Текст книги "Здесь вам не равнина.. (СИ)"

Автор книги: Алим Тыналин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

На меня бросились остальные, а Толя пришел на помощь. Церемониться не стал, схватил стал и тоже замахнулся, задев лампочку на потолке. Парни шарахнулись в стороны, а я схватил одного и тоже хотел уронил на пол, но снаружи через открытое окно донесся строгий окрик начальника лагеря:

– Это что такое? С ума сошли, что ли?

Мы прекратили драку и в домик, топая ботинками, вошел Борис Юрьевич. Поглядел на лампочку, качающуюся на потолке, смерил нас разгневанным взором:

– Немедленно прекратить! Никаких драк! Вы должны быть одной командой! Что тут случилось?

Мы молчали, а потом Толя пожаловался:

– Они хотели нам выселить. Хотя мы первые пришли сюда.

Гущев поглядел на наши рюкзаки, разложенные на лежаках.

– Тимофеев, ты что же, свои порядки здесь решил устроить?

– Борис Юрьевич, мы просто хотели вместе! – сказал все еще красный парень, поднявшись с пола. – А их всего двое и…

– Хватит! – заявил начальник лагеря. – Немедленно выметайтесь отсюда. Найдите другой кемпинг.

Недовольно сопя, парни вышли из домика. Гущев поглядел на наши довольные физиономии и погрозил пальцем.

– Чтобы больше никаких драк! Вышвырну отсюда к чертовой бабушке!

Мы заверили его, что инцидент больше не повторится. Тогда начальник лагеря ушел, тем более, что где-то неподалеку тоже слышались крики и ругань. Там также не поделили жилплощадь.

Мы разложили вещи и кое-как устроились в домике. Навели порядок, протерли пыль и подмели полы. Вдали зазвенел рельс, призывая к общему сбору.

– Пошли, ужинать зовут, – сказал Толя и потер живот. – Ох и проголодался я.

Мы вышли наружу и направились к столовой. Возле столовой уже толпился народ. Я увидел Юлю в окружении других девушек, с фартуками поверх одежды. Они разносили тарелки с ароматным бульоном.

– Эй, Сохатый, давай, садись скорее, – сказала черноволосая девушка, похожая на Варлей. Толя говорил, что ее звали Катя. – Вот сюда, пожалуйста. Тебе надо хорошенько подкрепиться после травмы.

Мы уселись на длинные лавки за стол и Катя поставила перед нами тарелки. М-м, пахнет очень даже вкусно. На столах, покрытый синей клеенкой, лежали хлеб, ломтики колбасы, рыбные консервы и салаты из свежесрезанных овощей. Повсюду кучки конфет, шоколадок и тянучек.

Мы принялись за еду и тут я услышал, как Крылов за соседним столом сказал товарищу:

– По сути дела, Сохатый сегодня совершил путешествие во времени.

Глава 3. Занятия

Утром, возвращаясь с пробежки, мокрый и усталый я встретил Юлю. Девушка шла по тропе от лагеря к ручью.

– Физкультпривет! – сказала она, увидев меня. – Ты ходил на зарядку?

Я кивнул. Еще бы. Вчера после ужина и знакомства с отрядом я отправился спать пораньше и тут же провалился в крепкий сон. Никаких сновидений в этот раз не видел.

А может, видел, но только не помнил. Зато проснулся рано утром, когда в горах только начало светлеть и решил пройтись, подышать свежим воздухом.

– Какой молодец, – констатировала Юля. – Вот только зря старался, у нас же и так будет зарядка перед завтраком.

Да, это верно. У нас здесь армейские порядки и дисциплина. Тренировки, лекции, практические занятия с утра до вечера. Особый упор на физподготовку. Мне ли не знать, ведь я сам прошёл через такое обучение.

Но не скажешь же девушке, что сегодня я решил опробовать свое новое тело в деле. Узнать, как оно реагирует на нагрузки. Судя по быстрому осмотру, мне достался вполне здоровый и крепкий организм.

Он очень быстро справился с последствиями вчерашнего удара камнем. Вчерашняя головная боль бесследно исчезла. И еще, на десерт, я совсем не чувствовал горной болезни. Толя, например, всю ночь стонал и маялся во сне, хотя высота у нас здесь пустяковая, всего 2200 метров над уровнем моря. А я – как огурчик.

