Текст книги "Дедов завет (СИ)"

Автор книги: Алла Касперович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

К большой радости Гэна, домашнее задание мы все-таки получили. Мне было все равно – я уже это знал, Трисса – тоже, а Пар и так ничего учить не собирался. Гэн тут же поспешил в Библиотеку, Пар к своему папке, чтоб у него добыть что-нибудь съестное, а мы с Триссой – в Сад, чтобы вдоволь пострелять из лука. Ну и так… пообщаться.

Ужинать мы, разумеется, не пошли. К счастью, в обед Трисса нам не все отдала, и мы перекусили хлебом с сыром. Так что в комнату я вернулся поздно, но зато очень довольным.

– Долго ходишь, парниша.

Руфус как обычно сидел у меня на столе. Он успел зажечь все свечи, и в комнате было светло.

– Слушай, а если бы кто-нибудь зашел, а у меня тут свечи горят? Мне ж бы влетело по первое число!

– Не влетело бы! – хмыкнул крыс.

– Почему это?

– А никто бы не зашел! – хохотнул он. Больше он ничего объяснять не стал, а я и не настаивал.

Куда интереснее мне было, что я там такое важное вчера ночью проглядел. Но и на это Руфус отвечать не захотел.

– Раз не увидел, значит, не важно. Может, в другой раз ушами хлопать не будешь. Слышь, парниша, а ты почему такой довольный?

Раз он мне ничего не рассказывает, то и я не буду.

– Руфус, а ты знаешь что-нибудь про Энну? Это моя новая одноклассница. Ребята сказали, что она несколько лет подряд в четвертом классе сидит.

– Энна? – Крыс почесал затылок. – Дай подумать… Это такая маленькая и очень шустрая? С длинными черными волосами?

– Ну… Волосы черные. Это точно. А вот какого она роста, я не знаю. Я ее за столом только видел. У нее еще челка длинная, почти все лицо закрывает.

– Она, – довольно кивнул крыс.

– И?

– И ничего. Девка как девка. Ничего интересного.

– Как так? А почему ее из Школы не выгоняют?

– А мне какое дело?

И правда? Нашел у кого спрашивать!

– Ладно, давай что ли в карты сыграем!

– Вот это, парниша, другое дело! Раздавай!

Знала бы бабуля, чем я сейчас занимаюсь, не только уши бы мне надрала, но и места живого на мне не оставила. Ведь азартными играми я позорю память покойного деда. А кто, по ее мнению, меня научил?!

Ночью я спал как убитый. Мне даже сны не снились. И проснулся я сам, а не от стука в дверь, в форму переоделся и даже сумку собрал. Сам себе удивляюсь! Если б еще и причесался, то вообще б образцово-показательным школяром был. Ага.

Сегодня нам крупно повезло. Дежурить снова должна была Вредная Эльза, но она чем-то отравилась. Мнения разделились: одни говорили, что ей кто-то из школяров что-то подсыпал, а другие считали, что она попробовала свою собственную стряпню. В любом случае, мне до этого не было дела. Главное, что я наконец-то мог хорошо позавтракать!

– Доброе утро! – поздоровалась с нами Тетушка Тама. Она торопилась в другую Столовую к малышам. Ведь считалось, что мы уже старшеклассники и сами справимся, если что.

– Доброе утро! – ответили мы хором.

А Пар еще и добавил:

– Тетушка Тама, я Вас люблю!

– Да-да, милый! – расхохоталась повариха. – Я знаю!

Она помахала нам рукой и поспешила дальше.

– Подхалим, – ухмыльнулся я.

– Зато работает! – сказал толстяк и гордо зашагал вперед.

Мой стол, как и раньше был самым большим, в этой Столовой, даже больше, чем в прежней. Традиции есть традиции. Зато теперь я ничего против этого не имел. Только вот бордовая скатерть меня немного раздражала. Но по крайней мере, ее хоть вышивкой украшать не стали.

