Текст книги "Танго в китайском квартале (СИ)"

Автор книги: Алена Ромашкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

– С тобой все в порядке? Вэй! Я чувствую, что что-то не так. Бабушка говорит, что ты скоро встретишься с судьбой. Правда, не поясняет с хорошей ли. Ей духи сказали, а она спрашивает про тебя у них каждый раз, когда камлает. Мне даже кажется, что она теперь любит тебя больше, чем меня. Не забывай, шаманка ждет тебя в гости в любое время, – голос девушки звучал взволнованно, но все же не мог скрыть безграничное счастье, просачивающееся сквозь каждое слово. Тайпан не видел ее лицо, но очень хорошо представлял: оно светилось довольством и любовью. Правда, в отношении него – сугубо дружеской.

– Я не приеду, Тая. Ты же знаешь, – ответил мужчина, скосив глаза. Он видел, как к пленнику подошли ребята Чэньсина, отвязали его и потащили к выходу. Он прижал гаджет к себе, закрыв динамики. «Этого в полицию пока не сдавать! Вернуть домой. Жену найти и выкупить. Если она напишет заявление, тогда тащите мразь в участок, а нет – что ж, вряд ли у него появится желание еще хоть раз сходить в казино», – бросил он, а потом опять поднес к уху телефон.

– Эй, ты с кем там разговариваешь? – возмущенно воскликнула Тая. Ли Вэй закрыл глаза, набрал в грудь побольше воздуха и ответил:

– Не звони мне больше, душа моя. Не стоит! – с этими словами он прервал вызов, успев услышать звонкое: «Разбежалась! На связи!»

4. Встреча

Самолет тряхнуло, когда шасси мягко коснулись взлетно-посадочной полосы. Частный джет, принадлежащий корпорации «MS», приземлился в аэропорту Нью-Йорка. Чуть позже черный лимузин подъехал к трапу, чтобы отвезти Тайпана в отель. Ритц ждал своего вип-постояльца.

Молчаливый китайский бизнесмен не впервые поражал воображение гостиничной обслуги. Каждый раз, бросив холодный взгляд на сотрудников отеля, он занимал президентский люкс и каждый раз требовал его не беспокоить. Даже с уборкой. К нему никто не приходил, никаких гостей – ни мужчин, ни женщин. Иногда Вэй спускался в ресторан, но чаще заказывал еду в номер. В Нью-Йорке не знали о его змеином прозвище, поэтому для окружающих он был исключительно мистер Ли.

Щедрые чаевые и при этом отсутствие каких-либо сложных капризов делали Тайпана весьма популярным среди работников отеля: горничные и портье все как один стремились выйти на смену, когда в Ритц заселялся азиатский гость.

В этот раз Ли Вэй собирался задержаться в городе всего лишь на два дня. На следующий после прилета день он принимал участие в важных переговорах и еще один оставлял себе на свободное времяпровождение. И ему самому, и его демону нравилось пребывать в «Большом яблоке». Здесь он довольно часто встречал других полукровок – видимо, многих притягивала темная энергетика улиц Нью-Йорка.

Тайпан не часто куда-либо путешествовал. Отдыхать в теплых краях он не любил, а переговоры всегда можно проводить в онлайн режиме. Нью-Йорк, а также ряд российских городов, были для него особенными. Несколько раз Ли Вэй летал к русским, но Таисии об этом не говорил. Китайцу просто хотелось подышать тем самым воздухом, что когда-то он делил вместе со «своей душой».

День переговоров прошел как обычно: американцы не понимали, почему китайский миллионер посещает бизнес-встречи в одиночестве и не берет с собой как все нормальные главы компаний свою команду. Им и в голову не могло прийти, что Ли Вэй вообще очень многое делал сам. Да, в компании был большой штат сотрудников, но контроль с его стороны был тотальный: все решения, включая не самые масштабные, всегда принимал он, и даже стратегии по отдельным отраслям деятельности «MS» Тайпан разрабатывал самостоятельно, лишь с минимальной помощью своих менеджеров.

