Текст книги "Крысиное Королевство (СИ)"

Автор книги: Амари Эбер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)

Глава восьмая, в которой Ариас плетёт интриги, Кассандра строит козни, а Винсенс делает выводы

Мэйви Бьёрк выводила текст делового письма, высунув кончик языка от усердия. Её рабочее место располагалось в приёмной господина Веласско. Именно Мэйви являлась привратником, наделённым властью решать, кто из страждущих удостоится аудиенции проректора, а кому останется кусать локти. Её босс имел обыкновение появляться на службе ближе к обеду, поэтому сейчас в помещении царили тишина и спокойствие, а мисс Бьёрк могла посвятить себя текущим делам, не отвлекаясь на болтовню, беготню и мелкие поручения.

– Мэйви, я вынужден просить вас об очередной услуге.

Мисс Бьёрк вскочила, капая чернилами на расшитый мелкими розочками подол. К ней приближался прекрасный как бог Ариас Веласско. Мэйви всё никак не могла привыкнуть к тому, что её начальник постоянно перемещается с помощью волшебного кольца и из-за этого появляется всегда неожиданно и бесшумно. Он откинул набок волнистые волосы, и мисс Бьёрк показалось, что кто-то с размаху ударил её под дых. В помещении стало жарко. Ариас уселся напротив, одарив помощницу одной из своих великолепных улыбок.

– Всё что угодно, профессор! – радостно защебетала Мэйви, падая обратно на стул и чувствуя, как потеет. – То есть… Ариас.

Красавцу не было дела ни до её радости, ни до её смущения. Он извлёк из внутреннего кармана пиджака два билета. «Неужели?!» – сладостная дрожь пробежала по всему телу.

– Я собирался сводить кузину в театр в эту субботу, – начал Ариас, – но матушка подвернула лодыжку и теперь требует, чтобы я её навестил. Будет жаль, если билет пропадёт. Тем более в Готтергеме эта постановка произвела фурор, а у нас её покажут лишь дважды. Эксклюзивное событие. Вот я и подумал, вдруг вы захотите сходить с Кассандрой вместо меня? А то бедняжка совсем не вылезает из этой треклятой лаборатории.

Мэйви не сдержала разочарованный вздох. «Идти с его сестрой? Я ведь её едва знаю!» Ариас настойчиво протягивал билеты. Сейчас он чем-то напоминал дружелюбного лабрадора. Да-да, того и гляди завиляет хвостом. Ну как можно его расстроить?

– Конечно, буду рада составить ей компанию.

– Вы самый надёжный человек в этом мире! – Ариас вручил билеты, встал и развернулся к выходу. – Но сердечно молю вас об одном: не говорите Кассандре, что это по моей просьбе. Если она узнает, что наш поход отменился из-за плохого самочувствия тётушки, то непременно бросится её спасать. Да вы и сами знаете, какая она сопереживающая и заботящаяся. А мне бы так хотелось, чтобы иногда она заботилась о себе. Договорились? Вот и славно.

– Профессор!.. То есть Ариас, – окликнула его Мэйви. – «Готтергемский вестник» прислал вопросы для интервью, и они интересуются, когда вы готовы принять журналистов?

Ариас хлопнул себя по лбу.

– Мэйви, скажите, что бы я без вас делал? Это интервью начисто вылетело у меня из головы. Но я ведь могу на вас положиться?

Его взгляд был настолько обезоруживающим, что мисс Бьёрк не раздумывая кивнула, хотя и прекрасно знала, во что обойдётся это согласие.

– Спасибо! Мне впору молиться на вас, моя дорогая. Будьте добры, посмотрите в моём расписании, какие есть окна, и предложите это время журналистам. С вопросами можно поступить, как обычно.

Мэйви почти физически ощутила, как на её плечи взвалили груз новых задач, а господин Веласско, напротив, заметно повеселел и, одарив секретаршу уже двухсотой улыбкой, скрылся в неизвестном направлении.