После вчерашней овсянки сегодняшний завтрак был просто потрясающим. Мы даже ни слова за едой не сказали – так нам было вкусно. Я заметил, что сегодня завтракать даже пришли профессора, хотя вчера ни одного не было. За профессорским столом сидели профессор Аварра, профессор Кукуриус (среди остальных он совсем школяром казался), профессор Панриус и профессор Ремус. Последний то и дело пытался завести разговор со своей почти невестой, но она бросала на него такие сердитые взгляды, что я даже за него немного испугался.

Мы настолько увлеклись едой, что звонок на урок застал нас врасплох. И не только нас. Профессора вскочили со своих мест как ошпаренные и понеслись к аудиториям. Ну и мы за ними. И лишь один Пар, не веря своему счастью, остался в Столовой доедать нетронутые булочки с грушево-брусничным вареньем. Откуда я знаю, что варенье было именно таким? А я свою с собой забрал. Мы неслись так, как никогда не бегали на Физкультуре, и профессора нас обгоняли! Даже профессор Панриус, неповоротливый и круглый как мяч, не отставал!

Первой у нас была Рунопись, и профессор Аварра встретила нас у дверей аудитории. Что поделать: формально мы опоздали и заслуженно получили по подзатыльнику. Но не все. Оказалось, что новенькая Энна уже сидела на своем месте в последнем ряду, где кроме нее никого больше не было, и уже сладко посапывала. Она вообще ест? В Столовой я ее не видел.

Профессор Аварра сегодня явно была не в духе и гоняла нас по тому, что мы выучили в прошлом году. Только Трисса и Гэн справились хорошо, я чуть-чуть хуже, а остальные и вовсе провалились. И лишь Энну она ни разу не вызвала. Зато Пара…

Наш довольный жизнью и завтраком толстяк пришел в аудиторию только в середине урока. Незаметно проскользнуть он даже не пытался – профессором Аваррой это не пройдет. Он даже поздороваться не успел, как она уже щелкнула пальцами, и он взмыл над столами. Там он и провисел до конца урока. Ни раскаяния, ни сожаления на его лице я не заметил.

Звонок прозвенел и все просто вывалили из аудитории. Даже Гэн не заикнулся, что нам снова домашку не задали. Затем вышла профессор Аварра, а за ней проковылял Пар. Было похоже, что спускался он не очень плавно. А вот когда успела проскочить новенькая – я не заметил.

– Ты как? – спросил я у Пара.

– Хорошо. – Он довольно похлопал себя по животу. – Пошли лучше на следующий урок, а то я слышал, что у профессора Кукуриуса тоже характер не сахар.

И он оказался прав. Очень похожий на школяра профессор особенно невзлюбил нас с Гэном, потому что мы были не только выше его, но и выглядели старше. Вел он Волшебство превращений вместо профессора Сомалии. Если честно, то сейчас я впервые понял, что скучаю по ней. Она по крайней мере не смотрела на нас с таким недовольством. Как будто мы уже успели завалить экзамен. До сих пор я ни разу не видел, что бы он улыбался. И вид у него был такой, словно он только что съел что-то кислое. Новую тему он объяснял очень тихо, и приходилось вслушиваться, чтобы хоть что-нибудь разобрать. А о том, чтобы переговариваться с соседом и речи быть не могло. И вот он-то о домашнем задании не забыл.

– Не нравится мне он, – сказал Пар, когда мы вышли из аудитории.

– Мне тоже, – согласился я.

– Т-точно.

– И я так думаю.

И именно в эту минуту профессор Кукуриус вздумал пройти возле нас. Оладка перепеченная! Надеюсь, он не слышал.

Дальше у нас шло Волшебство огня. Вел его профессор Панриус. Оно и понятно: в прошлом году он у нас Домоводство преподавал, а как в готовке без огня? Если я правильно помню, то после четвертого класса можно Школу бросать и идти работать поваром, пекарем или еще кем-нибудь, где надо готовить.