В «MS» поговаривали, что их глава вообще не спит, и были недалеки от правды: для сна Тайпану было достаточно двух-трех часов в сутки, которые он реализовывал чаще днем, чем ночью. Бывало даже так, что он не закрывал глаза ни на секунду. И тогда, в отличие от обычного человека, который падал бы в такой ситуации с ног, демон-полукровка всего лишь выглядел капельку мрачнее обычного.

Переговоры проходили тут же, в отеле Ритц. Это было условие Ли Вэя. Он сам оплачивал свою прихоть, а потому никто не возражал. В этот раз сделка шла очень тяжело: стороны не могли согласовать условия с учетом политических причин.

Тайпан принципиально не говорил на английском, поэтому ему всегда давали переводчика. Он предпочитал иметь побольше времени на обдумывание своих слов, выигрывая его за счет посредника. К слову, Ли Вэй всегда просил для перевода мужчину: он не мог допустить, чтобы хоть одна девица вытеснила в его воспоминаниях образ Таисии на этом месте.

За круглым столом Тайпан сохранял бесстрастное выражение лица, но про себя усмехался, сканируя лица окружающих его людей, с опаской поглядывающих в свою очередь на него. Обычно те, кто впервые общался с Ли Вэем, объясняли его странности тем, что он представитель «загадочной Азии». А потому предполагали, что понять его возможно только соотечественникам. Окружающим было невдомек, что это было не дано ни одному человеку на этой планете. Не имело смысла заканчивать восточный факультет в попытках раскусить логику и поведение Тайпана. Его менталитет формировала не столько китайская культура, сколько демоническая кровь. Второго такого не существовало.

Впрочем нет, один все же был. Тайпан вспомнил, как мать сватала ему недавно рожденного змееныша. Еще какая-то демоница оставила отпрыска на пороге у ничего не ведающего отца? Или наоборот? Человеческая женщина понесла от демона? Задумавшись над возможными вариантами, полукровка даже отвлекся ненадолго и пропустил направленный ему одним из партнеров вопрос.

После окончания переговорного этапа бизнесмены направились в один из хороших нью-йоркских баров, чтобы отпраздновать удачный итог их встречи. Ли Вэй не хотел, но отказываться не стал: все же бизнес есть бизнес, и совместное распитие алкоголя – цементирующая договоренности часть.

Тем не менее, задерживаться в баре он не стал. И как только стемнело, сославшись на усталость и джетлаг, покинул остальных. Однако в свой номер Тайпан вернулся ненадолго. Только затем, чтобы переодеться. Вместо делового костюма и классического пальто, мужчина облачился в спортивного кроя брюки, куртку и кроссовки.

В итоге из президентского номера Ритц вышел обычный нью-йоркец азиатского происхождения, среднего достатка. Тайпан решил посетить чайнатаун.

По сведениям из интернета, в чайнатауне проживало около ста тысяч представителей китайского этноса, но Ли Вэя туда тянула не родная специфика, тем более что азиатский стиль в этом районе был весьма условный. Как раз наоборот, Тайпан любил гулять по улицам крупнейшего этнического анклава из-за того, что это место было другим и напоминало ему его самого: не похожий ни на что, при этом представляющий из себя смесь двух культур. Полукровка, как он сам.

Было достаточно поздно – многие торговые лавки закончили свою работу, а туристы покинули территорию длинных улочек, чтобы поужинать и хорошенько выпить в более фешенебельных местах. И только некоторые любители всего необычного остались и засели в развлекательных заведениях чайнатауна. Среди них был и сам Ли Вэй, который явился сюда не только из праздного любопытства. Он знал, куда хочет зайти: сегодня Тайпану требовалась женщина. Сговорчивая азиатка, знающая себе цену. В буквальном смысле – она должна ее назвать.

Европейского типа эскортниц мужчина не желал. Только не сейчас. Нужна была та, которая не вызовет лишних ассоциаций и воспоминаний. Китаянка для этого подходила как нельзя лучше. А потому Тайпан нашел на карте чайнатауна стриптиз-бар, куда и направился, чтобы купить себе несколько часов удовольствия. В таких местах девушки всегда были не прочь за дополнительные деньги добавить особые услуги к приватному танцу, так что Тайпан определенно рассчитывал на секс.

