Текст книги "Танго в китайском квартале (СИ)"

Автор книги: Алена Ромашкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Все очень удивились и кажется, не очень поверили, что меня сюда притащили обманом. Я не стала доказывать что-то, вместо этого решила поинтересоваться главным:

– А что вы знаете про род Циилин?

Ответить собиралась Ёнхи, но в этот момент дверь распахнулась, и в нее без стука вошла Далия.

– Вера, пойдем. Тебя желает видеть сам шидан.

23. Змеиные страсти

Направляясь вслед за Далией, я обернулась, успев поймать реакцию на мой уход всех трех подруг по несчастью. Лейсан жевала пирожное и смотрела безучастно, полностью отдаваясь вкусовым ощущениям, Ёнхи злилась и сидела напряженно, как натянутая тетива, а Рика, эта «принцесса Несмеяна», тяжело вздыхала и провожала меня взглядом великой мученицы, которая вот-вот взойдет на эшафот.

А что же чувствовала я сама, пока меня вели к падишаху демонического разлива? Я не боялась. И на удивление довольно трезво мыслила. Моя задача состояла в том, чтобы на скорую руку придумать логичную историю – как и почему попала в этот мир, а также понять, как себя вести.

Уверена – среброволосый спросит, кто я и откуда. И совершенно очевидно, что говорить правду глупо. Зачем тому, кто желает тобой владеть, выдавать свои слабости, даря повод для шантажа и угроз?

В кои то веки я пыталась быть разумной и последовательной, а потому гнала от себя отторжение, злость и неприятие. Пора было выработать здравую линию поведения, исходя из текущего положения дел. Разговор с девушками из гарема мне в этом неожиданно помог. Я поняла, что никто и никогда из них не пытался бежать и сопротивляться – все они хотели такой жизни и боролись только за одно: внимание их хозяина. От меня тоже никто не ждет иного, а потому не будут излишне контролировать, если я не дам повод. Оставалось только всех убедить, что я такая же как все. И вот тут возникали сложности, ведь меня купили как рабыню, а это не то, с чем я готова была легко смириться. Не стоило заблуждаться, для каких целей меня забрал к себе шидан – совершенно точно не в морской бой играть. Анокэ захочет со мной спать.

С первого дня выхода на сцену в моей жизни постоянно появлялись мужчины, которым я была важна исключительно как постельная игрушка. Словно я некий фетиш, кукла – увидели на сцене, восхитились, пофантазировали и захотели оприходовать мечту. Многие девочки из моей труппы пользовались этими мужскими прихотями, заводя себе богатых любовников. Я же хотела лишь танцевать и быть любимой. Наивная я… Максим почему-то показался в моменте «тем самым», но то была иллюзия, которая по непонятным причинам сформировалась в моей голове.

Сейчас, шагая по ковровому покрытию этого роскошного замка, я выбирала: оставаться недотрогой, борясь с посягательствами на мою честь, или показать себя покорной, засунув свою гордость куда подальше. Оба варианта я рассматривала не столько с позиции моральных принципов – я успела их растерять по дороге в текущий ад, сколько с точки зрения поиска максимально выгодного для меня и моего положения развития событий. Не секрет, что излишняя доступность – это не всегда хорошо, но и святая девственница – такой себе вариант для рабыни. Так кого хочет видеть местный рабовладелец: грешницу или ангела? Почему я не спросила девушек, что он за человек… то есть демон?

Абакайши я видела на аукционе, и его внешний вид отторжения не вызывал. Да, на торгах шидан показал крутой нрав, и его змеиная ипостась – та ещё гадость на вид, но девушки не пожаловались на то, что он их обижал. Правда, ни одна своему хозяину, наверное, и не отказывала ни разу. В любом случае, все говорило в пользу варианта с подчинением и смирением. И я решила, что если не останется иных вариантов, и Анокэ не садист или что-то похуже, то я попробую дать то, что он хочет. Почему бы и нет? В конце концов, с учетом общего количества рабынь, он не так уж и часто будет во мне нуждаться. Если по графику, то это раз в двенадцать дней. К тому же, может, ему и не надо каждый день? По лицу шидан не юнец.

О чем я думаю? Что за сюр? В кого я превратилась?