– Хорошо, чем больше тренировок, тем лучше, – беззаботно сказал я. – Мы же в горах, а не на курорте на море.

Юля оценивающе посмотрела на меня и хмыкнула. Насмешливо заметила:

– Ну давай, посмотрим, насколько тебя хватит. Ты не забыл, что тебе еще меня на море вести? Или мне с кем-то другим пойти? С тем же Крыловым, например? Или с Тимофеевым? – и пошла по тропинке дальше к ручью, а ее бедра в обтягивающих штанишках соблазнительно выступали во время ходьбы. Знала ведь, чертовка, что я смотрю вслед, поэтому специально двигалась таким образом.

Я направился дальше к лагерю, заставив себя отвлечься от мыслей о девушке. Ладно, бушующие гормоны оставим на потом. Сейчас у меня других забот хватает.

Погода стояла великолепная. Восходящее солнце позолотило вершины гор. На небе ни облачка. Сразу видно, что сегодня снова будет солнечный и ясный день. Впрочем, в горах обстановка может меняться трижды в течение часа.

Я задумался насчет своего положения в группе. Что мне теперь делать?

С одной стороны, для занятий альпинизмом сейчас созданы почти идеальные условия. Я попал в то время, когда этот спорт начал развиваться бешеными темпами. В том числе, и в СССР.

Мне даже не надо беспокоиться о хлебе насущном. Если я покажу высокие спортивные результаты, то буду с лихвой обеспечен материально. Ну, а с учетом того, что мне известны новые технические приспособления двадцать первого столетия, я могу еще и заделаться изобретателем и произвести в альпинизме маленькую революцию.

Есть одно небольшое «но» в этой бочке меда. Насколько я помню, в советское время альпинизм считался своего рода военной подготовкой для гражданских лиц. Развивал в них коллективную ответственность, взаимовыручку, строгую дисциплину. Само собой, готовил людей с высокими спортивными возможностями. И требовал безусловного послушания.

С чем у меня иногда бывали проблемы. Все-таки, я по натуре человек с независимым характером. Не люблю, когда мной командуют. Особенно, если это тупоголовые надутые бараны. Поэтому, посмотрим, смогу ли я совладать с ситуацией, когда мне будут постоянно указывать, что делать.

Кроме того, я в последние годы своей прошлой жизни увлекся скоростными сольными восхождениями. В СССР они долгое время были под запретом. Не нравилось спортивным чиновникам, когда альпинисты вместо духа коллективизма взращивают в себе индивидуализм.

Особенно во время восхождений. Попахивает буржуйством и бунтарством, как они считали. Ситуация изменилась только с приходом Горбачева, в начале и середине восьмидесятых. Но я так долго ждать не смогу. Я же хочу установить свои рекорды.

Я приблизился к лагерю с южной стороны. Здесь около калитки покой обитателей охранял деревянный истукан с выпученными глазами и толстым ртом, похожий на каменных идолов острова Пасхи. Какие-то умельцы из числа прошлых учащихся вырезали его из бревна и установили рядом с изгородью.

Рядом стенд с фотографиями гор. Точно такие же стенды были установлены рядом со столовой и площадью в центре лагеря. Там вывешивали расписание занятий, меню на сегодня, список дежурных, групповые фотографии выпускников, прошедших здесь обучение.

Я прошел через калитку в изгороди на территорию лагеря. Вот наш домик, который мы вчера отстояли в героическом поединке. Я зашел внутрь, чтобы переодеться к завтраку.

Грязную одежду надо постирать в ручье и развесить на веревках за домиком. Никаких стиралок-автоматов и порошков сейчас не существует. Все надо делать своими ручками. Мыть хозяйственным мылом.

Впрочем, несмотря на усталость, я был доволен. Самое главное, что испытания прошли успешно. Мое новое тело отлично подходило для альпинизма. Рост средний, руки и ноги сильные и длинные, как у паука.

Зрение и слух отменные. Легкие вообще в превосходной форме, за все время пробежки по горам я даже особо не задохнулся. И это, насколько я понимаю, без особых тренировок. А что будет, если развивать кардио и силовые нагрузки целенаправленно?

