Текст книги "Танго в китайском квартале (СИ)"

Автор книги: Алена Ромашкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Annotation

Тайпан – жестокий и бескомпромиссный китайский бизнесмен, полукровка, давно отказавшийся от слабостей, чувств и собственной природы. Прилетев на деловые переговоры в Нью-Йорк, он инкогнито отправляется в одно из злачных заведений города, где встречает танцовщицу, которую решает сделать своей. Для него это всего лишь очередная сделка. Для неё – начало опасной игры. А для обоих – шаг в мир, в котором обитают змеиные демоны.

Можно читать отдельно. Но вкуснее – по порядку.

Танго в китайском квартале

1. Монстр

2. Разговор

3. Пытка

4. Встреча

5. Танец

6. Ловушка

7. Плен

8. Побег

9. Гость

10. Бой

11. Приземление

12. Страх

13. Единение

14. Допрос

15. Прошлое

16. Акунга-Нагаши

17. Прыжок

18. Наследник

19. Рабыни

20. Торги

21. Мать

22. Гарем

23. Змеиные страсти

24. Обстоятельства

25. Озеро обновления

26. Свидание

27. За столом переговоров

28. Договор

29. Большой совет

30. Ужин

31. Сомнения

32. Прием

33. Расследование

34. Перерождение

35. Решения

Эпилог

Танго в китайском квартале

1. Монстр

– Я боюсь. Я слышала, он сдирает кожу с девочек. Я не пойду, – раздался испуганный женский шепот. Перед огромными двустворчатыми дверями, которые вели в резиденцию главы компании «MS», располагающуюся в пентхаусе небоскреба, стояли двое: невысокая китаянка лет двадцати пяти в обтягивающем красном платье, покрытом стразами, и седовласый китаец с морщинистым лицом в офисном костюме темно-серого цвета. Мужчина схватил женщину за плечо и встряхнул. Ее серьги, похожие на гроздья винограда, звякнули, а сама китаянка, охнув, в испуге зажмурила ярко накрашенные глаза с густыми ресницами.

Сотрудница лучшего в Пекине эскорт-агентства «Бабочки ночи» успела повидать и пережить разное. Но о том, что ее сегодняшний клиент сам Тайпан, она узнала уже перед дверями его жилища. А узнав, отказывалась выполнять заказ.

– Кто тебе это наплел? Кто распространяет эти небылицы? – раздраженно спросил Ван Чанфэн.

– Дайю рассказала, что Тайпан хлыстом девочек охаживает, пока кожа по кусочкам не слезет!

– Если с нее сняли кожу, то как бы она тебе это поведала? – поинтересовался собеседник. – Она бы померла!

– Это не с ней случилось, но ее знакомая… – упорствовала китаянка, на что мужчина ей грубо цыкнул.

– Глупые бабские россказни. Успокойся и веди себя так, как желает господин. Он наградит тебя. Ты поняла? Ничего с тобой не случится. Каждая выходит отсюда с масляной рожей и улыбкой до ушей, а потом сочиняет небылицы. Я его секретарь, я знаю! Все, пошла!

Мужчина открыл дверь, и испуганная Сянлинь сделала шаг в помещение. Это оказалась большая гостиная. Было почти темно: верхнее освещение не включали, горели только светильники на стенах. Их было несколько, они рассеивали тьму, но нагоняли теней, создавая в комнате потустороннюю атмосферу.

Сянлинь огляделась и замерла взглядом на мужской фигуре. Тайпан! Он сидел в кресле и вертел в пальцах длинную палку. Лица она его не видела, и это пугало до дрожи.

Это монстр! О нем всякое говорят, недаром назвали Тайпаном, как ядовитейшую на планете змею.

Эти мысли кружились в голове куртизанки, парализуя тело и заставляя молиться всем богам о счастливом исходе ее взаимодействия с клиентом. Замерев и поникнув плечами, Сянлинь приготовилась то ли бежать, то ли умереть от разрыва сердца – сама не понимала.

– Подойди ближе! – раздался голос, сделавший выбор за нее. Тон был властным и резким, без малейшего признака эмоций. Словно не живой человек, а призрак разговаривал сейчас с жрицей любви. Женщина сделала шаг к Тайпану, и в этот момент за ее спиной раздался голос:

– Господин! Вам что-то еще нужно?