Усмехнувшись, поняла, что в этой истории я стремительно обрастаю качествами, характерными для женщин с низкой социальной ответственностью. Сначала Ли Вэй, теперь этот серебряный. Впрочем, Тайпан это другое. При воспоминании о сладких объятиях китайца сердце екнуло. Где он сейчас?

Спать с Абакайши, несмотря на логичность этого действа, все же даже в мыслях было противно. Но как по-другому? Я не воительница, не волшебница и даже не демоница. Не могу превратиться в змею и сожрать тут всех. У меня есть только привлекательная внешность, какие-никакие мозги и желание перевернуть Землю, точнее, Акунга-Нагаши, чтобы найти Лешу.

Надеюсь, этот Анокэ – не превращается в змея во время секса… Бр-р-р… Да плевать! Главное – придерживаться того, что я задумала!

Да-да, совершенно неожиданно у меня появился план, который давал надежду на некоторые подвижки во всей этой истории. Я понимала, что сама не справлюсь, а потому мне требовался влиятельный союзник. И я придумала, где его, точнее, ее, взять.

Девушки рассказали про то, что скоро в замке будет прием, куда пригласят всех представителей знатных родов шэяо. А я слышала в гостинице, как Карим называл Тайпана «даном», а его мать «шинаей». Род Циилин. Мой спаситель – сын аристократки, а значит, у меня есть шанс увидеть хоть кого-то из их клана.

Основная задача, котрую я себе поставила, это дотянуть до приема в целости и сохранности. И если шиная придет, то она – и есть моя надежда. Конечно, я бы предпочла увидеть в своих спасителях не незнакомую демоницу, а Ли Вэя. Но он, возможно, уже вернулся в наш мир, ищет меня там, а, может, и сына моего уже нашел. Или вообще плюнул и умчал в Китай.

О плохом думать не хотелось. Вариантов было много, но я могла узнать обо всем только одним способом: спросить у матери Ли Вэя. Если она будет тут, в замке, у меня появится возможность хоть что-то предпринять. Я собиралась броситься шинае в ноги, умолять о помощи. Возможно, я была излишне самонадеянна, но почему-то верила в удачный исход моего весьма шаткого плана.

В конце концов, Циилин – женщина. А еще, я знаю ее сына. И если он похож на мать…

– Вера! Когда зайдёшь к шидану, ты должна поклониться. Вот так, смотри, – вырвала меня из размышлений Далия, резко остановившись. Мы находились в небольшом зале, из которого в разные стороны разбегалось несколько коридоров. Я почти налетела на женщину, но вовремя затормозила, глядя, как старушка сгибается в пояснице, стуча лбом по полу. Это поклон? Да тут растяжка немалая нужна! – Ты поняла? – воззвала женщина ко мне, и я кивнула. Так наклониться не проблема – я танцор со стажем, гибкости мне не занимать. Но где бы найти моральные возможности так откровенно пресмыкаться? Впрочем, если очень нужно, я могу и в обратную сторону выгнуться. Воображаемая картина того, как я делаю мостик в знак почтения, заставила меня хмыкнуть, на что Далия строго посмотрела и добавила:

– Ой, чую я, натерпимся мы из-за тебя. Какая-то ты не такая.

– Ну разве что блондинка, – буркнула я.

– Удивила! – не осталась в долгу женщина. – Этот род, знаешь ли, все не брюнеты. Да и я уже догнала хозяев по цвету волос.

– Поэтому он купил меня?

– Не он, а шидан. Почтительность прежде всего! – зашипела Далия. – Не знаю я, почему он тебя купил. Я бы не стала! – после этих слов она продолжила свой путь, нырнув в коридор, заканчивающийся лестницей, покрытой мягким ковровым покрытием. – Тебе туда. Там будет дверь. Постучишься и сразу войдешь. Ну же! – прикрикнула моя надсмотрщица.

Я пожала плечами и посмотрела наверх. Пара десятков ступенек действительно вела к двустворчатой резной двери. Она обманчиво приглашала открыть ее и войти в чудесную сказку, однако вряд ли на самом деле за ней меня ждало что-то прекрасное. Интуиция вопила, что сказка будет не для детей.

Тем не менее, противиться приказу Далии не стала, а потому направилась к конечной цели своего путешествия. Однако, перед тем как войти, все же помедлила. Сердце колотилось слишком часто, чтобы заблуждаться на свой счет: спокойствие я напрочь растеряла.

