкины сказки!

– Боюсь, одного демона будет мало…

***

Винсенс на несколько секунд остановился посреди набережной. Прикрыл глаза и прислушался к собственным ощущениям. Индикатором того, что жизнь движется в привычной колее, являлось наличие к концу дня трёх «очень»: очень хочется жрать, очень хочется спать и очень болит спина. Остальные чувства, как правило, отходили на третий план или вовсе исчезали из поля внимания алхимика. Однако сейчас, где-то на самом краю сознания, приютилось ещё одно чувство, а вернее – предчувствие. Будто кто-то невидимый касается его затылка лёгкой рукой. Винсенс нахмурился, силясь припомнить. Всё верно: нечто подобное он испытывал в детстве, когда работал под чьим-то пристальным надзором. Сейчас же это могло означать лишь одно – кто-то за ним следит.

Алхимик свернул за угол, удаляясь от набережной, стал обходить дом, но неожиданно исчез, словно никогда не существовал. Так же неожиданно он материализовался за спиной таинственного господина в чёрном плаще, который растерянно озирался по сторонам, будто высматривал что-то в темноте. Он не успел ничего разглядеть, потому что алхимик быстрым точным движением схватил его за запястье и, ударив под колено, заломил руку за спину. От неожиданности мужчина взвыл, но вторая ладонь алхимика накрыла его рот.

– Заткнись, – прошипел Винсенс ему на ухо. – А то хуже будет. Говори на кого работаешь или я сломаю тебе руку!

Стоило убрать ладонь, как мужчина заголосил:

– Что вы себе позволяете?! Я просто гулял!

– Врёшь. – Алхимик стиснул его в болевом захвате. Тот дёрнулся, но безрезультатно. – Ты шпионил за мной. Я уже видел тебя раньше. Кто тебя подослал? Что ему нужно?

– Не обольщайся. Ты мне неинтересен, – хрипло усмехнулся мужчина, сообразив, что дурака свалять не удастся, и сразу переходя на ты. – Моя работа не твоего ума дело.

– Твоя работа вообще не связана с деятельностью ума. Ходить друг за другом даже утки умеют. Ты что, утка? А ну-ка покрякай.

– Да как ты смеешь… – попытался воспротивиться тот, но тщетно.

Винсенс опрокинул его на землю, придавил коленом и, не ослабляя захвата, начал обыскивать. В неясном фонарном свете алхимику удалось рассмотреть несколько мятых банкнот, чек и долговую расписку. Всё местное. «Кобуры, равно как и оружия, при нём нет. Никаких блокнотов или фотокамеры. – Гипотеза о том, что перед ним скрамторский шпион, рушилась на глазах. – Или же этот человек искусно притворяется. Сейчас мы это проверим».

– Слушай внимательно: одна простая формула, и я подселю в твои тухлые мозги инфернального слизняка. Ты навсегда окажешься во власти самых ужасающих кошмаров, которые только способен вообразить. И ни один, слышишь, ни один, даже самый искушённый, целитель не сможет тебе помочь…

– Блефуешь, – застонал мужчина, но даже света уличного фонаря оказалось достаточно, чтобы стало заметно, как сильно он побледнел.

Из-за угла выползло нечто. Демон? Нежить? Дух? Оно напоминало мерцающий сгусток абсолютной мглы. Его очертания менялись, оно стелилось по земле и постепенно увеличивалось в размерах. К шпиону потянулись похожие на щупальца многочисленные ветвящиеся отростки. Один из них коснулся его щеки, и мужчину обдала волна пронизывающего до костей холода. Он взвизгнул высоко, почти по-девчачьи.

– Тихо. Сейчас ты спокойно расскажешь мне, кто тебя нанял. Без истерик. Затем мы расстанемся.

Шпион судорожно кивнул, с ужасом взирая на клубящуюся перед ним живую тьму.

– Мой наниматель – господин, который живёт в том большом доме. А моя работа – обеспечивать безопасность мисс Кассандре Моррен.