Китаянка с надеждой повернулась и посмотрела на фигуру старика в проеме двери, качнувшись в ту сторону, словно намереваясь вернуться к нему. Ей до дрожи в ногах было страшно и не хотелось, чтобы эта дверь закрылась, отрезая путь к спасению.

– Нет, больше ничего, – к своему секретарю, помощнику и слуге Тайпан оказался чуть более милостивым, и в его тоне даже можно было расслышать нотки расположения.

С поклоном Ван Чанфэн аккуратно прикрыл створки, оставив хозяина вдвоем с Сянлинь.

Старик привык, что Тайпан часто бывал не в духе. Хандрил и не желал никого видеть, запираясь в своей берлоге. Порой в такие периоды он просил купить ему женщину или двух. Требования всегда были одни и те же и довольно просты: привести самую дорогую, с длинными волосами и без татуировок. Сегодня был именно такой вечер.

Ван Чанфэн никогда не подсматривал и не подслушивал, но ночные бабочки сами ему исповедовались, оказываясь после «встречи с монстром» по эту сторону дверей, поэтому китаец примерно представлял, что творилось во время рандеву его хозяина с девицами.

К Тайпану они все шли как на казнь, зато после каждая надеялась, что эта встреча не будет последней, что именно она смогла стать той самой, которую богач захочет купить на постоянной основе. Мужчину интересовали только оплаченные встречи, обычные отношения он даже не рассматривал – никто и никогда не слышал о романах Тайпана. Их не скрывали, таковых действительно не случалось.

Осознав, что никто не снимает с них тут кожу, эскортницы резко вспоминали, что их клиент – владелец одной из крупнейших китайских компаний, самый загадочным миллиардер страны. Да, связан с криминалом и нелюдим, но зато еще молод – не более сорока, очень умен и красив.

Все девицы как один выходили от Тайпана румяные и озадаченные – пережившие необычный опыт, который смущал и сбивал с толку. Словно им действительно было бы понятнее, начни хозяин над ними издеваться. Возможно, именно поэтому куртизанки придумывали ужасы, которые творил с ними мужчина. А, возможно, они просто заранее ревновали к тем, кто придет к нему в следующий раз.

Миллиардер никогда по-настоящему не травмировал женщин, хотя и был с ними далеко не нежным. В первую очередь он требовал от них, чтобы не раздражали. Тайпан не принимал в своих временных партнершах инициативу и своенравие. Женщины для него были лишь куклами, обязанными демонстрировать послушание. В его постели они должны были оставаться безликими, безмолвными и прекрасными. И тогда мужчина насыщался и на время усмирял бесов, что рвали его изнутри. Но даже самые угодившие миллиардеру любовницы никогда не заходили в его постель дважды. Он был щедр, но ровно один раз.

Среди побывавших у него проституток даже ходила шутка: «Настанет день, когда во всем Китае не останется куртизанки, которую Тайпан еще не пробовал. И тогда Китаю придется захватить весь мир для того, чтобы этот человек имел возможность и дальше развлекаться по душе».

Отправив к Тайпану Сянлинь, Чанфэн направился в небольшую комнатку, где собирался дождаться окончания визита куртизанки. Это была его личная территория, выделенная ему хозяином. Тут он при желании мог даже ночевать, и так часто случалось, ведь его господину время от времени требовалась немедленная помощь. У Чанфэна не было родни – жены, детей или внуков, так что Тайпан имел приоритетное и даже монопольное право на внимание своего верного слуги.

Весь небоскреб, на верхнем этаже которого находилась резиденция главы, принадлежал компании «МS». Тайпан жил и работал в этом здании, порой не покидая его месяцами. Исключение составляли деловые командировки, редкие выходы в свет, а также встречи с разными темными личностями, которые работали на него и которых мужчина не желал видеть на своей территории.

– Чанфэн! – старик услышал призыв хозяина.

«Прошел час, а он уже закончил. Сегодня особо быстро. Неужели попросит еще одну?» – с такими невеселыми мыслями китаец поспешил на зов.