– Ты что, бегал, что ли? – сонно спросил Толя. – Вот ты чудик, честное слово…

Как раз в это время зазвенел рельс, призывая всех к подъему. Толя поднялся и поплелся к умывальнику. Я уже успел умыться в ручье, поэтому подождал его, наблюдая за пчелой, кружащей вокруг цветка у нашего домика.

Мимо, вздернув носик, прошла Юля, только что вернувшаяся с ручья. Наконец, Толя умылся и мы отправились на площадь.

День начался с зарядки и небольшой пробежки вокруг лагеря. Примерно с полтора километра. Наш инструктор Александр Чижов считал, что нагрузку надо давать постепенно. Надо заметить, что я сам утром пробежал расстояние в четыре раза больше. С удовольствием пробежался еще раз.

После этого всей группой мы пошли на завтрак. Когда кушали вкуснейшую гречневую кашу, я незаметно осматривал своих согруппников. Молодые, крепкие и острые на язык.

Несколько человек уже считали себя бывалыми ходоками. Например, те же Крылов и Славка уже имели второй разряд, а Тимофеев третий. Правда, я по сравнению с ними уже давно получил мастера, но это произошло в далеком будущем.

После завтрака начались занятия. Теория, азы, знакомство с альпинизмом. Большинство из участников группы ледоруба в руках не держали. Им было интересно. Я же быстро заскучал.

Взял веревку и ветку, начал завязывать узлы. За этим занятием меня застукал Чижов. Высокий и спортивный парень, бородатый и очень быстрый. Он все слова выговаривал стремительно, как стрекотал из пулемета.

– Ты смотри-ка, чего наш новичок умеет, – сказал он и выхватил у меня веревку. – Где научился вязать? Знаешь, как называются эти узлы?

Я кивнул.

– Конечно. Вот это булинь, а это «восьмерка». Стремя, удавка. Фламандский узел или встречная восьмерка.

Чижов подергал концы веревки.

– Ну, смотрю, кое-что действительно знаешь. А скажи, вот у тебя булинь. Если вот так ослабить веревку, он развяжется. Стоит ли ему доверять жизнь на скале? – и с легкостью фокусника развязал один из узлов.

Я усмехнулся. Таким способом можно сбить с толку приготовишку, а не опытного скалолаза.

– Провязывание одного узла булиня через петлю другого, вот так, обеспечивает страховку от просадки и рывка в случае обрыва. Надо завязывать контрольку, тогда никаких затруднений не возникнет.

Чижов внимательно посмотрел на меня. Вся участники группы тоже обернулись и глядели на меня, раскрыв рты.

– В деле указано, что ты никогда до этого не участвовал в восхождениях. Откуда ты это знаешь? Такое впечатление, что ты уже имеешь опыт восхождений, – спросил инструктор.

Прежде чем я успел ответить, вмешался Крылов:

– Да он в книжке прочел и все. Чего там знать-то?

Я пожал плечами, строя из себя невинного агнца.

– Да у меня дядя на флоте служил. Он меня научил всяким узлам. А дома я любил по холмам лазить.

Чижов улыбнулся и хлопнул меня по плечу.

– Ну, тогда передавай привет дяде. Он тебя нужным вещам научил.

Он продолжил лекцию, а я уселся на скамью.

– Какой такой дядя, ты о чем вообще? – прошептал мне Толя. – Дядя Петя, что ли? Он же у тебя вчистую комиссован, в совхозе работает. И какие холмы такие, ты что несешь?

Я поглядел на приятеля. Иногда он полезен, а иногда раздражает своей болтовней. Ну почему так бывает?

– Есть у меня дальний дядька, другой, я про него не рассказывал, – поправил я «легенду» на ходу. – Я еще много чего тебе не рассказывал.

– Ну-ну, хранитель секретов, – пробормотал Толя.

После вводного мы перешли на снаряжение альпиниста и меры предосторожности при передвижении в горах. Все приспособления, которыми пользовались нынче альпинисты, казались примитивными. Ледоруб, «кошки», карабины, веревки, крючья, скальные молотки…

И с таким снаряжением эти люди лезут покорять опаснейшие вершины? Да им за одно это уже надо медали давать. Я с сомнением покачал головой. Эти люди герои. И я должен помочь им, создав на полвека раньше снаряжение, которым я пользовался в далеком будущем.