– Хреново обеспечиваешь, раз тебя скрутил университетский профессор, – усмехнулся Винсенс. – Сколько человек ведёт слежку?

– Постоянно мисс Моррен сопровождает лишь один сотрудник. Слежка нужна в вечерние и ночные часы. Двух человек вполне достаточно, чтобы работать посменно.

– И где твой напарник сейчас? Быть может, как раз в этот момент, пока ты так старательно изображаешь частного детектива и отвлекаешь моё внимание, он уже вовсю шарится по моему дому, чтобы…

– Чёрт тебя задери, – захрипел бедолага, – я не знаю, чем занят мой напарник. И я не знаю, кто ты такой. Моя задача – следить за Моррен. Если с девкой что-то случится – прийти ей на помощь. И всё!

– Как я пойму, что ты говоришь правду?

– В нагрудном кармане жилета. Проверь. Её вещь. С помощью поисковых чар я легко могу отследить, где она.

Винсенс запустил руку в карман и выудил то, что изначально принял за зажим для бумаг. Оказалось, что это складной гребень. «Теперь ясно, почему у мисс Моррен на голове такой бардак. С лёгкой руки кузена она осталась без расчёски». Поскольку Винсенс Кастар, сам того не подозревая, принадлежал к небольшой группе людей, которые не способны представить, что у человека может быть более одной расчёски, он тут же переложил гребень в карман пальто. И только после этого отпустил руку жертвы.

– Верни! – Шпион, корчась от боли, подскочил и резко развернулся к нему. Его лицо исказилось отчаянием.

– Обязательно. Господину Веласско, если он и впрямь твой наниматель. А сейчас беги отсюда, пока я добрый.

В этот момент тьма, так пугавшая шпиона, стала стремительно увеличиваться в размерах, заслоняя собой фонари, а ледяное щупальце невзначай коснулось его открытой шеи. Мужчина ломанулся прочь. Только чёрный плащ колыхался на ветру, как флаг уходящего от погони пиратского судна.

Винсенс, ухмыляясь, смотрел ему вслед. Когда горе-соглядатай скрылся из виду, алхимик закурил и двинулся в путь, стараясь держаться в тени. Страшная непроглядная тьма ползла за ним, непрестанно меняя размеры и очертания.

– Ты прав, Снив, шпион нынче измельчал. Как думаешь, сколько Веласско ему платит?

Глава шестая, где Кассандра причиняет добро, Винсенс приходит в ярость, Ариас находит выход

«В понедельник всё всегда идёт наперекосяк. Этот закон непреложен. Поэтому отсутствие мелких неприятностей с утра заставляет ожидать чего-то более сокрушительного ближе к обеду», – размышлял Винсенс, когда, закинув ноги на стол и допивая вторую кружку кофе, безжалостно правил статьи магистрантов.

В коридоре сперва послышались шаги, а затем долетели возбуждённые голоса Тэча и Хольма. «Сейчас явятся сюда и будут наперебой рассказывать о конференции», – с привычным раздражением подумал он. Ничего подобного. Две пары ног протопали мимо кабинета, оставив алхимика в лёгком замешательстве. Не заглянули лаборанты и к концу первой пары. «Это уже какое-то свинство», – с нарастающим раздражением подумал Кастар и рывком поднялся с кресла. Так же рывком он открыл дверь лаборантской, готовясь высказать этим нахалам всё, что о них думает, но увиденное заставило его иначе оценить ситуацию.

– Что, чёрт возьми, с вами стряслось?! – после некоторой паузы спросил алхимик.

Вид у парней был жалкий. Под большими зелёными глазами Тэча светились два ярко-лиловых фонаря, а челюсть была украшена свежими кровоподтёками. Хольм держал правую руку в перевязке-косынке, очки треснули, а на кудрявой голове явно не хватало волос.

– Я же говорил, что он заметит, – громко прошептал Илай.

Айзек шикнул на него, и оба уставились на Винсенса самыми виноватыми на свете глазами, будто моля о снисхождении. Но Винсенс не снизошёл. Он тяжело вздохнул и медленно скрестил руки на груди.