Бар «Золотой дракон» находился на втором этаже пятиэтажного здания. Найти его было не так просто: нужно было постоянно задирать голову, чтобы увидеть неоновую вывеску с логотипом. Изображен на вывеске был ожидаемо дракон. Единственным отступлением от канонов, по которым рисуют своих ящеров китайцы, была мигающая фигурка танцовщицы, которая то и дело появлялась возле драконьей морды.

Ли Вэй усмехнулся. С натяжкой, но его змеиная чешуя роднила его с героем китайской мифологии: чем не дракон, когда шэяо вылезает на полную мощь? Что ж, оставалось найти себе хорошую танцовщицу, которую он опалит своим сексуальным аппетитом. Желание, к слову, по непонятным причинам усиливалось с каждой секундой. Все сильнее Тайпану требовалась ощутить в своих руках женскую плоть. Он думал об этом, когда поднимался по грязным ступенькам, не мог выкинуть из головы, когда входил в тесный вестибюль, где его проверили на наличие оружия двое здоровенных азиата, и уже окончательно зафиксировал себя на поиске той самой, когда достиг неожиданно огромного зала с множеством отдельных стоек с пилонами, сценой, барной стойкой и десятками небольших столиков.

Играла музыка, было шумно, дымно, душно. Для курения предполагались отдельные закрытые зоны, но никто не обращал на такие мелочи внимания.

Тайпан осмотрелся. Его взгляд то и дело падал на извивающихся возле шестов девушек и пялящихся на них разной этнической принадлежности мужчин. Среди посетителей были и азиаты, и европейцы, и афро. Гости бара много пили, запихивали купюры стриптизершам в бикини, выкрикивали скабрезные словечки, вызывая у танцующих девушек благодарные улыбки.

Обстановка начала еще более накаляться, когда на сцене началось движение. Пока Ли Вэй выбирал себе место, на ней появилось световое пятно, в круг которого вышел ведущий.

– Господа! И дамы⁉ – кивнул он в сторону женской компании, сидящей за столиком в углу и непонятно что делающей в этом мире мужской похоти. Нью-йоркцы и гости столицы! Мы начинаем нашу шоу-программу. Сегодня перед вами выступят звезды нашей коллекции. Лучшие танцовщицы и самые сексуальные девочки. Почти каждая из них согласится сходить с вами в приватную комнату, если сумма, которую вы готовы заплатить, будет достойной их внимания. Сразу предупреждаю: Златовласка не оказывает частных услуг – ни сегодня, ни завтра. Никогда! Поэтому прошу не подходить ко мне с просьбами, мольбами или угрозами. Это бесполезно. Тем, кто не знает, о ком я говорю, я завидую, ведь вы сегодня впервые увидите настоящее чудо! – с этими словами под звуки свистов, аплодисментов и выкриков: «Девок давай!» конферансье ушел, на сцене погас свет, заиграла музыка, и началось шоу.

Тайпан к этому времени занял место за баром, заказал себе виски и тоже уставился на представление. Судя по всему, сейчас выступят отборные, а он как раз спокойно подберет себе ту, которая его обслужит.

Первой вышла высокая, худощавая китаянка со спортивной фигурой. Ее объявили как «прекрасная Мэй». Возможно, в теле этой танцовщицы чуть не хватало плавных линий – женщина имела слишком тренированное тело – но зато то, что она вытворяла на пилоне, заслуживало восхищения. У нее явно был свой фан клуб: несколько мужчин – белых американцев – особо остро отреагировали на появление стриптизерши и очень громко привлекали к себе ее внимание. Как только танец закончился, компания ее поклонников помчалась к администратору. Видимо, началась торговля. До Тайпана донеслись их споры. Группа настаивала, что они все могут увидеть приватный танец Мэй за назначаемую для одного клиента стоимость. Ведь она танцует один раз! А менеджер очень сутенерского вида возражал, что платить нужно каждому. Осознав, что сэкономить не получится, мужчины приуныли, но воспряли духом, когда китаец с барского плеча все же сделал им пятипроцентную скидку.