– Ты что же, Сохатый, думаешь, что никогда на гору не залезешь? – спросил Чижов, снова обратив на меня внимание. – Чего головой мотаешь?

Я вздохнул. И опять меня опередил Крылов. Видимо, парень спал и видел себя в центре всеобщего внимания. И обожания.

– Про узлы он, может, и прочитал где-то, – насмешливо сказал мой кудрявый соперник. – Но вот в скалолазании одной теорией не обойдешься. Тут практика нужна, дружище. А с этим у тебя проблемы. Ты еще желторотик.

Я поглядел на него и заметил, что Юля благосклонно улыбнулась насмешке Крылова. Зато моя кормилица, жгучая брюнетка Катя, смерила насмешника гневным взглядом.

– Много ты понимаешь в скалолазании, Крылов! – негодующе сказала она. – Нечего кичиться своим опытом. Ничего, скоро мы тебя догоним и перегоним, вот увидишь!

Молодец, но вообще-то я в поддержке не нуждаюсь. Посмотрев на улыбающегося Крылова, я сказал:

– А вот насчет практики могу с тобой поспорить. Может быть, я тебе могу нос утереть на скале?

И глянул на Чижова, будет ли он возражать? Но нет, инструктор стоял и тоже улыбался, глядя на нас. Зато Крылов улыбаться перестал.

– Это что же, ты предлагаешь мне дуэль по скалолазанию? – нахмурившись, спросил он. – Почему бы и нет, но ведь когда я обгоню тебя, все скажут, что это слишком легкая победа. Поэтому мне нет смысла…

– Испугался? – спросил я презрительно. – Ну, так я и думал.

Крылов покраснел от гнева. Какие они все здесь вспыльчивые, в семьдесят первом. Совсем не умеют скрывать эмоции.

– Да я хоть сейчас готов, если позволят, – и поглядел на Чижова. – Вы позволите решить наш спор, Александр? Например, в качестве практического занятия? Разумеется, мы будем страховаться.

Инструктор подумал-подумал и кивнул.

– А почему бы и нет? Разумеется, под моим строгим контролем. Давайте сделаем это!

Все поддержали предложение. Мы подхватили снаряжение и отправились из лагеря к скалам на юго-западе. Прошли журчащий меж камней ручей, небольшой участок, покрытый густым кустами обогнули холм и подошли к скалам.

На одной из скал уже висели веревки. Сразу видно, используется для практики скалолазания.

Чижов проверил прочность веревок и крючьев. Указал наверх.

– Так, Тимофеев и Мосин, полезайте наверх, будете страховать наших скалолазов оттуда.

Парни послушно подошли к скале и обогнув ее, полезли на вершину сзади, где склон более пологий. Вскоре они показались на вершине и спустили веревки для страховки нас.

Я не хотел, чтобы меня страховал Тимофеев, виновник нашей вчерашней стычки и поэтому подошел к веревке, которую держал Мосин. Это был пухлый румяный парнишка, улыбчивый и вежливый, обладатель второго разряда и помощник Чижова. Я натянул на себя обвязку, завязал узел и пристегнулся к «страховке».

Крылов уже был готов. Надо признать, он довольно ловкий парень.

– Ну-ка, оба участника подъема ко мне, – скомандовал Чижов, махнув нам. – Смотрите, вы будете взбираться на быстроту. Не торопитесь. Лучше надежнее и дольше, чем быстро, но рискованно. Победитель тот, кто первым заберется на вершину скалы, встанет во весь рост и поднимет руки. Все понятно?

– А какой приз? – спросил Артюшев, тоже один из более-менее опытных участников группы. Правда, лишь третьеразрядник, но уже ходил маршрутами небольшой сложности. – Они же не просто так соревнуются?

Чижов на мгновение задумался.

– Тот, кто выиграет, на один день освобождается от занятий, – сказал он наконец. – А тот, кто проиграет, отправится на кухню дежурным. На весь день. Будет чистить картошку и подметать полы в столовой.

Крылов улыбнулся.

– Готовься махать веником, желторотик, – сказал он мне. – По тебе картошка плачет.

Я не стал с ним пререкаться. Какой смысл? Лучше готовиться к восхождению.

– Ну, вперед, – сказал Чижов. – Подойдите к скале. Начинаем по моему сигналу.