– Неужели ваш доклад так сильно не понравился слушателям?

– Что ты, шеф, – виновато улыбнулся Айзек, – конференция прошла как по маслу – наши статьи напечатают в сборнике, и мы взяли контакты профессора Ливински. А это, – он показал пальцем на разбитую челюсть, – это в баре. Вчера.

– Кто?

– Мы не помним…

– Это поправимо, – неожиданно ласково произнёс Кастар, и от этой перемены настроения лаборантам стало ещё больше не по себе, – достаточно употребить двести миллилитров раствора котурникса, и утраченные нейронные связи восстановятся буквально за три часа…

– Но…

– За час, если вводить ректально… Спрашиваю последний раз: что именно произошло вчера в баре?

Илай, который уже успел в самых ярких красках нарисовать в воображении профессора алхимии с двенадцатилитровой клизмой в руках, обречённо вздохнул.

– Мы с Тэчем сидели за стойкой. Обсуждали выступление, порядочно выпили. Тут к нам подсели какие-то типы в плащах, стали расспрашивать, завязалась дискуссия… Я не помню точно, как было, но в какой-то момент они перешли к более тяжёлым аргументам…

– Честное слово, Винс! – затараторил Айзек, по-своему истолковав эмоции на лице начальника. – Не мы этот мордобой начали. Но отходили их знатно! Мы, конечно, сперва миром всё решить пытались! Но когда мне выбили зуб, стало ясно, что словами их не вразумить. Так что мы им отпор-то дали. Не жестоко. Но они надолго запомнят! Будут знать, как…

Айзек умолк на середине фразы. Оба парня выжидающе смотрели на Кастара и с ужасом замечали, что лицо алхимика становится землисто-серым, ноздри раздуваются от гнева, а в глазах разгорается бешеный огонь.

– Гоблинское отродье! – процедил тот сквозь зубы. – Сколько было нападавших?

– Так трое… Приличные вроде люди… Подсели, заговорили о погоде, конференции, о новостях из-за рубежа… Да и вообще, ничего бы не случилось, если бы Айзек не стал отбирать у одного из них зажигалку.

– Эй! Я не отбирал! Я попросил посмотреть поближе. У меня месяц назад такая же была, но я её где-то посеял…

– Да не было у тебя никогда такой зажигалки, – буркнул Илай.

– Была! Я на заказ делал, штучный экземпляр! Всего неделю с ней походил, а потом…

– Штучный, говоришь? – Винсенс задумался, уставившись на венерину мухоловку за их спинами. – А парни в плащах не дали на неё даже взглянуть? И двинули в рожу? Очень интересно… Я тоже недавно чуть не огрёб от любителя прикарманивать чужое… Я знаю, чьи это люди! Веласско хочет всё контролировать? А не пойти б ему к чёртовой матери?!

Не успев договорить, он развернулся и вылетел из лаборантской. В дверях чуть не сбил с ног Кассандру, шедшую с лекции. Та в испуге отпрыгнула.

– Это нормально?.. Ох, силы стихий! Что он с вами сделал?! За что?..

– Это неважно, – серьёзно сказал Илай. – Главное, что с твоим кузеном сейчас сделают то же самое.

– За ним! – Кассандра ошалело глянула на коллег, и они втроём выбежали из кабинета.

***

В холле факультета магических искусств деловито сновали лаборанты, собирались в весёлые щебечущие группки студенты и чинно беседовали профессора. Со стен на них взирали барельефы всадников, загоняющих волчью стаю, а через стеклянный купол на мозаичный пол струился полуденный свет.

Эрик Унэйн увлечённо обсуждал предстоящий матч в «Бей-Беги» с другими старостами, вольготно опершись рукой на одну из мраморных колонн. Боковым зрением он заметил тёмный силуэт, который быстро увеличивался в размерах. «Какого лешего он тут забыл?» – Унэйн повернул голову и с недоумением наблюдал, как профессор алхимии пролетел под аркой и остановился посреди холла. Его хищный взгляд метался в поисках жертвы. Все студенты разом вытянулись по струнке.