«И это нас называют жадными и расчетливыми!» – презрительно подумал Ли Вэй.

Тем временем на сцене извивалась очередная стриптизерша. Эта была невысокая и пышногрудая. Тайпан даже подумал, что возьмет ее – она показалась ему годной для его целей. Однако все изменилось после начала следующего выступления. Еще только объявляя Златовласку, ведущий взорвал зал. Мужские голоса ураганом пролетели по помещению, а рыжеволосый канадец, сидевший по левую сторону от Тайпана и тянувший свое дешевое пиво, воскликнул:

– Черт! Эту девочку я бы купил за любые деньги! Жаль, у меня таких нет. Я слышал, ее пытались выкупить на ночь за десять тысяч долларов, но она не пошла. Лучшая!

Лучшая! Это слово ударило в голову. Иного Тайпану и не нужно. Только то, что не всегда доступно другим. Но, главное, самого высокого качества.

– Десять тысяч? Хм… Можно добавить нулей, – непривычно для себя произнес он вслух, заставив канадца рассмеяться.

– Что? Сто тысяч за бабу? А, может, даже миллион? Ты не похож на того, кто имеет такие деньги. Но даже если и так, то многовато все же.

– Это если у тебя один миллион. И ты не ценишь себя и свое время, – пробормотал полукровка, почувствовав неожиданное раздражение. Ему не нравилось то, сколько пар глаз сейчас пялились на сцену. На самое лучшее должен смотреть только он.

Заиграла музыка, и Тайпан пораженно замер. Танго? Серьезно?

На сцене зазвучали первые аккорды страстной «Por una Cabeza" аргентинского композитора Карлоса Гарделя. А затем вышла она. Ли Вэй пораженно уставился на девушку-блондинку с золотистыми волосами, в алом платье, на каблуках. Она была европейкой с бледно-молочной кожей и подчеркнутыми помадой алыми губами. 'Фарфоровая куколка» – назвал ее тут же для себя Тайпан. Пока полукровка жадно пожирал глазами девушку, Златовласка начала танцевать.

Она исполнила танго одинокой женщины, роль партнера которой сыграл пилон. Это было художественно, кто-то точно ставил хореографию – ее танец рассказывал историю. Златовласка продемонстрировала искусство, от которого у Ли Вэя где-то глубоко зазвенело – похоже, так звучала последняя струна его души, еще не порвавшаяся от разочарования и тоски.

А потом танцовщица начала раздеваться: законы стриптиза требовали этих действий. Когда бретельки ее платья начали сползать вниз, открывая аккуратную грудь, Тайпан ощутил, как из недр его сущности рвется шэяо. Не от вожделения, а от желания спрятать от всех наготу девушки. Тайпан не заметил, как на моменте, когда она осталась лишь в одних алых стрингах, его длинные черные когти врезались в полировку барной стойки и вспороли гладкую поверхность четырьмя бороздами.

Только по одной причине Ли Вэй не остановил представление: он отвлекся. Мужчина боролся со змеиной сущностью, загоняя ее обратно. Но как только у него получилось, а блондинка под сшибающий с ног звук аплодисментов закончила танец, Тайпан уверенным, твердым шагом направился к администратору.

– Сколько? – спросил он у китайца, а тот и бровью не повел. Лишь вздохнул.

– Не продаётся, – ответил он, словно разговаривая с ребенком.

– Все продается! – рыкнул Ли Вэй.

– Ха! – был короткий ответ посредника.

– Полмиллиона долларов. Иди, у нее спроси! – бросил он в приказном тоне. Менеджер дрогнул, но нашел в себе силы уточнить насмешливо:

– Ты уверен, что у тебя есть такие деньги?

– Я переведу ей на счет до танца. Иди спроси.

Тот пожал плечами и скрылся за дверью, которая, как понял Ли Вэй, вела в гримерные и раздевалки.

Вернулся гонец через минуту. И не один. Девушка вышла с ним. Вновь одетая, но в этот раз не в алое, а черное платье с длинным подолом в пол.