Я уже участвовал в таких соревнованиях в прошлой жизни. Знаю, что делать. Жаль, сейчас под рукой нет магнезии, чтобы сушить ладони во время подъема. Ладно, справимся и так.

Мы подошли к скале и остановились в ожидании сигнала. Зрители стояли за Чижовым, окружив полукольцом подножие скалы.

– Давай, Сохатый! – сказала Катя. – Сделай это!

– Давай, топи во весь опор! – кричали друзья Крылова.

– Ваня, порви его на кусочки! – неистовствовал Толька.

Мы повернулись к скале и приготовились к подъему.

– Начали! – крикнул Чижов сзади.

Я бросился к скале и прыгнул вперед и вверх.

В прошлой жизни я увлекался скоростным скалолазанием. Оно, честно говоря, сильно отличается от классического. Участники поднимаются на время по эталонной доске высотой 15-20 метров, где установлены зацепы для рук и ног. Для всех одинаковые. Все в равных условиях. Чемпионы забираются по этой доске наверх за пять-шесть секунд.

Высота нашей скалы навскидку метров десять. Трассы у нас с Крыловым, на первый взгляд, почти одинаковые. Хотя, конечно, на самом деле, очень отличаются. Это ведь естественная скала, а не подготовленная доска. Но ничего, я готов к состязанию.

Для того, чтобы быстро карабкаться наверх есть определенные правила, которые надо стараться соблюдать.

Надо быть как можно ближе к скале. Мой таз должен находиться максимально близко к плоскости камня. Я так и сделал. Ухватился за выступы, подтянулся, полез, дальше.

Краем глаза видел, как в стороне, словно паук, карабкается Крылов. Не отстает, гаденыш, тоже настырный и ловкий.

Ноги должны опираться на носочки. Это дает свободу вращения стопы в подъеме и спуске. Лезть надо по правилу «рука-нога». Разноименные конечности. Правая рука, левая нога. И наоборот. Как по лестнице.

Рывок, еще рывок.

– Давайте, быстрее! – кричали зрители внизу.

– Двигайся, Сохатый! – вопили одни.

– Работай, Саня! – поддерживали другие болельщики.

Я старался двигаться методично. Следовал азбуке скалолазания – всегда иметь три точки опоры. Две руки на стене и нога. Или две ноги на стене и одна рука. И ни одной меньше. Это дает гарантию от срыва.

Ну, и еще старался не перекрещивать ноги. Чтобы одна нога не оставалась над другой при переходе в сторону. Это уменьшает устойчивость на скале.

Лез, лез, обрывая ногти об камни, а потом вдруг заметил, что Крылов вырвался вперед. Нам осталось всего метра три до финиша и он обошел меня почти на полметра. Не знаю, что там ему помогло, то ли трасса была удобная, то ли он и в самом деле такой ловкач, но соперник оказался намного выше меня.

Вот проклятье. Мне что, завтра весь день чистить картошку? Я стиснул зубы и хотел рвануть вперед, но не стал торопиться. В альпинизме часто побеждают черепахи. А быстрые зайцы остаются позади.

Но вот проклятый Крылов не собирался отставать. Он поднялся еще выше, почти добрался до ног Тимофеева. Его сторонники внизу пришли в неистовство.

– Молодец, Крылов! – кричали они. – Ты и в самом деле как будто крылатый!

Я полз ниже, пылая праведным гневом, но ничего не мог поделать. Крылов и в самом деле оказался хорош. Видно, это мне наказание за самонадеянность. Видно, суждено мне завтра мести полы и глотать пыль. Видно, теперь Юля будет презирать меня.

Я не успел ничего додумать. На моих глазах юркий и торопливый Крылов почти уже взорвался на вершину скалы, но вдруг не удержался и сорвался вниз.

Глава 4. Рыбу ловят за открытый рот

Вот недаром мне говорил тренер Ковригин Анатолий Павлович, заслуженный мастер спорта по альпинизму, что чем тише лезешь, тем дальше будешь. А то я уж начал было грешным делом сомневаться в справедливости этой аксиомы. Когда глядел в пятки Крылова, безнаказанно утекающего вверх по скале.