– Что он здесь делает?!

– Первый раз вижу его так далеко от лаборатории.

– Не к добру это…

– Похоже, сейчас кто-то умрёт…

– Принесла нелёгкая. Ребята, спрячьте меня. Я ему эссе на прошлой неделе не сдал! – Многие опускали головы, прятали глаза, пятились, стараясь держаться подальше от алхимика.

В этот момент в другом конце холла показался господин Веласско. Как всегда, его сопровождала стайка восторженных девчонок. Они на ходу закидывали профессора комплиментами и одаривали пламенными взглядами. Волшебник что-то отвечал, смеялся и совершенно не замечал, что к нему на полном ходу приближается неизбежность.

– Думаешь, тебе всё позволено? – Тонкие губы Кастара искривились, исторгая звуки, похожие на шипение.

Его кулак врезался в челюсть профессора Веласско. Девушки пронзительно завизжали. Ариас пошатнулся, сделал два шага назад, но не потерял равновесия. Весь холл замер, наблюдая за происходящим.

Профессор Веласско был выше Кастара, шире в плечах и явно сильнее. При прочих равных Эрик, не раздумывая, поставил бы на него. Но на стороне алхимика эффект неожиданности. Многие бы растерялись, однако Эрик заметил, как в серых глазах профессора Веласско блеснула сталь.

– И вам здравствуйте, профессор Кастар. Похоже, подземные сквозняки сильно попортили вашу память. При встрече люди протягивают друг другу руки, а не…

– Закрой свой поганый рот!

Алхимик замахнулся. Кулак непременно достиг бы своей цели ещё раз, но Веласско уже был готов. Он не переменил позы, не выставил блок. Он лишь слегка изогнул бровь, и в тот же миг невидимая волна сшибла алхимика, и тот кубарем повалился на пол.

– Профессор, остановитесь!

В зал вбежали трое. Они замерли, тяжело дыша и озираясь. «Не наши, – быстро опознал Эрик, оглядев запыхавшихся. – Подземельцы. Кажется, Кастар привёл за собой подмогу».

Двое мужчин – все лица в ссадинах и синяках – бросились поднимать алхимика.

– Господа, вы как раз вовремя. Пожалуйста, помогите вашему профессору добраться до лазарета. Он, очевидно, пьян, или находится под воздействием каких-то опасных испарений. – Ариас с усмешкой взирал на распластавшегося противника, потирая ушибленную скулу.

Кастар оттолкнул протянутые к нему руки, сам поднялся и отвёл волосы с лица. Эрику было слышно, как тот бормочет себе под нос: «Хочешь колдовать? Что ж, поколдуем…» Алхимик запрокинул голову и хитро прищёлкнул пальцами так, словно подзывая официанта. Пару секунд ничего не происходило. Но вот откуда-то сверху затрубил охотничий рог и постепенно холл стал заполняться нарастающим шумом. Эрик вертел головой пытаясь понять, что происходит, когда ему в нос что-то вонзилось. Парень вскрикнул от неожиданности, ощупал лицо и достал… щепку? Или…

– Берегись!

Каменные всадники на стенах пришли в движение. Они нарушили охотничий строй, развернулись к Ариасу и принялись осыпать его градом маленьких, но очень острых стрел. Профессор Веласско не растерялся. Над собой и над перепуганными до полусмерти студентками он возвёл невидимый купол. Какие-то стрелы втыкались в невидимую преграду и застревали, точно зубочистки в желе, какие-то отлетали от неё и попадали в окружающих. В холле началась паника.

К побитым мужчинам подскочила девушка – кажется, это была мисс Моррен – она что-то прокричала им, но те замотали головами. Махнув рукой, она развернулась и побежала к выходу.

В следующую секунду раздался звук, как будто лопнул огромный воздушный шар. Все стрелы исчезли, а купол, защищавший Ариаса, схлопнулся в маленькую карманную сферу, разместившуюся на ладони волшебника.