– Что ты хочешь за свои деньги? – нежным голосом спросила она, посмотрев при этом на мужчину подозрительным, сканирующим взглядом. – Спать с тобой я не буду. Но если только танец…

– Я согласен! – подтвердил очередную удачную сделку Тайпан.

5. Танец

Она

– Я еще не договорила! – перебила я мужчину. – Мне нужны наличные! – на этих словах незнакомец озадаченно замолчал, продолжая буравить меня нечитаемым взглядом. Довольно высокий для азиата, сухощавый и какой-то ледяной, что ли – вот каким казался мне мой наклевывающийся клиент.

Неужели, он достанет столько налички? Вряд ли. Только если он гангстер. Где в Америке столько бумажных денег? Точно не у честных бизнесменов.

Счетов у меня не было. Точнее, были, но на настоящее имя, а потому пользоваться ими нельзя. Нужна была крупная сумма как раз для того, чтобы легализоваться в этой стране под другой личиной. Чтобы у меня было все: водительские права, банковские карты, страховка. И безопасность. А пока меня в США не существовало. Я была никто и ничто. Златовласка, появляющаяся на сцене стриптиз-бара три раза в неделю, – ни больше, ни меньше.

Этого, я само собой, вслух не сказала, так как знать подробности моей сумасшедшей жизни странному азиату точно было не обязательно. Даже Джон, администратор бара и бессменный продавец наших с девочками услуг, не знал всех подробностей весьма непростой ситуации, в которой я оказалась. Но вот о чем он точно имел представление, так это о сумме его гонорара, если он не упустит столь выгодного клиента. Это ж какой процент он и его хозяева сорвут с моего поклонника! Огромный!

Глаза Джона загорелись алчностью. Этот пес вцепился зубами в добычу и так просто отпускать не собирался.

– Можно перевести на счет бара. А мы уже отдадим Фейт, – вкрадчиво начал он.

– Значит, это твое настоящее имя? Фейт? – подал голос мой покупатель, не обращая внимание на менеджера.

Я пожала плечами. Разве кому-то важно, как меня зовут? Важно лишь то, насколько я умею вытаскивать из недр и одушевлять своим танцем у мужчин их темные фантазии. Они сами в своих головах придумывают мне имена и биографию. Я же стараюсь нарисовать яркий образ. Каждый раз новый. Для того, чтобы клиенты приходили снова, гадая, чем я еще могу удивить. Благодаря этому интересу в «Золотом драконе» меня держат на хорошем счету. Несмотря на мой рискованно нелегальный статус.

– Да! Так что по поводу денег? – напомнила я азиату о самом главном.

– Я предпочту отдать их лично тебе. Достать нал можно, но не сию минуту, – ответил он. Легкий акцент выдавал в нем иностранца. Этот человек явно вырос в Китае – или недавно эмигрировал, или просто турист.

– Танцевать я буду только тогда, когда увижу чемодан, – не уступала я.

– Сумка не пойдет? – с совершенно серьезным видом уточнил клиент. – Не боишься, что я потеряю желание? Сейчас настроение есть, но пока буду искать деньги, может исчезнуть, – мужчина сделал шаг по направлению ко мне, но Джон протянул руку, останавливая его. Я приготовилась послать этого психа куда подальше, но наш администратор изо всех сил пытался завершить сделку, играя роль медиатора.

– Я придумал, как поступить, – рявкнул он. – Долю бара ты переводишь сейчас, тем самым доказывая свои честные намерения. А по остальным договариваетесь со Златовлаской отдельно. Лады?

– И какова ваша доля? – поднял бровь гость. Мне показалось, что в недрах его глаз вспыхнул желтый огонек. Надеюсь, это был просто отблеск, а не что-то иное.

– Половина. Двести пятьдесят кусков. Которые ты нам кидаешь прямо сейчас, – оскалился в улыбке Джон. Фамилия у него, кстати, была Чжан. Джон Чжан. Звучит как часть скороговорки. Родители не очень долго думали, прежде чем выбрать ему имя, похоже. Ну или они те еще юмористы.