Но теперь нарушителя незыблемой истины наконец настигла справедливая кара. Он сорвался и упал вниз на пару метров. Сразу оказался позади меня.

Я внутренне возликовал, но вида не показал. Не хватало еще впадать в тот же грех гордыни и самонадеянности. Нет, наоборот, теперь я сконцентрировался на своей цели еще больше.

Еще крепче и жестче цепляюсь за выступы. Зорко осматриваюсь, как бы тоже не навернуться вниз. Сейчас, после реального шанса на победу, это было бы вдвойне обидно. Тем более, что Крылов хоть и не обрел от падения крыльев, но зато сердито сопел и снова усиленно полз вверх, пытаясь догнать меня.

Нет уж, голубчик, теперь я не дам тебе шанса. Я хоть и не торопился, но и не медлил. Взобрался наконец по скале наверх и очутился наверху, на ровной закругленной площадке, где стоял мой секундант.

Встал рядом с Мосиным, поднял руки вверх в победном жесте. Моему помощник, страхующему меня сверху, так и не пришлось напрягаться для того, чтобы ловить меня.

А вот Тимофееву пришлось. Крылов до сих пор еще карабкался по скале, сердитый до самой крайней степени. Зрители внизу захлопали, наш тренер улыбнулся. Мосин похлопал меня по плечу. Катя хлопала громче всех и отчаянно улыбалась мне.

Все также злобно сопя, Крылов подполз, наконец, к краю вершины и подтянулся на руках, закинув ногу вверх. Почему бы не помочь своему сопернику? Я наклонился и протянул руку, но Крылов не оценил моего рыцарского жеста.

Мрачно посмотрел на меня снизу вверх и оттолкнул мою ладонь. Забрался сам и встал рядом с Тимофеевым, придерживая веревку. Потом нагнулся и принялся отряхивать штаны.

Внизу захлопали и засвистели его сторонники, но их было мало. И что интереснее всего, Юля уже не аплодировала. Она помахала мне рукой и послала воздушный поцелуй. Между прочим, это сразу заметила Катя и улыбка сползла с ее лица.

– Ну, слазьте давайте, – Чижов махнул нам. – Теперь вместо вас полезут другие новички. А вы покажете им, как надо быстро карабкаться по скалам.

Он сложил ладони рупором.

– Внимание, Мосин и Тимофеев, пока оставайтесь там, будете страховать других участников. Хотя они и не полезут так высоко. Всем остальным разделиться на пары! Будем отрабатывать основы скалолазания. Хоть это и не совсем по учебному плану, но мы не слишком забежал вперед.

Мы с Крыловым спустились вниз и уже выступили помощниками инструктора. Показывали остальным участникам группы, как надо надевать обвязку, как пристегиваться, как использовать веревку, чтобы она не мешала лезть по скале. Ну и, разумеется, как быстро ползать вверх.

– Представьте, что вы снова двенадцатилетний ребенок, – сказал Чижов группе. – Все мы в детстве любили лазить по деревьям и камням, по заборам и стенам. Воровали яблоки из соседского сада, спасались от злой собаки, прятались на дереве от других детей, когда играли в прятки. Сейчас вам предстоит сделать тоже самое. На короткое время вернитесь назад в детство и станьте теми детьми. И вы увидите, что сможете лазать по скалам лучше любой обезьянки.

Ну да, в этом есть смысл. Расслабиться и отдаться на волю инстинктов. Разумеется, соблюдая правильную технику подъема по скале.

Остаток времени мы провели на скале, пока нас не обнаружил Борис Юрьевич. Он сердито нахмурил брови при виде нас, весело штурмующих скалы.

– Что здесь за балаган, Саша? – спросил начальник лагеря. – Почему это начались практические занятия по скалолазанию? Ты что, придумал собственную авторскую методику обучения?

Чижов перестал улыбаться, а я опустил Юлю на землю. Между прочим, подсаживать на скалы девушек, как бы невзначай обхватывая их упругой бедра и тонкие талии, было очень даже приятно. Юля сменила гнев на милость и каждый раз радостно смеялась, когда я поднимал ее на скалу или помогал спуститься. А еще она нежно обвила мою шею ручками.

– Нет, конечно, Борис Юрьевич, – сказал инструктор. – Мы хотели решить небольшой спор между нашими опытными учениками и в итоге начали заниматься сами.