– Как хорошо, что эта вещичка завалялась у меня в кармане. – Ариас, широко улыбаясь, победоносно поднял руку вверх так, словно демонстрируя трофей. – Не бойтесь, дамы. Я почти уверен, что профессору Кастару больше нечего нам продемонстрировать.

– Занятная цацка, Веласско. Её ты тоже украл?

– Вы стали жертвой заблуждения, профессор Кастар. Причём не впервые. Возможно, вам стоит взять отпуск. Уехать подальше, освободиться от лишнего груза проблем…

– Сперва я освобожу тебя от лишнего груза.

Алхимик выудил из-за пазухи флакон. Зубами выдернул пробку и плеснул содержимое в направлении боевого мага. Но вместо жидкости из сосуда вырвался фиолетовый вихрь. Неподдельный испуг мелькнул во взгляде Ариаса. Он только и успел, что выставить перед собой руки, когда вихрь набросился на него и стал терзать, словно тысяча разъярённых демонов. Он задувал в лицо, не давая раскрыть глаза, трепал полы пиджака, выворачивая наизнанку карманы, галстуком хлестал по щекам, забрался под рубашку, оборвав пуговицы. Карманные часы выпали из жилетки, повисли на цепочке и колотили по ногам.

– Я навсегда отучу тебя брать чужое, Веласско! Никогда, слышишь, никогда не лезь в мои дела! И к моим подчинённым тоже не лезь…

Звук разрываемой ткани прервал тираду. Ариас высвободился из пиджака, упал и откатился в сторону. Вихрь схватил остатки костюма, закружил их по залу и утащил куда-то под купол. Ариас поднялся на ноги, отряхнул колени. Порванная рубашка без единой пуговицы бессильно повисла на нём, обнажив мускулистые руки и мощный торс. Две студентки упали в обморок – то ли от пережитого стресса, то ли от увиденного…

– За магию ветров, профессор Кастар, я ставлю вам высший балл. А за нарушение распорядка я буду вынужден сделать вам выговор и сопроводить к ректору.

Кастар кинулся к нему с яростью во взгляде и явным желанием отполировать лицо недруга кулаками. Ещё чуть-чуть, и он повалил бы Ариаса на пол… Эрик зажмурился, но сразу распахнул глаза, услышав звук, похожий на сотни опрокинутых костяшек домино. Пол вздыбился, подобно морской волне, которая, угрожающе клокоча, неслась на алхимика.

– Ого! Ещё одни преобразующие чары!

– Слышь, а наши преподы дерутся круче, чем укротители стихий на королевском турнире!

Волна подбросила алхимика вверх. Кастар неуклюже упал, но, ко всеобщему удивлению, перекатился через плечо и вновь бросился на врага. И тут случилось непредвиденное. Студентки профессора Веласско, не в силах справиться с переполняющими их души и сердца чувствами, с дикими воплями рванули наперерез. Эрик не успел понять, кто именно крикнул:

– Задайте ему, профессор!

И начался хаос. В мгновение ока холл академии превратился в место отчаянной баталии. Студенки Ариаса вцепились в непрошенных гостей. Они кусали их, щипали, вырывали волосы. Те, вереща от боли, пытались отцепить от себя девушек. Некоторые студенты, не в силах определить, где чужие, где свои, наотмашь били учебниками всех без разбора. Сумки и обувь летали над головами, как снаряды осадных орудий. Кто-то энциклопедией, как тараном, прокладывал себе путь через рокочущую толпу.

– Достаточно, господа! – голос профессора Алькора пророкотал под куполом холла. Все противники замерли, словно воры, пойманные на месте преступления.

Ректор возник под сводами арки будто из ниоткуда. Низенький, щуплый, в огромных очках. Такой тщедушный, что профессор Веласско мог бы пришибить его одним пальцем. Но Ариас стоял, вжав голову в плечи, да и сам Эрик старался смотреть куда угодно, лишь бы случайно не поймать прищуренный взгляд. За спиной ректора переводила дыхание мисс Моррен. В толпе зашуршали тревожные шепотки.