– У вас очень высокий процент, – покачал головой азиат. Спорить при этом не стал. – Ты согласна, Фейт? На такую сделку? Наличные отдам тебе завтра утром. Я никогда не нарушаю свое слово, – мужчина сказал это таким тоном, что я поверила. Уж не знаю, почему. Кругом полно подонков, а этот незнакомец показался мне человеком слова. Если ошибусь, будет мне урок. В любом случае, «Золотой дракон» точно наживется неплохо. Ну а я… За двести пятьдесят тысяч станцую лучшее, что умею.

Надо сказать, я не удивлялась эксцентричности моего покупателя. Успела я насмотреться разного, в том числе, как спускаются в никуда целые состояния. Просто по прихоти. Или от азарта. Я не понаслышке знала, как мужчины умеют проигрывать: подрабатывала по средам и пятницам официанткой в нелегальном казино. Так что полмиллиона за танец стриптизерши – это не самый лютый зашквар, для некоторых – это норма жизни.

– На таких условиях согласна! – ответила я. Рискую, но не слишком. Зачем отказываться? Что я теряю? Не честь же девичью.

Дальше наступила техническая сторона дела. Джон позвал Майка – управляющего и бухгалтера в одном лице. Трое мужчин удалились в кабинет. Видимо, перевод такой суммы требовал времени, а, может, дело было в том, чтобы провести деньги незаметно для налоговой. Так или иначе, вернулся мой обедневший на двести пятьдесят тысяч долларов клиент только через час. Я к этому времени уже сидела в лучшей вип-комнате нашего заведения, ожидая. Официантка Таша, подмигивала мне и поздравляла с таким удачным заказом, одновременно с этим расставляя напитки на небольшом столике перед креслом для моего гостя. С ним носились как с королем. Оно и понятно – богатый и щедрый!

Я переоделась – для этого выхода я специально оставила побольше голого тела. Приватный танец требовал чуть меньше изящества и чуть больше откровенно вызывающей эстетики. Я не соглашалась на приваты еще ни разу, но теорию знала.

До школьной формы или медсестры не опустилась, такая примитивность – не мое, но мой образ все же не избежал некоторых клише. В конце концов, клиенту нужно банальное, старое как мир возбуждение.

Удивительное совпадение: как раз сегодня утром я впервые подумала о том, что придется отказаться от своей принципиальности и начать зарабатывать быстрее и больше, и вот, пожалуйста. Наклюнулся столь щедрый заказчик. Ради суммы, которая за раз решит все мои проблемы, стоило постараться.

Я услышала щелчок, и китаец вошел в помещение. Дверь закрылась, и мы остались с ним наедине в интимной полутьме, которая должна была стать дополнительным антуражем предстоящего эротического действа. Мужчина снял куртку, и я невольно пробежалась по нему взглядом – джинсы и футболка, в которых он остался, подчеркнули жилистую крепость его тела. Я даже поймала себя на мысли, что мой первый приват будет проходить с весьма привлекательным клиентом. Это был интересный опыт, но, надеюсь, я получу свои деньги, и этот раз станет автоматически и последним.

Сколько ему? Тридцать? Сорок? Не понимаю я возраст азиатов. А у этого и подавно. Кожа гладкая, а во взоре сама древность.

Я следила, как, не отводя от меня обжигающего взгляда, мужчина уселся в кресло и откинулся на его спинку. Он умудрялся смотреть так, словно держит под прицелом – не давая возможности отвлечься ни на секунду.

– Как тебя зовут? – зачем-то спросила я.

– Тайпан, – спокойно ответил мужчина, блеснув глазами.

– Как и когда ты отдашь мне остальные деньги? – продолжала допрашивать я. Клиент нисколько не напрягся, ответил охотно, хоть и без особых эмоций.

– Мы встретимся завтра в вестибюле отеля «Ритц», там я остановился. А если хочешь… можем уйти отсюда сразу ко мне… Деньги привезут по моему указанию в номер. Плюс столько же за секс, – вдруг предложил Тайпан.

– Я же сказала… – начала, но осеклась.