Мисс Бьёрк подпёрла кулаком щёку и призадумалась. «Как обычно – значит написать всё самой и преподнести господину проректору на золотом блюде. И когда я должна всё успеть? Ещё вести его сестру в театр! Может, ему рубашку погладить или с собакой погулять?» Мэйви понимала: она может возмущаться сколько угодно, но о чём бы он ни попросил – она согласится не колеблясь. И это тревожило не на шутку.

***

Многоголосая, многоногая, многорукая толпа стекалась в столовую. Кассандра ухватила последний поднос и заняла место в длинной очереди.

– Эй, Моррен!

Лаборантка обернулась. Ей махала русоволосая Мэйви. Кассандра жестом пригласила её занять место рядом. Обсуждая последние новости, девушки продвигались вдоль рядов с разными вкусностями и постепенно наполняли подносы.

– Представляешь, я – счастливая обладательница целых двух билетов на «Мечты и Судьбы», – с самодовольным видом поведала Мэйви, когда они устроились за свободным столом. – Пойдёшь со мной?

– О-о-о! Это же по той пьесе! И как ты их только достала?! Айзек сказал, что за ними вчера очередь аж до главной площади растянулась!

– Поклонник подарил, – брякнула мисс Бьёрк и тут же закусила губу.

– Почему ты не идёшь с ним? – Кассандра не заметила её замешательство. Куда больше её интересовал куриный суп.

– Тебя что, тролли воспитывали, Моррен?! Сама должна знать: порядочной девушке нужно хорошенько промариновать ухажёра, прежде чем первый раз выйти с ним в свет! А то ещё подумает, что я… ну, из этих… – Мэйви красноречиво посмотрела на Кассандру и снова спросила. – Так что, ты в деле?

– Я… я. – Кассандра опустила глаза. – Я бы очень хотела, но. Насколько я знаю, это в субботу, а по субботам у меня консультации с научным руководителем ровно в восемь вечера.

– В восемь?! – Мэйви смотрела на неё с недоверием и откровенной завистью. – Каждую неделю? У профессора Веласско хорошо, если раз в месяц на меня время находится.

Моррен неопределённо пожала плечами.

– Может, я просто безнадёжна настолько, что за моими действиями нужен постоянный контроль? К тому же Ариас – проректор… У него наверняка куча разных ответственных задач…

– Семьдесят процентов из которых выполняю я, – обиженно пробубнила секретарша и сразу попыталась сменить тему: – Впрочем, неважно. Ты успеешь вернуться домой до восьми. Пойдём, а? Надо же отвлекаться от работы хоть иногда.

– Нет, мне ещё надо подготовиться. Шеф завалил меня литературой. А на буднях столько дел! Я совсем не успеваю читать!

Мэйви вздохнула. Делать нечего. Придётся доставать козырь из рукава. Она аккуратно отпила чай из фарфоровой кружки и заговорила с почти натуральной грустью:

– Эх, жаль. Многие душу бы продали за эти билеты, особенно профессор Сиерра.

– Сиерра?! – Санди даже поперхнулась от неожиданности.

– Да. Буквально с утра к ней заходила. Она ужасно сокрушалась, что не сможет попасть на представление.

– Хм… – Кассандра возвела глаза к потолку и на секунду задумалась. – То есть если мы пойдём, а она об этом как-нибудь случайно узнает, то…

– Она просто позеленеет от зависти! – злорадно улыбаясь, закончила Мэйви.

– Ну, ради такого я бы точно сходила. – Глаза Кассандры сияли в предвкушении. – Но учти: если я опоздаю на встречу с профессором Кастаром, мне конец. И тогда Ариас обяжет тебя организовывать мои похороны.

– Только за дополнительную плату! – Мэйви рассмеялась.

***

Субботним утром Ариас, замерев под дверью своей комнаты, слушал, как Кассандра прошлёпала по коридору второго этажа и заперлась в ванной. Несколько секунд – и из крана полилась вода. Путь свободен. Ариас медленно повернул ручку и высунулся наружу. Прислушался. В комнате Криспа творилась какая-то музыкальная неразбериха. Веласско прокрался мимо и просочился в спальню кузины.

Солнце проникало через огромное трёхчастное окно, разрисованное волшебными цветами и птицами. Возле него – заваленный книгами, рисунками и всевозможными побрякушками письменный стол. В углу – не заправленная кровать. Цветные бумажные фонарики растянулись вдоль стен, а с потолка свисали растения в стеклянных сосудах.