Стукнув пару раз и толкнув рукой створки, я с легкостью их распахнула, после чего шагнула в неизвестность с решимостью и скоростью прыгуна в воду, надеясь, что в итоге смогу всплыть на поверхность.

Войдя, я изумленно осмотрелась. В голове до этого рисовалась совсем другая картина. Почему-то я была уверена, что окажусь в тронном зале и предстану перед Анокэ так, как это было на аукционе, и он будет задавать вопросы, а потом заставит меня что-нибудь делать – танцевать, например. Или это сюжет, который я где-то подсмотрела?

В любом случае, все оказалось не так. Это точно не был зал для приемов, скорее, личные покои или их часть. Я оказалась в относительно небольшом помещении без окон, освещаемом только светом разожжённого камина. Серые стены, увешанные гобеленами, мягкие парчовые диваны, несколько статуй, а также подсвечники на стенах и шкафах производили странное впечатление: словно средневековый Запад и Восток встретились в одном месте и так и не разобрались, кто тут из них главный.

В комнате не было ни одной живой души. Я сделала несколько шагов и остановилась возле ростовой статуи, которая увековечила в камне двух огромных змей, переплетенных друг с другом то ли в страстном порыве, то ли в смертельной схватке. Морды этих тварей были направлены друг на друга, а пасти широко раскрыты. Я зависла, завороженная натурализмом этого изваяния: казалось рептилии вот-вот повернутся и бросятся на меня. Скульптор был явно талантлив, но я не успела додумать эту мысль, потому что услышала шипение. Прямо под ухом.

Остолбенев от страха, почувствовала, как становятся дыбом волосы и даже волоски на теле. Шипение продолжалось, раздаваясь то справа, то слева от меня. Очень хотелось завизжать, но я держалась.

Что-то было рядом. И это что-то заставляло меня корчиться от ужаса.

– Какая хорош-шая девочка! Боиш-шься, но делаешь-шь вид, что смелая! – раздалась человеческая речь. – Иди ко мне, моя сахарная. Такая беленькая. Нам будет сейчас очень интерес-сно.

Продолжая стоять и боясь шелохнуться, я вдруг почувствовала на полу движение. Опустив взгляд, я заскулила от внезапно переполнивших меня желаний. Их было ровно два: упасть в обморок или нестись отсюда прочь. Все предыдущие смелые идеи улетучились как ни бывало.

Испуг возник не на пустом месте: вокруг моих ног закручивался огромный, блестящий змеиный хвост – очень знакомого серебряного цвета. Он жил своей жизнью, метр за метром выползая у меня из-за спины, где, судя по всему, находилась основная часть демона. Хвост передвигался по кругу, наворачивая вокруг моих ног уже третье кольцо. Все это двигалось, блестело, терлось о мягкое ковровое покрытие, но пока не касалось меня, находясь на удалении пары шагов.

Похоже, разговаривать со мной никто не собирался. Зря я готовилась сочинять какие-то истории про мое появление в этом мире. У Абакайши были другие планы, о которых я пока могла только догадываться. Никакого сексуального подтекста во всем этом я не видела. Как-то сложно было представить, что меня хотела рептилия. А вот задушить… и сожрать – этот печальный итог я могла предположить очень легко.

Было очевидно, что все мои планы летели в тартарары. Судя по всему, настал момент, когда требовалось спасать свою жизнь. Я закрыла глаза, тяжело сглотнула ставшую колючим песком слюну, а потом распахнула веки и прыгнула, махом выбравшись из начавшего постепенно сужаться серебряного плена.

Почувствовав свободу, я с визгом бросилась вперед, не глядя на преследователя. К двери бежать было несподручно: демон перекрыл мне туда путь. Поэтому я понеслась к небольшому комоду, стоявшему в метре от стены. От страха я перепрыгнула через него с резвостью кенгуру и присела, прячась от монстра. Ненадежное убежище, но в комнате не было другого.

– Какая прыткая! Куда же ты? Разве ты не хочеш-шь в объятия к с-самому знатному ш-шэяо Акунга-Нагаши? Вы вс-се хотите… Но почему-то не любите нашу ис-стинную ипостас-сь! А так нечес-стно! – раздался зловещий голос.