– Еще двести пятьдесят, – медленно и настойчиво повторил мужчина.

– Ты уверен, что я того стою? – усмехнулась, выходя в центр комнаты.

– Я уверен в том, что сам определяю, за что готов и хочу платить, – отрезал клиент.

– Что ж, я тебя услышала. Приду утром. Получить свое за танец. Никакого секса, – сказала и, нажав на кнопку пульта, включила музыку. Сейчас это было не танго, а микс из современных песен, к которым подходило мое обтягивающее под латекс черное платье и туфли на высоком каблуке.

Я начала двигаться, а Тайпан залип. Он выглядел расслабленным, но его спокойствие было показным. Я наблюдала признаки того, что мужчина напряжен: он опустил руки на подлокотники, с силой сжав их своими длинными пальцами.

На протяжении всего моего перфоманса я смотрела ему в лицо, какие бы танцевальные связки не выполняла: зрительный контакт – это база. Так говорят девчонки, поднаторевшие в этих делах.

Через минуту я ощутила, как мои неловкость и некоторая скованность сошли на нет. Музыка вела, заставляя двигаться, а напряженное внимание Тайпана давало стимул и понимание: у меня все получается.

Первая треть моего выступления – это легкое интро, оно вводило в энергетику танца, заставляя сердце стучать в такт с ярко выраженными басами, а тело вибрировать в предвкушении и обещании большего.

Уже сейчас я видела, как тяжелеет взгляд Тайпана, как он подносит руку к лицу, трет свой подбородок, проводит пальцем по своим губам. Между нами протянулась невидимая нить: красивый мужчина и я – подчиняющаяся и властвующая одновременно.

Мы не прикасались друг к другу, но в какой-то момент, мне показалось, что Тайпан меня ласкает. И не только глазами. Наблюдая, как его пальцы все сильнее стискивали ручки подлокотников, я почти физически ощущала его ладони на своем теле.

В какой-то момент, почувствовав, что пора, начала раздеваться, не прекращая танцевать. Мои руки заскользили по телу и потащили платье вверх, оголяя бедра. В этот момент мне стало жизненно важным, чтобы этот мужчина продолжал вот так смотреть. Накатывало чувство восторга: я похитила его внимание – вряд ли он думал о ком-то еще в этот момент. Пластичным движением я потянула вниз молнию, которая располагалась на спине. У кого-то это могло выглядеть неловко – девочки предпочитали одежду с замками впереди, но я любила именно так: выгибать спину, демонстрируя изгибы груди. Я освобождала себя от оков платья и переходила непосредственно к тому, за что мужчины платят стриптизершам.

Преодолев несколько шагов, что разделяли нас с моим партнером в этом танце, я продолжила двигаться под музыку, подключив при этом легкие прикосновения к объекту моего соблазнения. Тайпану касаться меня было запрещено, я же могла. Свои деньги клиент отдавал за то, чтобы смотреть и чувствовать. Но я видела, что конкретно этому мужчине бездействие дается с трудом. Он привык командовать, а потому отсутствие контроля – для него испытание. Что ж, он сам принял условия игры.

Встав на колени на кресло и таким образом практически оседлав бедра Тайпана, я оперлась руками на спинку его кресла и извивалась, имитируя нашу близость. Я чувствовала его дыхание – более прерывистое, чем он желал показать, я тонула в его магических глазах, внутри которых закручивалась огненная спираль вожделения. Кадык Тайпана заходил ходуном – он тяжело сглотнул, а когда я зависла взглядом на его губах, растянул рот в хищной улыбке.

В этот момент мне захотелось убежать: показалось, что это я, а не он, попала в капкан влечения, который захлопнулся, лишив меня воли и возможности двигаться. Но это были лишь фантомные ощущения – я продолжала свой танец, который постепенно шел к своему завершению и становился максимально горячим. Извиваясь на коленях мужчины, я время от времени цепляла своей кожей ткань его джинс, как раз в том месте, что недвусмысленно демонстрировало мужское желание. Мурашки пролетали по телу артиллерийскими выстрелами, мне казалось, что я вот-вот потеряю ведущую в этом дуэте роль.