С волшебством воды мы уже не раз сталкивались. А вот с огнем, кроме меня и Триссы, никто раньше не работал. Но сегодня это и не понадобилось, потому что урок состоял полностью из теории. А теоретик из меня никакой, поэтому я не слишком внимательно слушал. Как всегда, когда мне было неинтересно, я глядел по сторонам. Трисса, хоть и владела волшебством огня получше многих, все равно внимательно слушала и все-все записывала. Гэн тоже усердно скрипел пером, Пар, ничуть не скрываясь, таскал из карманов орехи (наверное, папка успел незаметно ему насыпать). Корнелия и Гавриус молча писали, я ни разу не заметил, чтобы они подняли головы. Дружки Носатого, похоже, играли в какую-то игру, а Эннна… А Энна снова спала. Интересно, а что она тогда по ночам делает?

Обед был снова выше всех похвал, и мы его ели не торопясь, смакуя каждый кусочек, хотя раньше я справлялся за пятнадцать минут и остальное время проводил в Саду. Тем более мне совсем не хотелось идти на следующий урок – Танцы. Не то что бы я танцевать не умел, но иногда мне казалось, что у меня обе ноги – левые. По крайней мере, так говорила моя бабуля.

Занятие у нас проходила в Малой бальной зале. Профессор Ремус снял свою мантию и остался в белой рубахе и бархатных черных штанах. Увидев это, все наши девушки сразу же заахали. Я с подозрением посмотрел на Триссу, но она даже не улыбнулась. Пронесло.

– Добрый день, школяры! – Ремус сегодня выглядел самым счастливым из всех профессоров. Он сиял словно новая монета и готов был пуститься в пляс в любую секунду, хоть музыка пока еще не звучала. – Готовы повеселиться?

– Да!!!

Нет!!! Выпустите меня отсюда кто-нибудь!

– Отлично, школяры! Только сначала давайте отметимся! – Он достал список и быстро его просмотрел. – О! Я как погляжу вас поровну, так что у каждого будет пара! – А потом он тихонько добавил: – Мне тоже повезло.

Оладка перепеченная, о чем это он?

Профессор называл имена, а мы отзывались.

– Школяр Гэнриус?

– Й-есть.

– Школяр Марвус?

– Есть.

– Школяр… Энна? Опять?

– Есть.

Мы все обернулись к тому углу, откуда прозвучал этот чарующий голос. Энна спряталась за тяжелой бархатной темно-зеленой шторой.

– Ладно, школяры! Разбейтесь по парам.

Я тут же схватил за руку Триссу, чтоб ни один нахал не увел мою красавицу. Корнелия осталась со своим братцем. Пару досталась наша долговязая стеснительная одноклассница по имени Верфелия. А вот Гэн оказался не таким шустрым, а потому остался стоять совершенно один. Погодите-ка, Ремус же говорил, что нас поровну?

– Школяр Энна, выходи! – скомандовал профессор.

– Мне и тут хорошо.

– Школяр Трисса!

– Ладно.

Я аж прям дышать перестал – так мне было интересно, как же она все-таки выглядит. Руфус оказался прав. Энна действительно маленькой. Когда она подошла к Гэну, то едва доходила ему до подмышек. И это, как я успел заметить, она еще была на каблуках. Волосы у нее были очень длинными, и расчесывала она их не чаще меня. Одежда ей была великовата, и от этого девушка казалась толще, чем она была на самом деле.

– Отлично! – хлопнул в ладоши Ремус. – Сейчас мы с вами будем разучивать первые па моего любимого дворцового танца. – Профессор Аварра, прошу Вас!

Оладка перепеченная! Я мог бы поклясться, что ее здесь только что не было! Но вот она уже стояла возле Ремуса. На ней тоже не было профессорской мантии, но и платье или юбку она тоже не надела. Как и моя Трисса, она тоже предпочитала штаны и мужские рубахи, правда приталенные.

Заиграла медленная музыка, профессор Аварра положила одну руку Ремусу на плечо, а другую вложила в его ладонь. Он же обнял ее одной рукой за талию, и они закружились в красивом медленном танце. Бабуля меня такому не учила.