Не выдержав, я выглянула из своего укрытия, чтобы оценить обстановку, и тут же поняла, что зря. Змей Анокэ остался там, где и был, поражая воображение своими габаритами. При этом половина его тела так и лежала кольцами на полу, а голова трепыхалась где-то под потолком.

– Что те… вам надо? Зачем вы пугаете? – я хотела произнести это уверенным тоном, на всякий случай сохраняя вежливость, но из горла выскочил какой-то несуразный писк.

– Мой маленький кролик! Я хочу поиграть, – хмыкнула тварь. Во всю ощущая адреналиновый кураж, я собиралась ответить что-то вроде: «А поговорить?», но в эту секунду змей кинулся в мою сторону. Я даже не успела заметить, как это произошло – словно полет пули.

Удар сердца, и морда рептилии оказалась возле моего лица. Я заорала дурниной и попыталась увернуться, узрев раскрытую пасть, в которую без проблем поместилась бы моя голова. Шарахнувшись в сторону, я уперлась спиной в стену, а рукой нащупала нишу, в которой стоял подсвечник. Не думая, что это может сделать только хуже, я схватила этот увесистый предмет и бросила в демона. Тот просвистел мимо, а змей захихикал и провозгласил пафосно:

– Да начнется игра!

Не став уточнять ее правила, я поползла спиной вдоль стены, не отводя взгляд от замершей и выжидающей змеи. Шаг, шаг, еще, а потом моя спина потеряла опору. Оказалось, я провалилась сквозь не замеченную ранее дверь, и теперь переместилась в смежное помещение. Упав на пятую точку, начала пятиться, стараясь оставлять серебряного гада в фокусе, а Анокэ не суетился и деловито вытягивал шею, не отставая и нависая надо мной. Его хвост все еще оставался возле входа в первую комнату, в то время как основная часть тянулась за мной. «Как пожарный шланг», – пришла в голову неуместная мысль.

Я усиленно отползала, но в итоге неизбежно уперлась спиной в очередное препятствие. Мой мучитель, увидев это, хмыкнул и включил режим язвительного комментатора:

– Так что ж ты сразу не сказала, что тебе больше нравятся игры на горизонтальной и мягкой поверхности?

Я обернулась, чтобы понять, что вызвало в гаде такую реакцию, и увидела, что упираюсь в кровать. Оценив иронию, я медленно повернулась к Анокэ, но змея там уже не было. Вместо него надо мной возвышался мужчина. Обнаженный по пояс, в легких шелковых штанах и босой, он хищно улыбался, глядя на меня.

– Ну что, Вера, сдаешься? – с ухмылкой поинтересовался он.

– Разбежался! – зарычала я. Взбешенная бессмысленными издевательствами, я растеряла остатки здравого смысла и пиетета. Подозреваю, что по протоколу пришло время сделать тот самый поклон, которому меня учила Далия, и сдаться на милость победителя, но вместо этого я подскочила на ноги, запрыгнула на кровать, и пробежав по этому весьма пространному предмету мебели, оказалась по его другую сторону.

Среброволосый расхохотался, и, не мешкая, бросился за мной. Облик человека не сделал его сколько-нибудь приятнее: вылитый из талии торс, отточенные движения, взор охотника – сейчас этот мужчина в любой ипостаси пугал до дрожи.

Я шарахнулась в сторону, намереваясь нестись к выходу, но шидан оказался проворнее и уже через пару секунд поймал меня за рукав платья. Я дернулась, однако ткань была очень прочной, а хватка мужчины стальной. Через мгновенье Абакайши уже держал меня в своих объятиях, обхватив за талию и прижав к груди. Я ощущала себя так, словно меня прижали гранитной плитой, а демон с легкостью приподнял и понес меня в сторону, обдавая мускусным запахом и довольно скалясь.

– Не хочешь на кровати, можем начать так, – промурлыкал мужчина, утратив змеиный присвист и шипение. Я видела, что ему нравилось все, что происходит. Он ничуть не злился, превратившись из удава в кота, играющего с мышкой.

Распластав меня спиной по стене, Анокэ вдавил свое тело в мое и прошептал, холодя дыханием лицо:

– Жаль, что ты не шэяо. Какой бы знатный бой получился перед десертом, мой крольчонок. А это так, возня пустая.