Гущев сердито поглядел на нас. Безошибочно отыскал меня и сказал:

– Только не говори, что один из спорщиков – это Сохатый. Этот лосяра меня уже достал. Не успел приехать, а уже в дюжине происшествий успел побывать. Как тебе это удается, Сохатый, а? Приехал на мою голову!

Ну что же, весьма лестная оценка моих способностей. Ну ничего, черный пиар тоже пиар. Я пожал плечами.

– Ну, не мог же я молчать, когда Крылов заявил, будто он лучше и быстрее меня лазает по скалам.

Начальник лагеря вытаращил глаза.

– Ты соревновался с Крыловым? Откуда ты знаешь технику скалолазания? Опять скажешь, что тренировался в каких-то паршивых холмах?

Я промолчал, потому что и в самом деле не мог придумать ничего путного. Гущев погрозил мне пальцем.

– Ох, смотри у меня, Сохатый. Я тебе рога пообломаю, если чересчур будешь бодаться! – и отправился дальше по делам, прибавив напоследок: – Давайте, закругляйтесь уже. На ужин пора идти.

Хм, не очень-то и справедливо. Начальник явно пристрастен ко мне. Хочет отправить обратно вниз, что ли? Зато Юля приобняла меня и прошептала на ухо:

– Не расстраивайся, зато ты победил Крылова.

Я тоже приобнял ее и заметил, как на нас печально смотрит Катя. Она увидела мой взгляд и поспешно отвернулась. Ого, кажется, ко мне тут тоже кое-кто еще пристрастен, только уже с положительным зарядом, а не отрицательным, как у Гущева.

Ну, что поделать, если Юля мне нравится больше, чем Катя? Сердцу не прикажешь, как говорится.

Минут через пятнадцать занятия закончились. Мы гурьбой отправились обратно в лагерь, усталые и полные впечатлений. Толя ехидно хлопнул Крылова по плечу:

– Ну что, помощник повара, смотри, хорошо чисти картофель. Чтобы без «глазков» там, понял?

Наш соперник все это время и так молчал. Мрачный, как горная вершина в ноябре. Дернул плечом, стряхнул руку Толи и ушел вперед. Особенно ему не нравилось, что я иду рядом с Юлей и она держит меня под локоть.

Мы вернулись в лагерь, переоделись, отряхнулись, почистили перышки и наконец привели себя в порядок. Поужинали.

После уборки и еще одной небольшой лекции Чижова о формах горного рельефа настало свободное время. А еще скоро нам предстояли посиделки у костра.

– Пошли прогуляемся, – предложил я Юле.

Девушка качнула головой.

– Мы с Верой хотели прибраться в домике. Подожди, потом пойдем.

Я отправился вместе с ней к её домику. Солнце быстро скрылось за пиками гор, вокруг быстро темнело. И холодало. Я дождался, пока девушка освободится и в наступающих сумерках мы отправились вместе с ней гулять на природе.

Ах, как чудесны горы летом! Пронзительно чистый, до синевы, воздух. За стволами елей, между зеленых ветвей, прячутся вершины пиков. Запоздалые птички кое-где порхают в кустах, склевывают красные ягоды.

Мы уже знаем, кто откуда приехал, выяснили подробности биографий еще во время поездки сюда. Поэтому темы для разговора другие. Но пока что я молчу, иду и наслаждаюсь прекрасным вечером.

– Я и не думала, что ты обгонишь Крылова, – задумчиво сказала Юля.

Ну, еще бы. Я и сам под конец не думал, что смогу сделать его. Крылов пер по скале, как по горизонтальной поверхности. У меня явно не хватало тренированности, чтобы обойти соперника.

Надо заниматься еще больше, если я хочу показать результаты. А не гулять с симпатичными девушками по горам. Но на сегодня я сделал себе небольшой отдых. Лягу пораньше и завтра с утра снова начну тренировки. Тем более, что завтра я на весь день легально освобожден от занятий.

– А я не думал, что ты будешь за него болеть, – я чуток наехал на девушку.

Юля улыбнулась.

– Глупенький. Я же знала, что ты выиграешь. С чего ты взял, что я болела за него? Нет, конечно.