Они так протанцевали минут двадцать и только потом вспомнили, что должны были учить нас. Профессора остановились и стали ставить нас в пары, поправляя то наши руки, то наши ноги. А потом зазвучала музыка, и мы стали танцевать. Такого смешного зрелища я еще ни разу не видел. Наш танец был ни капельки не похож на то, что до этого делали наши преподаватели. Мы с Триссой еще кое-как справлялись, правда раз так десять друг другу на ноги наступили, а остальные вообще словно ни разу в жизни под музыку не двигались. На Гэна с Энной вообще было невозможно смотреть без смеха. Ему пришлось согнуться в три погибели, чтобы добраться до ее талии. Они мне чем-то напомнили моего великана-деда и крохотную бабулю. Так вот почему я никогда не видел их танцующими вместе! И только Пар кружил по зале свою партнершу так, словно был рожден для танцев, а не для поедания пирожков.

После Танцев мы все были сильно замученные, поэтому сразу же разбрелись по своим комнатам. И только после ужина мы с Триссой выбрались немного пострелять.

К себе в комнату я вернулся очень довольным и почти сразу же заснул. И ровно в полночь меня разбудил Руфус.

– Вставай, дурья твоя башка! Опять все проспишь!

– А?

– Вставай быстрей!

Оладка перепеченная! А ведь мне так сладко спалось!

Зевая, я подошел к окну. Сегодня никаких целующихся парочек там не было. Я уже хотел было вернуться назад в кровать, когда вдруг заметил знакомую фигуру, тайком пробирающуюся под моим окном. Оладка перепеченная! Профессор Сомалия!

Недолго думая, то есть вообще не думая, я рванул из комнаты.

– Стой, дурень!

Глава 16

Далеко убежать я не успел, потому что меня кто-то схватил за руку. Да так сильно, что я едва не упал. Оладка перепеченная! Я ж чуть не поседел!

– Не ходи. – Услышал я самый красивый голос на свете. – Не ходи – умрешь.

– Энна?

– Не ходи.

Ее глаза светились ярче, чем у Руфуса. Только ее были серебристо-голубыми, как звезды на сегодняшнем небе.

– Ты о чем? – спросил я и попытался высвободить свою руку – не получилось.

Девушка ничего мне не ответила, но ее глаза вдруг потухли, и она меня отпустила.

– Энна?

– Она самая. Привет, Марвус.

– Э… Ты в порядке?

– Вполне.

– Тогда я побежал.

И конечно же я опоздал. Ни следов профессора Сомалии, ни кого бы то другого не осталось. Оладкка перепеченная!

И когда я вернулся назад, Энны разумеется не было. И в комнате тоже было пусто.

– Руфус? – на всякий случай позвал я. Бесполезно.

Я думал, что опять не смогу уснуть. Ничего подобного – заснул как миленький! И даже громкий и очень настойчивый стук в дверь меня не разбудил. Об этом мне потом друзья рассказали. А вот проснулся я только после того, как Трисса напоила меня заговоренной водой. Как же все-таки здорово, что моя любимая девушка и без пяти минут невеста еще и лекарь. Как она мне объяснила, я надышался парами сонного зелья. Оставался только вопрос: где я его нашел? Про Сомалию я им пока ничего рассказывать не стал. А вдруг мне померещилось? Да и об Энне я тоже умолчал. Иначе пришлось объяснять им все с самого начала, а у меня и так голова трещала. А вот об этом я Триссе рассказал с огромным удовольствием, потому что знал, что после этого будет.

– Голова болит! – простонал я как можно жалобнее.

Трисса только улыбнулась уголком рта, склонилась надо мной и прижалось губами к моему лбу. Вот оно счастье! Гэн и Пар повернулись к окну, словно там было что-то такое, что они раньше никогда не видели и старались на нас не смотреть. Да пусть смотрят – мне все равно! Голова сразу же перестала болеть, но Трисса все еще была рядом. Она легонько коснулась моих губ своими и только потом отодвинулась. Я был счастлив!