Где-то здесь, среди всей этой энтропии, должны находиться её карманные часы. Ариас протянул руку ладонью вверх и стал приманивать полезный аксессуар. Часы вылетели из-под пёстрой лоскутной подушки и приземлились на раскрытую ладонь. Чудесно. Ариас защёлкал винтиками механизма и забормотал заклятие. Готово. Сунув часы обратно, он тем же проворным и лёгким шагом покинул место преступления.

– Хэй! Это не твоя спальня!

Тон племянника был ужасно серьёзен, а сам парень стоял посреди коридора всклокоченный, облачённый в полосатую пижаму и с огромной вазой печенья в руках.

– Твою бы наблюдательность да на практическом занятии по астрономии, – вздохнул Ариас и во избежание дальнейших пререканий хлопнул дверью и скрылся в своих покоях.

***

Ближе к вечеру, когда все дорогие родственнички, наконец, покинули дом, Ариас заварил чай, притащил на кухню парочку спортивных журналов и, предвкушая триумф, принялся ожидать.

Кастар был до чёртиков пунктуален. Ровно в двадцать ноль-ноль его бледная заспанная физиономия показалась в кухонном зеркале.

– Мисс Моррен? Вы здесь?

– Я за неё, – не скрывая самодовольной улыбки, ответил Ариас, подходя к зеркалу.

– Ты-то мне нахрена? – фыркнул Кастар. – Позови Кассандру, у нас встреча.

– Я бы рад, – с притворным вздохом отозвался Веласско, – но её здесь нет. Убежала с каким-то парнем пару часов назад. Думаю, в ближайшее время она не появится.

Кастар молча растворился в зеркальной глади. Ариас издал залихватский победный вопль и пустился в пляску вокруг стола.

Без пяти девять взмыленная Кассандра влетела на кухню, где застала кузена, лениво листающего журнал и трескающего печение.

– Ариас, выйди, пожалуйста, у меня скоро встреча. – Она пыталась отдышаться, снять шарф и одновременно поправить причёску. Получалось хуже некуда.

– Санди, ты хоть время видела? – Ариас изобразил искреннее удивление. – Кастар являлся сюда час назад.

Кассандра вытащила карманные часы и обернулась к настенным. Несколько раз перевела взгляд с одних на другие…

– О нет! Мои часы отстали! Я не виновата! А Винсенс… О-о-о!

– Ну, таких звуков он не издавал, но, кажется, тоже огорчился…

– Вы что, разговаривали?!

– И, представь себе, не подрались, – с гордостью отчитался Веласско.

– Что ты ему сказал?! – Тревога в голосе кузины только росла.

– Сказал, что ты на свидании. – Ариас легкомысленно пожал плечами.

– Как?! Зачем?! Что ты наделал?! – Щёки Кассандры, порозовевшие на холоде, теперь, казалось, налились жаром.

– Ты чего? – Ариас округлил глаза. – Я, к твоему сведению, защищаю твои интересы. Пусть думает, что у тебя есть личная жизнь. А то эксплуатирует тебя, будто ты его карманный джинн…

– Ты кретин, Ариас Веласско! – выпалила Санди и убежала наверх.

– Ох, какие мы нежные! – крикнул Ариас ей вслед, но, кажется, остался не услышанным. К своему счастью. Иначе ему пришлось бы отскребать самого себя от кафеля по кусочкам.

***

Ветер дул так, что Кассандра прятала лицо в шарф и стучала зубами. Каждый шаг давался с трудом, но она во что бы то ни стало решила явиться на работу как можно раньше. Так, наверняка можно будет улучить момент, чтобы… Забравшись на вершину холма, Моррен заметила впереди знакомую фигуру, облачённую в чёрное пальто.

– Винсенс, подождите! – Она бросилась догонять и на бегу тараторила. – Вы… вы так и не ответили мне в субботу… и в воскресенье... Я вам писала, вы не прочли? Я просто хотела извиниться за то недоразумение! Мои часы встали, и я… я потеряла счёт времени…

Шеф обернулся. Кассандра вздрогнула. Его лицо не отражало ничего, кроме смертельной усталости.