Секретарь вошел в гостиную к хозяину и вздохнул с облегчением. Картина, которую он увидел там, была вполне привычной: девица была обнажена, сидела на полу и пыталась прийти в себя, а господин стоял рядом, протирая ладони спиртовой салфеткой. Его явно уже тяготило присутствие куртизанки – Тайпан желал побыстрее остаться в одиночестве. Но самым впечатляющим было то, как светилась кожа лица и рук мужчины, на которых мерцал рисунок золотой чешуи.

Ван Чанфэн знал секрет хозяина, поэтому в таких случаях уже не удивлялся – даже когда демон в Тайпане особо буйствовал, и старик заставал мужчину с горящими глазами и с то и дело выпрыгивающим изо рта по-змеиному раздвоенным языком. Зрелище было не для слабонервных, но он привык. Тем более, это всего лишь оболочка, а сам Тайпан был не менее опасным и в обычном человеческом образе.

Телесные утехи всегда приводили к появлению второй сущности миллиардера, но степень и длительность ее проявления зависела от того, насколько девица смогла сначала раскачать мужчину на эмоции, а потом утихомирить.

Судя по всему, эта была хороша. Тайпан не злился и выглядел почти умиротворенно, в то время как золотой узор еще крепко цеплялся за его кожу.

– Убери ее, – брезгливо кивнул миллиардер в сторону проститутки. – Заплати двойную. Она видела шэяо.

– Господин! – поклонился секретарь и, взяв женщину за локоть, повел прочь, предварительно собрав ее вещи. Сянлинь не сопротивлялась, но, семеня за стариком, все время оборачивалась на клиента. Она вглядывалась в лицо «монстра» и напрасно ловила его взгляд, ища в нем признаки полученного удовольствия.

Дверь закрылась, спрятав за собой старика и девицу, а Тайпан вздохнул и опять опустился в кресло, сомкнув веки.

Однако, долго сидеть в тишине ему не позволили: ноутбук, стоявший на дорогом дубовом столе чуть поодаль, разразился мелодичным треньканьем. Мужчина поднялся и переместился в офисное кресло, после чего принял вызов.

Экран показал картинку: круглолицый китаец с короткой стрижкой и подобострастным выражением на лице стоял в каком-то мрачном и по виду сыром помещении.

– Господин! Что делать с этим предателем? – произнес он.

Тайпан вздохнул и проследил взглядом за камерой, которая все это время двигалась и в итоге поймала в объектив привязанного к стулу мужчину. Дело происходило, похоже, в подвале.

– Чэньси! Ты сейчас не шутишь и действительно отвлекаешь меня по таким мелочам? – не меняя тона, поднял бровь Тайпан. Для кого угодно это выглядело бы легким удивлением, но Чэньси понимал, что босс в ярости. Круглолицый замер на секунду, но реального испуга не показал – он был лучшим в своем деле и знал себе цену, а потому не тратил время на страх.

– Он воровал ваши деньги, господин. А еще этот урод продал свою жену за долги. Вам же нравятся такие нюансы, – усмехнулся Чэньси.

– Ньюансы… Думай, что говоришь, – оскалился Тайпан, и круглолицый молча поклонился, скрывая на мгновение хитрую ухмылку.

– Конечно, босс. Я всегда думаю, – произнес он.

Наступила пауза, в которой Тайпан, не моргая, смотрел в экран, а Чэньси ожидал с почтительно согнутой спиной. Наконец, глаза миллиардера блеснули желтым, он в нетерпении постучал пальцами по столешнице, после чего прошипел:

– Я скоро буду. Никуда не уходите!

– Конечно, мой господин! – в который раз поклонился Чэньси.

Тайпан захлопнул ноутбук и поднялся с места, когда за его спиной послышался шорох.

– Змееныш мой! Ты опять за свое! – раздался голос. – Ли Вэй, нам нужно серьезно поговорить!

2. Разговор

– Уже давно никто не звал меня так! Ли Вэй… Кто это? – безразлично сказал мужчина, глядя в пустоту.