Вообще-то, можно было бы Триссе просто положить руки мне на голову, но тогда бы моя головная боль не прошла так быстро, и я не получил бы поцелуй от своей любимой с утра пораньше. Кстати, а который час?

– Завтрак мы уже пропустили! – буркнул Пар, все еще не оборачиваясь.

Я был тронут. Вот честное слово, я был тронут.

– Спасибо! И можете уже повернуться.

– Ты сам-то как?

– К-как себя чувствуешь?

– Отлично! И, кстати, угощайтесь!

На столе, где только что ничего кроме подсвечника не было, теперь стоял поднос с пирожками. Руфус? Или Тетушка Тама? Неважно. Главное, что на уроки голодными мы не пошли.

Сначала у нас по расписанию было Водное волшебство. Первая ступень – это вам не абы что! Если успешно закончить этот год, то можно уже легко найти работу в какой-нибудь небольшой деревушке.

Ремус опоздал, но когда в середине урока все-таки объявился, то весь светился от счастья. Видимо, не только у меня день хорошо начался. Отмечать он нас не стал, а сразу перешел к делу.

– Так, школяры, кто хочет научиться делать Воду отдохновения?

– Я!!! – тут же отозвались мои одноклассники. Все, кроме меня.

«Что за вода такая?» – спросил я у Триссы одними губами. Она приложила палец к своим и кивнула на профессора. «Хорошо!»

– Кто мне расскажет, что такое Вода отдохновения?

И опять все подняли руки. Все, кроме меня. А нет, спящая Энна тоже в этом не участвовала.

– Школяр Энна, может быть ты?

– Не хочу.

Ого! Интересно, что ей за это будет?

– Ну и ладно. Школяр Корнелия?

– Да, профессор Ремус. Вода отдохновения – это вода, которая позволяет высыпаться всего за два часа.

Теперь я понял. Очень нужная вещь во время сессии. Школяры учат и днями и ночами, а потом еле ходят. И такая водичка точно бы не помешала. Но если ее так просто сделать уже в четвертом классе, то почему ее никто при мне не использовал?

Все оказалось очень просто.

– Спасибо, школяр Корнелия. Все верно. – Ремус улыбнулся своей самой приятной улыбкой. – Вот доучитесь до первого класса – там я вас и научу. А пока берите перья и записывайте теорию.

По аудитории прошелся вздох разочарования. И я их прекрасно понимаю. Сам уже на эту водичку нацелился.

На Физкультуре мы хорошенько побегали, немного поиграли в мяч. Носатый Гавриус ногу подвернул, Трисса его вылечила. Гэн колено счесал. Трисса его вылечила. У Корнелии голова разболелась. Трисса ее вылечила. Ганвиус палец ушиб. Трисса его вылечила. Я сказал, что у меня живот болит, и меня отправили к школьному Лекарю!

Когда началось Волшебство слова, я все еще дулся на профессора Палку. Простите, на профессора Нарниса. Это он так пошутил, да? Хотя по его каменному лицу трудно сказать. А вот Триссе точно было весело. Ничего, вот встретимся мы сегодня после уроков… Встретимся после уроков и тогда… И тогда… О чем я вообще?

– Добрый день, охламоны! – Профессор Аварра тоже хорошо выспалась. – Давайте отметимся. Итак… Ладно, охламоны, я на минутку.

И она куда-то умчалась, а мы остались молча сидеть и ждать ее, потому что она могла вернуться в любую секунду. И она вернулась. За две минуты до звонка.

– Итак, охламоны, записывайте домашнее задание.

Оладка перепеченная!

Зато обед был очень вкусный! И прогулка по Саду тоже прошла замечательно. Все: я снова счастлив и доволен. Что там у нас дальше? Волшебство огня!