Говоря это, мужчина немного отстранился и схватил меня рукой за бедро. Он сжал в кулаке ткань платья и потащил подол вверх, в то время как его язык жадно пробежался по коже на моей шее.

– Но и человек ведь может дать отпор, – прошипела я ему на ухо, после чего улучила момент и врезала коленом в пах. Отточенным движением. Даже не знала, что так умею, но жизнь заставила, что называется.

Мужчина охнул. И это вышло у него очень уж по-человечески. Стоит ли упоминать, что звук его страданий раздался музыкой в моих ушах.

Анокэ было больно, но он старательно этого не показывал. Лишь стиснул зубы и яростно уставился на меня. Его руки зафиксировали мои плечи, прижимая к стене. Я гипнотизировала взглядом его лицо, превратившееся сейчас в маску японского самурая. Именно вот такими яростными, отчаянными и жестокими я и представляла себе этих азиатских воинов, готовых с легкостью убить любого, в том числе и себя.

– Ты попыталась. Молодец, – сказал Абакайши через полминуты нашей дуэли взглядов. – Мне еще никогда никто не оказывал сопротивления. И это возбуждает, – он вновь склонил свое лицо ко мне. – Не покоришься, посажу на цепь, – предупредил шидан и тут же прижался своими губами к моим. «Нет!», – подумала я, тщетно попытавшись вырваться. Инстинкт, разум и чувства потянули в разные стороны, раздирая меня на части, а победило в этой схватке природное упрямство. Не дав шидану углубить насильственный поцелуй, я со всей силы прикусила зубами и сдавила со всех сил в их тисках его нижнюю губу. Цепь так цепь. Главное: я не хочу!

24. Обстоятельства

Вера

Я стояла, прижавшись к стене, изо всех сил пытаясь отдышаться и унять нервную дрожь в теле. На языке ощущался привкус крови – не моей, а демонической. Прокушенная мною губа шидана Абакайши оказала магическое действие на ситуацию: мужчина отпрянул, выпустив меня из своей железной хватки. Он усмехнулся и вытер рот, по которому зазмеилась алая капля.

Отойдя на пару шагов, Анокэ пристально на меня посмотрел, сложив руки на груди и наклонив голову набок – словно только что увидел. А мне подумалось, что сейчас мужчина больше похож на вампира, чем на демона, если только не учитывать тот факт, что агрессором, пустившим кровь, в этом случае оказалась я.

– Зачем ты явилась в наш мир? – неожиданно беззлобно и с налетом легкого удивления поинтересовался шидан. Он поднял руки, чтобы поправить выбившиеся из хвоста в пылу нашей схватки серебристые локоны, а я завороженно наблюдала за тем, как вырисовывались сухие мышцы на его поджаром торсе. Похоже, он красовался передо мной, это было забавно и даже немного разрядило напряженную ситуацию. – Магия тебя пропустила, значит, ты этого хотела… А меня, как видно, не хочешь… Мне обидно, Вера, – скривился мужчина с досадой и развел руки в стороны.

Воспринимать адекватно слова полуобнаженного аристократа было тяжело. С волосами, собранными в высокий хвост, в легких штанах, с босыми ступнями и вызывающе рельефным прессом он был больше похож на акробата из цирка, чем на важную персону. Однако сам шидан так явно не считал и уж, тем более, неловкости не чувствовал. Абакайши держал себя так, словно разряжен в королевские одежды.

Однако, похоже, он все же что-то понял по моему взгляду. Усмехнувшись, демон вдруг отошел в полусумрак дальней части спальни, и через секунду в его руках оказалась просторная темно-синяя рубаха. Он надел ее на себя и поправил на ней шнуровку, заменяющую пуговицы. Его пальцы ловко затягивали шнурки, гипнотизируя: я завороженно наблюдала за этими действиями, изо всех сил пытаясь при этом соображать и реагировать на его слова.

– Я… – в голове пронеслись несколько идей, которые было уместно озвучить, но внезапно я выбрала правду. – Мне нужно тут кое-кого найти, – ответила в итоге.

Мой ответ сначала отразился на лице Абакайши неподдельным недоумением. А потом он вдруг хмыкнул и сложил руки на груди, глядя на меня с таким видом, словно разгадал тайну вселенной.