В попытке восстановить контроль, я дразняще наклонилась еще ближе, и теперь до прикосновения к губам Тайпана оставались считанные сантиметры. В этот момент самообладание мужчины все же дало трещину: он поднял руки, оторвав их от подлокотников.

Я видела, как играют желваки на его острых скулах, как сжимаются в кулаки его ладони. Он не прикасался нет, но еле сдерживался, чтобы этого не сделать. А мне на мгновенье захотелось, чтобы он допустил это нарушение и прижал меня к своему телу, подарив страстный поцелуй своими сжатыми сейчас в тонкую полоску губами.

Мое воображение разыгралось не на шутку: в пылу нашей мнимой близости я представила, что это сам китайский император перенесся ко мне из глубокого прошлого и сейчас вожделел свою верную наложницу.

Настало время красивого финала. Я выгнулась, замирая грудью на линии взгляда мужчины и, провоцирующее глядя ему в глаза, потянулась рукой к застежке лифчика. Я ждала реакции, и она была, но совсем не та, на которую я рассчитывала. Когда лифчик начал мягко сползать с груди, по лицу и шее Тайпана, внимательно наблюдавшего за падением этой крепости, пробежали золотистые всполохи. На долю секунды образ моего человеческого клиента поплыл, и я увидела за ним монстра, который прошипел, выбрасывая длинный язык: «Хоч-чшууу тебя».

Вскрикнув, я отпрянула и свалилась на пол на пятую точку, широко расставив ноги. Тайпан чертыхнулся и наклонился ко мне, протянув руку. Моя поза была сейчас просто отвратительно откровенной, но меня меньше всего заботило то, как выгляжу я. Меня больше интересовало, чему я только что стала свидетелем.

– Не бойся меня. Для тебя я не опасен, – произнес мужчина немного охрипшим, но вполне человеческим голосом. Больше никаких странностей я в нем не замечала. – Что ты собираешься делать с деньгами? – сменил он тему, давая понять, что эротическая часть вечера окончена.

– Эт-то путь к моей свободе, – не став скрывать, выговорила я, запнувшись.

– Ты уйдешь из стриптиза? – с прищуром уточнил Тайпан.

– Конечно! Это не то, о чем я мечтала, знаешь ли, – кивнула я, приходя в себя. Опираясь на предложенную руку, я встала, и мужчина сделал то же самое. Сейчас мы смотрели друг другу в глаза – мои высокие каблуки, увеличивающие рост, позволяли делать это свободно.

– Хорошо. Ты не должна… – начал китаец, а я перебила.

– Не нужно договаривать. Не нужно меня учить. Я и так все знаю. Вот ты мне точно должен. Двести пятьдесят тысяч…

– Завтра утром у тебя будет обещанное, Фейт. Но я прошу тебя подумать вот о чем. Я предлагаю тебе роль моей любовницы. Скажем, на год. Я заберу тебя с собой в Пекин. Решу все проблемы, на которые ты мне укажешь, и отпущу тебя богатой и свободной женщиной. Через год. Подумай об этом, хорошо? – Тайпан поднял ладонь и все же прикоснулся ко мне. Он провел своими чуткими пальцами по моему лицу, на мгновение задержавшись на губах. Его взгляд замер там же. Мужчина подался ко мне, а я охнула, с ужасом ощутив, что моя обнаженная грудь прижалась к ткани его футболки, под которой ощущался твердый, рельефный торс.

– Я не… – умирая от непонятных эмоций, попытался что-то сказать, в то время как азиат на секунду закрыл глаза и судорожно вздохнул.

– Ты… подумай, Фейт! – с этими словами он отступил на шаг, развернулся и вышел из комнаты. Это был побег.

Меня он оставил с сумасшедше бьющимся сердцем и роем разрозненных мыслей в голове.

6. Ловушка

На встречу с Тайпаном я категорически опаздывала. Наверное, кому-то покажется это верхом безалаберности и дурости: как можно опоздать туда, где тебе вручат четверть миллиона долларов? Но у меня были обстоятельства непреодолимой силы.