Я привык видеть профессора Панриуса либо в Столовой, либо на кухне, когда он учил нас Домоводству. А вот за профессорским столом – ни разу. Он будто был не на своем месте. Собственно, за столом он как раз и не сидел. Он ходил по всей аудитории и пока рассказывал нам теорию волшебства огня. Если честно, то я из его объяснений ничего не понял. Надеюсь, что на экзамене теоретических вопросов не будет. С практикой у меня было намного лучше. И на первом же уроке это увидели все, кто был в аудитории. А начиналось все так тихо-мирно…

– Профессор Панриус! – Подняла руку одна из моих одноклассниц. – Можно вопрос?

– Да, школяр Камилла.

– А мы в этом году научимся получать огонь? Я слышала, что это очень сложно.

Профессор Панриус усмехнулся, выдохнул заклинание и щелкнул пальцами, и на них появились небольшие языки пламени. Затем он потряс рукой, и огонь погас.

– Да, школяр Камилла, это очень сложно. Но к концу года мы научимся с вами зажигать свечу.

Я глянул на Триссу, и она мне еле заметно подмигнула. Уж мы то с ней и так хорошо с огнем подружились. Вот только об этом пока никто лишний знать не должен.

– Профессор Панриус?

– Что еще, школяр Камилла?

– А можно этому быстрее научиться?

– Ну… Нет. Огонь получать сложнее чем воду. А почему ты интересуешься?

– Я видела, как у Марвуса руки зеленым огнем горели.

Оладка перепеченная! И где она это увидеть могла?! А по аудитории уже прошелся шепоток. А потом это носатый поганец Гавриус крикнул:

– Покажи нам, Марвус! Или струсил?

Оладка перепеченная! Жалко, что он сидит далеко, а то б я ему нос-то укоротил! А отовсюду уже послышалось:

– Покажи!

– Покажи!

– Покажи!

Я посмотрел на Триссу, и она пожала плечами, мол, сам решай. А профессор отошел в уголок и ждал, чем все это закончится. Ладно, сами напросились. Я медленно встал, и все тут же замолчали.

– Точно хотите это увидеть? – спросил я у всех, но смотрел я прямо на Носатого.

– Точно! – Гавриус уставился на меня с таким вызовом, что у меня внутри все просто закипело. Что ж, он сам захотел.

– Как хочешь, – хмыкнул я. Для того, чтобы вызвать огонь мне не нужно было выдыхать никакие заклинания. Я просто сосредоточился, и мои кулаки тут же покрылись зеленым огнем. А через секунду загорелась шевелюра Носатого. Он тут же завопил, вскочил на ноги и стал хлопать себя по голове, пытаясь затушить пламя, но у него ничего не получалось. А я стоял и улыбался.

Одноклассники бросились к Гавриусу, но тоже ничем ему помочь не могли. На своих местах остались только я, Трисса, Пар, Гэн и профессор Панриус – он одобрительно кивал и даже языком прищелкивал.

Над Гавриусом я издевался не больше минуты, но надеюсь, что это его хоть чему-то да научило. Я хлопнул в ладоши, и пламя исчезло как с моих рук, так и с шевелюры Носатого. Ни один волосок на его голове не пострадал.

– Еще что-нибудь показать? – улыбнулся я.

Гавриус что-то непонятное прорычал и уселся на место.

– Вот это да, школяр Марвус! – Профессор Панриус смотрел на меня с таким восхищением, что мне стало даже немного не по себе. – Да с такими задатками тебе прямая дорога в королевские повара!

– Нет уж, спасибо, – пробурчал себе под нос я и уже громче добавил: – Спасибо, профессор Панриус.

До конца урока я ощущал на себе один ненавидящий взгляд и множество восхищенных. А я же себя чувствовал дураком. Вот кто меня просил это делать! И во всем деда виноват! Это я в него такой вспыльчивый.

После уроков мы с Триссой скрылись в Саду и до ужина не появлялись. Вкусно поев, мы снова убежали. Вот только мне было немного обидно. На меня сегодня в Столовой все одноклассницы смотрели влюбленными глазами (одноклассники уже не так мной восхищались, и я прекрасно понимал почему), а она даже намека на ревность не показала. Вот когда на нее пялятся, у меня кулаки начинают чесаться.