Свет в комнате так и не стали включать: Суньи, как и ее сын, прекрасно видела в темноте. Демоница и ее отпрыск сидели за небольшим столиком, накрытым Чанфэном. Секретарь заказал еду из ресторана. Одного из лучших в Пекине, разумеется. Ужин для самого Тайпана готовил лично шеф-повар в самом ускоренном режиме: опоздай он хоть на минуту, и больше миллиардер никогда не удостоит чести их заведение. Приготовь он хоть раз недостаточно вкусно, и ресторан вполне могли закрыть. Это не было для Тайпана прихотью, его логика была проста: ошибаетесь, значит, не будете кормить людей.

– Это не значит, что ты перестал им быть. В конце концов, ты сын своего отца! Но даже Ли Мэнфу сейчас мне более понятен, чем ты, – сказала женщина, внимательно наблюдая за сыном. – В последнее время ты его переплюнул. Посмотри на себя: весь высох. И внешне и изнутри.

– С каких это пор иномирная демоница беспокоится о благополучии своего сына-полукровки? – поднял бровь Тайпан. – Зачастила ты в наш мир. Что-то случилось?

– Случилось, змееныш! Ты случился! Мой сын! Уже шестой год ты отказываешься питаться энергией ци. Развлекаешься, играешь ею, но не еш-шь! Вэй, ты превратился в полутруп, не способный получать удовольствие от жизни.

– В какую веру ты меня пытаешься обратить? Что за речи! И что тебе до моей жизни? – протянул мужчина, держа в руке бокал с вином. Эмоции матери отскакивали от него как теннисные мячики от стенки. Мужчина давно и очень тщательно сформировал вокруг себя плотный слой безразличия, окутавший его своей спасительной броней, под которую не проникали чужие переживания.

– Да мне плевать на людей, чьи жизни ты ломаешь! Но с какой стати ты их ломаешь всухую⁈ Ты же можешь питаться энергией ци их изменившихся судеб! Даже на тех жалких людишках, чью жизнь ты каждый день делаешь невыносимой, можно получить хоть какую-то силу! Просто открой свою демоническую сущность миру и ешь!– гневно вскрикнула Суньи. – Еш-шь, идиот!

Не в силах от непривычного для себя волнения держать наносной человеческий образ, женщина мерцала, то и дело приобретая очертания золотистой кобры, отбрасывающей гигантскую тень на стену. На взгляд своих сородичей змеиная демоница была чудо как хороша, но человека в своей истинной форме довела бы до инфаркта одним фактом появления перед глазами.

– Я не хочу, – бесстрастно произнес мужчина. – Твоя кровь во мне заставляет чувствовать все чрезмерно ярко и остро, а голодая, я иссушаю эмоции и приобретаю новые возможности. Ты знаешь о чем я. Как шэяо, я видел людей слишком глубоко… И, знаешь, это больно. Было. Но не теперь.

Суньи не узнавала в этом уставшем и пресыщенном жизнью человеке некогда эмоционального и искреннего в своих чувствах демона-полукровку, коим ее сын был еще несколько лет назад.

– Ты рожден, чтобы менять судьбы… – начала демоница, но сын ее перебил.

– Я помню-помню. «У каждого из живущих есть предначертанное. Это основа, это само Дао, это суть. И если ломается выстроенный путь, если теряется баланс, потревоженная энергия ци начинает искать новое русло и, не находя, выплескивается вовне. Мы ловим эту ци, мы ею питаемся. Если ты не начнешь делать то же самое, ты умрешь», – процитировал Ли Вэй, то, что услышал от матери при первой встрече много лет назад. – Я сам принимаю решения, не стоит пытаться меня переубедить, – добавил мужчина, намекая, что разговор окончен.

– Твоя проблема в том, что ты наполовину человек. Человеческие гормоны и наша сила – ты не вывозишь! Ты все еще сохнешь по свой рыжей русалке! Только решил что высохнуть буквально – это особый кайф, – уже с меньшей злобой, но все еще с сильным раздражением прокомментировала Суньи.

– Тебе не понять, не спорю. Демоническая часть усиливала мои человеческие страсти: словно громкость выкручивала на полную. Я слышал музыку эмоций, осязал энергетику людей. Я и сам корчился от желания быть услышанным в такой же степени! Но никто не способен подарить мне настолько глубокую взаимность. Я обречен на вечное одиночество! Это… Я не хочу больше! – Ли Вэй встал с кресла, подошел к окну и раздвинул жалюзи. Ночной Пекин предстал перед его глазам. С его этажа город смотрелся как другая планета, а он сам чувствовал себя пилотом космического корабля, созерцающим новый для себя мир. Он мог часами стоять и всего лишь смотреть. Отсюда не видно, что из себя представляют люди. Отсюда это просто точки, огоньки и большое ничто. Почти как на карте судьбы.