Я посмотрел на нее и девушка, чуток порозовев, добавила:

– Вообще-то, я всегда болею за победителя. Тот, кто на коне, тот и завоевывает мое сердце. Но разве это неправильно? Так ведь и должно быть, не так ли?

Она продолжала улыбаться и ее чуть приоткрытые пухлые губки призывно манили к себе. Вот проклятье, эта девушка действительно может свести с ума любого мужчину. И, конечно же, как дочь Евы, она совершенно права. Девушки реально любят сильных и смелых, это заложено у них в подкорке. И глупо порицать их за это, матушка природа специально устроила так, чтобы гены распространяли самые сильные и достойные представители рода. И самые сообразительные.

Поэтому да, я не стал спорить с природой. Мы как раз остановились в тени огромного валуна размером с двухэтажное здание. Я обнял девушку и притянул к себе. Поцеловал в манящие губы.

Ммм, вот теперь я и в самом деле почувствовал, что существую в реальности. Иногда у меня бывало чувство дежавю, будто бы все это я когда-то видел во сне. И даже знаю, чем все должно закончиться.

Но разве можно было предвидеть поцелуй красивой девушки, чьи губы пахнут медом и клубникой? Вот в какие моменты ты понимаешь, что не зря рвал задницу, стараясь обойти сильного соперника.

Ого, оказывается Юля отлично умеет целоваться. Она охотно ответила на поцелуй и даже не стала отодвигаться. Не знаю, что тому было виной, моя магнетическая харизма или романтическая природная обстановка.

Ну что же, раз такие дела, почему я должен останавливаться на достигнутом? Я прижал хрупкое и изящное тело девушки к себе еще ближе, так, что она задохнулась, схватил ее за талию, и постепенно опустил ладони ниже. Посмотрим, как она на это отреагирует.

Надо же, Юля и здесь не стала меня останавливать. Неужели настолько увлечена процессом, что…

Бац! Отстранившись от меня, девушка отпихнула мои назойливые ручонки и еще быстро, как кошка лапкой, влепила пощечину. Из серых глаз падают искры, лицо гневно искажено!

Вот это другое дело. Теперь я убедился, что и в самом деле провалился на полвека назад, когда с моралью у девушек было гораздо строже, чем в двадцать первом столетии. А то уж начал было сомневаться грешным делом.

– Как ты смеешь распускать руки! – Юля покраснела от волнения. – Ты за кого меня принимаешь? Не смей прикасаться ко мне!

Да, я все-таки переборщил с напором. Хотя вроде бы, мы так страстно целовались и на тебе. Не думал, что будет такой бурный отказ. Нет, я решительно еще не понимаю девушек семидесятых годов.

– Э, Юля… – начал было я и схватил девушку за руку, но она вырвалась, развернулась и быстро пошла прочь.

Я поглядел ей вслед и снова отметил, как соблазнительно двигаются ее бедра при ходьбе. Ладно, не стоит за ней бегать и умолять о прощении. Потом поговорю, когда успокоится.

Не знаю, насколько я прав, но мне показалось, что на самом деле девушка не так уж и разозлилась. Просто хотела показать, что к ней просто так на хромой кобыле не подъедешь. Потом она должна стать более благосклонной. Будем посмотреть, как говорится.

Когда я вернулся в лагерь, в центре уже развели костер. Лобное место. Здесь каждый день собираются люди с гитарой, поют и веселятся, рассказывают страшные и забавные истории.

Вот и сейчас уже, как только стемнело, возле костра потихоньку собирались вся наша учебная группа. Девочки принесли картошку, чтобы испечь в углях. Юля тоже пришла, но сердито глядела на меня и старалась держаться подальше.

– Ну что, насмотрелись на горы в первый день? – громогласно спросил Гущев. Он чуть улыбался, хотя, судя по суровому характеру начальника лагеря, даже сейчас он собирался высказать нам какие-то претензии. – Хватит вам этого или еще добавить? Есть такие, кто решил, что горы не для него и хочет спуститься вниз?

Спросив это, он замолчал и обвел нас внимательным взглядом. Мы тоже продолжали хранить молчание. Неужели кто-нибудь отважился бы сейчас встать и провозгласить, что он отказывается от бесплатной путевки и обучения и готов уехать отсюда обратно в город? Нет, конечно. Во многом вопрос Гущева оказался риторическим.