– Моррен, давайте без оправданий. Вы не потрудились уведомить меня об изменении планов. Если вы не умеете уважать чужое время, я вынужден пересмотреть порядок нашей коммуникации.

Он проскользнул в приоткрытые ворота. Железная створка лязгнула перед самым носом Кассандры. Какое-то время она стояла без движения, со всех сторон пронизываемая ветром.

– Мисс, вы заходите? – раздался чей-то недовольный голос у неё за спиной.

Кассандра дёрнулась как ужаленная, отступила вбок и обернулась. Возмущёнными взглядами её буравила целая толпа народа.

***

Всю неделю на факультете магических искусств бушевал хаос. Щепетильная в работе Мэйви Бьёрк несколько раз ошиблась, формируя расписание лекций и приказы о замещении. В итоге толпы студентов бегали из кабинета в кабинет, как стаи мигрирующих леммингов, тогда как взмыленные преподаватели, в расписании которых значилось, что они должны присутствовать на двух зачётах одновременно, возмущались и сотрясали воздух перечислением почётных званий, а ошарашенные лаборанты, вызванные на ковёр за неправильную интерпретацию результатов исследований, неловко оправдывались тем, что ещё даже не приступали к этой работе. Напуганная и сконфуженная мисс Бьёрк тщетно пыталась объяснить господину Веласско, что правки в документах были внесены отнюдь не её рукой, но тот был непривычно хмур и не желал ничего слушать.

Профессору Доротэе Мэмбл, той самой, в чьём классе обреталась печально известная «голова Кастара», тоже жилось несладко. В её кабинете завелась крыса. Прожорливая и совершенно неуловимая. Сначала она съела печенье, хранящееся в ящике стола, а затем с явным удовольствием переключилась на учебные планы. В довершение всего мерзкая тварь подгрызла ножку профессорского стула, заставив учёную даму неловко рухнуть прямо посреди консультации с дипломниками.

На этом неприятности не закончились. В четверг, возвратившись с лекции, Ариас Веласско устало опустился в своё шикарное кожаное кресло и принялся, особо не вчитываясь, расставлять автографы на всевозможных бумажках, которые подготовила Мэйви. Приказ, заявление, резолюция – всё едино. Посреди этого процесса в дверь деликатно постучали.

– Профессор Веласско, к вам профессор Юния, – отрапортовала помощница.

Ариас хотел подняться навстречу коллеге, но не смог. Опёрся на подлокотники и попытался выдернуть себя из объятий кресла. Не получилось. Брюки намертво прилипли к обивке. Применил отклеивающие чары – безрезультатно. Оставалось только тихо паниковать.

Следующие несколько минут профессор Юния совершенно не понимала, что происходит. Её молодой коллега, обычно внимательный и галантный, на протяжении всего разговора почему-то нервно дёргался, ёрзал в кресле и отвечал невпопад. А когда она, ужасно разочарованная, всё-таки решила уйти, этот зазнавшийся нахал даже не соизволил подняться, чтобы её проводить.

Когда за Ханорой закрылась дверь, Ариас шумно выдохнул, предпринял очередную героическую, но абсолютно безуспешную попытку оторваться от кресла, почувствовал, как брюки трещат по швам, и позвал секретаря.

– Мэйви, не пускайте ко мне никого до конца дня! – срывающимся голосом приказал он. – И раздобудьте рабочее расписание Кастара. Только точное расписание, Мэйви! Ошибку я вам не прощу!

***

Клайд Бруни сидел в полумраке своего почти пустого, необжитого дома, окружённый лишь вычислительными машинами. Его внимательный взгляд следовал от циферблата к циферблату и фиксировал постоянно меняющиеся столбики чисел.

Посреди комнаты заклубился фиолетовый туман, а когда рассеялся, на этом месте нарисовался Ариас, сидящий в солидном кресле. Клайд поднял голову и озадаченно посмотрел на лучшего друга.