Этой ночью я решил вообще не ложиться, чтобы ничего не проспать. И как назло ничего не случилось. Даже ни одной влюбленной парочки под моим окном не пробежало. Свечи зажигать я побоялся, чтоб никого не спугнуть. Так в темноте и просидел всю ночь. Руфус, гад такой, тоже решил меня не навещать.

Когда в мою дверь постучали, у меня уже глаза подергивались от напряжения – так долго я в них смотрел. Спать пока не хотелось, но было чувство, что я и так сплю. Или я на самом деле спал?

На стук я не ответил, и дверь открыли без моего разрешения. И конечно же это был Пар.

– Не спишь?

– А сам не видишь?

Пар кивнул и деловито прошел к моей кровати, где и развалился. Я же остался на том же самом месте, где и провел всю ночь: на стуле у окна. Только к другу развернулся. А тот глянул на меня и аж глаза выпучил.

– Что это у тебя с лицом? Ты вообще спал?

– Не-а.

– Оно и видно! Бессонница, да?

– Вроде того. А сам-то почему в такую рань встал?

До завтрака еще был добрых два часа, и мне и в голову пока ничего не приходило, почему толстяку вдруг вздумалось прийти ко мне так рано. Как-то он уже вытаскивал меня на прогулку в Город, но это было ночью. А сейчас мы бы только успели до него добраться, если бы новый смотритель нас еще до этого не поймал.

– Хорошо, что спросил! – Пар резво вскочил с кровати и подбежал ко мне. Может же, когда хочет. – Дело есть!

В этом я как раз и не сомневался.

– И?

– Сегодня дежурит Вредная Эльза!

Оладка перепеченная!

– И что?

– У меня есть план… – Пар заговорчески подмигнул, и мне вдруг стало не по себе.

Но я зря волновался. Я совсем забыл, что Пар отлично умеет усыплять людей. По дороге нам никто не встретился, а Вредная Эльза и так спала, так что на кухне никого не было. К тому же, солнце уже взошло, так что не пришлось зажигать огонь. На этой кухне было все точно так же, как и на нашей старой. Поэтому мы быстро нашли все, что нам было нужно. Мои карманы приятно оттягивал хлеб, а в руке я держал здоровенный кусок сыра. Мы уже собирались уходить, как в кухню вдруг вошла Энна. Так вот она когда ест!

Девушка словно не замечала нас, а мы с Паром остолбенело смотрели на то, как она со знанием дела обшаривает кастрюли да шкафчики. И нашла она намного больше нашего.

– Посторонись, – сказала она мне, и я отошел. За мной оказался тайник, из которого Энна вытащила большой кусок яблочной пастилы. Мы с Паром только рты открыли. – На!

Я взял из ее рук половину куска и непонимающе уставился на пастилу (я точно не во сне?), а вот Пар не растерялся и тут же выхватил ее у меня. Есть, правда, не стал – и на том спасибо.

– Доброе утро! – Это все, что я смог придумать.

– Доброе! – кивнула она и пошла к выходу, а потом вдруг резко остановилась. – Стойте! – шепотом скомандовала она.

Мы с другом переглянулись и пожали плечами. Все равно мы пока даже с места не сдвинулись. Энна обернулась, и я успел заметить, что ее глаза снова загорелись серебром, как вчерашней ночью, но очень быстро все исчезло.

– Что такое? – так же тихо спросил я, боясь шелохнуться. Пар же ничего не смущало. Он облокотился на кухонный стол и медленно и с наслаждением поедал варенье, которого еще минуту назад я у него не видел.

– Скоро сюда смотритель зайдет! Прячьтесь!

– Откуда ты?.. – больше я сказать ничего не успел, потому что Пар уже потянул меня за собой. Он и тут оказался проворнее меня. Я спрятался за шкафчиком, а Пар под столом. Куда делась Энна, я заметить не успел.

И правда, где-то через минуту в кухню зашел смотритель, постоял немного в дверях и ушел. А я вдруг понял, что все это время не дышал.

– Спасибо! – Пар уже стоял на ногах и пожимал руку Энне. И откуда она опять взялась?