– Чтобы искать тут кого-то, нужно точно знать, что этот кто-то тут, – протянул он. – Ты общалась с шэяо на Земле? Спала с демоном, да? А он тебя бросил? Дай угадаю… Влюбилась и понеслась в новый мир, чтобы вновь найти своего любовника? Но как ты узнала, кто он? Этот пустоголовый демон проболтался? Ох, Вера-Вера! Получается, что на самом деле ты такая же, как и все – готова забыть о гордости и пресмыкаться из-за более-менее съедобного самца, – Анокэ явно попытался меня задеть, но у него не вышло. Пристально глядя, но не найдя чего-то на моем лице, мужчина спросил:

– На что ты рассчитываешь? Что он что? Ответит на твои чувства?

Я слушала и радовалась! Спасибо, шидан! Ты сам все так красиво придумал! Мне не пришлось ломать мозг. Это же прекрасная мысль – притвориться влюбленной идиоткой.

Единственный нюанс: мне очень хотелось съязвить, что пресмыкающийся из нас двоих только он. Но не стала. Зачем будить лихо? Особенно когда ты знаешь, как оно выглядит!

Пока я тихо радовалась, шидан хлопнул в ладоши, и в комнату вошла незнакомая мне азиатка. Совершив максимально низкий поклон «Далия-стайл», она опустила глаза долу и ожидала приказа. Он незамедлительно последовал.

– Принеси вино и фрукты. Кажется, моей рабыне нужно перебить неприятный вкус во рту, – приказал мужчина, заставив меня покраснеть. Я оказалась достаточно испорченный, чтобы представить, как это звучало для чужих ушей – служанка не знала, что я укусила ее хозяина. Однако, она ни коим образом не показала, что подумала о чем-то эдаком. С очередным низким поклоном девушка ответила: «Слушаюсь, шадан» и покинула помещение.

Анокэ же кивнул головой на диван и произнес игриво:

– Садись, Вера! И расслабься. А то ты, и правда, как кролик перед удавом. Маленький, мятежный зверёк… Я не буду нападать. Не бойся… Не имею привычки принуждать женщин, особенно влюбленных в другого демона. Ты сама придешь ко мне. Ведь, кто бы ни был мужчина, поразивший твое воображение, я лучше. Тебе осталось только это понять. А пока я хочу узнать, кто мой соперник.

Не успел Абакайши договорить, как служанка вернулась в покои с маленьким подносом на ножках. Она установила его на диване и стремительно ретировалась, после чего Анокэ сел справа от этого импровизированного столика. Судя по всему, мне предлагали занять место с другой стороны, что я и сделала, аккуратно пристроившись на мягких подушках дивана. Теперь между нами с шиданом находилась целая «демилитиразованная зона» с бокалами, сладостями, виноградом и персиками. Угрозы я пока не ощущала, а Анокэ и вовсе пришел в непонятно чем вызванное благодушное настроение.

– Угощайся! И рассказывай! Кто он? – потребовал шидан, беря бокал с розовой жидкостью в руку.

– Я не знаю, кто он и где живет в Акунга-Нагаши, – ответила, потянувшись за виноградиной. Абакайши проследил за тем, как ягода попадает в мой рот и сверкнул глазами.

– Хм… Но как ты вообще узнала, что он не человек? – подался ко мне демон. По его лицу пробежала серебряная волна, словно он вот-вот опять перекинется в змея. А мне с благодарностью подумалось, что мужчина и сейчас случайно дал мне подсказку.

– Он не удержался и немного превратился… – сказала я и замерла, ожидая реакции Анокэ. Мужчина оценивающе пробежался по мне взглядом.

– Так-так. Не сдержался говоришь? Это ж насколько ты хороша… Что ж, понимаю. А потом разболтал? Объяснил, почему на тебе вместо мужика оказалась похотливая змея? – рассмеялся своей шутке шидан и сделал очередной глоток из бокала. Он сидел в расслабленной позе, скрестив ноги, а одна его рука лежала на спинке дивана, почти касаясь моих плеч. Я старательно прямила спину, чтобы не давать ему такой возможности.

– Ну не совсем разболтал… – уклончиво ответила я.