– Путешествовать сквозь пространство в сидячем положении – плохая затея. Привыкнешь и однажды переместишься на званый ужин со спущенными штанами прямиком из сортира, – назидательно произнёс он.

– Проблема, мой прозорливый друг, заключается как раз в том, что я не могу снять штаны, – горько усмехнулся Ариас. – Собственно, я прибыл сюда для того, чтобы ты помог мне в этом нелёгком деле. И заодно одолжил новые…

– Ну… твои способы обольщения не изменились со студенческой скамьи, – улыбнулся Клайд, поднимаясь. – Ладно, пойдём, выберешь себе что-нибудь.

Он сделал несколько шагов и в дверях обернулся. Ариас продолжал сидеть в кресле, раздражённо взирая на него.

– Никуда я с тобой не пойду, – заявил он. – Я приклеился!

После недолгой возни с ножницами и переодеванием Ариас и Клайд склонились над прозрачной и едва заметной субстанцией, которой кто-то смазал сидение кресла.

– Знатная вещь, – уважительно сказал Клайд. – Держит намертво, магией не возьмёшь. Хорошо ещё, что под брюки не просочилась. Иначе ты бы ещё неделю сидеть не смог. И это не говоря об эстетической стороне проблемы.

– Что ты имеешь в виду?

– Что она и впрямь могла слипнуться… Кто тебя так?

– Самому не верится, что говорю это, – сокрушённо вздохнул Ариас, – но вероятнее всего, что это проделки моей собственной сестры.

– Санди? Думал, она и феи не обидит. Рассказывай, как ты её довёл?

Мужчины отправились на кухню, где Клайд сунул в духовку какие-то замороженные полуфабрикаты, и пока кипел чайник, слушал пышущий экспрессией рассказ Ариаса.

– Ну и дурак же ты, – резюмировал Клайд, изо всех сил стараясь сдержать улыбку.

– Не знаю, в курсе ли ты, но друзья нужны для того, чтобы поддерживать, а не оскорблять! – взъелся Ариас.

– Старшие братья, вообще-то, тоже нужны для этого, а не для того, чтобы завидовать и ревновать.

– Я? Завидую?! Да я только и делаю, что поддерживаю и защищаю!

– Остынь, – спокойно сказал Клайд, положив тяжёлую ладонь на его плечо. – Я всего лишь хочу напомнить, что Кассандра – взрослый человек, а значит, может делать со своей жизнью всё, что считает нужным: общаться с кем хочет, интересоваться, страдать, если ей так нравится. И последнее дело, Ариас, вставлять палки в колёса её слайттраффера.

– Ох, думал, хоть ты меня поймёшь. – Ариас трагично уронил лицо на ладони. – Я же не против. Пусть интересуется кем угодно, но в данном случае… – Он запнулся, не в силах выразить обуревающие его чувства. – Клайд, речь же идёт о Кастаре! Чёртовом Винсенсе Кастаре! Он всегда был…

– Мрачноватым? Странноватым? Да, – продолжил за него Клайд. – Но у меня он всегда вызывал скорее сочувствие, чем неприязнь.

Ариас ошеломлённо уставился на друга, но тот продолжил рассуждать, не обращая на это ни малейшего внимания:

– Помнишь, каким он был в студенчестве? Весь первый курс проходил в одних и тех же брюках…

– Даже не напоминай! К концу года они стали больше походить на бриджи! А этот его драный свитер?! Он расползался по швам, а Кастар скреплял их какими-то жуткими булавками! Но знаешь, что самое страшное?! Вчера Крисп принёс из ателье точно такой же! В нём специально наделали дырок и нацепляли всяких железок. А стоит эта рванина как полугодовой доход лаборанта! Парень уверял меня, что это последний писк моды! Но как по мне…

– Да-да, тогда половина академии полагала, что ты постоянно цепляешь Кастара только потому, что твои возвышенные аристократические чувства оскорбляет его убогий вид…

– Фу! Неужели в глазах общественности я такой пижон?! – в очередной раз изумился Веласско.

– Сейчас в меньшей степени. И ты многое для этого сделал. Но тогда ты был ничем не лучше прочих богатеньких детишек из семей высшей знати.

– Какой позор! И почему ты стал со мной дружить?