– Коллеги, – Алькор посмотрел на профессоров Веласско и Кастара, – проследуйте за мной. Все остальные – немедленно привести себя в порядок и вернуться к занятиям.

– Господин ректор, я бы хотел… – начал Ариас.

– Молча, господин Веласско. Поговорим в моём кабинете.

Лазариус Алькор направился к выходу. Лицо Кастара казалось окаменевшим. Он зыркнул на своих подчинённых и процедил сквозь зубы:

– Вас. Ждут. Студенты. Возвращайтесь на кафедру.

– Упс. У нас есть примерно полчаса, чтобы сбежать из страны, – сказал Айзек, потирая укушенное плечо.

– Пустые надежды. – Илай подобрал с пола треснутые очки. – Он нас и с того света достанет.

Народ медленно расходился. Какие-то девушки пытались поделить на лоскуты рубашку профессора Веласско. Эрик так и стоял у колонны, разглядывая разрушенную мозаику и галопирующих вдоль стен барельефных всадников. Да, какой бы ни была завтрашняя игра «Бей-Беги», но по накалу страстей она не сравнится с этим поединком!

***

Лазариус Алькор молчал и смотрел в окно. В голове крутилось много определений, самым безобидным из которых было: «тупицы». «Тупицы» топтались возле стола: Ариас в изодранном пиджаке скорбно опустил плечи, а Винсенс скрестил руки на груди и насупился.

– Господин ректор, я… – подал голос Веласско.

Алькор поднял руку, приказывая замолчать. Винсенс глянул на коллегу с отвращением. По лицу алхимика было понятно: он не собирается извиняться. Ариас удостоверился, что шеф не видит, и показал алхимику неприличный жест.

– То, что произошло сегодня, господа, переходит все границы: разумного, нормального и дозволенного. – Алькор говорил спокойно и медленно. Неспешным шагом он отошёл от окна и теперь стоял к ним лицом, опершись руками на стол из красного кедра.

– У меня для этого были основания… – начал Кастар, но рука ректора снова поднялась в воздух.

– Запомни, Винсенс: для насилия не бывает никаких оснований. Никогда. К тому же из-за твоих действий могли пострадать невинные люди.

– Невинные люди пострадали вчера! В баре! – Кастар повысил голос и сжал кулаки. Ариас посмотрел на него с опаской и незаметно отступил на полшага.

– Да, меня осведомили, – прервал его начальник. – Но меня удивляет то, что сделал ты, узнав об этом. – Голос Алькора звучал с каждым словом всё строже и внушительнее. – Ты побежал бить морду своему бывшему однокашнику, прекрасно зная о том, что после каждой вашей словесной перепалки напряжение между вашими факультетами возрастает с удвоенной силой! И, по-моему, вам, господа, это даже по вкусу!

Его взгляд упал на Ариаса:

– А ты чего радуешься? Напоминаю, что твоя должность предполагает в первую очередь заботу о безопасности студентов. А ты устроил целый спектакль с танцующим полом. Тебе неймётся, да? Хочешь, чтобы все тобой восхищались?! Так займись, наконец, воспитательной работой! Вместо того чтобы разжигать межфакультетские распри, придумай для всех объединяющее дело! Заинтересуй их! Не получается?! Тогда, быть может, имеет смысл поговорить о твоей профпригодности?!

Послышался нервный смешок. Две пары глаз уставились на алхимика. Ариас – в предвкушении, Алькор – в гневе.

– Тебе весело, Винсенс? Думаешь, ты у нас такой уникальный, что можешь нарушать все мыслимые правила тогда, когда тебе это вздумается? Спешу тебя разочаровать, дружочек, ты работаешь в системе. И если тебе это не подходит, пожалуйста, не надо себя заставлять. Можешь идти, куда тебе вздумается! Гильдия аптекарей примет тебя с распростёртыми объятиями. Как и гильдия парфюмеров. Впрочем… – Алькор потянулся за сигарой, – в этом случае тебе как-то придётся объяснить представителям управления внутреннего порядка некоторые твои… Как бы корректно выразиться? Сомнительные увлечения…