– Ты умрешь! – ответила Суньи спустя минуту. На что Тайпан, не поворачиваясь к матери, просто пожал плечами.

– Все люди умирают!

– Ты – даже бысш-шстрее, – зло прошипела женщина, выбрасывая змеиный язык и роняя вилку из исчезнувшей руки. На секунду демоница потеряла самоконтроль, но, тут же, взяв себя в руки, вновь запихнула свою плоть в форму шикарной китаянки с идеальными формами, излучающей ауру искушающего женского совершенства. – Ты уже выглядиш-шь старше своих лет, а еще через год, и вовсе станеш-шь стариком. А можешь жить вечность!

– Зачем мне вечность? – повернул к ней голову Тайпан. – Мне уже скучно! Я развлекаю себя как могу. Но развлечений все меньше, удовольствий и подавно.

– Это все твоя глупая любовь к этой девчонке. Она уже детей нянчит, а ты все страдаешь… – выплюнула Суньи.

– Хватит! Я сделал вид, что не услышал в первый раз. Но сейчас я тебе приказываю: не говори о Тае. Никогда! – по телу змеиного демона пробежала дрожь, а затем и чешуйчатый рисунок. Демоница вздрогнула от силы, бурлящей в ее сыне. Но тут же опомнилась, встала и подошла к шэяо.

– Да что ты мне сделаешь, змееныш? Ты растратил больше двух третей своей демонической сущности. Ты удивительно долго продержался – я не давала тебе и года. Откуда ты вообще черпаешь силу? Она все ещё в тебе… Что ты такое, а? Хотя стоит ли напрягаться, чтобы задавать такие вопросы? Скоро ты станешь никем: сдохнешь, но прежде будешь выглядеть как выпитая досуха жертва вампира, – Суньи скривилась, а потом рявкнула:

– Где твой браслет?

– Уходи! – мужчина сказал это тихо, но стало понятно, что он этого по-настоящему хочет.

– Давно я не была так зла! – прошипела демоница. – Хорошо! Я уйду! И все же перед уходом сделаю тебе подарок. У тебя есть шанс. И я должна тебе об этом сказать. В этом мире появился еще один змееныш. Очень сильный. И очень нежеланный. Его судьба – скорая смерть. Не более года осталось. Если ты его спасешь, то изменишь его судьбу и сможешь пополнить свой резерв ци. Захочешь узнать, где он, активируй браслет. Золотая точка. Это он.

Суньи растворилась в воздухе, а Ли Вэй продолжил смотреть на город. Мысли и приглушенные чувства свернулись в груди змеиным клубком. Так – хорошо. Так – он может существовать. Когда никто не властен над сердцем, сам становишься властителем всего. Оказалось, что при наличии мозгов и амбиций можно добиться почти немыслимого – стоит только убрать из уравнения сантименты. Иронично, что попытка ослабить вторую сущность сделала его даже большим демоном, чем раньше. Демоном по имени Тайпан.

– Чанфэн! Сейчас я ненадолго уйду, а завтра вылетаю в Нью-Йорк, – сказал мужчина тихо, но помощник услышал и появился рядом как джин из лампы.

– Да, господин. Все готово для вашего путешествия.

– Спасибо! Ты можешь идти! – так же тихо разрешил Ли Вэй. Секретарь с поклоном развернулся, чтобы покинуть покои Тайпана, но вдруг опять посмотрел на босса.

– Позвольте заметить! Госпожа Суньи права, вам нужно жить. Не стоит себя убивать попусту, – сказав это, Ван Чанфэн напрягся, приготовившись к отповеди хозяина.