– Ты был весёлый и безбашенный. Мне этих качеств сильно не хватало…

– А сейчас?

– А сейчас ты ужасно нервный. И есть с чего. На тебя много свалилось за последние пару лет: ответственность за сына Блэзиса, новая должность… Но если ты и дальше будешь пытаться контролировать то, что от тебя не зависит, ты просто лопнешь, дружище.

– Но пойми, я не могу просто молча смотреть, как этот отвратительный хмырь пользуется умом, красотой и молодостью Кассандры!

– Как по мне, Ариас, так ты не должен молча смотреть на то, что творится в парламенте. Твой долг как человека и верноподданного приложить все усилия, чтобы закон о сдерживании скрамторской агрессии был подписан Их Величествами. А ещё ты должен довести до конца дело твоего брата. Не только потому, что обещал матери…

– При чём тут эта старая карга?! Я себе обещал! И намерен…

– Тем лучше. Идём дальше. Ты должен оберегать не только свою семью, но и своих подчинённых. Ты теперь большой начальник, а значит, должен поддерживать моральный дух в коллективе. Наш Академгородок хоть и находится вдали от столицы, но и до нас уже доходят слухи о…

– Не продолжай, сам знаю…

– Пожар, который случился на прошлой неделе в мастерской Маггергута, до сих пор называют местью за предательство родины. Говорят, это был поджог.

– Я слышал. Почтальоны теперь выходят на работу на час позже и с сигнальными оберегами за пазухой – боятся, что кто-нибудь может попытаться перехватить документы королевской канцелярии. Я как представитель академии уже ходатайствовал о том, чтобы им выделили охрану из УВП.

– Вот видишь. Есть настоящие проблемы, которые требуют твоего участия, Ариас. Но личная жизнь Кассандры – не одна из них.

– Вроде да… Но иногда я боюсь, что если перестану контролировать, то потеряю её.

– Увы, но пока ты не можешь проконтролировать даже собственные штаны.

***

Коридор цокольного этажа казался Ариасу бесконечным. Стены давили, тени сгущались в углах, тяжёлые чугунные люстры поскрипывали под потолком, а сквозняки гоняли по загривку мурашки. Однако Веласско упорно продвигался вглубь вражеской территории. Судя по данным, добытым Мэйви, лекция Кастара должна закончиться через минуту. «О боги, как я до этого докатился?! Караулить под дверью эту подземную нечисть!.. И как алхимики только здесь выживают?! Такая сырость круглый год. Неудивительно, что Кассандра всё время хлюпает носом…»

Из-за поворота показалась призрачная процессия молчаливых и бледных студентов. Ариас понял, что почти на месте и, пропустив последнего запуганного подростка, зашёл в аудиторию. Здесь было также холодно и как-то серо. Кастар согнулся над стопкой листов и чиркал в них что-то кроваво-красными чернилами. Услышав шаги, он поднял взгляд.

– Чего тебе? Я передал план мероприятий твоему секретарю. Хочешь сказать, что-то не так?

– Всё прекрасно. – Ариас примирительно улыбнулся, хотя документация с кафедры алхимии являлась чуть ли не главным ночным кошмаром его помощницы. – Мне нужно с тобой поговорить.

Кастар смерил его настороженным взглядом, обошёл преподавательский стол, который находился на небольшом возвышении, прислонился к нему спиной и скрестил руки на груди.

– Слушаю.

– Я тебя обманул.

– И что? – Алхимик прищурился. – Только не говори, что тебя мучит совесть.

– Увы. Кое-что хуже совести. Неделю назад, когда ты появился в моём зеркале, я сказал, что Кассандра гуляет с каким-то парнем. Я соврал. Она смотрела спектакль с моей помощницей. И это я купил билеты и я заколдовал её часы, чтобы она опоздала на вашу встречу.

– С чего ты взял, что мне это интересно? – Действительно: выглядел Кастар так, будто его в принципе не интересует ничего, кроме загробной жизни.