– Но в Акунга-Нагаши тебя привел не он? Он пропал, я правильно понял? А кто же твой проводник? Я спрашивал у Кайсу, но этот торгаш не выдает свои источники! Имеет право… Так кто привел тебя сюда? – тон шидана вновь стал властным, и мне захотелось как на духу выложить ему настоящую правду. Но эту глупость, к счастью, я не совершила. Вместо этого начала тараторить убедительную, на мой взгляд, выдумку.

– Он не представился. Седовласый азиат пришел и сказал, что я могу найти своего любимого, если пойду за ним, – я врала все увереннее, хваля себя за изворотливость.

– Чудеса! – протянул Абакайши. Я же усмехнулась: ему ли говорить о чудесах, эти шэяо сами по себе сгусток невероятного. – И он не представился? Этот посредник?

– Нет! Но я дала согласие на то, чтобы пойти с ним…

– Женщ-щины! – воскликнул шидан, на секунду выходя из себя и своей человеческой формы. – Какой-то незнакомый мужик приходит и зовет за собой… Вера, ты… Не хочу тебя обижать, но ты дура! – воскликнул Анокэ. Я мысленно с ним согласилась, но продолжила гнуть свою линию.

– Я была влюблена, вообще-то, – состроила я обиженное выражение лица. – А то, что меня продадут как рабыню, да еще и в ином мире, поняла только перед аукционом.

– Это все странно, мой крольчонок. Кто-то с тобой поиграл. Пахнет интригой… Но пока не пойму, какой.

Мне нечего было сказать в ответ, потому я скромно потупила взор, дав возможность Анокэ и дальше додумывать эту историю.

– Так! – мужчина поставил бокал на поднос, потянулся ко мне и дотронулся рукой до моего колена. – А давай-ка, ты опишешь своего любовника! Кто похитил твое сердце? – вопреки дружелюбному тону, шидан посмотрел на меня взглядом, пробравшим до дрожи: желтая радужка и вертикальный зрачок рептилии – хищной и безжалостной – сканировали мое лицо.

Прокашлявшись, я перешла к главному, стараясь не дрожать:

– Ну он такой высокий, темные волосы. Темные глаза. Азиат…

Абакайши громко рассмеялся, откинув назад голову. Он отодвинулся от меня и вытянул ноги, развалившись на диване в позе утомленного жизнью человека.

– Вера! Ты описала несколько миллионов шэяо. Давай по-другому. Как выглядел его ци-змей?– спросил шидан.

Я задумалась, что на это ответить, так как на самом деле никогда не наблюдала превращений Максима, но потом вспомнила своего сына.

– Ну… Я не видела всего. Но он черный. Его чешуя…

– Так! – возбужденно вскочил на ноги мужчина. – Это ограничивает список примерно до тысячи демонов. Нужен оттенок, которым переливала его шкура… Это может помочь.

Оттенок… Я закрыла глаза и задумалась…

– Кажется, серо-зеленый…

– Серо-зеленый, серо-зеленый… – зацокал языком шидан, повторяя. – Точно не сказать, но… Может быть… Тиэнгао⁈ Вот ведь!.. Впрочем, каждый знает, что Алдучин – любитель земных девок… – прошипел Анокэ.

– Алдучин? Так его зовут? – с замиранием сердца переспросила я.

– Да, крольчонок. Ты влюбилась в одну из самых беспринципных тварей нашего мира. Антрацитовые… Моя будущая родня. Алдучин Тиэнгао – жених моей дочери, Вера. Брак договорной, но Мина на самом деле, как и ты, любит этого подонка, и я не смог ее переубедить в том, что он для нее не лучший выбор. Я отдаю свою младшую в настоящий гадючник. Эти черные змеи обладают смертоносным ядом, огромной властью и непомерным эгом. Галсан… второй после меня, но мечтает стать первым… Когда-то мы сражались за власть… Наши жены погибли в той кровавой битве. Я победил, но сейчас эти твари только и ждут, когда я ошибусь, – Абакайши выплевывал слова, пылая яростью. – Можно рассказать Мине о тебе… Да разве ж она откажется? Она с детства любит эту гадюку. Человеческая любовница ее не испугает… Что вы вообще находите в этом гнилом змее? – не глядя на меня, вопрошал в пустоту взволнованный шидан.