Тайпан никогда не орал, настоящую ярость он выпускал крайне редко, и точно не тратил ее на старого слугу. Однако секретарь знал, что его господин чрезвычайно упрям и не любит, когда лезут в его дела, а потому не ждал сейчас ничего хорошего. Однако Ли Вэй удивил. Он посмотрел на Чанфэна долгим взглядом и спросил:

– Браслет сейчас у тебя в кармане? – Секретарь молча кивнул, не став скрывать очевидное. – Верни на место. Я не хочу больше видеть все эти точки и звездочки. Я в эти игры больше не играю. Если какому-то змеенышу суждено сдохнуть, ну так тому и быть. Сделаем ему одолжение и избавим от мучений. А я точно знаю, что его ждёт.

Отвечать Чанфэн не стал, лишь склонился почтительно и вышел из комнаты. Вытащив артефакт он посмотрел на него с благоговением. Давным-давно его сделала для Ли Вэя мать – Суньи. Эта штука рисовала карту судеб существ этого мира на любой отражающей поверхности. Особенно ярко она показывала тех, чья судьба стоит много энергии ци.

Сейчас браслет мог помочь хозяину поправить свой энергетический баланс и вдохнуть в Тайпана вкус к жизни, но мужчина убрал его с глаз долой. А ведь еще шесть лет назад змеиный демон-полукровка не расставался с этой вещью, используя для поиска энергетической пищи и того, чтобы следить за одной маленькой звёздочкой, запавшей ему в душу. Та звезда уже давно выбрала другого, а его самого от одного взгляда на аксессуар неизбежно поглощала меланхолия и тоска.

Ван Чанфэн повертел в руках красивый наруч, вглядываясь в драгоценные камни, из которых он был составлен. А затем по наитию подошел к зеркалу и покрутил браслет и так и эдак. Неожиданно для старика, артефакт вспыхнул, направив свои лучи на гладкую поверхность. Чанфэн уставился на линии и точки, мерцающие перед его глазами. Ему казалось, что смотрит непонятное кино.

То, что нарисовал старику браслет, действительно было картой. Секретарь крутил головой, отходил подальше и наоборот приближался, пытаясь сообразить, какая часть света перед ним, но не получалось. Чанфэн видел точку – большую, золотую. Она выделялась из сотен других. Но где она, было непонятно. Вздохнув, мужчина убрал браслет. Не на полку. Слуга не собирался выполнять приказ хозяина, так как хотел ему добра. Открыв чемодан Тайпана, Чанфэн спрятал эту вещь в нем.

Тем временем Ли Вэй покинул здание. На подземной парковке его ждал автомобиль с личным водителем, который повез мужчину на юг Пекина. Там в одном из строящихся зданий круглолицый Чэньси сейчас ожидал своего босса. Будучи местным криминальным авторитетом, этот ушлый бандит время от времени выполнял разные поручения Тайпана, а также отвечал за безопасность сети развлекательных заведений, принадлежащих ему.

Вычислив вчера нечестного на руку администратора ночного клуба, он собирался поговорить с ним сам. Однако, начав, уже после первых двух ударов узнал пикантные подробности, которые не преминул слить своему боссу, так как знал, что тот любит лично опрашивать подобного рода мерзких людишек.

Чэньси угодил Ли Вэю. Хотя нет, скорее, он подарил развлечение его альтер эго – Тайпану, для которого с некоторых пор такие штуки стали настоящим праздником.

Демон предвкушал свой личный кайф, направляясь к жертве. Это было лучше, чем его встречи с эскортницами. И гораздо-гораздо вкуснее.

3. Пытка

Первый раз он узнал это ощущение два года назад. Все вышло совершенно случайно. Изможденный энергетической голодовкой, Ли Вэй уже толком не видел потоки ци окружающих людей, а потому они казались ему серой, бесполезной массой, которая ползает, шумит, мешает, душит. В попытке не сойти с ума, китаец начал гулять по ночам. Просто бродить – без цели и сопровождения. Ночной Пекин или иной другой город, в котором он оказывался, дарил чувство тишины и забвения. Особенно, если Тайпан заходил в совсем неосвещенные закоулки.

Вот в таком темном переулке он и встретил свою первую жертву.