– Мне плевать, интересно тебе или нет. Но моя сестра с прошлой субботы со мной не разговаривает, а на моём факультете происходят какие-то бедствия. Вчера, например, мои штаны приклеились к креслу… А поскольку не связать первый и последний факты было бы глупо, я решил сделать всё, чтобы исправить сложившуюся ситуацию, – с вызовом отчеканил Ариас.

– Мог бы не тратиться на билеты, Веласско. Вы с кузиной сами в состоянии устроить фарс без особого повода…

– Фарс?! Да это она устроила какую-то буффонаду у меня на факультете, а я… Я был вынужден защищать свои владения!

– Какие ещё владения? – нахмурился Кастар.

– Мой дом! Вы оба меня достали! Представь, если бы я каждую субботу проводил совещания у тебя на кухне! От твоего голоса у нас молоко киснет! А Крисп, бедняга, начал заикаться…

– В данном случае это прогресс, – хмыкнул алхимик. – Весь прошлый год я был убеждён, что он немой… Кстати, ты не думал, что селективный мутизм достался ему по наследству? От дяди, например?

Веласско опешил. Может, всё же стоит накостылять этому проходимцу? К чёрту Алькора с его воспитательной работой! Кастар тем временем невозмутимо продолжал:

– Если ты всё это время так сильно страдал, то почему просто не сообщил об этом мне? Знаешь, здоровые люди делают это с помощью простых вербальных конструкций, именуемых словами и предложениями.

– О, если бы с тобой было так просто разговаривать, мой племянник не немел бы на каждом твоём семинаре!

– Со мной легко разговаривать. Достаточно не путать кератин с керосином. Более того, Веласско: я в состоянии понять простую просьбу.

– Вот и проверим. В следующий раз, когда я буду страдать, ты узнаешь об этом первым!

Ариас развернулся и с чувством выполненного долга покинул промозглую аудиторию. Винсенс остался один. Какое-то время он ещё прислушивался к удаляющимся шагам, а потом одним движением смёл в сторону студенческие работы и уселся на стол. Смотрел в стену, болтал ногами. Тонкие губы сами собой растянулись в улыбке. В голове зрел план.

***

Вооружившись планшетом и перьевой ручкой, Кассандра следила за тем, как Цирцея бестолково снуёт по лабиринту, утыкается носом в тупики и по-дурацки крутится на одном месте.

– Давай! Давай же! – шёпотом подбадривала её Моррен. – Смотри, лакомство уже совсем рядом! И если бы ты сейчас повернула направо, то уже бы поужинала… Да и я, вероятно, тоже… Опять? Тебе что, нюх отшибло?.. Или память?.. Винсенс утверждал, что ты знаешь этот лабиринт как свои пять пальцев… Ой, то есть четыре, конечно… О-о-о, нет! Ну сколько можно жать на этот рычаг! Ты явно не хочешь, чтобы я ушла домой до полуночи!

Лаборантка в очередной раз покосилась на данные предыдущих наблюдений. Цифры не сходились. Даже опровергали друг друга. Почесала в затылке, приводя в хаос и без того растрепавшуюся причёску, и попыталась беспристрастно описать то, что видит.

– Моррен, это просто убого.

Лёгок на помине. Шеф появился в лаборатории с тоненькой стопкой бумаг и, не глядя на Кассандру, прошагал к атанору.

– Вы хоть сами читали своё введение?

Санди почувствовала, как в груди что-то болезненно сжалось. Введение она перечитывала столько раз, что если бы он спросил, то она могла бы без запинки пересказать и прокомментировать каждое слово. Но он не спрашивал.

– Это годится только для растопки. – Кастар стал медленно отправлять в печь лист за листом. – Боюсь, если не возобновить наши консультации в прежнем объёме, это будет самая жалкая диссертация за всю историю академии.

Кассандра широко распахнула глаза и наблюдала, как главный труд последних недель, а может и всей её жизни, пожирает пламя. Усилием воли она заставила себя разлепить пересохшие губы:

– Вы полагаете?

– Я настаиваю. Причём на очном формате. – Он выглядел крайне серьёзным, даже злым. Отсветы огня плясали в его тёмных глазах. Кассандра ничего не понимала.

– А что же делать с тем новым графиком консультаций, который вы мне прислали?