Взгляд Винсенса блуждал по узорам настенного ковра за спиной шефа, а лицо совершенно ничего не выражало. Зато Ариас приободрился. Он с интересом взирал то на алхимика, то на ректора, гадая, о каких именно увлечениях идёт речь. Алькор раскурил сигару, выдохнул облако дыма и заговорил снова:

– Вы разочаровали меня. Оба. Играете своей властью, своим могуществом, нисколько не заботясь о тех юнцах, которые с восторгом заглядывают вам в рот! Я думал, бремя ответственности заставит вас поумнеть, но, похоже, вы так и остались заносчивыми мальчишками.

Он опустился в широкое кресло и подпёр ладонью лоб. Разглядывая его блестящую макушку, Ариас отчаянно соображал, как можно всё исправить. Он понимал: Кастар, если на что и способен, так только усугубить их и без того шаткое положение, а значит, действовать надо самому.

– Кхм, господин ректор, позвольте сказать.

Алькор поднял на него усталые глаза и едва заметно кивнул.

– Ваша идея о том, чтобы заинтересовать сотрудников общим делом, просто блестящая! Я тоже давно размышляю об этом и должен сказать, что…

– Что? – Алькор усмехнулся. – Что думать у тебя получается хуже, чем подлизываться?

Со стороны алхимика раздался странный звук – нечто среднее между смехом и хрюканьем.

– Я хотел найти дело, которое увлечёт и сплотит всех, – Ариас сделал вид, что ничего не заметил, – но увлечь можно только личным примером, не так ли? Мы со студентами ходим в походы, устраиваем соревнования на байдарках, играем в «Бей-Беги». Да наш профессор Де Монтое буквально вчера отложил все дела и помогал мисс Бьёрк заказывать наградные ленты к ближайшим соревнованиям!

– К чему ты ведёшь? – нахмурился ректор.

– К тому, что далеко не всем так повезло с главой факультета…

На секунду Алькору почудилось, что из ушей алхимика валит дым, но это оказалось лишь марево от сигары.

– …Однако я нашёл дело, для которого не нужно обладать никакими специальными талантами…

– Неужели? Именно так ты подобрал себе должность?

– Заткнись, Винсенс. А ты говори.

– Знаете, Лазариус, моя кузина обожает петь. Обычно она поёт в душе, пока мы с Криспом ожидаем своей очереди. Получается не сказать чтобы хорошо, но ей нравится. Вот я и предлагаю: давайте организуем хор! Для этого даже голос особо не нужен. Такова магия коллективного пения: веселее, чем в одиночку, и не слышно, если сфальшивил.

– То есть ты, Веласско, предлагаешь, – Кастар сморщил нос, будто услышанное вызывало у него непреодолимое отвращение, – заставить и без того занятых людей заниматься какой-то никчёмной самодеятельностью лишь потому, что это нравится твоей кузине?

– Почему никчёмной? Я предлагаю организовать в наших стенах студию акапельного пения. А что? Сейчас это в моде, поверьте мне. К тому же это – совместная деятельность! Сотрудники с разных кафедр и факультетов будут узнавать друг друга, налаживать дружеские и профессиональные связи… А ещё, если поторопимся, сможем выступить на зимнем балу. Как вам идея, шеф?

– Ну хоть одно разумное предложение, Ариас… Я бы послушал а капеллы в исполнении наших коллег. Ты сможешь это организовать?

– Конечно! Маэстро Трамотан любезно согласится руководить этим изумительным проектом! – Ариас улыбался до ушей, чувствуя себя победителем.

– Тогда два раза в неделю, – подытожил ректор. – Сразу после завершения лекций. И, Винсенс, если узнаю, что твои прогуливают – оставлю тебя без премий до конца года. Мы все должны серьёзно потрудиться, чтобы выкорчевать те семена раздора и неприязни, которые вы оба так долго сеяли. Свободны.

Ариас и Винсенс молча направились к дверям, у которых оба замешкались, пропуская друг друга. Ни один не хотел поворачиваться спиной.