Тайпан до сих пор помнил, как в одной из подворотен послышался крик. Голос был женский. Подойдя к источнику шума, Вэй увидел, как рослый китаец, похожий на гангстера, пытался скрутить и обездвижить молодую, судя по голосу, женщину. Та брыкалась, но сопротивляться силе мужчины толком не могла. В другое время инертный ко всему полукровка точно прошел бы мимо, так как давно растерял большую часть своего природного сочувствия, но так уж сложилось, что в этот раз сработал особый для мужчины триггер. У женщины были рыжие волосы. Яркие, блестящие, ниже лопаток, они колыхались от резких движений несчастной, при этом лица ее Тайпан не видел, что позволило его воображению дорисовать недостающие элементы.

Ярость полоснула ножом, рассекая накопленное безразличие. Рыжие волосы отправили флэшбеком в жесткий нокаут, разбудив эмоции. Однако Ли Вэй не ринулся к женщине на выручку, наоборот, он замер на месте, глубоко вздохнув – внутри него встрепенулся демон, который диктовал свои условия: шэяо взял контроль над телом мужчины.

Голодный демон смотрел на насильника и видел сплетение потоков ци – вкусной, густой, так и просящейся заполнить его пустоту. В то время как глаза человека в тот момент наблюдали жестокого ублюдка, издевающегося над слабой женщиной. Возможно поэтому Ли Вэй не стал сопротивляться, когда энергия ци китайца начала совершать странные кренделя, перестраивая свой поток и направляясь в его сторону. Сам того не понимая, шэяо начал тянуть жизненную силу мужчины на себя. И это было жестоко, ведь вкусная ци, которой заполнял свой энергетический баланс демон, была добыта незаконно: она не высвободилась при изменении судьбы человека, а все еще формировала его суть.

То, что чувствовал Тайпан, было искушающе прекрасно, а вот обидчику женщины не повезло. Слишком долгая голодовка сделала демона ненасытным, он впитывал ци, не в силах остановиться, а потому уже через полминуты его ослабленная жертва, задыхаясь, упала, отпустив рыжеволосую.

Скорее всего, Ли Вэй иссушил бы того отморозка, тем самым убив, но произошло непредвиденное: женщина, которую хватал бандит, повернулась, показав свое лицо Тайпану. Увидев ее, Ли Вэй отвлекся и отпустил энергетический поток.

Рыжеволосая оказалась китаянкой в парике. Ее густо накрашенное лицо и взгляд с поволокой, демонстрирующий определенную стадию опьянения, вызвали у Тайпана отвращение. Демон отпрянул, потеряв всякий интерес как к ней, так и к напавшему на нее ныне бессознательному бандиту.

Убедившись, что оба участника происшествия живы, Тайпан развернулся и пошел прочь. Теперь Ли Вэй уже был немного другим – ему понравилось то, что он ощутил. Украденная ци не дала ему эмоции и не раскрасила его мир, как это было раньше. В этом смысле все осталось по-прежнему безопасно. Но он почувствовал, что больше не умирает. Он – вновь силен. И это было здорово.

В течение полугода Тайпан изучал себя, прислушиваясь к своему демону. Он понял, что хочет повторить пережитое той ночью, но калечить обычных людей не собирался. У своей первой жертвы он не забрал жизнь, но укоротил ее. Стоило ли творить такое с рядовыми жителями этой планеты? Жалел ли он их? Нет, об этом Ли Вэй не думал. Он действовал исключительно в своих интересах. Мужчина понял, как получить максимум удовольствия: дополнительный вкус всей процедуре придавал оттенок наказания. И именно это сыграло роль в его дальнейших поступках.

Превращаться в маньячного ублюдка Ли Вэй не стал, так как это все же было бы чересчур, а вот питаться время от времени мерзкими тварями, которые уже попрали свою человеческую сущность – это было самое то. Так и появился некий ритуал: раз в несколько месяцев Тайпан находил себе жертву. Это всегда был мужчина и всегда совершивший что-то максимально аморальное. Убивать он таких людишек, не убивал, но прежде чем сдать полиции, укорачивал их никчемную жизнь.

Сегодня на повестке был очередной урод. Если бы проштрафившийся всего лишь кинул его на деньги, это не заставило бы Тайпана и пальцем пошевелить, и тем более ехать сейчас через полгорода, чтобы поговорить в мошенником. А вот тот факт, что тот продал свою жену, все менял.