– Пожалуйста.

Энна ушла, а следом и мы. Только когда мы вышли, ее уже не было. В Столовую она, ясное дело, тоже не явилась. Да и мы с Паром там не задержались. Мы позвали с собой Гэна и Триссу в Сад и там поделились с ними своей добычей. Даже Гэн, который не одобрял наши с Паром ночные вылазки, съел хлеб с сыром и не покривился. А для Триссы я припас пастилу, которую отобрал у Пара, хоть тот и сильно возмущался. Зато я получил поцелуй!

Но все-таки, это сон или нет?

Даже если и сон, то он по крайней мере не плохой. Вендийский и Рунопись с профессором Аваррой прошли без приключений. Волшебство превращений с профессором-школяром Кукуриусом с приключениями. Но не с моими приключениями, поэтому я это не очень хорошо запомнил. Мне все больше и больше казалось, что я сплю.

– Что с тобой? – спросила Трисса, когда мы шли с ней в Сад вместо обеда. Она выглядела такой обеспокоенной и такой милой, что я очень сильно захотел ее поцеловать. Что я и сделал, за что и получил. А все потому, что мы еще недалеко ушли. И потому, что она волнуется. Какая же она милая, правда? И рука у нее тяжелая. – Почему ты не спал?

– Просто не спалось.

– И все?

– Ага.

Было видно, что Трисса мне не поверила, но я пока не хотел ее во все это впутывать. Но вот помочь она мне может. И я даже рта раскрыть не успел, как она положила ладонь мне на лоб, и я тут же почувствовал себя так, словно проспал целую неделю.

– Спасибо. Я тебя люблю.

Как же мило она краснеет! Оладка перепеченная! Да я по уши влюблен!

– Идем, – сказала моя красавица, стараясь не смотреть мне в глаза. – У нас новый предмет начинается.

И этот урок я ждал с нетерпением. Талисманы, обереги и амулеты вел преподаватель, которого я уважал больше всех – профессор Назарус. А по совместительству и родной дядя моей Триссы. Правда, это был наш секрет.

Если честно, бабоподобному профессору Ремусу не помешало бы поучиться у профессора Назаруса. Вот он выглядит как настоящий мужик. И когда я стану совсем взрослым, то обязательно буду таким же, как он.

Кхм… талисманы… обереги… амулеты… Что-то мне все это напоминает. Или кого-то… Точно! Зарина! Уж не на этой почве ли они сошлись? Хотя, какая мне разница! Пара вот только жалко.

В отличие от остальных преподавателей профессор Назарус не стал забивать наши головы теорией и перешел сразу к практике. Так что к концу урока мы умели делать маленькие амулеты, которые помогали искать воду. Жаль, что работали они не больше трех минут, а создавали мы их почти полчаса. Хорошо хоть, что со временем это будет получаться быстрее. Вот только такие амулеты никто обычно не покупает, так что это была тренировка. Чтобы руку набить, как сказал профессор Назарус.

И ура!!! Завтра Свободный день!

Мы с друзьями договорились, что с самого утра пойдем в Город. Тем более, что завтра снова дежурит Вредная Эльза, а мы и так без ужина остались, потому что то, что нам подали как творожную запеканку, есть было невозможно. Казалось, что это расползшееся по тарелке нечто смотрит на тебя и вот-вот прыгнет на твое лицо. Да мне теперь это в кошмарах сниться будет!

Я так ждал нашу прогулку в Городе, что далеко не сразу уснул. И проснулся я только утром. Зато сам и чувствовал себя превосходно. Мы встретились в коридоре и вместе пошли ко рву, где нас уже ждали лодки. С наших лиц не сходили улыбки, и мы чувствовали себя по-настоящему счастливыми. Даже вода меня сегодня не так сильно пугала.

– Ух! Как я сейчас наемся! – Пар чуть ли не в припрыжку поскакал в Город.

Но едва мы в него вошли, как с наших лиц слетели улыбки.

– Что это? – озвучил наши мысли Пар.