– Можете пустить на черновики. Нам их понадобится целый вагон.

– Да?.. И когда мы теперь встречаемся?

– В пятницу. После работы.

– Ой, а… мы могли бы снова пойти в то место? Ну, с очагом и этой сложносочинённой музыкой…

– Боюсь, в этот день там будет слишком шумно.

– Пожалуйста! Обещаю громко кричать, чтобы вы меня лучше слышали.

– Зачем? Можно просто сесть ближе.

Кассандра хихикнула. Винсенс глянул на неё непонимающе, а в следующую секунду развернулся и вылетел из лаборатории.

– Договорились! – крикнула Моррен ему вслед.

***

Туман бесшумным зверем подкрадывался с Лонгано, но как будто пугался оранжевых фонарей и рассеивался в их тёплом свете. Прохожие спешили по домам, зябко кутаясь в плащи и жакеты, но белёсая хмарь пугала не всех. Двое сидели на широком гранитном парапете. Девушка молча призывала со дна озера камни и снова кидала их в воду, скрытую пеленой тумана. Мужчина что-то говорил, то размахивая руками, то потирая шею.

– …Можешь обижаться сколько хочешь, Санди, но если бы ты была на моём месте, то понимала бы, насколько я взвинчен и насколько переживаю за вас! – Ариас бессильно опустил руки. Его речь затухла, как пламя, которое он был уже не в силах поддерживать.

– Послушай, – Кассандра запустила очередной камень в воду, – я всё понимаю: многим сейчас тревожно. Я так же, как и ты, скорблю по Блэзису, Астре, по маме… Да, может быть, я не знаю каких-то государственных тайн, но я работаю над тем же проектом, что и ты. Мы очень-очень торопимся, но почему-то ты считаешь наши усилия неважными! Это обидно. И я тоже опекун Криспа. Меня так же, как и тебя, беспокоит, что он постоянно где-то шатается… Мы должны быть заодно, Ариас, а ты мне не доверяешь. Ума не приложу, почему ты вообще подумал, что можешь решать за меня?! Да, ты не ладишь с Винсенсом, но зачем делать так, чтобы и меня с ним рассорить?! Он же мой босс!

– Он ненадёжен, – коротко ответил Ариас.

– Как это?! – Кассандра застыла с камнем в поднятой руке.

– Я не могу об этом говорить… – Ариас покачал головой. – Я связан клятвой. Но если он доверяет тебе, то сам расскажет.

– О, разве что в следующем столетии! – Кассандра со злостью замахнулась. Раздался плеск.

– Вот! – Ариас торжественно воздел указательный палец к чернеющему небу. – Поэтому я тебя очень прошу: не увлекайся им. Он скрытный как устрица, холодный как жаба, и к тому же…

– Я не увлекаюсь! – вспыхнула Санди. – Не знаю, чего ты там себе напридумывал, но мы… мы просто коллеги. И неплохо общались, пока ты не влез и всё не испортил! Я впервые чувствовала себя так… Ну, на своём месте, в общем. Поверить не могу, неужели ты готов был разрушить мою мечту, просто потому…

– Ни в коем случае, родная. Я помню, чего тебе это стоило. Это ведь я добывал его статьи, которые печатались только в местных сборниках, я возил тебе тяжеленные ящики плёнки с записями его лекций. Просто я лелеял надежду, что твоё незаслуженное восхищение этим… хм, человеком пройдёт, когда ты узнаешь его получше. Но нет. Ты даже не замечаешь, как крепко влипла. Честное слово, Санди, лучше бы ты была обычной девушкой! Выписывала модные журналы, красила ногти, мечтала бы влюбить в себя какого-нибудь молодого лорда с ангаром, полным гоночных слайттрафферов… Но нет, твои мысли только о том, чтобы провести жизнь в лаборатории Кастара.

– Глупый Ариас. Тебе уже столько лет, а ты так и не понял, что нет никаких обычных девушек…

Кассандра обняла брата, а тот накинул ей на плечи свой вязаный кардиган. Туман наползал с Лонгано. Сизая мгла заполнила пустынную набережную, но двое никуда не спешили. Двое сидели на парапете.