Последний раз Ли Вэй ел ци около месяца назад и пока не был особо голоден. Однако ощутить свою власть над человеческой жизнью демон все же хотел. Мать разбередила что-то в душе, вызвав воспоминания, и чтобы унять опять проклюнувшуюся тоску, он сегодня собрался пировать.

Помещение, где держали виновного в растрате и торговле людьми администратора, оказалось не подвалом. Чэньси «разговаривал» с ним в недостроенном доме, на первом этаже. Стены из серых блоков создавали ощущение постапокалиптического пейзажа, а угрюмые физиономии бандитов в таком антураже смотрелись особо пугающими.

– Босс! – поклонились все. Чэньси чуть менее глубоко, чем остальные. – Деньги эта тварь проиграла, так что вернуть не получится. Он – игрок. Зависал в подпольном клубе Ланьюна. Просадил все, что было, включая жену.

Тайпан едва заметно кивнул и молча посмотрел на мужчин. Те поняли все без слов, ретировавшись. После чего Ли Вэй вальяжно уселся на стуле, который подготовили для него, поставив прямо напротив все еще связанного администратора.

– Послушайте, я все верну! Господин Ли! Пощадите! – дергаясь и пытаясь освободиться, прошептал пленник, не понимая, что сейчас с ним будет делать Тайпан, но догадываясь, что это будет далеко не детская шалость. Те, кто распространяли слухи о нем как о монстре, позаботились, чтобы про этого бизнесмена думали самое страшное. И если нафантазированная эскортницами чернуха не имела под собой оснований, то многое другое было правдой.

Тайпан не ответил. Он наслаждался потоками ци человека. Хотя они были не очень. Похоже, его администратор любил выпить, да и в целом вел нездоровый образ жизни. Но демону было плевать, и он потянул за нить, начиная распутывать клубок жизненной силы своей жертвы. Первые глотки самые вкусные, самые острые. Он ощутил, как во рту отрастают змеиные клыки, а кожа нагревается в преддверии изменений.

Пленник покраснел и вспотел, продолжая что-то умоляюще шептать. Он не знал, почему ему становится тяжелее дышать, с чего вдруг так неровно бьется сердце и потеет спина. Тайпан не двигался, он просто смотрел.

Еще через пару секунд, страдалец понял, что творится немыслимое. Незнакомец перед ним превращался в золотокожего монстра, хищно сверкающего глазами и что-то такое делающего, отчего у администратора начало мутиться в голове. Еще через несколько минут пленник уже ни о чем не думал, так как начал терять сознание. Перед глазами мелькали какие-то картинки. По наитию он понял, что это и есть она, его жизнь, пробегащая в ускоренном режиме. Тайпан никак не мог остановиться. В который раз он почти не ощущал предела. Контроль во время таких пиршеств давался тяжело.

Прекратить экзекуцию его заставил звук вызова. Нежная, как и та, кто ему звонил, мелодия, ворвалась в мрачные стены помещения. Он поставил ее только на один номер в списке контактов.

Ли Вэй моргнул и потянулся к внутреннему карману пальто. Он тут же забыл о пленнике, который благодаря этому обрел возможность дышать и видеть.

– Душа моя! Ты не вовремя! – произнес Тайпан в трубку чуть менее бесцветно, чем обычно.

– Ли Вэй! Мне приснился сон. Очень интересный. Я видела в нем тебя и, не поверишь, младенца, – воскликнула Тая.

Звонила она, девушка, которая отвергла его любовь и теперь считала другом. Для любви она выбрала другого. Таисия Штайнер. Мужчина не мог даже мысленно назвать ее имя рядом с новой после замужества фамилией. Для него она навсегда останется «душой», как бы ни бесило это ее мужа. К слову, на заднем фоне он услышал его голос: «Он все еще зовет тебя своей? Гад чешуйчатый!»

– Сон про младенца… Я не знаю, что сказать, душа моя. Ты просто устала нянчиться. Забудь про своего Штайнера и приезжай, – с усмешкой провоцировал он. Но, скорее, по привычке. Сейчас ему нечего было предложить его рыжеволосой русалке, даже брось она всех и примчись к нему. Он был эмоционально мертв, а потому не советовал бы самого себя ей в спутники.