– Вы против их брака? – удивилась я, совсем забыв расстроиться, что мой «любимый» женится на другой. Анокэ с подозрением глянул на меня, и я моментально состроила мрачную физиономию и начала вздыхать, копируя Рику. Мужчина прищурился, но комментировать не стал. В нем явно кипели другие эмоции и боли.

– Брак Алдучина и Мины много лет назад стал залогом нашего мира. Все это время я старательно искал повод расторгнуть договор. Но за долгие годы общения с женихом моя дочь успела полюбить Алдучина – процедил Абакайши. Судя по тому, что творилось с его телом, до оборота оставались считанные секунды. Я ощущала, как к горлу подступает тошнота: очень уж не хотелось видеть настоящую ярость многометровой серебряной рептилии.

– Мы не знаем, правы вы или нет. Я не уверена, что это тот самый, – прошептала, поджимая под себя ноги в стремлении избежать прикосновения к появившемуся на полу возле дивана толстому хвосту.

– Да, но мы проверим, Вера! Связь с землянкой не считается для демонов чем-то значимым… Но мне все же хочется увидеть реакцию этого шэяо на тебя. Ну а если это не он, в нашем арсенале еще достаточно черных ци-змеев, чтобы вычислить твоего бывшего любовника, крольчонок. Вычислить и заставить забыть, моя Вера! – вернувшись в человеческую форму, соблазняющим тоном произнес серебряный. Настроение у этого демона менялось слишком быстро, чтобы я успевала правильно на него реагировать. – Я знал, что с тобой будет интересно, радость моя, – довольно закончил шидан.

Ли Вэй

– Ты отправил Веру куда? – золотая ци-змея раскинула свои мощные кольца, а Карим и Ли Вэй жались по стенам, чтобы не попасть под рассекающий пространство хлыст, в который превратился ее хвост.

– Так было надо! – дрогнувшим голосом оправдывался старик.

– Кому? Что такое аукцион? – с тщательно скрываемой яростью прорычал Ли Вэй, не сводя при этом глаз со взбешенной матери.

– Что за интриги ты плетеш-шь за моей спиной? – прошипела шиная Циилин, приблизив морду к морщинистому лицу своего слуги.

– Шиная! Я прошу вас. Суньи! Хватит! – рявкнул Карим, забыв о вежливости. Змея замерла, но вместо того, чтобы сожрать старика или задушить за дерзость, начала уменьшаться в размерах, возвращая себе человеческую ипостась. Через несколько секунд шиная Цилин крутанулась на каблуках, взметнув в воздух метры парчи своего длинного платья, и уселась в кресло с таким царственным видом и убийственным взглядом, что у обоих мужчин, даже у ее сына, появилось желание встать перед ней на колени и молить о пощаде.

– Я слушаю! – рявкнула женщина, а Карим отлип от стены и подошел к шинае, в то время как Ли Вэй так и остался стоять в стороне, раздираемый противоречивыми эмоциями.

С первой секунды попадания в этот мир у Тайпана появилось ощущение, что он как Алиса провалился в кроличью нору. Все встало с ног на голову, и случилось самое страшное: он потерял контроль над ситуацией, став пешкой в чужой игре. Это жгло самолюбие, и Ли Вэй пока не мог сообразить, как все исправить. Власть, деньги и статус, которыми он обладал на Земле, тут гроша ломаного не стоили. В Акунга-Нагаши ему вручили ненужный титул, заперли в материнском замке и лишили понимания ситуации. Он даже не мог сожрать чью-либо ци ради развлечения или выплеска эмоций – энергия шэяо была непригодна для подобных манипуляций. Став посредственностью, Тайпан теперь сходил с ума, не желая мириться с этой дискомфортной реальностью. В какой-то момент он даже почувствовал малодушное желание вернуться на Землю к прошлой жизни и забыть о Вере и ее отпрыске. Эта мысль больно уколола, сделав тем самым только хуже. Вслед за ней полетели флэшбеки того, как он когда-то целиком растворился в женщине, разбившей в итоге ему сердце. Болезненные воспоминания тут же полыхнули паникой: неужели опять? Неужели он собирается забыть о себе и растратить остатки душевного спокойствия на… кого? Кто для него Златовласка?